Ларин

Жизнь больше философии | Лёха Никонов Возвращаюсь со своим подкастом через много месяцев перерыва! Поговорили с Алексеем Валериевичем о философии и поэзии, о Прусте, Бергсоне и Мамардашвили. Но больше всего мы говорили об удивительной истории картины, которая стала иллюстрацией всех тезисов Пруста. Завтра здесь выложу саму эту картину, а пока слушайте, ставьте лайки, комментируйте! Беседа получилась очень цельной, поэтому я не стал добавлять таймкоды. Послушайте, пожалуйста, её целиком. Ютуб: https://youtu.be/seZ9RhcXQRQ?si=EcF_gEaTshYOlWpE ВК: появится чуть позже а ещё я за время отсутствия немного забыл, как пользоваться техникой, поэтому обрезал себя на картинке и вообще она получилась неровной. но это не помешает вам оценить потрясающий лук лёхи и его потрясающую историю!

Решил сделать небольшую подборку своих публичных выступлений за этот год. Набор получился достаточно показательным в том смысле, что он отражает ряд моих основных интересов: марксизм, философия религии и философия сексуальности. В случае Батая эти три темы сплетаются воедино, за что я его и люблю. Ставьте лайки, подписывайтесь на каналы уважаемых коллег! 1) Луи Альтюссер: выгорел ли марксизм? Наша совместная лекция с Димой Жуковым о переводе текста «Наконец-то кризис марксизма!», но не только. Дима здесь рассказал про интерпретацию Маркса Альтюссером, а я про отношения Альтюссера и Мамардашвили. 2) Философия религии. Стрим на канале Crown of Creation, где я рассказал о своём видении соотношения религиоведения, теологии, философии религии и вообще отрефлексировал свой опыт обучения на богословском факультете. 3) Сексуальность в философии Батая и Розанова. Подкаст с Андреем Леманом, где я подвожу итог своему магистерскому диссертационному исследованию и рассказываю не столько о Батае и Розанове, сколько о философии сексуальности в целом.

Сегодня пишем подкаст с Лехой Никоновым! Трансляции не будет, но пишите в комменты ваши вопросы, задам их Лёхе.

Тысячи ревностей Есть такие фразы, цитаты, строки, к которым я неизменно возвращаюсь и которые уже составляют ментальное тело меня. Это мандельштамовское «я хочу, чтобы мыслящее тело стало улицей, страной», рыжее «я пройду, как по Дублину Джойс», и выражение моей подруги и философа Кати Григорьевой «если понимать победу как отсроченное поражение...» Пытаясь мысленно подступиться к Прусту, я возвращаюсь именно к этой фразе. А ещё к ряду других фраз, воспроизводящих дух Пруста и говорящих о поиске утраченного. Полностью пассаж выглядит так:

Если понимать победу как отсроченное поражение, то  нужно признать, что проигрыш есть то, к чему приведет выигрыш. И именно проигрыш здесь окажется тем, что привяжет к игре и сделает игру эту возможной. В такой игре неизбежным становится регулярный проигрыш, проигрыш, наводящий на мир игры и в конечном счете побуждающий играть. Движение к победе — это в равной степени движение и к поражению. Однако без победы, мыслимой как основополагающий компонент игры, как то, ради чего игра разворачивается, трудно эту игру представить. Победа маячит где-то там, на горизонте: она мыслится как актуальная возможность, как то, чего можно — и, кажется, нужно — достичь. Но в ситуации как бы невозможности этой победы, когда ты всегда-уже проиграл, встает вопрос о том, как это произошло.

И дальше:

Можно обнаружить себя на уклоне, который ведет к превращению в проигравшего. Когда что-то по-настоящему меняется, играющий с  удивлением обнаруживает, что именно так всегда и было. Всегда был этот уклон, нативно содержавшийся в каждом действии и пробалтывавшийся — как истина для Жиля Делёза — в непроизвольных знаках. Проигрывающие зачастую разыгрывали уже написанную роль: Николай II и Людовик XVI оказывались в кажущихся очевидными ситуациях и принимали такие же очевидные решения. Монарха клонит в свержение, а каждого из нас—в превращение во влюбленного или в любви этой терпящего поражение.

Сюда же, конечно, добавляется Мамардашвили:

Пруст как бы говорит нам, что как раз то, что вы думаете, и есть правда. Здесь слово «думаете» имеет значение, потому что думаете, а ведь не видите; потому что то, что мы думаем, есть то, что придает смысл, то, в силу чего десять вещей, двадцать вещей, тысячи вещей держатся вместе - связаны, становятся на место. Но само «думаемое» в виде отдельного предмета не существует. Пруст выражался: тысячи ревностей, и ведь каждая из них – правда. Ревность – не одна; она расположена в том разделенном пространстве, где есть исключения точек.

И из другого места:

Проблема измены, предательства — это ситуация «неисправимости» — апокалипсическая ситуация, которую можно исправить только с помощью атомной бомбы, где обстоятельства владеют тобой, как сицилийская мафия, — за какую нитку не потяни.

Есть ещё строки Батая, из-за которых я, вероятно, и стал вообще им заниматься. Но они написаны им в художественных текстах, поэтому я смог оставить их неприкосновенными и не заниматься их философским препарированием, оставив на уровне переживания:

Вчера просидел целый час вместе с А . Вот о чем я хочу написать в первую очередь. У нас не может быть средств для достижения: правда, мы достигаем, мы доходим до нужной точки — вдруг, — и тратим остаток дней своих в поисках утраченного мига; но сколько раз мы упускаем его как раз потому, что отвлекаемся на сам поиск, а соединение с другим человеком — это, должно быть, средство... навсегда упустить миг возврата. Вдруг в моей тьме и одиночестве тревога уступает место уверенности: исподволь — совсем без надрыва (после стольких надрывов, больше уже не рвется), сердце Б. вдруг оказалось в моем сердце.

Сейчас, когда я пишу, не видя ни ее, ни твердый гвоздь, я мечтаю обнять ее бедра: останавливает меня не счастье, но бессилие ее достичь: она в любом случае будет от меня ускользать, поскольку болезнь моя — это страстное желание, чтобы Б. ускользала и чтобы любовь моя была обязательно несчастной. На самом деле я перестал искать счастье: не хочу его давать, не хочу получать. Я жажду касаться ее постоянно — пока тревога не сдавит мне горло, — и чтобы она изнемогала: она — такая, какая есть, но я сомневаюсь, что два человека когда-либо заходили так далеко в своей близости, столь ясно осознавая обоюдное бессилие.

Пруст научил и Мамардашвили, и Батая, и меня через них, что любовь, ревность и даже секс – не явления объективной реальности. Это то, что ты о них думаешь и только в мысли они обретают своё существование. Но мысль эта тебе не принадлежит, потому что мышление – акт, совершаемый скорее на уровне культуры, чем на уровне индивидуальности. Нельзя, как говорил Мамардашвили «захотеть и подумать». Точно так же нельзя захотеть и перестать ревность или полюбить или избавиться от страдания, связанного с объектом желания. Ещё и потому, что эта диалектика уже зашита в любовь, которая не существует без своего отрицания.

А ещё есть такие отзывы от моих учеников!

Сходили с дорогими коллегами на нолановскую «Одиссею». Я в целом согласен с отзывом Бориса Межуева на этот фильм. Множество спорных моментов, которые всех возбуждали в интернете по трейлерам и слухам, в итоге занимают незначительную часть хронометража. Мне кажется, и роль Елены удачная, и роль рапсода в исполнении Трэвиса Скотта, и роль Синона от Эллиота Пейджа. Самая слабая роль получилась у Зендеи, которая не играет практически ничего. Подавляющее большинство экранного времени уделену Мэтту Деймону, который сыграл, вероятно, лучшую роль в своей карьере. Наша киноакадемия из четырёх философов на просмотре разделилась ровно пополам. Двоим фильм показался средним, двоим (включая меня) фильм крайне понравился. Можно выдвигать множество претензий к этому фильму, и любая экранизация «Одиссеи» обречена на критику. Да, Одиссей не показан как гомеровский хитроумный персонаж и талантливый полководец. Вместо этого он – ветеран, уставший от войны и разочарованный в ней. И тоска по дому, ностальгия вперемешку со стыдом и виной – основа внутреннего мира Одиссея. И домой он не возвращается не по умыслу богов, а потому, что сам не готов встретиться с последствиями своих действий на войне. «Одиссея» зацепила меня больше всех последних фильмов Нолана – от «Дюнкерка» до «Оппенгеймера». Здесь сошлись все характерные черты его режиссерского стиля, но без гипертрофии. Есть игра с нелинейным временем, но в нём не запутываешься; и здесь же любовь Нолана к кино играет как нельзя лучше. То, как циклопа снимали в реальной пещере; то, что великанов лестригонов играют реальные люди; то, что композитор Людвиг Йоранссон воссоздал античные инструменты для записи саундтрека. И в итоге мы имеем не просто историю, но кино в том виде, в котором оно должно быть как медиум. У Нолана получилось выстроить баланс между основой античного мифа, на которую надстраиваются средневековые дракары и современные голливудские звёзды. И истина, проговариваемая в фильме, приобретает универсальный характер. War never changes, война носит одинаково разрушительный характер что в Античности, что в современности. И «народом моря» всегда оказывается не внешний враг, а тот, кто затевает войну.

Современная философия и вопрос о Боге Думая о том, как построить курс и, соответственно, о том, как я вижу современную философию, пришёл к такой мысли. Моё религиоведческое/богословское образование оказывается связано не только с узкими сюжетами в науке о религии, но с больши‌ми идеалами рациональности. Вопрос о Боге был центральным в классической философии. Современная же философия, отстраиваясь от него, продолжает быть в его свете, но уже на негативной стадии отрицания. Мы можем проанализировать современную философию через её отношение к Богу и религии и, возможно, это укажет нам на её центральный нерв. Культура после Ницше начала вырабатывать идеологии, работающие по религиозным принципам – об этом писал, например, Батай ещё в 1933 году в «Психологической структуре фашизма». Затем, уже в середине ХХ века, секуляризация шла семимильными шагами и выражать свою религиозную принадлежность в СССР и на Западе стало либо нелегально, либо неприлично в философском мейнстриме. Но это не значит, что теология не влияла на философию. Так, например, смерть человека Фуко, объявленную им в «Словах и вещах», невозможно схватить без понимания движения теологии в ХХ и XIX веках (к теологии в негативной фазе я в том числе отношу Ницше, Фрейда и Маркса). Уже к концу ХХ века (и особенно к началу XXI) философия стала осознавать невозможность отделиться от теологии. Поэтому Бадью пишет своего «Апостола Павла», а Жижек – «Хрупкий абсолют». И особенно это видно в современном интеллектуальном ландшафте России, где хедлайнером на «Векторах» 2025 стал теолог Милбанк, а политическая теология стала одной из самых обсуждаемых тем как в академии, так и в публичном поле. Тут же стоит сказать о новом направлении социологии в ПСТГУ, где работают наши ведущие социологи. А. Ф. Филиппов сказал, что в этом акте социология возвращается к своим корням. Об этом и будем говорить на курсе «Прощай, человек», набор на который я объявлю уже совсем скоро.

Появилось несколько мест для новых учеников! Друзья, ко мне всё ещё можно записываться на занятия по философии! Заниматься можем как для вашего самообразования, так и для подготовки к экзаменам в бакалавриат, магистратуру, аспирантуру. Я составляю индивидуальную программу в зависимости от вашего запроса: • подтянуть базовые знания по философии • заниматься чем-то связанным с моей более узкой специализацией • etc. Обо мне — сейчас я поступил в аспирантуру философского факультета МГУ, буду заниматься рецепцией Пруста в философии. Магистратура: религиоведение на богословском факультете Свято-Тихоновоского университета; диссертация по философии пола и религии у Батая и Розанова. Бакалавриат: философский факультет МГУ, там я занимался Мамардашвили и Фуко, которыми продолжаю заниматься до сих пор. По всем вопросам – пишите @uskolzaet_s Дорогие коллеги, буду крайне признателен за репосты!

А сегодня у нас на канале дружеская рекомендация! Софья Беженуца делает секцию в рамках Конгресса Русского Религиоведческого общества. Я планирую подать доклад на эту секцию, и вы подавайте! Open-call на участие в секции «Тело, вещи, чувства: материальное в религии и эзотеризме», проводимой в рамках IX Конгресса Русского Религиоведческого Общества. Москва, 15-16 октября 2026 г. Дедлайн подачи заявок от докладчиков: 1 сентября 2026 года. Аннотация секции:

Материя и тело в религиозных традициях занимают двойственное положение: они могут рассматриваться как препятствие для сакрального или, напротив, как необходимое условие его присутствия и переживания. Эта амбивалентность отражается и в исследовательских подходах: религиоведение долгое время было преимущественно сосредоточено на анализе верований, текстов и символических систем, тогда как материальные формы духовной жизни и чувственные режимы восприятия оставались на периферии внимания. Современные гуманитарные исследования, в свою очередь, демонстрируют устойчивый интерес к материальности и сенсорности, переосмысляя статус вещей, тел и медиа как активных участников социальных и религиозных процессов (Бруно Латур, 2005; Бриджит Мейер, 2009). В рамках секции мы предлагаем обратиться к концепции material religion (Дэвид Морган, 2012) и рассмотреть материальное в религии и эзотеризме через многоуровневую исследовательскую рамку, где оно выступает одновременно как: (1) феномен (объекты материальной культуры, телесные практики, среды), (2) условие религиозного переживания, (3) предмет теологической рефлексии.

Секция направлена на развитие и систематизацию исследований материальных и сенсорных аспектов в российском религиоведении, где данный проблемный круг пока представлен фрагментарно. К участию приглашаются религиоведы, антропологи религии, культурологи и другие заинтересованные исследователи с докладами по следующим тематическим направлениям: — Телесность и духовные практики: тело как медиум, инструмент и граница сакрального — Органолептика сакрального: запах, вкус, звук, цвет в религиозной культуре и переживании — Материальные объекты и среды как религиозные акторы — Религиозное искусство и материальная культура в оптике сенсорности, аффекта и эстетического воздействия — Одежда, еда и образ жизни как инструменты конструирования личной духовности — Имманентные теологии: место материальности и тела в религиозных и эзотерических учениях

Друзья! Рабочее название курса, который я готовлю к запуску, – «Прощай, человек: введение в современную философию». Он практически полностью готов, но чтобы мне было проще сориентироваться по времени, нужно ваше мнение. Ответьте, пожалуйста, на опрос:

Друзья, теперь внимание! Философы тоже люди, и ни от чего человеческого не застрахованы. Если у вас или у ваших знакомых есть какие-либо сведения – звоните или пишите мне. P.S. В университетской жизни Владимир Сергеевич – социальный философ, автор множества курсов, в том числе по философии права – выглядит совсем не так, как на фото. Не знаю, почему взяли именно его, но хочется надеяться, что из лучших побуждений.

К сожалению, сегодня такие грустные новости. Я тоже сначала не поверил, но оказалось правдой. Пишите Кириллу, если у вас есть какая-то информация. Мне, как и многим студентам философского факультета, Владимир Сергеевич читал лекции по социальной философии, очень хочется хорошего исхода в этой истории.

А сегодня делюсь новым выпуском «В оригинале без субтитров»! В нём мы с Олегом Кашиным* обсуждаем «Возвращение» – дебют Звягинцева – и «Бесславных ублюдков» Тарантино. Поговорили не только о кино, но и о духе современности и ранних двухтысячных. *Признан Минюстом РФ иноагентом 📱 Яндекс Музыка 📱 Apple Podcasts 📱 Spotify 📱 YouTube 📱 Telegram 😀 Звук

А сегодня буду здесь! В клубе у Глеба начну рассказывать про идею своего готовящегося курса и про своё понимание неклассической/современной философии.

Андрей Леман выложил наш подкаст, в котором я снова говорю про В. Р. и Ж. Б. Кажется, удалось передать основной пафос моего магистерского диссера и рассказать, чем я вообще всё это время занимался. Андрея благодарю за приглашение и интересный диалог! https://youtu.be/FGU5HL3WE80?si=FHKkTUanMjK7SocV

Московская и падуанская ячейка встретились, чтобы двигать мировую науку (и пролетариат) вперёд 🇫🇷🇫🇷🇫🇷

Несколько дней назад вернулся из своеобразного отпуска, если под отпуском понимать смену деятельности, – как обычно летом, уезжал на Псковщину работать с детьми в лагере. Сейчас нахожусь в некотором замешательстве, потому что все мои большие проекты закончились. Магистратуру я закончил, хотя ещё не забрал диплом – вручение проходило, пока я был на смене. В аспирантуру тоже поступил – возвращаюсь в альма-матер, на философский факультет МГУ. Даже Логос по Мамардашвили был сдан, и теперь работа над номером уже больше зависит от журнала, чем от меня. Пока планирую запустить курс по введению в философию. Думаю начать в августе. А сейчас могу взять учеников на частные занятия. Не хочу делать большое объявление, но если вы вдруг хотели заниматься философией для себя или для подготовки к экзаменам – пишите @uskolzaet_s. В июне успел записать несколько интересных подкастов – буду сюда всё репостить. Про кино и про философию. И уже планирую следующие выступления. До учебного года планы такие. Перед отъездом дорогая одногруппница Варвара немного меня фотографировала – выложу эти снимки сейчас. Но потом я побрился налысо. Давно хотел и вот решился. Вероятно, так и буду дальше ходить.

Думаю, в этом и заключается одна из основных черт этих авторов (и то, что объединяет их на более глубинном уровне, чем родство тем) – оба они становятся глубоко личными, если погружаться в их работы. Вряд ли можно читать Розанова и Батая беспристрастно. Либо ты испытываешь шок и отвращение к этим текстам, либо, наоборот, очаровываешься и читаешь взахлёб. Ещё до того, как начать читать Батая более или менее систематично, меня зацепили лишь отдельные попадавшиеся цитаты из него. И увидев всего несколько предложений, мне хотелось дальше узнавать, что это за автор. С Розановым было примерно то же самое.