Анна Ермакова | Кураж любить

В книге «Душевные омуты» Джеймс Холлис, автор популярной сейчас в России книги «Перевал в середине пути» о кризисе среднего возраста, говорит о трех видах вины. Реальная вина — это «обычная», всем известная вина. Например, если мы наступили кому-то на ногу или причинили дискомфорт. «Обратная сторона» такой вины — это ответственность. Извиняясь, мы признаем, что именно мы отвечаем за свой поступок.  Это очень интересная пара, зачастую люди не могут брать на себя ответственность за свои решения именно вследствие того, что не выносят груза сопутствующей вины.    Еще один вид вины — экзистенциальная. Ирвин Ялом пишет об этом виде вины как внутренней совести, которая начинает зудеть, когда мы отходим от своего истинного пути (и особенно остро это ощущается как раз в среднем возрасте, когда перед нами остро встают вопросы куда мы пришли и чего добились). У Холлиса эта вина чуть шире и простирается до масштабов мира и отношений между народами.  Но мне больше интересен третий вид вины. Об этом часто заходит речь на сессиях с клиентами. Вина как защита от страха. Разновидность «выдуманной» вины, когда человек принимает решение, которое считает верным для себя, чувствует груз ответственности, не выдерживает его и тогда на «помощь» приходит чувство страха.  Например, такое чувство вины свойственно матерям, когда они в декрете оставляют ребенка отцу или бабушке и идут «гулять» с подругами. Такая вина сопровождает решение о разводе, разделы имущества между родственниками. Здесь вина «прикрывает» крышечкой здоровую агрессию, которая нужна, чтобы реализовать собственные решения и желания. Но обществу, нашим близким такие решения и желания могут не понравиться, и тогда на помощь приходит страх.  Мы боимся, что нас отвергнут, изгонят из общества. И тогда любое «нет» дается очень сложно.  Я также наблюдаю в практике, что похожий механизм есть у стыда. Стыд возникает не только тогда, когда мы действительно вышли за рамки приличия, но и как вежливый и социально приемлемый способ сделать то, что давно хотел. А чтобы облегчить себе груз ответственности, мы призываем на помощь стыд.  Смущение — это прикрытое удовольствие. Получив комплимент, иногда мы стесняемся лишь для того, чтобы показать другим, что не такие уж и наглые. Случалось с вами такое?  Насчет действенности такой помощи совсем не уверена, стыд — очень трудно переносимое чувство, поэтому в терапии мы разбираемся, что именно не выдерживает человек.  Есть еще один вид вины, о котором мы часто говорим в терапии — иррациональная вина. Иногда нам так страшно встречаться со своими настоящими чувствами, например, со страхом смерти, что мы виним себя в том, что не сделали все возможное, чтобы спасти близкого. Чувство вины помогает думать, что мы могли сделать что-то еще, просто плохо постарались, а на самом деле — спасает от охватившего нас экзистенциального ужаса перед конечностью. В этом случае в терапии мы будем отделять настоящую, реальную вину от нереальной, чтобы человек мог увидеть границы своих возможностей, вероятно, простил себя и начал дышать свободно.

Выиграла конкуренцию там, где это было опасно Читала свои дневники за 2023 год, нашла там эту фразу. С огромным удивлением — или коуч, или психолог, с которым я тогда работала, принесли мне ее в клювике. Но я этого совершенно не помню. А помню как сама сказала это двумя годами позднее на сессии со своим гештальт-терапевтом. Мы все хотим инсайтов, приходим в кабинет психологов, чтобы узнать о себе что-то новое. Но настоящая терапия начинается там и тогда, когда клиент сам приходит к своим инсайтам. А терапевт терпеливо ждет, когда это случится. За это время клиент пройдет много стадий: будет злиться на себя, терапию, терапевта, ещё на кого-то наверняка тоже, будет сопротивляться, избегать, встречаться со своими защитами. И между прочим, это и есть терапия. Не вожделенный инсайт даже, нет, а то, как мы встречаемся со своими процессами в ходе терапии и как с ними обходимся — при содействии и поддержке наших психологов. Инсайты — это уже побочка.

Почему эта тема меня так задела? Я та самая всезнайка. Выскочка с первой парты (в школе) и с последней в институте («странно, сидишь на Камчатке, а все знаешь» — говорил про меня один из преподов). Я реактивная, быстро мыслящая, энергичная, жаждущая отвечать, размышлять, не боящаяся думать вслух. И о ужас — умеющая это делать. И одновременно — вызывающая агрессию у тех, кто «из-за меня» не успевает ответить. Стоило дожить до 40, прийти на обучение в группу, научиться быть в контакте с другими, чтобы осознать: быть быстрым и сообразительным равно всегда кого-то бесить. Всегда вступать на поле конкуренции, хочешь ты того или нет. Осознаешь или нет. Готов или нет. Но вот беда. Те, кто не успевают (и считают, что в этом я виновата), если я отступаю, не делаю, отмалчиваюсь, не организую, не стали активнее, быстрее, заметнее. А я, чтобы сохранить контакт, начала тратить силы, чтобы сдержать свою энергию. Не уверена, что это та цена, которую я готова платить за отношения. И мне по-прежнему интересно ваше мнение, делитесь в комментариях 😉

Уступите тому, кому сложнее… Обучение гештальт-терапии в группе всегда подкидывает множество тем для размышлений. Одна из таких — сожительство в обществе энергичных и медленных, реактивных и вдумчивых. Быстрые и активные всегда видны, успевают высказаться, часто занимают повестку полностью, медленные и вдумчивые, отчаявшись успеть, отмалчиваются и иногда даже копят обиды. Такое случается везде — в дружеских отношениях, на рабочих совещаниях, в семье, на обучении. У вас в классе, группе, на работе точно был/есть такой, кто всегда быстрее, лучше, правильнее. А может быть, это вы. А есть такие, кто молчат — но не потому, что не знают, а просто им надо больше времени. В этом месте мы попадаем в дилемму: могу ли я притормозить себя, чтобы дать другому место. Или учесть потребности другого и пренебречь своими. Или воздержаться от высказывания, чтобы успел более медлительный? Таким образом мы делаем вклад в отношения, в атмосферу в коллективе, даем место ребенку (случалось ли вам договаривать за семилеткой, не в силах дождаться, чтобы он ответил сам?). Но на сдерживание, на то, чтобы сделать этот вклад в отношения, мы тратим свои силы. Оценит ли другой этот вклад? Как долго я смогу сдерживать себя ради социальной приемлемости? Готов ли я уступить тому, кому сложнее стоять, если сам устал как собака? Что думаете?

Дочитала книгу Полины Гавердовской «Страдаю, но остаюсь». Автор — клинический психолог и гештальт-терапевт. А книга — бестселлер о том, как выйти из созависимых отношений. И главный секретный ингредиент — это чувства. В книге много упражнений для того, чтобы научиться распознавать свои чувства, подробно рассказывается о простых и сложных чувствах, газлайтинге, манипулировании, причинах, по которым люди выбирают и остаются в созависимых отношениях. Важно осознавать, что не тот, другой какой-то не такой и его надо изменить, а мы, именно мы почему-то выбираем такие отношения и выбираем в них оставаться. Поэтому путь к себе начинается с Я-сообщений и способности понять, что я чувствую прямо сейчас и в чем нуждаюсь. Книга будет полезна тем, кто скептически относится к психотерапии и хочет узнать, как она работает, ищет упражнения для самостоятельной работы, а также хочется познакомиться с базовыми понятиями психологии и больше узнать о чувствах. #книги_роста

Если нет доступа к уязвимости, хорошее становится хрупким  Высказывание нашего тренера по гештальт-терапии Михаила Дубинского попало в самое сердце. Что означает эта фраза?  Сильно радоваться не буду, вдруг всё испортится. Счастье любит тишину.  Не буду обращать внимание на плохое, буду делать вид, что всё хорошо. Знакомы вам такие стратегии? Мы сооружаем защиту, чтобы уберечь себя от плохого. Но граница непроницаемой становится не только для негатива, а для всего. Как итог — оберегая своё мягкое место, свой центр, свою уязвимость, мы перестаем и искренне радоваться. Вдруг всё сломается. Уязвимость — это готовность встретиться со всем, что приготовила нам жизнь. Я могу и радоваться, и грустить. И оплакивать то, что уходит, и встречать то, нас ожидает. И благодарить настоящее, и осознавать, что, вероятно, это преходящее и завтра может быть по-другому. И главное — я могу разделить это с другими.

Чем больше не пишу, тем сложнее возвращаться 💔 Но вот решила прервать молчание. В выходные прошла десятая трехдневка обучения гештальт-терапии. Половинка позади. И если раньше работу на трехдневках я ощущала как эмоционально затратную, то сейчас внутренний контейнер вырос, я стала устойчивее, а работали мы больше головой. Проводили сессии, где через уже 10 минут нам нужно сформулировать процесс клиента, то, какая у него сейчас сложность, как он с ней обходится (где не справляется) и за что — условно — готов заплатить терапевту, за решение какой сложности. Мы по привычке ждем готовых формул и инструкций, так хочется, чтобы опытные тренеры сказали нам делай раз, два, три — и спина болеть не будет клиент будет счастлив. Но учат нас не тому, чтобы знать что, а тому, чтобы уметь как. Как и в жизни. Где тоже нет готовых инструкций и решений. Так и в терапии. Как почувствовать, где упала энергия у клиента, где случается перещелкивание, где этот момент, который не виден человеку и виден профессиональному терапевту. Я получаю большое удовольствие — все ещё — от обучения. Кажется, хвастаюсь 😊 ну и пусть. Пусть у всех будет место во взрослой жизни, где питательная среда, кайфово учиться и работать и где окружают свои ❤️

Чем больше не пишу, тем сложнее возвращаться 💔 Но вот решила прервать молчание. В выходные прошла десятая трехдневка обучения гештальт-терапии. Половинка позади. И если раньше работу на трехдневках я ощущала как эмоционально затратную, то сейчас внутренний контейнер вырос, я стала устойчивее, а работали мы больше головой. Проводили сессии, где через уже 10 минут нам нужно сформулировать процесс клиента, то, какая у него сейчас сложность, как он с ней обходится (где не справляется) и за что — условно — готов заплатить терапевту, за решение какой сложности. Мы по привычке ждем готовых формул и инструкций, так хочется, чтобы опытные тренеры сказали нам делай раз, два, три — и спина болеть не будет клиент будет счастлив. Но учат нас не тому, чтобы знать что, а тому, чтобы уметь как. Как и в жизни. Где тоже нет готовых инструкций и решений. Так и в терапии. Как почувствовать, где упала энергия у клиента, где случается перещелкивание, где этот момент, который не виден человеку и виден профессиональному терапевту. Я получаю большое удовольствие — все ещё — от обучения. Кажется, хвастаюсь 😊 ну и пусть. Пусть у всех будет место во взрослой жизни, где питательная среда, кайфово учиться и работать и где окружают свои ❤️

Это я размышляю о маркерах, которые нам показывают, что мы не на своем пути. Что это за маркеры? Накопленное раздражение/пассивная агрессия Ощущение кома внутри (вероятно, многие чувства не проживаются как лишние, запрещенные, не узнанные, опасные и пр.) Серость, отсутствие ярких эмоций Уход в работу, отказ от контакта с текущим моментом Внутреннее ощущение «не то» и «не так». Пережевывание прошлого, чрезмерная рефлексия или интеллектуализация И как вишенка — тревога как маркер большого количества нераспознаваемых, игнорируемых чувств И депрессия Верю, что из любой точки есть выход. Есть возможность вернуться на свой путь.

Думаю о том, что в блоге стало мало жизни. И это связано в том числе с тем, что выросло давление самоцензуры. Переживаю много разного сложного, клиенты приносят много разного сложного, вокруг много тем, о которых стоило бы писать. И вот место, где обнаруживаю эту разницу — между тем, что переживаю, и тем, что выдаю на публику, я распознаю как маркер. Я прямо сейчас живу не свою жизнь. Если в своей жизни, в своем блоге, с людьми рядом я не могу быть собой, искренней, живой, текущей — значит я удалилась от личных ценностей и смыслов. Пожалуй, это важное место, откуда можно начать исследование. А как я тут оказалась? И как мне вернуться обратно?

Ну и фото :) По моей одежде можно посчитать слои — их пять, включая зимнюю куртку.

В выходные ездили на туристический слет Крок — это ежегодные соревнования ориентирования на местности, проходят во Владимирской области, каждый раз в разных местах. Люди приезжают с палатками, детьми всех возрастов, велосипедами. Соревнования есть в разных категориях, и если вам такое интересно — рекомендую. У нас с друзьями своя программа. Подруга увлекается приготовлением экзотических блюд на природе, поэтому у нас — кухня, вкуснейшая еда, костер и много разговоров. В этом году место было чудесное — вокруг еловый лес, река Шерна, море ландышей! Цветущие люпины, цветущая черника — я видела такое впервые. И очень холодно, 6 градусов ночью/вечером, палатку и себя нужно утеплять особенно хорошо. И вот мы сидим ночером у костра, болтаем, вокруг темно, холодно, и слышим — кто-то бегает вокруг. Девушка с маленьким ребенком, который потерялся. Ну мы, матери, не могли остаться в стороне, пошли искать малышу родителей. — Тебя как зовут? — Андрей — Ты тут с кем? —Лияяя. — Тебе сколько лет? — Пять с половиной. Идем вдоль лагеря, который растянулся на километр в длину, время около 22.00, темно и видно только полоску света от налобного фонарика, и я ору на весь лес: Кто потерял ребенка? Андрей ищет маму. Малыш нервничает, держим за руку крепко, идем к организаторам. Кричим. Говорим с ним, чтобы не волновался. — Я хожу на танцы. — да? А какие танцы? — Репетиция (😁). У организаторов внезапно из леса прибегают дети — старше Андрея, выхватывают его из наших цепких лап и собираются убегать. — Стопэээ. Теперь мы вам его не отдадим. Пошли к родителям. Выяснилось, что малыша зовут Боря, а Андрей — его папа. Из лагеря вышла его мать, которая даже не знала, что ребенок потерялся. (???). Лагерь от нашего далеко. Я борюсь с волной недоумения. Передаем ребенка матери. Счастливый конец. А мне завидно. Я хотела бы хоть в чем-то быть матерью, которая не знает, что ее пятилетний ребенок бегает один по лесу 🫠 Но я тревожная. Другая крайность.

https://t.me/latypov_ilya/811 Чудесный пост про отношения от гештальт-терапевта. Я точно собрала бинго по этому списку: — Считала людей враждебными без проверки и сверки; и была на другой стороне — меня считали враждебной, потому что я часто витаю в облаках и могу не сразу улыбнуться в ответ или ответить человеку. — Большая разница в психологическом устройстве — тут правда сложно коммуницировать, но тем не менее возможно, находя общее. — Травматический опыт заставляет людей видеть в других потенциальных обидчиков. Как терапия помогает выйти из этих сценариев? Осознавать. Знать про себя, как ты устроен, и дальше, из этого знания, делать выбор: продолжать заблуждаться или попытаться сделать по-новому, например, свериться, нам послышалось или нет, а уж потом рвать отношения или обижаться.

Психологизация разрушает отношения  Это мнение блогера, предпринимателя, женщины, на которую я подписана много лет и для многих она role model. И мне есть что сказать об этом. Действительно, на волне психологизации соцсети забурлили штампами. Считается, что психотерапия учит отстаивать границы, и наконец-то можно будет сказать всё, что думаешь, и супругам, и родным, и друзьям, и послать найух всех неугодных. Но, дорогие люди, психотерапия совсем не об этом. Ну или гештальт-терапия, которой нас учат наши тренеры, совсем не об этом.  С самых первых минут нам говорят, что отношения — это ключевое для любого человека. Да, отношения порой сильно ранят, но то, что поранено в отношениях, исцелить можно только в отношениях. Вот какой парадокс. А нам всё кажется, что после психотерапии мы станем сильными-независимыми, пошлем всех к чертях, выстроим железобетонные границы и будем жить счастливо (и одиноко). Сильная граница — это не железобетонная граница, а проницаемая. Живая. Пульсирующая. Это когда мы осознаем, ЧТО с нами происходит в этом контакте, какие потребности есть именно в отношениях с этим человеком, какие из них мы можем решить с этим человеком, а какие нет.  С такой границей мы можем идти в отношения, быть в них, делиться уязвимым, быть услышанным и слышать другого. С уважением, принятием. При необходимости можем сказать как с нами можно и как нельзя. И после этого отношения не разрушатся, а как живой организм, будут развиваться, меняться. Это очень сложный путь. И от того проще рубить с плеча и выходить из отношений снова и снова. Но я не верю, не то что не верю, я точно знаю, что это не то, чему учит гуманистическая психотерапия. Соцсети — да, самоназванные психологи с двумя месяцами курсов, без личной терапии и супервизии — да, но не высококлассные психотерапевты точно.

Давно не было очных сессий, с воодушевлением вернулась в кабинет. Есть два места для очной работы в гештальт-подходе. Задать вопросы и записаться можно сюда @ermakovaaa

О школе Дети заканчивают четвертый и десятый класс соответственно. Мне нужно высказаться. Сначала о младшем. В январе Вася нарисовал на бумаге круг, отделил в нем сектор и написал свою цель: получить пятерки в году. Идею круга он взял где-то в моих рабочих коучинговых документах 😄 Целеноправленно шел к цели, но четверки в году все же будут. Да и ладно. Внезапно мы, только-только отправив младшего сына в первый класс, закончили начальную школу. Как так? А теперь о старшем. Девятый и десятый класс показали, что на сегодняшний день государство не заинтересовано в том, чтобы люди получали высшее образование. Из школы нас выдавливают всеми способами. Угрозы, манипуляции, запугивание детей и родителей, занижение оценок, заведомо не проходимые работы. Вся риторика школы направлена на то, чтобы родители забрали документы из десятого класса и убежали в колледжи. Фраза "проблема большого числа медалистов", которую нам по ошибке переслала классрук, заставила проснуться даже лояльных школе родителей: оказалось, что большое число медалистов государству совершенно невыгодно. Учителя говорят прямым текстом: в десятом классе мы вас учить не обязаны, нарисовали на доске — идите усваивайте материал самостоятельно. Тут вас учить никто не собирается. Наша ситуация осложнилась тем, что мы пришли в десятый инженерный с профильной математикой из гуманитарного. Такая переобувка в воздухе нам дорогого стоила, в начале года у сына были двойки-тройки, мы наняли репетиторов (конечно же, МФТИ) и погнали разоряться осваивать трехлетку за полгода. Маневр удался, год заканчиваем с четверками и продолжаем усиленно готовить ребенка к получению высшего образования вопреки усилиям государства. Какие выводы сделала для себя: 1. Нанимать репетиторов раньше — класса с восьмого. 2. Постараться не менять направление в старшей школе, а все же быть последовательным со средней школы. Подумать триста раз о профиле. 3. Подумать о семейном/онлайн образовании для младшего — также с восьмого класса. 4. Поддерживать ребенка, снижать градус ответственности, искать решения и всегда быть на его стороне. 5. При этом важна дисциплина, упорство и четкое понимание, куда мы идем и для чего. И пока функцию ведения, этой самой дисциплины и упорства я передаю сыну через себя. Надеюсь, усилия окупятся. Но усилий нам в этом году потребовалось очень много.

О школе Дети заканчивают четвертый и десятый класс соответственно. Мне нужно высказаться. Сначала о младшем. В январе Вася нарисовал на бумаге круг, отделил в нем сектор и написал свою цель: получить пятерки в году. Идею круга он взял где-то в моих рабочих коучинговых документах 😄 Целеноправленно шел к цели, но четверки в году все же будут. Да и ладно. Внезапно мы, только-только отправив младшего сына в первый класс, закончили начальную школу. Как так? А теперь о старшем. Девятый и десятый класс показали, что на сегодняшний день государство не заинтересовано в том, чтобы люди получали высшее образование. Из школы нас выдавливают всеми способами. Угрозы, манипуляции, запугивание детей и родителей, занижение оценок, заведомо не проходимые работы. Вся риторика школы направлена на то, чтобы родители забрали документы из десятого класса и убежали в колледжи. Фраза "проблема большого числа медалистов", которую нам по ошибке переслала классрук, заставила проснуться даже лояльных школе родителей: оказалось, что большое число медалистов государству совершенно невыгодно. Учителя говорят прямым текстом: в десятом классе мы вас учить не обязаны, нарисовали на доске — идите усваивайте материал самостоятельно. Тут вас учить никто не собирается. Наша ситуация осложнилась тем, что мы пришли в десятый инженерный с профильной математикой из гуманитарного. Такая переобувка в воздухе нам дорогого стоила, в начале года у сына были двойки-тройки, мы наняли репетиторов (конечно же, МФТИ) и погнали разоряться осваивать трехлетку за полгода. Маневр удался, год заканчиваем с четверками и продолжаем усиленно готовить ребенка к получению высшего образования вопреки усилиям государства. Какие выводы сделала для себя: 1. Нанимать репетиторов раньше -- класса с восьмого. 2. постараться не менять направление в старшей школе, а все же быть последовательным со средней школы 3. подумать о семейном/онлайн образовании для младшего 4. Поддерживать ребенка, снижать градус ответственности, искать решения и всегда быть на его стороне. В школе его загнобят

Продолжаю рефлексировать о своем материнстве. Я всегда знала, что у меня будут мальчики. В восемь лет, когда во дворе на скамейке мы играли в куклы, подружка спросила: а ты кого хочешь, мальчика или девочку? — Конечно, мальчика, — ни секунды не раздумывая, ответила я. Раз папа хотел мальчика и расстроился, когда родилась я, очевидно, что девочки не угодные, их не хотят, им не радуются. Значит надо быть как мальчик: быстрее выше сильнее. Одна из ключевых тем в моей личной терапии: разрешить себе быть девочкой, девушкой, женщиной. Перестать конкурировать с мужчинами (тут кстати прекрасный прогресс, который сделал разительный скачок после слов Ирины Семизоровой: если вы все еще конкурируете с мужчинами, встаньте перед зеркалом и снимите трусы, чтобы убедиться, что вы не мужчина). Часто вижу женщин, которые не принимают или соревнуются с мужчинами (как правило, у таких женщин не было отцов или отцы рано ушли из семьи) и мужчин, которые конкурируют с женщинами (ищите маму, как говорится). Надо ли говорить, что и в терапевтической практике среди моих клиентов большинство — мужчины. Это ни хорошо, ни плохо. Это часть моего личного процесса: высокая лояльность мужчинам. Мне это подходит. Одновременно хотелось бы помогать женщинам выйти из процесса конкуренции с мужчинами, непринятия мужчин, при этом не отказываться от собственной силы, но принять свою ту часть, которая делает нас такими, какие мы есть. Что касается материнства. Когда мать рожает, она рожает другого человека. И мудрость нашего материнства в том, чтобы познать, что мой ребенок — другой человек, отдельный, наша задача дать ему свободу выбирать и жить свою жизнь. Но (тут снова сошлюсь на Ирину Семизорову) когда мать рожает мальчика, ей вдвойне сложно. Про девочку она хотя бы что-то знает. Мальчик же — это просто другая Вселенная. На сыновей навешивается максимальное количество проекций: отца, деда, брата (если у женщины есть брат). Сыновья несут динамику отношений между женщинами и мужчинами в роду. Поэтому так важно идти этот путь работы над тем, чтобы осознавать. А что у меня к сыну? Если вам сложно быть матерью сына, если вы постоянно недовольны им, дистанцируетесь, критикуете, обижаетесь, требуете — стоит смотреть в сторону отца. Сумбурно, но решила поделиться, раз это идёт.

Младший подарил старшему рисунок его любимого героя в бравле. На рисунке подпись: "Желаю тебе пятерок по ЕГЭ и пятерок по всему". Иван: — Вася, пятерки не делают человека счастливым. Их отец стоял рядом, мы пришли поздравлять сына в их комнату: — А так? И вручил ему конверт с пятитысячными купюрами. Случилось быстрое переобувание, как вы понимаете 😄

Сегодня день рождения у нашего первенца 🥰 21 мая 2009 года около 23.30 я дочитала книгу Сирсов о том, как правильно рожать и как жить с младенцем, и у меня отошли воды :))) В 00.00 мы выехали в роддом, а в 10.15 родился наш сын. Яркое воспоминание: майская ночь, я хожу по родильной палате, открыто окно. Поют соловьи, на улице весна, а я ясно понимаю, что через очень короткое время увижу своего сына. Помню, как акушерка положила мою руку на родившуюся волосатую головку. И я плакала от счастья (и от облегчения, что ее удалось родить после не самых простых родов). — Кто у нас родился? — вопрошает акушерка. — Ваааня, — лепечу я, и вся палата врачей (их вокруг было много) умиляется. И знаете, это ощущение счастья родить сына — оно со мной до сих пор. Эта радость, гордость, восторг, любовь, что-то щемящее и неизменно чудесное. Это чувство помогает мне в самые сложные моменты родительства. И в самые счастливые тоже. Вчера услышала замечательную фразу, что большую часть жизни мы будем знать наших детей взрослыми. В голове пока не укладывается, но уже сейчас сын такой большой! Какой же он большой!  Дорогой сын, ты мой самый преданный читатель, я знаю. И эти слова для тебя. Люблю тебя сильно-сильно. Смотрю на тебя — и вижу, как горят глаза юной жизни. Твоё достоинство, мужское и человеческое, ум, чувственность, ответственность, ранимость. Горжусь тобой и верю, что впереди тебя ждет красивый путь, вся жизнь перед тобой. Мы всегда рядом, помни.