Шутки Шрёдингера

Сестра в своём канале процитировала [→] мой пост, и мой индекс Хирша вырос. О эта радость взаимного цитирования! Её так же как меня бомбит от рынка образования. И кажется, почти всех из сферы образования, с кем я разговаривал: что школьного, что коммерческого, — ужасно бесит сложившаяся ситуация. P.S. Кто не узнал отсылку про индекс Хирша, смотрите культовое видео [→], только обязательно с субтитрами.

юю ы ф

Пришло время для контента 18+

#образование Меня злит, когда людей заставляют выполнять бессмысленную работу, а тем более профанировать. Третий раз в жизни помогаю обсчитывать диплом по психологии. И каждый раз это — в большей или меньшей степени — статистика с натяжкой. От будущих психотерапевтов (а у меня нет сомнений, что большая часть выпускников психологических вузов пойдёт именно туда, а вовсе не в психологию как науку) требуют, чтобы они проанализировали какой-то психологический эффект с использованием статистического инструментария, который в них попытались загрузить за полгода. И написать диплом на 70–120 страниц. Типичная выборка в студенческом исследовании — порядка 100 респондентов. Пространство гипотез довольно обширно. Используемые опросники имеют переменное качество. Как можно догадаться, десятки страниц заполнены бойлерплейтом про пвальюсы меньше 0.05, корреляции ежа с ужом и бессмысленными графиками, потому что осмысленных на таком наборе данных и с таким инструментарием не сделать. Притом, если делать статистику совсем по-честному, всё развалится (=студент не получит диплом), поэтому мне как честному мальчику приходится плясать ритуальные танцы вокруг слов «пилотное исследование» и «нужно больше проверок». Но фишка в том, что после курса статистики в психологическом вузе, студенты едва ли могут корректно указать на изъяны в статистических процедурах. Хорошо, если они понимают, что такое корреляция и что такое статистическая гипотеза. Я сам начал понимать статистику, кажется, только с четвёртого подхода к снаряду. Вот просто зачем?!! Почему у нас в вузах образовательная программа никак не соотносится с целями образования? Это так не только с психотерапевтами. И у физиков, и у программистов такая же беда, просто в несколько другом ракурсе.

М.С. любит подчёркивать значимость эстетики в принятии решений. Возможно, это не лучший критерий, но точно хорошая прокси-характеристика. На публичных спикерах здорово работает. Я ничего не знаю про экономику, но когда попадаю на видео Игоря Липсица (а особенно, когда смотрю, сколько он их заснял) или, прости господи, Владимира Милова, мне прям неловко это смотреть. Всё равно смотрю, но с брезгливостью. Потом приходит какой-нибудь настоящий экономист и аргументированно подтверждает, что моё чутьё меня не обманывает, и Липсиц действительно транслирует чушь и дичь. Не Валерий Соловей, конечно, но в ту же сторону. Возможно, я просто падок на обёртку, и сам путаю, где настоящий экономический анализ, а где надувательство, но... Нет, это невозможно. Я знаю, как общаются настоящие исследователи. Я видел и много пропагандистов и просто продавцов ожиданий. Их невозможно спутать. Даже учёный и профессиональный научный популяризатор обычно кардинально отличаются друг от друга. У них встроенный tone of voice разный. Или вот послушайте какие-нибудь ранние и поздние военные сводки Майкла Наки с Русланом Левиевым — и вы почувствуете, где исследователь, где журналист и где пропагандист (ага, Майкл Наки в двух ролях). Знаете, когда на физтех приходила группа студентов юрфака, их было видно невооружённым взглядом. Они настолько отличались от всего, что их невозможно было принять за физиков. Они по-другому одеты, они не так двигаются, они иначе общаются. С другого конца коридора ты видишь их как яркое пятно на полотне реальности, хотя их костюмы черны. У многих публичных спикеров после прихода известности, случается фазовый переход. Даже если они были специалистами в своей области, внезапно они начинают высказываться на всё новые и новые темы, в которых специалистами уже не являются. И это тоже видно. Честно говоря, я очень боюсь сам таким стать. Стукните меня больно, если такое случится (или уже случилось). Из специалистов я так в какой-то момент перестал слушать Екатерину Шульман, Наталью Зубаревич, Тамару Эйдельман, Сергея Гуриева (его вычеркнул за прямолинейную пропаганду), Максима Миронова, Александра Панчина и ещё ряд персон, которых тут забыл. И каждый раз грустно, когда хороший специалист вдруг скатывается в это. К Максу Кацу или Майклу Наки у меня, кстати, нет таких претензий: они не прикидываются учёными. Эстетика их подачи не вызывает диссонанса с их ролью. Вот вроде бы надо подходить к выбору источников рационально... Сам об этом постоянно говорю. Но честно говоря, интуитивный способ для меня работает лучше (понимаю, что проверить это невозможно). Кажется, у меня неплохо откалиброван эстетический детектор. Жаль только, что формализации это не поддаётся, и этот навык невозможно передать другому.

Идея для стартапа: сервис, который по описанию вещи, его фоткам итп будет определять рыночную цену. А точнее распределение цен, объём предложения на рынке, логистическую доступность итп. В идеале — спрос и ожидаемое время продажи при разных ценах. ——— У меня сейчас каталогизировано порядка 140 книг по математике + 35 книг по шахматам. Но определить для каждой рыночную цену займёт у меня несколько часов. Кстати, take a note, вот табличка со списком книг [→]. Думал даже, имеет ли мне смысл заводить бизнес-аккаунт на авито, чтобы подгружать товары из таблички и гибко регулировать цены, но решил, что у меня не настолько ходовой товар, чтобы это имело смысл.

Ладно, мне не хватит песни и нужна ещё пятиминутка откровенного нытья и ругани. Простите, если вы подписывались не за этим. По приезде в Москву мне пришлось пару часов приводить в порядок свой дом — после того как его запустила гостья, живущая там, пока меня нет. Я был в Москве полторы недели. Половину этого времени я, сильно простуженный, занимался разбором и ремонтом маминой квартиры. В которой за полтора месяца, пока меня не было, побывала куча людей, но никто, кроме мамы, пальцем о палец не ударил, чтобы хоть что-то привести в порядок. Даже на полки в шкафу, который я собрал, вещи положить не сподобились. При этом все просьбы по ремонту были too assertive, и звучали уже не как просьбы. Всё это и ещё несколько моментов настолько меня расстроили, что нет никакого желания приезжать в Москву в ближайшее время. Кроме этого ещё несколько дней я пытался выбить из квартирантов хоть какие-то деньги, а потом выставил их на улицу. Затем вновь кредитовал под ноль процентов ремонт этой сдаваемой чужой квартиры. И безуспешно пытался выбить долг из ещё одного человека. Потом осознал, что в тот смешной гонорар за курс, на который мы договорились, ещё и не заложены налоги, так что из той суммы мне ещё 6% придётся вычесть. Кажется, у меня слишком щедрые кредиты доверия и слишком много лояльности к людям, которые этого не заслуживают. И нет, я не хочу и не собираюсь впредь иметь дела с такими людьми. Баста, карапузики! И нет, я не сам ищу эти сложности на свою голову. Мне прекрасно живётся, когда мне не приходится решать чужие проблемы, я про это даже писал уже [↑]. Кажется, придётся всё-таки переставать жалеть бедных и несчастных, даже если это близкие, и переключиться, наконец, на свою жизнь. P.S. Из хорошего: меня попустила школа. Там хорошо, там прекрасные школьники и коллеги, но возвращаться не хочется.

Иногда у нас бывают сильно ошибочные представления о себе. Только сегодня я хвастался тем, что умею делать ремонт и говорил, что не мою полы. А уже сегодня, пытаясь повесить полку, я просверлил трубу отопления и залил водой весь пол. А ещё я обнаружил в себе недюжинный талант к языкам: в состоянии стресса я вспомнил мощное заклинание: шкант, быстро!

Попарацетамолимся за уменьшение температуры

Про Питер часто говорят, что тут постоянно плохая погода, и что тут всё медленнее, чем в Москве. Я долгое время не понимал, в чём питерцы медленнее москвичей, и не соглашался. А сейчас, наверное, соглашусь, что жизнь тут чуть более размеренная: по эскалаторам бегаем только мы с Л., а по улицам даже мне почти не приходится перемещаться бегом. И я этому рад! С погодой в Питере мне везло всегда: в свои приезды я всегда попадал на солнце или приятную пасмурность. После полутора месяцев жизни здесь, я всё ещё считаю, что погода у нас не хуже, чем у вас тут. Я вообще-то люблю Москву. Но сейчас я заглянул сюда и понял, что мне она нравится меньше Питера: она очень прилизанная. В ней чувствуется лоск авторитарной модернизации и не чувствуется какой-то низовой жизни. Я знаю, что она есть, и её много, но она прячется среди вывесок по дизайн-коду и размазывается по широченным улицам, на которых выживают сильнейшие и крупнейшие. И до этой жизни ещё доехать надо... А ещё в Питере гораздо лучше дела обстоят с общепитом. В частности, тут много столовых, и это круто. В общем, я немного похейчу Москву. И что вы мне сделаете, я в другом городе.

Но особенно важным мне показался гуманистический подход, который слышен за каждым словом курса. Он многое даёт прочувствовать про уважение к личности. Про то, насколько важно видеть за каждым — живого человека со своим набором потребностей. И показывает, насколько эти потребности могут быть разными даже у людей, которых мы привыкли записывать в одну категорию. Уважение к личности отражается даже в лексике; например, бездомные, которые приходят в Ночлежку, зовутся её «клиентами». Организация не «кормит и одевает бездомных» как каких-то несмышлёнышей, а «раздаёт еду и одежду». А если бездомный отказался от помощи — это не потому что он скотина неблагодарная, а потому что предложенная помощь ему не подходит. Эти простые смены акцентов, как мне представляется, сильно влияют на динамику и баланс сил в отношениях между человеком в помогающей позиции и человеком, получающим эту помощь. И это помогает обеим сторонам взаимодействия. Я бы сказал, что для меня этическая сторона курса удивительным образом работает не столько на дестигматизацию бездомности, сколько на дестигматизацию вообще. Помогает по-другому смотреть на людей в целом. И за это отдельное спасибо! ——— Я сначала хотел привести тут список лекций курса, но уже слишком растянул свой текст. Надеюсь, что вы сами заглянете в плейлист на ютубе/рутубе, и найдёте там интересное лично для себя. Так что напоследок я просто хочу упомянуть замечательных авторок курса: Лену Васильеву, Карину Гаринову и Дашу Байбакову (у неё, кстати, есть свой канал [→]). (8/8) в начало [↑]

В лекции про модели помощи с доказанной эффективностью (лекция 14) мне очень понравилась примеры безумных подходов, которые оказываются едва ли не самыми эффективными. Скажем, что просто так раздавать бездомным квартиры для государства выгоднее (!), чем не раздавать (см. программу Housing First). Да, бездомность государству обходится настолько дорого, что выдавать жильё было бы дешевле. Или что бесплатная выдача алкоголя в приютах для алкозависимых бездомных сильно снижает (!) потребление ими алкоголя (см. «программы снижения вреда»). Я прям чувствую, как некоторых моих читателей «плавит» на этом моменте. ;-) (7/8)

Чтобы избежать попадания во власть стереотипов, курс базируется на научных исследованиях явления бездомности и практик работы с ней. Много внимания уделяется тому, чтобы как можно точнее обрисовать картину реальности: с цифрами на руках и пониманием нюансов методологий подсчёта, историческим экскурсом и сравнением подходов существующих в разных странах сейчас. Мы на примерах видим, как детальный анализ и сегментация помогают выстраивать более эффективные социальные программы и как эксперименты помогают проверять эффективность принимаемых мер. Немало внимания уделяется и тому, как подходить к решаемым задачам стратегически. Это включает в себя обсуждение целеполагания организаций, различных государственных политик, выстраивания систем взаимосвязанных проектов. (6/8)

Теперь вернёмся к определению. Бездомный — это не человек, у которого нет дома: у многих бездомных есть жильё в собственности (я сам был удивлён). Это не человек, живущий на улице: многие бездомные до поры до времени живут по друзьям или в каких-нибудь нежилых помещениях. Уж тем более не «ну это такой грязный алкаш на вокзале с тремя классами образования»: уровень образования у бездомных такой же как в среднем по популяции, а про алкоголь и неопрятность и жизнь на вокзале мы с вами уже поговорили. «Ночлежка» предлагает такое определение:

Бездомность — это отсутствие постоянного, безопасного и доступного жилья в месте фактического нахождения человека.

Обратите внимание, что это определение не бездомного человека, а бездомности. Потому что бездомность — характеристика не человека, а его текущего состояния. ...И при нормально организованной системе помощи, это состояние не просто временное, а относительно кратковременное. (5/8)

Среди причин бездомности часто называют алкоголизм. Вот только зачастую это не причина, а следствие. К тому же далеко не все бездомные вообще пьют; просто те, кто пьют — самые заметные; глядя на большинство бездомных, вы даже не предположите, что у них нет жилища. Да, иногда причины бездомности и впрямь бывают не слишком благородными: химическая зависимость или опыт тюремного заключения. Но чаще всего непосредственными причинами бездомности являются [→] потеря возможности снимать жильё и переезд в другой город в поисках работы (у вас как и у меня трещит стереотип о том, что бездомные — бездельники?). Причём беда не приходит никогда в одиночку: на переезд накладываются проблемы в семье, потеря документов, утрата работы или получение травмы, обман работодателя. И вот когда три-четыре фактора действуют одновременно, у человека сильно повышается риск оказаться на улице. И нет, вопреки распространённому мнению, никто не хочет жить на улице. Это всегда вынужденная ситуация; в лучшем случае — выбор меньшего из нескольких зол (можете представить альтернативы). А ещё есть разные категории причин: почему люди попадают на улицу и почему они с неё не могут выбраться. И это ещё один большой разговор. Если же подниматься на уровень выше, оказывается, что системной причиной бездомности является не «испорченность человека», а социально-экономическое положение региона. (4/8)

И пока вы развлекаетесь предыдущей задачкой, я сжульничаю и пока пропущу этот терминологический этап — сразу прыгну к числам. Перепись считает, что в России порядка 11,300 бездомных людей. Государственная политика по решению проблемы бездомности опирается на эти числа, так что количество мест в приютах примерно соответствует этой цифре. Вот только более аккуратные оценки показывают, что в России порядка 2,100,000 только уличных бездомных. Как можно понять, с таким расхождением реальности бумажной и реальности всамделишной, об эффективной политике говорить не приходится. (3/8)

Попробуйте не подглядывая в гугл ответить на такие вопросы: — Сколько бездомных в России? — Какие главные причины бездомности? Я сильно подозреваю, что у вас не получится. Не только потому что это неочевидные факты, но и потому, что для корректного ответа на этот вопрос вам придётся договориться о терминах и определиться с самим понятием «бездомный», и уже это крайне нетривиально. Так что вот вам ещё вопрос: — Дайте своё определение того, кто такой бездомный человек? (2/8)

У Ночлежки есть открытый семестровый курс «Бездомность с научной точки зрения» [→]. Я его недавно прослушал на youtube (если не работает ютуб, есть зеркало на rutube [→]), и хочу сказать, что это отличный экскурс в тему. Едва ли многие мои читатели так проникнутся темой бездомности, что вслед за мной посмотрят 27 часов видео. Но я всё равно порекомендую. Потому что курс помогает по-другому посмотреть на значительно более широкую сферу, чем просто проблема бездомности. С одной стороны, он даёт весьма освежающий взгляд на то, насколько наши стереотипные представления о социальных проблемах могут расходиться с реальностью. И показывает, как сильно наше непонимание проблемы влияет на (не)эффективность наших методов решения проблемы. С другой стороны, курс даёт язык и рамку, в которых о проблемах такого рода, полезно думать. (1/8)

Спасибо, друзья, что вы цените мои задротские шутки!