Культурный код

Человек страдает не столько от того, что происходит, сколько от того, как он оценивает то, что с ним происходит. Мишель де Монтень. «Опыты»

​​Так как любовь — это не способ обладать тем, что мы выбрали, а способ быть в том, что есть, она обосновывает сама себя, превосходит любые обстоятельства и не нуждается в том, чтобы они непременно были такими, а не иными. Как бы ни вращалось Колесо Фортуны, как бы ни были капризны выгоды и удовольствия, любовь продолжает питать ощущение смысла и нашу деятельность. С ней мы строим свой дом на твердом фундаменте. Ища смысл в потреблении выгод и удовольствий, мы становимся все меньше и изолированнее. Выгода сужает нас до точки эго, противопоставленного миру и не понимающего свою истинную природу. Мы чувствуем себя неуютно и незащищённо. Любовь, напротив, открывает наше родство со всем и расширяет нас до всего. Границы между «Я» и миром вокруг становятся прозрачными. Мы перестаем быть замкнутой точкой, озабоченной лишь самыми эфемерными целями: накоплением удовольствий, ресурсов и комфорта для личного потребления. Мы становимся частью чего-то большего. В этом расширении, в этом замедленном взрыве и распаде эго заключено величайшее тонкое наслаждение. Пребывание в любви превосходит все грубые удовольствия и словно «не от мира сего», поэтому в известных словах Библии сказано: «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Ин 4:16). Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 208)

# 218. Почему мы оказываемся в «сумрачном лесу», какие сокровища таит наша Тень и как происходит ее интеграция? 1. Читать ВКонтакте 2. Читать на Яндекс-Дзен 3. Аудиоверсия YouTube (файл отдельно сброшен выше) 4. Дополнительные материалы и поддержать проект 5. Что такое «Письма»: инструкция по применению

Невозможно всегда быть героем, но всегда можно оставаться человеком. Иоганн Вольфганг фон Гёте

Сожаление об упущенных возможностях — самый страшный ад, в котором только может пребывать живая душа. Рафаэль Сабатини

​​У хорошего человека отношения с женщинами всегда складываются трудно. А я человек хороший. Заявляю без тени смущения, потому что гордиться тут нечем. От хорошего человека ждут соответствующего поведения. К нему предъявляют высокие требования. Он тащит на себе ежедневный мучительный груз благородства, ума, прилежания, совести, юмора. А затем его бросают ради какого-нибудь отъявленного подонка. И этому подонку рассказывают, смеясь, о нудных добродетелях хорошего человека. Женщины любят только мерзавцев, это всем известно. Однако быть мерзавцем не каждому дано. У меня был знакомый валютчик Акула. Избивал жену черенком лопаты. Подарил её шампунь своей возлюбленной. Убил кота. Один раз в жизни приготовил ей бутерброд с сыром. Жена всю ночь рыдала от умиления и нежности. Консервы девять лет в Мордовию посылала. Ждала. А хороший человек, кому он нужен, спрашивается? Сергей Довлатов. «Компромисс»

Человек, не перегоревший в аду собственных страстей, не может их победить. И они прячутся рядом, в соседнем доме, о чём он даже не подозревает. Пламя же в любой момент может перекинуться и сжечь дом, который он считает своим. То, от чего мы уходим, уклоняемся, якобы забывая, находится в опасной близости от нас. И в конечном счёте оно вернётся, но с удвоенной силой. Карл Густав Юнг. «Воспоминания, сновидения, размышления»

Чувство, что я в ударе, на своём месте и делаю что-то стоящее, бывает у меня только в одном случае: когда я растягиваюсь на диване, предаваясь бесконечным и бессмысленным вопросам к самому себе. Эмиль Чоран. «Разлад»

Можно только поражаться, насколько все на свете правые — имперцы, националисты, ультрапатриоты, называйте их как хотите, — насколько все они похожи друг на друга, будь то Германия, Россия или Франция, девятнадцатый век, начало двадцатого, конец двадцатого. Обязательно: милитаризация, мундиры, сапоги, значки, лычки, страстное желание принять стойку «смирно» и поставить в эту стойку окружающих; агрессивность, прямо-таки клокочущая ненависть по любому поводу, истеричность — до визга, до пены на губах; и патологическая лживость, и полное отсутствие чувства юмора, и полное отсутствие элементарного благородства в речах и поступках, и, конечно же, — антисемитизм, слепой, запредельный, зоологический. Здесь — сходство полное и угнетающее. Борис Стругацкий. Интервью «Новой газете», 2006 г.

Те, кто несчастлив, и те, кто плохо спит, привыкли этим гордиться. Бертран Рассел

Спокойный, весёлый темперамент, являющийся следствием хорошего здоровья и сильного организма, ясный, живой, проницательный и правильно мыслящий ум, сдержанная воля и с тем вместе чистая совесть — вот блага, которых заменить не смогут никакие чины и сокровища. Артур Шопенгауэр. «Афоризмы житейской мудрости»

Чтобы понизить общий уровень тупости, нам нужен не рост «интеллекта», а иной тип характера: независимые, предприимчивые люди, влюблённые в жизнь. Эрих Фромм. «По ту сторону порабощающих нас иллюзий»

В отношении тех, кто остаётся рабами, не совершается никакой абсолютной несправедливости; ибо, кто не обладает мужеством рискнуть жизнью для достижения своей свободы, тот заслуживает быть рабом, и, наоборот, если какой-нибудь народ не только воображает, что он желает быть свободным, но действительно имеет энергичную волю к свободе, то никакое человеческое насилие не сможет удержать его в рабстве как в состоянии чисто пассивной управляемости. Георг Гегель. «Философия духа»

​​Эмоции являются основой для более сложных состояний — чувств. Если эмоция — это мгновенная реакция на стимул, то чувство возникает, когда различные эмоции смешиваются с нашим накопленным опытом, памятью, размышлениями и другими состояниями ума. Эмоции являются красочными вспышками, состоящими из небольшого набора базовых цветов, а чувства — это многомерные фейерверки с очень сложной палитрой. Помимо эмоций, в их возникновении участвует множество областей мозга и аспектов нашего ума: наши воспоминания, мысли, идеи, побуждения и желания. Не существует эмоции гордости, но есть чувство гордости. Нет эмоции любви, но есть чувство любви — сложная смесь радости от общения, страха потери, желания близости, воспоминаний, надежд и других состояний ума, для которых непросто подобрать слова. Нет эмоции ностальгии, но есть чувство ностальгии — грусть и радость, переплетенные с образами прошлого. Вина, стыд, ревность, благодарность, гордость — все это чувства, выросшие из базовых эмоций на почве нашего уникального жизненного опыта и других психических способностей. Подобно эмоциям, чувства также готовят нас к определенным формам поведения, но они гораздо сложнее, пластичнее и одновременно устойчивее, поскольку разворачиваются на больших временных отрезках. Эмоция страха заставляет нас отпрыгнуть от змеи прямо сейчас, а чувство страха склоняет избегать змей и других опасных существ впоследствии. Чувство выходит далеко за границы настоящего момента, включает в себя опыт восприятия и осмысления и руководит теми решениями, которые мы принимаем, даже в те моменты, когда перед нами нет его непосредственного объекта. Базовая эмоция радости вкупе с влечением подталкивает нас искать близости с другим человеком здесь и сейчас, а чувство любви побуждает заботиться о его благе на протяжении многих лет, принимать в расчет его интересы, организовывать и планировать. Чувство вины побуждает нас к искуплению, налаживанию связей и изменению своей личности, а гордость мотивирует ставить перед собой амбициозные цели и воспроизводить те условия, которые привели нас к успеху. Эмоция — это короткий приказ «действуй сейчас!», а чувство — это долгосрочная программа на стыке лимбической и кортикальной систем мозга, формирующая наш характер и образ жизни. Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 205)

Любовь маскируется под нечто другое, пока её корни не достигнут дна души и недуг не станет неизлечимым. До этого момента мы сохраняем легкомыслие — нам кажется, мы всего-то навсего встретили забавное существо, и оно развлекает нас, погружая на время в весёлую беззаботность. Только потом, когда выясняется, что никто другой в целом мире не способен вызвать в нас эту простейшую химическую реакцию, мы понимаем, в какую западню попали. Виктор Пелевин. «Смотритель»

Я никогда не мог до конца поверить, что дела, заполняющие человеческую жизнь, — это нечто серьёзное. В чём состоит действительно «серьёзное», я не знал, но то, что я видел вокруг, казалось мне просто игрой — то забавной, то надоедливой и скучной. Альбер Камю. «Падение»

Если мы можем сделать человека счастливее и веселее, нам следует это сделать в любом случае, просит он нас о том или нет. Герман Гессе. «Игра в бисер»

Неразрешимый вопрос, сломлен ли я? Гибну ли я? Все признаки говорят за это (холод, отупение, состояние нервов, рассеянность, неспособность к работе, головные боли, бессонница); почти единственное, что говорит против этого, — надежда. Франц Кафка. Дневник, 7 октября 1915 г.

Кто не мыслит самостоятельно, тот находится под внушением другого, мыслящего за него. Отдать кому-нибудь в собственность свою мысль есть более унизительное рабство, чем отдавать кому-нибудь в собственность своё тело. Лев Толстой. «Круг чтения»