Пунктуальное искусство (М. Ушаков)

Давно не постил. Мои рекомендации коллеги по издательскому независимому делу.

🥀 𝔰𝔲𝔟 𝔯𝔬𝔰𝔞 𝔭𝔯𝔢𝔰𝔰 В статье предлагается отчет о деятельности самопровозглашенного издательства Sub rosa press, предыстория его возникновения, пересмотр издательской стратегии, а также список опубликованных материалов по состоянию на 31 августа 2026 года: https://telegra.ph/𝔰𝔲𝔟-𝔯𝔬𝔰𝔞-𝔭𝔯𝔢𝔰𝔰-08-30 Для тех, кому удобнее ВК: https://vk.ru/@gavrilowbooks-sub-rosa-press

#фондзолотыхцитатконстантиназвездочетова Макар Ушаков: «Как Вам Исаак Бабель, Константин Викторович?» Константин Звездочетов: «Я знаю Бабеля, Бебеля, Гегеля и Гоголя — про них могу и рассказать Вам» (упоминает схожие по звучанию фамилии. — Прим. ред.) Ещё из любимого: «Если что, Рина Зелёная и Александр Грин — не родственники».

Константин Викторович Звездочетов

Буду в Санкт-Петербурге проводить презентацию книжки Бренера про Павла Павловича Улитина!

17 августа в 19:30 приглашаем на презентацию книги Александра Бренера и Алексея Шультеса «ВЕРГИЛИЙ УЛУКИТКАН УЛИТИН», которая вышла в издательстве «Золотой мальчик». Книга посвящена Павлу Павловичу Улитину — одной из самых загадочных фигур русского литературного андеграунда. Проза Улитина, как и его изобразительная деятельность, является не-осуществлением законченного, узаконенного традициями произведения, открывая пространство поэтической речи и образов, где перекликаются и вступают в напряжённые отношения голоса и тени мёртвых и живых людей. Книга исследует связи Улитина с другими крамольными авторами, осознавшими, что настоящее художество подобно анархическому копошению пьяной пчелы в только что распустившемся безнадзорном цветке. Три имени в заглавии — Вергилий, Улукиткан, Улитин — образуют причудливый треугольник: римский поэт, эвенкский следопыт и русский нонконформист. Все трое — проводники в неизведанное. Лектор — Макар Ушаков, независимый издатель, куратор и художник. Вход свободный!

Вчера записал гениальную цитату Макса Силина, одного из визави Константина Звездочетова (или, как он сам его именует, «Кока», «малыш» и прочие литературные дефиниции): «Бимбо — это туповатый порно-шик». Прямо бальзам на душу, когда я услышал эту цитату.

Вчера забрал номер газеты и интернет-издания The Art Newspaper Russia за июль–август. В нём вышла рецензия Милены Орловой (главного редактора издания) на роман Алексея Андреева «Мастер Брака», вышедший в моём издательстве «Золотой Мальчик» в начале этого года, с заголовком «ВЗГЛЯД ВЕРНИСАЖНОГО ПОСТОРОННЕГО». Рядом соседствует рецензия на книгу Аркадия Ипполитова о Георгии Гурьянове, и, по-моему, лучшего соседства не сыскать. Это уже четвёртая-пятая по счёту рецензия на роман Алексея. Что касается тиража, он почти распродан — остались поставки только в «Пиотровском» в Москве, а также в «Циолковском» и «Фаланстере».

Борис Пастернак:

Февраль. Достать чернил и плакать! Писать о феврале навзрыд, Пока грохочущая слякоть Весною черною горит. Достать пролетку. За шесть гривен, Чрез благовест, чрез клик колес, Перенестись туда, где ливень Еще шумней чернил и слез. Где, как обугленные груши, С деревьев тысячи грачей Сорвутся в лужи и обрушат Сухую грусть на дно очей. Под ней проталины чернеют, И ветер криками изрыт, И чем случайней, тем вернее Слагаются стихи навзрыд.

Константин Звездочетов (Боб Сэлери народный поэт нового южного Уэльса):

Эпиграф: Февраль,  Достать чернил и плакать   Июль. Попить белил и какать. Читать про лето не спеша  И книжную тупую мякоть  Цедить, страницы вороша  Достать костыль за три мильона  И от бибиканя машин,  Пока куриного бульона,  Укрыться в сумраке вершин.  Там, где жиреющие туши  В траве кочующих мышей,  Что ищут там места посуше  Для своих глупых малышей  Где на протоптанных дорожках,  Где собираются по крошкам Остатки мыльных пузырей 

одна из моих любимых цитат из корпуса поэтически-музыкального наследия Алексея Фомина: «Но тигром в клетке резво скачет Эзра Паунд» (Алексей Фомин, «Песня песней»)

Поларойды афтерпати презентации от Даниила Толстова

Отдельного упоминания заслуживает жест Якова Волкова: всё время, пока звучали стихи и длился конферанс, он рисовал. Его ручка не отставала от речи Звездочётова, и после презентации он вручил мне целую кипу листов — своеобразный графический дневник вечера. Эти зарисовки — не иллюстрация, а равноправное свидетельство события, его важная визуальная параллель. #архив

Ждите в предвкушении четвёртый выпуск — на нём я планирую строгую программу презентации, тоже в неожиданном историческом месте, с поэтическим или музыкальным выступлением. Хочется дать зрителям эксклюзивный опыт, который можно получить только при взаимодействии с моим журналом и его репрезентацией во внешнем мире — ради этого люди и посещают мероприятия, чтобы получить неповторимый опыт; иначе всё бы в мире было чистой событийностью. Макар Ушаков 19 июля 2026 года

На сегодняшний день в московской и петербургской арт-журналисткой ситуации (в этом году закрылись два журнала: по-дизайнерски превосходный глянец «Шило», превратившийся в бюро «Фальц» из Северной столицы, и «Диалог искусств», выпускавшийся при Московском музее современного искусства, в последнем выпуске которого я публиковал совместную рецензию с Сергеем Хачатуровым на выставку «Сон Смешного человека») — ни один молодой авторский журнал не может порадовать своих читателей таким изобилием имён — как признанных мэтров, классиков, небожителей, так и начинающих авторов, прорабатывающих свой символический капитал в глазах публики — и таким обилием эксклюзивных материалов, оформлением и типографическим качеством, специально созданных для самого журнала. Этого нет ни у реинкарнировавшего с нулевых глянца «Чёрного квадрата» (тоже важного как материал нынешних веяний и эталонного «рыночного издания»), ни у самонадеянного молодого литературного «журнала на коленке», прозванного мной «порно-канон» с точки зрения полиграфии и своего репрезентативного вида, буквализирующего своё название в низкокачественном черно-белом воплощении себя во внешний мир — поэтому он и есть ЖУРНАЛ НА КОЛЕНКЕ. Тема выпуска была посвящена светлой памяти Александра Ревизорова и Алексея Зубаржука. В нынешних реалиях — сложная и серьёзная тема. В журнале я не ставил целью создать о них монографию или полностью посвятить номер именно им — эту задачу я оставил обласканным исследователям и специалистам будущего; я создаю биографический материал как основу того, чтобы они институционально закрепились в анналах истории постсоветского искусства. Можно сказать, они (их тема) являются огибающей осью всего третьего выпуска, на которую нанизываются остальные темы. Тем самым я перехожу от «концептуального» подхода к созданию журнала к «орнаменталистско-контекстуальному» — или просто «орнаментальному» — потому что это авторский журнал, а не привычное рыночное полиграфическое периодическое издание. Возвращаясь к презентации: моя лекция «Канон Офелии в мифопоэтической судьбе Ревизорова и Зубаржука» была важна не столько с точки зрения риторики — искусства речи и увлекательности спикера, окутывающего зал своими нарративами, сколько с точки зрения перформативной художественной составляющей. Когда я не мог найти ту или иную цитату, это напоминало художественную практику Джона Кейджа и американского послевоенного авангарда (школы Black Mountain College) скорее, чем каноническое академическое лекторское выступление. Для меня это было важно, но неподготовленных зрителей вводило в ступор и оцепенение, что не соотносилось с их внутренними ожиданиями. На презентации присутствовали главные «сияющие человечки» — или, говоря на нашем внутреннем сленге, «золотые люди» редколлегии: Яков Волков, Артём Кулемин, Анастасия Филиппова, Даниил Толстов, Боря Новокрещенов. Мой журнал — это арт-группа, каждый участник редколлегии — виртуальное тело журнала. После моей лекции пришёл Константин Звездочётов, разогнавший пафос моего выступления — один из самых ярких авторов третьего выпуска, создавший иллюстрации, предоставивший неопубликованные и специально написанные стихотворения, а также литературную мистификацию — поэта из Нового Южного Уэльса. Он прочитал стихи Константина Большакова (поэта русского авангарда и поставангарда), затем наизусть — несколько своих стихотворений времён группы «Мухомор», некоторые были написаны в соавторстве со Свеном Гундлахом, и, наконец, стихотворения Боба Сэлери, ведя конферанс вместе со мной. Это было невероятно и запоминающе. Благодарю драгоценную публику за внимание. Запись презентации велась — без документации события канут в лету для следующих поколений авторов, критиков, исследователей. Всем заинтересованным в приобретении журнала просьба писать мне в личные сообщения: @stephanieknowswho . Да, он дороже первого и второго выпусков, но содержит 212 страниц лучших материалов об отечественном искусстве. Такого больше не будет и не повторится. Это важный журнал и феномен «тёмных 2020-х как декады и эпохи».

16 июля в зеркальном зале Государственного института искусствознания — одной из ключевых исторических институций столицы — состоялась презентация третьего выпуска журнала пунктуального искусства «Камышовый кот». Как главный редактор и издатель, я веду этот мемуарный отсчёт о прошедшем событии. Прежде всего следует отметить, что, несмотря на летний сезон — время отпусков и дачного периода, когда собрать публику значительно труднее, чем в другое время года, — мне удалось заполнить большую часть зала. Для сравнения: на второй презентации журнала в апреле 2025 года в Центре Вознесенского был аншлаг — людей не пускали внутрь из соображений пожарной безопасности. Отчасти это объяснялось выступлением давно не игравшей группы «Лисичкин Хлеб» и чтением Александром Мареевым стихов Евгения Шелиповского — поэтического и коллажного гения «общества Тарту» (которому в этом году исполнилось бы 60 лет; по случайному обстоятельству нынешняя презентация проходила в день его рождения, о чём я узнал за несколько часов до начала), что было абсолютно замечательно. Вечер должен был завершить Илья Сантим, планировавший читать со сцены анекдоты, но его выступление не состоялось из-за занятости, совпавшей с Московским кинофестивалем, в котором он принимал участие. К тому же зал в Центре Вознесенского вдвое меньше нынешнего. На презентации третьего выпуска среди зрителей и авторов журнала присутствовали представители «старой гвардии»: Владимир Мироненко и Герман Титов, издавший в конце 2000-х — начале 2010-х годов один из самых мощных корпусов книг по истории московского концептуализма и неофициального искусства (включая издания о Вагриче Бахчаняне, Игоре Холине). О его издательской деятельности стоит сказать: «Без них не было бы и нас». Продажей моей продукции — журнала, открыток, книги Александра Бренера и Шультеса о Павле Улитине — занимался виртуозный и сладкоречивый Макс Силин, легендарная фигура московской художественной и контркультурной сцены. В начале 2000-х он издавал «ртутные палочки» Бренера и «бздящие народы», ныне ставшие букинистическими раритетами, за которые коллекционеры готовы отдать любые деньги, подобно изданиям Бренера 1990-х годов (в моём собрании есть три его книжки того периода, но не суть). Третий выпуск журнала и открытки к нему были успешно реализованы. Для меня как организатора было большой честью проводить презентацию в столь неожиданном месте, как Государственный институт искусствознания, и получить поддержку от институции. Те, кто меня близко знает, понимают: мне всегда как автору и художнику интересно работать с контекстуально несочетаемыми вещами — внешними и внутренними. Моя презентация не стала исключением: с одной стороны — мощная государственная институция, с другой — молодой авторский концептуальный независимый журнал, выходящий тиражом 100 пронумерованных экземпляров (почти жанр «книги художника», но нет), который за три года существования собрал на своих страницах одни из лучших и завораживающих имён российского актуального искусства и впервые опубликовал уникальные материалы. Особая гордость редакции — полный цикл стихотворений Андрея Викторовича Монастырского (1966–1969) с моим научным вступительным текстом и моя беседа с Александром Бренером о нынешних поздних стихотворениях Андрея Монастырского с иллюстрациями в нарочито «плохом» обрибердслистском стиле Даниила Толстова. Ранее этот материал нигде не публиковался: ранние стихотворения 1960-х годов выходили только в «поэтический сборник» Андрея Монастырского в издательстве Германа Титова — те самые стихи, которые Монастырский читал у памятника Гоголю, когда только начинал свой путь как поэт во времена СМОГа и поэтического кружка в Доме пионеров на Воробьёвых горах. Этот материал стал одним из ключевых в рамках выпуска и необходимым для сегодняшней литературной словесности. Но, говоря журналистским жаргоном, в нём присутствуют и безусловные авторы, уже вошедшие в историю отечественного искусства: Павел Пепперштейн, Константин Звездочётов, Александр Бренер, Юлия Кисина.

Админ «Философиятудей», как всегда, пишет посты на «олбанском языке падонков 2000-х», всё напутав. Научный текст я написал к ранней поэзии Монастырского, а не к тексту Пепперштейна. Паша сам написал предварительные замечания к своему неопубликованному тексту. Да и я не философ, как утверждает админ в публикации, а культуролог. Но всё равно спасибо админу за пост!