Тихая комната

Литература к посту выше: Hermann, J. (2015). Trauma and recovery. Basic Books. Hill, J.S, Lau, M.Y. & Sue, D.W. (2010). Integrating trauma psychology and cultural psychology: Indigenous perspectives on theory, research, and practice. Traumatology, 16(4), 39- 47. Minsky-Kelly, D. & Hornung, B. (2022). Structural Whiteness in Mental Health: Reexamination of the Medical Model Through a Lens of Anti-Racism and De-colonization. International Journal of Social Work Values and Ethics, 19(2), 153-173. Vlessides, M. (2019). Racism should be treated as an adverse childhood experience. Medscape. Williams, M. (2015). The link between racism and PTSD, Psychology Today.

​​▪️Медикализация — это процесс, при котором  состояния здоровья, ранее рассматриваемые как социальные или культурные явления, начинают восприниматься как медицинские проблемы, требующие лечения. Одним из ярких примеров того, как исторические и культурные факторы влияли на медицинскую практику, является расизм в науке и медицине, который долгое время формировал восприятие и лечение людей разных рас. Важным примером этого является фигура Сэмюэля Картрайта — американского врача XIX века. Он считается одним из первых пропагандистов теории о том, что рабство и соответствующие ему условия жизни могут быть обусловлены психическими расстройствами. ▪️В 1851 году  Картрайт опубликовал в научном журнале New Orleans Medical and Surgical Journal статью, в которой предлагал описание и лечение драпетомании. Так он называл и описывал психическое состояние чернокожих рабов, стремящихся к свободе, и их «навязчивые попытки» к бегству. Любого раба, пытавшегося бежать более двух раз, Картрайт предлагал считать «умалишённым». В том же году Картрайт описал и другое психическое расстройство, тоже, по его мнению, присущее только чернокожим рабам:  Dysaethesia Aethiopica. Согласно Картрайту, к симптомам заболевания относятся лень и нежелание выполнять предписанные работы, частичная нечувствительность кожи и «столь сильная слабость интеллектуальных способностей, будто бы человек находится в полусне».  ▪️Картрайт считал, что заболевание сильнее распространено среди свободно живущих чернокожих, нежели среди рабов. На плантации  заболевают лишь те, что живут как свободные в плане диеты, питья и физических упражнений. Из этого Картрайт выводил необходимость для чернокожих быть направляемыми и руководимыми белыми людьми. В качестве «лечения»​​​​​​​ он предлагал физические наказания и принуждение к труду на плантациях. ▪️Оба диагноза являются ненаучными и представляют собой яркие примеры расизма в науке и медицине. Их авторитет использовался для конструирования расовых отличий и оправдания колониализма и рабства как естественных, заложенных самой природой, социально-политических систем. Важно замечать и анализировать то, как глубоко связаны институты науки и медицины с системами угнетения тех обществ, в которых они создавались. ▪️Один из примеров того, как современная диагностика ментальных состояний наследует медикализации — это история диагноза ПТСР и связанных с ним противоречий. Диагноз «посттравматическое стрессовое расстройство» был политизирован с момента его появления в  диагностическом справочнике в 1980-е годы. Считалось, что от ПТСР страдают только ветераны войн. Только после того, как феминистское движение отметило повсеместное распространение домашнего насилия, этот опыт был признан потенциально ведущим к ПТСР. ▪️Критики ПТСР говорят, что диагноз не отражает сложности травматического опыта. Ученые из числа коренных народов отмечают, что западная концептуализация травмы фокусируется на «единичном эпизоде» и игнорирует постоянные стрессовые факторы, такие как «принудительная ассимиляция/аккультурация, текущее угнетение и то, как ежедневные унижения, которым подвергаются цветные люди, актуализируют коллективную память об исторической и продолжающейся несправедливости». Для продвижения более инклюзивных определений травмы исследователь:ницы призывают включить расизм в список неблагоприятного детского опыта (ACEs). Использовать новый скрининг-инструмент, UConn Racial/Ethnic Stress and Trauma Survey, расширяющий возможности, чтобы учитывать расиализацию при оценках ПТСР и других состояний. ▪️Наделение расиализированных людей несуществующими диагнозами и исключение их опыта из параметров диагностики и, как следствие, —​​​​​​​ лишение поддержки —​​​​​​​ это две стороны одной медали. Медицинская и научная система, построенная на том, что опыт белых людей принимается за точку отсчета, неизбежно воспроизводит неравенство. И сегодня  борьба за большую справедливость в диагностике ментальных состояний только начинается.

▪️Наделение расиализированных людей несуществующими диагнозами и исключение их опыта из параметров диагностики и, как следствие, —​​​​​​​ лишение поддержки —​​​​​​​ это две стороны одной медали. Медицинская и научная система, построенная на том, что опыт белых людей принимается за точку отсчета, неизбежно воспроизводит неравенство. И сегодня  борьба за большую справедливость в диагностике ментальных состояний только начинается.

▪️Медикализация — это процесс, при котором  состояния здоровья, ранее рассматриваемые как социальные или культурные явления, начинают восприниматься как медицинские проблемы, требующие лечения. Медикализация может привести к излишнему фокусу на биологической и психологической стороне проблемы, игнорируя социальные и культурные аспекты, которые также влияют на восприятие и лечение ментальных заболеваний. ▪️Одним из ярких примеров того, как исторические и культурные факторы влияли на медицинскую практику, является расизм в науке и медицине, который долгое время формировал восприятие и лечение людей разных рас. Важным примером этого является фигура Сэмюэля Картрайта — американского врача XIX века. Он считается одним из первых пропагандистов теории о том, что рабство и соответствующие ему условия жизни могут быть обусловлены психическими расстройствами. ▪️В 1851 году  Картрайт опубликовал в научном журнале New Orleans Medical and Surgical Journal статью, в которой предлагал описание и лечение драпетомании. Так он называл и описывал психическое состояние чернокожих рабов, стремящихся к свободе, и их «навязчивые попытки» к бегству. Любого раба, пытавшегося бежать более двух раз, Картрайт предлагал считать «умалишённым». В том же году Картрайт описал и другое психическое расстройство, тоже, по его мнению, присущее только чернокожим рабам:  Dysaethesia Aethiopica. Согласно Картрайту, к симптомам заболевания относятся лень и нежелание выполнять предписанные работы, частичная нечувствительность кожи и «столь сильная слабость интеллектуальных способностей, будто бы человек находится в полусне».  ▪️Картрайт считал, что заболевание сильнее распространено среди свободно живущих чернокожих, нежели среди рабов. На плантации  заболевают лишь те, что живут как свободные в плане диеты, питья и физических упражнений. Из этого Картрайт выводил необходимость для чернокожих быть направляемыми и руководимыми белыми людьми. В качестве «лечения»​​​​​​​ он предлагал физические наказания и принуждение к труду на плантациях. ▪️Оба диагноза являются ненаучными и представляют собой яркие примеры расизма в науке и медицине. Их авторитет использовался для конструирования расовых отличий и оправдания колониализма и рабства как естественных, заложенных самой природой, социально-политических систем. Важно замечать и анализировать то, как глубоко связаны институты науки и медицины с системами угнетения тех обществ, в которых они создавались. ▪️Один из примеров того, как современная диагностика ментальных состояний наследует медикализации — это история диагноза ПТСР и связанных с ним противоречий. Диагноз «посттравматическое стрессовое расстройство» был политизирован с момента его появления в  диагностическом справочнике в 1980-е годы. Считалось, что от ПТСР страдают только ветераны войн. Только после того, как феминистское движение отметило повсеместное распространение домашнего насилия, этот опыт был признан потенциально ведущим к ПТСР. ▪️Критики ПТСР говорят, что диагноз не отражает сложности травматического опыта. Ученые из числа коренных народов отмечают, что западная концептуализация травмы фокусируется на «единичном эпизоде» и игнорирует постоянные стрессовые факторы, такие как «принудительная ассимиляция/аккультурация, текущее угнетение и то, как ежедневные унижения, которым подвергаются цветные люди, актуализируют коллективную память об исторической и продолжающейся несправедливости». ▪️Для продвижения более инклюзивных определений травмы исследователь:ницы призывают включить расизм в список неблагоприятного детского опыта (ACEs). Использовать новый скрининг-инструмент, UConn Racial/Ethnic Stress and Trauma Survey, расширяющий возможности, чтобы учитывать расиализацию при оценках ПТСР и других состояний.

▪️Наделение расиализированных людей несуществующими диагнозами и исключение их опыта из параметров диагностики и, как следствие, —​​​​​​​ лишение поддержки —​​​​​​​ это две стороны одной медали. Медицинская и научная система, построенная на том, что опыт белых людей принимается за точку отсчета, неизбежно воспроизводит неравенство. И сегодня  борьба за большую справедливость в диагностике ментальных состояний только начинается.

▪️Медикализация — это процесс, при котором  состояния здоровья, ранее рассматриваемые как социальные или культурные явления, начинают восприниматься как медицинские проблемы, требующие лечения. Медикализация может привести к излишнему фокусу на биологической и психологической стороне проблемы, игнорируя социальные и культурные аспекты, которые также влияют на восприятие и лечение ментальных заболеваний.  ▪️Одним из ярких примеров того, как исторические и культурные факторы влияли на медицинскую практику, является расизм в науке и медицине, который долгое время формировал восприятие и лечение людей разных рас. Важным примером этого является фигура Сэмюэля Картрайта — американского врача XIX века, который считается одним из первых пропагандистов теории о том, что рабство и соответствующие ему условия жизни могут быть обусловлены психическими расстройствами. ▪️В 1851 году  Картрайт опубликовал в научном журнале New Orleans Medical and Surgical Journal статью, в которой предлагал описание и лечение драпетомании. Так он называл и описывал психическое состояние чернокожих рабов, стремящихся к свободе, и их «навязчивые попытки» к бегству. Любого раба, пытавшегося бежать более двух раз, Картрайт предлагал считать «умалишённым». ▪️В том же году Картрайт описал и другое психическое расстройство, тоже, по его мнению, присущее только чернокожим рабам:  Dysaethesia Aethiopica. Согласно Картрайту, к основным симптомам заболевания относятся лень и нежелание выполнять предписанные работы, частичная нечувствительность кожи и «столь сильная слабость интеллектуальных способностей, будто бы человек находится в полусне».  ▪️Картрайт считал, что заболевание сильнее распространено среди свободно живущих чернокожих, нежели среди рабов. На плантации  заболевают лишь те, что живут как свободные в плане диеты, питья и физических упражнений. Из этого Картрайт выводил необходимость для чернокожих быть направляемыми и руководимыми белыми людьми. В качестве «лечения»​​​​​​​ он предлагал физические наказания и принуждение к труду на плантациях. ▪️Оба диагноза являются ненаучными и представляют собой яркие примеры расизма в науке и медицине. Их авторитет использовался для конструирования расовых отличий и оправдания колониализма и рабства как естественных, заложенных самой природой, социально-политических систем. Важно замечать и анализировать то, как глубоко связаны институты науки и медицины с системами угнетения тех обществ, в которых они создавались. ▪️Один из примеров того, как современная диагностика ментальных состояний наследует медикализации — это история диагноза ПТСР и связанных с ним противоречий. Диагноз «посттравматическое стрессовое расстройство» был политизирован с момента его появления в  диагностическом справочнике в 1980-е годы. Считалось, что от ПТСР страдают только ветераны войн. Только после того, как феминистское движение отметило повсеместное распространение домашнего насилия, этот опыт был признан потенциально ведущим к ПТСР. ▪️Критики ПТСР говорят, что диагноз не отражает сложности травматического опыта. Ученые из числа коренных народов отмечают, что западная концептуализация травмы фокусируется на «единичном эпизоде» и игнорирует постоянные стрессовые факторы, такие как «принудительная ассимиляция/аккультурация, текущее угнетение и то, как ежедневные унижения, которым подвергаются цветные люди, актуализируют коллективную память об исторической и продолжающейся несправедливости». ▪️Для продвижения более инклюзивных определений травмы исследователь:ницы призывают включить расизм в список неблагоприятного детского опыта (ACEs). Использовать новый скрининг-инструмент, UConn Racial/Ethnic Stress and Trauma Survey, расширяющий возможности, чтобы учитывать расиализацию при оценках ПТСР и других состояний.

▪️Наделение расиализированных людей несуществующими диагнозами и исключение их опыта из параметров диагностики и, как следствие, —​​​​​​​ лишение поддержки —​​​​​​​ это две стороны одной медали. Медицинская и научная система, построенная на том, что опыт белых людей принимается за точку отсчета, неизбежно воспроизводит неравенство. И сегодня  борьба за большую справедливость в диагностике ментальных состояний только начинается.

▪️Медикализация — это процесс, при котором  состояния здоровья, ранее рассматриваемые как социальные или культурные явления, начинают восприниматься как медицинские проблемы, требующие лечения. Это касается и ментальных состояний, таких как депрессия, тревожность, ПТСР и другие расстройства. Медикализация может привести к излишнему фокусу на биологической и психологической стороне проблемы, игнорируя социальные и культурные аспекты, которые также влияют на восприятие и лечение ментальных заболеваний. Это поднимает важный вопрос о необходимости учитывать контекст, в котором человек сталкивается с трудностями, чтобы понимать и работать с ментальными расстройствами более эффективно. ▪️Одним из ярких примеров того, как исторические и культурные факторы влияли на медицинскую практику, является расизм в науке и медицине, который долгое время формировал восприятие и лечение людей разных рас. Важным примером этого является фигура Сэмюэля Картрайта — американского врача XIX века, который считается одним из первых пропагандистов теории о том, что рабство и соответствующие ему условия жизни могут быть обусловлены психическими расстройствами. В 1851 году  Картрайт опубликовал в научном журнале New Orleans Medical and Surgical Journal статью, в которой предлагал описание и лечение драпетомании. Так он называл и описывал психическое состояние чернокожих рабов, стремящихся к свободе, и их «навязчивые попытки» к бегству. Любого раба, пытавшегося бежать более двух раз, Картрайт предлагал считать «умалишённым». В том же году Картрайт описал и другое психическое расстройство, тоже, по его мнению, присущее только чернокожим рабам:  Dysaethesia Aethiopica. Согласно Картрайту, к основным симптомам заболевания относятся лень и нежелание выполнять предписанные работы, частичная нечувствительность кожи и «столь сильная слабость интеллектуальных способностей, будто бы человек находится в полусне».  ▪️Картрайт считал, что заболевание сильнее распространено среди свободно живущих чернокожих, нежели среди рабов. На плантации  заболевают лишь те, что живут как свободные в плане диеты, питья и физических упражнений. Из этого Картрайт выводил необходимость для чернокожих быть направляемыми и руководимыми белыми людьми. В качестве «лечения»​​​​​​​ он предлагал физические наказания и принуждение к труду на плантациях. ▪️Оба диагноза являются ненаучными и представляют собой яркие примеры расизма в науке и медицине. Их авторитет использовался для конструирования расовых отличий и оправдания колониализма и рабства как естественных, заложенных самой природой, социально-политических систем. Важно замечать и анализировать то, как глубоко связаны институты науки и медицины с системами угнетения тех обществ, в которых они создавались. ▪️Один из примеров того, как современная диагностика ментальных состояний наследует медикализации — это история диагноза ПТСР и связанных с ним противоречий. Диагноз «посттравматическое стрессовое расстройство» был политизирован с момента его появления в  диагностическом справочнике в 1980-е годы. Считалось, что от ПТСР страдают только ветераны войн. Только после того, как феминистское движение отметило повсеместное распространение домашнего насилия, этот опыт был признан потенциально ведущим к ПТСР. ▪️Критики ПТСР говорят, что диагноз не отражает сложности травматического опыта. Ученые из числа коренных народов отмечают, что западная концептуализация травмы фокусируется на «единичном эпизоде» и игнорирует постоянные стрессовые факторы, такие как «принудительная ассимиляция/аккультурация, текущее угнетение и то, как ежедневные унижения, которым подвергаются цветные люди, актуализируют коллективную память об исторической и продолжающейся несправедливости». ▪️Для продвижения более инклюзивных определений травмы исследователь:ницы призывают включить расизм в список неблагоприятного детского опыта (ACEs). Использовать новый скрининг-инструмент, UConn Racial/Ethnic Stress and Trauma Survey, расширяющий возможности, чтобы учитывать расиализацию при оценках ПТСР и других состояний.

▪️Для продвижения более инклюзивных определений травмы исследователь:ницы призывают включить расизм в список неблагоприятного детского опыта (ACEs). Использовать новый скрининг-инструмент, UConn Racial/Ethnic Stress and Trauma Survey, расширяющий возможности, чтобы учитывать расиализацию при оценках ПТСР и других состояний. ▪️Наделение расиализированных людей несуществующими диагнозами и исключение их опыта из параметров диагностики и, как следствие, —​​​​​​​ лишение поддержки —​​​​​​​ это две стороны одной медали. Медицинская и научная система, построенная на том, что опыт белых людей принимается за точку отсчета, неизбежно воспроизводит неравенство. И сегодня  борьба за большую справедливость в диагностике ментальных состояний только начинается. Источники: Hermann, J. (2015). Trauma and recovery. Basic Books. Hill, J.S, Lau, M.Y. & Sue, D.W. (2010). Integrating trauma psychology and cultural psychology: Indigenous perspectives on theory, research, and practice. Traumatology, 16(4), 39- 47. Minsky-Kelly, D. & Hornung, B. (2022). Structural Whiteness in Mental Health: Reexamination of the Medical Model Through a Lens of Anti-Racism and De-colonization. International Journal of Social Work Values and Ethics, 19(2), 153-173. ​​​​​​​ Vlessides, M. (2019). Racism should be treated as an adverse childhood experience. Medscape. Williams, M. (2015). The link between racism and PTSD, Psychology Today.

Понимание истоков медикализации ментальных состояний помогает нам не только видеть природу психических состояний, но и критически осмыслить, как исторические и культурные контексты влияли на их восприятие в обществе. ▪️Медикализация — это процесс, при котором  состояния здоровья, ранее рассматриваемые как социальные или культурные явления, начинают восприниматься как медицинские проблемы, требующие лечения. Это касается и ментальных состояний, таких как депрессия, тревожность, ПТСР и другие расстройства. Медикализация может привести к излишнему фокусу на биологической и психологической стороне проблемы, игнорируя социальные и культурные аспекты, которые также влияют на восприятие и лечение ментальных заболеваний. Это поднимает важный вопрос о необходимости учитывать контекст, в котором человек сталкивается с трудностями, чтобы понимать и работать с ментальными расстройствами более эффективно. ▪️Одним из ярких примеров того, как исторические и культурные факторы влияли на медицинскую практику, является расизм в науке и медицине, который долгое время формировал восприятие и лечение людей разных рас. Важным примером этого является фигура Сэмюэля Картрайта — американского врача XIX века, который считается одним из первых пропагандистов теории о том, что рабство и соответствующие ему условия жизни могут быть обусловлены психическими расстройствами. В 1851 году  Картрайт опубликовал в научном журнале New Orleans Medical and Surgical Journal статью, в которой предлагал описание и лечение драпетомании. Так он называл и описывал психическое состояние чернокожих рабов, стремящихся к свободе, и их «навязчивые попытки» к бегству. Любого раба, пытавшегося бежать более двух раз, Картрайт предлагал считать «умалишённым». В том же году Картрайт описал и другое психическое расстройство, тоже, по его мнению, присущее только чернокожим рабам:  Dysaethesia Aethiopica. Согласно Картрайту, к основным симптомам заболевания относятся лень и нежелание выполнять предписанные работы, частичная нечувствительность кожи и «столь сильная слабость интеллектуальных способностей, будто бы человек находится в полусне».  ▪️Картрайт считал, что заболевание сильнее распространено среди свободно живущих чернокожих, нежели среди рабов. На плантации  заболевают лишь те, что живут как свободные в плане диеты, питья и физических упражнений. Из этого Картрайт выводил необходимость для чернокожих быть направляемыми и руководимыми белыми людьми. В качестве «лечения»​​​​​​​ он предлагал физические наказания и принуждение к труду на плантациях. ▪️Оба диагноза являются ненаучными и представляют собой яркие примеры расизма в науке и медицине. Их авторитет использовался для конструирования расовых отличий и оправдания колониализма и рабства как естественных, заложенных самой природой, социально-политических систем. Важно замечать и анализировать то, как глубоко связаны институты науки и медицины с системами угнетения тех обществ, в которых они создавались. ▪️Один из примеров того, как современная диагностика ментальных состояний наследует медикализации — это история диагноза ПТСР и связанных с ним противоречий. Диагноз «посттравматическое стрессовое расстройство» был политизирован с момента его появления в  диагностическом справочнике в 1980-е годы. Считалось, что от ПТСР страдают только ветераны войн. Только после того, как феминистское движение отметило повсеместное распространение домашнего насилия, этот опыт был признан потенциально ведущим к ПТСР. ▪️Критики ПТСР говорят, что диагноз не отражает сложности травматического опыта. Ученые из числа коренных народов отмечают, что западная концептуализация травмы фокусируется на «единичном эпизоде» и игнорирует постоянные стрессовые факторы, такие как «принудительная ассимиляция/аккультурация, текущее угнетение и то, как ежедневные унижения, которым подвергаются цветные люди, актуализируют коллективную память об исторической и продолжающейся несправедливости».

Домашняя линия фронта Третий год продолжается полномасштабное вторжение российских войск в Украину. И хотя некоторым участникам боевых действий удается вернуться домой, они попадают совершенно в другую реальность. Война не может не оставить след на психике человека, даже если руки и ноги остались целы. Посттравматическое стрессовое расстройство, полученное на фронте, — незаметное, но крайне разрушительное последствие военных действий. Вернувшиеся с войны приносят с собой психические травмы, которые меняют не только их собственные жизни, но также влияют на их семьи, близких и общество в целом. Они оказываются в среде, где страх и насилие становятся повседневной реальностью. На этом фоне одной из ключевых социальных проблем становится посттравматическое расстройство ветеранов. Однако, несмотря на серьезность этой угрозы, российские власти практически не уделяют ей внимания. В каком состоянии российские солдаты возвращаются с войны в Украине? Как их боевой опыт и психические травмы влияют на семьи? Как государство игнорирует проблему агрессии и насилия вернувшихся с войны? Феминистка и антивоенная активистка Юлия Найтингейл рассказывает о ПТСР. Читать без VPN Read in English

«Тихая комната» существует уже больше года, и мы хотим рассказать о проекте подробнее, заодно подводя итоги работы и осмысляя ее. Мы подготовили большой текст на платформе syg.ma, и приглашаем вас через него узнать нас ближе. Первая часть текста — наши персональные высказывания, вторая — коллективная речь. Идея в том, чтобы представить наши голоса: в начале звучащие на разные лады, а затем — в унисон.  Мы выбрали этот подход, потому что именно такой логике обычно следуют наши внутренние процессы: челночное движение от множества к единству. Мы одинаково ценим наши различия и идею солидарности с теми, кто хочет помогать.

Проект бесплатной психологической поддержки активист_ок, волонтер_ок, правозащитни_ц, сотрудни_ц НКО, журналист_ок и преподаватель_ниц «Тихая комната» рассказал о себе в тексте на syg.ma. Текст состоит из самостоятельных высказываний работн:иц проекта и коллективной речи: о политической ангажированности психологии, об угрозах идеологизации психологической помощи в РФ, о сопротивлении угнетению и необходимости взаимной поддержки. Высказывание одной из участниц проекта:

Для меня как для представительницы «Тихой комнаты» со стороны практики, наша инициатива — это в первую очередь эксперимент в области бесплатной клиники. Терапия, которая может быть доступна не только тем, у кого есть средства и кто находится в привилегированном финансовом положении, но и тем, кто этими средствами не располагает, но при этом чувствует себя готовым к разговору с пси-специалист: кой — мы хотим предоставить такую возможность и делаем это своими силами. Наши заявители — это широкое и разрозненное сообщество антивоенных активист: ок, которое находится в крайне уязвимом положении как с точки зрения средств, так и с точки зрения безопасности. Это люди, обнаружившие себя в прямой конфронтации с привычной для них повседневностью, зачастую утратившие банальные точки опоры и все те привилегии, которые дает укорененность в определенном социальном порядке — именно в этой ситуации турбулентности часто требуется чуткое психологическое сопровождение, которое позволит каждому быть услышанным. Кроме того, свою задачу я вижу в том, чтобы противостоять репрессиям в адрес психологической практики, риск которых со стороны государства неуклонно растет. Потенциальный идеологический контроль, который могут внедрить в деятельность психологов на территории РФ, обяжет практикующих специалистов к тому, чтобы проверять тех, с кем они работают, на «идеологическую вменяемость» и уводить в сторону от «революционных настроений». Разве это не настоящая катастрофа, за которой стоит уничтожение всего уникального и формирование идеологически верного «типажа», в жертву которому приносится работа психолога и самого субъекта, обращающегося за помощью? В противовес этим тенденциям мы хотим создать свободное пространство, в котором будет место для уникальности каждого.

#sygma_ru #psychology #politics https://syg.ma/@tikhaya-komnata/tihaya-komnata-govorit-o-sebe syg.ma — открытая платформа, где все могут что-либо опубликовать. Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автор:ок. Мы работаем через VPN или через браузер Ceno. Поддержите нас через Patreon и подпишитесь на наш телеграм.

Читайте наш большой текст на syg.ma!

✨ Новый сезон практик осознанности в Открытом пространстве Люди с незапамятных времен рассказывают друг другу истории. Почему? Слова очень важны для нас, для нашей человеческой сути. В этом сезоне практик осознанности в Открытом пространстве мы научимся прислушиваться ко внутренним нарративам, изучим роли и сценарии, которые хранятся у нас в голове, и через словесные практики научимся влиять на свое состояние. Приготовьте дневник и теплый плед, заварите себе ароматный чай и усаживайтесь поудобнее... Впереди сезон «Осознанных сказок»! Онлайн-встречи будут проходить по вторникам с 19 ноября но 17 декабря, в 20:00 по московскому времени. Для участия нужно заполнить анкету. Ждем вас в нашем предновогоднем сезоне!

​​▫️Антипсихиатрическое движение возникло в 1960-е годы как альтернативный проект помощи для людей с психическими заболеваниями. Движение стало ответом на репрессивный характер психиатрической системы середины ХХ века. Пациенты содержались в условиях, близким к тюремным, со строгим режимом дня. Методы лечения строились на биологизаторским подходе. Врачи стремились «починить» сломанный мозг, не придавая значения личности пациент:ок и условиям их содержания. 🔹Идеолог антипсихиатрии, Рональд Д. Лэйнг подчеркивал, что «психически больной» — это имя, которое мы даем другому при нарушении коммуникации. ▫️Антипсихиатрия утверждает, что отношения человека и общества носят двойственный характер. Лэйнг считал: болен не человек, а само общество, которое подавляет и ломает «не таких». В то время как страдающим нужно не грубое физическое лечение, а понимание и уважение их инаковости.  Лэйнг лично наблюдал как общество обходится с другими, когда работал в в женском отделении психиатрии Гартнавельской королевской больницы в Глазго. Многие из пациенток прошли через электрошок и «инсулиновую терапию», некоторые — через лоботомию. Целыми днями пациентки сидели в общей комнате, не разговаривая и ничем не занимаясь. Медсестер не хватало, и они были измучены. ▫️В порядке эксперимента Лэйнг предложил выделить двум медсестрам и 11 пациенткам с диагнозом «шизофрения» собственную общую комнату. В ней были граммофон, принадлежности для вязания и шитья, карандаши и бумага, журналы. При этом расписания и обязательных занятий не было. Уже на второй день между сестрами и подопечными стали складываться доверительные отношения. Через несколько месяцев пациентки носили собственную одежду вместо больничных халатов, делали укладку, готовили чай и пекли сладости.

«Я не верю, что существует состояние под названием „шизофрения“, — писал Лэйнг. — Это скорее социальное и политическое клеймо. Индульгенция, позволяющая подчинить человека, признать его неполноценным человеческим существом». 

▫️Лэйнг  и его единомышленники пытались преодолеть социальное отчуждение лиц с психическими заболеваниями. Одним из соратников Лэйнга был Дэвид Купер, лидер антипсихиатрического движения, родившийся в ЮАР и работавший в Великобритании и Франции. В 1962 году Дэвид Купер создал в больнице Лондона терапевтическую коммуну «Вилла 21».  ▫️Пациентами Купера стали молодые люди с диагнозом «шизофрения» или «расстройство личности» и сравнительно небольшим сроком госпитализации. Целью Купера было опровергнуть несколько принятых тогда положений: трудотерапия для социализации пациентов, нормированный распорядок дня и контроль над больными. ▫️«Вилла 21» стала предшественником ключевого социального проекта Лэйнга — коммуны Кингсли-холл, многие её обитатели перешли туда. В арендованном особняке Кингсли-холл в Лондоне, где базировалась коммуна, одновременно могли проживать 14 пациентов. Кингсли-холл стал убежищем не только для пациентов, но и для психиатров, не разделяющих идеи официальной медицины. Лицам с шизофренией здесь можно было проходить психоз, без подавления препаратами и шоковой терапией, но при дружеской поддержке и опеке всей общины. При этом опытные подопечные часто становились «проводниками» для новичков. ▫️Антипсихиатрические коммуны строились на уважительной форме отношений между «я» и другими: на контакте между внутренним миром человека и окружающим его миром других людей, на отношении к человеку с психическим расстройством как личности. Коммуны упраздняли роли врача и пациента, стремясь создать миниобщество равных. ▫️Организованные Лэйнгом и Купером терапевтические общины стали яркими примерами утопических проектов. Отдельные элементы антипсихиатрической теории и практики стали успешно использоваться в психиатрии и постепенно врастать в неё в последующие десятилетия: 1970-е и 1980-е годы. Исследования экзистенциального статуса душевного заболевания повлекли за собой нарастающее внимание к личности пациента и смягчение методов психиатрии.

​​▫️Современные исследования и практики профилактики самоубийств имеют тенденцию приватизировать боль и индивидуализировать самоубийство, сосредоточившись на таких факторах риска, как краткосрочные кризисы, семейный анамнез самоубийств, расстройства психического здоровья и употребление психоактивных веществ. Это способствует распространению стигмы и дискриминации и снижает вероятность того, что люди обратятся за помощью, даже если они могут себе это позволить экономически. 🔹Можно выделить две модели понимания причин суицидальных мыслей и поведения: клинико-медицинская и модель социальной справедливости.  ▫️Клинико-психиатрическая структура работает на индивидуальном уровне и включает в себя психотерапию и медикаментозное лечение. Однако существуют ограничения, поскольку специалисты помогают тем, кто может позволить себе  медицинскую помощь. Кроме того, клинико-психиатрическая структура не учитывает наличие социальных связей, специфики сообществ, коллективную травму, политический контекст. ▫️Известно, что представитель:ницы маргинализованных групп чаще других совершают самоубийство. Так, в США и Канаде коренные народы находятся в группе риска, сталкиваясь с такми факторами как дискриминация; ограниченный доступ к услугам по охране психического здоровья, соответствующим культурным особенностям; историческая травма. Это приводит к неадекватной помощи уязвимым группам населения. Например, протоколы профилактики самоубийств, созданные в сообществах с белым большинством, не применимы к небелым людям. ▫️Люди с психическими расстройствами, связанными с употреблением  веществ; находящиеся в тюрьмах; а также представители квир-сообщества не получают поддержку в области психического здоровья из-за институциональной дискриминации. Представители сообщества ЛГБТК также подвержены риску самоубийства из-за стресса меньшинства: давления, с которым они ежедневно сталкиваются из-за своей сексуальной ориентации и гендерной идентичности.  🔹Неравные экономические условия  усугубляют факторы риска. Бедность влияет на здоровье и чувство безопасности. Не каждый может купить еду, снять жилье и сходить к врачу. Мигрантский статус или статус беженца, в большинстве случаев означающий также поражение в правах и отсутствие доступа к базовым потребностям, увеличивают риск самоубийств. 🔸Концепция социальной справедливости состоит из трех основных пунктов: признание неравенства и угнетения, предположение о вовлеченности и ответственное решение проблем. Идея движения за социальную справедливость предлагает не только признать неравенство, но и увидеть, что многие в системе участвуют в поддержании общественного статус-кво, пусть и непреднамеренно. Люди, которые извлекают выгоду из текущих общественных установок, экономических условий и госполитики, часто не видят, как они защищены обществом, так же как они не понимают, как это вредит другим.  ▫️Медиа могут увеличить риски через сенсационализацию, романтизацию и/или нормализацию самоубийства. Но могут быть мощным инструментом, который информирует о том, как и где искать помощь, освещает способы борьбы со стрессом. Повышая осведомленность о том, как социальная несправедливость может усугубить суицидальные мысли, можно помочь людям из группы риска осознать, что они не одиноки. ▫️Осознанное действие — третий пункт концепции. Действовать для смягчения негативных последствий несправедливости; содействовать социальному, политическому и экономическому равенству, чувству коллективной и общественной ответственности. 🔸При отсутствии поддержки государства повышается роль сообществ: этнических, профессиональных, культурных. А чтобы сообщество было устойчивым, внутри должна быть развита взаимоподдержка, в том числе финансовая, открытое обсуждение и дестигматизация суицидального поведения и сложных ментальных состояний.

▫️В прошлом месяце, 10 сентября, отмечался День профилактики самоубийств. Один из его слоганов — «​​​​​​​нам нужно создать мир, который стоит того, чтобы в нем жить»​​​​​​​. Он обращает внимание на то, что самоубийства не столько и не только являются личным решением человека, сколько — ответом на социальные факторы, которые находятся вне непосредственного контроля человека. ▫️Современные исследования и практики профилактики самоубийств имеют тенденцию приватизировать боль и индивидуализировать самоубийство, сосредоточившись на таких факторах риска, как краткосрочные кризисы, семейный анамнез самоубийств, расстройства психического здоровья и употребление психоактивных веществ. Это способствует распространению стигмы и дискриминации и снижает вероятность того, что люди обратятся за помощью, даже если они могут себе это позволить экономически. 🔹Можно выделить две модели понимания причин суицидальных мыслей и поведения: клинико-медицинская и модель социальной справедливости.  ▫️Клинико-психиатрическая структура работает на индивидуальном уровне и включает в себя психотерапию и медикаментозное лечение. Однако существуют ограничения, поскольку специалисты помогают тем, кто может позволить себе  медицинскую помощь. Кроме того, клинико-психиатрическая структура не учитывает наличие социальных связей, специфики сообществ, коллективную травму, политический контекст. ▫️Известно, что представитель:ницы маргинализованных групп чаще других совершают самоубийство. Так, в США и Канаде коренные народы находятся в группе риска, сталкиваясь с такми факторами как дискриминация; ограниченный доступ к услугам по охране психического здоровья, соответствующим культурным особенностям; историческая травма.  Это приводит к неадекватной помощи уязвимым группам населения. Например, протоколы профилактики самоубийств, созданные в сообществах с белым большинством, не применимы к небелым людям. ▫️Люди с психическими расстройствами, связанными с употреблением  веществ; находящиеся в тюрьмах; а также представители квир-сообщества не получают поддержку в области психического здоровья из-за институциональной дискриминации. Представители сообщества ЛГБТК также подвержены риску самоубийства из-за стресса меньшинства, который возникает из-за давления, с которым они ежедневно сталкиваются из-за своей сексуальной ориентации и гендерной идентичности.  🔹Неравные экономические условия  усугубляют факторы риска. Бедность влияет на здоровье и чувство безопасности. Не каждый может купить еду, снять жилье и сходить к врачу. Мигрантский статус или статус беженца, в большинстве случаев означающий также поражение в правах и отсутствие доступа к базовым потребностям, увеличивают риск самоубийств. 🔸Концепция социальной справедливости состоит из трех основных пунктов: признание неравенства и угнетения, предположение о вовлеченности и ответственное решение проблем. ▫️Идея движения за социальную справедливость предлагает не только признать неравенство, но и увидеть, что многие в системе участвуют в поддержании общественного статус-кво, пусть и непреднамеренно. Люди, которые извлекают выгоду из текущих общественных установок, экономических условий и госполитики, часто не видят, как они защищены обществом, так же как они не понимают, как это вредит другим.  ▫️Медиа могут увеличить риски через сенсационализацию (представление информации таким образом, чтобы вызвать сильные эмоции или шок), романтизацию и/или нормализацию самоубийства. Но могут быть мощным инструментом, который информирует о том, как и где искать помощь, освещает способы борьбы со стрессом. Повышая осведомленность о том, как социальная несправедливость может усугубить суицидальные мысли, можно помочь людям из группы риска осознать, что они не одиноки. ▫️Осознанное действие — третий пункт концепции. Действовать для смягчения негативных последствий несправедливости; содействовать социальному, политическому и экономическому равенству, чувству коллективной и общественной ответственности.

В прошлом месяце, 10 сентября, отмечался День профилактики самоубийств. Один из его слоганов — «​​​​​​​нам нужно создать мир, который стоит того, чтобы в нем жить»​​​​​​​. Он обращает внимание на то, что самоубийства не столько и не только являются личным решением человека, сколько — ответом на социальные факторы, которые находятся вне непосредственного контроля человека.

Встреча со смертью — сложный опыт, и все переживают его по-своему. Чтобы продолжить говорить об этом опыте и его проживании, мы приглашаем вас на вторую терапевтическую беседу, которую проведет крис покрытан (они/их) — нарративные практик, квир-психологикс и доула смерти. Какие вопросы к смерти и о ней могут обогатить нашу общую практику? С помощью каких инструментов каждая, каждый и каждые из нас сумеют обрести больше устойчивости в личном контакте со смертью? Предлагаем ответить на эти вопросы всем вместе. Когда: 23 октября, с 19:00 до 21:00 по мск Где: онлайн, Zoom Для участия нужно зарегистрироваться.