Винотека "Автохтон". Вина России на Соколе. Твоя история. Твоя земля. Твое вино.

Château de Talu («Шато де Талю») — это не просто винодельня, а целая история о том, как любовь к делу, смелость перед лицом испытаний и уважение к традициям складываются в уникальный продукт. Расположенная на живописном Толстом мысу в Геленджике, она встречает гостей видом на бухту и атмосферой французского шато — и при этом остаётся по‑настоящему русской по духу. Название «Шато де Талю» звучит по‑французски элегантно, и в нём скрыто сразу два смысла. С одной стороны, «шато» — это загородный дом с винодельней, а «Талю» (от talus) созвучно слову «склон» или «обрыв». Получается «замок на склоне» —и действительно, хозяйство стоит на высоком берегу, а виноградники раскинулись и вдоль берега, и на южном склоне Маркотхского хребта. Но есть и другая, очень личная история: «Талю» — это акроним из первых слогов имён дочерей инвестора, Татьяны и Любови. Такой выбор названия — словно метафора самого виноделия: как и воспитание детей, выращивание винограда требует огромного терпения, внимания и, конечно, любви. История «Шато де Талю» началась в 2005 году. Сначала это было виноградарское хозяйство: предприятие выращивало виноград и продавало его другим винодельням. Но уже в 2007 году на Толстом мысу заложили первые 35 га виноградников. К выбору места и сортов подошли максимально серьёзно: проводили бурение и анализы почв, консультировались с Северо‑Кавказским федеральным научным центром садоводства, виноградарства, виноделия, а также с французскими поставщиками саженцев. Лозы привезли из питомника Jean‑Guy & Bruno Arrive между Коньяком и Бордо, а работы на виноградниках курировал сам Жан‑Ги Арриве. Первыми сортами стали «каберне совиньон», «мерло», «каберне фран», «шардоне» и «совиньон блан». Позже, в 2008 году, начали осваивать участок у сёл Виноградное и Марьина Роща: здесь появились «сира», «семильон» и «мускат». Со временем в коллекцию добавили и автохтонные сорта: сначала «красностоп» (2012 год), затем «саперави». Сегодня на 101,3 га виноградников растут уже 14 сортов, включая «вионье» и ронские «сенсо», «марселан» и «каладок». Не обошлось и без серьёзных испытаний. В июле 2012 года Геленджик накрыл сильный потоп: шквальные ливни вызвали сильнейшую эрозию почвы, и виноградникам был нанесён большой ущерб. Восстановление заняло около трёх лет. Именно после этой беды приняли стратегическое решение: строить винодельню на Толстом мысу, а не в районе посёлка Виноградное, как планировали изначально. При этом от самой идеи создания собственной винодельни никто не отказался. Как отмечал первый генеральный директор Андрей Скок, мысли о том, чтобы всё бросить, не возникало ни на минуту. Французский флер и русский терруар Строительство винодельни стартовало в 2016 году, а первые вина коллекции «Шато де Талю», произведённые на собственных мощностях, появились из урожая 2019 года. Решение о строительстве было продиктовано и экономикой: продажа только винограда оказалась недостаточно выгодной. Главная цель проекта всегда была в том, чтобы делать собственное вино — такое, которое не уступало бы мировым стандартам. Чтобы добиться этого, к оснащению завода подошли очень ответственно: ёмкостной парк закупили в Италии, остальное оборудование — во Франции. А методы производства выбрали классические: на винодельне используют гравитационное виноделие, чтобы бережно обращаться с виноградом, и выдерживают вина в дубовых бочках из Франции. Концепция «двух душ» вина — зарубежной экспертной и русской, отражающей особенности терруара — стала основой всей философии хозяйства. Для этого привлекли ведущих зарубежных специалистов. Среди них — Франк Дюсенер, винодел с опытом работы в престижном Château Palmer. Он присоединился к проекту спустя семь лет после основания хозяйства и принимал участие в проектировании и постройке «Шато де Талю» с нуля. Десять лет он наблюдал за развитием виноградника, изучал потенциал терруара и осторожно подбирал стилистику вин. Консультантом проекта также выступала кома