Чё за книжка

Ребят, в Минске – День трезвости. Отметила это квасом.

Прошел год после публикации моего лонгрида о том, как я училась в той самой школе креативного письма CWS. Ну, какие итоги. Текст неплохо расшаривали во всяких тг-каналах, часто хвалили. Расшарил даже знаменитый критик Осанов, которому за последний год не понравилась ни одна книжка. Про мой текст на один авторский лист написал, что он «очень смешной и затягивает сразу». А Осанов мешки пивных банок в лесу собирает, его литературной оценке можно верить. Больше всего удивило, что я так и не видела других таких отзывов на курсы. Ни влюбленных, ни хейтерских. Я поискала и так и сяк в телеграме, нашла парочку маленьких постов на тысячу знаков. Одна девушка пожаловалась, что пришла в школу письма на курс про автофикшн. Думала, что с такими же интересными молодыми писательницами, как и она, будет обсуждать тексты Нобелевской лауреатки Анни Эрно. Оказалось, у девчонок из ее группы нет даже самых нишевых телеграм-каналов, они вообще нигде ничего не пишут публично. А преподша вместо Эрно задала читать блогершу из фейсбука, у которой есть книга «Мой дикий ухажёр из ФСБ». В ещё одном посте уже другая девчонка писала про другую школу: там в качестве домашки наказали читать тексты альбома Монеточки и наслаждаться точностью формулировок. Не уточнила, какой именно альбом – надеюсь, тот, в котором есть пронзительные строчки «папе-сде-папе-сде-лали укол прямо в ху-прямо-в худенький живот». В общем, негусто. А ведь в этих школах учится уйма народа. Самый простой способ привлечь к себе внимание, получить охваты и лайки – написать, что ты чем-то сильно недоволен. Почему-то я глупо верила, что стану законодательницей моды на такие большие отзывы, задам тренд, ребят. Я понимаю, что в эти школы мало кто идёт учиться писать. Туда идут для хоть какой-то социализации. Для интеллигентных женщин 30+ объективно сейчас нет машин социализаций, каких-то непозорных клубов по интересам, ну или я их в упор не вижу. Говорю это как интеллигентная женщина с очень проблемной социализацией! На пилон нам уже стыдно, на грядки ещё рано. Ещё я почему-то думала, что будет пару расшаров моего текста с комментариями на две тысячи знаков типа «она дурочка-зазнайка и ничего не поняла, я там тоже училась, там все супер, я вот узнала то-то и то-то, сижу пишу этот пост из писательской резиденции Переделкино, завидуйте». Ну, допустим. Не было ни одного такого отзыва за год. Или я просто не смогла его найти. Хотя такой отзыв тоже был бы социализацией для другой стороны – человек показал бы свою принадлежность к структуре, к иерархии, да и просто сплотил бы подружек вокруг себя. Ну неужели никому не захотелось заступиться за любимую школу, в конце концов! Как будто я всё-таки где-то просчиталась в своих выводах насчёт этих школ, но где? Продолжу наблюдение, через год доложусь, встретимся на этом же месте. Мне на почту все ещё приходят уведомления из того курса, хотя я пять раз нажимала кнопку «отписаться от рассылки». Недавно пришло уведомление, что в этот курс добавили ещё одно поясняющее видео про опосредованный диалог. Именно из-за опосредованного диалога я больше всего и бесилась в своем тексте, это какая-то абсолютная ахинея. В новом видео заведующая школой со вздохом говорит: ну, мы видим, что больше всего сложностей у студентов именно с опосредованным диалогом, поэтому записываем ещё одно видео об этом... А могли просто выбросить этот кусок и вместо него научить обычному прикольному диалогу. Ну, и забавный факт. По условиям курса, все-все итоговые рассказы выпускников включают в электронный журнал «Пашня» и выкладывают на сайте школы. Мой же рассказ про жену айтишника, которая от отчаяния пошла на курсы автофикшена, в журнал почему-то не включили. Тешу себя надеждой, что это потому, что обиделись! https://vk.com/@21708195-kak-uchilas-v-cws

Самый лютый сборник рассказов у Тэффи – «Неживой зверь». Настолько лютый, что Тэффи даже написала предисловие, хотя обычно так никогда не делала. Так и написала: здесь рассказы не смешные! Не смешные, а горькие! До этого ее распекали в какой-то газете: критик прочитал рассказ «Явдоха», ничего не понял, в рецензии навыделял цитат из Тэффи и написал: «И это, по-вашему, смешно?!» А рассказ «Явдоха» – глубоко трагический. Он о необразованной старухе, которая получила похоронку на сына-солдата, но из-за своей старости и темности старушка подумала, что сын вот-вот пришлет ей денег. За Тэффи настолько закрепилась слава юмористки с 1910 года, что критик как-то не подумал, что во время войны она всерьез будет писать о войне. На то он и критик, чтобы ни в чем не разбираться. Из 33 рассказов в сборнике – восемь о войне (некоторые – из предыдущего крохотного сборника «Зарево битвы»). Остальные – о детской тоске, о мучениях зверушек, о заброшенности взрослых. Конечно, у Тэффи все равно ворох остроумных замечаний и шуток, но этот сборник рвет душу. Предыдущие сборники у Надежды Александровны такие, что можно открыть перед сном любой рассказ, прочитать, посмеяться и сладко уснуть с мыслью, что ты получше других, не хуже некоторых. После многих рассказов из «Неживого зверя» лежишь и таращишься в темноту, какой там сон. Есть, конечно, и милые, изящные штучки о том, как гимназистки дерут друг перед другом носы («Летом») и влюбляются в оболдуев («Весна»). Но смешных рассказов в сборнике – жменя. Лучшие рассказы из «Неживого зверя»: 1) «Неживой зверь» Тихий хоррор о разводе. Заброшенный родителями ребенок находит утешение только в милой, неживой игрушке медвежонка. А потом и игрушку уничтожают крысы. 2) «Дедушка Леонтий» Шедевр компактности о бесприютной старости одного милого деда, у которого зять отобрал дом. Жуткая тема, но каким-то волшебным образом Тэффи сделала рассказ не просто без соплей и истерики, но и воздушным, и гармоничным. 3) «Лодка» Посреди реки, прямо перед госпиталем – лодка с двумя детьми и родителями. Они не могут никуда причалить, с обеих сторон – обстрелы. Детям невозможно помочь, и они три дня тихо, на глазах у всех умирают посреди реки. Один из самых невыносимых, душераздирающих рассказов из всех, что существуют в мире. 4) «Явдоха» Старушка ждёт денег от сына-солдата. Вместо этого приходит похоронка, но старушка не умеет читать и думает, что все в порядке. Ощущение тоски и ужаса после чтения – где-то как после «Спать» Чехова. 5) «Пар» Собачка, влюбленная в свою тупую, нарциссичную хозяйку-актрису, помогает ей получить роль в спектакле. Собачку за это только отшвыривают в угол и пинают. Звучит, как простецкий текст для какого-нибудь детского сборника, на деле же – горький, тоскливый рассказ о кроткой, нечеловеческой любви. 🌟В «Паре» есть одно из самых ядовитых описаний внешности в литературе: «Сонная, ленивая героиня медленно поворачивала лицо, похожее на телячью котлету, которой фантазия повара придала форму красивого женского лица». 6) «Счастье» Внутри человека сидит ненасытный зверь, который счастлив, только если у соседа корова сдохла. По-другому человек не чувствует вкуса своей жизни. Сделано круто, жёстко, остроумно. 🌟Весь сборник – 9 из 10. 🌟Ну, и чтобы как-то повеселее было, вот вам цитата из рассказа «Тихая заводь» с лихой деконструкцией традиционных гендеров и сексуальности: «У прачки от старости стала борода расти, а кучер, подчиняясь более сильной прачкиной индивидуальности, так обабился, что сам себя называет Федорушкой». Вот вам и вся квир-теория.

Немного о природе женского влечения Читала автобиографию «Круговорот» Милоша Формана, который снял «Пролетая над гнездом кукушки». Увлекательная книжка, написана энергично, легко, с кучей деталей о режиссуре и съемках. Википедийный факт: фильм «Пролетая над гнездом кукушки» снимали в настоящей психбольнице. Актеры несколько недель жили среди больных, и так вошли в роли, что приехавший позже всех на съемки Джек Николсон поначалу не разобрался, где настоящие больные, а где коллеги. Ну и эпизод со съемок, который заставляет задуматься. Женщины из съемочной группы были без ума от огромного молчаливого индейца, который сыграл Вождя (на фото). У него был только один соперник в борьбе за женское внимание. Главврач как-то позвал продюсеров и режиссера в кабинет и сказал, что один из больных, который помогает на съемках, – секс-маньяк. Он уже много лет в больнице, он получает лекарства и вроде как давно не опасен. Но всё-таки лучше предупредить актрис и остальных женщин, просто на всякий случай. Все опешили. Главврач показал на симпатичного парня, который сильно отличался от остальных больных. Он всегда был тщательно одет. У него были чистые ногти и идеальные воротнички рубашек. Да что с ним не так? «Он делал ужасные вещи, — рассказал директор. — Он воткнул восьмилетней девочке отвертку в вагину. Просто трагедия!.. Когда он провел здесь несколько лет, мы думали, что с ним все в порядке, и выписали его. Но потом он натворил кое-что пострашнее, так что теперь, я думаю, он здесь и останется». Парень выглядел приятным и всем улыбался. Форман с продюсерами потихоньку оповестил всех женщин. И что вы думаете. После этого Форман всегда видел этого маньяка в окружении женщин. Всегда! Форману даже казалось, что женщинами овладел какой-то странный психоз и их так и манило к этому типу. 🌟 Вот она, суровая, опасная жизнь женщин до индустрии трукрайм-подкастов...

Муж два дня назад тиснул новую колонку для Сноба и скинул мне прочитать в гуглдоке. Там про самую большую не случившуюся русскую рэп-звезду. Хорошая колонка, особенно последний абзац меня впечатлил: мол, рэпер не стал звездой, в отличие от всех своих друзей, потому что его таланту и жизнелюбию позавидовали олимпийские боги. Я даже слезу пустила. Через час я спохватилась. Так, минуточку. Месяц назад я плакала по похожему поводу. Тогда муж писал текст про Анну Герман, пересказывал мне всю ее жизнь. Я умывалась слезами три дня и спрашивала, зачем этому ангелу досталась настолько тяжёлая доля, ну вот за что? Полуголодное детство, ужасная авария, рак, смерть в самом зените славы и красоты. Муж, как обычно, бубнел что-то в духе «могло быть и хуже» и «ну было и было». А я ему такая: – Знаешь что, это ей олимпийские боги позавидовали. У нее божественная красота и небесный голос, а боги мстительные и завидущие. Я просто в четвертом классе два раза прочитала книжку Легенды и мифы Древней Греции, с тех пор мое мировоззрение мало развилось. Ну, муж молча посмотрел на меня и пошел мыть посуду. А через месяц влепил этот тейк в колонку про рэпера. И так меня это выбесило! Ну это же тупо. Ну что ж там за Бэйсик Бой этот, что ему можно пристегнуть то же объяснение трагической судьбы, что и Анне Герман? К сожалению, в первом же попавшемся рилсе Бэйсик Бой на вопрос «что ты читаешь?» ответил «ну, хоть и банально, но Набокова, решил прочитать с самого начала, Набоков – это наслаждение». После этого два дня я читала интервью и смотрела рилсы Бэйсик Боя, в миру Максима Окунева. Очень смешные, на грани отчаянной истерики рилсы – как все друзья, с которыми он начинал, собирают стадионы, а он подрезает помидоры у мамы и лысеет. Ну, лет восемь он жил неплохо, записывал альбомы и верил, что вот-вот выстрелит. У него ещё и жена хорошая была – какое-то время он жил за ее счёт и даже спел об этом. Уровень самоиронии и уязвимости у человека зашкаливающий, в русском рэпе так не принято. Даже рэперы с чувством юмора (ну, допустим Слава КПСС и Олег ЛСП) шутят в основном не о себе, а о других, они пересмешники. Или вот вроде смешной Метокс, выпускник филфака – но ему нравятся Горький, Куприн и Пелевин. Грубоватый набор. Окунев ещё постоянно перечисляет свои ошибки: то пьяный объяснял Локимину, что у того ужасная музыка, то не ответил кому-то на смс, то альбом сделал немножко лениво. Ну как будто другие звёзды – очень рациональные, трезвомыслящие люди? Почему из всего его рэп-окружения не повезло именно ему? Мне даже стало казаться, что Максим Окунев и Жан Люк Годар похожи – форма очков, прическа и рваный монтаж видео. Если вы сходства не видите, значит, с вами все в порядке и вы не женщина средних лет в двухдневной мании. Новый альбом Окунева, про который муж колонку тиснул, я тоже послушала. Строчка «хочу дофамином залить себе полость рта и съесть хотя бы кусочек того, что дороже чем то, что я привык иметь» создана для тысяч тиктоков, как девчонки покупают оверпрайс кофе. Весь альбом – энергичные, насмешливые, игривые песни про поиски делулу; я под них даже сделала зарядку «20 минут от больной спины». Сейчас Окунев развелся и устроился в офис. Записывает оттуда смешные рилсы – «они не знают, что я пишу песни про женские ступни». Всё-таки смеяться над своими неудачами и читать Набокова – непозволительно тонкий выбор для русского рэпера, да и не только рэпера. Окунев сейчас похож на набоковского героя – «старый пёс, но еще в соку, с огнем, с жаждой счастья». Ну так что же получается. Ну насупленные боги русского рэпа и правда позавидовали Окуневу! Да и лысеющий, отчаявшийся 30-летний офисный работник после развода в поисках милой альтушки – это ведь и правда вечный, трагический сюжет.

Ребят, вижу, что фотка с книжным блогером Николаем Редькиным в Минске по лайкам сильно обгоняет все остальные мои посты. Ладно. У меня ещё есть фотки + я за пару лайков удавлюсь. Фотки по порядку: 1) это Николай с женой Лесей сидят довольные, потому что купили книгу про советскую битломанию + облизали чужой бамбл-кофе и сказали, что типа случайно. 2) это мы с нишевым писателем Серенковым компостируем Николаю мозги, что надо переезжать в Минск. В городе сейчас как раз нулевая степень культурных развлечений, лекция Николая была первой лекцией более-менее публичной фигуры за последние лет пять. Его там чуть не разорвали. В общем, есть где развернуться. 3) Знаменитый двор в центре Минска, где в юности с рэперами тусовалась жена Леся + здесь же подрался с бомжами видный белорусский интеллектуал-экономист. Эти события друг с другом не связаны. 4) Двор, где к Николаю подошёл поклонник и позвал в ресторан «Белый гусь». Здесь же Николай заявил музыкальному журналисту Пожарицкому, что от него вкусно пахнет «гермесом, как в нашей молодости» и Николай готов съехаться только на этом основании. Жена Леся, как видите, слушает с интересом. 🥔Вы пока не отписывайтесь, Николай ещё вроде осенью в Минск приедет, я снова вам насплетничаю.

❤️Прочитала на днях очень толковую книгу Джуди Картер «Новая Библия комедии». Джуди Картер – это такая бабушка стендапа. Комик, сценарист, мотивационный оратор. Где-то читала, что в конце нулевых русские комики вроде Незлобина распечатывали любительский перевод книжки Картер и бережно передавали эти распечатки из рук в руки, чтобы хоть что-нибудь узнать о законах смешных выступлений. Какая структура у шутки, какие вообще есть типы шуток, какие советы дают комики – обо всем этом Картер рассказывает дельно и энергично. 🌸В книге много и житейских наблюдений. Например, если женщина-комик жалуется на мать, то зрители ей сочувствуют и поддакивают. Если же мужчина-комик пожалуется на мать, женская часть зала жёстко напряжется, и какая-нибудь пьяная зрительница обязательно бросит в комика банку пива и крикнет: «Как не стыдно, мать тебя рожала!» Поэтому мужчине-комику перед жалобами обязательно нужно раз пять сказать, что он обожает свою мать и благодарен ей за все, но всё-таки она у него немного странная. Я только после этого объяснения поняла, почему не смогла смотреть комика Айрапетова – у него было слишком много нытья про мать, а я, получается, та пьяная баба в клубе, которая бросить стакан в него не может, поэтому агрессивно щелкает на другое видео. 🌸Так, про устройство шуток. Ну вот Картер пишет, что в шутке обязательно должен быть отыгрыш, или, по-нашему, кривляние. Стендапер обязан постоянно отыгрывать персонажей. Даже если шутка – про банковскую систему в целом, комик должен отыграть, изобразить, спародировать прямую речь одной отдельной кассирши в банке. Недавно попался рилс, где Сергей Орлов отыграл даже сильно перекрученные провода в щитке! Он полез смотреть счётчики – и провода сказали ему: «Серёга, иди нахер». Грубовато, ну у Орлова такой юмор, народный. С другой стороны, он ведь мог скучно сказать «провода сильно перепутаны», но он, отыграв проводочки, наделил их душой. 🌸У писателей то же самое с этими отыгрышами. Только на уроках в школе это называлось скучно – «речевые характеристики персонажа» и «одушевление предметов». Что Гоголь, что Долгополов действуют одинаково: представляют себя деревенскими дураками, толстыми нормисами, склочными старухами и орут. Только один – в тексте, другой – на сцене. Ещё Картер рассказывает, какие типы шуток больше всего нравятся людям. ❤️Например, все обожают манипуляции с терминами или неправильный перевод. Ну, вспомним классику Ивана Ильина: «Вы знали, что эксперт – это бывший перт?» ❤️Ещё зрители умирают от восторга после неправильных расшифровок аббревиатур. Как раз недавно в шортсах видела шутку Кати Котофеевой: «Я и калории никогда не считала-то... Думала, КБЖУ – это универ в Казани». ❤️ Все обожают шутки-тройки. Это перечисление, где две вещи – общие, логичные, ожидаемые, а третья – мелкая и неожиданная. И вот этой мелкостью и неожиданностью она и смешит. Может, помните, в стендапе Усовича было, что три лучшие вещи в жизни – это: 1) спать; 2) есть; и... Тут он делал паузу, и зал орал: «сэээкс!» А Усович морщился: нет, секс – это максимум 14-е место, а третье место – это обсуждать кого-то за спиной. У Усовича было грубее, не «обсуждать», а «хуесосить», но я так писать, конечно, не буду. 🌸Понятно, что Картер не пишет примеры из русских комиков. Это я вам по блату, чтобы атмосфера поста была роднее и уютнее. В общем, книга пригодится в хозяйстве не только тем, кто выступает на сцене, но и простым работягам телеграма вроде нас с вами.

Ребят, сегодня в центре Минска встретила известного книжного блогера – Васю из Вписки!

Финансия... Волшебная страна, куда мне снова не выдали визу... На втором фото за моей спиной – люди с гранолами и сырниками на террасе, которым очевидно выдали визы в эту проклятую Финансию! Я же – как бы оставленная на границе – гордо ем магазинную ряженку. (Это две недели назад были с мужем на улице, решила вам доложиться).

🔫Всем приветик, прочитала крохотный сборник «Зарево битвы» Тэффи. Вышел он в 1915 году, во время войны. И все девять рассказов – о войне. Тэффи сама в это время устроилась сестрой милосердия. Все рассказы в сборнике – как всегда, энергичные и, что уж тут, злободневные. Тэффи ни разу не скатывается в истерику или пустой мелодраматизм – даже посреди кровищи в госпитале она умудряется писать умно, трезво и бесконечно женственно. Лучшие рассказы: 1) «О военных делах и гаубицах» О том, как аналитики из телеграм-каналов на самом деле не знают даже, что такое гаубица (как и все мы). 2) «Дези» Как светские девушки из-за модных трендов устраиваются сестрами милосердия, и в госпиталях присходит их духовное перерождение. 3) «Их дети» Горький рассказ, как немецкие дети жестоко буллят одноклассника – маленького жалкого горбуна. Ну и что немцы грубый народ и им не будет стыдно за войну, такая мысль. 4) «Ваня Щеголек» Душераздирающий рассказ о смерти красивого паренька, за которым ухаживала Тэффи в госпитале. Нежное, тонкое описание внешности этого Вани: «Он повернулся, чтобы я видела его лицо. Действительно, красив был. (...) Показал он лицо свое так просто, словно не его оно, а какая-нибудь посторонняя красивая вещь, что досталась ему случайно, он и радуется». 5) «Впечатлительная натура» По-моему, лучший рассказ сборника, потому что самый смешной и проницательный. Тэффи с приятелем приехала в сожженную деревню. Во время бомбежки все местные спрятались в лесу, в деревне остался только один рябенький мужичок. И вот Тэффи спрашивает, как же он пережил этот ужас. Если бы Надежда Александровна была плохой писательницей или Светланой Алексиевич, то у нее этот мужичок стал бы рассказывать про экзистенциальный кошмар, была бы какая-то дешевая деталь типа растоптанной куклы на дороге или повешенного в бане цыплёнка (ну, допустим). Но Тэффи – писательница большого ума и вкуса. И поэтому у нее крестьянин, который видел, как жутко горит деревня, всем с охоткой рассказывает, как немцы из местного пруда достали два ведра жирных карасей. Во таких карасей! С тарелку! 🧐 Ну, тут надо какой-то вывод о том, чем же этот сборник отличается от остальных сборников Тэффи. Есть фото писательницы из 1915-го – она крепко держит ружье и кокетливо улыбается. Вот и сборник такой – с шуточками, с улыбочками, но бьёт куда надо.

Ребят, вижу, что даже среди моих элитных подписчиков много тех, кто решил переехать в Минск, чтобы тут нормально забуриться в ютубе и телеграме. 💅Специально для вас сделала лучшую экскурсию по поп-культурному Минску. В каком минском дворе сняли мем «а ниче тот факт что», в какой панельке провел детство Янг Лин, какое минское кладбище нравилось Роме Англичанину, на какую уродливую новостройку потратила Нобелевскую премию Алексиевич, где ел Галковский. 🍻Без кумовства в тексте не обошлось, конечно, ну такой уж у меня характер. https://kaktutzhit.by/posts/pop-minsk

6 советов Чака Паланика для простых работяг о том, как писать хорошо Прочитала «36 эссе» Чака Паланика. Писал он их в зените славы – в 2004-2008-м, и выкладывал эссе по одному на своем сайте. В эссе мало про композицию, ставки, мотивацию героев – Паланик решил, что мы и так это читали в других книжках. И оказался не прав! Мы-то с вами ничего не читали. 🙂‍↔️Советы, которые мне больше всего понравились: 1) Смотреть побольше стендапа. Стендаперы лучше современных писателей передают живую речь. К тому же стендаперы постоянно видят реакцию живой публики на свой текст, и лучше, чем нынешние писаки, справляются с темпом и ритмом повествования. 2) Читать свои тексты вслух. Ну, писатели – не стендаперы, но даже если зачитывать свои тексты самому себе, редактировать их будет проще. 3) Избегать тезисных предложений. Вместо них – побольше деталей. Например, не надо начинать рассказ со слов «Работа у него была странная». Лучше так: «На работу надо принести кувалду, которой у него не было». 4) Герои должны побольше жевать или драться. Паланик объясняет это так: «В этом году ученые опубликовали две научные работы, подтверждающие, что мозг читателя реагирует на глаголы «бить», «целовать» или «жевать» так же, как если бы он действительно бил, целовал или жевал». 5) Герои должны как можно меньше «знать», «понимать», «верить» и «думать». Лучше эти глаголы вообще не использовать. Вместо этого надо показывать, что герой делает. Чешет за ухом, растерянно жует булочку, тупо пьет чай. Если надо, чтобы герой что-то «понял», пускай он это лучше расскажет в диалоге. Но и в диалоге надо, чтобы герои не просто говорили, а то получится, как в плохих сериалах. Надо, чтобы они и в разговоре что-то делали. Ну, вы видели наверняка эти нарезки из разных фильмов с Бредом Питтом, где он в диалогах постоянно жует. Это он по Станиславскому работает, а не просто вечно голодный. (Об этом, кстати, и недавняя крутая ютуб-лекция Крыжовникова, жёстко советую.) 6) Надо сесть и всё дописать «Если вы работаете над первым черновиком, завершите его. Принуждайте себя писать, пока сюжет не исчерпает себя. Найдите заставляющую вас скучать обстановку, организуйте с ее помощью подходящую «ловушку» и используйте эту «ловушку» до тех пор, пока не закончите работу над черновиком». Оказалось, Паланику удобнее всего писать в конференц-залах на каких-нибудь тупых маркетинговых обучениях. Там и скучно, и уйти оттуда сложно, поэтому писать романы в такой обстановке – одно наслаждение. Для меня такой способ звучит дико, но ладно. Почти все советы Паланика из книги – о том, как писать именно паланиковские книги. Прайм Паланика закончился лет 15 назад. На русский его давно не переводят. У каждой новой книги Паланика все меньше и меньше оценок на Goodreads. У «Бойцовского клуба» (1996) – 650 тысяч оценок, у «Удушья» (2001) – 220 тысяч оценок, у романа «Индукция шока» 2024 года – всего 2,9 тысяч оценок. Но всё-таки «36 эссе» – энергичная, самоуверенная, дельная книжка настоящего профессионала. Есть какая-то злая ирония в том, что Паланик сформулировал законы и секреты своего творчества, – и магия его успеха сразу же испарилась.

Полистала забавную книжку Анни Эрно и Марка Мари с фотками разбросанных носков и трусов. На русский она, конечно, не переведена. Когда писательнице Анни Эрно было 63, у нее нашли рак груди. Эрно начала химиотерапию и сразу замутила с фотографом, который был младше ее на 20 лет. Они решили, что нужно делать совместный проект: ездить по разным гостиницам и фотографировать оставшиеся после близости смятые простыни и сброшенные штаны. Писательница на химиотерапии испивала жизнь до дна. Ну, эрос и танатос, понятно. Эрно писала, что эти фото рождены «желанием и случайностью», это все – снимки хаоса, свидетельства дурмана. Разбросанные носки и полные пепельницы окурков как бы подчёркивают ирреальность того, что было ночью. Забавно, что в одном интервью фотограф простодушно заявил, что в разговоре идея такого проекта пришла как бы сама, как бы по наитию им обоим одновременно. Жаль этого добряка. Нужно всё-таки было читать книги женщины, с которой встречаешься. Или хотя бы мой рейтинг ее книг, алло (https://t.me/chezaknizhka/75). Еще в «Обыкновенной страсти», которая вышла за 10 лет до встречи с фотографом, Эрно писала, что после визитов своего советского любовника не убирала постель сутки, потому что эта картина была посильнее всего, что она видела в музее. И круто было бы это как-то запечатлеть. Как раз во время болезни подвернулся фотограф, и Эрно такая: «У меня как раз была идея! А если скоро помру? Надо всем показать, что я жила на полную мощность!» Они расстались, как только сделали все фото и подписи к ним. В 63 во время болезни Эрно даже купила место на кладбище. Она вылечилась, написала свою главную книгу в 70 и жива до сих пор. Ей 85. Фотограф умер в 2022-м, не дожив полгода до того, как его любовница и соавтор получит миллион евро за вклад в литературу. В книжке, по-моему, есть ну слишком постановочные кадры: мужской ботинок будто подминает под себя кружевное белье цвета фуксии. Представляю, как Эрно и фотограф старательно сопели над ботинком и переругивались. «Марк, ну блин, подвинь ты туфлю свою дурацкую, типа ты доминируешь!» Глядя на фотографии, документирующие дурман желания, думаю только об одном: почему иностранцы всё-таки не снимают свои пыльные ботинки в коридоре, что ж они за грязнули такие…

Как я отдыхаю после того, как запостила рейтинг-имбулечку.

Жить – значит, составлять списки. Умно? А Анни Эрно так и делала. Я год читала книжки Нобелевской лауреатки-2022, и вот собрала в рейтинг ее переведенные книжки со своими отзывами. От самой дурацкой к самой крутой. 💦Также в тексте: 1) пересказ всего Бурдьё за один абзац; 2) непрошенные советы о том, как правильно писать треды про тбилисских арбузеров; 3) почему не надо удивляться, что 60-летняя француженка мутит с 20-летним студентом. 🫠Что я вообще поняла из чтения Эрно? Оказалось, что шутка Луи Си Кея о том, что жизнь женщины – это метель из членов, пока она просто идёт на работу, – не шутка. Читайте, может, тоже что-то такое поймёте... https://teletype.in/@hmelnickaya/C8sGnLWLW-O

Ребят, наконец дочитала все 12 русских переводов Анни Эрно, Нобелевской лауреатки-2022. Вышла проветриться в Парк Победы. Так как вы там не были, докладываю: там, как всегда, красиво. Ещё и свежей стружкой жёстко пахло. Почему-то чувствовала себя итальянской (?!) пенсионеркой. На самом деле просто хотела запостить фотки, но пришлось придумывать «литературный» повод...

😝Похабная училка из пригорода Парижа мутит с женатым советским дипломатом. Нет, это не мой запрос на порнхабе, это сюжет книжки «Обыкновенная страсть» Анни Эрно. 49-летняя Эрно, учительница французского, встречается с советским чиновником на 10 лет ее моложе. Он работает во французском посольстве и женат, естественно, на «дурнушке». Иногда он приезжает к Эрно тупо для секса, часто – пьяный. Любит смотреть по телеку «Санта Барбару» и никогда не дарит цветы (зато «он одаривал меня своим желанием»). Как Эрно с ним познакомилась, какими смешными словами он ее называл, куда они ходили – ничего этого в повести нет. На 60 тысяч знаков (чтения – ну, на час-полтора) – обрывочная история полугодового наваждения. Всю короткую повесть Эрно сидит и ждёт, что вот-вот он позвонит. Или покупает блузку в магазине – и думает, что он скажет о блузке (конечно, ничего). Или записывает в тетрадку все интересные истории и мысли, чтобы при встрече пересказать любовнику. Или орет на директора школы, что не будет брать дополнительные часы, потому что у нее есть личная жизнь. Или идет по улице и представляет, что в машине сидит он, только уже с другой, – и Эрно, потея, идёт с очень гордым и независимым видом. ✨Вот в этой цитате – весь стиль, весь метод Эрно: «Как только он уезжал, на меня наваливалась тяжелая усталость. Я не спешила приводить все в порядок. Я разглядывала стаканы, тарелки с остатками еды, пепельницу с окурками, одежду и белье, разбросанные в коридоре и спальне, свисающие до пола простыни. Мне хотелось сохранить этот беспорядок, потому что каждый предмет хранил память о каком-либо жесте или миге, и они сливались для меня в единую картину такой силы и драматизма, которые мне уже не найти ни в одном музейном полотне. Естественно, я не мылась до следующего утра, чтобы подольше удержать в себе его сперму». То есть все так умно, интересно, сухо, а в конце – н-на, читатель! Еще у Эрно есть замечание по делу, что когда она была одержима страстью, то ей было совершено наплевать на новости. Ну, пала Берлинская стена, ну, убили Чаушеску, ну, бомбят Ирак, а ей что с того? Если в новостях не говорят, приедет ли к ней ее Сережа на часок, то зачем ей это смотреть? В общем, хороший текст. Приятно думать, что и в 20, и в 50 истероидная женщина переживают свою манию одинаково – думает, что все мужики, сидя в машинах, сходят от нее с ума, пока она просто переходит дорогу.

🦫Как же меня жестко выбесила повесть «Стыд» Нобелевской лауреатки и иконы автофикшена Анни Эрно. 56-летняя Эрно вспоминает, как впервые испытала жуткий стыд за свою семью. Ей 12, лето, родители поругались, и маленькая Аня увидела, как отец одной рукой схватил мать то ли за шею, то ли за плечи, а другой рукой держал секатор. И наша Аня расплакалась и решила, что сейчас рехнется. Потом семья спокойно пообедала и все поехали кататься на великах. Но будущая Нобелевская лауреатка такая: это поделило мою жизнь на до и после! Когда я потом рассказывала об этом случае всем своим любовникам, они только хмыкали и отстранялись! И вот я села писать про тот ужас! Но сейчас смотрю на текст и думаю: ну что уж тут такого... Ну, можно было и остановиться. Но Аня продолжила себя накручивать - так книга и получилась. Эрно попыталась подробно описать весь контекст своей бедной жизни в 1952-м. Она всегда жестко флексит своим «низким социальным» происхождением, что она чуть ли не из корыта со свиньями к нам вылезла. Но ее флекс в этой книге выглядит, как в анекдоте про бедных белорусов: 1) Нет денег; 2) Денег вообще нет; 3) Купили трешку в новостройке без кредита. Так и у Эрно в этой книге: 1) я из самого низкого социального слоя; 2) из самого-самого низкого; 3) я была единственной девочкой во всем квартале, которая училась в частном пансионе. Все остальные дети ходили в обычную школу. Алло, частный пансион! Больше всего выбесило, что Эрно подробно нам рассказывает, какие она тупые песни слушала в 12, в какие магазины ходила, как писала в ведро, как хотела посмотреть на чужие прокладки, во сколько лет была первая мастурбация (в 14; и в коротком тексте она повторяет это два раза, чтобы мы точно запомнили), но почему-то ни разу не пишет, каким образом ее родители с «самого социального дна» могли платить за частную школу и сколько это стоило. И этому человеку дали миллион долларов за «храбрость и хирургическую точность». Писать точные цены – вот это я понимаю храбрость. Да, у Эрно родители – деревенские, но у них был свой магазин с небольшим баром. Ну да, не профессура, но и не социальное дно, как нам пытается жаловаться в этой книжке Эрно. Жаловаться, что тебе в детстве чего-то недодали – сладкое, священное дело, но и прибедняться надо уметь. Вспомним легендарные строчки рэпера Брутто: «Я любил крабовый салат, как его делала мама, но в нем никогда не было краба» – вот это мастер детали и мастер жалобы. В предыдущих книгах «Свое место» про батю и «Женщина» про мать Эрно подробно рассказала, что ее родители считали себя исключением из правил, хозяевами жизни, и свою дочь тоже считали исключительно умной, потрясающе одаренной и лучше остальных детей. Почему она об этом не написала в более позднем «Стыде», зачем показала родителей более лоховатыми и жалкими, чем в предыдущих книгах, непонятно. Но Эрно как писательница все равно особенная – все написано легко, интересно, без тормозов в виде тяжелых метафор, читается за пару часов, поэтому и книжку я не бросала. Было и по-настоящему крутое место в книге – как 12-летняя Эрно ездила с папой на недельку в путешествие по местным церквям, как они жили в отелях и ели в кафе. Такой «Афтерсан» здорового кринжового подростка, которому за батю постоянно стыдно. И руки у него грязные, и с официантами разговаривать не умеет. Классика. Ну, а так-то я как читатель этой книги чувствую себя тем ее любовником, которому Аня нажаловалась на детство, а он хмыкает и отстраняется.

🌸Всем приветик, в честь 8 марта прочитала «Событие» иконы автофикшена Анни Эрно. Почти 60-летняя Эрно вспоминает, как делала нелегальный аборт в 24 года. Нелегальный, потому что в 1964-м во Франции и аборты были запрещены, и была даже статья за пропаганду контрацепции. Это самая популярная книжка Нобелевской лауреатки-2022 – на Гудридс у нее 75 тысяч оценок. Возможно, из-за экранизации в 2021-м (я не смотрела). Но книжка и без экранизации – нормальный женский боди-хоррор, короткий и интенсивный (там чтения – на пару часов). Кажется, что ну вся жизнь женщин и так – вялотекущий боди-хоррор, но Эрно и тут смогла удивить. «Вся моя жизнь – где-то между менструальным календарем и презервативом из автомата за один франк», – и это только начало книги. Главную сцену, где Эрно после посещения подпольной акушерки бежит в туалет в общаге, и там в ней как будто взрывается граната и заливает водно-кровавым фонтаном стены, и у Эрно в руках оказывается трёхмесячный эмбрион, и она зажимает его ногами и так идет в комнату к рандомной знакомой, чтобы та обрезала обычными ножницами пуповину – эту сцену я вам пересказывать, конечно, не буду. Что меня всегда завораживает у Эрно – ее предельно уважительный тон к себе, даже горделивый; ее патетичное, восторженное внимание к любым деталям своей жизни. Даже если она просто едет в электричке или идет в магазин за помидорками, это всегда Акт, это всегда Событие. Она не просто стоит в очереди к кассе – она ощущает «жизнь, смерть, время и мораль». Что уж говорить о книге про аборт, где Эрно рожает жизнь и смерть одновременно. Даже жалко, что Эрно и после Нобелевской премии, и после экранизаций не стала влиятельной фигурой для молодых русских писательниц. У нее есть чему поучиться: она умеет выбирать детали, она видит сцены, и при кажущейся фрагментарности письма все равно выстраивает классическую композицию и умеет держать в напряжении. А вообще книжка хорошая. Ну вот говорят «темные двадцатые», да. Зато у нас есть интернет, записаться можно к любому врачу, в аптеках без рецепта продают почти все, что захочешь. После книжки про жизнь европейской женщины в 60-х наши 20-е – очень даже светленькие.

У вас, кстати, какие читательские планы на год? У меня довольно скромные – перечитать все сборники рассказов Тэффи из тех, что есть в интернете, по порядку. Их вроде 15. Просто потому, что Тэффи – единственная писательница, которая меня никогда не бесит и не наводит скуку. Не помню, чтобы я хоть раз подумала при чтении Тэффи: «Ой, знаешь что?!» – и бросила книжку. Вот перечитала пятый по счету – «Дым без огня» 1914 года. 🌸5 лучших рассказов сборника: 1) Демоническая женщина Девочки, ну бывает же такое, что хочется и кружить всем головы, и молиться всю ночь у церкви, и объедаться селёдкой с луком, и оставаться при этом очень загадочной? Вот об этом – абсолютно великий рассказ на 5 минут чтения о мэник пикси дрим гёрл. Или, как сказали бы люди, читавшие пару статей по психологии, эталонное описание истероидного психотипа, к которому очевидно принадлежала и сама Надежда Александровна. 2) О дневниках Дореволюционный стендап о разнице мужских и женских дневничков. «Мужчина всегда ведет дневник для потомства. «Вот, думает, после смерти найдут в бумагах и оценят». (...) Женщина пишет дневник всегда для Владимира Петровича или Сергея Николаевича. Поэтому каждая всегда пишет о своей наружности. «5 декабря. Сегодня я была особенно интересна. Даже на улице все вздрагивали и оборачивались на меня». «5 января. Почему все они сходят с ума из-за меня? Хотя я, действительно, очень красива. В особенности глаза. Они, по определению Евгения, голубые, как небо». 3) Тоска по родине Тэффи пишет из путешествия ядовитые заметки, что путешествия переоценены. В этом рассказе она убедительно доказывает, что вся Флоренция не стоит тоненькой берёзки посреди унылого болотца где-нибудь в России. И что все заморские фрукты – ерунда по сравнению с кошелем брусники. Особенно если эту бруснику исправничиха сварила с корицей и лимоном. Немножко с надрывом рассказ, немножко по-хорошему пропагандистский (лол), но все равно освежающий. Ну и врать не буду: захотелось брусники от этой исправничихи. 4) Старый моряк Тэффи катается в лодке с красивым мощным стариком, который объехал весь мир и всё видел. Она думает, что сейчас он поведает ей всю мудрость мира, а он знает только, что во всех портах носить мешки очень тяжело. Это тупо эпизод из великого сериала «Сайнфелд» про Элейн, которая в конце ещё бы плюнула в этого деда. 5) Оминиатюренные Бойкий, толковый монолог, в котором Тэффи прожаривает писателей толстых бессюжетных романов. Надежда Александровна противопоставляет скучным романам миниатюры, короткие пьесы. Если вместо «миниатюра» вставить «стендап», станет понятно, почему сейчас даже стендапер второго ряда лучше почти любого российского писателя из «премиальных» списков: «В миниатюре взвешено каждое слово, каждое движение. Оставлено только самое необходимое. Миниатюра процеживается автором, режиссером, актером и публикой. Если заметят на репетиции, что фраза тяжеловата или длинна, ее сокращают, вычеркивают. Если заметят, что публика в продолжение целой минуты не реагирует на действие, это место выбрасывают или изменяют, потому что было бы чудовищно давать публике в продолжение целой минуты слова, на которые она не отвечает. Это уже скука, неудача, провал. Потому что вся драма-миниатюра идет двенадцать минут и каждая из минут должна быть на счету». Если писателю самому делать нечего, то он, во всяком случае, не должен отнимать время у читателей. Так считала Тэффи. Это она ещё Веркина не читала!