Викторианская лепëха

Африка. Чёрный континент #10 #viklepexa_Africa Либерия — значит свобода! После того, как были обозначены в общих чертах основные крупные игроки в Африке (Великобритания, Франция, Бельгия, Германия, Италия, Португалия) Хочется сказать о государстве, которое с самого начала задумывалось, как свободное от них от всех. История Либерии действительно уникальна: это одно из немногих африканских государств, которое создали не европейские колонизаторы, а репатрианты — освобождённые афроамериканские рабы, вернувшиеся на «историческую родину». Когда-то давно в заметках канала эта страна упоминалась в истории Ходжкина, врача, который много сил пололожил для её создания. До появления европейцев, на территории современной Либерии жили разные племена (манде, ква, кру, гола и другие), которые вели натуральное хозяйство. В Средние века здесь активно действовали европейские торговцы (португальцы, голландцы, британцы), а регион даже называли «Перечным берегом» из-за обилия перца. В первой половине 19 века идею переселения свободных афроамериканцев в Африку продвигало Американское колонизационное общество. Им нужна была территория для легального утилизирования неугодных по тем или иным причинам рабов, насильно привезённых в Америку. В 1822 году первые группы переселенцев высадились на побережье. В 1824 году колония получила название Либерия и была принята её конституция. Переселенцы (америко-либерийцы) заключили соглашение с вождями местных племён и за товары на сумму около 50 долларов приобрели территорию площадью более 13 тысяч км². К 1828 году они контролировали всё побережье современной Либерии, а позже расширили влияние и на части побережья современных Сьерра-Леоне и Кот-д’Ивуара. На фото выше — Либерия на карте Западной Африки 1839 года. 26 июля 1847 года переселенцы провозгласили независимость Республики Либерия. Это сделало её первой республикой в Африке. Первым президентом стал Джозеф Дженкинс Робертс. Конституция 1847 года копировала американскую модель: были закреплены разделение властей, права человека, свободы вероисповедания и печати. Однако на практике политические права получили только мужчины-переселенцы, соответствовавшие имущественному и образовательному цензу — коренное население было лишено гражданских прав. Между переселенцами и местными племенами (тоже неграми) возникали серьёзные конфликты. Америко-либерийцы часто воспринимали коренных жителей как «варваров» и стремились доминировать над ними. В 1857 году Либерия насильственно присоединила соседнюю Республику Мэриленд. Это яркий пример того, что имперские настроения и колонизаторские замашки не зависят от цвета кожи, а «бремя белого человека» вполне могут нести и чёрные люди. Продолжение следует...

Новое событие в нашем календаре 🐦‍⬛ 31 июля и 1-2 августа Dark Romantic Club выступит для гостей одного из самых крупных летних фестивалей — Фэнтези Феста. Наших авторов можно будет послушать в двух секциях: 🐦‍⬛ Рина Солнцева 31 июля в 15:30 в рамках Литературной программы презентует свою новую книгу в серии «Славянская мистика»; 🐦‍⬛ Анастасия Фролкина 1 августа в 20:30 расскажет посетителям Лектория о кошмарах Викторианской Англии, до сих пор пугающих нас; 🐦‍⬛ Участники Клуба: Надежда Петрушина, Рина Солнцева, Мария Доманицкая, Artheni Erho, Константин Скурат и Justi поделятся как своим творчеством, так и прочтут произведения коллег по перу. Будем рады увидеться! ✨️ 🤩 Место проведения 2026: Россия, Новгородская область, Новгородский район, Трубичинское сельское поселение, берег Волхова у деревни Захарьино 58.764184, 31.538780 🎫 Приобрести билеты

Уже в эту субботу!🎩🍀

Чей ребёнок? В 19 веке вообще не стоял вопрос, с кем останется ребёнок, в случае развода родителей. Рождённый в браке фактически принадлежал своему отцу (в то время как за незаконнорожденного несла ответственность мать). При разводе или раздельном проживании ребёнок оставался с отцом или с опекуном, опять же назначенным отцом. Матери разрешались редкие свидания с ребёнком. Разделению матерей и детей сопутствовали душераздирающие сцены. Так в 1872 году преподобный Генри Ньюэнхэм обратился в суд с ходатайством об опеке над своими дочерьми, которые проживали с их матерью, леди Хеленой Ньюэнхэм, и дедушкой, лордом Маунткэшлом. Старшей девочке уже исполнилось 16, так что она могла принимать самостоятельные решения и предпочла остаться с матерью. Но судья распорядился, чтобы младшую, семилетнюю девочку доставили отцу. Когда исполнитель привёл её в зал суда, она кричала и вырывалась, повторяя "Не отсылайте меня. Когда я вновь увижу маму?" Судья заверил, что мама будет видеться с ней очень часто, а когда малышка спросила "Каждый день?", он ответил "да." Но лорд Маунткэшл, присутствовавший при этой сцене, сказал, "Зная то что я знаю, это невозможно. Он [т.е. его зять] настоящий дьявол." Тем не менее, девочку передали отцу, который и унёс её из зала суда. Статья в газете, посвящённая этому делу, растрогала многих матерей, который даже не знали о существовании таких законов. Чтобы защитить своего ребёнка, женщина могла пройти через законодательные перипетии или же просто сгрести его в охапку и пуститься в бега. Последний путь был проще, но опасней. В частности, так поступила главная героиня романа Анны Бронте "Незнакомка из Уайлдфелл-Холла" (Tenant of Wildfell Hall). Более того, Акт 1839 года позволял женщинам видеться со своими детьми, но в завещании муж мог назначить опекуна по своему усмотрению. Иными словами, даже после смерти супруга-тирана, женщина не могла забрать детей. Как тут не впасть в отчаянье! Но в 1886 году был принят Акт об Опёке над Несовершеннолетними, принимавший во внимание благополучие ребенка. Отныне у матери появилось право опёки над детьми, а так же возможность стать единственным опекуном после кончины мужа. На фото выше — «скрытая мать», техника для фотографирования живых детей, без присутствия в кадре матери.

Ошейник для леди. Популярным украшением у дам на рубеже 19 и начала 20 веков было колье-ошейник. У ювелиров это украшение называется The Dog Collar Necklace, что переводится, как «собачий ошейник». Несмотря на такое непоэтичное название, этот вид ожерелья процветал в течение почти полувека. Ошейник, как женское украшение, был придуман давно. Чокер (choker) - короткое, плотное сидящее по шее ожерелье существовало на протяжении всей истории ювелирных изделий. Популярны они были во Франции в период рококо, их тогда носили в виде широкой чёрной (или синей) бархатной ленты, усеянной бриллиантами или жемчугом. В то время его называли по-французски «Collier de Chien». А вот в 1880-е года ошейник стал очень популярен благодаря Александре, принцессе Уэльской. Александра очень стеснялась шрама на шее, полученного в результате несчастного случая в детстве. Стараясь скрыть этот дефект, она начала носить широкие ожерелья из бархатных лент или ниток жемчуга – высоко под подбородком (на фото). Вскоре за Александрой такие колье стали носить все дамы от Европы до Соединенных Штатов. Ошейники часто надевали вместе с колье-ривьерами, состоящими из крупных бриллиантов или отборных жемчужин, постепенно увеличивающихся в размере, или фестончатыми колье из изумрудов, сапфиров или рубинов, под цвет платья. Ошейники были четырёх основных разновидностей. Первый - это широкая полоска ткани, как правило, тёмного бархата, но могла также быть кружевной или из шёлкового атласа. Самый популярный вид такого ошейника - это когда по центру была планшетка (Plaque de cou). Многие художники - ювелиры делали такие планшетки. У Лалика они похожи на маленькие произведения искусства. Второй вариант состоит из нескольких нитей мелкого жемчуга, иногда десятка или больше, часто разделенных вертикальной перемычкой, усыпанной бриллиантами. Дизайн перемычек зависел от фантазии ювелира и заказчика. Третий вариант - гибрид первых двух: жемчужный чокер с квадратной или прямоугольной планшеткой посередине. Четвертый вариант ожерелья был сделан полностью из металла с драгоценными камнями. К концу 1910-х годов увлечение ошейниками стало проходить. В моде был пряный Восток, с его яркими красками и шляпами-тюрбанами, и в нём не нашлось места красивому, ажурному ошейнику.

"В 2010 году в Дели закрылась последняя в мире фабрика по производству печатных машинок... Но мы их не выбросим. Они же моментально стали антиквариатом! Они красивы, с ними невозможно расстаться. Я помню свой детский восторг от них." (с)Евгений Гришковец, "Прощание с бумагой". ​ В 1808 году Пеллегрино Турри (фото 1), также известный как изобретатель копировальной бумаги, создал собственную печатную машину.​ Изобретено оно было​ специально для графини Каролины Фантони да Фивиццано, с которой Турри, вероятно, был связан романтическими отношениями. Графиня страдала​ слепотой, вследствие чего была лишена возможности писать письма от руки. Очень показательная история о том, на что способен человек, когда достаточно замотивирован.​ В настоящее время печатная машинка Турри не сохранилась, однако некоторые письма, написанные с ее помощью, дошли до наших дней. ​

Самая добрая фея Шотландии! В березовых рощах близ Гэрлоха когда-то существовала легенда о персоне, оберегавшей заблудившихся детей. Известный как Гилли Дху или Гилли Дью — одинокий мужчина из числа фейри, описанный в шотландском фольклоре. Говорили, что он был темноволосым и одетым в листья и мох, из-за чего и получил своё название. Имя происходит из шотландско‑гэльского языка: gille — «парень, юноша», dhu — «тёмный, чёрный». Получается что‑то вроде «темноволосого парня». Он упоминается в основном в источниках конца 18 века, где говорится, что он жил в берёзовой роще на северо-западе Шотландского нагорья. Считалось, что он яростно защищал лес от чужаков, но при этом был добр к детям. Наибольшее распространение легенда о Гилли Дью получила с конца 18 до конца 19 веков. Самая известная история о Гилли Дью связана с девочкой по имени Джесси Макрей, которая жила недалеко от леса. Однажды она забрела в лес и заблудилась на закате. Говорят, её рыдания привлекли внимание Гилли Дью, который утешил её и либо привёл домой до наступления темноты, либо остался с ней на всю ночь и привёл её домой утром. За четыре десятилетия этого фейри видели многие, но Джесси была единственной, с кем он разговаривал. В какой-то момент землевладелец сэр Гектор Маккензи из Гэрлоха пригласил пятерых высокопоставленных Маккензи поохотиться и поймать Гилли-Ду, который, по его мнению, представлял угрозу. Несмотря на тщательные поиски, продолжавшиеся всю ночь, охотники не смогли найти свою добычу. Как считает исследовательница мифологии Патрисии Монаган, после этого Гилли-Ду больше никто не видел. Изучив фольклорные традиции, распространенные в основном в гэльских регионах Шотландии, специалист по врожденным заболеваниям Сьюзан Шун Эберли предположила, что в основе легенды о Гилли Ду может лежать история о человеке с каким-то заболеванием. Другие ученые, например Кэрол Г. Сильвер, профессор английского языка в Стерн-колледже для женщин, согласны с ней и предполагают, что он был карликом. Тем не менее, в доброго духа, который защищает детей в дремучем лесу, верят до сих пор.

Картофель занимает в кулинарии Великобритании особое место. Сама коррлева Виктория очень любила различные блюда из него, а знаменитый фиш-энд-чипс, как раз включает в себя вкусный корнеплод. И если вы спросите у самых разных людей по всему миру, какое самое популярное блюдо из картошки, скорее всего укажут на картофельные чипсы. История появления чипсов полна загадок. Чаще всего рассказывают такую историю. В 1853 году шеф-повар Джордж Крам работал в ресторане Moon’s Lake House в курортном городке Саратога-Спрингс (штат Нью-Йорк). Один из посетителей — по популярной версии, железнодорожный магнат Корнелиус Вандербильт — вернул заказ, заявив, что картофель слишком толстый и недостаточно прожаренный. Крам, раздосадованный, нарезал ломтики буквально «бумажной» толщины, обжарил в масле до хруста и щедро посолил. К его удивлению, клиенту блюдо понравилось. Так появились «саратогские чипсы» (Saratoga Chips). В 1860 году Крам открыл собственный ресторан (работавший до 1890 года), на каждом столике которого стояла корзина с чипсами. Ресторан быстро стал модным местом среди приезжих богатых американцев. Крам не продавал чипсы навынос, но вскоре, из-за простоты изготовления, чипсы стали предлагаться в большинстве ресторанов. Но историки отмечают: эта история — скорее миф. Имя Вандербильта в этой легенде появилось значительно позже — примерно через 100 лет после событий. Ещё до этой истории в кулинарных книгах встречались рецепты тонко нарезанного и обжаренного картофеля (например, в английском «Кулинарном оракуле» 1817 года). Возможно, хрустящий жареный картофель готовили и в других местах Саратоги и до Крама. После появления в ресторанах чипсы долго оставались ресторанным блюдом. Прорыв случился на рубеже 19-20 веков. В 1895 году Уильям Тэппенден начал продавать чипсы из фургончика и фасовал их в бумажные пакетики. А в 1926 году Лаура Скаддер придумала упаковывать чипсы в вощёную бумагу с запаянными краями — это сильно улучшило их сохранность: продукт дольше оставался хрустящим при транспортировке.

В 1888 году​ французский​ парикмахер Александр-Фердинанд Годфруа запатентовал стационарное устройство для сушки волос. Оно представляло собой что-то вроде объемного капюшона, надеваемого на голову. С помощью шланга этот капюшон подсоединялся к источнику подачи горячего воздуха, а именно – к дымоходу газовой плиты. Главным минусом такого фена было отсутствие мощного воздушного потока, который бы ускорял сушку. Кроме того, сооружение было громоздким и стационарным, из-за чего применялось только в парикмахерских Годфруа и было недоступно абсолютному большинству женщин. ​

Не обман, а косплей! В ту прекрасную эпоху, когда отсутствовал интернет и скоросная связь, люди часто становились жертвами мошенников. Не только Гораций Де Вир Коул прикидывался экзотической​ монаршей особой.​ В британском​ списке наиболее удачливых мистификаторов стоит некто Мэри Бейкер​ Уилкокс (Mary Baker-Willcocks). В страстную пятницу 1817 года недалеко от Бристоля объявилась женщина в чёрном тюрбане, говорящая на непонятном языке. Ей удалось убедить местных жителей, что она является принцессой экзотической страны Карабу. Было составлено скрупулёзное описание одежды и внешности незнакомки, сохранившееся до наших дней: на ней были чёрное шерстяное платье или нательная рубашка с​ муслиновым​ сборчатым воротником, чёрная полотняная​ шаль, повязанная на голову как​ тюрбан, чёрно-красная шаль на плечах, чёрные кожаные туфли и чёрные чулки; её рост​ составлял чуть более пяти​ футов, глаза чёрные, волосы каштанового цвета, кожа смуглая, имелись следы от серёг в ушах, руки нежные, как будто непривыкшие к тяжёлой работе, манеры обходительные и мягкие. Спустя некоторое время объявился португальский моряк малайского происхождения Мануэль Эйнессо, который заявил, что понимает её язык и перевёл историю незнакомки. По его словам, Карабу принадлежала к аристократическому роду и жила на острове Явасу в Индийском океане. Её якобы похитили пираты, а когда корабль проходил недалеко от Бристоля, принцесса бросилась за борт и вплавь добралась до берега. Принцесса Карабу стала центром всеобщего интереса, пока, наконец, знающие люди, среди них сын колесника из Бристоля, лично пивший с самозванкой пиво в одном из заведений, не опознали в ней Мэри Уилкокс - бывшую служанку.​ По другой версии, разоблачить авантюристку помогла случайность: её портрет напечатали в газете, и некая миссис Нил, бывшая квартирная хозяйка, узнала в «принцессе» свою прежнюю служанку. Она вспомнила, что Мэри развлекала её дочерей выдуманным языком — смесью цыганских и изменённых английских слов. Между тем, даже после разоблачения, Уилкокс не отказалась от образа принцессы Карабу и активно эксплуатировала его, уехав на время в Нью-Йорк. Молва утверждала, что она даже посещала Наполеона на острове Святой Елены. Существует мнение, что Мэри отличалась развитой фантазией и просто заигралась с ролью принцессы. При этом она не стремилась к материальной выгоде: не украла ни денег, ни вещей, а подаренные драгоценности не оставляла себе. ​

Месть униженных. В викторианскую эпоху система общественных отношений создавала почву для злоупотребления в сфере пользования бытовых услуг. Важно понимать контекст: в то время к прислуге в целом относились как к «нелюдям» — их рассматривали как инструмент для выполнения работы, без права на личное мнение. Люди, в прошлом отвечавшие за хозяйство в домах обеспеченных англичан, жили в ужасных условиях, часто голодали и не имели полноценной свободы. Горничные по 17 часов в сутки посвящали изнуряющей физической работе: стирке, приготовлению еды, уборке. В те времена не было водопроводов и бытовой техники, вся работа проделывалась вручную и забирала много сил. Жили служанки в полутемных неотапливаемых подвальных помещениях. Они не имели права на свою личную жизнь, им запрещали наряжаться и общаться с противоположным полом. Утро для них начиналось в 5 часов, и заканчивался день только в 10 вечера. За небольшую плату они обслуживали всю большую семью и часто были единственной прислугой в доме. Именно поэтому у слуг были свои довольно изобретательные способы выражать своё отношение к этому. Сразу оговорюсь: открытой, прямой мести (вроде драки или публичного скандала) почти не было — за это легко потерять работу, а последствия могли быть серьёзными. Но у прислуги были свои способы «отомстить» хозяевам за унижения, несправедливость и тяжёлый труд. Саботаж и небрежность в работе. Это самый частый и «безопасный» способ. Слуги могли выполнять обязанности спустя рукава: оставлять грязь, портить продукты на кухне, небрежно убирать комнаты, путать вещи. Иногда это было следствием хронического переутомления: рабочий день мог длиться до 17 часов, а в праздники нагрузка резко возрастала. Испорченные вещи. Слуги нередко прятали или портили хозяйские вещи — посуду, столовые приборы, одежду, мелкие предметы интерьера. Иногда это делали тайно, иногда оставляли записки с обидными или язвительными надписями. Распространение слухов. Слуги могли шептаться за спиной у хозяев, обсуждать их привычки, пороки или странные выходки. Иногда эти сплетни доходили до ушей других господ или даже попадали в письма/дневники, которые читали вне дома. Так формировался негласный «общественный контроль»: хозяева сами иногда становились объектом насмешек в «нижнем» мире. Имитация глупости или лени. Некоторые слуги сознательно изображали из себя «недалёких», чтобы переложить на хозяев часть рутинной работы или избежать лишних поручений. Это тоже было формой пассивного сопротивления. Тайные знаки и «язык под лестницей». В среде прислуги существовали свои негласные коды, шифры, особые словечки или жесты, понятные только «своим». Это был способ неформально обозначить недовольство или конфликт, не привлекая внимания хозяев. Конечно, масштаб и частота таких «актов мести» сильно зависели от характера отношений в конкретном доме, личности хозяина и степени угнетения. Но в целом система создавала почву для подобных реакций.

Деликатный memento more. Адольф Менцель «Незваный гость» («Der Tod als ungebetener Gast»). 1844 год, акварель, гуашь, карандаш. Кабинет гравюр, Берлин. Эта работа совсем маленькая — чуть больше ладони, всего 13 см, но запоминается сильнее многих огромных полотен. На пороге стоит скелет в длинном пальто и шляпе. Мы сразу понимаем, кто это. Перед нами смерть. Но самое странное здесь не её внешний вид. Самое странное — её поведение. Она не врывается в дом и не пугает хозяев. Одной рукой смерть тянет за шнур дверного колокольчика, словно вежливый посетитель, который пришёл по делу. Культурно снимает при входе обувь, будто собирается войти в чужой дом по всем правилам приличия. Именно поэтому картина производит такое странное впечатление. Менцель не показывает нам хозяев дома. Мы не видим, кто живёт за этой дверью. Не знаем, кого ждёт этот визит. Старика или ребёнка. Больного человека или того, кто ещё уверен, что впереди у него много лет жизни. Мы видим только дверь и фигуру на пороге. Интересно, что через год Менцель создал ещё одну версию этой работы. Там незваный гость уже поспешно убегает прочь, потеряв шляпу и башмаки, словно его прогнали. Но здесь, в первой версии, он всё ещё стоит на пороге и терпеливо ждёт.

Настоящая вундервафля! Середина 19 века стала эпохой бурного развития огнестрельного оружия, когда инженеры и оружейники по всему миру искали способы увеличить скорострельность и ёмкость магазинов. Одним из самых необычных проектов того времени стал револьвер Энуи — экспериментальный образец, запатентованный в 1855 году английским изобретателем Джозефом Энуи (Joseph Enui) из Миддлсекса. Патент № 1359 описывал революционную для того времени конструкцию, позволявшую произвести 48 выстрелов без полной перезарядки. Джозеф Энуи, уроженец Миддлсекса (регион, тесно связанный с британской оружейной промышленностью), работал в период, когда спрос на многозарядное оружие стремительно рос. Американские револьверы системы Кольта уже демонстрировали преимущества вращающегося барабана, но Энуи пошёл дальше, предложив радикально увеличить количество зарядов. Главная особенность револьвера Энуи — барабан, состоящий из восьми отдельных «переходных цилиндров». Каждый цилиндр вмещал шесть патронов, что в сумме давало 48 зарядов — беспрецедентное число для оружия того времени. При повороте основного барабана вручную один из восьми цилиндров выдвигался в рабочую позицию — его каморы выстраивались напротив ствола. Внутри выдвинутого цилиндра патроны располагались по кругу. После каждого выстрела механизм слегка поворачивал цилиндр, чтобы следующая камора оказалась напротив ствола. После израсходования всех шести патронов в одном цилиндре ручной механизм переключал барабан, выдвигая следующий цилиндр в рабочую позицию. Цикл повторялся. Револьвер не стал культовым для своей эпохи. Конструкция с восемью цилиндрами делала его громоздким — носить и использовать его было неудобно. Множество движущихся частей повышало риск поломок, заклинивания и снижения надёжности. На сегодняшний день не известно ни одного сохранившегося экземпляра револьвера Энуи. Вероятно, был изготовлен лишь опытный образец (или несколько), который не дошёл до наших дней. Патентные документы и чертежи доступны в архивах Великобритании.

Друзья!🎩🍀 У меня невероятный анонс! В лектории фестиваля Фэнтези Фест выступит автор канала "Викторианская лепёха" Фролкина Анастасия Сергеевна Популяризатор истории 19 века, автор канала "Викторианская лепёха" Постоянный лектор библитеки-читальни им. А.С. Пушкина Участница Dark Romantic Club Член Союза литераторов России Член литературного клуба "Фронтир" Ведущая литературных презентаций и паблик-токов Исторический консультант произведения "Похоронное бюро Хэйзел и Смит" Соавтор Марии Рудневой Тема: "Кошмары викторианской Англии, до сих пор пугающие нас". До 27 июля билеты доступны по цене: "Единый" билет на все дни Фэнтези Феста - 13990 р. Абонемент на два фестиваля: Былинный Берег + Фэнтези Фест - 22000 р. Пятница - 5750 р., суббота - 8250 р., воскресенье - 5750 р. На самом фестивале: Единый на все дни - 14500 р. Абонемент ББ + ФФ - 23000 р. - продаётся только до окончания ББ Пятница - 6000 р., суббота - 8500 р., воскресенье - 6000 р. Билеты: vk.cc/cYbTwf Успейте купить дешевле! Косплей, ролевые игры, интерактивные стенды, ярмарка, сражения, таверны, ладьи, медовуха, лето, Волхов и погружение в мир фантазии и сказок. Место проведения 2026: Россия, Новгородская область, Новгородский район, Трубичинское сельское поселение, берег Волхова у деревни Захарьино yandex.ru/maps/-/CLb... 58.764184, 31.538780 Фэнтези Фест - это тематический фестиваль нового поколения, музыкальный карнавал под открытым небом и большая игра, где все сами выбирают кем быть, чтобы погрузиться в атмосферу праздника, отдыха и веселья и вернуться обновлёнными собой. Все подробности: https://vk.ru/fantasy.fest

Уже через неделю!🎩🍀

Декорации - как полноценный герой. Викторианские  особняки и различные их производные, которые строились, как надёжные семейные гнёзда и воплощение идеи "мой дом - моя крепость", в массовой культуре 19 века стали прибежищем всякого безумия, мистики и прочего подобного. Перенасыщенные, эклектичные, пыльные интерьеры всему этому конечно тоже способствовали. Нечто промежуточное между домом антиквара и захламленным семейным гнездом, в котором можно найти и мистический артефакт из колоний и старинную прабабкину рукопись и сумасшедшего родственника. Без этого жилища было бы совершенно невозможено повествование. Вот несколько знаковых произведений: «Замок Отранто» Горация Уолпола (1764). Первый готический роман, который заложил каноны жанра. Мрачный средневековый замок с привидениями и древним проклятием стал образцом для подражания. «Падение дома Ашеров» Эдгара По. Особняк семьи Ашеров — это не просто здание, а живой организм, отражающий безумие его обитателей. Трещина в стене символизирует физическое и духовное разрушение. «Джейн Эйр» Шарлотты Бронте. Особняк Торнфилд с его таинственной атмосферой, скрытой угрозой и загадочной хозяйкой становится полноценным участником драмы. «Ребекка» Дафны дю Морье. Мрачное поместье Мэндерли — это не просто фон, а полноценный персонаж, который давит на героиню и хранит мрачную тайну первой жены хозяина дома. Замок (и его более поздние «производные») чаще всего обладает тёмным историческим прошлым, овеян мрачными легендами, хранит страшные тайны, что нередко определяет и суеверный страх перед ним у людей из «внешнего мира», мира за пределами крепостных стен. Это строение изолировано в пространстве и даже во времени: попасть в замок извне и тем более покинуть его - трудная, почти невыполнимая задача. Временная же отрезанность замка может как ощущаться героем интуитивно (время словно замерло в стенах замка; дни похожи один на другой; эклектика внутреннего убранства наводит на мысль об одновременном сосуществовании разных временных эпох и т.д.), так и реализовываться в мистическом ключе в виде наблюдаемых героем хрономиражей, явлений призраков прошлого... Наконец, важной приметой "викторианского особняка" является мотив «разумного дома» (англ. sentient house), описанный исследователем Д. Бейли. Дом - не просто строение, а живой организм, чувствующий, мыслящий, обладающий определенным отношением к происходящим в нем событиям и нередко транслирующий это отношение посредством различных манифестаций. Он стал своеобразным «хронотопом», то есть устойчивым пространственно-временным мотивом, который определяет структуру сюжета и эмоциональное воздействие. Он создаёт идеальный баланс между страхом перед внешним и осознанием, что самые страшные тайны часто кроются внутри нас самих.

Первый германский в своём классе. Неправильное имя поправили в России. Всё лучшее, что можно было воплотить в викторианских интерьерах — оказалось в каютах яхты «Августа Виктория». Судно ввели в эксплуатацию в 1889 году. За оформление отвечал архитектор Генрих Молденшардт. Он выбрал помпезный стиль, где главную роль играли блеск и парадность. В октябре 1887 года кампания HAPAG заключила с кампанией Vulcan AG контракт на строительство пассажирского лайнера, первого германского корабля в своем классе. Судно было заложено под стапельным номером 183 и поначалу именовалось Normannia. Однако ещё на стапеле название поменяли на Augusta Victoria — в честь супруги кайзера Вильгельма II, — не заметив, что в написание имени вкралась ошибка (правильно — Auguste Viktoria). 1 декабря 1888 года лайнер спустили на воду, 24 апреля 1889 года передали заказчику, и с 10 по 18 мая он совершил свой первый трансатлантический рейс по маршруту Гамбург-Саутгемптон-Нью-Йорк. C 22 января 1891 года в зимний период лайнер первым из судов компании начал совершать круизные рейсы по тому же маршруту, но с заходом в Средиземное море. Он оставался на этой линии до 22 октября 1896 года. С 15 марта 1894 года лайнер также эксплуатировался на зимнем маршруте Генуя-Неаполь-Гибралтар-Нью-Йорк. Что именно можно было увидеть: Богатую деревянную отделку. В общественных зонах и каютах активно использовали ценные породы дерева. Потолки украшали винтовой резьбой из красного дерева. Зеркала. Они были неотъемлемой частью декора — визуально расширяли пространство и добавляли света. Литую бронзу. Люстры, детали каминов, другие элементы интерьера часто выполняли из этого материала. Другие детали. В отделке могли встречаться и другие элементы: тиснёная кожа, бархатные портьеры, паркетные полы. В целом убранство создавало атмосферу дворцовой роскоши — это было важно, ведь лайнер предназначался для представительских рейсов гамбургской линии Hamburg America Line. В 1897 году судно перестроили и удлинили, а в 1904 году продали российскому императорскому флоту — там его переименовали в «Кубань». После ремонта, установки вооружения и переоборудования, решением Адмиралтейств-Совета от 28 мая лайнер с 15 мая был зачислен в списки Добровольного флота. Крейсер был включён в состав Второй эскадры Тихого океана. 21 мая 1905 года был выделен из эскадры для несения крейсерской службы у берегов Японии на торговых коммуникациях в Иокогаму из Ванкувера, Сан-Франциско и Гонолулу с целью отвлечения части сил японского флота.

Первые бумажные куклы появились ещё в 19 веке. Стоимость печати в то время значительно снизилась, что привело к взрывному росту иллюстрированных бумажных изданий, включая книги, журналы и открытки. Некоторых из них я уже публиковала. Но «бумажное изделие» на фото выше, выбивалось из этого пёстрого ряда. В 1810 году лондонский журнал Temple of Fancy опубликовал "Историю маленькой Фанни", создав тем самым совершенно новый тип детских игрушек. Фанни должна была научиться быть послушной девочкой, акцент делался на несчастьях, которые обрушивались на неё, когда она оступалась. У куклы были различные наряды и тела, к которым можно было прикрепить голову. Весело и поучительно.

Викторианская болезнь Исаака Ньютона. Исаак Ньютон (1643 – 1727), математик, физик и натурфилософ, считается одним из величайших учёных всех времён. Он был знаменит в своё время, как и теперь, являясь одним из самых авторитетных учёных в истории науки. Однако немногие знают, что дважды в своей жизни Ньютон «сходил с ума». У него случались длительные периоды необычного и даже пугающего поведения. Он страдал от жестокой бессонницы, крайней чувствительности в личных отношениях, потери аппетита, мании преследования, сложностей с памятью и ухудшения мыслительной деятельности. Возможно, сегодня мы назвали бы состояние Ньютона пограничным расстройством личности. В 1970-х годах при изучении записей Ньютона обнаружилось, что незадолго до появления первых признаков безумия он проводил множество химических опытов. Экспериментировал с серой, нашатырём, серной и азотной кислотами, мышьяком, медью, свинцом и некоторыми другими веществами. Основным ингредиентом его смесей была ртуть. Ньютон нагревал металлы, руду или соли и дышал парами, которые чрезвычайно токсичны, как мы сегодня знаем. Во время некоторых экспериментов ученый даже пробовал тяжёлые металлы на вкус. Более того, он часто спал в своей лаборатории, не покидая её в течение многих недель. Таким образом, Ньютон, скорее всего, отравился в ходе собственных опытов. Невролог доктор Гарольд Клэванс утверждает, что у великого исследователя наблюдались симптомы ртутного отравления, описанные в современных учебниках по токсикологии, и делает выводы: «1) Ньютон долго подвергался воздействию паров ртути; 2) клиническая картина поведения Ньютона, включая данные по неврологии, соответствует отравлению ртутью». Существует прекрасное доказательство того, что истинная причина безумия учёного значительно проще – он отравился ртутью. И нашлось оно не где-нибудь, а на страницах произведения Льюиса Кэрролла. До конца 19 века в Европе и Америке ртуть использовалась в качестве средства для придания жёсткости фетровым шляпам. У рабочих, занятых в шляпной индустрии, часто наблюдались дрожь, помрачение ума, потеря памяти и вообще странное поведение. Эта дрожь называлась «безумный шляпник» в Великобритании и «озноб Дэнбери» в США (в Дэнбери, штат Коннектикут, находился большой завод по изготовлению шляп). В «Алисе в Стране чудес» (1865) прототипом Болванщика стал знакомый Льюису Кэрроллу шляпных дел мастер, чьё душевное заболевание практически наверняка было следствием ртутного отравления.

Африка и викторианская леди. Своенравные особы викторианской эпохи сознательно отказывались от замужества: вне брака у женщины оставалось больше свободы, она могла распоряжаться своим имуществом и заработками. Среди великих «старых дев» можно упомянуть Мэри Кингсли, племянницу писателя Чарльза Кингсли. Все деньги в семье тратились на образование её брата Чарльза, тогда как Мэри, худой и бесцветной, была уготована роль заботливой сестрицы. Мэри работала по дому – занималась уборкой, вышивала, развлекала беседами стареющую матушку. Но в 1892 году с интервалом в шесть недель скончались её отец и мать, а брат выехал за границу. В услугах Мэри более никто не нуждался. Ей был тридцать один год, хоть помирай! От скуки Мэри и вправду собралась умирать. Только не на английской земле, а в загадочной Африке, знакомой ей по альбомам в библиотеке. В начале августе 1893 года мисс Кингсли взошла на борт грузового судна «Лагос». Место назначения – Западная Африка, багаж – чёрная дорожная сумка, саквояж, непромокаемый чемодан с книгами и неистощимый запас энтузиазма. 17 августа Мэри Кингсли ступила на берег Сьерра-Леоне, откуда проследовала в Анголу. В родные пенаты она вернулась в начале 1894 года, но охота к перемене мест вновь ею овладела, и уже в декабре Мэри снова отчалила в Африку. Как отважилась приехать туда без супруга? Когда африканцы вопрошали, где же её муж, она отвечала «Я его там ищу» и махала рукой в том направлении, куда держала путь. В Габоне Мэри спускалась на каноэ по стремнинам реки Огове и собирала редкие сорта рыб, которые затем получили её имя. Если чересчур близко от её лодки проплывал крокодил, Мэри шлёпала его зонтиком по голове – для порядка, чтоб знал свое место. Как-то раз она вызволила из капкана леопарда, который мешал ей спать жалобным визгом, но вместо того, чтобы метнуться прочь, зверь начал её обнюхивать. «Поди прочь, дуралей!» – ругнула его мисс Кингсли, и зверь побежал восвояси. Против английской леди никто не устоит! Прибыв в деревню каннибалов, она сразу же назвала вождя разбойником. Вождь так опешил от нахальства, что счёл нужным оправдаться. В свою очередь, Мэри помогла его матери, вскрыв гнойник на её ноге и обработав рану антисептиком. Своим рандеву с каннибалами путешественница осталась довольна. По её мнению, каннибалы очень уважали своих матушек – европейцам есть чему у них поучиться! Совершив восхождение на гору Камерун, Мэри Кингсли вернулась в Лондон в конце ноября 1895 года. Теперь целые толпы собирались послушать её лекции, а её «Путешествие по Западной Африке», опубликованное в 1897 году, сразу стало бестселлером. Во время Англо-бурской войны Мэри Кингсли совершила свой последний вояж на Чёрный континент: в марте 1900 года она прибыла в Симонстаун, Южная Африка, чтобы работать в госпитале для военнопленных. Скромная викторианская старая дева, которой когда-то надоело скучать взаперти, обрела последний приют у африканских берегов, как и рассчитывала когда-то. «Поскольку она всё-таки человек, то должна бояться хотя бы чего-то, но я так и не выяснил, чего именно» — Киплинг о Мэри Кингсли.