fa
Feedback
Fata_libris / Судьба книг

Fata_libris / Судьба книг

رفتن به کانال در Telegram

ПРОСВЕТИТЕЛЬСКИЙ ПРОЕКТ Книжная культура в изобразительном искусстве Живопись, графика, скульптура, нью-арт... Лауреат премии "Блог-пост" (2021) за лучший книжный блог в Инстаграме.

نمایش بیشتر
856
مشترکین
اطلاعاتی وجود ندارد24 ساعت
+27 روز
-230 روز
جذب مشترکین
سپتامبر '26
سپتامبر '26
+9
در 1 کانال‌ها
اوت '26
+8
در 1 کانال‌ها
Get PRO
ژوئیه '26
+15
در 0 کانال‌ها
Get PRO
ژوئن '26
+5
در 1 کانال‌ها
Get PRO
مه '26
+14
در 1 کانال‌ها
Get PRO
آوریل '26
+16
در 4 کانال‌ها
Get PRO
مارس '26
+7
در 2 کانال‌ها
Get PRO
فوریه '26
+25
در 3 کانال‌ها
Get PRO
ژانویه '26
+15
در 1 کانال‌ها
Get PRO
دسامبر '25
+34
در 6 کانال‌ها
Get PRO
نوامبر '25
+14
در 2 کانال‌ها
Get PRO
اکتبر '25
+13
در 2 کانال‌ها
Get PRO
سپتامبر '25
+16
در 2 کانال‌ها
Get PRO
اوت '25
+12
در 0 کانال‌ها
Get PRO
ژوئیه '25
+7
در 1 کانال‌ها
Get PRO
ژوئن '25
+12
در 0 کانال‌ها
Get PRO
مه '25
+22
در 1 کانال‌ها
Get PRO
آوریل '25
+20
در 5 کانال‌ها
Get PRO
مارس '25
+22
در 4 کانال‌ها
Get PRO
فوریه '25
+39
در 4 کانال‌ها
Get PRO
ژانویه '25
+73
در 7 کانال‌ها
Get PRO
دسامبر '24
+29
در 4 کانال‌ها
Get PRO
نوامبر '24
+24
در 3 کانال‌ها
Get PRO
اکتبر '24
+15
در 6 کانال‌ها
Get PRO
سپتامبر '24
+19
در 2 کانال‌ها
Get PRO
اوت '24
+12
در 0 کانال‌ها
Get PRO
ژوئیه '24
+17
در 5 کانال‌ها
Get PRO
ژوئن '24
+16
در 1 کانال‌ها
Get PRO
مه '24
+28
در 2 کانال‌ها
Get PRO
آوریل '24
+28
در 2 کانال‌ها
Get PRO
مارس '24
+35
در 2 کانال‌ها
Get PRO
فوریه '24
+47
در 0 کانال‌ها
Get PRO
ژانویه '24
+82
در 1 کانال‌ها
Get PRO
دسامبر '23
+15
در 2 کانال‌ها
Get PRO
نوامبر '23
+29
در 0 کانال‌ها
Get PRO
اکتبر '23
+17
در 1 کانال‌ها
Get PRO
سپتامبر '23
+42
در 0 کانال‌ها
Get PRO
اوت '23
+10
در 0 کانال‌ها
Get PRO
ژوئیه '23
+33
در 0 کانال‌ها
Get PRO
ژوئن '23
+38
در 0 کانال‌ها
Get PRO
مه '23
+51
در 0 کانال‌ها
Get PRO
آوریل '23
+45
در 0 کانال‌ها
Get PRO
مارس '23
+21
در 0 کانال‌ها
Get PRO
فوریه '23
+47
در 0 کانال‌ها
Get PRO
ژانویه '23
+11
در 0 کانال‌ها
Get PRO
دسامبر '22
+4
در 0 کانال‌ها
Get PRO
نوامبر '22
+12
در 0 کانال‌ها
Get PRO
اکتبر '22
+16
در 0 کانال‌ها
Get PRO
سپتامبر '22
+7
در 0 کانال‌ها
Get PRO
اوت '22
+5
در 0 کانال‌ها
Get PRO
ژوئیه '22
+5
در 0 کانال‌ها
Get PRO
ژوئن '22
+365
در 0 کانال‌ها
تاریخ
رشد مشترکین
اشارات
کانال‌ها
28 سپتامبر+2
27 سپتامبر0
26 سپتامبر0
25 سپتامبر0
24 سپتامبر0
23 سپتامبر0
22 سپتامبر0
21 سپتامبر+1
20 سپتامبر0
19 سپتامبر0
18 سپتامبر+1
17 سپتامبر0
16 سپتامبر0
15 سپتامبر0
14 سپتامبر0
13 سپتامبر+1
12 سپتامبر0
11 سپتامبر0
10 سپتامبر+1
09 سپتامبر+1
08 سپتامبر0
07 سپتامبر+1
06 سپتامبر0
05 سپتامبر0
04 سپتامبر0
03 سپتامبر0
02 سپتامبر0
01 سپتامبر+1
پست‌های کانال
1. Эдвард Мэтью Уорд. Обретение веры Мартином Лютером, 1868 2. Гертруда Эллен Хейс. Библиотека со старинными книжными шкафами
+7
1. Эдвард Мэтью Уорд. Обретение веры Мартином Лютером, 1868 2. Гертруда Эллен Хейс. Библиотека со старинными книжными шкафами в Челтнеме (Англия), конец XIX века 3. Ян Вет. Библиотека Зютфена в церкви Святой Вальбурги (Нидерланды), 1897 4. Художник круга Рембрандта. Старуха с книгой, 1637 5. Эдуард фон Грюцнер. Игроки в карты (деталь), 1883 6. Эдуард фон Грюнтцер. Святой Отмар Санкт-Галленский, 1920 7. Адриан ван Кроненбург. Портрет Катерины Берайнской, мать Уэльса, 1568 8. Неизвестный европейский художник. Портрет М.К. Херлинде, ок. 1626

2
ПРИКОВАННЫЕ КНИГИ Старинные книги, закреплённые цепями на столах и полках библиотек, получили название LIBRI CATENATI (лат. «прикованные книгяи»); по-английски – CHAINED BOOKS. Таким способом оберегали не ценные тома, а в основном те, которые были наиболее востребованы читателями. Это не только защищало книги от воровства, но и облегчала работу библиотекарей, которым приходилось носить с собой громадные связки ключей и открывать шкафы, лари, кладовые. Цепи длиной 25–35 см обеспечивали прямой доступ к книгам и вместе с тем их сохранность. Еще одно распространённое заблуждение ограничивает приковывание книг Средневековьем. На самом деле эта практика бытовала до конца XVIII века. Вот как описывал Кенигсбергскую библиотеку посетивший её в тот период учёный и писатель Андрей Болотов: «Книги сии по большей части старинные и отчасти рукописные, и мне случалось видеть очень редкие, писанные древними монахами весьма чистым и опрятным полууставным письмом, украшенным разными фигурами и украшениями из живейших красок. А что того удивительнее, то многие из них прикованы к полкам на длинных железных цепочках на тот конец, дабы всякому можно было их с полки снять и по желанию рассматривать и читать, а похитить и с собою унесть было б не можно». Изображения прикованных книг в живописи очень редки. Одно из них представляет Мартина Лютера в акте божественного откровения [ил. 1]. Здесь книга на цепи не только историческая деталь, но и символический образ: цепь олицетворяет препятствие для постижения Слова Божьего, которое преодолевается внутренним озарением. На других картинах изображены книги, которые когда-то были прикованы к пюпитрам или библиотечным полкам, а затем оказались в свободном доступе. Цепи сохранили, чтобы не портить переплёты и/или акцентировать их древность, историческую ценности [4, 5, 6]. Кроме того, в прошлом бытовала практика ношения молитвенников на цепочках, закреплённых на поясе [7, 8]. Это своего рода визуализация интенсивного типа чтения (см. предыдущий пост).
83
3
1. Аугусто Доини. Отвлечение от учёных занятий, вторая половина XIX века 2. Джованни Паоло Каванья. Поклонение святому Роху,+9
1. Аугусто Доини. Отвлечение от учёных занятий, вторая половина XIX века 2. Джованни Паоло Каванья. Поклонение святому Роху, 1591 3. Рембрандт Харменс ван Рейн. Читающая старушка. Возможно пророчица Анна, 1631 4. Геррит Доу. Старуха за чтением Библии, ок. 1631–1632 5. Андре Фонтен. Девушка за чтением, 1850 6. Райнхард Себастьян Циммерман. Интерьер с курящим монахом-капуцином, 1876 7. Оресте Кортаццо. Тихий момент, вторая половина XIX века 8. Карл Шлейхер. Книжный червь, середина XIX века 9. Сергей Зарянко. Портрет неизвестной, 1840-е 10. Говард Хелмик. Книжный червь, вторая половина XIX века
147
4
«КНИГИ ВЕЕРОМ» Переломным моментом истории книжной культуры принято считать конец XVIII столетия, когда происходит т.н. вторая «революция чтения», завершившая переход интенсивного типа чтения к экстенсивному [ил. 1]. Читатель первого типа осваивал ограниченный и замкнутый корпус текстов, которые перечитывал по многу раз на протяжении всей жизни. Это было прежде всего уединённое и неспешное освоение текстов Священного Писания, которые к тому же частично заучивались и передавались изустно. Взгляните на полотно Джованни Паоло Каваньи: член братства дисциплинантов лишь ненадолго оторвался от молитвенника, чтобы взглянуть на демонстрацию чумного бубона святым Рохом [2]. Эталонными визуализациями интенсивного чтения считаются работы Рембрандта [3] и Гэррита Доу [4]. На картине Доу пожилая женщина погружена в чтение 19-й главы Евангелия от Луки, повествующей о мытаре Закхее и необходимости раздать половину своего имущества нищим. Экстенсивный читатель получил возможность и овладел умением потреблять множество текстов в течение жизни, осваивая многие из них параллельно и фрагментарно. Он мог руководствоваться личными предпочтениями и общаться с книгами как ему вздумается: беспорядочно или последовательно, выборочно или целиком, быстро или неторопливо, лениво или жадно. Распространению чтения экстенсивного типа в эпоху Просвещения способствовали процессы секуляризации, активное развитие издательского дела и печатного производства, расширение книжного рынка. В течение XIX века оно стало доминирующим форматом общения с книгой [5–10]. Прекрасную иллюстрацию находим в книге Андрея Белого «Между двух революций»: «Недели мой кабинет являл странное зрелище: кресла сдвинуты, чтобы очистить пространство ковра; на нём веером два десятка развёрнутых книг (справки, выписки); между веером, животом в ковёр, я часами лежал и строчил комментарии, рука летала по книгам. Работал я с бешенством; первая половина книги мне возвращалася ворохом корректур, а другая – пеклась…»
126
5
Друзья, последнее время пишу меньше постов, поскольку интенсивно работаю над завершением новой книги. Подробности последуют.+6
Друзья, последнее время пишу меньше постов, поскольку интенсивно работаю над завершением новой книги. Подробности последуют. А пока выбираем «книжную девушку» этой осени. 1. Джон Генри Боутон. Осень, вторая половина XIX века 2. Фредерик-Сэмюэл Бомонт. Мечты, 1891 3. Альфред Стивенс. Осень, 1877 4. Джеймс Сент. Ида и Этель, дочери-близнецы Дж. Сирлайта, 1884 5. Джеймс Тиссо. Октябрь, 1877 6. Карл Раупп. Элегантная дама, читающая под деревом, 1874 7. Чарлз Эдвард Перуджини. В саду. Осень, ок. 1878
184
6
–+9
–
263
7
ШАРМАНКА СО СЧАСТЬЕМ Почему шарманка имеет такое название? Дмитрий Григорович в очерке «Петербургские шарманщики» (1843) выводит его из первоначального ширманка, которое в свою очередь «произошло от ширм, из-за которых Пучинелла (Петрушка), доныне почти всегдашний спутник шарманщика, звонким своим голосом призывает зевак и любопытных». Согласно другой версии, оно происходит от «Прекрасной Катрин» – названия первой песни, исполненной на уличном органе. Отсюда второе старинное именование шарманки – катаринка, катеринка. Как шарманка связана с литературой? Помимо незатейливых музыкальных и цирковых номеров, шарманщик развлекал народ театральными аттракционами. Прежде всего лихо переиначивал на русский лад итальянские фольклорные сценки. «В диалогах Пучинелла русского произведения и соответствующих ему персонажей, в их действиях, в самом расположении комедии, ими представляемой, вы тотчас найдёте сродство с теми русскими песнями, в которых слова набраны только для рифмы и не заключают в себе ничего, кроме рифмы, с теми сказками, где всё делается по щучьему веленью и ни в чём рассказчик ни себе, ни слушателям не отдаёт отчёта», – пояснял Григорович. А ещё шарманщик зарабатывал на жизнь гаданиями и афоризмами, почерпнутыми из лубочных книжек. Вот как об этом рассказывал Иван Белоусов в книге «Ушедшая Москва. Записки по личным воспоминаниям с начала 1870-х годов»: «Шарманщики ходили и в одиночку со "счастьем". На шарманке стоял ящичек с конвертиками, в которые вложены были печатные изречения, большей частью вырезками из "царя Соломона" гадателя, издаваемого Никольскими книжниками. "Счастье" это вынимал не сам шарманщик, а заставлял вынуть или попугая или морскую свинку, которые сидели тут же на шарманке и дожидались, когда шарманщик бросит в ящик несколько зёрен; разыскивая их, попугай вынимал клювом и конвертик».
173
8
1. Неизвестный русский художник. Монахиня Сусанна (Рылеева) учит детей, ок. 1840 2. Неизвестный художник. Портрет мальчика с+8
1. Неизвестный русский художник. Монахиня Сусанна (Рылеева) учит детей, ок. 1840 2. Неизвестный художник. Портрет мальчика с азбукой (возможно, Иван Мусин-Пушкин в детстве), 1786 3. Неизвестный русский художник. Портрет мальчика в красном с игрушками и букварём, 1840-е 4. Неизвестный художник круга Алексея Венецианова. Портрет мальчика с букварём, первая половина XIX века 5. Николай Рачков. Девочка с азбукой, 1866 6. Владимир Маковский. Урок, 1870-е 7. Иван Владимиров. На уроке грамоты у дьячка, 1913 8. Иван Зубков. Ребёнок с азбукой, ок. 1900, гризайль 9. Владимир Гусев. Девочка с букварём, 1957
267
9
ДЕНЬ БУКВАРЯ 20 августа 1634 года на Московском печатном дворе было выпущено первое в России пособие для обучения грамоте «Букварь языка Словенска» под редакцией издателя Василия Бурцова-Протопопова. Это была важная веха развития грамотности и образования. До выхода букваря главной книгой для овладения основами грамоты был Псалтирь, но его нельзя было назвать учебным материалом, специально предназначенным для обучения чтению. В отсутствие школ в сёлах и деревнях для обучения детей чтению и письму нанимали так называемых «грамотеев» – людей, умевших читать по-славянски, которые организовывали в своих домах либо церковных помещениях небольшие частные классы. Грамотеи в основном происходили из духовенства (дьячки, пономари) или отставных солдат. Иногда из ссыльнопоселенцев, нуждавшихся в заработке, либо крестьян-самоучек (т.н. «ходячие» или «нахожие» учителя). Последние поочерёдно жили у родителей каждого ученика. Порядок обучения был общий: сначала букварь, потом часовник, затем Псалтирь. За чтением следовало обучение письму. Курс обычно продолжался три года. Понятия «азбука» и «букварь» часто не разделялись. С каждого ученика взимался рубль или полтора «за выучку» чтению и около трёх за всё обучение. В пореформенный период появлялось всё больше официальных школ, но ребятишки во все время всячески отлынивали от уроков. «Я вспоминаю одного ученика – сына булочника из Замоскворечья – ему так трудно давалась азбука, и так он её возненавидел, что проходя по Москворецкому мосту, утопил книжку в Москве реке», – читаем в мемуарах литератора Ивана Белоусова периода 1870-х годов.
133
10
-- - Уильям Верпланк Бирни. Чтение вслух, 1885 - 9Джон Джордж Браун. Чтение на скалах, Гранд-Манан, ок. 1877 Джон Сарджент. Р+4
-- - Уильям Верпланк Бирни. Чтение вслух, 1885 - 9Джон Джордж Браун. Чтение на скалах, Гранд-Манан, ок. 1877 Джон Сарджент. Река (Девушка с книгой), 188899Элизабет Аделла Форбс. Половина каникул, 1909Робер Лефевр. Портрет молодого человека, ок. 1805
138
11
«СПЕШИЛ С КНИГОЮ НА БЕРЕГ ВОЛГИ» Провожаем лето вместе с персонажами книг и картин… 1. «Она лежала в гамаке, тихо раскачиваясь и глядя, закинув назад голову, в небо, а он сидел рядом, с книгой, и читал ей вслух». (Александр Куприн «Ученик», 1908) 2. «Я начал искать тропинку, но которой можно было бы спуститься к воде. В это время я увидел внизу, на камне, женскую фигуру в широкой соломенной шляпе, с большой книгой в руках». (Роман Кумов «Рахиль» 1913) 3. «Однажды она довольно далеко проехала в своей лодочке и заметила прекрасное уютное местечко, всё в кустах, как беседка, завела туда свою лодку и, покачиваясь на тихой воде в тени и зелени, расположилась читать». (Надежда Кохановская «Любила», 1858) 4. «С каким живым удовольствием маленький наш герой в шесть или семь часов летнего утра, поцеловав руку у своего отца, спешил с книгою на высокий берег Волги, в ореховые кусточки, под сень древнего дуба! (Николай Карамзин «Рыцарь нашего времени», 1803) 5. «Всунув в карман какую-нибудь книжку, спешил я в сады свои. Там, ходючи по своим аллеям и дорожкам, любовался я вновь всеми приятностями натуры, вынимал потом из кармана книжку и, уединясь в какое-нибудь глухое местечко, читывал какие-нибудь важные утренние размышления, воспарялся духом к небесам…» (Андрей Болотов «Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанныя самим им для своих потомков», 1789–1816)
119
12
+9
بدون متن...
183
13
СВИДАНИЕ С КНИГОЙ ВСЛЕПУЮ Сейчас на волне моды активно продвигаемая торговыми площадками и Буктоком читательская практика и творческая концепция Blind Date with a Book – «свидание с книгой вслепую» или сокращённо «случайная книга», «книга-сюрприз». После оформления онлайн-заказа вам присылают рандомно выбранный том, упакованный в непрозрачную бумагу. В офлайновых книжных магазинах для этого оборудуют специальные столики и стеллажи. Сюрпризом может стать как отдельная книга, так и сюрприз-бокс – тематический, жанровый, авторский. Предлагаются также сюрпризы-подписки (ежемесячные подборки рандомных изданий) и индивидуальные сюрпризы (подобранные с учётом предпочтений читателя). К комплектам последнего типа могут прилагаться открытки, закладки, стикеры и прочий мерч. Иногда – стикеры-подсказки, когда и где лучше всего открыть посылку, чтобы получить наибольшее удовольствие. Для читателя это интрига и непредсказуемость, игра в тайну и доверие, чтение-приключение и выход из зоны читательского комфорта. Для продавца это элегантный маркетинговый ход, изящный способ сбыта букинистики и остатков тиражей. Иногда – нетривиальная пиар-акция для привлечения внимания к новинкам либо малоизвестным произведениям. С этой практикой соотносится не менее модное «антиалгоритмическое» чтение (от англ. Rejecting the Algoritm) – отказ от заведомого информирования о книгах, от рекомендаций ИИ и чат-ботов вроде «вам также понравится…» Целенаправленное приобретение книг случайными способами: по наугад открываемым аннотациям, по загаданным номерам книжных шкафов и полок в магазинах Действительно ли иногда книги находят нас сами? Случалось ли вам делать литературные открытия подобными способами? Делитесь мнением и опытом в комментариях.
376
14
1. Игорь Раздрогин. Книжный базар, 1975 2. Иззат Клычев. Книжный базар, 1954 3. Михаил Баранчеев. Книжный базар в Архангельск+9
1. Игорь Раздрогин. Книжный базар, 1975 2. Иззат Клычев. Книжный базар, 1954 3. Михаил Баранчеев. Книжный базар в Архангельске, 1956 4. Борис Орлов. Книжный базар, 1964 5. Борис Вакс. Новая книга, 1960 6. Глеб Барабанщиков. Книги, 1964 7. Николай Полянков. В увольнении, 1965 8. Николай Шариков. Библиотека-передвижка, 1938 9. Самуил Невельштейн. Праздник советской книги в Ленинграде, 1932 10. Сергей Лучишкин. Праздник книги. Москва, Тверской бульвар, 1927
269
15
КНИГУ – НА УЛИЦУ! В тёплое время года в СССР практиковалась уличная книготорговля. Самым популярным форматом был «книжный базар» [ил. 1–4]. Первое такое мероприятие было организовано по инициативе Госиздата на Тверском бульваре в Москве 5–17 мая 1926 года. Для оформления стендов и плакатов привлекались студенты художественных училищ и вузов. Одно из популярных раннесоветских воззваний: «Крепи смычку с книжным базаром – любая книга почти задаром!». «Книжные базары» часто приурочивались к общегосударственным праздникам, в частности Дню советской части 5 мая, либо проводились как тематические акции – например «Книга вместо водки» в Свердловске в 1930 году. В остальное время книги сезонно продавались на открытых лотках, обычно возле книжных магазинов и библиотек, воинских частей и крупных предприятий, а также в парках, вдоль набережных, на оживлённых площадях [5–7]. В небольших городах и сельской местности работали передвижные библиотечки, позволявшие почитать на свежем воздухе [8]. Особым спросом пользовались детская литература и свежая периодика. Самые масштабные акции получили название «праздников книги» [9, 10]. Помимо продажи печатных изданий и тематических сувениров, там проходили торжественные митинги, выступления музыкальных и цирковых коллективов, костюмированные шествия, народные гуляния с играми и фейерверками, лотереи с библиопризами. С конца 1960-х годов всё острее ощущался дефицит художественной литературы, и уличная книготорговля постепенно меняла формат: множились стихийные развалы и точечные неформальные клубы библиофилов. Причём перепродажа книг грозила уголовным преследованием и тюремным сроком за спекуляцию, считаясь нелегальным предпринимательством и нетрудовым доходом. Об уличной торговле книгами постсоветского периода очень здорово написано в рассказе Гузель Яхиной «Швайпольт». Если вы застали эти времена и принимали участие в уличной книготорговле как покупатели или продавцы – делитесь воспоминаниями в комментариях.
144
16
1. Иван Бугаевский-Благодарный (Богаевский). Портрет Елены Христофоровны Мокеевой, 1816 2. Уильям Пауэлл Фрит. День дерби (фр+9
1. Иван Бугаевский-Благодарный (Богаевский). Портрет Елены Христофоровны Мокеевой, 1816 2. Уильям Пауэлл Фрит. День дерби (фрагмент), 1860 3. Фредерик Сулакруа. Роза, конец XIX века 4. Йоанна Матильда Дитрихсон. Молодая женщина, читающая у окна, 1883 5. Фредерик Везин. День рождения, вторая половина XIX века. 6. Сэмюэл Финли Бриз Морс. Портрет дочери художника Сьюзан Уокер Морс, ок. 1836 7. Шарль Луи Мюллер. Графиня Евдокия Николаевна Апраксина, 1851 8. Эудженио Дзампиги. Воспоминания, конец XIX века 9. Эдуар Клем. За чтением, конец XIX века 10. Поль Гаварни. Столик для альбома в дамской гостиной, ок. 1830
212
17
«У ПЕЛАГЕИ ПЕТРОВНЫ АЛЬБОМ…» Мода на альбомы с поэтическими и художественными автографами возникла во Франции эпохи Реставрации (1814–1830) и вскоре нашла подражателей в Англии, Германии, России. Это могли быть как заранее переплетённые большие тетради, так и сложенные в папку отдельные страницы либо экземпляры печатных изданий с текстами, иллюстрациями, нотами, в которые вплетались чистые листы бумаг разных цветов (голубого, розового, жёлтого), специально предназначенными для альбомных записей. Альбомы традиционно относят к женской дворянской культуре, поэтому их часто называли «дамскими». Колоритное описание находим в рассказе Ивана Панаева «Барыня» (1841): «У Пелагеи Петровны альбом. В этом альбоме стишки и картинки. Вот крест, сердце и якорь; вот цветок и бабочка; вот храм амура в леску, а под ним надпись: "Крылатому божку всё в свете покоренно, Он был наш царь, иль есть, иль будет непременно". Пелагея Петровна подаёт альбом офицеру. Она просит его написать ей что-нибудь в память...» Лучшим украшением альбома считались тексты знаменитых литераторов. Однако не всем корифеям это было по нраву. «Крылов меня умолял никогда не иметь альбома, говоря, что мужчинам они очень противны, и очень обрадовался, как я ему сказала, что, кроме книжечки, у меня ничего нет», – вспоминала Варвара Оленина, дочь директора Императорской публичной библиотеки. Со временем альбомная культура упрощается и постепенно деградирует. «Из ста штук барышень Петербургской стороны едва ли у трёх-четырёх имеются альбомы или вообще книжечки, имеющие своею исключительно целью изображение нежных чувств. Всевозможные чувствительные послания, нежные полупризнания и страстные сердечные стенания в прозе и стихах, преимущественно в форме акростихов – всё это изливается господами кавалерами-чиновниками по большей части или в наскоро сшитых из департаментской бумаги маленьких тетрадочках, или в книжках, имеющих какое-либо хозяйственное назначение», – читаем в рассказе Дмитрия Ломачевского «Роман в трёх главах» (1871). Далее описано, как одна барышня использует поваренную книгу в качестве альбома сердечных признаний кавалеров. Мужские альбомы – более лаконичные по содержанию и оформлению – получили именовали «товарищеских». Самый необычный был у Александра Куприна. Назывался он «деревянным» и представлял собой… берёзовый некрашеный стол во дворе, испещрённый афоризмами, экспромтами, остротами, известных писателей. Однажды Куприн взвалил его на плечи и пронёс через весь Петербург на квартиру своего друга, переводчика Фёдора Фидлера, у которого в тот день были именины.
128
18
1. Чарльз Спенсли. Лавка старьёвщика, 1925 2. Уильям Харнетт. Рабочий стол, 1882 3. Александр Антинья. Дочь букиниста, 1855 4+9
1. Чарльз Спенсли. Лавка старьёвщика, 1925 2. Уильям Харнетт. Рабочий стол, 1882 3. Александр Антинья. Дочь букиниста, 1855 4. Жак Бизе (приписывается). Натюрморт со старинными книгами, 1654 5. Маттеус ван Хелмонт. Учёный в своём кабинете, 1670-е 6. Кэтрин М. Вуд. Книги и бумаги на столе, конец XIX века 7. Пио Риччи. В библиотеке, конец XIX века 8. Неизвестный голландский художник. Натюрморт с книгами, ок. 1628 9. Бенджамин Уолтер Спайерс. Кабинет коллекционера, конец XIX века 10. Анри Матисс. Интерьер с цилиндром, 1896
207
19
ГАРМОНИЯ ХАОСА Беспорядочно разбросанные книги, громоздящиеся груды фолиантов, захламлённые томами пространства – художники находят в этом своеобразную эстетику непринуждённости, творческой свободы, упоения работой. Писатели изображают неоднозначность мнений. Описание комнаты Васина в романе Достоевского «Подросток»: «Не знаю почему, но меня начал мало-помалу бесить вид этих двух загромождённых книгами столов. Книги, бумаги, чернильница – всё было в самом отвратительном порядке, идеал которого совпадает с мировоззрением хозяйки-немки и её горничной. Книг было довольно, и не то что газет и журналов, а настоящих книг, – и он, очевидно, их читал и, вероятно, садился читать или принимался писать с чрезвычайно важным и аккуратным видом. Не знаю, но я больше люблю, где книги разбросаны в беспорядке, по крайней мере из занятий не делается священнодействия». Чьё мнение вам импонирует – рассказчика или Васина? Вы за творческий беспорядок или за безупречную аккуратность в домашней библиотеке?
144
20
1. Ян Стен. Дети учат кота читать, 1668 2. Жане-Элизабет Шоде. Малышка учит собачку читать, 1801 3. Джон Генри Дольф. Урок чт+9
1. Ян Стен. Дети учат кота читать, 1668 2. Жане-Элизабет Шоде. Малышка учит собачку читать, 1801 3. Джон Генри Дольф. Урок чтения, начало XX века 4. Читай, Мимишка! Литография неизвестного русского мастера с картины неизвестного художника «Запомни урок, Фидо» 1882 5. Эмилио Сала-и-Франсес. Сцена в саду, конец XIX века 6. Брайтон Ривьер. Обязательное образование, 1887 7. Феликс Шлезингер. Лучшие друзья, конец XIX века 8. Войтех Бартонек. Наглядное обучение, конец XIX века 9. Первый урок, почтовая открытка, ок. 1908 10. Герман фон Каульбах. Неужели ты не умеешь читать? 1882
263