Теория и техника кляйнианского психоанализа

"В дискуссии, последовавшей после прочтения данной статьи, д-р В.К.М. Скотт обратился к иному аспекту расщепления. Он подчеркнул важность перерывов в последовательности переживаний, что подразумевает расщепление скорее во времени, а не в пространстве. В качестве примера он сослался на чередование сна и бодрствования. Я полностью согласна с его точкой зрения". М. Кляйн. Заметки о некоторых шизоидных механизмах.

Причины, по которым мы выбираем для себя ту или иную психологическую теорию, не являются рациональными. Скорее всего, они связаны не столько с тем, что мы способны понять интеллектуально, читая тот или иной теоретический материал, сколько с тем, что вдруг сами чувствуем себя понятыми. Даже если автор описывает такое заболевание, которым мы не страдаем, мы можем ощутить особый характер отношения аналитика к душевной боли, такой взгляд, которым мы хотели бы быть увиденными. Через неделю будем говорить о том, почему мы выбрали для себя взгляды Мелани Кляйн. Приглашаем как тех, кто тоже сделал такой выбор, так и тех, кто еще ищет и хочет больше узнать о своих предпочтениях. На семинаре будет коллекция небольших цитат с короткими комментариями ведущих. Подробности и регистрация тут.

Одним из вариантов обеднения Эго путем расщепления и интенсивной проекции хороших качеств является сильная ностальгия - по покинутой родине, по утраченному прошлому. Вместе с любимым объектом утрачивается так же способность любить, которая тоже приписана идеальному ностальгическому объекту. Поэтому полюбить ничего нового не удается.

Идея о необходимости долгого психоаналитического обучения может восприниматься как непосильное требование, связанное со стремлением идеалу. Много лет учиться, чтобы стать чемпионом, тру-аналитиком, безгрешным специалистом, который видит все, сидя на троне. Есть и другая сторона: долгое обучение связано с тем, что никто не ждет от тебя быстрых результатов, но готов при этом делиться знаниями и опытом, не ожидая немедленной трансформации. И можно годами ходить к супервизору, прежде чем внутри созреет готовность немного изменить свой привычный способ работы. Попробовать чуть больше молчать, сделать интерпретацию переноса, изменить сеттинг – когда внутри уже оформилось собственное видение, спустя 3, 5, 10 лет регулярных супервизий. Понимая, что любое изменение пошатнет практику, и не все пациенты это выдержат.

Вчера состоялся очередной очный семинар в Петербурге с моим докладом «Движение в узком коридоре: об эластичном Суперэго»: «Психотерапевтическая работа невозможна без переживания потрясения или охваченности чувствами, которые сообщает терапевту пациент. Психика терапевта должна быть достаточно проницаемой, чтобы принять в себя эти переживания, достаточно прочной, чтобы удерживать их и достаточно активной, чтобы модифицировать до такой степени, в которой они могли бы быть сообщены пациенту и приняты им. Пациенты сознательно или бессознательно рассчитывают, что мы сможем измениться ради них: стать мягче, учесть их потребности, полюбить. Я думаю, что эти ожидания во многом оправданы, но измениться должен не терапевт, а тот объект, который спроецирован в него пациентом».

«Знаешь, мне было очень одиноко. По жизни я очень одинок. И благодаря тому, чем мы с тобой занимаемся, мне не одиноко». Сегодняшнее обсуждение сериала «Умираю, как хочу секса» получилось очень личным и, на мой взгляд, терапевтичным. Говорить о смерти и о сексе мы привыкли как о теоретических конструктах, не стесняясь называть части тела и не пугаясь суицидальных фантазий – воспринимая их как что-то отвлеченное. Но это еще и реальность, в которой приходится заниматься этим непонятным сексом и как-то умирать. Наибольший эмоциональный отклик вызвали две темы: гуманное сопровождение умирания и садо-мазохистические сексуальные практики. И если про первую решение единогласное: нам нужны хорошие хосписы и возможность жить до самого конца, а не становиться выброшенной вещью, как только поставлен смертельный диагноз. То про вторую тему чувства сложнее: зачем тащить жестокость и боль в сексуальные отношения? Разве это не однозначная перверсия? Почему человеческая природа так печальна, что боль и агрессия необходимы для глубоких, искренних отношений и для удовлетворенности ими? Желание обижать и быть обиженным вряд ли войдет в список социально одобряемых желаний, но мы знаем, как важно ощущение пристроенной деструктивности, чтобы нас полюбили со всеми нашими странными потребностями, опухолями, привычками есть в лифте, хаосом в сумке, сомнительным прошлым и клетками для члена. Возможно, существуют люди без травматического опыта, чья интимная жизнь полна нежности и взаимного наслаждения, а умирание происходит с печальным одухотворенным принятием, но знаем ли мы таких, может быть они сейчас здесь, с нами, в одной комнате? Мой сын, ты вопросительно глядишь; Встревожен ты… Но будь вполне спокоен. Забава наша кончена. Актеры, Как уж тебе сказал я, были духи И в воздухе растаяли, как пар. Вот так, как эти легкие виденья, Так точно пышные дворцы и башни, Увенчанные тучами, и храмы, И самый шар земной когда-нибудь Исчезнут и, как облачко, растают. Мы сами созданы из сновидений, И эту нашу маленькую жизнь Сон окружает… У. Шекспир. Буря.

Дорогие коллеги,   Приглашаем вас принять участие в серии семинаров «Ключевые статьи психоанализа. Место в истории и повседневной практике».  Все мы знаем, что есть существенное количество психоаналитических статей, которые оказали важное (а иногда – основополагающее) влияние на развитие теории и техники. На них постоянно ссылаются, при этом зачастую специалисты имеют о них очень смутное, а иногда даже искаженное представление – их если и читали, то часто бегло и давно, а иногда представление об этих статьях существует исключительно по ссылкам и упоминаниям других авторов.   В рамках каждого из полуторачасовых семинаров ведущие обсудят одну «классическую статью», в том числе ее «исторический» контекст, основные идеи, приведенные клинические примеры, а также роль в развитии п/а теории и техники.   Ведущие семинаров:   Любовь Тонкошкурова: психоаналитик, член IPA Андрей Зубарев: психоаналитик, член IPA Ольга Демина: психоаналитический психотерапевт, член АППГ Александр Голубев: психоаналитический психотерапевт, кандидат ОПП     Семинары будут проходить по субботам 2 раза в месяц, с 11.00 до 12.30 мск, в Zoom. Возможно участие в любом отдельном семинаре. Большинство семинаров будет записываться, с предоставлением записи на 2 недели.   Расписание ближайших семинаров:   21 марта: Ш.Ференци, «Путаница между языками взрослого и ребенка. Язык нежности и язык страсти» (1932); ведущий  - Андрей Зубарев   4 апреля: С.Айзекс, «Природа и функция бессознательной фантазии» (1948); ведущий - Александр Голубев  18 апреля: Д.Стрэйчи, «Характер терапевтической работы в психоанализе» (1934); ведущая - Ольга Демина  16 мая: Д.Винникотт, «Ненависть в контрпереносе», 1949; ведущая - Любовь Тонкошкурова  Стоимость семинара 3 т.р. Ссылка для регистрации на семинар А.Зубарева по статье Ш.Ференци: https://docs.google.com/forms/d/e/1FAIpQLSe_KyLhuW1FZ3aF1minjFHS7tmIz04cuY0bHqiFJrGtQVeoBg/viewform?usp=header

Всегда ценно, когда в теории помогают разобраться специалисты, имеющий богатый практический опыт. Рекомендую этот проект.

- Когда я сказала ему, что рак вернулся, он посмотрел не с жалостью, а... с восторгом. Он - опекун и мученик, а я – пациентка. И никакого секса. - Он что, слепой? Если он не хочет секса с тобой, то он болен. Dying for sex Обсуждаем 14 марта

На заметку к 8 марта. Согласно Кляйн, есть специфические женские и мужские тревоги, связанные с фантазией о сексуальном проникновении. Они могут быть присущи лицам обоих полов, т.к. каждый может иметь идентификацию и с мамой, и с папой. Женские тревоги: ее тело будет ограблено, разрушено изнутри. Мужские тревоги: оказаться взаперти внутри женского тела, быть кастрированным или убитым находящимся там соперником. (Возможно, поэтому в качестве репарации мужчина приходит в дом женщины с подарками (чтобы показать, что хочет не разрушить, а наполнить хорошим), а женщина готовит ему вкусную еду (чтобы показать, что внутри нее нет соперников, а есть любовь для этого мужчины)). А вот для того, чтобы защититься от страха быть поглощенным в долгих отношениях, мужчине необходимо идентифицироваться с женщиной.

Многим нашим пациентам, выросшим на постсоветском пространстве, с детства знакомо особое чувство «никого нет». Не стало государства, символизировавшего большое и страшное Суперэго. Родители заняты попытками сориентироваться в новом мире. Семьи распадаются, за детьми некому следить, они растут сами, играя на пустырях и заброшенных стройках. Это и свобода, и одиночество одновременно. «Никого нет» - это состояние, в котором свободы больше, чем можно вынести, и она переживается как присутствие равнодушного или погруженного в депрессию объекта, с которым невозможно ни играть, ни бороться. «Оставь меня в покое», «все нервы вымотал», «иди займись своим делом» - вот сообщения этого объекта. Пациенты с таким Суперэго проецируют в терапевта отсутствие интереса, раздражительность, они чувствуют, что их трудно выдерживать. Это пациенты, которые всегда готовы уйти из терапии, но очень ждут, чтобы их удержали. На очном семинаре 15 марта я расскажу в том числе о таком виде Суперэго. Фото Дмитрия Маркова

29 марта 12:00 - 14:00 мск, Zoom "Дорогая миссис Кляйн. Маленькие грустные тайны и большие психоаналитические открытия". Ведущие: Наталья Кафидова, Ася Митренина В честь дня рождения Мелани Кляйн приглашаем вас познакомиться с ее не так часто цитируемыми, но очень красивыми и тонкими идеями о любви, одиночестве, тревоге и надежде. В состав докладов вошли более 30 цитат из работ Кляйн разных периодов с небольшими комментариями ведущих. Семинар включает два доклада и обсуждение. Мы не будем записывать семинар, но разошлем всем участникам презентацию с цитатами в личное пользование. Стоимость участия - 1000 руб. Регистрация

Незаметно для всех сериалы стали не только способом убийства времени, но и рупором нового мировоззрения. И никого теперь не удивить тем, что детские травмы очень сильны, или что женщины свободны выбирать как им жить. В работе с пациентами мы неизбежно придерживаемся представлений о «норме», соответствующих нашей эпохе, и прикидываем, насколько человек учитывает эти нормы, может им сопротивляться или полностью им подчинен. А хороший контакт как с пациентами, так и с нашими собственными детьми обязательно включает готовность расширить свои взгляды, признать необходимость творческого поиска и новых видов смысла и счастья. 14 марта приглашаю поговорить о сериале «Умираю, как хочу секса» и о том, что делает людей живыми и почему они часто этого избегают.

С проективной идентификацией всегда интересно узнать, как проецируется не только плохое, но и хорошее. Как получается у некоторых людей вызвать к себе интерес, желание заботиться, восхищение? Думаю, мы все знаем таких людей, которые способны искренне радоваться подаркам и благодарить за оказанное внимание, они способны испытывать большое удовольствие от общения, которое не скрывают, а щедро делятся им. Так, например, очень хочется дарить подарки детям, которые ярко выражают свои эмоции, будто их мир перевернулся от новой машинки или конфеты. Почему не каждый взрослый человек способен на это – большой вопрос. Почему не возникает удовольствие, и почему эмоции спрятаны, даже если возникает? Актрисе Лили Джеймс хорошо удается образ девушки, способной на эмоциональную щедрость. А Наташа Ростова - это образ, который кажется очень близким к тому, что я описала.

Я думаю, что в движении к понимании речи пациента есть несколько слоев, освоение которых я бы пожалуй даже поделила во времени, если бы составляла программу длительного учебного курса. Первый слой – это слышать не содержание речи, а стоящие за рассказом чувства. Какое чувство доминирует из сессии в сессию? Какое основное сегодня? Как изменяется настроение после реплик терапевта? Если мы можем рассказать пациенту о том, что он чувствует – это дает ему ощущение понимания и принятия, показывает ценность внутренней жизни. Второй слой – это слышать внутри истории другую историю. Например, нам рассказывают об отношениях на работе, а мы слышим про отношения в семье в детстве пациента. Уметь замечать за одной историей другую требует развитой символической функции. И если мы можем показывать отражение ранней истории в новых событиях – это поддерживает развитие символической функции в пациенте. Третий слой – слышать бессознательную фантазию, которая и прорастает в виде этих повторяющихся по сюжету историях и сопровождающих их чувствах. Если мы можем заметить, собрать и интерпретировать бессознательные фантазии (очень простыми словами) – это дает пациенту ощущение большей интегрированности. Четвертый слой – видеть, как бессознательная фантазия разворачивается в переносе (для этого параллельно нужно отслеживать контрперенос). Если мы можем рассказать пациенту о том, как его бессознательная фантазия развернулась в отношениях с нами (очень простыми словами), это превращает сессию в событие, которое способно менять жизнь. Да, отдельный курс должен быть посвящен очень простым словам.

"Сират": фильм о том, как зрительские ожидания ничего не значат для искусства. Добро не победит, надежду отнимут. При этом заметно, как автор любит своих героев (и мы вместе с ним), но не спасает. Что отдельно круто: в фильме есть компания рейверов, и играют их не профессиональные актеры, а настоящие рейверы. И это такие образы, которые специально не придумаешь. В фильме погибает ребенок, не смотрите, если это для вас триггер

Хотя теория влечений (к жизни и к смерти) кажется мне в большей степени предметом веры, нежели доказательной науки, у меня накопилось некоторое количество контраргументов к наиболее частым замечаниям к этой теории. При этом замечания тоже кажутся мне вполне справедливыми и отражают важные элементы динамики внутренней жизни. Замечание 1. Когда мы говорим о том, что пропорции влечений являются врожденной особенностью, мы как будто обвиняем новорожденного в том, что он уже родился злым, это негуманно. Контраргумент: если влечение к смерти очень сильно – в первую очередь страдает сам ребенок, и мы не можем обвинять его за это точно так же, как если бы у него были врожденные заболевания. Замечание 2. Не может быть такого, что мать хорошая и заботливая, а ребенок все равно страдает из-за особенностей своей психики. Если страдает – значит мать недостаточно постаралась. Контраргумент: клинически мы наблюдаем, как человеку необходима как способность разозлиться на своих родителей, так и способность обнаружить тот вред, который он наносит своей жизни по собственной воле. Люди, ощущающие, что их жизнь полностью детерминирована дурным влиянием родителей (и часто крепко держащиеся за эту версию), не могут найти в себе потенциала для развития. Я считаю, что теория о внутренней детерминированности характера дает надежду всем тем, чья жизнь в самом деле началась в очень плохих условиях. Проще говоря, если кого-то мама не понимала и не любила, остается шанс найти того, кто поймет и полюбит, а также раскрыть собственные таланты, - но только если считать, что источник добра и зла в том числе внутри меня.

Приглашаю на свой очный семинар в Санкт-Петербурге 15 марта, 13:00-15:30 Движение в узком коридоре: об эластичном Суперэго «Во время голосования Эриннии упорно настаивают на том, что Орест должен быть наказан и что они не намерены отступиться от своей добычи. Однако Афина обещает им поделиться с ними своей властью над Афинами, а также обещает, что они навсегда останутся хранительницами закона и порядка и будут любимы и почитаемы за это. Ее обещания и доводы производят перемену в Эринниях, и они становятся Эвменидами, «милостивыми» богинями. Они соглашаются простить Ореста, и он возвращается в свой родной город и становится преемником своего отца». М. Кляйн. Некоторые размышления об Орестее. На одном из недавних семинаров мы обсуждали, какой биологический процесс соответствует явлению проективной идентификации: питание, дыхание, совокупление? Кляйн считает, что любая из функций организма может лежать в основе бессознательных фантазий, сопровождающих процесс проективной идентификации. Но у всех из них есть общее: перемещение жидкого, твердого или газообразного содержимого внутри полости или сосуда, в результате чего происходит изменение как этого содержимого, так и места, из которого оно выходит и в котором оно оказывается. Также мы говорим о том, что путем проективной идентификации в нас нечто «попадает», «проникает», что-то «охватывает», либо мы «теряем» какие-то качества и способности. Эти «потери» и «приобретения» сопровождаются множеством специфических ощущений, которые могут иметь источник как во внешней реальности, так и в фантазии. В своем докладе на клинических примерах я хотела бы рассказать о функциях Суперэго, рассматриваемого как такая полость или сосуд, в котором происходит движение. Как Суперэго может становиться «угрожающе узким» или «безразлично широким». И как эти функции Суперэго проецируются на сеттинг и личность терапевта. Ведущая семинара – Ася Митренина Первая часть семинара включает доклад и обсуждение, вторая – разбор клинического случая одного из участников семинара. Оставить заявку на представление случая можно при регистрации. Стоимость 3000 рублей. Адрес проведения: наб. р. Смоленки, 3 к1 (м. Спортивная, м. Василеостровская). Регистрация

В предыдущем посте я хотела так же сравнить опыт переживания красоты мира с началом действия обезболивающего. И лекция Джудит Митрани дополнила мои соображения идеей анестезии – как полной утраты переживания связи с миром. Возможно, это момент, когда красота становится идеальной и бесполезной, т.к. обозначает отмену всех чувств. What shall we do with all this useless beauty? All this useless beauty Элвис Костелло "Фуллер, американский аналитик, напоминает, что негатив эстетического – это анестетическое. Это связано с примитивным опытом ощущения Я, погруженного в свое окружение, где Я постепенно начинает вычленяться. Я полагаю, что преждевременная утрата этого раннего опыта переживания единства с красотой мира часто приводит к состояниям анестезии, где мало что может проникнуть внутрь или выйти вовне. Наиболее радикальные формы могут находить выражение в случаях инфантильного аутизма, которые описываются в работах Ф. Тастин". Джудит Митрани