Urbi et Orbi | Архивы. Документы. История

⚡️Историк литературы Иван Толстой* выдвигает ошеломительную версию происхождения романа «12 стульев»: Ильф и Петров могли выполнять заказ Лубянки на очистку репутации молодого советского государства. (18+) НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ТОЛСТЫМ ИВАНОМ НИКИТИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ТОЛСТОГО ИВАНА НИКИТИЧА Начинается эта история с операции «Трест». В 1920-е чекисты создали фиктивное монархическое подполье, чтобы завоевать доверие русской эмиграции, контролировать ее связи с СССР и заманивать противников большевиков обратно в страну. Одним из тех, кто попался на провокацию, стал известный монархист Василий Шульгин. «Подпольщики» помогли ему тайно пересечь границу и устроили путешествие по СССР. Вернулся Шульгин с неожиданным выводом: Россия при большевиках не погибла, а даже наоборот. Об этом он написал книгу «Три столицы». Шульгин не подозревал, что

готовые главы, которые он отправлял своим мнимым соратникам на сверку, попадали прямо на Лубянку. Там рукопись внимательно читали и редактировали.

Но вскоре вся конструкция рухнула. Один из участников «Треста», чекист Александр Опперпут, бежал из СССР и публично сдал всю схему. Оказалась скомпрометирована и книга Шульгина. Потребовалось срочно исправлять ситуацию, отсюда и сжатые сроки: первую часть романа Ильф и Петров написали всего за месяц. Задание на новую книгу через журналиста Михаила Кольцова могло попасть к Валентину Катаеву, а тот засадил за черновую работу никому тогда не известных фельетонистов. «Двенадцать стульев» должны были стать своего рода «Тремя столицами — 2».

Целью было не спасти репутацию Шульгина, а сохранить созданный им образ России — живой и возрождающейся при новой власти.

Может поэтому в обоих текстах так много перекличек, включая путешествие главного героя по стране.

«Вы через какую границу? — спрашивает Остап Воробьянинова. — Польскую? Финляндскую? Румынскую? Должно быть, дорогое удовольствие».

👉 Историческое расследование Ивана Толстого. *Власти РФ считают «иноагентом» ↗ Подписаться на 𝑼𝒓𝒃𝒊 𝒆𝒕 𝑶𝒓𝒃𝒊

«Прибывший в Москву в качестве постоянного корреспондента органа КП Италии газеты „Унита“ т. Л. Бойффа нуждается в приобретении зимней одежды для себя и семьи (жена и ребенок)».

Трогательный пример заботы Кремля об итальянских товарищах-коммунистах. Десятилетиями Москва тайно финансировала Итальянскую компартию: с 1960-х до середины 1970-х ИКП получала из СССР больше пяти миллионов долларов ежегодно. Наличку передавали через сотрудников КГБ. А потом всё навернулось. Итальянские коммунисты начали открыто критиковать Кремль — за преследование диссидентов, за разгром польской «Солидарности». В январе 1982-го «Правда» ответила огромной статьей, в которой вчерашних товарищей обвиняли в том, что они «отрекаются» от социализма. Но публичной руганью дело не ограничивалось. Когда в Италии готовились «Сахаровские чтения», ЦК разработал план ответной пропагандистской кампании. В нем заранее предусматривалось, что советская газета «За рубежом» опубликует «критические отклики итальянской прессы» на еще не состоявшиеся «антисоветские манифестации».

Откуда в Москве знали, какими будут отклики? Все просто: их организуют из Москвы с помощью КГБ и советских агентов.

👉 Историк Никита Петров рассказывает о том, как крупнейшая компартия Западной Европы вышла из-под контроля Москвы и какими методами Кремль пытался ее удержать. 📌 Подпишитесь на Urbi et Orbi — мы рассказываем о прошлом, чтобы лучше понять настоящее. 📌 Купить бумажный сборник по самой выгодной цене — 1399 ₽ в нашем онлайн-магазине или на Ozon.

За пару дней до инсульта во время поездки в «Артек» лидер итальянских коммунистов Пальмиро Тольятти написал «Памятную записку» о будущем движения:

«Мы должны стать поборниками свободы интеллектуальной жизни, свободы художественного творчества и научного прогресса».

Советские цензоры, не разобравшись, одобрили перепечатку тезисов итальянца в «Правде». Между тем в них уже содержались зачатки «особого пути», который десятилетие спустя назовут еврокоммунизмом. (18+) НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КОЛЕСНИКОВЫМ АНДРЕЕМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КОЛЕСНИКОВА АНДРЕЯ ВЛАДИМИРОВИЧА. К тому времени отношения европейских компартий с Москвой становились все сложнее: далеко не все хотели отвечать за действия советского руководства. Компартия Италии была фактически правящей, французы строили союз с социалистами и были недовольны контактами Кремля с истеблишментом, а испанцы готовились к концу диктатуры Франко и возвращению в легальное поле. Но и совсем разрывать отношения с СССР, который давал деньги, никто не спешил. 

Итальянские и французские лидеры коммунистов как на работу мотались в Москву, чтобы постоять у гроба очередного скончавшегося советского генсека.

👉 Как европейские коммунисты захотели перестать быть советской «франшизой», и что из этого вышло, — в материале Андрея Колесникова*. 📌 Купить бумажный сборник по самой выгодной цене — 1399 ₽ в нашем онлайн-магазине или на Ozon. *Власти РФ считают «иноагентом»

💬 «Поэтому мы и сохраняем сегодня «Яблоко» изо всех сил — чтобы был инструмент, способный сыграть правильную музыку в нужный момент». Сегодня партию «Яблоко» беспрецедентно сняли с выборов в Госдуму на фоне резкого роста поддержки. Несколько месяцев назад в интервью Urbi et Orbi Григорий Явлинский объяснял, зачем, по его мнению, партия вообще нужна сегодня. Разговор был посвящен программе «500 дней» — попытке молодых демократов перевести советскую экономику от плановой к рыночной без обвала и тяжелых социальных последствий. Реформа так и не состоялась. Сначала ее похоронило политическое противостояние Горбачева и Ельцина, а затем от нее отказался и сам Ельцин: впереди были президентские выборы, и рисковать он не хотел. ▪️Какой урок Явлинский извлек из этой истории спустя 35 лет? 

«Даже в самые сложные, мрачные, безнадежные времена окно возможностей все равно открывается. В начале 1980-х годов представить, что начнутся реформы и перемены, было невозможно: шла война в Афганистане, Советский Союз сбил южнокорейский пассажирский самолет, полный людей, страну возглавил председатель КГБ, на улицах у людей проверяли паспорта — почему не на работе. И все же окно открылось. К этому нужно быть готовым.

👉 Интервью целиком — по ссылке. На фото: разработчики программы «500 дней»

После битвы — мир! На обложке нового номера Urbi et Orbi — ставший уже историческим кадр. Лионель Месси и Ламин Ямаль, ветеран и дебютант, чемпионы мира, обнимаются после драматичного финального матча. Мундиаль-2026 оказался не только турниром рекордов и новой футбольной географии, но и разговором о памяти, одиночестве, политике, красоте. Он напомнил нам о простой, но энергично забываемой ценности: чтобы быть с миром, надо жить в мире.

«Наш удел нынче — выбирать, кому симпатизировать. Или послать футбол ко всем чертям, раз нас в нем нет. Но если нет нас, то это не означает, что нет футбола»,

— пишет спортивный обозреватель Urbi et Orbi Владимир Мозговой. С финальным свистком большая игра не заканчивается. А вот телевизор можно снова выключить. 👉 Эссе Владимира Мозгового. 📌 Купить бумажный сборник по самой выгодной цене — 1399 ₽ в нашем онлайн-магазине или на Ozon.

⚡️Вышел новый сборник Urbi et Orbi. Нам по-прежнему есть что сказать городу и миру. А вам — что почитать. Вот лишь несколько материалов: 📍 Тема номера — Евроремонт коммунизма. Как лидеры компартий Италии, Франции и Испании пытались найти альтернативу ортодоксальному социализму, и почему этот эксперимент закончился неудачей. Андрей Колесников*, Никита Петров, Леонид Попов и дочь испанского политика Фернандо Клаудина — о последней большой попытке реформировать коммунизм. 📍 Ядерный клуб Макрона. Франция — единственная страна Евросоюза, обладающая ядерным оружием. Разбираем новую французскую доктрину и дипломатический новояз вокруг «передового сдерживания». 📍 Вторжение. К годовщине советской оккупации Чехословакии — о том, как легко принцип суверенитета приносится в жертву доктрине. 📍 Василий Буров начинает большой разговор об искусственном интеллекте: может ли ИИ быть легальным автором, нужно ли защищать авторов от него. И почему главные вопросы здесь вовсе не юридические. 📍 Третья республика Никола Пашиняна. Почему Ереван больше не хочет быть заложником чужих игр — и придется ли Москве привыкать к новой реальности. 📍 Иван Толстой* раскрывает феномен госзаказа на сатиру. Кому и зачем понадобились «Двенадцать стульев»? 📍 Критик Алексей Мокроусов поговорил с дирижером Валерием Юровским о Рихарде Вагнере — в год 150-летия «Кольца нибелунгов». 📍 В разделе «Классное чтение» — фрагмент из будущей книги Алексея Тарасова «Позднее катание», где причудливо переплетаются памятник Алексею Балабанову и августовский путч. 👉 Купить можно по самой выгодной цене — 1399 ₽ в нашем онлайн-магазине или на Ozon *Власти РФ считают «иноагентом»

К повальной реабилитации 90-х есть вопросы. Например, именно тогда началось превращение двух генералов сталинской госбезопасности — Павла Судоплатова и Наума Эйтингона — из организаторов убийств и диверсий в «незаслуженно пострадавших патриотов». Вместе они cпланировали и реализовали как минимум четыре политических убийства, в которых сами же признались: ▪️американского коммуниста и советского агента Исая Оггинса, которого решено было не отпускать на свободу после 8 лет в ГУЛАГе. Оггинс якобы мог выдать агентурную сеть, которой, как выяснилось, не существовало. ▪️греко-католического епископа Теодора Ромжи — для него сначала инициировали автокатастрофу, но затем добили в больнице смертельной инъекцией. ▪️польского инженера Самета и украинского партийного деятеля Шумского — по похожему сценарию. За два года до смерти Сталина Эйтингона обвинили в «еврейском заговоре» и невыполнении плана чекистских мероприятий.

Другими словами — убивал, но мало.

Судоплатова арестовали после падения Берии в августе 1953-го. Оба отсидели от звонка до звонка. С наступлением гласности Судоплатов понял, что юридической победы можно добиться через общественное мнение. Он много общался с журналистами, давал интервью и писал мемуары, создавая себе образ героя войны и выдающегося разведчика. Эйтигон, который помимо всего прочего руководил лабораторией, где испытывали яды на живых людях, умер, не дождавшись положительного решения Главной военной прокуратуры в 1992-м. Но в конце жизни вел тихую жизнь скромного пенсионера. Разумеется, и Судоплатов, и Эйтингон несамостоятельные фигуры — они исполнители. Но, как замечает историк Никита Петров,

«Вот что значит культ государства. И во имя государства — можно все».

📍Два его эссе о Судоплатове и Эйтингоне можно почитать на сайте Urbi et Orbi.

Сейчас трудно поверить, но на пике в женских движениях позднего СССР состояло почти три млн человек. Почему же они не стали реальной политической силой?  Надежда Ажгихина называет несколько причин:  ▪️Не появилось яркого лидера, способного объединить разрозненные группы. А многие заметные женщины-политики дистанцировались от самой темы — она казалась им неинтересной или опасной. ▪️В начале 1990-х в Россию активно пришли не только западные правозащитники, но и американские консерваторы, включая организацию «Пролайф» — глобальную сеть борьбы с абортами. После этого редакции СМИ завалили тысячи писем советских женщин, мечтавших «сидеть дома и не работать». Методички этого фонда даже сегодня живут в тезисах народных избранников.  ▪️Постсоветские реформаторы считали женскую повестку анахронизмом. Активисты вспоминали что, когда они пришли в правительство Гайдара со своими предложениями, получили категорический отказ: 

«не предлагайте нам свою социал-демократию, мы строим неолиберальный капитализм».

▪️Впрочем, в Госдуме в 1993 году даже появилась фракция «Женщины России», но ничего значительного она сделать не смогла. Вместо продвижения закона о домашнем насилии, депутаты фракции поддерживали чеченскую войну и конфликтовали с самой влиятельной в ту пору женской инициативой — Комитетами солдатских матерей. Неудивительно, что следующие выборы они проиграли.

Первый съезд фем-активисток в СССР едва не сорвался из-за статьи в газете.  29–31 марта 1991 в Дубне проходил первый независимый женский форум. Это был прорыв еще и потому, что в недавно закрытый наукоград вдруг пустили «неформалок» и западных активисток со всех концов СССР, из США, Канады и Европы. В сети сохранились программа и итоговый отчет.  Интересно, что на встрече выяснилось, какая пропасть лежит между советскими и западными участницами. По воспоминаниям журналистки Надежды Ажгихиной,

советские женщины совершенно не представляли реалий жизни в «свободном мире» и не понимали, почему надо бороться за право работать на тяжелых производствах. А западные активистки, привыкшие учить представительниц третьего мира устраивать общественные кухни, были шокированы тем, что «аборигенки» настолько образованы.

Сам форум едва не сорвала полиция. Накануне в газете «Московский комсомолец» вышла статья о том, что в Дубне якобы готовится международное шествие «агрессивных лесбиянок».

«И хотя после поддержки демократических сил газета публично признала факт дезинформации и Форум все же состоялся, допущенный «Московским комсомольцем» выпад имел многочисленные последствия (сокращение числа участниц, напряжение членов оргкомитета, присутствие милиции при начале работы Форума и т.д.)»,

— писали организаторы.  Шлейф этого фейка потом еще долго будет тянуться за ними.

Urbi et Orbi — серия сборников для города и мира. Эссе современных публицистов, редкие исторические документы, социологические исследования и мемуары Кто мы? Urbi et Orbi делают журналисты, историки, исследователи и авторы, которым интересно не только рассказывать о прошлом и настоящем, но и осмысливать их. Темные времена — хороший повод заглянуть за горизонт и учиться думать по-новому. Где нас читать? В телеграм-канале мы публикуем короткие истории, на сайте — большие, вдумчивые тексты. А для тех, кто любит бумагу, — раз в месяц выходит печатное издание. Так мы продолжаем традицию интеллектуальных сборников, восходящую к «Вехам» 1909 года. Если вам близко то, что мы делаем, купить сборник — лучший способ поддержать редакцию. Наши избранные материалы: 📍Историк Никита Петров по архивам КГБ восстанавливает жизнь Наума Эйтингона, чекиста, организовавшего убийство Троцкого и десяток других политических расправ НКВД. 📍Болгарский политолог с мировым именем Иван Крастев объясняет, почему рост национал-популизма в мире — это кризис самой идеи нации. 📍Переводчик Брежнева Андрей Вавилов вспоминает, как сидел за столом переговоров генсека с Генри Киссинджером в Завидово, шутки про ядерную войну и охоту на кабанов. 📍Историк литературы Наталья Громова рассказывает о поэте Михаиле Светлове — легендарном остряке, который выбрал маску шута как способ выжить. 📍Как менялся образ злодея в советском детективе: от жертвы обстоятельств до «простых людей, которые в любую секунду на преступление готовы» 📍Журналист Леонид Никитинский на примере убийства чести в Чечне показывает, во что превратился общественный договор в современной России. 📍Эссе о советской кухне как последнем убежище свободы и его неожиданной параллели с литургией первых христиан.

Не нравится, как Нолан обошелся с Гомером? Над этой «Одиссеей» советский армянин Сурен Кочарян работал 13 лет. И там — настоящая верность первоисточнику При всей любви советских людей к античной литературе, cобственной киноадаптации Гомера в СССР так и сняли. Но сделали кое-что другое. До середины 70-х годов на эстраде существовал тотально забытый сегодня жанр «устного рассказа». А его звездой был Народный артист РСФСР Сурен Кочарян (1904-1979). Начав как драматический актер, позже он целиком посвятил себя художественному слову, выступая как сказитель с концертами по всей стране. Последней большой работой Кочаряна стала сценическая «Одиссея» Гомера, на которую артист потратил 13 лет кропотливого труда: он изучал первоисточник, сличал переводы и детально продумывал драматургию. По воспоминаниям очевидцев, Кочарян выходил к публике, неторопливо устраивался в кресле и погружался в повествование так, словно сам был свидетелем странствий царя Итаки. В 1974-м на Центральном телевидении сделали двухсерийный телефильм на основе монолога Кочаряна. Несмотря на некоторую визуальную примитивность, оцените, как актер больше двух часов удерживает внимание фактически одним голосом. При этом хорошо видно, что он не читает ни с листа, ни с телесуфлера. Видвший Кочеряна на сцене театральный педагог Александр Бармак вспоминал:

«Всегда поражало, как это он смог запомнить такое гигантское количество сложнейшего текста, состоящего из гекзаметров, и не просто запомнить, но по-актерски присвоить его себе, сделать текст своим».

Согласитесь, сложно найти более удачный формат для адаптации поэмы Гомера.

Самое время пересмотреть американский док о советской милиции, снятый в Москве в 90-м Скорее всего, вы уже видели эти кадры: серая позднесоветская Москва, милицейские рейды, молодежь с усталыми лицами, и все это под песню «Судно» белорусской группы Molchat Doma на стихи поэта Бориса Рыжего. Эстетика позднего СССР стала одним из главных визуальных языков так называемой думер-культуры, расцвет которой пришелся на начало 2020-x. На одно только «Судно» сняли десятки тысяч клипов в соцсетях. Интересно, что идеальным визуальным референсом для них оказался документальный фильм канала CBS «Moscow vice» («Пороки Москвы»). О нем стоит поговорить отдельно. В 1990 году съемочная группа тележурнала 48 Hours (он, кстати, выходит до сих пор) приехала в Москву, чтобы сделать репортаж о советской преступности и борьбе с ней. Несмотря на неизбежную для иностранцев дистанцию, журналисты достаточно глубоко погрузились в тему. Поражает невиданный сегодня уровень доступа: американцев свободно пускают в тюрьмы и на милицейские операции, а члены группировок берут их с собой на «стрелки». Так, в фильме показывают рейд советских милиционеров против чеченской мафии, в которой под прикрытием участвует оперативник.

«Чеченцы хотят, чтобы он заплатил им больше 6000 тысяч рублей — в стране, где большинство населения зарабатывает всего 200 в месяц»,

— комментирует закадровый голос. Главным героем фильма журналисты сделали тогдашнего замачальника отдела по борьбе с организованной преступностью ГУВД Мосгорисполкома Александра Комарова, руководившего подразделением из 102 сотрудников. В кадре также мелькает будущий глава МВД Рушайло. В итоге история замкнулась: кадры, которые должны были ужасать американского зрителя, спустя три десятилетия стали частью интернет-эстетики.

45 лет назад Владимир Войнович высмеял Брежнева в письме. Что писатель понял о природе власти? 17 июля 1981 года Войнович написал генсеку письмо, полное сарказма и плохо скрываемого презрения:

«Моим читателям придется сдавать в макулатуру по двадцать килограммов Ваших сочинений, чтобы получить талон на одну книгу о солдате Чонкине».

К тому моменту писателя уже много лет пытались выдавить из СССР. За ним следили, его запугивали и даже пытались отравить. В декабре 1980-го Войнович уехал, а через несколько месяцев был лишен советского гражданства. Позже он вспоминал:

«Когда я уезжал, КГБ собрал на меня 10 томов оперативной разработки, а когда вернулся — c 1989-го по 1991-й еще 4 тома».

В 1989-м в журнале «Юность» тиражом в 3,5 миллиона экземпляров впервые издали «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина». К этому времени роман о столкновении маленького человека с советским абсурдом уже был переведен более чем на 30 языков. 📍Владимир Войнович по сути всю жизнь писал об одном и том же: о системе, которая требует не только подчинения, но и согласия с выдуманной реальностью. Сооснователь «Новой газеты» Дмитрий Муратов* вспоминал рассказ писателя о человеке, прошедшем через тюрьмы НКВД и Гестапо.

— Была ли разница? — спросил того Войнович. — Пытали одинаково хорошо. Но отличие было. В Гестапо от меня хотели услышать правду.

📍Сегодня особенно пугающе читается последний роман Войновича «Малиновый пеликан» (2016). По сюжету люди добровольно соглашаются на унизительную «черенковизацию» как ответ на санкции и продвижение НАТО. Ничего унизительного в процедуре они не видят. Надо так надо. *Власти РФ считают «иноагентом»

Вот она — настоящая ткань истории: между нами и Ахматовой всего один современник. Человек, оставивший лучшие воспоминания о поэтессе По крайней мере, так считал Иосиф Бродский. Речь о Михаиле Ардове — писателе, священнике и человеке, через квартиру которого на Большой Ордынке буквально прошла русская культура прошлого века. Здесь бывали Зощенко, Пастернак, Шостакович, Раневская и сам молодой Бродский. Анна Ахматова, приезжая в Москву, обычно останавливалась именно у Ардовых. Позже Михаил напишет несколько книг воспоминаний об этой квартире. 📍 Самое ценное там — бытовые мелочи. Так, Ардов пишет, что однажды увидел, как Ахматова заполняет свои записные книжки: рядом со стихами там соседствовали телефонные номера, адреса и списки гостей. Он заметил, что будущим исследователям будет непросто в этом разобраться. Ахматова подняла голову и серьезно ответила: «это будет называться "Труды и дни"». 📍 Другой эпизод относится к зиме 1965-го, когда Ахматова получила письмо из Оксфорда, где ей собирались присвоить почетную докторскую степень. Университет просил сообщить размеры платья для изготовления мантии.

Когда Ардов заметил, что поэтесса медлит с ответом, она призналась, что хочет «еще немного похудеть».

📍 На Ордынке Ардов стал свидетелем еще одной символической встречи. В конце 1963-го, когда начали преследовать Бродского, Ахматова решила попросить помощи у Шостаковича. Оба заранее волновались: за завтраком поэтесса призналась, что не знает, о чем с ним говорить. А композитор, собираясь на встречу, буквально повторял тоже самое:

«Все это хорошо, но я не знаю, о чем буду говорить с Ахматовой».

Общие темы в итоге нашлись, и Шостакович даже попытался помочь Бродскому, но безуспешно. Поэта вскоре арестовали и судили. ▪️ Михаил Ардов умер 16 июля 2026 года на 89-м году жизни. С его смертью XX век стал еще немного дальше. ⬜️ Больше историй — @orbi_read

Женщина, 40 лет назад сказавшая, что в СССР «секса нет», релоцировалась туда, где он точно есть — в Германию Cейчас Людмиле Ивановой 85 лет, в нулевые вслед за мужем она переехала на ПМЖ в Берлин. В 2016-м Иванова рассказывала журналистам, что изучает немецкий и ходит на гей-парады*. ▪️Запись легендарного телемоста «Ленинград – Бостон» («Женщины говорят с женщинами») состоялась 28 июня 1986 года, но в эфир его выпустили 17 июля. С тех пор слова «У нас секса нет, и мы категорически против этого», стали частью народного фольколора. Что интересно: до сих пор не до конца ясно, была ли коммунистка Иванова из разряда «специально обученных». Сама она утверждала, что попала на эфир по чистой случайности. Иванова работала администратором одной из гостиниц в Ленинграде, входивших в систему «Интурист», и заселяла Владимира Познера. Они разговорились и Познер позвал ее на эфир.  Писали, что Иванова была связана с Комитетом советских женщин, который тогда возглавляла Валентина Терешкова, и относилась к числу «специально подготовленных» участниц. При этом, как вспоминает журналист Евгений Додолев, 

американская сторона контролировала отбор и искала героинь буквально на улицах — хотя и не без помощи советских «гидов».

Впрочем, и случайной фигурой Иванову назвать трудно. Работать в «Интурист» людей с улицы точно не брали. ⬜️ Больше историй — @orbi_read *«Движение ЛГБТ» признано в РФ экстремистской организацией, деятельность запрещена

Человек в ку-клукс-клановской маске на фото — номинант на Нобелевку по литературе. А книга, которую он держит в руках, не про Сталина, а про Максима Горького. Что происходит? На фотографии — Игорь Гузенко, шифровальщик советского посольства в Канаде, который в сентябре 1945 года вынес из здания секретные документы и попросил политубежища. Его история так потрясла Запад, что многие историки именно с нее отсчитывают начало холодной войны. О жизни Гузенко за границей рассказывает литературовед Никита Елисеев:

«Первое потрясение и его, и жены было — холодильник. Они такого чуда техники просто не видели. Потом демонстрации — любые. Антивоенная? Да пожалуйста: ну пройдут 20 человек с лозунгами: «Мы за мир!» — и ладно… Коммунистические? Да сколько угодно. В газетах печатают, что хотят. У Гузенко челюсть упала. А что — так можно было?! Сорвался на одной общепосольской вечеринке. Посольские вовсю принялись ругать эмигрантов — дескать, дураки, предатели Родины. Гузенко: “А мы-то с вами не эмигранты?” Недоуменное молчание. Дешифровщик заговорил, бывает же».

Через несколько дней Гузенко расшифровал сообщение о собственном отзыве в Москву и понял, что выбора у него нет. Дальше начинается анекдот: канадские журналисты сначала не поверили перебежчику, а полиция решила, что перед ними, городской сумасшедший. Тем временем сотрудники советского посольства уже ломились к нему в дом... Позже Гузенко пришлось десятилетиями скрывать внешность. Именно поэтому на публике он всегда появлялся в белом капюшоне. В эмиграции Гузенко неожиданно стал писателем. В январе 1954 года вышел его роман Fall of a Titan («Падение титана») — книга о Максиме Горьком и отношениях писателя с советской властью. Роман получил премию генерал-губернатора Канады, а уже через год Гузенко выдвинули на Нобелевскую премию по литературе — в одном списке с Олдосом Хаксли и Альбером Камю. Сегодня книга именно в том первом издании стала библиографической редкостью. ▪️В 1948 году Голливуд экранизировал историю Гузенко под названием «Железный занавес». А в этом году исполнилось 80 лет Фултонской речи Черчилля, после которой этот термин вошел в обиход. ⬜️ Больше историй — @orbi_read

В соцсетях вспомнили «бензиновую засуху» лета 1991 года. 35 лет назад страна точно так же стояла в очередях за топливом, а через несколько месяцев рухнул СССР Летом и осенью 1991-го в некоторых городах страны люди ждали в очередях за бензином по 10–12 часов. Топливо привозили чуть ли не раз в неделю и продавали с ограничениями: сначала по 30, а затем по 20 литров в одни руки. На этом фоне по всему Союзу расцвел черный рынок бензина. В Северодвинске ситуация дошла до того, что местные автомобилисты написали открытое письмо мэру. И предупредили:

если проблемы не решатся за неделю, они готовы перекрывать дороги и блокировать здание администрации.

«Бензиновая засуха» стала очередным примером, когда советская система провалила ручное регулирование цен. Да, официальная стоимость литра бензина оставалась низкой — около 40 копеек, — но купить его за эти деньги надо еще было постараться. Проводить прямые параллели между 1991 годом и сегодняшним днем, конечно, не стоит — слишком разные обстоятельства и слишком разная экономика. Да и роль топливного кризиса 90-х в распаде Союза явно была не главной. СССР уже за несколько лет до того пережил нефтяной шок 1986 года. Тогда мировые цены на нефть рухнули и страна потеряла значительную часть валютных доходов. При том, что все соки из экономики продолжали высасывать война в Афганистане, братская помощь странам соцлагеря и плановая экономика с артефактами в виде дефицита. Так что многочасовые очереди еще и за бензином стали символом последних месяцев существования СССР — вместе с пустыми полками. И карточками. Фото: tv29

🚀 В пятницу напоминаем подписчикам о самых читаемых постах последних недель! 📍 «Из этого зала вышли девять президентов, а двое не вышли совсем». Историю Съезда народных депутатов СССР — кузницы постсоветских элит — рассказывает историк Василий Жарков* Плана погубить страну не было ни у кого — была лишь ирония истории, «настолько гротескная, что трагедию трудно отличить от фарса». Через считаные месяцы после первого заседания из зала Кремлёвского дворца выйдут президенты девяти новых государств, а двое не выйдут совсем: маршал и человек, знавший слишком много о зарубежных счетах партии. Кто же в итоге выиграл от краха великой страны — романтики перестройки или пережившая катастрофу номенклатура? 📍 «За дверями закрытого клуба». О двух новых книгах про современное русское православие — рассказывает Майя Кучерская Частная жизнь батюшек и монахов давно осталась экзотикой на русском литературном столе: новых Лесковых с «Соборянами» не видать. И вдруг почти одновременно выходят сразу несколько книг о том, что происходит за этими дверями. Сын священника, которому самые стыдные грехи приходится исповедовать собственному отцу, — и девочка, отправившаяся топиться, узнав от бабушки, что однажды умрут все. Майя Кучерская объясняет, почему обе истории заканчиваются совсем не там, где мы ждём. 📍 «Всё временно, всё случайно, всё не обязательно». Почему сегодня Чехов теснит Шекспира — размышляет Елена Скульская Отыграли «Макбета» и «Ричарда III» и вдруг во всех европейских афишах Шекспира потеснил Чехов. Елена Скульская побывала на трех премьерах сезона и запечатлела общий диагноз нашему времени: все временне, случайно и необязательно. Почему именно Чехов сегодня превращает наш глазной хрусталик в магический кристалл и как разделённое с ним отчаяние способно утешить? 📍 «Метафизическое дезертирство». Чего ждать, если человечество променяет Божий дар на «ИИшницу» — мнение Елены Янушевской Нейросеть напишет идеально логичный и структурированный текст. Вопрос в другом: будет ли он интересен читателю, если за ним нет ни одной эмоции, а только удачно подобранный промт? И что тогда остаётся от авторства как гуманистической ценности. * Василий Жарков признан властями РФ «иноагентом» ⬜️ Больше историй — @orbi_read

Метафизическое дезертирство. Чего ждать, если человечество решится променять Божий дар на «ИИшницу» — мнение Елены Янушевской После культурной революции, связанной с изобретением интернета, мир переживает новую революцию, на этот раз она предпослана распространением нейросетей. Шквальный рост безликих текстов, ориентированных на узкопрагматическую информационную функцию, уже захлестнул платформы. Но есть и более глубинная проблема — нейросети остро ставят вопрос о границах их использования в авторском творчестве, о защите авторских прав да и самого авторства как гуманистической ценности.

ИИ может создать идеально логичный и структурированный текст. Но в нем будет отсутствовать человеческое начало. А ведь даже за аутентичным творческим актом — стоит огромный опыт сопереживания «тексту». Поэзия, литература, искусство, кинематограф показывают нам именно это.

Будет ли современному читателю настолько же интересен сгенерированный текст, за которым точно нет никакой эмоции, а лишь всецело рациональный акт генерации от промта, который оказался удачен? Вряд ли. От этого веет метафизическим дезертирством. 📍 Подробнее читайте в статье Елены Янушевской в Urbi et Orbi. 📌  Приобрести сборник Urbi et Orbi можно в интернет-магазине наших партнеров и на OZON. ⬜️ Больше историй — @orbi_read

«Всё временно, всё случайно, всё не обязательно» — почему сегодня Чехов теснит Шекспира, размышляет Елена Скульская Отыграли «Макбета» и «Ричарда III», насытились параллелями — и вдруг во всех европейских афишах Шекспира потеснил Чехов. Поэт, прозаик и эссеист Елена Скульская объехала три премьеры сезона 2026 года — «Три сестры» в Берлине, «Вишнёвый сад» в Афинах, «Дядю Ваню» в Копенгагене — и увидела в них общий диагноз времени: транзитную жизнь, где всё случайно и никому не нужно. В берлинских «Трёх сёстрах» Матеи Колежник дом Прозоровых похож на зал ожидания. Уходит один полк, приходит другой: снова танцы, попойки, мимолётные романы, ничего не обещающие. Соленый признаётся Ирине в любви, одновременно пытаясь её изнасиловать. Ничего удивительного: грубая гарнизонная жизнь вполне допускает подобное. А в Копенгагене дядя Ваня — уже словно и не человек, а старый безвредный пёс: Елена треплет его, укладывает спать у своих ног, и он в песьей благодарности задирает ногу у стены хлева. 📍 Почему сегодня именно Чехов превращает наш глазной хрусталик в магический кристалл и как «отчаяние, разделённое с ним» способно утешить — читайте в эссе Елены Скульской в «Urbi et Orbi». 📌  Приобрести сборник Urbi et Orbi можно в интернет-магазине наших партнеров и на OZON. ⬜️ Больше историй — @orbi_read