je ne sais quoi

Если и украшать роскошный автомобиль, то только так Плодотворный Рене Лалик создавал и капотные украшения, автомобильные маскоты — скульптуры из стекла крепились на радиаторы автомобилей эпохи ар-деко. 1. Маскот Victoire, выпущенный к десятой годовщине окончания Первой Мировой войны 2. Маскот Chrysis, последняя модель в серии. Отсылает к персонажу греческой мифологии — жрице или пленнице времён Троянской войны.

Seydou Keïta (1921-2001), малийский фотограф-самоучка, который с конца 1940-х по 1960-е снимал горожан города Бамако в своей студии. Герои сами выбирали, в чем и какими хотят быть в кадре. Визуальная летопись Мали накануне и после независимости, которую страна обрела в 1960 году.

длительный треккинг без связи заостряет восприятие прекрасного. проверено еще раз на практике с любимыми Дикими

Ник Найт в эстетском профайле для HTSI рассказывает о своих любимых вещах, и это умиротворяющий список: хрустящие рубашки, коллекция запонок из муранского стекла, розы сорта Blue Moon, а на фоне — семейный дом по проекту Дэвида Чипперфильда. Много говорит о цветах — по теме номера: тех, что выращивает в своем саду, и тех, что собирает в коллекцию. Из последних приобретений упоминает снимок Бранкузи с лилией, больше похожей на морскую звезду. К концу текста нестерпимо хочется свой сад — буквально и метафорически.

Я люблю задавать в профессиональной среде вопрос про локальные бренды, чей маркетинг и контент нравится и почему. У меня уже пару лет есть фаворит — это бренд Befree. Это один из самых консистентных, но при этом креативных локальных игроков, я совсем не ЦА, но я в восторге от работы их небольшой (знаю точно) команды. А еще я люблю, когда креативный процесс раскрывают и показывают «изнанку», поэтому буквально пищала, когда нашла канал «Маша и продакшн», который ведет как раз-таки креативный продюсер Befree, Маша. В общем, я его почти от корки до корки прочитала и останавливает меня только прерывистая связь в поезде Москва-Адлер. Мои хайлайты будут про съемочный процесс для бренда Befree, то чем Маша занимается каждый день: Ну, во-первых абсолютно гениальная идея — съемка с Энджи, дочерью Виктории Бони, в Монако: как снимали раз, как снимали два. Два — это как снимали летний кампейн во Вьетнаме и как круто продолжили идею уже в предметной съемке. Три — трогательная история про ожерелье, которое Маше подарила бабушка. Бабушка всю жизнь работала библиотекарем, как же метко её ожерелье попало в съемку именно коллаборации Befree с Яндекс.Книгами. Продолжать могу долго: разбор самого вирального бренда, как проводить скаутинг локаций для съемок, журналы для вдохновения, must книга для стилиста… В общем, классный канал у Маши!

#jeleveux навсегда — столовые приборы от Isamu Naguchi

В один из первых визитов в Париж мы пришли в Petit Palais (моя абсолютная любовь!), где была выставка вообще мне неизвестного Одилона Родена — тогда еще даже не было экспликаций на английском, я не знала французского и просто смотрела на работы. И я была так сильно впечатлена, что потом даже дома перерисовывала акварелью по альбому его работы. Не сравниваю двух авторов, но их работы во мне пробудили похожие ощущения.

Ходили с коллегами в галерею shift, я приметила еще не выставленную картину Кирилла Гатавана, чья выставка будет в ноябре и ребята любезно позволили посмотреть запасники. Я в восторге! Для меня искусство — это возможность выйти за рамки того, как я воспринимаю мир и его проявления. Листая каталог его работ (они небольшие), поймала чувство узнавания в чем-то, и вспомнила про своего очень любимого автора, про которого в следующем посте

#mood Хочется просто как-то так платками обвязаться и лету радоваться

Продолжая про шедевр модерна, из неочевидного — это тайная молельня, спрятанная на верхнем этаже. Рябушинский был старообрядцем — а в те времена эта вера всё ещё существовала полулегально, богослужения проводили тайно. Шехтель решил задачу элегантно: снаружи — обычный светский особняк, но отдельная неприметная лестница ведёт наверх, в скрытое от посторонних глаз пространство. Ни с фасада, ни из парадных комнат молельню не увидеть. Внутри — низкие своды, приглушённый свет, и сумасшедшие по цвету росписи в древнерусских, «дораскольных» традициях. Эта домовая церковь один из редких сохранившихся примеров подпольной старообрядческой архитектуры в Москве.

Захотелось посмотреть на прекрасное-вечное — Фёдора Шехтеля и особняк, который он построил в начале ХХ века для промышленника и мецената Степана Рябушинского. Сейчас это «Дом-музей Горького», хотя Алексей Максимович прожил в нем всего 5 лет своей жизни. Особняк вроде как закрывали на реставрацию, но сейчас везде — и в доме, и во дворе, царит какая-то умиротворяющая обветшалость. #archisuper

Долго молчала, извините меня. У меня сейчас блок, связанный с интенсивной работой, куда уходит все вдохновение и как будто нет места мне. Но!!! Увидела эту фотографию — и я такая, ой, это я? А нет, молодая Изабель Юппер, богиня!

Увидено в разных социальных сетях от разных людей, почему-то очень нравится просто смотреть на это, без умных слов 1. Катя Павелко и Paul Delvaux “Femme à la rose”, 1936 2. И некий, Артем Аарон и Joos van Cleve, c. 1569

«Невнимательная читательница» (La liseuse distraite, 1919) Анри Матисса, написанная в период жизни художника на Лазурном Берегу.

83-летний Джеймс Таррелл в музее ARoS в Дании. Здесь 19 июня, к летнему солнцестоянию откроется его инсталляция «As Seen Below — The Dome» — крупнейший «Skyspace» художника в музейном пространстве. Вы только посмотрите на эти ковбойские сапоги!

Недавно рассказывала про свою любовь к клипу Кайли и Ника Кейва «Where the wild roses grow». А потом задумалась, чем он меня так зацепил, — и поняла, в чём дело. Я же с детства люблю эстетику прерафаэлитов, а клип — прямая отсылка к «Офелии» Джона Эверетта Милле, художника-прерафаэлита. Офелия — героиня «Гамлета»: после гибели отца она теряет рассудок и тонет в реке — срывается с ветки над водой, собирая цветы, и идёт ко дну, не переставая петь, будто не понимая, что происходит. И история самой картины не менее интересная. Сначала Милле почти полгода (!) просидел в шалаше на берегу реки, выписывая воду и каждую травинку, — и только зимой, уже в лондонской студии, появилась сама Офелия. Натурщица, девятнадцатилетняя Элизабет Сиддал, часами лежала в ванне в старинном платье, расшитом серебром, — воду снизу грели лампы. Однажды они погасли, вода стала ледяной, а Милле так увлёкся, что и не заметил. Сиддал не шевельнулась и не пожаловалась — в итоге простыла и тяжело заболела. Но, слава богу, выжила. Конечно, есть ещё один образ Офелии — уже в кино: Кирстен Данст в «Меланхолии» фон Триера, плывущая по воде в свадебном платье с букетом. И так можно находить параллели бесконечно — мне всегда страшно интересно наблюдать, как одна и та же история проходит сквозь время, страны и медиумы. Если и вам такое близко — советую обратить внимание на новый курс от Level One «Главные сюжеты в искусстве: от Благовещения до Офелии». Это не академический курс про даты, стили и биографии, а рассказ про ключевые сюжеты культуры — Благовещение, Икар, Юдифь, похищение Европы, Офелия, — те, что художники пересказывают веками. Ведёт Олег Грознов — историк искусства, который рассказывает о сложном легко и с юмором. Регистрация по ссылке. Промокод BETTERPOSTED даст скидку 30%.

Первым делом в Париже помчала на выставку Дэвида Хокни «Do remember they can’t cancel the spring» в Fondation Louis Vuitton. Она, конечно же, очень классная и какая-то духоподъемная. Весной 2019 Хокни приезжает в Нормандию посмотреть средневековую вышивку из Байё, спонтанно решает задержаться и именно тут их с партнёром застает локдаун 2020 года. Они остаются на ферме и Хокни начинает рисовать приход весны… на iPad. Каждое утро — один рисунок, который он отправляет друзьям по всему миру. Так родилась серия «220 for 2020» — дневник пандемийной весны, технологическая версия, вдохновленная Клодом Моне. Вообще Дэвид всегда дружил с технологиями: факс, фотокопир, компьютер, iPhone — всё это до появления планшета, который он называет своим «визуальным дневником». Хокни пишет пальцем или стилусом, работает с наложением слоёв и цветами, без потери качества и без времени на сушку. Работает и ночью, а еще открывает магию процесса: приложение позволяет воспроизвести, шаг за шагом, как появлялось изображение.

Начала смотреть документалку про Кайли Миноуг. Она — моя дива 100%, никогда не могла соотнестись также ни к Мадонне, ни к Бойнсе, ни, прости господи, Тейлор Свифт. У меня есть две любимые песни — Playground love, Air и вот эта — Where the wild roses grow, Кайли и Ника Кейва. Помню, как ребенком увидела на MTV и была абсолютно заворожена. Богиня!

Архангел Гавриил Хорватско-американский скульптор Ivan Meštrović 1918г