Уголок молодого политолога

Делюсь актуальными новостями по ходу выборов в Госдуму 2026: 1) в ряде субъектов, где введен средний уровень реагирования (Воронежская область в их числе) с 9 по 17 сентября будет осуществляться досрочное голосование, где участковые избирательные комиссии начнут свою работу уже с этих дней. Интересно, что в рамках досрочного голосования будет осуществляться подомовой обход, где избиратель сможет по заявлению отдать свой голос прямо из дома. В кулуарах решение трактуется по разному. Кто-то сомневается, что люди будут открывать и с доверием относиться к возможностью проголосовать раньше времени, кто-то рассматривает это как эксперимент, где в последующем досрочное голосование может войти в обиход так же, как трехдневное голосование в ковид. 2) на бюллетенях по спискам интересные положения среди кандидатов федерального списка от ЛДПР и Родины: одному вменялась судимость по побегу из места лишения свободы, а другому по клевете. Это действительно может отразиться на электоральных результатах партий, т.к. в дни голосования есть немало избирателей, которые знакомятся со списком и кандидатами по факту пребывания в участке. В общем, это также снижает вероятность прохождения ЛДПР на 2 место. С другой стороны, сам факт нахождения этих кандидатов в федеральном списке — провал внутри партий, где элитные договоренности превалировали над электоральной целесообразностью. 3) решением ЦИК кандидат от КПРФ Бондаренко снят с выборов. Понятно, что КПРФ попробует разыграть протестное голосование в свою пользу. Поэтому не стоит исключать, что с самого начала Бондаренко мог быть гамбитом. Да и в целом КПРФ сохраняет потенциал второй партии в стране. 4) последние несколько дней несистемная оппозиция грозила главе ЛДПР Леониду Слуцкому снятием партии с выборов, найдя связи с азербайджанской диаспорой. Снятие ЛДПР призрачно, но сам инфоповод свидетельствует о том, что все попытки стать второй партией в Думе пока тщетны: подобные сигналы (уголовная судимость у кандидатов, финансовые нарушения, потенциал иностранного лоббирования) не остаются незамеченными у архитекторов внутрипола. #мнение

Чем ближе выборы, тем чаще в обывательских разговорах можно услышать мнения о грядущей мобилизации. В ответе на анонимный вопрос дал оценку с разных сторон. Вооружайтесь аргументами для гражданского просвещения. #мнение #ответы_на_вопросы

Помочь сделать выбор книги недели могут предисловия:

Д. Тренин: Главный тезис автора прост. Он заключается в том, что внешняя политика касается граждан не меньше, а иногда даже больше, чем какие-то события и решения внутренней политики. В отличие от дел внутренних, затрагивающих, как правило, отдельные группы людей, внешняя политика касается всех. Если война – то мобилизация мужского населения, если санкции – то удар по всем потребителям, если интеграция – то расширение пространства не только для передвижения товаров, услуг и капиталов, но и людей. Из этого тезиса логически вытекает, что общество не должно просто оставлять внешнюю политику на попечение руководителей государства и специально обученных чиновников. Отечественная история свидетельствует, что некритическая «всенародная поддержка» действий властей – своего рода догражданский патриотизм – может затем обернуться горькими разочарованиями. Патриотизм без гражданственности способен на подвиги и свершения, но по самой природе своей он неустойчив и не может стать основанием для стабильного государства. Для того чтобы выстроить прочное основание, нужны активные граждане. Они обязаны интересоваться и международными отношениями, разбираться в их важнейших проблемах, обсуждать и оценивать действия главы государства, его министров и дипломатов, формировать и продвигать общественный запрос и, как следствие, нести свою долю ответственности за международную деятельность страны. Именно таким гражданам – критическим патриотам России – адресована эта книга.

Б. Капустин: Заключение книги имеет не столько теоретический, сколько политический характер. В центре его вопрос о том, мыслима ли вообще в нынешних условиях освободительная борьба против капитала и что она может означать, если все же она мыслима. Выводы, к которым я прихожу, вероятно, покажутся слишком пессимистическими и политическими неприемлемыми для тех, кто сохраняет веру в посткапиталистическое будущее человечества. Однако сам я полагаю, что написанное мной основание для исторического оптимизма, оптимизма борьбы с тем миром банальностей и симулякров, в котором мы обитаем в настоящее время.

Предисловие научного редактора А. Борисова к книге А.Б. Абрамса: Книга заслуживает внимательного чтения. Она важна не только как работа, посвященная внешней политике Северной Кореи, но и как размышление о том, что происходит с миром когда неравенство сил и возможностей становится определяющим элементом мировой системы. Работу можно читать как книгу о мире в целом. Северная Корея в ней — не курьез, не анекдот и не изгой, а концентрированная репрезентация тех противоречий, которые определяют современную международную жизнь. И именно в этом заключается ее значение: помочь понять логику эпохи, в которой независимость все чаще требует не деклараций, а способности выстоять.

#мнение

Выбираем книгу для воскресной рецензии: 1) Д. Тренин «Россия и мир в XXI веке». 2014 год стал для России годом крушения сразу двух внешнеполитических стратегий, определявших ее курс с момента распада Советского Союза. Первая — встраивание в Евроатлантическое сообщество в качестве равноправного члена. Вторая — интеграция постсоветского пространства под руководством Москвы. Обе стратегии «споткнулись» на Украине, и сегодня Россия живет в условиях долгосрочной конфронтации с США, взаимного отчуждения с Европейским союзом, конфликта на юго-востоке Украины и все более тесного сближения со странами Глобального Юга. Известный российский международник Дмитрий Тренин предлагает читателю глубокое погружение в фундаментальные вопросы, от ответов на которые зависит будущее страны: кто мы? Где наше место в мире? Что такое сегодня российский суверенитет и как его отстоять в условиях глобализации? 2) Б. Капустин «Обуздание негативного. Критика современности». Как именно сила негативности воздействует на авторитеты и трансформирует их? Современность как определенное состояние мироустройства обычно описывается в виде совокупности определенных институтов, процедур и норм. Однако отличительным признаком (нашей) современности является сила негативного — критика, словом и делом, всего того, «разумность» чего не признается субъективным усмотрением обитателей современности. Сила негативного обуздывается определенными (и меняющимися в ходе истории современности) институтами, формами культуры и мировоззрения, тем, что в книге обобщенно названо «авторитетами». Такое обуздание, порождая в современности противоречия, конфликты, высокое напряжение между разными тенденциями ее движения, является вместе с тем условием самой возможности существования жизнеспособного и развивающегося общества. 3) А.Б. Абрамс «Выживание в эпоху однополярности. 35-летнее противостояние Северной Кореи и Соединенных Штатов». В книге прослеживается эволюция конфликта между Северной Кореей и США, истоки которого восходят к концу Второй мировой войны. Завершение холодной войны и распад Советского Союза ознаменовали начало нового этапа: формирование однополярного мирового порядка привело к беспрецедентной изоляции КНДР. Автор показывает, как на протяжении 35 лет Северная Корея противостояла Соединённым Штатам, выдерживая экономические санкции и ограничивая внешнее влияние на своё информационное пространство. Особое внимание уделяется последствиям этого противостояния для самой страны, региона и мира в целом. Абрамс также предлагает прогноз дальнейшего развития конфликта, включая возможные стратегии Пхеньяна в условиях формирующейся новой глобальной холодной войны. #мнение

Думаю, что в Германии проблема не столько в новом правом повороте, как это пытаются представить таблоиды и правящие круги типа Фридриха Мерца, сколько в том, что идеологические полюса будто бы поменялись местами. Нынешний политический курс ФРГ на внешней арене больше напоминает политику Третьего Рейха, чем идеологические рельсы АдГ. Есть у этого и более прозаичное объяснение. Известный политический журналист в Германии Ульф Пошардт назвал это дерьмобуржуазией — явлении, когда управленческие слои обросли такой идеологической броней, что высокомерие и подавление инакомыслия стали их атрибутами. Пошардт пишет, что обладая зловещей смесью претенциозности и духа подчиненного, она выставляет себя морально превосходящим спасителем мира, защищая, однако, прежде всего свои собственные привилегии и интересы, сложившиеся за годы бюрократизации Германии. Журналист идет еще дальше, и высказывает мнение, что подобный недуг поразил всю Европу в целом. Собственно поэтому заявления Мерца по поводу победы АдГ в одной из земель ФРГ не должны удивлять: для сложившийся системы управления в Германии это действительно удар по всей легитимности. Сможет ли партийная система кооптировать АдГ — большой вопрос. #мнение

Наивысшее личное счастье — бороться за что-то более значительное, чем личные интересы — Василий Сухомлинский, советский педагог-новатор, детский писатель.

#цитата

Григорианская мысль специально для Уголка молодого политолога Выборы в немецкой федеральной земле Саксония-Анхальт, о важности которых я уже писал, завершились. «Альтернатива для Германии» набрала рекордные для себя 43,8% голосов и получит 38 мест в ландтаге (местном парламенте). То есть для получения большинства и формирования правительства партии придётся вступить с кем-то в коалицию. ХДС, возглавлявший правительство земли до этого, набрал лишь 17%, а СДПГ, Зелёные и Левые — примерно по 9%. Важно, что Союз Сары Вагенкнехт тоже попал в ландтаг, набрав 5,3%. Получается, эта партия сможет сыграть решающую роль при формировании коалиции. Так или иначе, создать правительство без АдГ будет крайне проблематично, так что сговор остальных партий (т.н. брандмауэр), запрещающий сотрудничество с правыми, скорее всего, даст трещину. Можно резюмировать, что политическая трансформация Европы началась. Какой именно масштаб она примет, пока сказать сложно, но правые партии становятся всё сильнее и постепенно проникают во власть. В Politico в результатах выборов уже увидели «призрак ГДР и ФРГ», но мы такие смелые выводы делать не будем. Очевидно, что рост популярности правых сил обусловлен в первую очередь усталостью европейцев от текущего политического курса, который уже исчерпал себя. Правые же на данный момент являются единственной политической силой, предлагающей альтернативу. Хочу предостеречь от ненужного ликования — хотя правые и выступают за прекращение помощи Украине и восстановление отношений с Россией, что они будут делать на самом деле в долгосрочной перспективе, никому неясно. В той же Германии правые однажды были у власти — чем это закончилось, всем известно. #мнение #новости

Как всегда рано делать выводы от очередного витка переговорных форматов, но осторожно можно сделать пару предположений, которые зрели достаточно давно: 1) перед промежуточными выборами в Конгресс США Трампу нужны прорывы на внешнеполитическом треке. С Ираном не удалась маленькая победоносная, поэтому начались новые переговоры по Украине. Визиту Кушнера-Уиткоффа предшествовали поездка директора ЦРУ в Москву, а также встреча министров финансов. В этом контексте речь идет не столько о мирном урегулировании конфликта, сколько о будущей рамке российско-американских отношений, где стороны обсуждают как подходы к обеспечению региональной безопасности, так и вопросы экономического характера (снятие или послабление санкций, инвестиции в добычу редкоземельных металлов и т.п.). Украинский трек лишь один из параметров переговоров, где стороны торгуются. 2) пресс-подход к СМИ в Киеве интересен с нескольких точек зрения. С одной стороны, Кушнер и Уиткофф публично подняли тему возобновления трехсторонних встреч: значит прогресс какой то в этом направлении проявился. С другой стороны, показательна позиция Зеленского, который рассматривает Донбасс в качестве камня преткновения. Проблема в том, что несмотря на притязания Украины в отношении Донбасса, у украинских элит так и не сложился полноценный образ будущего региона. С 2014 года тема Донбасса была крайне специфичным образом представлена в политическом дискурсе Украины: не было понимания что делать с местным населением, сам вопрос ставился с максимально радикальных позиций, где националисты высказывались в духе «плана Ост» (местных выгнать с территорий, заселить их «правильными» украинцами), а центристы и лоялисты были вовсе оттеснены. Это собственно и предопределило волеизъявление граждан исторических территорий на референдуме в пользу России. Россия последовательно реализует образ будущего для региона, проводя туда инфраструктуру и обеспечивая такую управляемость, какой не было в период пребывания территорий в украинском государстве. С точки зрения борьбы образов будущего после конфликта, выигрывает Россия. Это, пожалуй, концептуальная причина, по которой тема Донбасса со стороны Зеленского остается неизменной: принципиальная позиция откладывает постконфликтную повестку на территории самой Украины. #мнение

В своей книге Адам Беккер проверяет научную состоятельность картин будущего, которые техномиллиардеры Кремниевой долины пытаются навязать человечеству. Культура высоких технологий, позиционирующая себя как научная и ориентированная на данные, по факту оказывается пронизана идеями, взятыми из научной фантастики и интуитивных предположений. Одним из главных объектов критики Беккера становится эффективный альтруизм и его радикальная версия — лонгтермизм. В настоящее время крупнейшие университеты, обслуживающие интересы IT-индустрии в США, пронизаны студенческими организациями, где продвигаются идеи лонгтермизма, а известные люди создают фонды в поддержку эффективного альтруизма. На первый взгляд концепция выглядит благородно: помогать другим с расчетом на долгосрочную пользу для всего человечества. Однако на практике эта логика приводит к морально сомнительным выводам: максимизация общего блага незаметно подменяется расчетами, в которых жизни одних людей оказываются важнее других. Беккер показывает, как в частных разговорах и некоторых публичных высказываниях наиболее видные теоретики движения начинают рассуждать почти как сторонники евгеники, отдавая предпочтение белым жителям Евроатлантики в ущерб Африке и другим регионам. Не менее остро Беккер критикует идею технологической сингулярности, которая превратилась в своеобразную религию для адептов Кремниевой долины. По их логике нужно как можно быстрее развивать ИИ и интегрировать его во все сферы жизни, а там нейросеть сама все придумает за нас и решит все насущные проблемы. Такая позиция, по мнению Беккера, является формой магического мышления, которое не имеет ничего общего с реальной наукой. Здесь он обращается к политическим трактатам генерального директора OpenAI Сэма Альтмана. Альтман рисует образ будущего, где всесильный ИИ обеспечивает человечество всем необходимым, а его компания любезно выдает гражданам ИИ-кредиты с определенным месячным лимитом. По Беккеру это не сценарий всеобщего изобилия, а модель нового феодализма, где доступ к базовым благам контролируется частной корпорацией, которая фактически становится государством. Питер Тиль, известный своей резкой критикой университетского образования, которое он обвиняет в зомбировании людей и подавлении инноваций, одновременно финансирует проекты, связанные с контролем сознания и информационной повестки через ИИ. Беккер уверен, что предлагая красивый образ будущего, где источник всех проблем — традиционные институты вроде государства или школы, техномиллиардеры легитимизируют саму идею того, что именно их корпорации являются ответственными архитекторами этого будущего. Наиболее ярко эта логика спасения любой ценой проявляется в космических амбициях Илона Маска и Джеффа Безоса. Рассуждения о том, что человечеству нужно в ближайшее время найти способ колонизировать Марс, оборачиваются вполне конкретными последствиями уже сегодня: в SpaceX зафиксировано как минимум 600 ранее не учтенных травм на рабочем месте, а руководство компании прямо заявляет, что готово пожертвовать всем ради достижения цели. При этом наука до сих пор не нашла решений даже для колонизации Луны, не говоря уже о Марсе. Поэтому нарративы о спасении человечества через ИИ и расселение по звездам позволяют кучке технологов и инвесторов уклоняться от решения реальных проблем здесь и сейчас, концентрировать власть в своих руках и избегать ответственности. Изучение космоса важно, но Беккер предупреждает: миссией человечества вполне может остаться обустройство жизни на Земле, а не масштабная колонизация Вселенной. #мнение

Всё, везде и сразу: ИИ-феодалы, космические империи и Крестовый поход Кремниевой долины за судьбу человечества 🟦 Под авторством Адама Беккера, научного журналиста со степенью доктора философии в области астрофизики. 🟦 Для людей, интересующихся соотношением образа будущего от Кремниевой долины с реальностью. 🟦 Действительно ли лучшее будущее для человечества должно быть основано на технологиях: триллионы бессмертных людей, которые живут в космосе и обслуживаются сверхинтеллектуальными ИИ? Адам Беккер изучает самые смелые заявления Кремниевой долины, оценивая их с точки зрения реальной науки и показывает, насколько глупы и опасны могут быть их идеи. 📍«Книга обязательна к прочтению для понимания того, почему видения будущего, продвигаемые сегодняшними техно-олигархами, построены на псевдонауке и неправдоподобных фантазиях, смешанных с расизмом, евгеникой и колониализмом» — Кристи Ашванден, научный журналист. 📍«В эпоху, когда миллиардеры соревнуются в освоении космоса, а искусственный интеллект доминирует в заголовках новостей, эта книга является столь необходимым возвращением к реальности» — журнал The Atlantic. #почитать

Дебаты в гримерке показали нам выборы «с человеческим лицом»: официальные дебаты как никак слишком формализованные и в какой то степени искусственные. Острые вопросы не поднять в прямом эфире, как и использовать некоторые фразы. То же самое с анализом избирательных кампаний в регионах: чтобы они были интересны, нужно серьезно разбираться в местной и региональной политике, понимать элитные расклады и уметь считывать сигналы в их коммуникациях, что может быть интересно большинству, но разбираться в этом могут немногие. К этому еще стоит добавить тренд на технократизацию выборов, где теряется тот самый эффект массовости и публичной политики: сейчас выборы скорее системная оценка кандидата на то, как он может привлекать спонсоров, согласовывать решения с правящими кругами и мобилизовывать электорат. Причем оценивает это не общество. Поэтому не исключаю, что стрим Бондаренко был не только для накопления собственных очков, но и для легитимизации выборов в целом. В видео каждый найдет себе «по душе» тезисы кандидатов, а кто-то вспомнит то самое время, когда Соловьев только научился бесконтактному бою, и сможет удостовериться, что Владимир Рудольфович еще и в теоретическом плане прокачался. Более того, слушать кандидатов от системных партий в гримерке оказалось еще приятнее, чем если бы это было в прямом эфире (это про спор Бондаренко с Толстым: там было много и эрудированности, и иронии, и самоиронии). #мнение

Несмотря на то, что в целом выборы в этом году донельзя скучные, иногда яркие проблески всё-таки случаются. Вчера эпатажный представитель КПРФ Николай Бондаренко в преддверии дебатов у Владимира Соловьева устроил дебаты в гримерке. Дискуссия получилась довольно живой. Особенно перепалка Бондаренко с Толстым. Вишенка на торте — урок бесконтактного боя от Владимира Соловьева. Полное видео можно посмотреть здесь. Григорианская мысль

Биография Наполеона Бонапарта полна неожиданных поворотов. Корсиканец, говоривший с акцентом и не имевший связей, стал первым лицом Франции и перекроил карту Европы. Современники объясняли его взлет Французской революцией: она действительно стала трамплином для юного офицера, ставшим генералом в обход должностных иерархий. Но не менее важны эпизоды его юности, в которых уже тогда проступали черты национального лидера. Наполеон родился на Корсике, в семье мелкого дворянина. Корсика только за три месяца до его рождения стала владением Франции, и Наполеон до конца дней говорил по-итальянски лучше, чем по-французски. В военных училищах он был чужаком, говорил с акцентом и происходил из семьи, которую французские аристократы не воспринимали всерьез. Уже тогда он пробовал себя в сочинительстве: писал трактаты в подражание Руссо и Локку, упражнялся в риторике, набрасывал политические программы и даже проект автономии Корсики. Для сверстников Наполеон Бонапарт был скорее занудой. Старший брат Жозеф рассказывал, что дорожный сундук Наполеона был заполнен сочинениями Плутарха, Платона, Цицерона, Корнелия Непота, Тита Ливия и Тацита. Его брат предпочитал экономить на одежде и элементах быта, чтобы купить новую книгу и листы бумаги, где он мог бы делать пометки, писать собственные размышления по каждой из прочитанных книг. Интересно, что при всей любви к античной литературе Наполеон так и не выучил латынь. Особое вдохновение Наполеон черпал в полководцах древности — Юлии Цезаре, Александре Македонском, спартанском царе Леониде. В то же время Бонапарт изучал и более свежие примеры — Евгения Савойского и Фридриха II. При этом его мировоззрение было эклектичным: он увлекался Руссо и его «цивилизованным дикарем», но одновременно верил в сильное централизованное государство и порядок, скептически относился к роли масс в политике, а религию склонен был считать инструментом управления. Самообразование и небольшой капитал его семьи принесли плоды: в 15 лет Наполеон поступил в Парижскую военную школу на артиллерийское отделение. Там он впервые применил свои аналитические способности к военному делу: чтение карт, расчет траекторий и логистика с юности сопровождают Наполеона. Наполеону пришлось слишком рано повзрослеть. В 16 лет ему пришлось возглавить семейство, где большую часть жалованья с офицерской должности он отправлял матери. Сослуживцы описывали его как молчаливого, замкнутого и высокомерного, он не участвовал в попойках и карточных играх, предпочитая одиночество и чтение. Становится понятно, что юный Наполеон Бонапарт слишком много времени тратил на самообучение, читая тысячи страниц и делая выписки. Это дало ему не только эрудицию, но и привычку к систематизации информации, которая позже проявилась в его способности охватывать взглядом целые театры военных действий. Наполеон, экономивший каждый франк, чтобы купить книгу и отправить деньги матери, выработал бережливость, которая в зрелые годы превратилась в одержимость государственным бюджетом. Лидер, выросший в нужде, часто оказывается либо расточительным, чтобы компенсировать прошлое, либо, как Наполеон, патологически расчетливым. С ранних лет он сравнивал себя с великими людьми древности. Даже не стеснялся выпрашивать у родственников деньги, апеллируя к тому, что все это для личного и профессионального роста. Конечно, идентификация с образами великих не совсем соответствовала реалиям: Наполеон был корсиканцем во Франции, бедняком среди аристократов, интровертом в шумной офицерской среде. Однако именно самопозиционирование, широкая эрудиция и способность к обучению повлияли на чрезвычайную самоуверенность в себе. Можно сделать вывод, что Наполеон стал императором не вопреки своей юности, а благодаря ей. #мнение #история

Крестовые походы обычно рассматриваются как религиозный порыв или военная экспансия. Но c точки зрения политического анализа они интересны прежде всего как механизм перенаправления внутреннего насилия вовне и принуждения элит к участию в коллективных проектах. Папство использовало походы не только для распространения своей власти, но и как инструмент умиротворения рыцарства и укрепления собственного авторитета в Европе. Феодальная раздробленность порождала бесконечные войны между рыцарскими кланами. Церковь, пытавшаяся ограничить насилие и укрепить собственное господство в регионе, сталкивалась с сопротивлением воинственной знати, для которой война была не столько профессией, сколько образом жизни. Перспектива священной войны на Востоке позволяла решить эту задачу: папство получало рычаг управления элитами, а конфликтогенность феодализма перенаправлялась вовне. Урбан II на Клермонском соборе в ноябре 1095 года предложил воинам путь духовного искупления через участие в священной войне за освобождение Иерусалима. Полное прощение грехов и освобождение от подсудности светским судам делали крестовый поход привлекательным предприятием для людей, привыкших к насилию. При этом вербовка была организована через иерархическую структуру феодального общества. Если король или крупный сеньор принимал крест, его вассалы следовали за ним, опасаясь немилости. Хронист Жан де Жуанвиль в своих записях приводил разговор двух рыцарей Людовика IX перед принятием креста в 1267 году: один заметил, что если они не примут крест, то потеряют благосклонность короля, а если примут, то потеряют благосклонность Бога. Сам Жуанвиль признавал, что обет был принят под давлением обстоятельств. Церковь использовала и прямые рычаги принуждения. Некоторые осужденные преступники получали выбор: тюрьма или крестовый поход. Отказ от участия для знати мог означать потерю покровительства сеньора, конфискацию имущества или отлучение от церкви. Походы требовали колоссальных ресурсов: знати приходилось закладывать и продавать имущество, чтобы финансировать экспедиции. Многие семьи разорялись, а их земли переходили под контроль церкви. Участие в походе часто означало истощение ресурсов семьи на поколения вперед. В долгосрочной перспективе это ослабляло феодальную знать и укрепляло централизованные монархии, которые могли позволить себе организовать военные кампании за счет государственных налогов, а не частных средств. История крестовых походов дает несколько уроков: 1) внешний конфликт — это эффективный способ разрядки внутреннего давления. Особую категорию участников походов составляли младшие сыновья феодалов. В системе майората все наследство переходило к старшему сыну, а младшие оказывались перед выбором: духовная карьера, служба при чужом дворе или война за собственные земли. Крестовые походы предлагали четвертый вариант — завоевать владения на Востоке. 2) религиозный порыв — это мощный инструмент принуждения, особенно когда он встроен в существующие социальные иерархии. Церковь создала систему обязательств, где отказ от участия в походах приравнивался к нарушению феодальной верности. 3) крестовые походы — это коллективный проект, который привел к пересмотру элитных раскладов в Европе без большой внутренней войны. Знать, закладывавшая земли для финансирования походов, постепенно теряла экономическую самостоятельность. Церковь и корона, напротив, укрепляли свои позиции, получая контроль над ресурсами и институтами. 4) механизмы мобилизации работают только тогда, когда они соответствуют культурному коду общества. Крестовые походы не были бы успешны, если бы не апеллировали к рыцарской идентичности, представлениям о чести и феодальной верности. Идеология, оторванная от повседневных практик, не мобилизует. #мнение #история

Растем потихоньку! Выпускной год, коллега стал преподом (и даже будет в этом году вести дисциплину и у меня! вот как бывает!); и последний раз, когда я рассказываю первокурсникам про студенческую науку на факультете. Когда я только пришла в вуз, так же в день знаний, Денис Владимирович сказал, что к выпуску "вы себя не узнаете", поэтому важно запомнить это состояние, когда тебе всё ново и любопытно. И это абсолютная правда! Испытываю смесь чувств: вроде и рада, что проделан уже даже сейчас такой путь; действительно, я стала еще более уверенной в себе, понимающей, чего я хочу; понимающей, как академическая траектория может быть одновременно и методом рефлексии, и открывать много классных дверей. И одновременно с тем немного грустно ощущать приближающееся завершение такого большого этапа, без которого мне сложно представить себя в любой точке жизни: что сейчас, что через много лет. Всей душой люблю свою альма-матер и людей, которых мне она подарила и которые есть часть моей жизни 🤩

Сегодня лично для меня нестандартный День знаний, поскольку с этого дня преподаватель кафедры социологии и политологии Воронежского госуниверситета. Вместе со студентами будем погружаться в практические занятия по трем дисциплинам: Политический протест в современном мире. История политических учений. Политический анализ и прогнозирование (лабораторные работы). #новости

С Днем Знаний! Выбираем книгу для воскресной рецензии: 1) А. Беккер «Всё, везде и сразу. Повелители ИИ, космические империи и Крестовый поход Кремниевой долины за контроль над судьбой Человечества». Илон Маск и Джефф Безос всерьёз обсуждают переселение людей в космос. Сэм Альтман планирует заменить деньги лимитами на использование искусственного интеллекта и раздавать гражданам акции своей корпорации. В будущем нам предлагают бессмертие, всеобщее богатство и обслуживание сверхразумными машинами. Адам Беккер разбирает эти обещания с позиций реальной науки и доказывает их полную несостоятельность. Книга объяснит, как элиты используют сказки о будущем для удержания власти в настоящем, вооружит аргументами против агрессивного технооптимизма и научит трезво оценивать любые инициативы Big Tech. 2) А. Дугин «Государство-цивилизация». В данной монографии известный философ и политолог Александр Дугин вводит и обосновывает фундаментальное понятие «государство-цивилизация». На основе масштабного междисциплинарного анализа автор исследует этот феномен как высшую форму политического суверенитета, приходящую на смену модели национального государства. В центре внимания — Россия как исторический и проективный образец государства-цивилизации. В книге подробно раскрывается суть цивилизационного суверенитета, анализируются его основные характеристики и предлагаются ориентиры для построения будущего России в соответствии с ее уникальной цивилизационной логикой. 3) А.Б. Абрамс «Выживание в эпоху однополярности. 35-летнее противостояние Северной Кореи и Соединенных Штатов». В книге прослеживается эволюция конфликта между Северной Кореей и США, истоки которого восходят к концу Второй мировой войны. Завершение холодной войны и распад Советского Союза ознаменовали начало нового этапа: формирование однополярного мирового порядка привело к беспрецедентной изоляции КНДР. Автор показывает, как на протяжении 35 лет Северная Корея противостояла Соединённым Штатам, выдерживая экономические санкции и ограничивая внешнее влияние на своё информационное пространство. Особое внимание уделяется последствиям этого противостояния для самой страны, региона и мира в целом. Абрамс также предлагает прогноз дальнейшего развития конфликта, включая возможные стратегии Пхеньяна в условиях формирующейся новой глобальной холодной войны. #мнение