ReuseArch

В Ташкенте на прошлой неделе наконец открылся CCA Tashkent - Центр современного искусства, устроенный в бывшей дизельной электростанции и трамвайном депо 1912 года. Здание построил Вильгельм Хайнцельман, главный архитектор строительного ведомства Туркестанского края, автор нескольких заметных ташкентских построек того времени. К моменту начала реконструкции площадка была довольно сильно забита поздними пристройками, а главный дизельный зал буквально покрыт слоем мазута. Зато сама кирпичная архитектура сохранилась хорошо и ее-то французское бюро Studio KO аккуратно расчистило и привело в порядок: поздние корпуса убрали, оставив дизельный зал и историческую часть административного здания, сам огромный индустриальный зал постарались оставить максимально свободным. Теперь это главное выставочное пространство центра. Большое пространство между корпусами превратили в открытый двор с местом для встреч, мероприятий и летнего кинотеатра. Самое затейливое решение связано со входом. Чтобы не пристраивать к историческому залу новый вестибюль и вообще не трогать его фасад, посетителей проводят через соседний административный корпус, затем вниз в красивые темные пространства и уже оттуда они попадают в бывшую электростанцию, впервые увидев ее практически на всю высоту. Такой продуманный wow-эффект. #Ташкент

#срочновномер Совершенно случайно попала сегодня на церемонию официального открытия Московского ипподрома после двухлетней реставрации. И вообще побывала на нем в первый раз — и поражена, какой он мощный, величественный и одновременно изящный. У нашего ипподрома долгая история. Первая постройка появилась в 1898–1899 годах, в него ходили и члены царской семьи, и знать, и простые горожане. Ипподром пережил революцию, но после большого пожара 1949 года здание почти полностью перестроили в 1950-х под руководством Ивана Жолтовского. И это такой идеальный послевоенный ампир: роскошный входной портик с колоннадой, башня со шпилем и изящные открытые трибуны с нежнейшими росписями под козырьком. После реставрации ипподром выглядит удивительно цветным и радостным, при этом сама работа кажется очень деликатной. Говорят, одним из главных реставрационных подвигов стала знаменитая квадрига и конные скульптуры на крыше. Они сделаны из шпиатра — сплава на основе цинка и олова — и устроены довольно сложно: внутри металлический каркас, поверх которого сформирована оболочка скульптуры, хрупкая от износа. Демонтировать такую конструкцию сочли рискованным, поэтому реставраторы работали прямо на крыше, а это высота больше 20 метров. Ипподром произвел очень сильное впечатление и архитектурой, и самой церемонией открытия. Обычно я настороженно отношусь к разного рода официальным мероприятиям, но здесь вышло очень красиво: и кони, и всадники, и лучшие хоровые ансамбли страны с солистами Большого. #былостало до реставрации прикреплю в комментариях. Ипподром был нехорош. #Москва

Все время забываю рассказать, что моя статья о том, как из промзданий делали крутейшие музеи, вышла в прекрасном журнале «Наше Наследие». На сайте есть тизер к статье, но там она не целиком — полный вариант только в печатном виде. Журнал, конечно, надо иметь: он очень красивый и там море всего про музеи и культуру. Главный герой номера — Владивосток. У меня есть два экземпляра, которыми я решила поделиться. Так что устраиваем небольшой розыгрыш. Условия самые простые: быть подписанными на мой канал и на канал «Нашего Наследия» и нажать кнопку «Участвовать» под этим постом. Через неделю случайным образом выберем двух победителей — каждому отправится по журналу.

Все время забываю рассказать, что моя статья о том, как из промзданий делали крутейшие музеи, вышла в прекрасном журнале «Наше Наследие». На сайте есть тизер (https://www.nn.media/magazine/7-137/2445/) к статье, но там она не целиком — полный вариант только в печатном виде. Журнал, конечно, надо иметь: он очень красивый и там море всего про музеи и культуру. Главный герой номера — Владивосток. У меня есть два экземпляра, которыми я решила поделиться. Так что устраиваем небольшой розыгрыш. Условия самые простые: быть подписанными на мой канал и на канал «Нашего Наследия» и нажать кнопку «Участвовать» под этим постом. Через неделю случайным образом выберем двух победителей — каждому отправится по журналу. Участников: 0 Призовых мест: 2 Дата розыгрыша: 12:00, 21.09.2026 MSK (4 дня)

Я не просто так показала вам в прошлом посте-угадайке старый дом с двух сторон (как быстро вы меня раскусили!). Это новый проект в селе Менчаково под Суздалем, про которое я уже пару рассказывала. Если не помните, то краткий пересказ предыдущих серий: москвич Владимир Инякин развивает в небольшом живописном селе комплекс резиденций с арт-составляющей. Например, там есть прекрасный совершенно дом «Липа» из старой избы с пристройками и арт-мастерская из старого сельпо. А сейчас в коллекции симпатичных приспособлений изб в Менчаково пополнение: этим летом они открыли кафе le petit jardin в домике 1890-х годов, куда мы с коллегами заехали на нарядный обед в русском стиле. Дом отреставрировали, но пока не полностью: две комнаты обновлены – это зал кафе и кухня, где есть печка, а одна сохраняет еще такой типичный старо-деревенский облик – совсем затертый пол, какие-то разгораживающие все разномастные занавески, но со временем и до нее дойдут руки. А вот задняя хозчасть пока стоит как и была покосившейся и живописной. Ее еще не трогали, возможно разберут и сделают террасу, сами пока не решили. На улице стоит веселый желтый гастро-трейлер, очень идущий по цвету этому голубому домику, внутри висит бодрый яркий арт, который неожиданно хорош на старых стенах. И сервируют все нарочито ярко: ретро-тарелки, бодрые салфетки в цветах на грани китча, задорно и по-хорошему «по-деревенски». На улице стоит большой стол – наверно идеальный для долгих завтраков под деревьями в хорошую погоду. Знаете, я очень люблю такие истории, когда внезапно вошедший в моду «русский стиль» не натягивают из смеси матрешек с хохломой, а берут подлинное, вдыхают в него жизнь, современность и выходит куда убедительнее. #былостало нет, но есть видео от основателя всего проекта и там домик еще до обновления. Прикреплю в комментарии

Предлагаю начать это солнечное утро с #угадайка. Вопрос на засыпку: что общего у этих двух таких разных домиков?

Предлагаю начать это солнечное утро с #угадайка. Вопрос на засыпку: что общего у этих двух таких разных домиков?

Еще один очень симпатичный мне суздальский проект – «Дом русского чаепития», тоже один из проектов Вадима и Евгении Дымовых. Архитектурой занималось бюро Rhizome, интерьером Катя Бочавар. Это такой ново-старый домик на атмосферной улице Старая, где когда-то снимали «Женитьбу Бальзаминова». В доме в свое время были коммуналки, после пожара он долго стоял заброшенным и постепенно превратился почти в руину (#на старой фото есть этот домик еще до руин). В итоге его выкупили, но не отреставрировали, так как сохранность была плачевной, а буквально разобрали по кирпичику, старый кирпич отреставрировали, а потом собрали здание заново. Внутренние перегородки на место возвращать не стали, благодаря чему внутри получилось роскошное двусветное пространство. По сторонам появились небольшие антресоли, соединённые с основным залом кованой винтовой лестницей; на одной из них большой стол для компаний. Реконструировали и одноэтажную пристройку: теперь через неё организован вход, там же находится магазин с чаем, сладостями и дымовской керамикой. Восстановленный кирпич здесь играет определяющую роль, но в чуждую теме чаепития лофт-эстетику интерьер не уходит. Его сильно смягчает дерево – массивные потолочные балки, столы, стулья, – а дальше начинается уже территория Кати Бочавар: ковры, полосатый текстиль, мозаика, цвет, посуда и современное искусство. А огромная кованая люстра, которая вызывает какие-то средневековые ассоциации, придумана с отсылкой к церковным паникадилам. Ну и раз это Дом Чаепития – то про чай. Когда проект только открылся, чайную часть помогала создавать «Нитка». Теперь у Дома появились и собственные купажи – например, «Самоварный» с дымком (я на него подсела, привезла в Москву и пью каждый день). Глядя на чаи, сладости собственного бренда и, понятное дело, на дымовскую керамику, в которой тут все подается, думаешь что этот Вадим Дымов, кажется, вообще не признает полумер. Почему-то вспоминается Уильям Моррис, который, решив издавать книги так, как считал правильным, основал собственную типографию, проектировал для неё шрифты и орнаменты, заказывал специально сделанную бумагу и искал именно те чернила, которые давали нужный ему чёрный цвет. Потому, что если уж создавать цельный мир, то желательно иметь возможность отвечать в нём за каждую деталь. #Суздаль #Россия

Сегодня мы прискакали к вам с необычной новостью! Этой осенью мы курируем воркшоп на «Открытом городе», посвященный символу текущего года. Тема нашего воркшопа «Ход конём. Город лошадей» 🐎 С командой студентов мы рассмотрим, какая инфраструктура создается в городе для жизни этих грациозных животных, для взаимодействия с человеком и для работы в спорте и не только. Представим себе утопично-идеальный сценарий жизни города лошадей. В финале мы спроектируем объект или элемент современной конной инфраструктуры. Кураторы: Дарья Туркина, Марина Юшкевич, Санчир Джалсанов, Мария Насонова. Эксперт: Национальная ассоциация заводчиков и владельцев лошадей орловской и других рысистых пород. Со дня на день ожидаем открытия регистрации 🤞

Максимально неожиданный (даже для меня) анонс архитектурного воркшопа «Открытого города», где я сокуратор/консультант. НО! Не не как специалист по архитектурному переиспользованию, как все мы привыкли, а с точки зрения конного спорта. М-многогранность))) Детали и запись тут https://opencityarch.ru/knights-move

Возвращаюсь из Коломны (да, у меня в эти дни обширная география перемещений по работе). Навестила в том числе «Шёлковую фабрику», про которую уже писала как о коворкинге и событийной площадке, связанной с идеей возвращения шелкоткацкого искусства в Коломну. С моего последнего посещения пространство удивительно изменилось. Теперь это полноценный музей-лаборатория, где по крупицам собирают историю практически канувшего в Лету коломенского шелкоткачества. Здесь появились ручные ткацкие станки, и команда постепенно осваивает традиционные технологии — занятие, на мой взгляд, запредельно сложное. Вообще Коломна в XVIII–XIX веках была одним из заметных центров шелкового производства в России. Чтобы вернуть горожанам память об этой странице истории, команда кластера «Коломенский посад» несколько лет назад выкупила на аукционе в Нью-Йорке канаватную фату XIX века — большое, почти двухметровое женское головное покрывало из нарядного шелка. Похожие фаты хранятся в Эрмитаже, Русском музее и ГИМе, а в самой Коломне такого предмета не было. Теперь вокруг этой находки постепенно собирается и коллекция исторических тканей, и исследовательская работа. Технологию коломенского шелкоткачества пытаются восстановить в том числе с помощью зарубежных коллег, а в перспективе мечтают вернуть и само производство — понятно, что путь этот совсем не быстрый. Пока же здесь возвращают шелкоткачество в городскую память. Проводят мастер-классы, дают возможность руками почувствовать, что такое шелковая нить, показывают, как ее можно окрашивать природными красителями, собирают редкие ткани и заново учатся работать на станках. При этом музей-лаборатория занимается не только изучением прошлого, но и попыткой как-то интегрировать находки в современность, например с помощью современного искусства, дизайнеров и арт-резидентов, работы которых в ней же и выставляются. Так интересно следить за жизнью и развитием этого места. #Коломна #Россия

Казалось бы, в Суздале перестраивают в основном нарядные деревянные домики да разного рода купеческие торговые ряды, но нет. Недавно здесь открылось пространство «Дымов керамика»: современная керамическая мануфактура, магазин, кафе, школа керамики, производство сладостей «Суздалянка», а в будущем добавятся еще общественно-культурные площадки и пекарня. И это совершенно эталонный, на мой взгляд, проект редевелопмента и приспособления советского промздания, сделанный с большим вкусом и любовью. Как ни крути, она все равно один из главных ингредиентов, даже в стройке. В основе — хлебозавод 1960-х годов: из пустотелого быстро разрушающегося кирпича, с поздними хаотичными асимметричными пристройками и выветрившимися фасадами (см. #былостало, прикреплю в комментарии). Любоваться особо нечем, но при этом здание было достаточно крепким, чтобы дать ему вторую жизнь, а еще достаточно узнаваемым у местных, чтобы сохранить его как часть истории Суздаля. Проект реконструкции хлебозавода под «Дымов керамику» делало архитектурное бюро Kibol studio Идриса Сулимана и Ивана Ратушного. Идрис лично провел по всем пространствам и рассказал про любопытные решения. Все в пост не поместится, но покажу лучшее: — у здания очень понятная структура: по центру, где был печной цех, будет ивент-площадка и коворкинг по будням. По сторонам «крылья» — уютная школа керамики (я расписала там тарелку и счастлива) и магазин керамики и сладостей. Производство преимущественно в добавленном современном объеме, а в бывшем силосе (он сейчас белый) — фабрика сладостей и офисы; — самое остроумное и фантастически красивое — это стена во входном холле со стороны магазина: в нее вмонтирована сотня с лишним отработанных форм для заливки керамики. Их используют ограниченное количество циклов и потом утилизируют; — снаружи подубитый кирпич закрыли облицовочным, а внутри замазали глиной. Там, где кирпич совсем раскрошился, вычинку делать не стали. За счет этого у стены живая, кривая, очень тактильная поверхность; — главная идея производства и всего пространства — максимальная открытость. Окна в центральном объеме растесали до французских, а в «крыльях» максимально увеличили. Они теперь смотрят в дивной красоты сад дизайнера Сильвии Александровой; — в пространстве много #обшарпе. Но ровно столько, чтобы сохранить немного исторического флера и при этом чтобы все выглядело свежим и нарядным. #Суздаль #Россия

Пока готовлю рассказы о перестройках в Суздале, я с к вам с небольшой #угадайка. Как вы думаете, что это? И где я?))

На пару дней я в Суздале, так что будет много историй отсюда. Первое впечатление - образ «одной абсолютно счастливой деревни». Сегодня Суздаль выглядит как идеальный игрушечный русский городок, хотя я очень хорошо помню его в почти полном развале. Один из секретов такой невозможной нарядности и притягательности, конечно вместо с ландшафтом, храмами и монастырями, - сохранение и трансформация наследия: чем сносить, здесь много реставрируют, приспосабливают и достраивают имеющиеся старые постройки. Тут даже современное искусство показывают в старых избах на срубе. И выглядит отлично. Так что готовьтесь, ближайшие дни главным тэгом будет #Суздаль

На днях писала про Rue Pavée от MARS Architectes – отличный парижский пример того, как в одном проекте сохраняют сразу несколько исторических слоев: и hôtel particulier, и гораздо более позднюю промышленную застройку внутри квартала. А сейчас попался еще один годовалой давности проект этой же почти идеальной для меня типологии: это штаб-квартира Acne Studios на Rue des Petites Écuries в X округе Парижа, которая заняла бывшую фармацевтическую лабораторию Gomenol 1930-х годов и примыкающий к ней частный особняк. За интерьеры отвечала шведская студия Halleroed. Принцип очень похожий: сохранить контраст между очень разными частями и сыграть на нем. В особняке все затейливое и роскошное на максимум - тут восстановили лепнину, паркет и исторические интерьеры, дополнив их современным искусством. А в лабораторном корпусе все лаконично, чтобы не сказать сурово: оставили бетонные колонны, старые плиточные полы и сводчатый потолок из стеклоблоков. Все новое сделано подчеркнуто современным, предельно минимальным и таким… странненьким. Acne Studios как бренд вообще любит этот прием: очень сдержанная, почти стерильная основа и обязательно что-нибудь чуть нарочито неловкое… если вы понимаете, о чем я. Фото Benoit Florençon.

Легкий когнитивный диссонанс, когда перемежаешь посты о московских сносах историями о том, как в мире на законодательном и городском уровне принимают решения, помогающие максимально много сохранять и перестраивать, а то, что все-таки приходится разбирать, – использовать заново. Например, коллеги из ArchDaily сегодня пишут сразу о нескольких новых circular construction hubs, центрах, куда свозят элементы и материалы разобранных зданий, чтобы сортировать, хранить, перерабатывать и возвращать в строительство. В Нью-Йорке такой центр запускают в бывшем промышленном комплексе MADE Bush Terminal в Бруклине. Пока это годовой пилот: город хочет проверить не только экологический эффект, но и саму экономику такой системы — сколько стоит хранение материалов, как работает логистика, что действительно удается перепродать и использовать повторно. В Брюсселе под ReUse Park приспосабливают пустующий склад площадью 6000 м². Там будет уже не только склад и сортировка, но и обучение специалистов работе с материалами повторного использования. В лондонских Royal Docks похожий центр Tipping Point East занимает больше 8000 м² бывшей промышленной территории и соединяет материальный банк, производство, обучение и культурные программы. А параллельно европейский проект CirCoFin помогает создавать такие хабы в Мюнхене, Копенгагене, Лиссабоне и Шотландии, причем физические склады там связывают с цифровыми площадками, где можно отследить происхождение и дальнейшую судьбу материала. Это может показаться не таким захватывающим, как пост с картинками о перестройках, но это очень крутая перемена, потому что долгое время reuse материалов держался во многом на энтузиазме отдельных архитекторов, а теперь под это начинают создавать отдельную городскую инфраструктуру. #материалыповторногоиспользования