Artis Opus

В 1956 году бразильские архитекторы Лусио Коста и Оскар Нимейер приступили к выполнению сложной задачи: им было поручено с нуля спланировать и возглавить строительство Бразилиа - новой столицы крупнейшего государства Южной Америки. Кафедральный собор, здание Национального конгресса и 224-метровая телебашня со временем стали иконами современной архитектуры. В 1987 году город, отличающийся крестообразной планировкой и огромными открытыми пространствами, был внесен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. В 1958 году Рене Бурри, прославленный фотограф агенства Magnum, впервые посетил огромные строительные площадки будущего города. В течение многих лет он неоднократно возвращался сюда, документируя своей камерой рост и дальнейшее развитие города-утопии. Помимо съемки зданий на разных стадиях строительства, Бурри фотографировал уличные сцены, рабочих и жителей, а также виды городских трущоб. Его снимки передают облик новой эпохи; они отражают грандиозность проекта и большие амбиции градостроителей.

Первая поездка в Нью-Йорк фотографа Инге Морат датируется 1957 годом, когда она сопровождала сооснователя агенства Magnum Photos Анри Картье-Брессона в его рабочем турне по Америке. Исполняющая обязанности его ассистента, она, тем не менее, сделала в тот год одни из самых знаковых своих фотографий. И в последующие десятилетия мегаполис продолжал оставаться одним из фокусов ее работы. В 2002, в год кончины Морат, вышел альбом «New York», содержащий большую коллекцию фотографий города и его жителей, снятых ею на протяжении четырех десятилетий. Предисловие к нему написал драматург Артур Миллер, супруг фотографа.

Анри Картье-Брессон (1908-2004) Берлинская стена, Западная Германия, 1962 «На всем протяжении семидесятилетней карьеры Картье-Брессона его фотографии всегда сохраняли высокое качество композиции. На этом кадре, сделанном в 1962 году, все на своих местах: линии перспективы гармонично пересекаются; ритмы дороги, стен и фасадов находятся в идеальном согласии; три фигуры, стоящие на вершине каменной плиты, расположены в соответствии с правилом золотого сечения. Снимок был сделан в Западном Берлине, вскоре после завершения строительства стены, разделяющей Восток и Запад. На нем изображены трое молодых людей в модных костюмах, наблюдающие за тем, что происходит по ту сторону "железного занавеса". Данная фотография хорошо иллюстрирует двойственную природу большинства изображений, сделанных Картье-Брессоном: помимо безупречной геометрии его снимки всегда обладали сильным документальным содержанием. Для него фотография была "с одной стороны, признанием, за долю секунды, значимости увиденного события, и, с другой стороны, строгой организацией визуальных форм, которые это событие выражают"» – Клеман Шеру.

В новом номере журнала Mastermind опубликована примечательная модная история «The Workers», снятая Итаном Джеймсом Грином и стилизованная Ксенией Мэй Сеттел. Как нетрудно догадаться, вдохновением для съемки послужила знаковая серия «Small Trades» фотографа Ирвина Пенна, реализованная в 1950-51 годах в студиях Парижа, Лондона и Нью-Йорка и состоящая из портретов квалифицированных рабочих и ремесленников всех мастей, одетых в униформу и с гордостью демонстрирующих инструменты своего ремесла. Для своей фотосессии Грин адаптировал приемы и находки великого предшественника, но есть здесь и существенные различия - в роли рабочих выступает супермодель Кэролайн Трентини, а вместо рабочей одежды на ней вещи из последних коллекций модных домов и украшения Boucheron.

«Дорога, извивающаяся змеей по центральной части королевства Бутан, выходит к мощной крепости - монастырю Джакар-дзонг. Его название переводится как "Замок белой птицы"; это крупнейшая религиозная сила в стране и захватывающий пример традиционного народного искусства. Когда-то в его стенах жило множество людей: монахи, ремесленники, слуги - теперь здесь остались только духовные учителя - ламы. Но во время фестивалей это место превращается в арену средневекового веселья и богослужения с вертливыми и разухабистыми ацарами, "этими священными шутами, размахивающими огромными деревянными фаллосами, скачущими ... под звуки цимбал, рожков и труб и глубокие монотонные песнопения", - рядом с астрологами и мистиками, несущими дарохранительницы и монахами, держащими огромные парчовые штандарты. Внизу в долине, на окраине старого поселения Бумтанг, напоминающего пограничный город, расположен монастырь Тамшинг-лакханг с его низкими крышами. Построенный в 1501 году местным святым Пема Лингпой, одним из «Пять великих открывателей сокровищ» традиции Ньингма, это место сохранялось на протяжении веков как феодальное владение и принадлежало потомкам святого, семье Чодже, связанной родством с королевской династией Вангчук. Священные росписи монастырских стен, сохранившие следы землетрясений, создали многие знаменитые художники, в том числе Кунтрей и Карва Церинг. Они рисовали красками из пигментов и минералов, подаренных жителями Тибета <...> Драгоценные фрески Зала Сутр, в том числе фризы с изображением 21 Тары (женских бодхисаттв) являются местом паломничества молодых людей, которые, как мы наблюдали, совершали "искупительные прогулки" в жилетах с железными цепями. Когда мы входили в верхний зал центральной башни монастыря, увешанный разнообразными ритуальными масками, принадлежащими труппе безмолвных теней, то почувствовали, что находимся на границе двух миров, земного и небесного, куда, как кажется, ведет эта отдаленная земля. По выражению режиссера Гарри Маршалла, "Если и есть на Земле какая-нибудь страна, которую можно было бы назвать Эдемом - то это Бутан"» – Космо Брокуэй. Фотографии Марка Ласкомб-Уайта для 21-го номера журнала Cabana, 2024.

Тамара де Лемпицка, 1948 г. Вилли Майвальд (1907-1985).

Фотограф Вилли Майвальд (1907-1985) известен прежде всего многолетним и плодотворным сотрудничеством с Домом Christian Dior, но он также был мастером фотопортрета. Учеба в школах прикладных искусств в Крефельде, Кельне и Берлине определила его вкус и приверженность к художественному авангарду. В 1932 году он перебрался в Париж, где подружился со многими представителями современного искусства, был вхож в их дома и мастерские, и позже создал впечатляющую коллекцию портретов ведущих европейских художников середины двадцатого столетия. В подборке: Жоан Миро, 1948 г. (1, 2); Фернан Леже, 1947 г. (3, 4); Осип Цадкин, 1965 г. (5); Генри Мур, 1948 г. (6); Анри Лоран, 1955 г. (7); Пабло Пикассо, 1948 г. (8); Жан Арп, 1948 г. (9); Йозеф Бойс, 1958 г. (10).

Большой успех книги Брассая «Paris du Nuit» побудил издателей журнала Arts et Métiers Graphiques заказать фотографу Биллу Брандту похожий проект, посвященный британской столице. Его книга «Londres de Nuit / A Night in London» вышла в свет в 1938 году с подзаголовком «История лондонской ночи на 64 фотографиях Билла Брандта». Этот мозаичный портрет Лондона от заката до рассвета, собранный из изображений, как документальных, так и постановочных – последние можно определить как "фотоиллюстрации" – их сюжет и композиция были заранее тщательно спланированы Брандтом с помощью подготовительных рисунков. Изображения в книге расположены в произвольном порядке, парами на каждом развороте: фотографии ночной жизни и мрачные виды лондонских улиц соседствуют с интимными моментами из жизни горожан разных слоев общества. Сохранилось достаточно мало экземпляров этой книги, так как большая часть тиража была уничтожена при пожаре на складе издательства.

Предметы, покрытые толстым слоем грязи, а именно семерка пик, скомканные бумажный стаканчик и пачка сигарет, куски ткани и перчатки, становятся практически неузнаваемыми на фотографиях Ирвина Пенна (1917-2009). Серия "Street Material", начатая в 1975 году, посвящена выброшенным и потерянным предметам, найденным фотографом на улицах Нью-Йорка. Находящийся на стыке искусства и антропологии, этот небольшой корпус работ выделяется на фоне других серий фотографа как субъективная археология современности. Фотографии были впервые представлены в 1977 году на сольной выставке Пенна "Street Material: Photographs in Platinum Metals 1975-76" в Метрополитен-музее.

В 1932 году Брассай начал фотографировать граффити: рисунки и каракули, нацарапанные на стенах парижских зданий, и уже в 1933 году опубликовал в сюрреалистическом журнале Minotaure статью с фотоподборкой под заголовком "От стены пещеры к стене здания", демонстрируя, что эти рисунки представляют собой нечто большее, чем просто детские шалости. Среди этих голов и фигур, напоминающих о доисторических наскальных и пещерных рисунках, среди символических изображений масок, рожиц и животных, фотограф обнаружил совпадения и инварианты, позже он рассортировал и разделил их на следующие подгруппы: "Рождение Человека", "Маски и Лица", "Магия", "Животные", "Примитивные изображения", "Любовь" и "Смерть". «Эти лаконичные символы, - объяснял Брассай на страницах "Минотавра", - не что иное, как зачатки языка; эти монстры, эти демоны, эти герои, эти фаллические боги - составные части мифа». В 1950 году Брассай фактически стал археологом этого неофициального наивного искусства, когда начал отмечать местонахождение граффити в блокноте, «чтобы позже вернуться к ним при лучшем освещении или найти их снова много лет спустя и зафиксировать произошедшие изменения». Брассай работал над этой серией на протяжении трех десятилетий и в 1961 году издал ее в виде альбома «Graffiti».

«В тихом уголке Парижа, словно нетронутым временем, находится особняк середины XVIII века, в котором живет барон Филипп де Ротшильд, писатель, переводчик, эксцентрик, а также владелец всемирно известных виноградников в Мутоне, недалеко от Бордо. Построенный как охотничий домик, во времена когда этот район еще был покрыт лесом Клюни, особняк постепенно был перестроен в многоквартирный дом. Баронесса Полин де Ротшильд, покойная супруга барона Филиппа, оценила потенциал этого дома и объединила комнаты на первом этаже в большую квартиру, где проживала как до, так и после замужества. За последние двадцать пять лет барон Филипп смог скупить остальную часть дома, комнату за комнатой. После смерти баронессы Полин барон Филипп отказался от своей собственной большой квартиры в Париже, чтобы переехать сюда. Этот элегантный дом наполнен великолепными предметами: обожаемая Полин мебель в стиле Людовика XV удачно дополнена предметами, созданными по ее эскизам. Страстный поклонник изысканного вкуса супруги, барон внес лишь незначительные изменения в интерьер: повесил новый балдахин над кроватью со стальным каркасом, которую спроектировала Полин, а также добавил на стену рисунок одной из дочерей короля Людовика XV. В зеленом салоне вручную расписанные китайские обои XVIII века прекрасно сочетаются с коллекцией фарфора периода Канси, собранной баронессой. Барон Филипп наслаждается спокойной атмосферой загородного дома, которую создает сад. Здесь восхитительно пахнет - сладкие, вызывающие ностальгию ароматы фрезий и нарциссов - цветы повсюду - и замечательные блюда. Еда простая, аппетитная, изящно сервирована и никогда не бывает тяжелой. Барон Филипп готовит кофе после обеда или ужина и предлагает к нему восхитительный горький шоколад, похожий на маленькие веточки коралла. Повсюду царит обжитой, привычный комфорт, который вы найдете в английском доме, где любимые предметы и обстановка призваны служить вечно». Фотографии Хорста П. Хорста (1906-1999) для статьи «Philippe Baron Philippe», опубликованной в майском номере Vogue за 1982 год.

Франсеск Катала-Рока (1922-1998) был одним из крупнейших испанских фотографов, неутомимым путешественником и тонким наблюдателем. Его снимки Испании 1950-х и 1960-х годов - это портрет эпохи. "Я любил путешествовать, а уж фотографировать, тем более" - на своей легендарной Vespa Катала объездил всю страну. В 1952 году он приехал в Мадрид по заданию барселонского издательства Destino, чтобы создать серию фотоиллюстраций для готовящейся к публикации книги «Madrid» писателя и журналиста Хуана Антонио Кабесаса. Фотограф был очарован городом, и, особенно, его главной улицей: Гран-Виа, в те годы официально именуемой "проспект Хосе Антонио". В течение двух лет, во время нескольких поездок, мастер создал множество образов испанской столицы, ставших знаковыми. Его "Сеньориты, идущие по Гран-Виа" - один из них, - шесть подруг, взявшись за руки, гуляют по улице. Замечательны и другие "портреты" Гран-Виа и ее окрестностей, по которым Катала неустанно бродил в компании фотоаппарата Rolleiflex: фасад здания Грасси, солдаты, обхаживающие туристок, вид площади Ред-де-Сан-Луис, стюардесса, выходящая из метро... Улица, полная движения, света и красивых теней, была мастерски запечатлена Катала-Рока для истории.

Анри Картье-Брессон (1908-2004) Брюссель, Бельгия, 1932 «На этой фотографии, сделанной в Брюсселе в 1932 году, изображены двое мужчин, которые пытаются посмотреть представление через дырки в брезенте; это одна из самых известных фото Картье-Брессона. Во всяком случае, именно ее чаще всего воспроизводили на обложках его книг и альбомов. Как объяснить этот повторяющийся выбор? Комичностью сцены с усатым персонажем в котелке на переднем плане, словно заимствованным из бурлескного фильма или картины Магритта? А может быть, из-за политического подтекста композиции, которая очень четко разделяет буржуа в шляпе и рабочего в кепке? Вероятно, и то, и другое. Но прежде всего сила этого изображения зависит от того, что находится за пределами кадра, а также от того факта, что мы не знаем, на что именно смотрят мужчины. В этом заключается подход, который Картье-Брессон часто использовал в 1930-х годах. Фотограф дает нам, зрителям, возможность стать такими же вуайеристами, как он и его герои» – Клеман Шеру.

«По сути, все началось как шутка. Дик был моим другом, он позвонил и спросил, не хочу ли я сыграть вместе с Ричардом Бертоном и Элизабет Тейлор в «Клеопатре»», — вспоминал актер и режиссер Майк Николс о легендарной модной съемке - пародии на таблоиды, в которой он и супермодель Сьюзи Паркер снимались у фотографа Ричарда Аведона для сентябрьского номера Harper's Bazaar за 1962 год. «Я сказал: «Конечно, почему бы и нет?». К тому моменту я уже высмеял и пародировал многих людей; это показалось мне отличной идеей». Концепция была простой, но неслыханной для того времени. В эпоху, когда модная фотография в основном демонстрировала моделей, позирующих статично, словно фрукты в натюрморте, Аведон снимал Николса и рыжеволосую Паркер как вымышленную пару кинозвезд, которые тайно влюбились друг в друга на съемках эпического фильма «Наполеон и Жозефина» и скрывались от папарацци в Париже. Одетые в темные очки и последние наряды от Christian Dior, Nina Ricci и Yves Saint Laurent, они мчались — смеясь, крича и флиртуя — из ресторана Maxim's на кутюрные показы Chanel и Dior, из Булонского леса - в Американский госпиталь в Париже. Это был, в каком-то смысле, восхищенный взгляд на таблоидную журналистику, шикарная сатира. Но поскольку это был Аведон (не говоря уже о Николсе и Паркер, отношения между которыми перед камерой разгорались будто костер), конечный продукт представлял собой совершенно иное:  бросающей вызов жанру модной фотографии удачной смесью остроумия, мелодрамы, высокой моды и искренних эмоций, которые превратили эту съемку в театральную постановку. Аведон снимал Николса, ругающегося на папарацци и Паркер, с криком падающую с лестницы в вечернем платье Lanvin-Castillo, Николса, тайно целующего Паркер в леопардовом платье Dior, и даже Паркер с перевязанными запястьями после "попытки самоубийства". Редакция журнала получила отличную модную съемку и целую трагикомическую оперу в придачу.  «Дик был гением, который заставлял все это происходить в реальности, так что все, что вам нужно было сделать, это просто реагировать», — говорил Николс, который оставался близким другом Аведона до смерти фотографа в 2004 году. «Дик взбесил папарацци; но он также взбесил и меня. На самом деле он был режиссером, и, как все великие режиссеры, он знал, как оживить выдуманный сценарий». Николс признавался, что в то же время у него не было ощущения, что он участвует в модной истории. «Когда я впервые увидел эти фото, они меня просто поразили», — делился режиссер, который описывал эффект от просмотра фотографий Аведона как «легкий шок. Каждый кадр о чем-то говорил. Дик видел то, чего не видели другие».

«Марсель Дюшан родился в 1887 году. Он получил образование в Руане и изучал живопись в Академии Жюлиана в Париже. Дюшан, конечно, был тесно связан с началом модернизма и сопутствующими ему скандалами. Его "Обнаженная, спускающаяся по лестнице" была снята с выставки Салона Независимых в Париже в 1912 г. и вызвала шумиху на Armory Show в Нью-Йорке в 1913 г. Его реди-мейды, такие как "Фонтан", стали важным вкладом в становление Дадаизма. Хотя Дюшан уже много лет живет в Нью-Йорке, в сознании большинства людей он ассоциируется с далеким городом, Парижем, и с далеким временем полувековой давности, когда у него была скандальная слава. Однако больше, чем кто-либо другой, он повлиял на отношение к найденным предметам и материалам целой группы молодых американцев, начиная с Раушенберга и Джонса. Влияние Дюшана дошло до них опосредованно, через книги и его работы в американских публичных коллекциях. Несмотря на разницу в возрасте по сравнению с другими современными американскими художниками, Дюшан молод духом и очень деятелен. Он обитает в квартире в Гринвич-Виллидж и, очевидно, получает огромное удовольствие от своего американского окружения, когда прогуливается по улицам Нью-Йорка или играет в шахматы в парке Вашингтон-Сквер. Его ироничность и чувство юмора дают о себе знать в его отношении к миру, но также и в его отношении к самому себе, о чем красноречиво свидетельствует его шуточное противостояние с камерой» – Алан Соломон. Фотографии Марселя Дюшана, снятые Уго Муласом в 1964-1965 гг., были опубликованы в книге New York: The New Art Scene. 1967.

Скульптуры и вазы в парке Версальского дворца на фотографиях Эжена Атже (1857-1927) Из тысячи мест, которые Атже фотографировал в Париже и его окрестностях, Версаль был его главной навязчивой идеей. Он периодически работал там с 1901 года и до самой смерти, не только потому, что королевский дворец - выдающийся исторический памятник, но и потому, что в его огромных садах он открыл для себя много нового. Он понял, что они воплощают собой суть французской цивилизации - характерное сочетание элегантности, порядка и барочной чрезмерности, искусство, повторяющее дихотомию природы. Он также осознал, что главная задача фотографа, как и ландшафтного архитектора, - установить точку зрения, которая будет направлять движение мысли и воображения зрителя.

Elliott Erwitt's New York С помощью альбома "Нью-Йорк" легенда фотографии Эллиотт Эрвитт (1928-2023) отдал дань уважения этому мегаполису. Уроженец Парижа эмигрировал в США в 1939 году и обосновался в Большом Яблоке в 1948. С тех пор камера стала его постоянным спутником во время прогулок по авеню и улицам великого города. Монохромный оммаж Нью-Йорку, в котором отображены все оттенки городской жизни в образах, иногда суровых, иногда элегантных, но всегда правдивых. В данной подборке представлены фотографии, сделанные Эрвиттом в 1949-1979 гг.

«Я понятия не имел об этом доме, но я знал Коллекцию Менил, Часовню Ротко и здание музея Менил по проекту Ренцо Пиано, как по мне, ничего лучше и быть не может. Поскольку я знал Доминик де Менил как коллекционера, Филипа Джонсона как архитектора и Чарльза Джеймса как дизайнера интерьера этого дома, мне нужно было сложить воедино три эти элемента. Вы видите собрание картин, но в то же время видите декор и архитектуру. Моей целью было передать эмоции, которые я испытывал, глядя на это триединство, а не просто выбрать для съемки отдельные картины, предметы мебели, или элементы архитектуры дома. Вот почему я фотографирую разные дома с помощью разных техник, так что вы не узнаете мои фотографии по технике, за исключением того, что все аналоговое, потому что я никогда не буду снимать такие проекты на цифру» – из интервью фотографа Франсуа Алара изданию Ark Journal (vol. II autumn/winter 2019). Фотографии дома Джона и Доминик де Менил в Хьюстоне, опубликованные в альбоме François Halard: A Visual Diary. Rizzoli, 2019.

«Студия Ирвина Пенна напоминает кафедральный собор. А студия Дэвида Бэйли больше походит на ночной клуб» – Диана Вриланд. Дэвид Бэйли прославился как модный фотограф в самом начале 1960-х годов. И уже в 1965 году он опубликовал "David Bailey's box of pin-ups" – портфолио из 36 портретов модной элиты, состоящей преимущественно из мужчин, которые, как пояснялось на обложке, «принадлежат миру моды, популярной музыки и ночной жизни». Каждый портрет сопровождается заметками писателя Фрэнсиса Уиндхэма. Вместе они представляют собой зеркало моды и культуры свингующего Лондона. Среди героев этой публикации: Джин Шримптон (1) и ее младшая сестра Крисси (7), Джон Леннон и Пол Маккартни (2), Сесил Битон и Рудольф Нуреев (3), Мик Джаггер (4), Сью Мюррэй (5), Майкл Кейн (6), лорд Сноудон (8), братья Регги, Чарли и Ронни Крэй (9), Брайан Эпстайн (10). Включение автором в портфолио портретов столь разных фигур, как супруг принцессы Маргарет и отъявленные преступники братья Крэй, вызвало ажиотаж у публики сразу же по выходу из типографии.

«Лето любви» 1967 года привлекло внимание многих американских СМИ, и статьи о сборищах хиппи в Сан-Франциско появились в таких изданиях, как Time, Newsweek и New York Times Magazine. Фотограф Ирвин Пенн (1917–2009) предложил редакторам журнала Look сделать съемку, посвященную контркультурному движению в Калифорнии. Специально для этого проекта Пенн арендовал помещение в городе Саусалито и создал в нем импровизированную студию. Поскольку он использовал для съемок только солнечный свет, расположение окон имело решающее значение:

Электрическое освещение – это удобство, но, как я полагаю, оно используется в ущерб той простой трехмерной ясности, тому абсолютному существованию, которое олицетворяет объект, стоящий перед камерой в студии с естественным северным освещением.

В качестве фона Пенн использовал бетонную стену. Нейтральная среда напоминает о той, которую фотограф создавал для этнографических штудий. Портреты, изображающие семьи хиппи, байкеров «Hell's Angels» и рок-группы, были опубликованы под общим заголовком «The Incredibles» в номере журнала Look от 9 января 1968 года. Помимо этого, Пенн также сфотографировал участников экспериментальной танцевальной группы «San Francisco Dancers' Workshop». Анна Халприн, танцовщица и хореограф-авангардист, основала эту группу в 1959 году вместе с танцовщицами Тришей Браун, Симоной Форти и Ивонн Райнер, композитором Джоном Кейджем, а также художником Робертом Моррисом. Заинтересованная в том, чтобы бросить вызов традиционным представлениям о танце, Халприн приглашала людей из разных художественных дисциплин присоединиться к своим постановкам с целью слияния танца с другими формами искусства. Пенн задокументировал обнаженную группу танцовщиков, исполняющую танец «The Bath». Эти снимки не были включены в материал «The Incredibles», но в 1995 году Пенн напечатал группу фотографии по просьбе Халприн.