Москва, которой нет

🏠 Дом, в котором даже лестница волнуется Особняк Рябушинского — тот случай, когда архитектор Фёдор Шехтель будто решил превратить целый дом в философский ребус.На экскурсии с Ириной Левиной разберём этот замысел по частям, а затем попадём внутрь особняка. Внутри увидим визитную карточку этого дома, знаменитую лестницу, которую сравнивают с волной, и это не случайно: пространство дома построено как движение от воды и земной стихии вверх, к свету. Даже этажи здесь имеют символическое значение. Окна, похожи на огромные водяные пузыри, а под крышей — орнамент с орхидеями. Каждая деталь работает на общий замысел Шехтеля, который впитал идеи и эстетику эпохи модерна. После революции здесь поселился Максим Горький. В 1930-е к писателю приходили коллеги по литературным делам. Корней Чуковский, например, признавался, что совершенно терялся в этом текучем, необычном пространстве и искренне удивлялся, как Горький вообще способен здесь жить. 📆19 сентября, 15.45, Особняк Рябушинского

🏢 Дом, где жили те, о ком писали газеты На Берсеневской набережной есть дом, который задумывался как советский город в миниатюре. В нём было 505 квартир, собственная столовая, прачечная, амбулатория, парикмахерская, детский сад, театр, кинотеатр и даже теннисные корты. Его жильцами стали наркомы, военачальники, писатели, лётчики и партийные руководители. Но история дома оказалась далека от идеальной картинки: в годы Большого террора арестовали 803 его жителя, 334 из них были расстреляны. А ещё у Дома на набережной есть своя коллекция легенд. Говорят о призраке, тайном подземном ходе к Кремлю и Лубянке, спрятанном младенце и подростке, который якобы предсказал ход войны. На прогулке с Ланой Максимовой будем разбираться, где здесь документальная история, а где жильцы добавили немного мистики. 📆5 сентября, 11.00, Дом на набережной: история, легенды, судьбы

Большой день в Коломенском Настоящий исторический марафон в Коломенском — с авангардом, царскими палатами и Петром I. Начнем с выставки «Сакральное и радикальное. Красная нить русского искусства». Здесь древнерусская икона окажется рядом с Малевичем, Кандинским, Гончаровой и Ларионовым. Звучит неожиданно — но именно древняя живопись стала одним из источников вдохновения для русского авангарда. А потом с Ольгой Василисковой отправимся в историческое Коломенское — туда, где находился загородный царский дворец Алексея Михайловича. Это будет история про Соляной и Медный бунты, церковный раскол, Никон и старообрядцы, первые театральные представления при дворе, европейские новшества — XVII век кипел событиями. Вспомним и Петра I: его детство прошло в Коломенском, а затем поговорим о царе-преобразователе в Домике Петра I — уникальном московском памятнике, который первоначально построили в 1702 году на Северной Двине. 📆30 августа, 12.00, Царь Алексей Михайлович, сын его Петр и русское искусство в Коломенском

Большой день в Коломенском: от иконы до Петра I 30 августа устроим себе настоящий исторический марафон в Коломенском — с авангардом, царскими палатами, бунташным XVII веком и Петром I. Начнем с выставки «Сакральное и радикальное. Красная нить русского искусства». Здесь древнерусская икона окажется рядом с Малевичем, Кандинским, Гончаровой и Ларионовым. Звучит неожиданно — но именно древняя живопись стала одним из источников вдохновения для художников русского авангарда. А потом вместе с Ольгой Василисковой отправимся в историческое Коломенское — туда, где находился загородный царский дворец Алексея Михайловича. Это будет совсем не «тихая» история о Тишайшем царе. Соляной и Медный бунты, церковный раскол, Никон и старообрядцы, первые театральные представления при дворе, европейские новшества — XVII век кипел событиями. И многие реформы, которые мы привыкли связывать исключительно с Петром, начались еще при его отце. Вспомним и самого Петра: его детство прошло в Коломенском, а затем поговорим о царе-преобразователе в Домике Петра I — уникальном московском памятнике, который первоначально построили в 1702 году на Северной Двине. Заглянем в кабинет, столовую и спальню Петра, увидим комнату денщика и знаменитый «царский чуланец». А новая экспозиция «Петр Первый: рождение морской державы» расскажет о первых кораблях, флоте и совсем не дворцовой стороне жизни будущего императора. 📆30 августа, 12.00, Царь Алексей Михайлович, сын его Петр и русское искусство в Коломенско

Шаболовка: улица, которая долго оставалась московской окраиной Сегодня Шаболовку сложно представить тихой дорогой на окраине города. А когда-то она именно такой и была. Улица сложилась к середине XVIII века по дороге к подмосковному селу Шаболово. Это был не важный тракт, а скорее местный путь: по сторонам — огороды, монастырские земли, деревянные дома и редкие каменные постройки. Даже после расширения улицы здесь долго сохранялся почти загородный характер. В XVIII веке на Шаболовке появились Мясной ряд и конские ярмарки, работали владения Данилова и Донского монастырей. А в 1812 году огороды сыграли неожиданную роль: пожар почти не затронул улицу, сгорело всего несколько строений. К концу XIX века Шаболовка стала заметно плотнее: деревянные дома сменили каменные, появились фабрики, богадельни, новые городские учреждения. Здесь даже успели построить пивоваренный завод, а в 1905 году улица стала одним из мест революционных событий — на Шаболовке и в Конном переулке стояли баррикады. Вот такую Шаболовку и будем искать на прогулке с Марией Подъяпольской: немного окраинную, купеческую, промышленную, дореволюционную и уже совсем городскую. И конечно вспомним и про телецентр, и про Шуховскую башню. 🔑Место встречи можно узнать у нас на сайте: https://clck.ru/3VRipy 📆27 августа, 19.00, Шаболовка: Шуховская башня и не только

Шаболовка: улица, которая долго оставалась московской окраиной Сегодня Шаболовку сложно представить тихой дорогой на окраине города. Улица сложилась к середине XVIII века по дороге к селу Шаболово. В XVIII веке на Шаболовке появились Мясной ряд и конские ярмарки, работали владения Данилова и Донского монастырей. А в 1812 году огороды сыграли неожиданную роль: пожар почти не затронул улицу, сгорело всего несколько строений. К концу XIX века Шаболовка стала заметно плотнее: деревянные дома сменили каменные, появились фабрики, богадельни, новые городские учреждения. Здесь построили пивоваренный завод, а в 1905 году улица стала одним из мест революционных событий. Вот такую Шаболовку и будем искать на прогулке с Марией Подъяпольской: немного окраинную, купеческую, промышленную, дореволюционную и уже совсем городскую. 📆27 августа, 19.00, Шаболовка: Шуховская башня и не только

Что находится под Венецией? Ответ — в Новом Иерусалиме Одна из интереснейших картин нынешней выставки «(НЕ)известный. Константин Горбатов» в Новом Иерусалиме содержит секрет. Причем секрет этот оставался неразгаданным много десятилетий. На первый взгляд перед нами вполне «горбатовская» «Венеция» 1931 года: вода, лодки, паруса, светлые дома, тот самый солнечный итальянский мир, который художник так любил после отъезда из России. Но ещё в 1969 году, когда картиной занимались реставраторы Центра имени Грабаря, они заметили странность: грунт на холсте лежал неравномерно. Возникло подозрение, что Горбатов использовал холст повторно и под Венецией скрывается другая живопись. Однако увидеть ее тогда не получилось. Разгадка появилась только в 2015 году, когда «Венецию» готовили к выставке в Третьяковской галерее. Картину исследовали с помощью рентгена — и обнаружили под итальянскими каналами и домами… древний Псков. Почему Горбатов решил пожертвовать одной картиной ради другой, неизвестно. Возможно, все прозаически: художник жил в эмиграции и мог просто вторично использовать старый холст. Но точного ответа нет — и потому у «Венеции» осталась еще одна загадка. Зато получилось почти невероятное совпадение с его собственной биографией. До революции Горбатов много писал Псков, Новгород, Волгу, старые русские города. После эмиграции одной из его главных тем стала Италия — Капри, Амальфи, Венеция. Символично, но на этом холсте два этих мира буквально легли друг на друга. Причём сокуратор нынешней выставки Елена Жихарева обращает внимание ещё на одну занятную деталь: лодки на «Венеции» напоминают русские струги, которые Горбатов прежде неоднократно изображал в псковских и новгородских пейзажах. Обратите на этом внимание. Получилась метафора, которую никакой куратор специально придумать не смог бы: снаружи — Италия, а под ней всё равно Россия. На выставке то, что скрывается под картиной, вы сможете посмотреть рядом на экране. Плюс на стене отдельный захватывающий рассказ про реставрацию. 29 августа вместе с Ольгой Василисковой мы увидим эту картину на выставке в Новом Иерусалиме и узнаем ещё немало историй о Горбатове — художнике, чьи работы порой оказываются совсем не такими простыми и безмятежными, какими кажутся на первый взгляд. Не забудьте, что это будет предпоследний день работы совершенно великолепной выставки, которую обязательно стоит увидеть. И лучше с нами!

Кисловские переулки: дворяне, художники и Станиславский Кисловские переулки — тот случай, когда несколько тихих улиц оказываются настоящей машиной времени. Здесь дворянские усадьбы соседствуют с доходными домами, театральными историями. Вместе с Ириной Левиной разберемся, зачем Шереметевым понадобились сразу два дома на Воздвиженке. Заодно выясним, чем Большой Воздвиженский дом отличался от Наугольного. Заглянем туда, где гимназия Брюхоненко оставила свой след, и отыщем церковь, спрятанную за домами Шереметевых. Оказывается, рядом с ней в свое время даже разрешили устроить игровой зал — деталь, которая отлично показывает, насколько причудливой могла быть жизнь в этом квартале. И, конечно, будет театр. Узнаем, где Константин Алексеев сделал шаг к превращению в Константина Станиславского. А еще найдем место рождения женщины, ставшей первой женщиной-премьер-министром Чехословакии, и церковь, где ее крестили. 📆1 сентября, 19.00, Лабиринт Кисловских переулков

🪦Новодевичье кладбище — место, где история страны собрана в именах, судьбах и памятниках. За стенами Новодевичьего монастыря находится один из самых известных московских некрополей. Здесь похоронены люди, чьи фамилии знакомы каждому: писатели, артисты, военачальники, учёные, врачи, инженеры, художники, спортсмены. В XX веке Новодевичье стало главным местом упокоения советской и российской элиты. Сюда даже переносили могилы с других кладбищ: так на Новодевичьем появились могилы Чехова, Гоголя. Маяковского и других знаменитостей. Кладбище превратилось в настоящий музей скульптуры под открытым небом. Над надгробиями работали Матвей Манизер, Иван Шадр, Эрнст Неизвестный, Вадим Сидур, Олег Комов, Георгий Франгулян. На прогулке с Ланой Максимовой будем разбирать судьбы людей, которые сформировали культуру, науку и историю страны, искать необычные памятники и вспоминать неожиданные детали их биографий. 📆29 августа, 10.30, Истории Новодевичьего

За рекой кипела жизнь: история Замоскворечья Когда-то за Москвой-рекой находились царские сады и жили люди самых разных профессий: садовники, овчинники, ткачи, переводчики, монетчики. Потом район прочно записали в «купеческую Москву». Но купцами история Замоскворечья отнюдь не ограничивается. Здесь обзаводились усадьбами богатые дворянские семьи, в том числе Демидовы. Здесь родился Александр Островский, жил Лев Толстой, останавливался Достоевский. Здесь встречались Анна Ахматова и Марина Цветаева. А ещё здесь находится Марфо-Мариинская обитель, где архитектура Алексея Щусева встретилась с росписями Михаила Нестерова и замыслом великой княгини Елизаветы Фёдоровны. На прогулке с историком Ольгой Василисковой будем собирать Замоскворечье как детали пазла: от старых слобод и названий улиц до купеческих домов, дворянских усадеб, литературных адресов и православных святынь. 📆26 августа, 19.00 Такое разное Замоскворечье

Сегодня — в гости к Шехтелю 🏛️ Что общего у английского дворца, особняка с масонской символикой и скоропечатни? Все они оказались в окрестностях Патриарших — благодаря одному архитектору. Сегодня Ирина Левина проведёт прогулку по местам, где Фёдор Шехтель буквально устроил выставку своих творений и переписал архитектурный облик района. Поговорим не только о знаменитых зданиях, но и о людях, которые заказывали их строительство: зачем купцам и предпринимателям понадобились настоящие городские дворцы и как их роскошные дома меняли тихие Козихи и Спиридоновку. По пути увидим первый собственный дом Шехтеля, скоропечатню Левенсона, виллу Тарасова работы Жолтовского, особняки Морозова и Рябушинского. 📆25 августа, 19.00, Заповедник Шехтеля на Патриарших

Музей, который один человек собрал дважды В Славково мы едем не только ради старинной церкви. Здесь есть еще одно место, которое трудно назвать просто «краеведческим музеем». Его создатель — Валерий Леонидович Фомин, сельский библиотекарь, десятилетиями собиравший все, что могло сохранить память о здешней жизни: старые фотографии, предметы деревенского быта, документы, вещи местных жителей. Так постепенно при библиотеке появился настоящий музей. А потом случился пожар, во время которого коллекция серьезно пострадала, и можно было решить, что на этом история закончилась. Но Фомин начал собирать музей заново — снова искать вещи, расспрашивать людей, спасать то, что еще можно спасти от исчезновения. И вот совсем недавно эта история вышла далеко за пределы Славкова. В 2026 году режиссер Константин Пессяников снял о Валерии Фомине документальный фильм «Сотворение». Это почти час наблюдения за человеком, который, кажется, занимается очень маленьким делом — хранит историю одной деревни. Но постепенно становится понятно: именно из таких маленьких дел и складывается память о стране. Само название здесь очень точное. Потому что музей Фомин действительно не получил в готовом виде — он его сотворил. А когда тот погиб, сотворил еще раз. 30 августа мы окажемся в Славкове и увидим этот музей своими глазами. И нам с вами представится уникальный случай, когда мы сможем посмотреть не только на экспонаты, но и на результат многолетней работы одного человека, который решил: его деревня не должна исчезнуть бесследно. Мест осталось всего шесть. 📷 фото Евгении Кирилловой

🌙 Останкино, где у каждого дома может быть привидение👻 Что общего у старинной усадьбы, студенческого городка, дровяного рынка, дач и пончиковой? Всё это — настоящее Останкино. И одновременно — Останкино из книг Владимира Орлова, где рядом с москвичами совершенно спокойно существуют домовые, ведьмы, ангелы, демоны и привидения. В последний вечер лета на прогулке с Алексеем Орловым будем искать места, которые писатель превратил в декорации своей московской мифологии. Пройдём по реальным адресам, вспомним людей и события, заглянем в историю Пушгородка и старых дачных мест. А потом доберёмся до легендарной пончиковой. 😋 Для самых стойких есть продолжение — Шереметьевская роща, она же Останкинский парк в орловской вселенной. Москва здесь будет одновременно совершенно настоящей и слегка потусторонней. Книги Владимира Орлова читать необязательно. Любить Москву — обязательно. 📆31 августа, 19.00, По следам героев Останкинских историй Владимира Орлова

От Крутиц до Дубровки: Москва за 300 лет Как за одну прогулку оказаться сразу в нескольких эпохах? Начать с XVII века, пройти через Москву 1920-х и закончить в городе советского модернизма — легко. Вячеслав Куренков проведёт маршрут от Крутицкого подворья до Дубровки — туда, где старинная слобода в 1920-е превратилась в настоящий рабочий городок. По дороге разберёмся, почему архитекторы так любили необычные углы, эркеры и «утопленные» фасады, посмотрим дома разных кварталов и поговорим об Евгении Шервинском — мастере неоклассики и одном из пионеров научной реставрации. А еще увидим Дворец культуры на Дубровке, тот самый, который сегодня неразрывно связан с трагической историей «Норд-Оста». Получится не просто прогулка по району, а стремительный переход от древней Москвы к авангарду и советской эпохе — буквально несколько километров, а между ними несколько столетий. 📅30 августа, 14.00, Крутицы vs Дубровка: древность и прогресс

🏠 Где жили московские архитекторы — и почему на это стоит посмотреть Мы привыкли рассматривать дома, созданные знаменитыми зодчими. Но есть куда более любопытный вопрос: а в каких домах жили они сами? На прогулке между Арбатом и Пречистенкой с Марией Подъяпольской посмотрим на московские адреса архитекторов — их собственные дома, семейные истории и пространства, где рождались новые проекты. Увидим особняк, который архитектор построил для себя, поговорим о том, как выглядели его кабинет и мастерская, и разберёмся, что произошло с привычным укладом жизни зодчих после революции. Кто-то сумел сохранить дом и профессию, а кому-то пришлось полностью перестраивать быт под новую эпоху. А ещё заглянем в историю самого необычного дома, построенного уже тогда, когда частный особняк для зодчего казался почти невозможной роскошью. 📅29 августа, 15.00, Дом для себя: где жили московские архитекторы?

🔥 Пресня: район, где Москва не раз ходила по краю На Пресне заводские гудки когда-то соседствовали с выстрелами, а рабочие кварталы становились ареной событий, от которых зависела судьба страны. Но Пресня — это не только революции. Здесь в конце XIX — начале XX века работали передовые фабрики и заводы, на которых создавались состояния будущих владельцев знаменитых московских особняков. Здесь появились первый московский зоопарк, обсерватория и предприятия с совершенно новаторским отношением к рабочим. А потом район снова и снова менялся: дореволюционная Москва, советская эпоха, лихие 1990-е и современные пространства — всё это буквально наслаивается друг на друга. Сегодня вечером на прогулке с Вячеславом Куренковым разберёмся, почему этот район называют Красной Пресней, увидим следы его промышленного прошлого и поговорим о том, как здесь формировалась Москва модерна — от Кекушева и Шехтеля до сегодняшних жилых кварталов. 📅24 августа, 19.00, Баррикады и астрономы Красной Пресни

Личная пустынь, или Какого размера был мир патриарха Никона Мы уже не раз бывали в Новом Иерусалиме, но никогда не попадали в скит: обычно все наши (и не только наши) фото сделаны из-за ограды. И когда узнали, что внутрь все же можно попасть, уцепились за возможность двумя руками. 29 августа мы идем в скит! И только внутри вам станет понятно, насколько необычное это сооружение. Никон построил свою «отходную пустынь» в конце 1650-х — начале 1660-х годов. Первоначально она находилась на искусственном острове: с одной стороны текла Истра — здешний Иордан, с другой была проведена протока. Снаружи скит кажется довольно внушительной четырехъярусной башней. Но стоит войти — и масштаб резко меняется. Узкие лестницы, низкие переходы, маленькие палаты, рассчитанные на одного-двух человек. В XVII веке внизу находились хозяйственные помещения, выше — кельи патриарших келейников, еще выше — церковь Богоявления, трапезная, приемная и собственная келья Никона. А на плоской кровле — маленькая церковь Петра и Павла, звонница и еще одна, летняя келья. Она, кстати, поражает сильнее всего, потому что ее размер — меньше сажени. Помещение настолько мало, что находиться в нём можно было практически только сидя. Вдоль стены была устроена каменная скамья с таким же каменным изголовьем; здесь Никон отдыхал и молился. Источники прямо связывают размеры этой кельи с его аскетической жизнью. И это прям очень странно. Никон -- фигура монументальная (да что там, почти мифологическая для нас), тот, кто спорил с царем, проводил реформу церкви, задумавший перенести под Москву целую Святую землю. Причем по воспоминаниям современников, он был высоким человеком. И вдруг - это тесное пространство... Архитектура здесь словно выполнялась по мерке человека, который в ней жил... Короче, очень сильное чувство. Можно прочитать десятки страниц о патриархе Никоне, спорить о его реформах, отношениях с Алексеем Михайловичем и невероятных политических амбициях. Но иногда одна слишком узкая лестница и одна каменная скамья рассказывают о XVII веке больше, чем целая летопись. 📢 Напоминаем. 29 августа вместе с Ольгой Василисковой мы не только подробно увидим Новый Иерусалим, но в этот раз зайдём и в скит патриарха Никона — за этим самым ощущением прошлого как дня, который был только вчера. Присоединяйтесь! 📷 фото Эдвина Петровича, любезно предоставленное для публикации