Ближе некуда

Квиз "Угадай страну по фото". Годы, думаю, понятны.

Вообще, считается, что ваххабитские ученые негативно относятся к музыке, поскольку та отвлекает верующих от благочестивых дум и дел. Но, например, тем же вечером нам удалось послушать небольшой концерт в музее в Даръие - месте, где некогда зародился Недждийский эмират, или Первое саудовское государство. Концерт в Даръие, правда, был инструментальный. И традиционная недждийская музыка, вообще, весьма минималистична. Но иногда включает в себя элементы пения. Вот, например, народный стиль самри (سامري), распространенный в том числе в Центральной Аравии. По-моему, вообще ни разу не сдержанная музыка. Не видеть бы надпись, можно было подумать, что в кадре такие типичные жизнелюбивые африканские суфии. В общем, это была весьма приятная встреча в Национальной библиотеке. Ну, а больше всего там меня поразило обилие книг... как думаете, по какой тематике?

Одной из целей моей поездки в Саудовскую Аравию было посещение главной библиотеки Королевства. Как и многие другие объекты, символизирующие модернизацию государства, она носит имя короля Фахда - "отца саудовской конституции". В библиотеку можно было пройти просто так - без регистрации и билета. А вот фотографировать не разрешили. Однако я не могла сдержаться и совершила небольшое беззаконие в музейном зале при библиотеке. Дело в том, что там я впервые за свою поездку увидела в качестве экспонатов традиционные музыкальные инструменты. Экспозиция отражала основные элементы саудовской культуры. И музыке в ней нашлось место!

Автор канала задумывал пост об истории психиатрических лечебниц в арабском мире. Но информация об этом довольно скупа, а времени под конец года мал мала меньше. Так что копнем поглубже, пожалуй, в один из следующих ретроградных меркуриев. А может, кто-то из молодых исследователей пойдет на опережение и первый исследует тему. Зато вспомнилось, что у этой арабской фразы, оказывается, есть хороший русский эквивалент: "Да по тебе Кащенко плачет!" Кстати, с образом старейшей психиатрической больницы в арабском мире связан еще один яркий фразеологизм: "В Сиди-Фарадж пусто, а на улице густо". То есть, психлечебница закрыта, все бесы психи здесь. Как думаете, есть ли в русском языке подходящий эквивалент для этой фразы? У меня есть один вариант. Напишу его позже.

(продолжение) Хотя баланс между экспортом и импортом кофе в ОАЭ в последнее время все больше в пользу последнего (некоторые объясняют это ростом числа экспатов), в 2022 г. это маленькое федеративное княжество заняло 17-е место в списке крупнейших мировых экспортеров кофе и чая. Приготовление кофе по-эмиратски похоже на то, как варят напиток в Саудии, но считается, что в "кахва имарати" добавляют больше кардамона. Кроме того, за счет особой обжарки кофе приобретает отличный от саудовского вкус. Кофе здесь пьют, кстати, относительно недавно - всего-то около пяти столетий. До распространения этого напитка арабы Аравии пили молоко животных - коз, овец, верблюдов. Во время Второй мировой войны импорт кофе в ОАЭ прекратился, и сырья стало не хватать. А между тем, кофе - это не только повседневный, но и важный ритуальный напиток, без которого не обходятся ни одни важные переговоры, не говоря уже о праздниках жизненного цикла. И тогда местные придумали альтернативный кофейному напиток из молотых финиковых косточек. У него более сладкий вкус, но нет бодрящего эффекта. Подобно цикорию на постсоветском пространстве, который у нас тоже был продуктом эпохи дефицита, "финиковый кофе" продается в арабских странах теперь как "здоровая альтернатива кофе".

В продолжение кофейной темы Сегодня поговорим об эмиратском кофе. В отличие от Саудии, у Эмиратов нет своих кофейных плантаций. Сырье полностью импортируют - в основном из стран Центральной и Южной Америки. Зато в ОАЭ расположены крупнейшие в регионе центры по обработке, хранению и обжарке кофе. Благодаря развитию этой индустрии федеративное княжество смогло успешно брендировать полностью импортный продукт. Сегодня кофе является одним из национальных символов ОАЭ. Не случайно изображение кофейного чайника (далля) украшает самую ходовую монету в государстве - один дирхам.

Зато соседний Бахрейн в очередной раз оправдывает свой статус крупнейшего саудовского дьюти-фри и спокойно покупает "красное золото" в Иране. Вот, например, магазин шафрана и иранских продуктов в Манаме.

Саудовский кофе Чаще всего кофе там варят из зеленых зерен сорта хауляни (الخولاني). Хаулян, или хавлан - название племени, которое живет на севере Йемена и в Саудии - в южной провинции Джазан. Условия для выращивания кофе здесь весьма благоприятные: в гористой местности выпадает достаточное количество осадков, почва обогащена минералами и быстро перерабатывает в том числе упавшие с кофейных деревьев листья в естественное для себя удобрение. В горах кофейные зерна вызревают медленно, что позволяет сделать их вкус более насыщенным и сложным. Не случайно хауляни считается лучшим сортом саудовского кофе. Чтобы приготовить согревающий и бодрящий напиток, зерна размалывают, кладут в специальный чайник с узким носиком и горлом (دَلَّة), заливают холодной водой и медленно греют в течение 10-15 минут. Когда напиток готов, добавляют специи. В Неджде это чаще всего кардамон и шафран. Виды добавок и цвет кофе отличаются в разных провинциях. В Даммаме, например, нам подавали кофе с добавлением гвоздики. А чем южнее регион, тем темнее кофейные зерна, из которых там готовят традиционный напиток. В Йемене также популярен напиток из кофейной шелухи. Я пробовала. Специфический 🤓 Кстати, не секрет, что самым главным производителем и крупнейшим экспортером шафрана (его еще называют "красное золото") в мире является Иран. Но Саудовская Аравия у Исламской республики принципиально шафран не покупает, и импорт до сих пор идет в основном из ОАЭ. А совсем недавно саудовские власти объявили о том, что сами собираются выращивать шафран в промышленных масштабах в своих центральных провинциях. Вот такая вот политика продовольственной безопасности.

Пока я продолжаю отчаянно бороться за возвращение своего основного рабочего инструмента - голоса - и вынужденно воздерживаюсь от кофе, расскажу о том, как готовят этот напиток в Неджде.

В Национальном музее Бахрейна совершенно потрясающий этнографический зал, где есть, пожалуй, всё, хотя и по чуть-чуть. Я ничего не успевала читать, но зато всё сфотографировала. Особенно меня поразили два раздела в этом зале. Про один напишу в следующий раз. А вот второй посвящен традиционной одежде бахрейнцев. Сколько же там элементов! Хотя, казалось бы - халат и платок. Ан нет. Еще и несколько видов тапок. И даже у туники несколько частей, и у каждой - свое название. Как историк, я смотрела на всё это, скорее, как на забавную диковину, чем на рабочий материал. Но если вдруг кому-то такое интересно и нужно для исследований, готова поделиться, пишите.

(продолжение) Правительство до сих пор использовало традиционные методы борьбы с ними - отлов и отстрел. Сейчас, с развитием зоозащитного движения в Бахрейне, появляются и другие инициативы, в частности, строительства государственных приютов для собак. Но до реализации дело доходит не всегда. Поэтому бахрейнские зоозащитники, как и их собратья по всему миру, работают в основном за счет пожертвований. Кто жертвует в эти фонды, много ли среди них мусульманского населения, в том числе коренных бахрейнцев, и вообще, как в стране относятся к зоозащитному активизму, было бы интересно узнать. Кстати, самая известная зооактивистка в Бахрейне - местная жительница по имени Фатима Бастаки. Думаю, по имени несложно догадаться, к какой конфессиональной группе она принадлежит. Есть ощущение, что шиитское население Бахрейна обращается к более разнообразным, чем сунниты, видам общественного активизма.

Бездомные собаки и зооактивизм в Бахрейне Бахрейн, как и другие мусульманские страны, это царство кошек. Закон жизни гласит: где много котов, мало собак. Тем не менее, бездомные собаки здесь не просто встречаются. По сообщениям местных, их здесь намного больше, чем может вынести доступная инфраструктура. Здесь стоит вспомнить, что Бахрейн - это система островов, самый главный и большой из которых отстоит от материка на 20 с лишним километров. Дикие собаки не являются представителями традиционной фауны Бахрейна. Их сюда привезли люди. В какой конкретно момент на островах появились первые собаки, сказать сложно. Но стремительно размножились они на улице, судя по всему, после того, как здесь появилось большое число экспатов. В период пандемии многие экспаты покинули страну, и число бездомных собак резко возросло.

(продолжение) Вплотную к кладбищенской стене примыкает квартал, где в основном живут трудовые мигранты. Район не самый чистый. Относительно новые здания, построенные в конце ХХ в., выглядят небрежно, а традиционные дома из глины и пальмовых ветвей, разрушаются. Тем не менее, квартал очень колоритный! Рука сама потянулась натянуть сразу на голову платок и закрыть глаза солнечными очками. Возможно, спрятаться за спину спутника, чтобы можно было внимательнее обозревать колоритных персонажей в камисах и шальварах, было тоже хорошим решением. А всего в нескольких метрах от кладбища - пышущие туристическим гостеприимством и благополучием Дворец Мисмак и рыночный квартал.

Кладбище Джаннат аль-Баки в Медине - в начале ХХ в. и в наши дни. Вот тут еще фотографии и история этого места.

Кладбище Шалка в Эр-Рияде Его считают старейшим кладбищем в саудовской столице. Сейчас оно, по сути, не действует - здесь никого не захоранивают с середины XIX в. Пройти на само кладбище не удалось, но сквозь щель в заборе было видно, что там чисто. Видимо, все же кто-то ухаживает. В Шалке похоронен Турки бен Абдулла - основатель второго саудовского государства. Остальные члены королевской семьи покоятся на кладбище Аль-Уд в Рияде. Саудовские кладбища не похожи на все, что мне доводилось видеть раньше: ни надгробий, ни табличек, ни даже иногда холмов над могилами. Только небольшие камни, симметрично расставленные на песке. И бездомная собака, снующая между камней. Могилу Имама Турки найти бы так и так не удалось. Тем не менее, вероятно, отдельные захоронения известны. В Интернете мне попадалась история о том, как Ибн Сауд, однажды посетив Шалку, высказался, что, мол, нужно перенести могилу славного предка в Аль-Уд. Дело, правда, ничем не кончилось, так как король вскоре скончался сам.