Полина, как не стыдно!

И снова про почти секс Предыстория: Дождь за окном и хмурь беспросветная. В такую погоду особенно хочется любви и убивать. Мне обе опции нравятся — зачем выбирать, когда можно всё сразу. Но мешает, как всегда, уголовный кодекс РФ. В общем, я отложила топор и потащилась к подруге в противоположный от меня конец северо-западного административного округа. Пешком. Если что, я умею пользоваться такси и общественным транспортом, просто ходьба отвлекает меня от мыслей о топорах. Подруга у меня заботливая и на случай таких вот спонтанных визитов всегда держит наготове сигареты, вино и другие лёгкие наркотики. Говорили мы, разумеется, о мужиках. В основном о подругиных. Давным-давно, году в 98-м, когда в самолётах ещё допускалась свободная рассадка, она познакомилась с мужчиной. Не просто каким-то там, а с креативным директором большого рекламного агентства — с каннскими львами и прочими регалиями. Девка она исключительно привлекательная, так что на момент перелёта у неё уже имелся набор сексуальных связей, упорядоченных и распределённых по дням недели (я всегда восхищалась уровнем её организованности). В общем, лимит по мужикам был исчерпан, ни с кем знакомиться она не собиралась. На соседнее сидение демонстративно выставила ручную кладь — мол, место занято. На всякий случай обрамила всё выражением лица не подходи больно йобаю по яйуам. Но этот жентельмен плевать имел в её лимиты и выражения лица: взял сумку, запихнул на багажную полку и недвусмысленно подсел. — Не возражаете? — говорит. И улыбается так, что трусы сами себя уже снимают и бережно укладывают в ту самую сумку. Подруга у меня с ОКР и трусы как попало не раскидывает. А с трусами, как мы помним, у нас интимное. Весь полёт этот гений креатива то песенку ей расскажет, то сказочку споёт, то Кьеркегора процитирует, то Китса. Телефончик свой она ему в итоге оставила, и общаться по прилёту они продолжили, и прообщались восемь (!) лет. Целомудренно, как братья и сёстры, без поцелуев и рукоблудств. Ужинали, шатались по светским тусовкам, пару раз ездили отдыхать, неоднократно напивались, пару раз спали в одной постели, обсуждали его бесчисленных баб и её мужиков. Кто тут утверждал, что дружбы между мужчиной и женщиной не бывает? Ну вы правы. Переспали они восемь лет спустя, когда он получил феерический рабочий офер, включающий переезд в ныне недружественную нам страну, принял его и решил прикрыть гештальт. А то, глядишь, так бы и дружили. И вот лежат они в постели. И он её спрашивает: — Скажи, а когда ты меня впервые захотела? (сохраняю авторский слог). — Сразу, — отвечает, — как увидела. Женщина в первые десять секунд понимает, переспит она с мужчиной или никогда. — То есть как это — сразу?? Я что же, зря тебя восемь лет обхаживал??? И на этом улетел. Пару лет назад он был пролётом в Москве. Снял роскошный люкс в роскошном отеле, цветов заказал с фруктами, джакузи с шампанским, кровать с лепестками и прочую романтику. Пригласил её. Сразу предупредил, что у него небольшая встречка намечается, и он немного задержится, «но ты наслаждайся и ни в чём себя не ограничивай». Она приехала, прождала его до утра и уехала, так и не дождавшись. За ночь он прислал ей две смски: скоро буду и прости, скоро буду. По пути домой она заблокировала его везде, и теперь мы не узнаем, что за херня на этот раз.

#ППЖ Не трогай мою сковородку! Мой дом — это моя территория, мои порядки и мои правила. В нём я свободна от чужих привычек, чужих соплей и, упаси боже, чужого мнения про то, где должны стоять чашки. Вчера ко мне нагрянул Костя, с которым мы вяло, но приятно встречаемся около двух месяцев. Приехал не на ночь, как обычно, а на выходные. С небольшим, но чемоданом. Чемоданом!! Это был первый тревожный звоночек. Второй прогремел в субботу — с самого утра. Я проснулась от шума. Позвольте, какого шума? У меня звукоизоляция по периметру и стеклопакеты пятислойные — у меня не бывает шума. Я пошла на звук. Звук привёл меня в кухню, на которой Костя проявлял заботу — готовил завтрак. Я замерла на пороге.  Моя любимая сковорода с антипригарным покрытием, та самая, которую я заказывала из Японии и на которую молилась, безжалостно шкрябалась металлической вилкой. На белом мраморном острове красовалось жирное пятно от оливкового масла.  Костя, насвистывая какой-то дурацкий мотивчик, обернулся ко мне с улыбкой: — Доброе утро, милая! Я приготовил нам картофельные драники и скрэмбл. Не нашёл нормального молока, пришлось добавить сливки. И кстати, куда выкинуть очистки? У тебя под раковиной слишком маленькое ведро, всё не поместилось. Меня перекосило. Слишком маленькое ведро — это дизайнерский сенсорный контейнер, рассчитанный строго на мой эстетичный мусор, а не на килограмм костиных отходов. Вместо благодарности за завтрак я ощутила чистую, дистиллированную ярость. Этот идиот только что разрушил мой многолетний утренний ритуал: попить кофе в тишине и в абсолютном, звенящем одиночестве. Он вторгся в моё пространство, наполнил его своими запахами, своими привычками и своим представлением о том, как должно начинаться утро. — Спасибо, Кость, — выдавила я, аккуратно забирая у него из рук металлическую вилку. — Но я не ем скрэмбл со сливками. И драники. Я вообще не завтракаю. И не трогай, пожалуйста, мою сковородку.  Улыбка сползла. Он посмотрел на меня как на ненормальную: — Ты серьёзно?! Я встал пораньше, чтобы сделать тебе приятно, а ты злишься из-за какой-то сковородки? КАКОЙ-ТО сковородки. И мы поссорились. Сначала из-за сковородки, потом из-за того, что Костя слишком громко жевал, переставил мою банку с солью на другую полку, забил шкафчик в ванной своими тюбиками.  К вечеру я поняла, что больше не выдержу. Он буквально душил меня своим присутствием в моей же квартире: — Может, сериал посмотрим? «Соперников»? — Куда ты пошла, полежи со мной. — Ты не видела, куда я положил наушники/носки/айкос?… — Сваришь мне кофейку? И, наконец, апофеоз: — Зачем тебе это?  В руках он держал мой вибратор.  — У тебя же есть я. Я не хочу, чтоб ты им пользовалась.  И меня бомбануло: — Пошёл вон отсюда, пожалуйста, — сказала я. Прозвучало не это, разумеется, не настолько по-христиански. Как только дверь за ним закрылась, я ощутила такой мощный прилив эндорфинов, какого за последний год не испытывала даже от секса. Даже от хорошего. Даже не с Костей. Я судорожно вымыла сковородку, протёрла мрамор, выкинула Костины очистки, вернула соль на место и включила «Соперников». Я настолько привыкла сама контролировать свои деньги, свои оргазмы, температуру тёплого пола в ванной, что появление другого человека для меня — дикий стресс. Интересно, это лечится, или лет через десять я просто заменю сенсорное ведро на другое, более технологичное, куплю новый вибратор и окончательно исключу человеческий фактор из своей квартиры?… 🎬 для сериала Почти приличные женщины

Чудище Подружкиной дочери подарили игрушкового младенца. Я увидела и, ейбогу, чуть не обосрлсь. Подружкин муж тоже. Он считает ЭТО реинкарнацией куклы Чаки и отказывается возвращаться домой с работы. Говорит, что ОНО его во сне зарежет. Я тоже так думаю. – Хоспиди, какой страшный! — говорю. – Он же как живой! — отвечает подружка. – Нет, твоюмать, он как мёртвый! Это же реально Чаки! – Андрей (подружкин муж) его боится. Думает, что он ночью к нему с ножницами придёт. – Я тоже так думаю. Передай Андрею мои соболезнования. – Ну Джина (подружкина дочь) давно такую хотела. – Главное, чтобы ей нравилось. Просто на ночь запирайте ЭТО в шкафу. Недавно подружка со своим младшеньким, дочерью и этим вот чудищем отправилась в парк. Дочерь в чудище наигралась и как попало в коляску кинула: ручки-ножки врастопырку, голова на бок свёрнута. Мимо ходящие люди в ужасе шарахаются, мол, не мать, а тварина. И только бабка одна отважилась поближе подойти. — А это… живой ребёнок? — спрашивает. — Нет, ну что вы!! Какой — живой? Конечно же он НЕЖИВОЙ!! — отвечает эта женщина года, мать трёх недорослей и одной креветки. Бабка охнула и осела. Не переживайте, бабка цела, дополнительные фотки ЧУДИЩА по традиции выложу в комменты😳

Про концептуальное в моде  Я не то, что бы слишком модная. И не то что бы концептуальная. Скорее любознательная, поэтому хожу во всякие ТАКИЕ места просто поглазеть. Занесло меня как-то в концепт-стор. Здание бывшей фабрики, кирпичные стены, трубы из потолка торчат. Из интерьера — рейлы, ещё рейлы, стеллажи с чем-то кашемировым, и никого. Только я и продавщица. Ой, простите, консультантка. И всё там такое минималистичное и такое чопорное, даже у вешалок вид высокомерный.  И вот иду я, значит, вдоль рейлов, ещё рейлов и стеллажей. И вдруг вижу ЕГО. Пиджак. Ну, как пиджак… То ли плащ, то ли палатка для зимней рыбалки, то ли пододеяльник. Так с ходу сложно понять, без примерки.  Продавщица — Фригида Марковна Холодная с лицом эльфа в глубоком дзене шепчет: «Это дроп бельгийского авангардиста. Деконструкция классического тейлоринга. Переосмысление утилитарной моды и гимн одиночеству». Дроп, деконструкция, тейлоринг — не знаю, что это, но звучит красиво. А гимн — знаю. Пошла я, в общем, примерять этот гимн. Кое-как просунула голову в то, что, как мне показалось — горловина. Руки — в то, что, как мне показалось, рукава.  И застряла.  Стою посреди примерочной, как распятый пингвин.  Внутренний голос шепчет:  — Ну что, любознательная, и как мы будем это снимать? В этот момент Фригида Марковна, которая караулила меня снаружи, деликатно интересуется:  — Ну как? Вам подошёл концепт?  — Концепт отличный, — хриплю я из глубин одиночества, — кажется, я теперь всегда буду в нём жить. — Я могу зайти посмотреть? — Ага, и кусачки захватите. Или ножницы. Заходит она. Смотрит на меня заворожённо:  — Вот зря вы так. Вам невероятно идёт этот архитектурный крой. — Милая, — это я конечно не вслух, — в этом архитектурном крое меня даже полиция побоится тормознуть, решат, что я биологическое оружие.  И вслух:  — Очень, — говорю, — идёт. Сколько стоит? — Сто сорок тысяч. Сто. Сорок. Тысяч. Рублей.  За мешок с рукавами. Вот мне интересно: а если я старый брезентовый тент от дедовского прицепа на себя намотаю и сверху скотчем залеплю — это будет считаться концептуальным тейлорингом или чему-то там гимном? Ну то, что одиночество мне в нём гарантировано — я не сомневаюсь.  Запомните, девочки и мальчики: настоящая высокая мода — она не для того, чтобы делать нам красиво. Она проверяет нас на гибкость и адекватность. 

Мужики, отзовись! У нас тут коллективный пздц вопрос. Итак, есть вот такой кейс, сдобренный моим авторским голосом. Подружка в приложении знакомств познакомилась с парнем. Хороший парень, но из Перми. У меня, если что, нет проблем с Пермью, как и у подружки. Просто она сама в Москве, а от Москвы до Перми — два часа самолётом или ~сутки на поезде. Факинг лонг дистанс невер воркс аут, как говорят за океанами. Но наши Ромео с Джульеттой болт ввинчивали в твёрдое основание тех, кто за океанами. Каждый день эти двое писали друг другу всякое нежное, созванивались по сто раз, болтали обо всём. В общем, сплошное голубое с розовым мимими. Сколько-то месяцев спустя пермский Ромео прибыл в Москву по работе. Они встретились и окончательно друг другу понравились. Всё свободное время проводили вместе: гуляли, ходили в кино, пили кофе, ужинали и ни разу не трахались. Почему — бог ЕГО знает, ибо подруга-то была не против. Накануне своего отъезда Ромео вдруг заявил: — Давай, — говорит, — попробуем встречаться. Мне, — говорит, — кажется, что всё у нас получится. И пригласил её в Пермь. На неделю и с котом. И сразу же ей билет купил. А дальше что-то в нём, видать, перемкнуло: на сообщения отвечает через раз, на звонки через два, а в день её выезда, когда она уже подъезжала к вокзалу, написал: — Так что ты решила — приедешь? — В смысле — решила? Ты же мне сам билет купил. — Просто ты приезжаешь в три ночи, а мне это не очень удобно. Завтра вставать рано. В общем, ты не обижайся, но я не смогу тебя встретить. — А зачем ты билет покупал на это время? Он не ответил. — Ну и хер с ним, — решила она и села в поезд. — Там разберёмся. И вот три часа ночи. Она в Перми, на вокзале, слава богу, без кота. Ромео нет, такси нет, зато есть любимая подружка, которая совершенно случайно тоже живёт в Перми с мужем, тремя детьми и работой. В отличие от Ромео и несмотря на все вышеперечисленные обстоятельства, в 3 ночи она совершенно свободна и ничем не занята. — Ура!! Ты здесь!! — орёт в трубку подружка, — Я! Я тебя встречу!! Жить можешь у меня!! В общем, пока Ромео был занят, она жила у подруги. Через пару дней не выдержала. — Слушай, ну что за херня, — пишет ему, — то у тебя работа, то мама, то ещё какая напасть. Давай-ка всёпока, конец романа. — Ну ты что, ну ты что! — тут же отвечает Ромео. — Немедленно приезжай скорее, вот прямо сейчас! Я уже освободился буквально только что. И заказал ей такси (что для меня уже не показатель: билет он ей вон тоже купил). И тем не менее. Оставшиеся пять дней они жили вместе — душа в душу. Он готовил ей завтраки, устраивал романтические свидания, восхищался её женственностью и осыпал комплиментами. Словом, всё у них снова было заебись. Всё, кроме секса: его не было ни заебись, ни вообще. И да, она спала с ним в одной постели, и в сексуальном белье, и без белья, и поперёк, и по диагонали. Но тщетно. Импотент, скажете вы. Я тоже так подумала, но нет, она проверила: агрегат на тёпленькое женское эреагирует. И на этом всё. Почему — не компрехенд. Так и уехала она из Перми не йопана. А да, он продолжает ей писать всякое нежное и даже иногда поёт под гитару. 💢Мужики, объясните парадокс.

#ППЖ 🎬Конец 5 серии — А вы всегда так смотрите или я уже что-то сделал не так? — спросил Глеб. — Да как вы… — Инна аж задохнулась. Она привыкла, что мужчины либо сразу пытаются её впечатлить, либо сразу пугаются её статуса. — Нет, всё-таки уже сделал… — Глеб, ну что ты за язва! — я еле сдержала смех. Ну в точку же! В этот момент из кабинета вышел тот самый «симпатичный» доктор Андрей. Щуплый очкарик в замусоленном халате, и сам весь как его халат — видно, что это далеко не первое его ночное дежурство подряд. Странный всё-таки у Анюты вкус на мужиков. Он объяснил, как обрабатывать лапу коту, сколько раз приезжать на перевязку. Анюта кивала и заворожённо глядела на него. — И не волнуйтесь, — сказал он. — Если что, пишите. И накорябал свой номер на листочке с назначениями. Это он, конечно, зря. Нельзя давать Анюте номер телефона, если вы только что при ней спасли кого-то маленького и несчастного. Особенно если вы — мужчина. В её голове в такие моменты мгновенно врубается свадебный марш. — Ты же понимаешь, что это ответственность? — спросила я. — Конечно. — Его надо лечить, кормить, возить на перевязки. Пристраивать. — Зачем пристраивать? Я повернулась к ней. — Ань! — Что? — Ты не можешь привечать у себя каждого раненого мужика и каждого раненого кота. Она прижала переноску к коленям. — Мужика не каждого. Ну конечно не каждого. Только поломанных и травмированных. Нормальный мужик с квартирой, при деньгах и здоровой психике ей зачем? Его же спасать не надо. Глеб вызвался отвезти Анюту с котом домой. Я поехала с Инной. — Знаешь, о чём я подумала? — тихо вдруг сказала Инна, едва мы сели в машину. — О том, что Глеб невыносимый хам? — усмехнулась я. — Что это первый мужик за последние пять лет, который не спросил, сколько я зарабатываю. 🎬 Ну что, продолжаем?

#ППЖ Почти приличные женщины, 5 серия Вчера посреди ночи позвонила Анюта и спросила, нет ли у меня совершенно случайно сумки-переноски для животных. А у меня совершенно случайно есть — осталась от маминого кота. — Зачем тебе переноска в три часа ночи? — спрашиваю. — Для кота — Какого кота?! У тебя нет кота! — Теперь есть. Возвращалась с йоги, а тут он, бедненький, весь дрожит, лапу поранил. Отвезла вот его в ветеренарку. Теперь надо как-то везти домой, а в такси без переноски не пускают. — А как ты туда его везла? — Меня Глеб подвёз. Глеб — друг Миши, Сашкиного мужа. Это в его ресторане Сашка с Мишей познакомились. Недавно он развёлся с женой и теперь в одиночку воспитывает трёхлетнего сына, потому что бывшая тут же свалила к любовнику на Сардинию. — А что же он тебя обратно не отвёз? — Ребёнка поехал укладывать.. Ты мне денег одолжишь расплатиться с клиникой? Мне немножко не хватило. Я всё верну! — Сколько? — 30 тысяч — Скооооолько?? — Ну они коту лапу зашили, заодно анализы всякие, рентген, капельницы. Там доктор такой симпатичный, Андрей зовут. Ты приедешь?? — Лаадно. Кидай адрес В этом вся Анютина суть — подбирать убогое, жизнью побитое, спасать и любить. Машины у меня нет, потому что я топографический кретин. Я умею пойти от дома прямо, пару раз свернуть, немного постоять и потеряться. Зато машина есть у Инны. И я позвонила Инне. В три часа ночи. — Не спишь? — Сплю. А что? — Поехали не пойми куда спасать Анюту. — Ну что у неё опять?… — вздохнула Инна. — Ладно, спускайся, по дороге расскажешь. Заеду за тобой через 15 минут. Мы вбили адрес клиники в навигатор. — Божемойгосподи, — сказала Инна, — ну и жопа. Куда она забралась? Неужто не нашлось клиник поближе? Минут через сорок мы запарковались перед эпилептически мигающей неоновой вывеской «Вет 24/7». Зашли внутрь. Тусклый свет, грязно-зелёные стены, запах хлорки и мокрой собачьей шерсти. Посреди этого великолепия — Анюта в своём дорогущем спортивном костюме. На коленях у неё шевелилось нечто мелкое, серое и облезлое, с забинтованной лапой и огромными глазищами. Рядом на пластиковом стуле восседал Глеб со стаканчиком кофе из вендингового аппарата. — Дай! — я выхватила у Глеба кофе. Тьфу, гадость. На вкус как картон. — Ань!!! Ну и зачем мы сюда тащились? Могла бы позвонить, сказать, что Глеб вернулся! — Ну прости, — виноватой при этом Анюта вообще не выглядела. — Я же не знала, что он вернётся! — Девочки, не драматизируйте, — сказал Глеб. — Кот жив, лапа цела. И, видя, как Инна достаёт карту: — Уберите немедленно, я уже всё оплатил. Инна с интересом разглядывала Глеба. Она про него слышала, но знакомы они не были. Глеб у нас — загляденье: высокий, поджарый, темноволосый, с лёгкой сединой и вечной щетиной, которая к вечеру отрастает обратно, сколько её ни сбривай. Не мужик, а хищное растение — красивое, зараза, но руками лучше не трогать. — Я — Инна, — прищурилась Инна и зыркнула в меня, мол, такое сокровище утаила. Дрянь, а не подруга. Глеб развернулся. Насмешливо оглядел её кашемировый тренч, очки в оправе, судя по ценнику, из бивня мамонта, и такую же сумку. В местных интерьерах Инна смотрелась Анной Винтур в магазине «Фамилия». Как и Анюта. Хотя Инна так смотрелась почти везде. Продолжение следует🎬

Ковырялась давеча у плиты под сериал «Борджиа». Люблю, чтоб фоном что-то звучало. Оно и звучало — до эпизода, в котором Борджиа младшенький, тот что Чезаре, получает сан епископа с доходом в 16К дукатов* и приходит к матери плакаться: — Скажи, вот чем мне гордиться?? — воет он. — Нет тут моей заслуги, о мать моя! Это всё дядя подстроил! (А можно и мне такого дядю??? прим. автора). — Мне уже 18 лет, — орёт, — я полжизни прожил и ничего сам не добился. Я прям там и охуела. Бросила сковородку и принялась считать. Полжизни плюс ещё полжизни… Это сколько ж я уже пережила?? Но дальше хуже. К 18 надо прибавить 18, а я без калькулятора не могу. Потому что в моём преклонном возрасте такие цифры в умах не складываются. Полезла я, значит, в телефон — у меня там калькулятор сразу же на главном экране. Но чтоб с калькулятором, нужны очки, которые я не помню куда положила. Ладно, про очки пизжу, у меня дальнозоркость. Ну нет, думаю, нихера — мне одной, что ли страдать? И вломилась к Рыжему. Врубила ему этот эпизод, спрашиваю: А чего добился ты в свои уже 18?? Не поверите, но это ещё не апофеоз моего унижения. Вечером Рыжий вернулся мстить. — Видела, — говорит, — что Собчак на себя напялила??? Ну, во-первых, мой далёкий от моды зумер никогда прежде не интересовался, что там кто на себя напялила. Не его это зона интересов. Я напряглась. — И что? — Вот, — тычет мне в лицо свой телефон. — Смотри! Тётка ТАКОГО ВОЗРАСТА оделась как зумер!! Ну смешно. Вот же говнюк мелкий. А ещё я погуглила про дукаты эти их, которых 16К: * Золотой венецианский дукат — это примерно 3,5 грамма чистого золота 986 пробы. 16К дукатов — это около 56 кг золота. В пересчёте на курс ЦБ РФ ~7,8 млн долларов или ~660 млн руб. Вот и считайте⚫️ Если что, в эпоху Возрождения это тоже овердохера. Так что повторяю вопрос: можно мне дядю сюда, чтобы и мне доход такой подстроил? Без санов всяких епископа, так уж и быть. Обойдусь. #проРыжего Пыпысы: дукаты считал перплексити, картинку Жопик (гпт) рисовал

#ППЖ Серия 4. Заметки на полях: Пару слов про воображаемую жизнь  Иногда мне кажется, что дорогие вещи покупают не самые богатые, а те, кто искренне верят: с новой сумкой, новым платьем или новым чемоданом наконец-то начнётся их НАСТОЯЩАЯ жизнь. Судя по содержимому моего шкафа, моя настоящая жизнь начиналась уже раз двенадцать. Ну например, у меня есть платье. Очень красивое, шёлковое, лососёво‑розового цвета с отливом в медь — цвета Dom Pérignon Rosé Vintage.  Одно из тех платьев, в которых нужно стоять на палубе яхты с бокалом чего-нибудь очень французского (Dom Pérignon, кстати, вполне подходит) и кем-нибудь очень итальянским, и смотреть вдаль с недовольным выражением лица. Ну просто для контраста и драмы. Я купила это платье в прошлом году и с тех пор надевала ровно ни разу. Потому что яхты у меня нет. Кого-нибудь итальянского тоже. А вот бокалы есть: бордо и бургундия  — для красного, узкие — для белого, флюты — для игристого, мартинки — для коктейлей, пилзнер — для светлого лагера и широкие — для тёмного пива…  А платье всё висит. Ждёт. Как и белый кружевной пеньюар, купленный в ОАЭ для романтических завтраков.  Как и десятисантиметровые шпильки — сто восемь пар всех цветов. Под все мои платья. Как и блокнот Smythson в кожаной обложке — для заметок к моему будущему роману. Как и перьевая ручка Montblanc, чтобы записывать те самые заметки в тот самый блокнот. Как и японская сковородка с особым покрытием для той версии меня, которая по утрам готовит завтраки.  Про трусы и прочее бельё я промолчу.  Если присмотреться, вся моя квартира забита вещами для жизни, которой я не живу. И я такая не одна. У моей подруги Инны стоит профессиональная соковыжималка размером с небольшой холодильник. Она собиралась каждое утро пить свежевыжатый сок из сельдерея, шпината и прочего зелёного с отрицательной калорийностью. За два года сельдерей и шпинат появились в её доме один раз — в день покупки соковыжималки. Колбасу и стейки соковыжималка, к сожалению, не отжимает.  У другой подруги пылится чемодан Rimowa алого цвета — из анодированного алюминия, лимитированная коллекция, купленный для кругосветного путешествия. Очень красивый. За последние три года она слетала с ним в Калининград.  Муж моей подруги Саши, Миша, купил виниловый проигрыватель. Винтажный, в корпусе из красного дерева, с серебряным деталями.  — Все успешные люди, — говорит он, — что-то коллекционируют. Я тоже буду — виниловые пластинки. Буду устраивать вечера с друзьями под джаз и хорошее вино.  И заодно заказал винный холодильник.  Сейчас на проигрывателе лежат счета и Сашины журналы. А в холодильнике Саша хранит свою косметику. Чем старше становлюсь, тем больше подозреваю, что вещи мы покупаем не для себя, а для человека, которым надеемся однажды стать. Для лучшей версии себя, которая когда-нибудь обязательно проявится. На прошлой неделе Инна, та, у которой соковыжималка, купила дорогущую сумку — миндального цвета из нежной шелковистой кожи. Полгода она только и говорила, что об этой сумке. В какой-то момент мне стало казаться, что у Инны роман, просто объект её страсти сделан из кожи ягнёнка. Я даже диагноз ей нагуглила — объектофилия. В общем, она её купила. Вчера мы встретились поужинать. — Ну? Как сумка? — спросила я. — Не знаю. — В смысле — не знаешь? — В смысле я не понимаю, куда мне с ней ходить. Оказалось, что сумка слишком заметная для офиса, слишком светлая для дождя, слишком любимая для жизни, так что Инна хранит её за стеклом в специальном шкафу с особым микроклиматом. Как по мне, иногда мечта должна оставаться мечтой вместе с этой нашей лучшей версией себя. Потому что пока мы покупаем вещи для своей воображаемой жизни, настоящая — продолжается без нас и проходит мимо.

Моя мама впервые напилась, когда ей было пять. Я вот в этом возрасте семью сахаром травила, а она себе целый загул организовала. Ну организовала, конечно, не она, а родители. И не ей, а себе. Но мама у меня с детства мыслит нестандартно и всегда найдёт способ прибухнуть. Начну издалека. Мой прадед знал восемь иностранных языков. Дед играл на всех музыкальных инструментах — от пианино до мандолины. Мама — поэт. И я ещё. В общем, как вы поняли, в нашей еврейско-советской семье люди собрались интеллигентные, одарённые бесполезными для мира талантами с практической точки зрения. Все, кроме бабушки, которая среди нас была Рататуй. Смотрели мультик про крысёнка, который готовил как боженька, или Ален Дюкасс, или как там его? Вот! Этот крысёнок и есть моя бабушка. Учитывая бабушкино оголтелое, почти раблезианское, рататуйство, с гостями семья не мелочилась и приглашала как следует — сразу человек по десять. В гостиной раздвигали стол, накрывали его клеёнкой, сверху застилали старинной скатертью из тонкого кружева. Из серванта извлекали ту самую особую посуду для особых случаев. Такая была в каждом советском доме и хранилась за стеклом как реликты Ватикана с дисклеймером не трогать всуе, руки оторву и кой-куда всую. Стол плотными рядами и полукружиями заставляли всевозможными блюдами еврейской, русской и бог знает какой ещё кухни. И напитками — они тут были представлены во всём разнообразии, многообразии и в подобающей посуде: коньячок, портвешок, винишко, шампусик, водочка, всякие наливочки; в бокалах, фужерах, рюмках, стопках и снифтерах. Какая-то пьющая у нас выходит семья. К чему это я так разошлась? А к тому, чтобы вы прочувствовали объём и размах нашего семейного гастрономического разврата. В тот вечер в доме принимали гостей. Маму, как существо пятилетнее и оттого бесправное, отправили спать. Ближе к полуночи, когда гости нагулялись и начали потихоньку расползаться, пока бабушка с дедушкой выпроваживали особо рьяных, мама пробралась в гостиную, взяла пустой бокал и слила в него ВСЕ остатки из бокалов, фужеров, рюмочек, стопок и снифтеров. И выпила. Родители нашли её спящей под столом, пьяную в говнину. Будить не стали, ругать не стали, просто перенесли досыпать в кроватку и стол без присмотра с тех пор больше не оставляли. Я по-настоящему напилась лет в 15. Пьяная ушла в лес попИсать, провалилась в канаву вниз головой, там пела песни, вылезла, нашла навозное поле, повалялась в нём и уснула в обнимку с сосной. Там меня и нашли, спящую и прилипшую к стволу. А Рыжий вон вообще не пьёт. Зумер хренов.

Окончание💢 Сначала Миша её не замечал. Где-то на пятом круге заметил, но решил, что она кого-то ждёт. В следующий раз они поздоровались, потому что официант, которого Сашка, разумеется, к тому моменту уже «прикормила», спросил: Вам как обычно? — и Миша почему-то решил, что женщина, у которой в ресторане есть своё «как обычно», заслуживает уважения. Мужчины ведь тоже ценят стабильность. — А потом? — спросила Анюта. — Потом он пересел ко мне, — ответила Сашка. — Я не пересел, — сказал Миша. — Нас посадили рядом, потому что не было мест. — Миш, — сказала Сашка, — мест было полно. — Официант сказал, что всё забронировано. — Конечно, сказал. Миша снова посмотрел на неё. На этот раз дольше. — То есть официант тоже был в деле? — Не в деле, а в теме… за небольшой магарыч. Инна уже смеялась в голос.  — Я не понимаю, — удивилась Анюта. — А как же случай? Взгляд? Химия? Вот это всё? — Да всё было, — улыбнулась Сашка. — Просто после того, как я подготовила почву. — Господи, — выдохнула Анюта. — Это же не любовь, это маркетинговая воронка! — Зато с какой хорошей конверсий, — не удержалась Инна. И вот я подумала: а вдруг проблема не в том, что нормальные мужики закончились или вымерли как вид, что ещё страшнее. Просто мы хотим, чтобы было как в кино: дождь, они столкнулись зонтами, она споткнулась, он помог ей встать, напоил кофе, довёз до дома и… Чтобы вся эта взрослая жизнь с ипотеками, работами, разводами, детьми, растяжками, лишним весом и усталостью вдруг рассеялась, и появился ОН. Из ниоткуда, потому что судьба. И всё за нас решил. И чтобы нам за это ничего не было. Наверное, так тоже бывает. У меня было, но я продолбала — ремарка для вас, в книжку она не войдёт🥂😁

#ППЖ Серия 3. Как Сашка с Мишей познакомились Вчера мы весь вечер спорили, где красавицы приличного возраста вроде нас четырёх знакомятся с нормальными мужчинами. Сашка снова заявила, что проблема не в мужчинах, а в нашей системе отбора. В качестве доказательства она предъявила нам Мишу. Миша спокойный, надёжный, заботливый, обеспеченный и всем нравится. Особенно Анюте. Сегодня мы очень любим Мишу. Он привёз нам вина, канапешек с рыбой и махоньких тарталеток из слоёного теста с творожным сыром, зеленью и чесноком. У Глеба, друга Миши, свой ресторан, и Миша, милый человек, специально для нас туда сгонял. — Мы тут обсуждаем, где знакомиться с нормальными мужчинами, — сообщила я. — С нормальными лучше не знакомиться, — сказал Миша. — Они уже заняты. Анюта рассмеялась. — Вот, — влезла Сашка. — Видите? Даже он понимает. — Нет, я про другое, — Миша сел рядом с ней. — Нормальный мужчина редко находится в состоянии активного поиска. Он живёт, работает, ест в одних и тех же местах, передвигается по одним и тем же маршрутам. Его нельзя поймать там, где все ловят.  — Боже, — сказала я. — Вы говорите о мужчинах или о диких кабанах? — В брачный сезон разницы почти нет, — отшутился Миша. — Расскажи, где вы с Сашкой познакомились? — попросила Анюта. Мы слышали эту историю от Сашки и ни разу от самого Миши. И Мишина версия оказалась куда интереснее. — В ресторане, — сказал Миша. — Случайно? — спросила она. — Конечно. Сашка отхлебнула вина и уставилась в окно долгим задумчивым взглядом.  Ох, и люблю же я такие моменты. Они как неожиданно шикарная прелюдия, означающая, что секс будет сногсшибательным.  Мы с Инной переглянулись. — Расскажи, — попросила его Инна. Миша пожал плечами. — Да нечего рассказывать, вы же и так знаете. Я часто ужинал у Глеба в ресторане. Она тоже там бывала. Сначала мы просто пересекались, потом начали здороваться, потом как-то разговорились. Я подумал: может, это судьба? Сашка кашлянула.  — Что? — спросил Миша. — Ничего, — ответила она. — Ну уж нет, теперь говори, — потребовала я. Сашка аккуратно поставила бокал. Это у них с Инной общее: когда они обе так вот аккуратно ставят бокал, значит сейчас будет что-то с фейерверками и салютом. — Я просто не уверена, что судьба — это когда женщина три месяца подряд ходит в один и тот же ресторан по вторникам и четвергам к 20:30, потому что выяснила, что мужчина ест там рыбу. Мы все притихли.  Миша посмотрел на Сашку. Потом на нас. Потом снова на Сашку. — Ты выяснила? — Ну не выяснила, а заметила, — сказала Сашка. — Три месяца? — Ну не три, а два с половиной. И я не каждый раз там ужинала. Иногда просто чай пила. — В 20:30. — У меня режим. Анюта сидела с открытым ртом.  — Погоди, — выдавила она. — То есть это была не судьба? — Почему не судьба? — спокойно возразила Сашка. — Судьбе тоже иногда нужно помочь с логистикой. Миша засмеялся первым. — Это ужасно, — выдохнула Анюта — А по-моему это прекрасно, — сказала Инна. — И уголовно наказуемо. Это же сталкерство, — засмеялась я. Конечно, мы потребовали деталей, которые Сашка от нас столько лет утаивала. Оказалось, что Сашка нашла Мишу на дне рождения какой-то знакомой, где он почти ни с кем не общался, тихонько пил что-то красное и безалкогольное и рано свалил. Сашку он тогда даже не заметил. Все потом обсуждали, какой он загадочный, но Сашка так не считала. Никакой он не загадочный, этот Миша. Не надо путать загадочность с собранностью и сдержанностью. А собранность и сдержанность — очень важные для Сашки качества в мужчинах. Как человек практичный, она сразу учуяла в нём потенциального мужа. Она тут же выяснила, где он обычно ужинает — у Сашки всегда и везде есть свои люди. Эти люди сообщили ей, что Миша любит рыбу и по вторникам и четвергам обычно ест её в небольшом рыбном ресторанчике.  Кстати, Сашка ему при знакомстве сказала, что приходит сюда поесть сибаса. Миша тут же вспомнил, что сибаса она ненавидит и удивительно, как это он раньше об этом не подумал и не сложил два плюс два. Тогда Сашка заявила, что именно поэтому особенно ценно, на какие жертвы она пошла ради него. Продолжение сегодня 💢

Дочь моей подружки познакомилась с парнем. Парень — красивый, высокий, мамин пирожочек и бабами балованная корзиночка. Работает монделью. На первом свидании он рассказывал ей о себе. На втором свидании они разговаривали про него. На третьем он пригласил её домой — в спальню. А там кровать кинг-сайз (это такая очень большая кровать, для тех, кто не знает) с перинками и подушками из жопы страуса, и бельё шёлковое красного цвета. Прямо над кроватью, на потолке, — зеркало и тоже, разумеется, кинг-сайз. Так вот, секс у них в этой кровати случился — вдоль случился, поперёк и по диагонали, но не оттого, что страсть. А оттого, что весь секс он смотрел на себя в зеркале, позы красивые принимал и даже пару раз просил её передвинуться, чтоб обзор не загораживала. Она не выдержала: вылезла из этой жопы страуса, спросила «зачем тебе вообще баба, тебе же и так норм» и ушла. Молодец, девка. Наша школа. А вообще, пипец, конечно. Раньше подружки знакомились с парнем, а теперь вот дочь. Дожили. #проженщин_pp

(окончание) К полуночи вино закончилось. И коньяк. И Анютины пирожные. Инна немного пришла в себя и засобиралась домой. — Что делать будешь? — спросила я. — Отправлю ему вещи курьером. Или выброшу. В дверь позвонили. — Ты ещё кого-то ждёшь? — Нет… За дверью стоял Миша. — Привет. Я за Сашкой. — Я тебя не просила за мной приезжать, — огрызнулась Сашка. — Ты сказала, что собираешься пить коньяк. — И что? — И ничего. Одевайся. Инна посмотрела сначала на Мишу, потом на Сашку. — Я тебя ненавижу.  Сашка довольно улыбнулась и влезла в пальто. — Я же говорю: вы выбирать не умеете! #Почти_приличные_женщины

#Почти_приличные_женщины. Серия 2. У меня на кухне рыдает Инна. Причину вы уже знаете. А ещё потому, что, по её словам, Кирилл вообще не мудак. Утверждение спорное, но кто я такая, чтобы судить, и кто тогда мудак — непонятно. Восемь месяцев Инна считала, что у них с Кириллом отношения, а вчера выяснилось, что таких, как она, у него три, просто он забыл об этом упомянуть. И про то, что он в эксклюзивных отношениях, Кирилл не догадывался и совершенно искренне не понимал, почему она предъявляет ему претензии. Пару слов про Инну. Десять лет она тащит на себе репутацию большой строительной компании. Чтобы таким управлять, нужны очень большие яйца, тонкая дипломатия и знание основ крав-мага. А теперь представьте, как закалена и опасна Иннина нервная система.  Инна не плачет, а если плачет, то кислотой.  И вот эта женщина-кремень рыдает из-за мужика и ни на какие логические доводы не ведётся. Поэтому я пошла на отчаянный шаг и призвала наших демонов — Сашку с Анютой. Нам сейчас не помешает коллективный разум. Обе явились с опозданием в час, по очереди. Первой явилась Сашка — с бутылкой вина и коньяком на всякий случай. Её муж Миша местами немножечко Кирилл, разве что без джета и дополнительных баб. У него несколько успешных бизнесов и всякая недвижимость по Москве и Подмосковью, поэтому к нашим любовным факапам Сашка относится с чувством лёгкого превосходства. Свысока как бы даже. — Я же не знаю, насколько всё плохо, — сообщила она, вручая мне бутылки. Следом прибыла Анюта — с цветами и пирожными. Потому что если человеку плохо, его надо накормить. И «усыновить» — но это если вы мужик. А если не мужик, то, конечно, цветы. Анюта у нас романтик и сеет в мир любовь. Папа когда-то оформил на неё долю в своём бизнесе, чтобы девочка ни от кого не зависела. С тех пор девочка зависит только от папиного бизнеса, регулярно тратит дивиденды на тех, кому повезло гораздо меньше и вечно влипает в истории.  С последним бывшим она провстречалась четыре года и даже свадьбу спланировала. Всё время жаловалась, что он какой-то невнимательный, редко остаётся ночевать — даже выходные проводит на работе. Но терпела и молчала, любовь потому что. А потом вдруг выяснилось, что он уже женился. На дочери шефа.  Другой восемь месяцев сидел без работы. Она его жалела, кормила, одевала. А он взял и вывез из её квартиры телевизор, антикварный комод, папино коллекционное ружьё и приличную сумму наличных. Тоже папиных. Товарищ полковник его отловил и непременно закрыл бы по статье 158 УК РФ часть 3. Но Анюта так рыдала, так руки заламывала, что папа плюнул и отпустил его в Пермь — под «подписку о невыезде», гласящую, что в Москву он больше не сунется. — Инн, а вы с ним вообще когда-нибудь обсуждали формат отношений? — спросила Сашка. — Зачем такое обсуждать? Сашка закатила глаза. — Погоди. Ну он же говорил, что больше ни с кем не встречается? — Нет. — И ты не спрашивала? — Нет. — Почему?! Инна раздражённо посмотрела на Сашку. По выражению её лица было понятно, что ещё пара Сашкиных вопросов — и плакать на моей кухне будут двое. — Потому что мне в голову не приходило, что такое вообще возможно! — Ну и дура! — Саш, не усугубляй! — влезла я. Сашка на секунду заткнулась. — Вчера я спросила, знают ли его женщины друг о друге, — обречённо продолжила Инна.  — И? — Знают, потому что, в отличие от меня, они поинтересовались. И он не понимает, что меня так удивляет!  — И что в итоге-то? — Я сказала, что мне такое не подходит. — А он? — Сказал, что понимает. — И всё? — И всё. Инна сделала большой глоток коньяка. — Самое мерзкое, что он вообще не мудак. Понимаете? Он же мне не врал и не обещал ничего. Не прятал жену, не рассказывал, что у него тяжёлый период. Просто жил, как ему удобно. А всё остальное я сама достроила. — Ну три женщины — это всё-таки многовато для «жил как удобно», — заметила я. — Господи, — Анюта перекрестилась. — И как он всё успевал? — Как его на всех хватало! — сказала Сашка. — Вот же силища богатырская. Инна поморщилась. Продолжение следует💢

Ребзя, а я, оказывается, пранкер Вернулась я однажды с летних каникул на учебу в США. Летела 8 часов, ещё час добиралась до универа. Устала — капец. Но люди злые и эгоисты. Ко мне припёрлись два моих приятеля из местных. Время к ночи, а они сидят и не уходят, ни на какие вежливые намеки не реагируют. На прямые тоже. Я решила пойти ва-банк и заплакала. Ну не по-настоящему, но очень убедительно сделала вид — я же как никак женщина. Парни встрепенулись и перепугались: — Ты это чего? — Ничего, — всхлипываю в кулачок. — Поклянитесь жизнью, что никому не расскажете! — Клянёмся! А дальше — чистая импровизация. — Вы слышали про Чернобыль? Ну конечно они слышали. Это про Ремарка с они не знают, а про Чернобыль слышали. — Ну вы же понимаете, что Москва, она рядом с Чернобылем? — я искренне надеялась, что их знания географии дальше Огайо не простираются. — Ну конечно, — важно отвечают они. — Ну вот, мы же там все облучённые. Да вы не бойтесь, это так не передаётся! — я понимала, что сейчас они уже готовы наконец-то свалить, но уже увлеклась и решила не портить себе историю. — После катастрофы у нас стали рождаться дети, девочки — как бы выразиться… с неприятной аномалией… Парни сидят, глаза горят. — Класс, подумала я и продолжила, — В общем рождается девочка, лет до 16-17 живёт как девочка, а потом у неё вдруг начинает расти х…й. Не у всех, конечно, но предвидеть это невозможно. Парни вылупились на меня. — И что, у тебя…? — Ну… да — Покажи!!! — Вы совсем что ли? Нет!!!! Ну что вы за люди такие? Я не знаю как маме рассказать, и друзьям!! — И что же делать?? — Некоторые отрезают… При слове отрезают их прямо передёрнуло. — Некоторые оставляют. — А ты что?? — А я даже не знаю… Операция опасная… не все выживают. — Какой ужас! Давай мы поузнаём, Америка всё таки цивилизованнее России, может, у нас есть хорошие хирурги.. — Спасибо! А то у нас там какая медицина. Одни медведи на улицах и сплошная зима.. Парни в итоге слились, а я так и не созналась, что всё придумала. У них наверняка уже дети, они теперь им рассказывают. #япздц_pp #такиживём

— В смысле «ну конечно»? — Я же не обещал, что буду встречаться только с тобой. — Мы восемь месяцев вместе, я считала, что у нас отношения! — Ну да, у нас с тобой отношения — по вторникам и субботам. Плюс мы регулярно куда-то летаем вместе. — А с Мариной тогда что?! — С Мариной тоже отношения, но в другие дни. Вы никак с ней не пересекаетесь. У меня для каждой женщины свой календарь. — Для каждой?! Сколько их у тебя всего?! — Кроме тебя ещё две. — То есть нас у тебя трое??! — Сейчас да. И я был уверен, что тебя всё устраивает.

#Почти_приличные_женщины. Серия пилотная Вчера Инна наконец-то познакомила нас с Кириллом. Нас — это меня, Сашку и Анюту. Мы дружим с детства и всегда тащим друг другу всех своих мужиков и связанные с ними факапы. Они встречались восемь месяцев, дважды в неделю — обычно по вторникам и субботам. Все переносы согласовывали заранее и заносили в общий календарь, поскольку оба они люди занятые и упорядоченные. Вместе летали в Позитано, на Маврикий и один раз в Валенсию. Он возил её на авеню Монте на шоппинг и в Церматт кататься на лыжах, дарил дорогие подарки, устраивал красивые романтические сюрпризы. И вообще Кирилл был до неприличия успешным и со связями. В его жизни царил ворк-лайф баланс и даже имелся личный джет. Удивительное дело, но Сашке он понравился. Из нас четырёх она единственная давно и удачно замужем, поэтому к Сашкиному мнению Инна прислушивается, хотя ни за что в этом не признается. Вообще-то мы планировали познакомиться с Кириллом ещё месяца четыре назад. Но он внезапно улетел в командировку, потом в командировку улетела Инна, потом Сашка с Мишей поссорились, потом помирились и рванули в Барселону. Потом у меня вышла книга и я уехала в рекламный тур. И вот наконец, когда никто никуда не улетел и мы всё спланировали, сердобольная наша Анюта умудрилась вляпаться в очередную историю и вместо ресторана провела вечер в травмпункте с совершенно посторонней бабушкой. Так наше знакомство с Кириллом отложилось на неопределённый срок. В итоге мы решили не выпендриваться и собраться у меня. — Только не вздумай его допрашивать, — с порога предупредила Сашку Инна. — Очень надо. Я вообще собираюсь молчать. — Вот и молчи. Кирилл явился с вином, огромным букетом для Инны и тремя букетами поменьше — для каждой из нас. И мы подумали: вот повезло, всем бы по такому Кириллу. Ну кроме Сашки: у неё уже есть такой же отличный Миша. Сашку, разумеется, понесло: она засыпала его вопросами, но Кирилл её натиск выдержал. И Анютин тоже выдержал — про то, как именно он с Инной познакомился, и где, и что в тот момент почувствовал, и верит ли он в судьбу, карму, предназначение и что-то там ещё. И не обиделся на меня, когда я ляпнула, что личный джет звучит немного вульгарно. Самое главное — рядом с ним Инна становилась другой, мягче, что ли. Не спорила по каждой мелочи, никого не одёргивала, не пыталась всё контролировать и даже пару раз позволила ему ответить за неё. В какой-то момент Кириллу позвонили. Как только он вышел, Анюта заявила: — Хороший. И тебе он очень подходит! Инна выжидательно уставилась на Сашку. — А ты чего молчишь? — А что я должна сказать? Нормальный мужик. Инна улыбнулась. Нормальный мужик из Сашкиных уст — высшая похвала. Кирилл, можно сказать, только что получил мишленовскую звезду в вербальном эквиваленте. Кирилл вернулся и подлил нам вина. — Девочки, прошу меня простить, но это срочное, по работе. Обещаю больше не отвлекаться. И отключил телефон. — Вот молодец, — хмыкнула Сашка, — Может, Мишу моего научите? А то мне кажется, он забыл, где у него телефон отключается. Я вас с ним в субботу познакомлю у Инны на дне рождения. Вы же придёте? Ого, похоже Сашке он не просто нравится. Она в восторге! — Конечно, придёт, — сказала Инна. — К сожалению, не смогу. Зато я такой подарок тебе приготовил! — Как это — не придёшь? — вскинулась Инна. — Мы же заранее договорились. И в календарь внесли! — Ну прости. У меня на субботу уже были планы. Просто я случайно удалил второй календарь... — Какие ещё планы? И какой ещё второй календарь?! — У меня их несколько, так удобнее. А в эту субботу я ужинаю с Мариной. Мы замерли. — С какой ещё Мариной? — Я с ней встречаюсь время от времени. — Ты сейчас серьёзно? Ты встречаешься ещё с кем-то? — Ну конечно. Анюта поперхнулась вином. продолжение не влезло, но следует. Сегодня💢

Недавно ходили с подругой Алёной на выставку Гоши Острецова. «Бункерская живопись» называется выставка. Открылась недавно, отзывы шикарные, все наши знакомые уже сходили, прониклись искусством и плещут в нас своими восторгами. Сразу оговорюсь: выставка, правда, чудесная, мы всем её советуем. Дело, как всегда, в нас. Я уверена: пойди мы туда по отдельности или другим составом, всё было бы заебись. Но почему-то именно наш с Алёной тандем хронически умудряется встрять. Так вот. Воскресенье. Центр Москвы. Снаружи +50, раскалённый асфальт в оплавленных собянинских бордюрах. Внутри прохлада, полутьма и стульчики, расставленные полукругом. На стульчиках — люди, человек десять или пятнадцать. Судя по виду — оккультисты, сектанты или, если повезёт, общество анонимных алкоголиков. Читают вслух и по очереди — судя по слогу, что-то средневековое: обрядовое или, может, заклинания какие, сразу не поймёшь. Ну то есть версия с алкоголиками отпадает. Кроме нас из посетителей никого, только мы и эти оккультисты. Мы хотели было уйти, но дядечка на входе, узнав, что мы на выставку, гостеприимно повелел нам остаться. Мол, проходите, коли пришли. И запер за нами дверь. — А мы ИМ не помешаем? — спрашиваем. — Не помешаете, — отвечает, — это… эээ… философский клуб. Изо всех сил стараясь не шуметь и не привлекать к себе внимания философского клуба, мы спустились вниз. Низ у них в подвале или, следуя концепции, в склепе. Там, в зловеще подсвеченных каменных нишах, висят фантасмагорические Гошины работы. Очень атмосферно висят и концептуально. Из описания выставки на сайте галереи: «Нижний уровень — пространство, напоминающее каменную пещеру или вовсе сумрачный архаический склеп: здесь формы кажутся архаичными, тяжелыми, почти первобытными». Подтверждаем — кажутся. Пропитавшись сумраком и бренностью материального мира, мы вернулись наверх — цитируя всё то же описание, в «более светлое измерение». А там, как раз на входе в измерение, — оккультисты. Мы с Алёной девушки современные и модные. И телефоны у нас тоже современные и модные — формата А3, весят как небольшой телевизор. Едва мы вступили в «светлое измерение», Алёна свой уронила. Пол у них то ли каменный, то ли плиточный. Акустика зычная. Звук получился парадный и величественный. Мы замерли, оккультисты запнулись, но тут же продолжили начитывать. Я думаю, это были проклятия — будущее покажет. Я, если что, ничего не роняла и даже ни во что не врезалась, как это обычно случается. Зато пришла в лёгком шёлковом платье — Рыжий обозвал его нижним бельём и «мамнеприличнотакходить». А, и без бюстгалтера — в плюс 50 я бы и без платья пришла, но в Москве так не принято — даже в пещеру. Ровнёхонько напротив оккультистов расположилась любопытнейшая инсталляция в виде дома в разрезе. Внутри — всё по-настоящему, но в масштабе для гномиков: гостиная, спаленка, ещё какие-то комнатки, на стенах уменьшенные копии Гошиных работ и, самое трогательное, — крохотный туалет с крохотным унитазом. Я умилилась и наклонилась пониже, чтобы рассмотреть унитаз. Я же без очков (забыла дома) ни хера не вижу. Зато философы видят до хера и от того запинаются сильнее. Средневековые заклятия — это вам не Пелевин. Опускаю, в общем, взгляд и понимаю, что угол наклона моего, так сказать, декольте как раз на уровне глаз сидящих ко мне лицом. Тем, кто спиной, не повезло. Простите, ребзя, но это была разовая акция. Уже на выходе нас нагнал сам Гоша Острецов. Он не только автор выставки, но ещё и предводитель оккультистов философов. Милейший человек оказался: предложил нам свою помощь и пояснения, если вдруг нам что-то непонятно. Я вот думаю, а он лицом сидел к моему углу наклона или спиной? А на выставку сходите обязательно, только заранее уточните про… ээээ…. философский клуб, чтобы тоже не встрять. #проженщин #такиживём

Ребятушки, я пишу новую книгу, в этот раз вполне художественную — с героями, секесом и прочими жизненными песдецами. Рабочее название — Почти приличные женщины. Главы, фрагментами или целиком, буду выкладывать сюда, скажем, по пятницам. Так что вы будете моими первыми читателями. Что скажете?💢