(НЕ)реальный мир

Ключевая ставка Банка России: текущая позиция и перспективы Решение Совета директоров ЦБ снизить ключевую ставку на 25 б.п. — до 14,25% — носит осторожный, сигнальный характер. Регулятор фиксирует дезинфляционный импульс апреля–мая (текущий рост цен с поправкой на сезонность — 2,1% SAAR против 8,7% в 1К26), однако не форсирует смягчение ввиду устойчивой инфляционной инерции: годовая инфляция на 15 июня составила 5,6%, что существенно выше цели. Ключевые факторы неопределённости формируют асимметричный риск-профиль в пользу сохранения жёсткости ДКП: Бюджетный канал. Сохранение первичного структурного дефицита до 2029 года означает устойчивый фискальный импульс. В условиях перегретого рынка труда (безработица на исторических минимумах, рост зарплат устойчиво опережает производительность) бюджетное стимулирование трансформируется в проинфляционное давление. Регулятор прямо указал: траектория ставки может оказаться выше апрельского базового сценария. Кредитный канал. Ускорение кредитования в корпоративном и розничном сегментах при сохраняющихся жёстких неценовых условиях создаёт риск чрезмерного смягчения реальных монетарных условий в случае форсированного снижения ставки. Инфляционные ожидания. Несмотря на снижение, ожидания населения и бизнеса остаются повышенными — это классический механизм самосбывающегося прогноза, затрудняющий устойчивую дезинфляцию. Прогноз траектории. С высокой вероятностью на заседании 24 июля Банк России вновь ограничится шагом в 25 б.п. либо возьмёт паузу — в зависимости от июньских данных по инфляции и исполнения бюджета. Сценарий возврата к шагу в 50–100 б.п. реализуется лишь при устойчивом снижении устойчивой инфляции ниже 4% SAAR и стабилизации инфляционных ожиданий. Целевой уровень ставки к концу 2026 года — 12,0–13,0% — достижим, но только при условии отсутствия новых бюджетных проинфляционных сюрпризов и нормализации ситуации на топливном рынке. Риск остановки цикла смягчения на уровне 13,5–14,0% остаётся существенным.