В бою он узнал того, с кем когда-то сидел за одной партой. И теперь держал его на прицеле.
Тот, кто пошел служить Гитлеру, прекрасно отдавал себе отчет: своя же армия пленных из их числа не прощает. Вчерашние соседи, говорившие на одном языке, становились палачами. И никакой приказ «пленных не трогать» не мог пересилить кипящую внутри ненависть. Иногда, если везло, таких отправляли в тыл. Но чаще всего везло не им, а тем, кто успевал выстрелить первым.
Николай Александров, потомственный казак из станицы Луковской, к лету 1941-го заканчивал техникум в Луганске. Когда грянула война, он проходил практику на заводе в Днепропетровске. Парня сразу отправили во 2-е Харьковское танковое училище. И едва он успел переступить порог, как немцы высадили под городом полторы сотни десантников. Курсантов, не раздумывая, бросили в бой. Александров впервые сел за пулемет старой танкетки Т-27. Немцы, не имевшие с собой противотанковых средств, были перебиты почти поголовно. Лишь одна случайная пуля задела двигатель, но машину быстро вернули в строй.
Училище эвакуировали в Самарканд. В 1942-м, после выпуска, лейтенант получил новенькую «тридцатьчетверку» и попал под Сталинград. Его 4-й механизированный корпус наступал на Калач с юга, разбил немецкую группировку и заслужил звание Гвардейского. Сам Александров воевал в 44-м гвардейском танковом полку.
Судьба свела его с предателями уже в Белоруссии. Танкисты захватили немецкий обоз с боеприпасами. Возница, одетый в форму вермахта, говорил по-русски чисто, без акцента. Сомнений не осталось: свой, перешедший к врагу. Александров позвал командира взвода, Ивана Мешкова с Курщины, чтобы тот опознал земляка. Мешков всмотрелся в лицо пленного и вдруг побледнел: «Колька, это ж мой одноклассник! Мы вместе в школе учились!». Власовец тоже узнал его, бросился на колени, завыл, прося пощады. Мешков молча вытащил пистолет и выстрелил. На звук прибежал комбриг, начал кричать о нарушении приказов. Но, узнав, кто был расстрелян, только махнул рукой: «В следующий раз уводите таких в лес, чтобы лишних глаз не было».
Победу Александров встретил в Курляндии. Немецкая группа армий «Север», запертая в котле, сдалась только 10 мая. По пути его бригада наткнулась на Саласпилсский концлагерь. Там держали еврейских детей и подростков, из которых выкачивали кровь для раненых гитлеровцев. Танкисты ворвались на территорию, перебили охрану и открыли ворота. Много лет спустя спасенные женщины, уехавшие в Израиль, разыскали своего спасителя через архивы Москвы. В 2005 году в Краснодаре ему вручили орден «Звезда Давида».
Николай Захарович прошагал со знаменем своей бригады на Параде Победы. Потом была Манчжурия, Харбин, Уссурийск, Австрия. Он поступил в Академию бронетанковых войск. Три ранения, два ордена Отечественной войны I степени, два ордена Красной Звезды и осколки в теле, которые врачи так и не решились вынуть. Он ушел в ноябре 2013-го.
Война ломает людей по-разному. Одни стреляют в тех, с кем росли, другие — спасают тех, кого приговорили к смерти. Что сильнее: присяга, страх или память о том, кем ты был до того, как взял в руки оружие?
Приглашаем в наш новый паблик, где мы каждый день рассказываем о подвигах и героях Советского Союза. Подписывайтесь, чтобы не потерять
Советское время