Ромашковый сбор

В анфиладе двориков возле метро “Чеховская” всегда шумно. Случайные прохожие и посетители питейных заведений, возможно, даже не догадываются, что над многочисленными барамиъ находятся обычные квартиры. Часть, конечно, сдается под офисы, но далеко не все. Говорят, что здесь много лет жил Александр Градский. Но это — слухи, а нас интересуют проверенные факты. Текст целиком, больше фотографий с подробными подписями и план квартиры — в Дзене Капсула времени До того как заняться ювелирным бизнесом, соосновательница Poison Drop Ирина Кузнецова успела получить архитектурное образование. Во время учебы в МАРХИ она сдружилась с Варварой Шалито. «У меня не было сомнений, кому предложить ввязаться в эту авантюру», — рассказывает она. Ирина нашла раритет — жилье в тех самых двориках, простоявшее закрытым почти сорок лет. Это классическая коммуналка — прежние владельцы успели ее расселить, а потом сорвались на ПМЖ в Канаду, и квартира превратилась в капсулу времени. В ней буквально сохранился дух ушедшей эпохи: не только старые обои, исписанные телефонными номерами, отдельные счетчики электричества на каждую семью и метки с ростом детей на дверных косяках — в комнатах, как вспоминает Ирина, стоял плотный советский запах. Квартира как арт-проект Как место для постоянной жизни квартира не рассматривалась — и шумно, и места для большой семьи Ирины (у них с мужем четверо детей) маловато. Вместе с Варварой они решили превратить её в своего рода арт-проект: сохранить историю, добавить что-то современное, наполнить пространство новым смыслом и, главное, получить от процесса удовольствие. «У нас были 3D-визуализации, но мы постоянно от них отступали — что-то убирали, что-то добавляли», — вспоминает Варвара. Когда-то бизнес Poison Drop вырос из идеи, что не так важно, из чего сделано украшение, как образ, который оно создает. По такому же принципу собирался и этот проект. Для Ирины было важно, чтобы квартира не выглядела так, как будто все разом куплено в одном дорогом магазине. «Сейчас никто не ходит в тотал-луке от Chanel, и интерьер тоже не должен быть стерильным», — говорит она. Планировка Как дань прошлому, здесь сохранилась анфиладная планировка, причем сразу в двух местах: в линию выстроены не только прихожая — гостиная — кабинет, но и спальня — гардеробная — ванная в приватной части квартиры. Впрочем, этот хозяйский блок решен очень компактно, а основное место отдано под гостиную и кухню-столовую, которые разделяют только большие стеклянные двери — фактически, это единое пространство, не оставляющее никаких сомнений в том, что квартира создавалась прежде всего для светской жизни. Гостиная получилась такой большой, что Варвара предложила поставить там рояль — места хватало. Но вот занести инструмент на третий этаж не вышло — он не проходил ни по лестнице, ни через окна. На съемку Шалито привезла контрабас, а в реальной жизни в гостиной легко поместится маленький оркестр — если вдруг хозяйке придет в голову устроить домашний концерт. Мозаика Когда Варвара предложила добавить в интерьер мозаику, ее подруге и заказчице это не очень понравилось. У Ирины этот материал ассоциировался с роскошью образца ранних 2000-х. Но дизайнер имела в виду совсем другой вариант — мозаику как дань советскому прошлому квартиры. Эскиз для работы на стене кабинета, исполненной в открытых ярких цветах, характерных для живописи соцреализма, сделала художница Ольга Солдатова, а выполнили мастера из компании Ardo Studio. Они же придумали необычный пол в прихожей. Вообще-то Варвара хотела покрыть его микроцементом, но для старых деревянных перекрытий такой вариант не годился из-за веса, а обычная плитка казалась слишком скучной. Но зачем класть просто плитку, если можно нарезать из нее мозаичное изображение? Теперь гостей квартиры встречает граненый стакан — дань гению Веры Мухиной. Ну и дерзкий намек на тусовочный профиль квартиры. Продолжение в Дзене. Там можно узнать, как в итоге используется квартира. А тут делитесь своими версиями — на фото есть подсказка. 📷 Юлия Кирильчева

Не устаю удивляться, как удачно в этом году сошлись русский стиль и китайский гороскоп. Но не только наши авторы промышляют изготовлением коников. Giorgetti отмечает Новый год по восточному календарю тройкой аксессуаров из кожи.

Потихоньку вкатываемся в рабочий режим вместе с мобильным офисом, который сконструировала Алехандра Эстеве из Аргентины, работающая под брендом Morsa Taller. Конструкция состоит из шести деталей, которые сделаны в мастерской Сантьяго Леньини и собраны на месте — на это уходит всего день. Стол, диван и складной журнальный столик придуманы специально под проект. Очевидно, модель придумана под серийное производство, но пока существует в единственном экземпляре.

Frama два года назад, когда там была инсталляция Фэй Тугуд

Заканчиваем праздничный марафон в кафе Laboratorium в Клуж-Напоке, втором по величине румынском городе (о котором я, по правде говоря, раньше не слышала). Деревянный декор в стиле неоготики достался заведению по наследству от университетского преподавателя и фармацевта Миклоша Секи. В 1893 году венгерский архитектор Саму Печ построил ему доходный дом, известный как Замок Секи. Laboratorium занимает помещение бывшей аптеки, ещё недавно работавшей на первом этаже дома. Две стойки из «задрапированной» стали и лаковые скамейки со столиками добавили в интерьер EktraArhitectura и Fain Design. Эти нововведения контрастируют с историческим антуражем и показывают эволюцию, которую проделал дизайн за сто тридцать лет: когда-то нарядный интерьер предполагал обилие деталей, теперь же достаточно яркого глянца и сложной работы по металлу. Кстати, примерно так же устроен магазин Frama в Копенгагене — там тоже бывшая аптека, внутрь которой встроен современный интерьер (покажу в комментариях). А ещё вспоминаются давно исчезнувший кондитерский на Покровке и магазин Кузнецова на Мясницкой — там когда-то тоже были шикарные витрины. Были, да сплыли в неизвестном направлении.

Предлагаю обсудить этот интерьер — он меня заинтриговал и я не могу до конца определиться, нравится мне это или нет. Сперва контекст: это 300-метровая квартира в Валенсии. Находится в доме XIX века. Интерьер по проекту Balzar Arquitectos сделан на контрасте с архитектурной оболочкой, но с уважением к истории. Что меня тут смущает? Постоянные читатели уже знают, что для меня интерьер без искусства — недоделанная работа. Ни присутствующий в квартире коллекционный дизайн, ни аутентичные архитектурные детали, на мой взгляд, этот пробел не восполняют. Здесь, как видите, искусства нет. Меня это сперва оттолкнуло, а потом я попробовала представить себе какие-то работы на стенах, и подумала, что с ними получится совсем другой и интерьер. Сейчас он выглядит каким-то не от мира сего, не совсем реальным — и в этом его прелесть. С искусством он, как ни странно, заземлиться, обретет плоть и кровь. Второй день размышляю, нужно здесь искусство или без него тоже хорошо? А если нужно, то какое? 📷 David Zarzoso Подробности у Liebal

В 2025 году в мире отмечали столетие ар-деко, и в рамках празднования провели грандиозную выставку в парижском Музее декоративного искусства, где показывали новые вагоны Orient-Express. Как и сто лет назад, их интерьеры созданы при участии Lalique. Основатель бренда Рене Лалик первым предложил использовать для отделки вагонов декоративное стекло, впустил туда игру света и превратил их в эталон стиля ар-деко. Разговор об истории последнего великого стиля невозможен и без других работ Лалика. Вазы Bacchantes и Tourbillons — это абсолютная классика ар-деко, которая получила продолжение в современных изделиях бренда. Как и во времена отца-основателя, Lalique соединяет дух экспериментаторства и роскошь — это не самое очевидное сочетание стало основой его ДНК. В 2019-ом дизайнер Арик Леви придумал для бренда монолитные скульптуры из цветного стекла RockStone — настолько сложные в производстве, что создают их исключительно мастера со статусом “Лучший ремесленник Франции”. В прошлом году бренд представил коллекцию Terramineral — мастера Lalique воплотили в хрустале трещины и изломы земной коры, готовой взорваться потоками лавы. А коллекция бокалов и декантеров 100 Points началась с желания создать универсальный бокал, подходящий для красных и белых вин — над этой задачей бренд работал со знаменитым дегустатором Джеймсом Саклингом. Сегодня на календаре 9 января, но праздничный сезон только начинается — впереди Китайский и Старый Новый год, 14 февраля и 8 марта, и ко всем этим датам можно подобрать подарок в Lalique, напоминающий о том, что наши лучшие идеи и чувства способны пережить десятилетия, даже если их воплощение кажется хрупким и эфемерным. На всякий случай напоминаю о том, что уже много лет официальным поставщиком изделий Lalique в Россию остается компания Mercury, которая ждет вас в своих магазинах: ЦУМе, ДЛТ, Barvikha Luxury Village, Третьяковском проезде и бутиках Gallery Royal. А узнавать новости Lalique и других брендов Mercury удобно в канале ЦУМа. Обязательно подпишитесь!

Очередная классная съемка шведского бренда LAYERED с их создательницей Теклой Эвелиной Северин, известной как Teklan, в главной роли. Коллекция тоже получилась хорошая. Из нее мы делаем вывод, что мода на полоски распространяется, в том числе, и на напольные покрытия. Другой очевидный тренд — ковры с неровным геометрическим краем. Нечто подобное мы недавно видели у Пьера Гоналона.

Когда “русскость” становится самоцелью, начинаются попытки скрестить ежа с ужом Гжель с Билибиным, а на выходе имеем тарелки с деколем (это когда изображение не нарисовано, а напечатано на тонкой пленке и наклеено на фарфор). Сама по себе техника вполне имеет право на существование, но при чем тут народный промысел? Могу, кстати, допустить, что в задумке была ручная роспись, а потом оказалось, что в производстве посуда получится слишком дорогой, да и традиционная гжельская техника для такой росписи не подходит, поэтому решили оптимизировать.

Давно мы тут не говорили про архитектуру, а между тем в Аргентине построили такой вот дом под названием Brutal Honesty. Для Валентины Черроне и Себастьяна Андии из OF. Studio это первый реализованный проект. Не удивлюсь, если мы скоро увидим это здание в кино, и сюжет у него будет наверняка фантастический — что-то про внеземные цивилизации или суровый мир постапокалипсиса. На самом деле форма здания, похожего на футуристический бастион, продиктована особенностями ландшафта: формой холма, на котором оно выстроено, и стремлением сохранить растущие там деревья. В выборе материала и работе с ним архитекторы руководствовались той самой «бруталистской честностью», которая анонсирована в названии проекта. Не знаю, что за отважные люди те, которые поручили строить свой дом бюро без опыта реализаций и согласились на такую необычную архитектуру, но кажется, что это эталонные заказчики мечты. А за OF. Studio буду теперь следить — ребята явно с потенциалом. 📷 Luis Abba Подробности у Yatzer

2 января, пока все повторно доедали салаты, мы решили посмотреть новый музей ЗИЛАРТ. Он открылся в начале декабря, так что многие успели там побывать. Большинство, судя по всему, довольно увиденным. Так что сегодня будет непопулярное мнение: нам не нравится ни здание музея, ни его устройство, ни квартал, в котором он находится. Искусство, которое там показывают, кстати, тоже, но это вопрос вкуса. А вот всё остальное готова аргументировать. Подробности — в новом выпуске подкаста. Apple Podcasts Mave Яндекс Музыка Встроенный плеер

Я тут на каникулах решила впервые повязать из мохера, и это тот еще опыт: насколько нежен этот материал, настолько и капризен. Одна неверная петля, и работа насмарку. Тем приятнее, когда кто-то уже проделал за тебя весь этот путь проб и ошибок — смотрите, какие классные пледы вышли у TKANO. Колекция маленькая, но исчерпывающая: стопроцентно натуральный состав и четыре модных варианта расцветки. Потепления пока, насколько я вижу в прогнозе, не планируется, так что запасайтесь тепленьким — пригодится.

Кажется, что после 2018-го, когда Москва готовилась к ЧМ по футболу, интересных отелей у нас больше не делают. Апарт-отель 22 art’a на Усачева с интерьерами Юлии Голавской — приятное исключение. Имейте в виду, если соберетесь в столицу. Больше фотографий — в Дзене. Юлия говорит, что может придумать интерьер за пятнадцать минут. Но одно дело — придумать, и совсем другое — реализовать задуманное. Поэтому сперва дизайнер от заказа отказалась — хозяйка апарт-отеля на шесть номеров хотела принять первых гостей уже через два месяца, и это было просто нереалистично. По факту от первых эскизов до финальной фотосъемки прошло в два раза больше времени, и все равно это едва ли не самый стремительный проект в практике Юлии. “Плюс таких быстрых проектов только один — для исполнителей они быстро заканчиваются, — говорит Голавская. — Минус, по большому счету, тоже один, но очень существенный: невозможность прочувствовать то, что ты делаешь, а значит, велика опасность сделать что-то не то. И поэтому полностью доверяешь годам своего кровавого опыта, бесценным знаниям и вкусу, и именно все это позволяет принимать верные решения точно и с холодной головой”. Реконструированное здание советских годов на Усачева Юлия называет скверным примером современной реновации. Общественные зоны и сами апартаменты выглядели без намека на индивидуальность: слишком много керамогранита и рамочки из молдингов на стенах. Теперь их не узнать: все шесть апартов площадью от 22 до 60 м² получили особенные интерьеры — все разные, но связанные общей концепцией. 22 art’a позиционирует себя как “культурный апарт-отель”, который погружает постояльцев в особый опыт московской жизни, и слегка ностальгический стиль Юлии идеально соответствует заявленной концепции. Сквозные приемы — неожиданно черные потолки, пледы с рисунками Вари Чельцовой и Полины Коваль и ковры. Частично они винтажные, как и свет с мебелью — помимо симпатичных предметов-ноунеймов в интерьере встречаются и вещи классиков итальянского дизайна, Гаэ Ауленти и Родольфо Бонетто. А еще искусство — в каждом номере есть работы современных российских художников. Не всякий интерьер, предназначенный для постоянной жизни, делается с таким вниманием к деталям, а тут — гостиница! “Я рискнула, и не жалею теперь. Риск — это жизнь”, — подводит Юлия итог этого проекта. 📷 Натали Герц

Дорогие подписчики, хочу напомнить о нашей конференции «Всё, что нужно знать дизайнеру в 2026 году», ведь длинные зимние выходные — самое время, чтобы запастись идеями и вдохновением на следующий год. Можно в спокойной обстановке посмотреть запись выступлений, поразмыслить, что поможет вам развиваться в профессиональном плане, а может и списаться со спикерами. У нас всех есть свои каналы и мы открыты к общения с подписчиками. Купить запись конференции можно здесь.

Для тех, кто уже мечтает о лете: текстиль и посуда из новой коллекции жизнерадостного итальянского бренда Lisa Corti.

Хорошо иметь домик в деревне — даже если ты знаменитый архитектор, создатель заводов, мостов и небоскрёбов. Если не знать, как выглядят проекты Бьярке Ингельса, то этот дом не даст вам ноль подсказок — это типичный датский летний домик, что-то вроде нашей дачи. Примерно такой же был у родителей Ингельса, когда он был ребёнком. И тогда же он поклялся себе, что у него, когда вырастет, такого дома точно не будет. Маленькому Бьярке больше нравилось путешествовать, чем проводить каникулы на одном месте. Всё изменилось, когда он сам стал отцом. Архитектор захотел пустить корни в родной датской земле, тем более что путешествий, о которых он так мечтал в детстве, теперь в его жизни с избытком. В Копенгагене он живёт на бывшем пароме, переделанном в дом на воде, а этот маленький (всего 75 м²) коттедж на острове Зеландия, построенный чуть больше ста лет назад, достался Ингельсу со всей обстановкой — это для Дании типично. Перед покупкой архитектор условился о «приданом» — дочь бывшего хозяина связала ему свитер с домиком, тем самым, в котором он позирует, лёжа на траве. Коттедж был в хорошем состоянии, но требовал бережной реставрации. У него есть охранный статус, так что единственное, что подверглось серьёзной переделке, — это кухня и ванная. Занимаясь обновлением домика, Ингельс впервые в своей архитектурной практике много работал с цветом. Ему это близко — когда-то он много рисовал и мечтал делать комиксы, а на архитектора стал учиться только потому, что комиксистов в Копенгагене не учили. Сейчас Ингельс знаменит масштабными технологичными проектами, но опыт реставрации традиционного жилища не прошёл даром: в его недавнем проекте в Орхусе появилась соломенная крыша, а строящийся аэропорт в Бутане получит пристройку из массива дерева, украшенного резьбой в национальном стиле. 📷 Christian Møller Andersen Подробности у Vogue Scandinavia

Квартиру Дэниела Хамма я увидела через пару дней после нашей конференции «Всё, что нужно знать дизайнеру в 2026 году», и поразилась, насколько здорово она иллюстрирует как минимум половину наших выступлений. Тут вам и большая синяя картина из лекции Кати Нечаевой про искусство в интерьере (в данном случае это работа Сары Краунер), и мебель Жана Руайе, о которой рассказывала Ольга Косырева в своей лекции про коллекционный дизайн, и книжки на полках, по которым тоскуем мы с Дашей Соболевой. Крутые интерьеры получаются, когда за ними стоят интересные люди. Хозяин этой квартиры — известный в Нью-Йорке шеф, хозяин мишленовского ресторана Eleven Madison Park. Про мир гастрономии я ничего не знаю, но, судя по количеству коллекционных предметов, дела у Хамма идут отлично: здесь вообще нет обычной мебели, только иконы дизайна. Кстати, собрать из таких вещей живой интерьер, а не выставку достижений дизайна ХХ века — отдельное искусство. И был шанс, что квартира Хамма будет больше похожа на галерею, а не на человеческий дом. Она замышлялась как холостяцкое логово — именно так он ставил задачу своему другу-архитектору Томми Зангу из Studio Zung. Но пока шёл ремонт, Хамм познакомился с актрисой Аннабель Декстер Джонс, и довольно скоро они сыграли свадьбу, а интерьер быстро оброс новыми вещами. Впрочем, тоже вполне себе коллекционными. Логичный вопрос: а где у знаменитого шефа кухня? Хамм спроектировал её сам — это тот самый стальной параллелепипед, сидя на котором он позирует фотографу. Признаков бытовой техники и утвари не наблюдается, но хозяин утверждает, что она полностью рабочая. 📷 Adrian Gaut Подробности в Elle DECOR

В первый же год «Ромашкового» я завела одноименный канал в Дзене — там гораздо удобней публиковать (и читать!) интерьерные истории и лонгриды. В какой-то момент мы с Василием Лужбиным даже стали целенаправленно готовить материалы с прицелом именно на эту платформу — там особенно хорошо заходят тексты на историческую тему. Дзен не просто ведет статистику просмотров, а считает тех, кто добрался до самого конца материала, и цифры там местами для Телеграма немыслимые. И вот оказалось, что люди охотно читают по 30 тысяч знаков (в пересчете на журнальный формат это пять–шесть страниц без картинок). Еще приятная особенность Дзена в том, что материалы там живут долго. В топе самых читаемых в 2025 году оказались статьи, написанные в 2023-ем, но для этой подборки я взяла только прошлогодние материалы. Там много ностальгического, и, кажется, длинные праздники — идеальное время для такого контента. 🌸 В позднем СССР все самое лучшее продавалось в больших универмагах, часть из которых носила названия столиц братских стран Восточного блока. Лонгрид о том, как были устроены эти магазины и что там можно было урвать, собрал больше 225 тысяч дочитываний. Это абсолютный рекорд для моего канала в Дзене. 🌸 В отличие от советских магазинов, квартиры в домах времен СССР нередко сохраняют до наших дней хотя бы часть оригинальной обстановки. Историю про один такой интерьер, приспособленный к современной жизни Наташей Струтовской, прочитали больше 50 тысяч человек. 🌸 Главная архитектурная драма рубежа 2024–2025 годов — разговоры про судьбу цирка на Вернадского и последующие за тем покушения на здание-книжку СЭВ. Мы решили вспомнить уже утраченные здания советского модернизма и получили большой отклик — 46 тысяч дочитываний. 🌸 Об этой квартире по проекту Евгении Заварзиной много спорили в комментариях — можно ли комфортно жить большой семьей в таких условиях? Итог дискуссии — 25 тысяч дочитываний. 🌸 На прошлогодней выставке «Красная Москва» среди экспонатов была фигурка «Малахитовая шкатулка» — Василий Лужбин решил исследовать ее историю и написал лонгрид, который заинтересовал больше 20 тысяч читателей Дзена. 🌸 Глеб Максимилианович Кржижановский был большим другом Ленина и идеологом плана ГОЭЛРО, но нам он интересен прежде всего как хозяин очень хорошо сохранившейся квартиры на острове Балчуг. Материал об этом интерьере собрал в Дзене 14 тысяч дочитываний. 🌸 Единственный «импортный» материал в этой подборке — про колоритнейшую нью-йоркскую квартиру декоратора Джона Дериана. У него было 11 тысяч дочитываний. 🌸 В 2025 году Москва отмечала 90 лет метро, а мы решили погрузить читателей в параллельную реальность и показать станции, которые так и не были построены. Эту затею оценили 10 тысяч человек. 🌸 Двухуровневая квартира по проекту студии Bigo опубликована совсем недавно, а уже набрала почти 10 тысяч дочитываний. Это, как несложно заметить, единственный материал без исторических аллюзий, сумевший получить в читателей Дзен столько внимания. 🌸 И еще один лонгрид на тему метро. Не всем городам СССР повезло получить собственную подземку, и топ самых популярных с 6 тысячами дочитываний завершает подборка нереализованных проектов советского метростроя.

С Новым годом, дорогие подписчики! Десять дней праздников — дело нешуточное, берегите себя. И уж если привидится белочка, то пусть только такая. Ребята из студии aequo.design придумали её для проекта по сохранению природы и ремесел Серверных Вогезов. Белочка по имени Каспар сделана из местной древесины, а вместо хвоста дизайнеры предлагают вставить в неё найденную в лесу ветку и наблюдать, как она будет меняться с течением времени.