Апология Нᴀционᴀлизмᴀ

«Мной получен акт о принятии Колчака». 15 января 1920 г. Документ, регистрирующий передачу задержанного военными чехословацкого корпуса бывшего Верховного правителя России адмирала А.В. Колчака и премьер-министра колчаковского правительства В.Н. Пепеляева в распоряжение эсеро-меньшевистского Политического центра. Восстание вдоль Транссибирского полотна в Восточной Сибири в конце декабря фактически ликвидировало власть адмирала Колчака, который оказался отрезан на своем штабном поезде от основных белых сил. Поезд в январе 1920 года был задержан чехословацкими частями, которые после ряда совещаний решили передать Колчака повстанцам. 7 февраля содержавшиеся под арестом в Иркутске А.В. Колчак и В.Н. Пепеляев будут расстреляны большевиками, уже установившими контроль над городом. — Ф.Р-341. Оп.1. Д.78. Л.6. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Народный заступник Булак-Балахович // Демократическая ориентация белорусского атамана // — „Я — слуга народный!” „Вы знаете меня. Я — слуга народный. Я — меч народного правосудия… Я воюю не за царскую и не за барско-помещичью, а за новую, вольную, демократическую народную крестьянскую трудовую Россию. Я несу оружие моих героев к сердцу русской земли не за прежний, старый, проклятый «прижим», не за черную сотню и не за возвращение помещиков, а за землю и хлеб для всего народа, за право трудящихся, за новое всенародное Учредительное собрание.” — генерал-майор Станислав Никодимович Булак-Балахович, белорусский атаман крестьянских и партизанских отрядов, начальник особой сводной дивизии // Цитируется по: Корнатовский Н.А. Борьба за красный Петроград (1919). Л., 1929, с. 125—126. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

„Русь двуликая, и в этом отличие ее от Запада. И буквально двуликая! И одно лицо — пьяное, широкие скулы, вздутые щеки, приплюснутый обезьяний нос, ноздрями вперёд торчащий, рыжая, клочьями борода, длинный стан, длинные руки, короткие кривые ноги, пакостная ругань на устах, вши в волосах, колтуном торчащих, блохи и клопы на теле. Пьяная, грязная бедность в избе, и глупое бахвальство, и тупость, до анархизма доходящая. Разве не читали мы про такого мужика? Разве не из этих кретинов-мужиков народились все те, которые валили трон и издевались над религией? У него и подруга была соответствующая. Пьяная, вечно брюхастая баба, круглоликая, циничная, грубая, и такая же грязная, как и её обладатель... Такой видел я Русь на многих картинах, о такой читал, и эта Русь, голодная, металась в двадцатых годах, и гибла от голода и болезней, и падала под огнём пулемётов... Но, господа, есть и другая Русь... Вижу я и очи соболиные, и прямые и тонкие носы, и брови, сросшиеся на переносице, и губы, твёрдо сжатые, вижу я и это железное упорство в работе, храбрость непреодолимую, мужество, терпение, выносливость! Тот же мужик, та же изба, а всё не то. И хозяйка не та. Красивая, стройная, ловкая. Глазом поведёт — сердце остановит... Та Русь – отчаянная и отчаявшаяся, та Русь – никчёмная, гнилая, трухлявая, сегодня отречётся в угоду царям от своей веры, завтра пойдёт за кем угодно, послезавтра и Бога оставит. Сегодня кличет своему выборному вождю: «Веди нас!» Завтра кричит уже: «Долой!» Но не она - Россия. Россия прекрасная, сильная — это та, вторая Русь. Она создала богатырей киевских, что заставами стали по всей Святорусской земле, боролись с Соловьями-Разбойниками, истребляли Идолище Поганое, освободили Русь от тaтapвы неистовой. Та пьяная, никчёмная Русь роднилась с татарами, кланялась им и служила. Из этой, нарядной и красивой, Руси сложился прекрасный быт Святорусской земли, с её соколиными охотами, садами тенистыми, теремами высокими, любовью крепкой и святой и верой православной. Она писала «Домострой», чтобы обуздать ту пьяную, паршивую Русь, она создала «Слово о полку Игореве», памятник красоты неописанной. Она строила кремли, она создавала Василия Блаженного, и она же рубила головы той, первой, Руси. Русь — это борьба. И не борьба классов, не борьба феодалов с вассалами, а борьба брата на брата, подвохи и доносы бояр на бояр, пускание красного петуха и борьба деревни против деревни, семьи против семьи. И Русь благородная всегда в конце концов побеждала. Из таинственной Московии вышли в немецкую одежду одетые полки, и сразились с Карлом XII, и победили. Ахнула Европа. Но, пока это затрагивало шведов и турок, татар и поляков, — это мало кого беспокоило. Россия породнилась с Германией, молчаливо делила Польшу и шла на восток. Безумный поход на Индию при Павле I встревожил Англию, и Россией заинтересовались. Победоносное шествие российских армий к Парижу встревожило еще больше Европу, и Европа стала принимать меры для того, чтобы остановить рост русского племени. Но было уже поздно. Русская белая рубаха шла походом по Среднеазиатской пустыне и завоевала родину Тамерлана. Индийские порабощённые народы мечтали о белом царе. Это всё люди из прекрасной Руси, это народ-богоносец, с песнями, шутками, с танцами, пляской, с верой глубокой. В 1914 году, наконец, тем, кому нужно было погубить Россию, мировому масонству, удалось втравить её в войну. И стали гибнуть лучшие люди. И, когда они погибли, подняла голову та, пьяная, паршивая Русь, всё отрицающая, над всем смеющаяся, и сорвала в несколько часов остатки красоты былой Руси, Руси царской, Руси императорской... И стала советская республика. Олицетворением её стал Ленин. Вы видали его портреты! Ведь это тот самый пьяный мужик, вшами покрытый, грязный и никчемный, только вырядившийся в короткий пиджак и примаслившийся партийной учёностью...” — Пётр Николаевич Краснов, За Чертополохом. М., 2002. С. 86-87 АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Кутепов, Слащёв и генеральский совдеп || Цикл и источники Часть 1 — Восхождение Крымского диктатора. Часть 2 — Закулисная борьба за власть и генеральский совдеп. Уход А.И. Деникина. Часть 3 — Двойная игра А.П. Кутепова. Армия против А.И. Деникина? Источники: 1. Раковский Г.Н. Конец белых. От Днепра до Босфора (Вырождение, агония и ликвидация). Прага, 1921. 2. ГА РФ. Ф. Р-5895. Оп. 1. Д. 43-47. 3. Деникин А.И. Очерки русской смуты. 4. Ковальчук М.А. Невідома війна 1919 року: українсько-білогвардійске збройне протистояння. Київ, 2006. 5. Раковский Г.Н. В стане белых // Белое дело. Избранные произведения в 16 книгах. М., 2004. Кн 9. Донская Вандея. 6. BAR. Anton & Kseniia Denikin collection. 7. BAR. P.S. Makhrov collection. 8. Критский М.А. Александр Павлович Кутепов. Биографический очерк // Генерал Кутепов. Сб. статей Париж, 1934. 9. Ленкевич А. Как Слащёв пытался арестовать Деникина // Новое Русское Слово (Нью-Йорк). 1929. номер 6040; он же. Из записок разведчика // Воля России. Журнал политики и культуры (Прага). 1929. 10. Битенбиндер А. Из воспоминаний // Новое Русское Слово. 1967. номер 19870. 11. РГВА. Ф. 39540. Оп. 1. Д. 196. Л 1. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Кутепов, Слащёв и генеральский совдеп || Часть 3 Я.А. Слащёв пытался вовлечь в заговор и А.П. Кутепова. Знакомы они были ещё со времён службы в гвардии. Яков вызвал Кутепова на фронт, прислав за ним поезд, а уже при встрече заявил, об общем недовольстве А.И. Деникиным в войсках корпуса. Также он сообщил Кутепову о якобы предстоящем совещании представителей армии, флота и общественности по вопросу о смене командования. По версии окружения Кутепова, он решил продемонстрировать лояльность главкому, отказавшись от сотрудничества со Слащёвым, и сообщил о заявлениях последнего Деникину. Однако, как вспоминал присутствующий на встрече Кутепова и Слащёва в Джанкое М.В. Мезерницкий, Кутепов тогда говорил, что «Деникин после всего происшедшего оставаться у власти не может, войска ему не верят, он должен уйти», — и, что он, Кутепов, едет лично в Феодосию уговаривать Деникина отказаться от власти. Это было 4 дня назад, когда он был уверен, что выборов не будет, и Деникин назначит его, как старшего, своим преемником. Судя по всему, Кутепов вёл свою игру, пообещав Слащёву уговорить Деникина уйти, а Деникину раскрыв планы Слащёва. Решение главкома созвать совещание старших начальников, чтобы назначить преемника вызвало недовольство как Кутепова, так и Слащёва. Всё это опровергает утверждения о том, что якобы при Слащёве не могло быть «той паутины генеральских интриг, заговоров и распрей, которую терпеливо и долгое время выносит Деникин». Странное поведение Кутепова подтверждает ген-майор А.Г. Шапрон дю Ларре, адъютант Деникина. По его свидетельству, вечером 19 марта (1 апреля) в Феодосии Кутепов в нервном настроении приехал к Деникину, в гостиницу и добивался аудиенции по срочному делу. После длительной беседы Кутепов сказал Шапрону: «Чёрт знает, что ген[ерал] Деникин отказывается быть главнокомандующим и уезжает». Шапрон усомнился, заявив что до сих пор на это ничто не указывало и, видимо, такое решение Деникина стало следствием визита Кутепова. Последний на это заявил ему: «Я сказал то, что есть, все части недовольны Ставкой и не желают больше иметь во главе ген Деникина». Шапрон вновь возразил, что такого настроения в армии на самом деле нет, а будирующие элементы существовали всегда. Раздражённый сомнениями Шапрона Кутепов резко ответил: «Какие будирующие элементы, когда части добровольческой армии не хотят Деникина?». Дальнейший разговор показал, что Кутепов значительно преувеличивал, и против Деникина могли быть только корниловцы и кавалерия. Закончился разговор на заявлении Кутепова о том, что нужно во что бы то ни стало убедить Деникина остаться. Для этого соберётся совет старших чинов. Главком был потрясён, а его адьютант детально запомнил этот странный разговор. На совещании у генерала В.К. Витковского было единогласно решено просить Деникина остаться, но Кутепов пытался переубедить собравшихся. «У нас было впечатление, что ген Деникин пришёл к своему решению вследствие какого-то разногласия, интриг и выраженного ему недоверия. Всем нам непонятно, почему ген Кутепов не поддерживал нас в нашем решении, но, наоборот настаивал на том, что наше решение ничего не изменит, т.е. он знает о твёрдом решении ген Деникина... Нам было совершенно непонятно поведение ген Кутепова, а потому большинство ушло с заседания неприязненно настроенными против ген Кутепова», — полковник М.Н. Ползиков. Ползиков отметил, что всегда энергичный Кутепов сидел грустный. Ранее Кутепов уже позволял себе подобные действия в отношении главнокомандующего. В частности, в период операций в районе Азова он заявил, что решил поставить Деникину ультиматум на предмет наведения порядка в тылу, предлагая для этого свои услуги. Позднее неискренность Кутепова заподозрил и сам Деникин, который на свидетельстве Ползикова написал: «В своей записке ген Кутепов пишет, что о моём отказе от власти он узнал только в Джанкое от Слащёва. Между тем, после Феодосии больше мы с ним на Юге не виделись. Когда же он узнал о непреклонности?» АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Гражданская война в Поволжье. Часть 3. || Наивысший успех Кавказской армии П.Н. Врангеля. Сражения за Царицын имели большое значение в Гражданской войне. Город занимал стратегически важное положение в Нижнем Поволжье и примыкал к Донской области. В данной статье, написанной для сообщества Белое дело, мы говорим о наивысшем развитии успеха Кавказской армии П.Н. Врангеля. 28 июля 1919 г. Кавказская армия П.Н. Врангеля захватила Камышин. Этот уездный город находился на полпути между Царицыным (освобожден 30 июня) и Саратовом, столицей губернии. Впоследствии белые продвинулись еще севернее, но дойти на Саратова не получилось — катастрофически не хватало сил, в особенности пехоты. https://telegra.ph/Naivysshij-uspeh-Kavkazskoj-armii-Vrangelya-07-28 АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

— «Я заметил, что за добро, которое ему делается, он с особливо злорадным упоением платит вам каким-нибудь злом, какой-нибудь гнусностью» || Ведущий деятель Aufbau об отклонениях русской ментальности. Федор Викторович Винберг (27.06.1868–14.02.1927), видный деятель черносотенного движения, дал наиболее выразительную характеристику тому аморальному архетипу нового человека, вырвавшемуся на свободу с воцарением революционного хаоса в России и его дальнейшим закреплением в новый порядок. Будучи одним из ведущих членов русско-германского крайне правого монархического общества «AufbauА», он произвёл огромное влияние на будущую верхушку HCДAП, а также был замешан в покушении на видных деятелей русской революции. До сего он успел вдоволь насытиться «прелестями» зарождающейся советской реальности, заточившей тёплые воспоминания о бывшей родине, как и всех её подданных. Пережитую тяжесть тех лет Винберг запечатлел в нескольких своих мемуарах, однако особенно остро он замечает резкую перемену в настроениях масс, описываемую как скотскую озлобленность ещё вчера одухотворённых общей верою людей. Свои замечания о минувших ужасах 17-го года, он описывал так: «Многие упрямые народники всё хотят свалить на темноту народную, отсутствие школ и просвещения, на грехи старого режима, благо с ним не стесняются и каждый, во что горазд, все вины, и свои и чужие на него сбрасывает. Но это неверно. Итальянцы, турки, испанцы в отношении просвещённости стоят приблизительно на одном уровне с нами, а у них не найдёте такого общего отсутствия морального чутья, такой общей низости, нечестности, нелояльности; такого отчуждения от чувства Отечества. Раньше народ наш был гораздо темнее умственно, а между тем умел крепко любить свою Родину и понимать святость долга защиты её. Притом же народ наш теперь оказался темен только для всего светлого, высокого, благородного, одухотворённого; а там, где дело касается личного расчета, личной выгоды, он тонко умеет всё рассчитать, оценить, и сообразно действовать. Дело тут не в темноте умственной, а в какой-то грозной и опасной, чисто скотской аморальности, признаки которой указывают на какую-то сложную, повальную душевную болезнь всего народа. <…> Меня всё ещё продолжает удивлять и поражать та неблагодарность, которая является отличительным свойством нашего народа. Я заметил, что за добро, которое ему делается, он с особливо злорадным упоением платит вам каким-нибудь злом, какой-нибудь гнусностью. У других народов этого нет; сильнее скажу — у многих, наиболее развитых животных, у слона, у собаки и других, живёт чувство благодарности; а у русского мужика его совсем нет. Я не люблю eвpeeв, особенно теперь, когда им удалось нанести нам столько вреда, но уважаю в них ту черту, что в большинстве случаев евpeй никогда не забывает добро, ему сделанное, и даже доброе слово, ему сказанное. Бедный, глупый, одураченный и одурманенный народ. Но злой, но бездушный, но бесчувственный, но совершенно бесчестный народ! Какие муки голода тебе придётся испытать, чтобы заплатить за все твои безумные выходки! Сколько крови твоей прольётся в возмездие за все твои злодеяния!» — Ф.В. Винберг, «В плену у "обезьян" (Записки «контрреволюционера»)»// Верная гвардия. Русская смута глазами офицеров-монархистов. М., 2008. Спустя пять лет, в 1927 году, Фёдор Викторович подводит занимательный итог, характерный для монархических деятелей тех лет, где чётко расставляет значение лидера и его подданных, выявляя грехи безусловно невежественных т.н. «народных масс»: «Воистину справедлив Гнев Божий, поразивший страну, виновную в величайшем преступлении — в измене своему Монарху, воспринявшему Власть по воле Господней, Милостью Божией. Тот, кто умеет проникновенно видеть духовным взором, кто понимает силу и значение Таинства Миропомазания и чувствует неразрывную связь между Царём и народом, которая невидимо образуется силой этого Таинства, тот знает, почему теперь так страдает русский народ.» — Ф.В. Винберг, из предисловия к книге «Крестный путь». Ч.1. Корни зла. Мюнхен, 1922, СПб., 1997 АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Гражданская война в Поволжье. Часть 2. || Падение „красного Вердена”. Сражения за Царицын имели большое значение в Гражданской войне. Город занимал стратегически важное положение в Нижнем Поволжье и примыкал к Донской области. В данной статье, написанной для сообщества Белое дело, мы говорим о взятии Царицына войсками Кавказской армии П.Н. Врангеля 30 июня 1919 года. Захват города имел большое стратегическое значение – перерезался транспортный путь по Волге на юг для красных, белые получали отличную базу и плацдарм для дальнейшего наступления. Это было время побед белых войск. Вскоре после падения „красного Вердена” была издана знаменитая Московская директива А.И. Деникина. https://telegra.ph/Padenie-krasnogo-Verdena-06-29 АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Кутепов, Слащёв и генеральский совдеп || Часть 2 Как отмечал очевидец, одновременно с падением авторитета А.И. Деникина в Крыму росла популярность Я.А. Слащёва, приобретшего репутацию диктатора Крыма. Приближенный Слащёва, начальник государственной охраны прифронтовой полосы военный чиновник Л.А. Шаров, выяснял мнения сотрудников относительно смены правительства, отмечая, что вслед за этим их всех ждёт блестящая карьера. Во время ухода Деникина с поста главнокомандующего чины государственной охраны с оружием находились в готовности отправиться арестовывать Деникина. «Роль рыцаря без страха и упрека не удовлетворяла его. Он претендовал на первую роль. Слава манила его... Слащёв перебрался в Крым. Там не было ни Врангеля, ни Покровского и Шкуро, а сидели бесцветные личности. Слащёв быстро разобрался в обстановке, отстранил в сторону своих соперников, взял вожжи в руки, организовал и вёл оборону Крыма, стал первым в деревне.» — полковник А.Г. Битенбиндер. Ещё резче высказывался в своей неопубликованной мемуарно-исследовательской работе «Из истории дроздовцев. Боевые действия Дроздовской стрелковой дивизии и крымский период Гражданской войны (март—октябрь 1920 года)» капитан 1-го офицерского генерала Дроздовского стрелкового полка П.М. Трофимов: «Армия, претерпевшая катастрофу, взволнованная чуждой ей политикой, с тревогой ищущая причины неудач, высаживались на крепкую почву, почву политического интриганства и извращённой Слащевщины. Насыщенная политическая атмосфера Крыма создавалась из реакционных кругов, стремившихся к власти и не находивших ни сочувствия, ни поддержки у ген[ерала] Деникина и интригующих генералов, оставленных или не получивших мест во время Гражданской войны. Политическая интрига началась задолго до переброски армии в Крым, и отзвуки ее были видны уже в условиях новороссийской эвакуации. Самовлюбленный самодур генерал Слащёв, которому вскружила голову успешная оборона Крыма против незначительных сил красных, своим своеобразным диктаторским режимом, основанным на полном произволе, сделал крымскую политическую обстановку невыносимой. Ему грезилось положение главнокомандующего в случае ухода генерала Деникина. Он считал себя самым вероятным, самым подходящим кандидатом. Со всей своей экспансивностью он бросился в интригу, привлекая к ней оппозиционных и скомпрометированных генералов как то Боровского и других. Вся крымская пресса была в руках Слащёва, и он мог ей располагать как угодно.» 20 марта (2 апреля) 1920 года датированно письмо Деникина генералу А.М. Драгомирову, в котором главнокомандующий отметил, что «внутренняя часть между вождём и армией порвана» и что он не в силах более руководить ВСЮР, в связи с чем предлагал военному совету «избрать достойного, которому я передам преемственно власть и командование». АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Бермондт-Авалов об отношении русских солдат к латышам || „Русский солдат не желает обременять своего брата-латыша..."

Русские войска, собирающиеся в Латвии, находятся по дороге на Родину. Они хотят освободить свое отечество от большевиков, как это сделали латыши в своей стране. Русские солдаты возвращаются из германского плена. Усталые, много пострадавшие, они хотели бы в Латвии передохнуть, одеться, вооружиться и затем идти спасать свою Родину. Латыши должны их понять. Вместе со своими товарищами-латышами они участвовали во многих кровавых боях, ели из одного котла, укрывались одной шинелью. В боях русские и латыши стали братьями. Русские солдаты хотят по пути кое-чему научиться, хотят увидеть и понять, каким образом латыши справились с большевиками. Русские понимают, в чем сила латышей — их сила в крестьянском мелком землевладении. Такое же крепкое крестьянство русские желают создать у себя. Русский солдат не желает обременять своего брата-латыша. Русское войско, пока оно находится в стране, делает оказывать Латвии помощь, и случаев для этого представляется достаточно. Русское войско поможет создать в Латвии порядок и спокойствие. Пока оно здесь, оно не допустит никаких беспорядков, насилий и грабежей, русский солдат окажет всякому защиту, и в особенности латышскому крестьянству. Под защитой русского солдата латышское крестьянство в состоянии будет привести себя в порядок, восстановить свою общественную жизнь и самоуправление. Во-вторых, русское войско способно защитить свою страну от большевиков, ибо, пока оно здесь, большевики не решаться вести наступление на страну, — и, когда русские войска пойдут дальше на Москву, они будут гнать перед собой большевиков подальше от границ Латвии. За широкой и сильной спиной русского войска латышский крестьянин сможет опять заняться обработкою своей земли. Мужчинам и юношам Латвии не надо будет покидать свой дом и бросать свою работу, чтобы идти дальше в Россию против большевиков. Они могут спокойно работать. Борьбу будет продолжать русский солдат. Мы желаем прийти с латышами к соглашению, и оно должно состояться. Латыши нам нужны: они будут прикрывать наш тыл, когда мы двинемся против большевиков; с другой стороны, мы нужны латышам: мы не пустим большевиков в Латвию, погоним их дальше вглубь России, подальше от границ Латвии. Да благословит Бог Латвию!

— П. М. Бермондт-Авалов, «В борьбе с большевизмом». С. 203. ОЧЕРКЪ ВЕЛИКОРУССА

Гражданская война в Поволжье. Часть 1. || Осада и оборона Царицына в 1918 – начале 1919 гг. Сражения за Царицын имели большое значение в Гражданской войне. Город занимал стратегически важное положение в Нижнем Поволжье и примыкал к Донской области. В данной статье, написанной А. Посадским для сообщества Белое дело, мы говорим о первых этапах этой эпопеи — три штурма „красного Вердена” донскими казаками. С белой стороны в этих событиях видную роль играл прославленный белый генерал К.К. Мамантов, с красной — будущий советский диктатор И.В. Сталин (Джугашвили). https://telegra.ph/Kak-kazaki-Caricyn-pytalis-vzyat-05-08 АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Откровения Деникина перед казачеством || Вся программа Белого движения в одном выступлении: — „Единая Россия, Учредительное собрание, землякрестьянам!” «Я веду борьбу за Россию, а не за власть, но, к моему сожалению, борьба за Россию немыслима без полноты власти командующего. Эта власть, конечно, не может быть компромиссом. В настоящее время я мыслю следующим образом: 1) Единая, Великая, Неделимая Россия.  2) Донская и Кубанская армии составляют нераздельную часть Единой Русской армии, управляемой одними законами и единой властью.  3) Борьба с большевизмом до конца.  4) Автономия окраин и широкая автономия казачьих войск, историческими заслугами оправдываемая. Широкое самоуправление губерний и областей.  5) Правительство, ведающее общегосударственные дела для лиц частных и не принадлежащее к крайним воззрениям, с полным обеспечением интересов казачьих войск <и> со вхождением казачьих представителей. 6) Представильное учреждение законосовещательноо характера. 7) Земля крестьянам и трудовому казачеству.  8) Широкое обеспечение профессиональных интересов рабочих. 9) Всероссийское Учредительное собрание, устанавливающее форму правления в стране. Наконец, тем, кто хочет непременно читать в душах, могу облегчить труд и совершенно искренно выскажу свой взгляд на самое больное, самое интимное место нашего политического положения. Счастье родины я ставлю на первый план. Я работаю над освобождением России. Форма правления для меня — вопрос второстепенный. Если борьба будет вестись за формы правления, я в ней участвовать не буду. Говорю это, нисколько не насилуя своей совести. Считая одинаково возможным честно служить России и при монархии, и при республике, лишь бы знать уверенно, что народ русский в своей массе желает той или другой власти, и, поверьте, все ваши предрешения праздны. Народ сам скажет, что он хочет, и скажет с такой силой, с таким единодушием, что всем нам, большим и маленьким законодателям, придётся только преклониться перед его державной волей. Вот те мысли, которые с полной откровенностью я считал необходимым изложить вам. Если возможно будет идти дальше рука об руку с казачеством — пойду с радостью и с глубокой верой в конечный успех. Если же нельзя — разойдемся, и пусть Бог и Россия рассудят нас.» — А.И. Деникин. Речь ген Деникина на Верховном круге Дона, Кубани и Терека. [Листовка]. Севастополь: Типография Н. Ковалёва, [1920]. Собрание ДРЗ. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Кутепов, Слащёв и генеральский совдеп || Часть 1 21 марта 1920 года в Севастополе был созван военный совет ВСЮР. Этому предшествовали крупнейшие неудачи Белых, Новороссийская и Одесская катастрофы. На фоне этих ужасных событий, популярность обретает молодой командующий третьим армейским корпусом, генерал Я.А. Слащев, ставший фактическим диктатором Крыма. Успехи в защите Крыма вскружили голову Якову Александровичу. Журналист эсеровского толка Г.Н. Раковский, лично знавший генерала, свидетельствовал: — «Защита Крыма создала генералу Слащёву исключительную популярность, как в войсках, так и среди той части интеллигенции и буржуазии, которая определено связывала свою судьбу с судьбой Добровольческой армии. Пользуясь этой популярностью, эксцентричный, неуравновешенный, самовлюблённый генерал добился диктаторской власти в Крыму и совершенно затушевал командующего войсками главноначальствующего Новороссийской области генерала Шиллинга (...) В Крыму установился „слащёвский” режим, основанный исключительно на своеобразно понятом лозунге: „Всё для фронта”. К тылу огульно применялся Слащёвым термин „сволочь”. Можно, конечно представить, какой тяжёлой атмосферой бесправия и самодурства был окутан в это время Крым (...) Никаких гарантий личной неприкосновенности не было (…)Популярность давала ее обладателю политический капитал и в переменчивой обстановке рождала политические амбиции, что вскоре и проявилось.» Насколько можно судить, Слащёв в конце деникинского периода истории ВСЮР находился в какой-то степени в оппозиции к генералу Деникину. Главком был уверен, что Слащев собирается устроить военный переворот и планировал убийство Шиллинга, если тот не уступит власть. Последнее вряд ли было обоснованно, ведь Слащёв считал гвардейца Шиллинга своим другом, о чем говорил в 1919 году. Сделать Деникин со Слащёвым ничего не мог, хотя и обсуждал возможности его замены. „Цену Слащёву я знал. Но он твердо отстаивал перешейки, увольнение его могло вызвать осложнения в его корпусе и было слишком опасным. Такого же мнения, очевидно, придерживался и бар Врангель после вступления своего на пост главнокомандующего.” — писал Деникин. О своих закулисных переговорах по смене главкома Я.А. Слащёв без всякого стеснения рассказывал журналисту Раковскому: — «В мой штаб (...) Неоднократно приезжали представители всяких народностей, гражданских организаций, а так же духовенства. Они спрашивали, не буду ли я препятствовать тому, чтобы генерал Врангель занял пост главнокомандующего. Они убеждали меня стать определенно на сторону Врангеля и поддержать его. Я находился между двух огней — между Шиллингом и Врангелем...» Сам Слащёв также участвовал в этих закулисных играх. Например, в марте 1920 года он настаивал на отказе Шиллинга от должности. Начальник штаба ВСЮР генерал П.С. Махров отмечал: — «Слащёв вёл себя двусмысленно в отношении к главному командованию и держал себя как царёк в Крыму. Он был не прочь захватить власть, но ему до сих пор в этом отношении Врангель, более тонкий и умный интриган (...) Характерно, что Слащёв не указывал лица, которое должно было бы заменить Деникина. Очевидно, что он считал себя таковым.» Махров прямо обвинял Слащёва в подготовке заговора по свержению Деникина, но в своих воспоминаниях оценивал потенциал Якова не особо высоко: «Не мог же занять пост главнокомандующего всегда полупьяный кретин в костюме не то под клоуна, не то под кавказского горца — Слащёв». Из записей беседы Раковского с командующим Донской армией генералом В.И. Сидориным можно узнать важные подробности закулисной работы Слащёва: ещё 16 марта в Феодосии генералы Сидорин, Покровский и Юзефович, на квартире у Покровского, встречались с бывшим командующим Крымским особым корпусом, генералом Боровским, который сообщил, что приехал по поручению Слащёва, считавшего немыслимым оставаться под командованием Деникина, которого нужно заменить на нового главнокомандующего. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Кутепов, Слащёв и генеральский совдеп || Часть 1 21 марта 1920 года в Севастополе был созван военный совет ВСЮР. Этому предшествовали крупнейшие неудачи Белых, Новороссийская и Одесская катастрофы. На фоне этих ужасных событий, популярность обретает молодой командующий третьим армейским корпусом, генерал Я.А. Слащев, ставший фактическим диктатором Крыма. Успехи в защите Крыма вскружили голову Якову Александровичу. Журналист эсеровского толка Г.Н. Раковский, лично знавший генерала, свидетельствовал:

— «Защита Крыма создала генералу Слащёву исключительную популярность, как в войсках, так и среди той части интеллигенции и буржуазии, которая определено связывала свою судьбу с судьбой Добровольческой армии. Пользуясь этой популярностью, эксцентричный, неуравновешенный, самовлюблённый генерал добился диктаторской власти в Крыму и совершенно затушевал командующего войсками главноначальствующего Новороссийской области генерала Шиллинга (...) В Крыму установился „слащёвский” режим, основанный исключительно на своеобразно понятом лозунге: „Всё для фронта”. К тылу огульно применялся Слащёвым термин „сволочь”. Можно, конечно представить, какой тяжёлой атмосферой бесправия и самодурства был окутан в это время Крым (...) Никаких гарантий личной неприкосновенности не было (…) Популярность давала ее обладателю политический капитал и в переменчивой обстановке рождала политические амбиции, что вскоре и проявилось.»

Насколько можно судить, Слащёв в конце деникинского периода истории ВСЮР находился в какой-то степени в оппозиции к генералу Деникину. Главком был уверен, что Слащев собирается устроить военный переворот и планировал убийство Шиллинга, если тот не уступит власть. Последнее вряд ли было обоснованно, ведь Слащёв считал гвардейца Шиллинга своим другом, о чем говорил в 1919 году. Сделать Деникин со Слащёвым ничего не мог, хотя и обсуждал возможности его замены. „Цену Слащёву я знал. Но он твердо отстаивал перешейки, увольнение его могло вызвать осложнения в его корпусе и было слишком опасным. Такого же мнения, очевидно, придерживался и бар Врангель после вступления своего на пост главнокомандующего.” — писал Деникин. О своих закулисных переговорах по смене главкома Я.А. Слащёв без всякого стеснения рассказывал журналисту Раковскому:

— «В мой штаб (...) Неоднократно приезжали представители всяких народностей, гражданских организаций, а так же духовенства. Они спрашивали, не буду ли я препятствовать тому, чтобы генерал Врангель занял пост главнокомандующего.

Они убеждали меня стать определенно на сторону Врангеля и поддержать его. Я находился между двух огней — между Шиллингом и Врангелем...

» Сам Слащёв также участвовал в этих закулисных играх. Например, в марте 1920 года он настаивал на отказе Шиллинга от должности. Начальник штаба ВСЮР генерал П.С. Махров отмечал

: — «Слащёв вёл себя двусмысленно в отношении к главному командованию

и держал себя как царёк в Крыму. Он был не прочь захватить вл

а сть, но ему до сих пор в этом отношении Врангель, более тонкий и умный интриган

(...) Характерно, что Слащёв не указывал лица, которое должно было бы заменить Деникина. Очевидно, что он считал себя т аковым.» Махров прямо обвинял Слащёва в подготовке заговора по свержению Деникина, но в своих воспоминаниях оценивал потенциал Якова не особо высоко: «Не мог же занять пост главнокомандующего всегда полупьяный кретин в костюме не то под клоуна, не то под кавказского горца — Слащёв». Из записей беседы Раковского с командующим Донской армией генералом В.И. Сидориным можно узнать важные подробности закулисной работы Слащёва: ещё 16 марта в Феодосии генералы Сидорин, Покровский и Юзефович, на квартире у Покровского, встречались с бывшим командующим Крымским особым корпусом, генералом Боровским, который сообщил, что приехал по поручению Слащёва, считавшего немыслимым оставаться под командованием Деникина, которого нужно заменить на нового главнокомандующего. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Русский — не советский // Отношение большевиков к русскому народу, его культуре, истории, достоинству. — «В течении всех 25 лет своей власти большевики стремились вытравить из русского народа все русское, стремились унизить национальное достоинство народа. Слово Родина было изъято из употребления, само имя русского было заменено, именем „советский”. Прошлое русского народа оплевывалось, смешивалось с грязью.» • М.А. Зыков. «Освободительная борьба русского народа против большевизма». Газета «Заря». Берлин. №1, 1 января 1943 года, С. 2-3 АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

аларион пидорас и хуесос

Л.Г. Корнилов и революция || Награждение унтер-офицера Т.И. Киркичникова — „первого солдата революции” Считается, что генерал наградил его за организацию бунта и за убийство офицера, начальника учебной команды Л.-Гв. Волынского полка капитана И.С. Лашкевича. Факты свидетельствуют иное. Приказом по округу № 120 от 1 апреля 1917 г. Л.Г. Корнилов наградил Георгиевским крестом 4-й степени старшего унтер-офицера Т.И. Кирпичникова «за то, что 27 февраля, став во главе учебной команды батальона, первым начал борьбу за свободу на­рода и создание Нового Строя, и, несмотря на ружейный и пулемётный огонь в районе казарм 6-го запасного Сапёрного батальона и Литейного моста, примером личной храбрости увлёк за собой солдат своего бата­льона и захватил пулемёты у полиции». Конечно, формально можно утверждать, что Кирпичников получил награду не за подвиги на фронте, а за противодействие полиции, испол­нявшей свой долг. Но в ситуации с «полицейскими пулемётами» не все ясно. Следствие так и не обнаружило «следов» полиции, «стрелявшей в народ» на Литейном проспекте. В течение марта–апреля 1917 г. в газе­тах публиковались объявления — призывы к гражданам с просьбой ­давать свидетельские показания о пулемётчиках на крышах домов. Более того, следствием, которое вела Чрезвычайная следственная комиссия для расследования противозаконных по должности действий бывших министров, главноуправляющих и прочих высших должност­ных лиц как гражданского, так военного и морского ведомств, было уста­новлено, что стрелявшие «в народ» пулемёты, по номерам, не числились в структурах МВД. Полиции действительно не нашли, зато, по свидетель­ству генерала от инфантерии А.П. Кутепова, командовавшего 27 февраля сводно-гвардейским отрядом на Литейном проспекте, его солдаты обна­ружили сидевших за пулемётами «рабочих орудийного артиллерийского завода и Выборгского района» и еще «двух человек, плохо говоривших по-русски, которые при опросе показали, что они будто бы финны». «Ни­каких пулемётов, — вспоминал А.П. Кутепов, — обслуживаемых полицией на крышах домов, и самой полиции в назначенном мне районе я не видел...». Получается, что Т.И. Кирпичников и его учебная команда действовали против революционеров, за что унтер-офицер и был награжден... Настоящий убийца офицера так и остался неизвестен (Лашкевича убил «один из вольноопределяющихся» — Марков (?) выстрелом в спину с чердака казармы). Но воображение создало весьма ужасную картин­ку, на которой «генерал-предатель» Корнилов едва ли не сам подготовил вооруженный бунт запасных, с удовольствием арестовал Царскую семью, а потом еще и наградил всех убийц-революционеров. Увы... Клеветать на боевого, заслуженного воина-патриота, Георгиевского кавалера, оказыва­ется сегодня куда проще и безопаснее (наверное), чем писать об истинных зачинщиках петроградского бунта — городских комитетах партий боль­шевиков и эсеров, выборгском районном комитете большевистской партии, агентах немецкой разведки, обманутых петроградских рабочих, всех вольных и невольных пособниках Февральской революции 1917 г. Источники: 1. Корнилов и корниловцы: сб. / сост. и научн. ред. В.Ж. Цветков. — М.: Содружество «Посев», 2025. — 736 с. 2. Руднев В. Правда о Царской Семье и «тёмных силах». Берлин, 1920. С. 17–18; Новое время. 1923. 1 и 4 августа; о Кирпичникове см. Также: Кирпичников Т.И. Восстание Лейб-Гвардии Волынского полка в феврале 1917 г. // Былок. 1917. Кн. 5–6 (27–28) С. 5–16. 3. Свидетельство генерал-лейтенанта Архангельского. С. 73–74. 4. Версию о якобы, «непричастности» большевистской партии к событиями февраля–марта 1917 г. хорошо опровергают их собственные признания. См., например: Крушение царизма. Воспоминания участников революционного движения в Петрограде 1907 г. — Февраль 1917 г. Л.: Лениздат, 1986. 431 с.; Лейберов И.П. На штурм самодержавия: Петроградский пролетариат в годы первой мировой войны и Февральской революции (июль 1914 – март 1917 г.). М.: Мысль, 1979. и др. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Крестьянство и поздний Александр I || — „Император неизменно решал дело в пользу несчастных крепостных…” В историографии утвердилось мнение, что поздний Александр I отказался от крестьянской реформы¹. Историки аргументируют это расширяющим полномочия помещиков актом о ссылке крепостных в Сибирь 3 марта 1822 г.², отменяющим ограничения акта 1763 г.³ на счёт крестьян, «кои не будет одобрены в повальном обыске». Ближайшие указы (13 июня 1823 г.⁴ и 29 февраля 1824 г.⁵) подтверждают это и убирают даже возрастное ограничение, существовавшие по указу 1760 г.⁶ Однако стал ли Александр крепостником? Дело обстоит не так или совсем не так. Один из самых известных актов Александра I — т.н. указ о вольных хлебопашцах от 20 февраля 1803 г.⁷, который давал право помещикам освобождать крепостных по договору при условии соблюдения формальных процедур. Так, акт должен подаваться через министра внутренних дел напрямую к императору. На основании этого можно сделать вывод, что конечную роль в освобождении крестьян играл сам император. В период с 1803 по 1825 г., по данным В.И. Вешнякова,⁸ 163 помещиками был заключён 171 договор (на самом деле число больше), что дало свободу 36846 чел. В 1823 году освобождено 2032 крестьянина, в 1824 г. — 955, в 1825 г. — 268.⁹ С 28 июня 1822 г. по 8 января 1823 г. в Государственном совете обсуждалось дело об увольнении в свободные хлебопашцы крестьян при жизни помещика Рычкова, которое было опротестовано его родственники, ссылавшимися на неверное оформление акта. Большинство членов Совета (14 чел.) признало акт недействительным, однако император в своей резолюции от 13 февраля 1823 г. повелел предоставить крестьянам выбор записаться в вольные хлебопашцы или в казённые поселяне. Такая же судьба постигла крестьян помещика Гадлевского в 1825 г. Примечательно дело Кузьмина, рассматривавшееся в Совете в 1824 г. Статский советник 6 октября 1811 г. составил отпускные об освобождении с землёй крестьян сельца Долгино и сельца Обросово. После смерти Кузьмина его родные сестры попытались вернуть крестьян, подав жалобу в 7-е отделение Сената. Почти 10-летнее разбирательство было закончено в пользу крестьян, и 13 июня 1824 г. было утверждено императором. Примечательна история крестьян Мельницкого. В силу противоречивости его завещания властями было предложено его наследникам договориться с крестьянами о заключении условий на отпуск последних в вольные хлебопашцы. Это решение было утверждено императором 17 февраля 1825 г. Как писал Н.И. Тургенев: «когда резолюция Совета... поступала к императору, последний неизменно решал дело в пользу несчастных крепостных»¹⁰. Однако коренным образом это систему не затрагивало, ведь в силу множества причин Александр не мог приступить к решительным преобразованиям. Так, 24 августа 1821 г. Александр сказал М.М. Сперанскому: — „Разговор о недостатке способных и деловых людей не только у нас, но и везде. Отсюда заключение: не торопиться преобразованиями; но для тех, кои их желают, иметь вид, что ими занимаются”.¹¹ Источники: 1. Мироненко С.В. Самодержавие и реформы: Политическая борьба в России в начале XIX в. М., 1989. С. 220-221. 2. ПСЗ-I. Т. 38. №28954. 3. Там же. Т. 16. №11750. 4. Там же. Т. 38. №29507. 5. Там же. Т. 39. №29824. 6. Там же. Т. 15. №11166. 7. Там же. Т. 27. №20625. 8. Вешняков В. Крестьяне-собственники в России. СПб., 1858. 9. Там же. С. 82-95 10. Тургенев Н.И. Россия и русские / Пер. с франц. и ст. С.В. Житомирский. Коммент. А.В. Курилкина. М., 2001. С. 76. 11. Мироненко С.В. Александр I и декабристы: Россия в первой четверти XIX века. Выбор пути. М., 2017. С. 187. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Ветераны РОА и других антисоветских формирований о преступном характере нацистской политики. [3] // — „Русский народ рано или поздно сумеет вам мстить!” // Остальную часть вы увидите на канале Союз Русского Народа — „… если бы я прочел раньше книгу Гитлера «Майн камф», я бы не поехал никогда в жизни туда. Но я, к сожалению, не прочел эту книгу, а он от своей книги не отошел ни на шаг. (…) А так я поверил, что против коммунизма это все идет, а это же все против России было.” • Г.П. Ламсдорф, беломигрант, офицер РННА и РОА. Интервью: Продолжительность жизни. Граф Григорий Ламсдорф. — „Русские не хотят немцев, потому что не хотят превратить Россию в немецкую колонию. (…) Мы не хотим здесь быть рабами, и мы ставили перед немцами вопрос о том, чтобы Россия была свободна. (…) Пусть меня немцы расстреляют за идею русского народа, но идею русского народа они никогда не сумеют расстрелять. Вы, господа германские офицеры, не посягайте на то, чтобы преследовать русский народ, ибо русский народ рано или поздно сумеет вам отомстить.” (1) — „Для немцев я был унтерменшем, для которого и половая тряпка вполне сгодится.” (2) • А.А. Власов, вождь РОА. (1) Цит. по: HIA. Volkogonov Dmitry Papers. Container 8. Reel 5. Письменные показания солдата 2-й роты 668-го батальона 45-го полка. Вх. № 6743 от 12 сент. 1943. ЛШПД — РО СЗФ. Л. 3. (2) ВА-МА. RH. 2/1517 [Цит. по: Фрёлих С. Б., гауптштурмфюрер СА. Материал для доклада, 8 июня 1944]. — „«Родное» правительство и «любимая партия» отдали нас на прямую и очень страшную, по своей обнаженной простоте, расправу оголтелому и упоенному своей победой врагу. Правительство объявило нас изменниками и предателями родины, а гитлеровцы руководствовались очень простым и ясным с их точки зрения соображением: чем больше будет нас уничтожено, тем лучше будет для Великой Германии!” • М. Куренев, ветеран РОА. Куренев М. Как это было? // Поздняков В.В. Рождение РОА. Пропагандисты. Сиракузы., 1972. С.14. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

⚔️| Представляем папку «Белый Путь» // В этой папке собраны каналы, посвящённые истории Белого движения, Белой эмиграции, Русского освободительного движения и другим историческим темам. 🤩 | Добавив папку, вы получите доступ к подборке качественных каналов с регулярными публикациями, уникальными материалами, авторскими мыслями и исторической аналитикой. Присоединяйтесь и читайте качественные посты.