PROBUDDA

☸ ВТОРАЯ СЕМИДНЕВКА 🧘‍♂️4 день И на протяжении сотен, тысяч и десятков тысяч кальп очень трудно встретить непревзойденную сокровенную дхарму, а нынешняя чаньская семидневка в монастыре Нефритового Будды поистине относится к непревзойденным содействующим причинам. Верующие миряне, мужчины и женщины, прибывают со всех концов страны во все возрастающем количестве, чтобы принять участие в этой встрече и взрастить непосредственную причину к тому, чтобы стать буддой. Можно сказать, насколько редка подобная возможность.  Будда Шакьямуни говорит в «Лотосовой сутре»: Если люди в рассеянном и смятенном сознании, Войдя в ступу или храм, Воскликнут: «Намо буддая!», Все они станут буддами. Люди проживают отпущенные им несколько десятков лет, не замечая, как проходит время. Те, у кого есть деньги, гонятся за вином, сексом и преуспеванием. Те, у кого денег нет, зарабатывают на одежду, еду, жилье и транспорт. Редко им выпадает миг отдыха и покоя, это поистине невыразимые страдания. Но если таким людям случается войти в буддийский храм, их сердце радуется его тишине и торжественности. Кто-то, увидя статуи будд и бодхисаттв, непроизвольно повторяет имя будды; кто-то, проникшись покоем и ясностью, охватившим сознание, воздает хвалу блаженству Татхагаты, которое встречается так редко. Все это благодаря благим корням в прошлых воплощениях, из-за чего в будущем они должны стать буддой. Но обычно глаза людей готовы видеть только красавиц, уши – слышать только песни и музыку, а уста хотят вкушать только сочные блюда и редкие деликатесы, что загрязняет их ум, а это загрязнение и есть рассеянное и смятенное сознание, сознание рождения и смерти, сознание пустоты и заблуждения. И вот, оказавшись в ступе или храме, человек получает возможность произнести имя будды, это и есть пробужденное сознание, чистое сознание и семя бодхи, ведущее к буддовости. Санскритское слово «будда» означает просветленный, т. е. тот, кто осознал все и более не заблуждается. Когда сущностная природа чиста и ясна, человек обладает пробужденным сознанием. Сегодня мы пришли сюда не ради славы и богатства, это также действие силы пробуждения. Однако есть много таких, кто слышал о неделе чань, но не понимает ее значения. Из любопытства они пришли посмотреть, что здесь такого интересного происходит, и это не высочайшее сознание. Сейчас, когда вы здесь, вы подобны тем, кто прибыл к горе с драгоценными камнями, – нельзя возвращаться с пустыми руками. Вы должны развивать у себя высочайшее сознание Татхагаты и сидеть в медитации в течение времени, уходящего на сгорание благовонной палочки, для того чтобы посеять непосредственную причину того, чтобы стать буддой, и впоследствии им стать.

Четвертый день второй чаньской семидневки И на протяжении сотен, тысяч и десятков тысяч кальп очень трудно встретить непревзойденную сокровенную дхарму, а нынешняя чаньская семидневка в монастыре Нефритового Будды поистине относится к непревзойденным содействующим причинам. Верующие миряне, мужчины и женщины, прибывают со всех концов страны во все возрастающем количестве, чтобы принять участие в этой встрече и взрастить непосредственную причину к тому, чтобы стать буддой. Можно сказать, насколько редка подобная возможность.  Будда Шакьямуни говорит в «Лотосовой сутре»: Если люди в рассеянном и смятенном сознании, Войдя в ступу или храм, Воскликнут: «Намо буддая!», Все они станут буддами. Люди проживают отпущенные им несколько десятков лет, не замечая, как проходит время. Те, у кого есть деньги, гонятся за вином, сексом и преуспеванием. Те, у кого денег нет, зарабатывают на одежду, еду, жилье и транспорт. Редко им выпадает миг отдыха и покоя, это поистине невыразимые страдания. Но если таким людям случается войти в буддийский храм, их сердце радуется его тишине и торжественности. Кто-то, увидя статуи будд и бодхисаттв, непроизвольно повторяет имя будды; кто-то, проникшись покоем и ясностью, охватившим сознание, воздает хвалу блаженству Татхагаты, которое встречается так редко. Все это благодаря благим корням в прошлых воплощениях, из-за чего в будущем они должны стать буддой. Но обычно глаза людей готовы видеть только красавиц, уши – слышать только песни и музыку, а уста хотят вкушать только сочные блюда и редкие деликатесы, что загрязняет их ум, а это загрязнение и есть рассеянное и смятенное сознание, сознание рождения и смерти, сознание пустоты и заблуждения. И вот, оказавшись в ступе или храме, человек получает возможность произнести имя будды, это и есть пробужденное сознание, чистое сознание и семя бодхи, ведущее к буддовости. Санскритское слово «будда» означает просветленный, т. е. тот, кто осознал все и более не заблуждается. Когда сущностная природа чиста и ясна, человек обладает пробужденным сознанием. Сегодня мы пришли сюда не ради славы и богатства, это также действие силы пробуждения. Однако есть много таких, кто слышал о неделе чань, но не понимает ее значения. Из любопытства они пришли посмотреть, что здесь такого интересного происходит, и это не высочайшее сознание. Сейчас, когда вы здесь, вы подобны тем, кто прибыл к горе с драгоценными камнями, – нельзя возвращаться с пустыми руками. Вы должны развивать у себя высочайшее сознание Татхагаты и сидеть в медитации в течение времени, уходящего на сгорание благовонной палочки, для того чтобы посеять непосредственную причину того, чтобы стать буддой, и впоследствии им стать.

То есть заблуждающееся мышление внутри нашего сознания при обычном процессе мышления не воспринимается как таковое. Разнородные мысли становятся различимыми только в чистоте и покое сидячей медитации во время практики. В потоке бесконечного появления и исчезновения разнородных мыслей и в водовороте заблуждающегося мышления, если практика неэффективна, не получится стать хозяином, и поэтому не получится достичь просветления в волнах океана рождения и смерти, в котором вы нынче носите фамилию Чжан, а в следующей жизни – Ли. Так же как гость, который останавливается на постоялом дворе на ночь, но не может остаться там навечно. Однако истинное сознание не таково: оно постоянно и недвижимо, не приходя и не уходя, не рождаясь и не умирая, являясь поэтому «хозяином». Этот хозяин подобен неизменной пустотности, в которой кружится пыль. Оно также сравнимо с хозяином постоялого двора, который постоянно живет в нем, поскольку ему никуда не надо идти. Пыль – это метафора страстей, и она может быть полностью уничтожена только тогда, когда вы достигнете ступени бодхисаттвы. Заблуждающееся – это смута заблуждений. Существуют восемьдесят восемь видов иллюзорных представлений и восемьдесят один вид иллюзорных мыслей. Эти представления и мысли происходят из пяти клеш и совершенствующиеся должны искоренить их все, для того чтобы достичь первой ступени архата (шрота-апанна). Но этот этап практики невероятно труден, так как отсечь иллюзорные представления все равно что прервать течение реки длиной в сорок ли. Очевидно, что для практики нам нужен огромный запас сил. Архатства можно достичь, только оборвав все иллюзорные мысли. Эта практика – процесс постепенный. Мы сейчас полагаемся на хуатоу, которое должно оставаться ярким и живым, а не расплываться, и которое должно постоянно сознаваться. Все вводящие в заблуждение представления и мысли отсекаются одним ударом, оставляя после себя только совершенно безоблачное голубое небо с ярко сияющим солнцем, т. е. с проявленным светом сущностной природы. Этот арья [Аджнята-Каундинья], пробудившись к этой истине, познал изначального хозяина. Первый шаг в нашей практике сегодня – уяснить тот факт, что инородная пыль (гость) движется, а хозяин – недвижим. Если это не понято, за практику взяться невозможно, это будет пустая трата времени, как и раньше. Надеюсь, что вы все отнесетесь с большим вниманием к сказанному.

☸ ВТОРАЯ СЕМИДНЕВКА 🧘‍♂️3 день Сегодня третий день второй чаньской семидневки. Те, кто уже хорошо знаком с этой практикой, могут контролировать свой ум и в движении, и в покое. Для них нет разницы между первой и второй неделями или между вторым и третьим днем. Но те, кто только начинает, должны стремиться продвигаться в практике, к которой им следует отнестись с полным прилежанием, не растрачивая попусту время. Сейчас я расскажу вам еще одну притчу и надеюсь, что начинающие выслушают ее внимательно. В каждом чаньском зале есть (статуя) бодхисаттвы, называемая «святой монах». Он был двоюродным братом Татхагаты Шакьямуни и звали его Арья Аджнята-Каундинья. Когда достославнейший покинул свой дом, его отец направил трех родственников по отцовской линии и двух по материнской линии сопровождать его и присматривать за ним в Гималаях. Этот двоюродный брат был одним из двух родственников с материнской стороны. После того как Почитаемый миром достиг просветления, он отправился в парк Мригадава, где изложил четыре благородные истины и где его кузен стал первым учеником, пробудившимся к истине. Этот кузен стал также одним из его великих учеников и первым, кто оставил родной дом. Поэтому-то его и называют «святым монахом» или «главой санхги».  Его метод самосовершенствования ясно описан в «Шурангама-сутре»:  «После того как я достиг просветления, в парке Мригадава я провозгласил Аджнята-Каундинье и остальным пяти бхикшу, а также и вам, четырем варгам [бхикшу, бхикшуни, упасака и упасика], что все живые существа не могут осознать бодхи и стать архатом, потому что введены в заблуждение "инородной пылью", которая порождает страдания. Что же в то время вызвало ваше пробуждение, приведя вас к нынешнему обретению священного плода?». Здесь Будда говорит о причине нашей неспособности осознать бодхи и стать архатом и вопрошает, благодаря каким методам его великие ученики, присутствовавшие в собрании, быстро достигли просветления. В то время только Аджнята-Каундинья знал этот метод, поэтому он поднялся со своего места и ответил Почитаемому миром:  «Я сейчас старший в этом собрании и единственный, кто освоил искусство разъяснения благодаря моему пробуждению к смыслу слов «инородная пыль», которое привело меня к обретению священного плода».  Сказав это, он дал следующее разъяснение (этих двух слов) Почитаемому миром: «Почитаемый миром, возьмем, например, гостя, который останавливается на постоялом дворе, проводит там ночь или обедает, а закончив с этим, собирает свои вещи и продолжает путешествие, не задерживаясь надолго. Что касается хозяина постоялого двора, ему никуда идти не надо. Если мыслить по аналогии: то, что не остается, – гость (инородное), а то, что остается, – хозяин. Следовательно, „инородно“ то, что не остается. Это также подобно заре. Когда в чистом небе восходит солнце и через окна проникает солнечный свет, тогда видно, как в лучах движется пыль, а пустое пространство – неподвижно. Если мыслить по аналогии: то, что покоится, – пустота, а то, что движется, – пыль». Как же доходчиво он объяснил эти два слова «хозяин» и «гость»! Но вы должны понимать, что эта метафора показывает, как нам нужно приступать к практике. Другими словами, истинное сознание – это хозяин, который по сути своей недвижим, движется гость, а именно заблуждающееся мышление, подобное пыли. Пылинки очень маленькие, когда они кружатся в воздухе, то становятся видимыми только в лучах солнца, проникающих через дверь или окно.

Только тогда сможем мы вверху действовать ради спасения внизу, как это делал бодхисаттва Авалокитешвара, обладавший способностью являться в тридцати двух различных формах, пригодных для освобождения соответствующих индивидов, и только тогда мы обретем силу. Поэтому бодхисаттва Авалокитешвара является в этом мире в виде мальчика или девочки, но мирские люди не понимают, что он уже стал буддой и что он ни «мужчина», ни «женщина», ни «я», ни «другой», но является в каждом конкретном случае в соответствии с ситуацией каждого живого существа. Когда мирские люди слышат имя этого бодхисаттвы и преисполняются преданности и почтения, то это исключительно благодаря тому, что в прошлых жизнях они повторяли его имя, так что теперь в них проросли семена, ранее посеянные на ниве их сознания-хранилища (алая-виджняны). Поэтому в сутре и говорится: Как только войдет через слух, Семя Дао посеяно навеки. Сегодня мы пришли сюда ради своего благоухания и совершенствования и должны полагаться на дхарму высочайшей колесницы, практиковавшейся и испытанной на опыте всеми буддами и бодхисаттвами. Этот способ заключается в ясном постижении изначального чудесного просветленного сознания, т. е. в том, чтобы узреть Природу и стать буддой. Если сознание не постигнуто, буддой стать невозможно. Для того чтобы ясно постигнуть сознание, мы должны начать с того, чтобы творить добро. Если каждый день с утра до вечера мы будем делать только добро и воздерживаться от совершения зла, то будет копиться благое, и если вдобавок мы будем постоянно удерживать хуатоу, не порождая не единой мысли, то мгновенно станем буддой. Дорогие друзья, пожалуйста, используйте время с пользой, не давайте возникать разным мыслям в сознании, вызовите в нем хуатоу и занимайтесь.

🧘‍♂️2 день Сегодня второй день второй чаньской семидневки. За этот краткий промежуток времени с каждым днем здесь становится все больше и больше участников, отсюда видно, что люди в Шанхае искренне привержены добру и добродетели. И еще очевиднее, что все люди не любят суеты и стремятся к покою, что все хотят избежать страданий и найти счастье. Вообще говоря, в этом мире больше страданий, чем счастья, и, поскольку время бежит очень быстро, короткий отрезок в несколько десятилетий промелькнет за одно мгновение. Даже если кто-то сможет прожить 800 лет, как Пэн-цзу, то и этот промежуток времени очень короток с точки зрения Дхармы Будды. А если посмотреть на мирских людей, то они редко и до семидесяти лет доживают. Так как вы и я знаем, что ничто не стоит привязанности в этом преходящем мире, иллюзорном и изменчивом, мы пришли на эту чаньскую семидневку, несомненно, благодаря благим корням в прошлых воплощениях. Но методы совершенствования требуют целеустремленного сознания. В прошлом все будды и бодхисаттвы без исключения достигали успеха только после кальп практики совершенствования. В главе «Шурангама-сутры» о полном просветлении Авалокитешвары говорится: «Я помню, что задолго до того, как миновало такое же несчетное число кальп, сколько песчинок в Ганге, в этом мире появился будда по имени Авалокитешвара. В то время я развивал у себя сознание бодхи и для своего вступления в самадхи получил от него наставление практиковать совершенствование через свой слух». Отсюда видно, что бодхисаттва Авалокитешвара добился успеха не за день и не за два. В то же время он ясно говорит нам о своем методе. Он первый из двадцати пяти достигших полного просветления, и его метод заключался в работе над слухом, что позволило ему довести эту чувственную способность до совершенства, ведущего к самадхи. Самадхи – это состояние правильной концентрации на словах, поэтому он продолжает: (I) Вначале, путем направления слуха. В поток (медитации), слух отстранился от слышимого. Этот метод заключается в том, чтобы обратить слух внутрь и услышать сущностную природу, не позволяя шести чувствам блуждать в шести видах пыли (внешних объектах). Это и есть включение шести чувств в природу Дхармы [дхармата на санскрите. То есть природа, лежащая в основе всех вещей, бхутататхата]. Поэтому он продолжает: (II) Когда поток стал беззвучным, Оба состояния – и движение, и покой Больше не порождались. Далее он говорит: (III) Так, в постепенном продвижении, И слух, и слышимое исчерпались; Но после их исчерпания я не остановился. Он имеет в виду то, что мы в нашей практике не должны останавливаться на обращении слуха внутрь, но предлагает постепенно продвигаться вперед и делать дальнейшие усилия для достижения: (IV) Осознал, что осознаваемое пусто, А пустое осознавание совершенно, Пустота и опустошаемое исчезли, Когда рождение и исчезновение исчезли, Обнаружилась нирвана. Это состояние – результат практики обращения слуха внутрь, чтобы услышать сущностную природу, и после того как постигается, что все формы возникновения и уничтожения нереальны, истинное сознание обнаруживает себя. Об этом и говорится: «Когда безумный ум остановлен, это и есть бодхи». После достижения этого состояния бодхисаттва Авалокитешвара сказал: «Внезапно выйдя за пределы и мирского и надмирного, в совершенстве всех десяти направлений (полное просветление) я обрел два непревзойденных. Первое – в единении вверху с изначальным чудесным просветленным сознанием всех будд ту же силу сострадания, что и Татхагата. Второе – в единении внизу со всеми живыми существами в шести сферах существования ту же мольбу о сострадании, что и у всех живых существ». Изучая сегодня буддийскую доктрину для практики совершенствования, мы также должны прежде всего преуспеть в своей практике, освободившись от таких пороков нашей сущностной природы, как жадность, гнев, глупость и гордыня, и восприняв изначально чистое и ясное чудесное просветленное истинное сознание.

Он прожил там садовником в течение трех лет и впоследствии обрел окончательное просветление. Гуань-си в зале чань говорил своим ученикам: «У моего отца, Линь-цзи, я получил полполовника, а у матери, Мо-шань, еще полполовника, то есть мне достался полный половник, и по сей день я не чувствую голода». Таким образом, хотя Гуань-си и был учеником Линь-цзи, он стал также и преемником дхармы Мо-шань. Таким образом, среди монахинь тоже встречались незаурядные таланты с потрясающими способностями. Здесь также много монахинь: почему бы им не обнаружить свои способности, чтобы раскрыть правильную дхарму. Следует понимать, что в дхарме Будды все равны, и от нас всех требуется только приложить усилия и не отступать, дабы не упустить эту судьбоносную возможность. Древние говорили: За сто лет, или тридцать шесть тысяч дней, Не найдется спокойного момента, чтобы отбросить ум и тело. В течение бессчетных кальп мы плыли по морю рождений и смертей, потому лишь, что ни разу не пожелали отбросить тело и ум, чтобы заниматься совершенствованием в чистоте и покое, и так мы вращаемся в колесе перевоплощений без шанса на освобождение. Поэтому всем нам следует отбросить и тело, и ум и немного посидеть в медитации с надеждой, что дно бочонка с (черным) лаком вылетит и мы вместе познаем на собственном опыте не-рожденность [на языке чань неведение символизирует густой черный лак, помещенный в деревянный бочонок, так как через него невозможно что-либо увидеть. Чаньская практика приводит к тому, что дно бочонка отлетает, тем самым освобождая его от черного лака, т. е. избавляя сознание от заблуждений. Это тот самый момент, когда воспринимается реальность].

Если человек очищает свое сознание и обращает источник света внутрь себя, то миг медитации, даже если не приведет непосредственно к пробуждению, заронит правильную причину, и день успеха обязательно наступит. Если его практика эффективна, буддой можно стать и в один миг. Поэтому Ананда говорит в «Шурангама-сутре»: «Дхармакаю можно обрести и без длительного монашества». Однако люди, как правило, живут среди страстей, радости и гнева, обретений и потерь, пяти желаний [пять желаний берут начало в объектах пяти чувств, вещах и явлениях, которые можно видеть, слышать, ощущать на запах и вкус и осязать], в погоне за удовольствиями и наслаждениями. Все это становится невидимым и неслышным, стоит только войти в зал чань, где шесть чувств отступают как шесть (уязвимых) частей тела черной черепахи, втягивающей их под свой панцирь, и ничто вас здесь не потревожит. Это способ совершенствования в недеянии и способ «непротекания». Поэтому заслуги от возведения стольких ступ семи сокровищ, сколько песчинок в Ганге, не сравнимы с заслугами, которые дает миг сидячей медитации. Аналогия с черной черепахой взята из рассказа о питавшемся рыбой тюлене. Он подплыл к берегу, чтобы поймать черепаху. Увидев, что на нее собираются напасть, черепаха втянула голову, хвост и ноги под свой панцирь, и тюленю было не за что схватить ее, как он ни старался. Потому пришлось отпустить черепаху восвояси. Наша жизнь проходит в мире, где те, у кого нет денег, как проклятые добывают пропитание и одежду, а те, у кого деньги есть, в погоне за удовольствиями не могут вырваться из плена своих страстей. Всех нас словно бы кусает тюлень. Когда понимаешь вред этого, берешь под контроль шесть чувств и обращаешь источник света внутрь себя, и тогда можно в смерти обрести жизнь. Два дня назад я рассказывал о методе нашей школы, это метод хранящего ока, метод сознания Татхагаты, это основа освобождения от рождения и смерти. Что касается других врат дхармы, таких как толкование сутр, несмотря на то что нацелены на пробуждение веры и понимания, они являются по большей части листьями и ветвями, не приближая к совершенному пониманию. Если хочешь посредством толкования сутр достичь освобождения от рождения и смерти, все равно надо еще пройти через практику и собственное засвидетельствование, а это очень трудно. Поэтому тех, кто достиг моментального полного просветления и обрел трансцендентальные способности посредством толкования сутр или следуя другими вратами дхармы, значительно меньше, чем в школе чань, так как в нашей школе «непостижимыми приемами» владели не только монахи и упасаки, но и среди монахинь были великие таланты. Некогда учитель Гуань-си, который был учеником Линь-цзи, несмотря на многолетнее наставничество Линь-цзи, все еще не достиг окончательного пробуждения, и тогда он отправился в другие места. Когда он прибыл в женский монастырь на горе Мошань, младшая монашка доложила о его прибытии чаньской бхикшуни Мо-шань, которая послала к нему служительницу с вопросом: «Почтенный учитель, явились ли вы сюда полюбоваться горами или ради изучения дхармы Будды?» Гуань-си пришлось признать, что он пришел ради изучения дхармы Будды. Мо-шань сказала: «Если вы пришли ради дхармы Будды, то здесь существуют те же правила битья в барабан и занятия почетного места». Когда она взошла на свое место, Гуань-си только поклонился, а колени не преклонил. Мо-шань спросила: «Какое место вы покинули сегодня?» Он ответил; «Въезд на дорогу». Она спросила его: «Почему же вы не охватили их?» Гуань-си не смог ответить и встал на колени, чтобы выразить почтение, спросив: «Какова Мо-шань?» Она ответила: «Макушка не видна». Он спросил: «Каков хозяин горы Мо-шань?» Она ответила: «Не мужчина и не женщина». Он прокричал: «Почему же он не превращается?» Она спросила в ответ: «Не бес и не дух – во что же ему превращаться?» Он не смог ответить и признал ее авторитет.

☸ ВТОРАЯ СЕМИДНЕВКА 🧘‍♂️ 1 день Мой приезд уже внес смуту в жизнь монастыря, я не заслуживаю радушного гостеприимства, оказанного мне настоятелем и старшими монахами, и прошу прощения за неудобства. Сегодня меня попросили провести еще одну чаньскую семидневку, и, конечно, я не вправе принять это предложение. Было бы разумно, чтобы эту встречу проводил почтенный учитель Ин-цы, имеющий за плечами столько лет жизни и дхармы. И в самом монастыре есть также много опытных и добродетельных учителей, а я – лишь «ряска», плавающая на воде, человек, ни на что не годный. Оказывать мне знаки внимания в силу моего возраста – это недоразумение. Даже в мирской дхарме возраст не принимается в расчет. Ранее, когда в императорском дворце проводился экзамен на ученую степень, не важно, был ли кандидат молод или стар, он называл экзаменатора «почтенный наставник», из уважения, а не за возраст. В буддийской дхарме возраст тем более не имеет значения. Бодхисаттва Манчжушри стал буддой в давние времена и являлся наставником шестнадцати принцев дхармы, одним из которых был будда Амитабха. Будда Шакьямуни также был его учеником, но когда Шакьямуни стал Буддой, Манчжушри явился оказать ему помощь. Таким образом, мы понимаем, что существует только одно равенство, в котором нет ни тех, кто выше, ни тех, кто ниже. Поэтому, пожалуйста, не допускайте ошибочного понимания. Так как мы занимаемся изучением, нам следует чтить правила. Настоятель имеет в своих планах просветление других, толкование сутр, проведение чаньских встреч и распространение Дхармы Будды. Это редкая возможность, выпавшая нам по судьбе. Все вы не остановились перед трудностями путешествия, не побоялись неудобств, приложили усилия и приехали сюда по собственной воле. Очевидно, что в вашем сознании присутствует стремление отказаться от страстей и желание покоя. В действительности у вас и у меня одно и то же Сознание, но есть разница между заблуждением и просветлением – и вот мы видим живых существ, которые заняты чем-то с утра до вечера, не позволяя себе ни дня отдыха. Если мы задумаемся об этом, то увидим, что это не может принести ни малейшей пользы. Несмотря на это, есть люди, занятые весь день напролет, глупым образом озабоченные тем, чтобы иметь у себя полный достаток пищи и одежды, и ищущие удовольствие в пении и танцах. Они желают, чтобы их дети и внуки были богатыми и известными и их потомки купались в славе и роскоши. Даже уже готовые испустить последний вздох и стать духами, они все еще беспокоятся о продвижении и процветании своих детей. Эти люди поистине крайне глупы. Встречаются также люди, немного разбирающиеся в добре и зле, причине и следствии. Они хотят совершать поступки, дающие заслуги и добродетели, но все сводится к соблюдению постов и пожертвованиям монахам, либо к приобретению статуй будд, либо к реставрации храмов и монастырских зданий. Но все это с протеканием мирской причины [мирская причина, или асрава на санскрите, что означает «просачивающаяся» причина, внутри потока страстей, в отличие от анасрава, вне потока страстей, когда нет истечения или просачивания]. Они надеются, что будут вознаграждены в следующем счастливом перерождении, но, не понимая ценности «непротекающих» заслуг и добродетели, не совершают ничего, дающего их. В «Лотосовой сутре» говорится: «Лучше миг посидеть в медитации, чем воздвигнуть столько ступ семи сокровищам, сколько песчинок в Ганге». Ибо этот метод сидения в медитации позволяет нам искоренить наши страсти и обрести покой сознания и тела, ведущий к окончательному постижению сущностной природы и освобождению от рождения и смерти. Миг – это мгновение (кшана) [Кшана – кратчайший отрезок времени, тогда как кальпа – самый длинный. 60 кшан равняются одному щелчку пальцами, 90 – мысли, а 4500 – минуте].

Люй Дунбинь, по прозвищу Чунь-ян (Беспримесный ян), уроженец Цзинчуаня, был одним из представителей знаменитой восьмерки бессмертных. В конце династии Тан он трижды провалился на экзаменах на ученую степень. Огорчившись, он не вернулся домой и однажды случайно встретил в винной лавке в Чанъани бессмертного по имени Чжунли Цюань, который обучил его методу продления жизни до бесконечности. Люй Дунбинь самосовершенствовался этим методом и мог даже становиться невидимым и по желанию летать по воздуху над облаками. Однажды он нанес летный визит в монастырь Хайхуй на горе Лушань, где на стене колокольни монастыря написал следующую гатху: "День чистого досуга – раздолье телу. В гармонии шесть духов – благополучно все. Драгоценность есть в киноварном поле – можно не вопрошать о Дао, Сознание к внешнему безразлично – некому вопрошать о чань." Некоторое время спустя, когда он пересекал гору Хуанлун, перед его взором предстали пурпурные облака, принявшие форму крыши. Догадавшись, что здесь живет человек необычный, он вошел внутрь. Как раз в это время после барабанного боя чаньский учитель Хуан-лун поднимался на свое место (чтобы начать проповедь дхармы). Люй Дунбинь последовал за монахами и вошел в зал послушать проповедь. Хуан-лун сказал: «Сегодня здесь присутствует вор дхармы. Монах (то есть я) не будет о ней говорить». Тогда Люй Дунбинь вышел вперед и низко поклонился учителю, сказав: «Я хочу, чтобы учитель разъяснил мне значение следующих строк: "В зернышке проса хранится весь мир, В небольшом котелке варятся горы и реки." Хуан-лун обругал его: «Дьявол, стерегущий труп, – вот кто ты!» Люй Дунбинь ответил: «Но у этого стража в мешке лекарство, дарующее бессмертие». Хуан-лун сказал: "Да проживи хоть 80 000 кальп. Не избежишь падения в пустоту исчезновения." Забыв о практике безразличия к внешнему из собственного стихотворения, Люй Дунбинь пришел в ярость и метнул свой меч в Хуан-луна. Хуан-лун указал пальцем на меч, и тот упал на пол и достать его было невозможно. С чувством глубокого раскаяния Люй Дунбинь опустился на колени и попросил ознакомить его с буддадхармой. Хуан-лун спросил: «О строке «В небольшом котелке варятся горы и реки» я пока не спрашиваю, а в чем смысл строки: «В зернышке проса хранится весь мир»? Услышав эти слова, Люй Дунбинь мгновенно постиг суть. После этого он прочел покаянное стихотворение: "Выбрасываю тыкву и разбиваю цинь, Не привлекает меня больше золото из ртути. Я начинаю после встречи с Хуан-луном понимать, Как ошибался в приложении сознания." Это пример того, как бессмертный даос обратился к тройной драгоценности, пожелав уйти в монастырь и стать защитником буддизма. При Люй Дунбине также начал процветать и даосизм, он считается пятым патриархом (даосизма) на севере. Даос Цзы-ян (Чжан Бодуань) также постиг глубины сознания за чтением (буддийского) «Сборника цвета патриархов» (Цзу ин цзи) и стал пятым патриархом (даосизма) на юге. Таким образом, даосизм продолжился благодаря школе чань. Конфуцианское учение передавалось вплоть до Мэн-цзы, после чего передача прервалась. Во времена династии Сун конфуцианские ученые (также) изучали дхарму Будды. Среди них можно отметить Чжоу Ляньси (Чжоу Дуньи), практиковавшего чань и преуспевшего в познании сущностной природы сознания, а также таких ученых, как Чэн-цзы (братья Чэн), Чжан-цзы (Чжан Цзай) и Чжу-цзы (Чжу Си). Таким образом, чаньская школа способствовала возрождению и конфуцианства. В наше время многие пренебрегают чаньской дхармой вплоть до того, что клевещут на нее, создавая негодную карму. Сегодня нам судьбою дана прекрасная возможность завершить благое дело, ради которого мы здесь собрались. Нам есть чему радоваться и ради чего давать серьезный обет, чтобы каждый был обращен и правильная дхарма процветала вечно.

🧘‍♂️ 7 день Дорогие друзья, разрешите мне поздравить вас с теми достойными приобретениями, которые вы накопили за чаньскую семидневку, заканчивающуюся сегодня. Согласно установленному правилу, те из вас, кто на опыте постиг истину, должны выйти вперед в этом зале, как это делали прежде кандидаты, сдававшие экзамены на ученую степень в императорском дворце. Поскольку сегодня день результатов, это должен быть день поздравлений. Однако почтенный настоятель был настолько сострадателен, что решил продлить чаньскую сессию с тем, чтобы мы смогли приложить дополнительные усилия для достижения дальнейшего продвижения. Все присутствующие здесь опытные практикующие понимают, насколько благосклонна к ним судьба, и не станут тратить зря драгоценное время. Но новичкам следует понять, сколь трудно обрести человеческое тело и как важен вопрос рождения и смерти. Поскольку мы имеем человеческие тела, нам следует помнить, насколько трудно получить возможность услышать буддадхарму и встретить сведущих учителей. Сегодня вы дошли до «драгоценной горы», надо воспользоваться этой прекрасной возможностью и приложить все имеющиеся силы к делу самосовершенствования, чтобы не вернуться домой с пустыми руками. Как я уже говорил, дхарма нашей школы, переданная Почитаемым миром в тот момент, когда он поднял вверх цветок и показал его собравшимся, передавалась из поколения в поколение. Хотя Ананда был двоюродным братом Будды и покинул дом, чтобы следовать за ним в качестве помощника, ему не удалось постичь истину в присутствии Почитаемого миром. После того как Будда перешел в нирвану, его великие ученики собрались в пещере (чтобы составить сутры), но Ананду на собрание не пригласили. Махакашьяпа сказал ему: «Ты не получил запечатления сознания Почитаемого Миром, так что, пожалуйста, оставайся у входа, присматривай за хоругвями». После этих слов Ананда сразу достиг полного просветления. Тогда Махакашьяпа передал ему запечатление сознания Татхагаты, сделав его вторым индийским патриархом. Запечатление было передано следующим поколениям, и после патриархов Ашвагхошы и Нагарджуны чаньский учитель Хуй-вэнь с горы Тяньтай периода династии Северная Ци (550–578), прочтя «Мадхьямака шастру» (Нагарджуны), преуспел в постижении сокровенного сознания и основал школу тяньтай. В то же время наша чаньская школа процветала. Позже, когда школа тяньтай пришла в упадок, императорский учитель Дэ-шао (чаньский учитель) отправился в Корею (где находилась единственная копия трудов Чжи-и), переписал ее и возвратился с намерением возродить эту школу. Бодхидхарма, двадцать восьмой индийский патриарх, отправился на Восток, где стал первым китайским патриархом. После того как он передал дхарму, вплоть до пятого патриарха светильник сознания ярко сиял. У шестого патриарха было сорок три преемника, среди которых были выдающиеся чаньские учителя Син-сы и Хуай-жан. Затем пришел чаньский учитель Ма-цзу, у которого было восемьдесят три преемника. В те времена правильная дхарма процветала и пользовалась уважением императоров и сановников. Хотя Татхагата проповедовал несколько дхарм, дхарма этой школы была непревзойденной. Что касается дхармы воспевания имени будды Амитабхи, ее высоко оценивали (китайские патриархи) Ашвагхоша и Нагарджуна, и после учителя Хуй-юаня чаньский учитель Ян-шоу из монастыря Юн-мин стал шестым патриархом школы Чистой Земли (Цзинь-ту цзун), учение которой впоследствии распространялось многими другими чаньскими учителями. Школа мантр [Чжэнь-янь цзун (школа Истинных слов, яп. Сингон, Ваджраяна). Основание этой школы приписывается Вайрочане. Потом от бодхисаттвы Ваджрасаттвы она перешла к Нагарджуне и Амогхаваджре], после того как ее учение последним проповедовал чаньский учитель И-син, распространилась в Японии, но исчезла в Китае, где у вышеупомянутого учителя не нашлось ни одного преемника. Школа дхармалакшаны была основана учителем дхармы Сюань-цзаном, но просуществовала не очень долго. Только наша чаньская школа, подобно потоку, все еще несет свои воды из дальнего источника, принимая богов в свои ряды и укрощая драконов и тигров.

Когда он почувствовал, что скоро умрет, он сказал Лин-чжао: «Выйди и посмотри, рано сейчас или поздно? Если полдень, дай мне знать». Лин-чжао вышла и, вернувшись, сказала: «Солнце в средней части неба, но, к сожалению, его сожрала небесная собака [солнечное затмение]. Отец, почему бы тебе не пойти посмотреть?» Пан-юнь подумал, что она говорит правду, покинул свое место и вышел. После этого Лин-чжао поднялась на его место, села, скрестив ноги, соединила ладони вместе и покинула этот мир. Когда упасака вернулся, он увидел, что Лин-чжао умерла, и сказал со вздохом: «Моя дочь меня опередила и ушла раньше меня». Так что он отложил на неделю свою смерть, чтобы похоронить дочь. Когда начальник округа Юй-гун зашел поинтересоваться здоровьем упасаки, тот сказал ему: Лишь бы пустым стало все, что есть, И чтобы не стало реальным то, чего нет. В этом мире жить не плохо — Все лишь эхо, все лишь тень. Сказав это, он положил голову на колени Юй-гуна и отошел в мир иной. Его тело, во исполнение его воли, было кремировано, а пепел был брошен в озеро. Когда жена узнала о его смерти, она пошла сказать об этом сыну. Когда сын услышал о смерти отца, он прекратил работу в поле, уперся подбородком в ручку своей мотыги и умер, не сходя с места. Став свидетельницей этих событий, мать стала отшельницей. Как видите, вся семья из четырех человек обладала сверхъестественными способностями и могла совершать чудеса. Эти миряне – упасаки, как и вы – были людьми высоких достижений. В наши дни не нашлось людей равных им по способностям не только среди упасак (и упасик), но даже среди монахов и монахинь, которые не сильно отличаются от меня, Сюй-юня. Это не может радовать! Теперь приступим к усердной практике!

Ши-тоу понравились стихи и он спросил Пан-юня: «Ты присоединишься к сангхе (общине) или останешься упасакой (мирянином)?» Пан-юнь ответил: «Куда меня потянет», и не стал брить голову. Потом Пан-юнь пошел к учителю Ма-цзу и спросил его: «Что за человек, который не принимает все дхармы в отличие от своих товарищей?» Ма-цзу ответил: «Я тебе скажу, когда ты одним глотком выпьешь воду Янцзы». Услышав это, Пан-юнь мгновенно пробудился для понимания сути. Он пробыл два года в этом монастыре (где жил Ма-цзу). После полного осознания своей изначальной природы этот упасака оставил все мирские занятия, выбросил в реку Сянцзян все свое состояние, составлявшее 10 000 связок золотых и серебряных монет, и стал зарабатывать себе на жизнь плетением бамбуковых изделий. Однажды, разговаривая с женой о принципе нерожденного, он сказал: «Трудно! Трудно! Трудно! Так же трудно, как разложить десять даней семян кунжута на ветвях дерева». Его жена воскликнула: «Легко! Легко! Легко! На сотнях травинок блестят указания учителя». Услышав их, дочь Лин-чжао рассмеялась: «Послушайте, старички! Как вы можете говорить такое?» Упасака спросил дочь: «Ну а ты что скажешь?» Она ответила: «Это не трудно! Это не легко! Когда ты голоден, ты ешь, а когда устаешь, ложишься спать». Пан-юнь хлопнул в ладоши, засмеялся и сказал: У сына не будет жены, А у дочери не будет мужа. Мы все останемся вместе Говорить на языке нерожденного. С тех пор он прославился красноречием и остроумием. Когда этот упасака покидал учителя Яо-шаня, тот послал десять чаньских монахов, чтоб те его проводили до ворот (монастыря). Указывая пальцем на падающий снег, упасака сказал им: «Хороший снег! Ни одна из снежинок не упадет на другое место». Чаньский монах по имени Цюань спросил его: «Куда они падают?» Упасака ударил Цюаня по лицу, а тот сказал: «Ну зачем же так грубо». Упасака ответил: «А еще называешься чаньским монахом! Бог мертвых тебя не пропустит». Цюань спросил: «Что же тогда почтенный упасака имеет в виду?» Упасака шлепнул его еще раз и сказал: «Ты видишь, как слепой, и говоришь, как немой». Он часто посещал места, где читались и комментировались сутры. Однажды он слушал истолкование «Алмазной сутры», и когда комментатор подошел к вопросу о нереальности эго и личности, он спросил: «Достопочтенный господин, поскольку нет ни «я», ни «не-я», то кто сейчас дает толкование сутрам и кто слушает?» Так как комментатор не смог ответить, упасака сказал: «Хоть я и мирянин, но немного в этом смыслю». Комментатор спросил его: «Какова интерпретация уважаемого yпaсаки?» Упасака ответил гатхой: Нет ни «меня», ни «других», Кто тогда близок или далек? Вы лучше бросьте комментарии, Им не сравниться с прямым постижением. На природе алмазной мудрости Нет ни пылинки. Слова «я слышу», «верю», «принимаю» Всегда лишь условные названия. Прослушав стихи, комментатор выразил свое восхищение. Однажды этот упасака спросил Лин-чжао: «Как ты понимаешь слова древних: „Ясно видны сотни травинок, ясны-понятны указания патриарха“»? Лин-чжао ответила: «Ведь старый человек уже, а такое говоришь?» Упасака спросил ее: «А как ты это скажешь?» Лин-чжао ответила: «Ясно видны сотни травинок, ясны-понятны указания патриарха». Упасака одобрительно рассмеялся.

Поэтому говорят: «Когда помысел об истине так же силен, как помысел о любви, не замедлит достижение совершенства будды». Все будды и святые появляются в мире, чтобы служить живым существам, спасая их от страдания, ниспосылая им счастье и помогая в горе. Мы можем взращивать в себе самоотречение и сострадание к другим, воздерживаясь от удовольствий лично для себя, чтобы никому не пришлось испытывать страдания и все бы получалось. При этом и вам самим в полной мере воздастся за добродетельные поступки, точно так же, как лодка поднимается с приливом. Когда вы способны обращаться с людьми с состраданием и благожелательностью, без самодовольства и напыщенности, без высокомерия и лживости, то и люди ответят вам уважением и учтивостью. С другой стороны, если вы только и думаете, что о своих талантах, и ведете себя неразумно или лицемерно, стремитесь лишь к удовлетворению своих личных потребностей, то даже если вам и выкажут уважение, оно не будет искренним. Поэтому Мэн Цзы сказал: «Уважай других, и они всегда будут уважать тебя. Люби других, и они всегда будут любить тебя». Шестой патриарх сказал: Его неправота меня не сделает неправым,Когда же я не прав, лежит вина на мне.Поэтому мы не должны взращивать сознание, проводящее различие между правым и неправым, между собой и другими. Если служить другим так же, как это делали будды и бодхисаттвы, семена бодхибудут всходить повсюду и постоянно приносить урожай прекрасных плодов. Тогда никакие страсти не удержат нас в связанности. Двенадцать разделов Трипитаки махаяны были изложены Почитаемым миром по причине наличия у нас трех ядов: жадности, злобы и глупости. Поэтому цели этих двенадцати разделов Трипитаки таковы: дисциплина (шила), невозмутимость ума (самадхи) и мудрость (праджня). Они предназначены помочь устранить желания, достичь четырех безграничных состояний ума Будды: доброты (майтри), сострадания (каруна), сорадования (мудита) и беспристрастия (упекша), а также всех атрибутов спасения [шесть парамит: дана (милосердие), шила (дисциплина), кшанти (терпеливость и выносливость), вирья (рвение и продвижение), дхьяна (медитация) и праджня (мудрость)], чтобы устранить иллюзию неведения и порочность глупости с целью достижения добродетели совершенной мудрости и благой дхармакаи. Если мы можем придерживаться такой линии поведения, сокровища Лотоса [Чистая Земля всех будд в их самбхогакае, или телах награды] обнаружатся повсюду. Сегодня большинство из вас, прибывших сюда на чаньскую семидневку, – добродетельные миряне (упасаки). Вам нужно должным образом обуздать свой ум и избавиться от всяких уз. Сейчас я расскажу вам еще один гунъань, чтобы вы могли следовать примеру, приведенному в нем. Если нe рассказать его, то, боюсь, вы не станете обладателями Сокровища и вернетесь домой с пустыми руками, а я буду виновен в том, что не оправдал вашего доверия. Пожалуйста, слушайте внимательно: Во времена династии Тан жил упасака по имени Пан-юнь, известный также под именем Даосюань. Родом он был из города Хэняна в провинции Хунань. Поначалу он был ученым-конфуцианцем, но с юных лет, осознавая тщетность страстей, искал истину. В начале правления под девизом Чжэнь-юань (785–804) он услышал о школе учителя Ши-тоу и пришел к нему за наставлениями. Он спросил учителя: «Что за человек, который не принимает все дхармы в отличие от своих товарищей?» Ши-тоу вытянул руку и закрыл рот Пан-юню, и тот мгновенно понял значение этого жеста. Однажды Ши-тоу спросил Пан-юня: «Ты увидел этого старого монаха [то есть Ши-тоу], что после этого ты каждый день делаешь?» Пан-юнь ответил: «Если вы меня спрашиваете, что я делаю, то я не знаю, как открыть рот (чтобы сказать об этом)». Затем он представил Ши-тоу следующие стихи: Особого нет ничего в делах моих повседневных. Я просто в гармонии с этим живу. Больше никогда не принимаю и не отбрасываю, Больше ничего не утверждаю и не отрицаю. Кто цветам дал название – красный или пурпурный? В горном приюте нет ни единой частицы пыли. Божественное повсюду и волшебством Носится вода и собирается хворост.

🧘‍♂️ 6 день Древние говорили: «Дни и месяцы снуют, как челнок, а время летит, как стрела». Наша чаньская семидневка началась всего несколько дней назад, и завтра уже конец. Согласно установленному правилу, экзамены состоятся завтра утром, так как чаньская семидневка – это метод постижения через опыт, ограниченный временными рамками. Опыт означает опыт пробуждения, другими словами, это осознание своего сокровенного «Я» и постижение глубинной природы Татхагаты, поэтому говорится «пробуждение через опыт». Ваш экзамен имеет целью подтверждение той степени достижения, на которую вам удалось подняться во время этих семи дней, и вам придется продемонстрировать ваше достижение перед собравшимися. Обычно этот экзамен называют платой за пирожки [имеется в виду труд тех, кто обеспечивал проведение семидневки, кормил участников и т. д.] и все вы должны принять в нем участие. Другими словами, все вы должны быть пробуждены до состояния постижения истины настолько, чтобы быть в состоянии дать толкование буддадхарме во имя освобождения всего живого. Сегодня я не говорю, что каждый из вас будет пробужден, но даже если это будет один человек, расходы на кормление всех остальных можно считать окупившимися. То, что называется «одному заплатить за общую трапезу». А если все мы проявим потенциал продвижения сознания, то каждый пробудится к осознанию истины. Древние говорили: "Мирянину совсем несложно буддой стать, Да вот избавиться от ложных мыслей трудно." Именно из-за наших ненасытных желаний со времен, которым нет начала, мы плывем теперь по морю рождений и смертей, в котором 84 000 страстей и всякого рода привычек, от которых не можем избавиться. Вследствие этого мы неспособны пробудиться и уподобиться буддам и бодхисаттвам, просветленным и свободным от иллюзий. По этому поводу учитель Лянь-чи сказал: Легко попасться в узы загрязненья. Трудно заработать карму, ведущую к истине. Не видишь то, что за пределом взора, — Взаимосвязанное кажется раздельным, Видно лишь буйство ветра на просторах, Который губит лес, взошедший из достоинств. Сознание воспламенено страстями, Сжигающими бодхи семена. Если помысел об истине так же силен, как помысел о любви, Не замедлит достижение совершенства будды. Когда ко всем живущим ты будешь относиться, как к себе, То все будет делаться по отношению друг к другу в том же духе. Других винить не будешь, себя считая правым, Верхи с низами станут уважать друг друга. Перед тобою постоянно буддадхарма — Вся пыль страстей сама собою отпадает. Как ясно и точно сказано! «Загрязнение» означает то, что марает. Жизнь в миру запятнана тягой к богатству, чувственным удовольствиям, славе и успеху, а также злостью и разногласиями. Здесь «истина» (дао) и «добродетель» (дэ) считаются всего лишь булыжниками под ногами. Каждый день люди предаются эмоциям и алчут богатства, уважения, славы и успеха. Поскольку пребывают в мирских страстях, в их сознании нет места даже для единственной мысли об истине. Вследствие этого лес достоинств чахнет и семена бодхи погибают. Если же они безразличны ко всем мирским страстям, одинаково относятся к друзьям и врагам, воздерживаются от убийства, воровства, прелюбодеяния, лжи и алкоголя, непредвзято относятся ко всем живым существам, если для них чужой голод все равно что свой, если, увидев тонущего, они чувствуют, как тонут сами, если они развивают сознание бодхи, тогда появится возможность быстрого достижения совершенства будды.

Как видите, вся семья из четырех человек обладала сверхъестественными способностями и могла совершать чудеса. Эти миряне – упасаки, как и вы – были людьми высоких достижений. В наши дни не нашлось людей равных им по способностям не только среди упасак (и упасик), но даже среди монахов и монахинь, которые не сильно отличаются от меня, Сюй-юня. Это не может радовать! Теперь приступим к усердной практике!

После полного осознания своей изначальной природы этот упасака оставил все мирские занятия, выбросил в реку Сянцзян все свое состояние, составлявшее 10 000 связок золотых и серебряных монет, и стал зарабатывать себе на жизнь плетением бамбуковых изделий. Однажды, разговаривая с женой о принципе нерожденного, он сказал: «Трудно! Трудно! Трудно! Так же трудно, как разложить десять даней семян кунжута на ветвях дерева». Его жена воскликнула: «Легко! Легко! Легко! На сотнях травинок блестят указания учителя». Услышав их, дочь Лин-чжао рассмеялась: «Послушайте, старички! Как вы можете говорить такое?» Упасака спросил дочь: «Ну а ты что скажешь?» Она ответила: «Это не трудно! Это не легко! Когда ты голоден, ты ешь, а когда устаешь, ложишься спать». Пан-юнь хлопнул в ладоши, засмеялся и сказал: У сына не будет жены, А у дочери не будет мужа. Мы все останемся вместе Говорить на языке нерожденного. С тех пор он прославился красноречием и остроумием. Когда этот упасака покидал учителя Яо-шаня, тот послал десять чаньских монахов, чтоб те его проводили до ворот (монастыря). Указывая пальцем на падающий снег, упасака сказал им: «Хороший снег! Ни одна из снежинок не упадет на другое место». Чаньский монах по имени Цюань спросил его: «Куда они падают?» Упасака ударил Цюаня по лицу, а тот сказал: «Ну зачем же так грубо». Упасака ответил: «А еще называешься чаньским монахом! Бог мертвых тебя не пропустит». Цюань спросил: «Что же тогда почтенный упасака имеет в виду?» Упасака шлепнул его еще раз и сказал: «Ты видишь, как слепой, и говоришь, как немой». Он часто посещал места, где читались и комментировались сутры. Однажды он слушал истолкование «Алмазной сутры», и когда комментатор подошел к вопросу о нереальности эго и личности, он спросил: «Достопочтенный господин, поскольку нет ни «я», ни «не-я», то кто сейчас дает толкование сутрам и кто слушает?» Так как комментатор не смог ответить, упасака сказал: «Хоть я и мирянин, но немного в этом смыслю». Комментатор спросил его: «Какова интерпретация уважаемого yпaсаки?» Упасака ответил гатхой: Нет ни «меня», ни «других», Кто тогда близок или далек? Вы лучше бросьте комментарии, Им не сравниться с прямым постижением. На природе алмазной мудрости Нет ни пылинки. Слова «я слышу», «верю», «принимаю» Всегда лишь условные названия. Прослушав стихи, комментатор выразил свое восхищение. Однажды этот упасака спросил Лин-чжао: «Как ты понимаешь слова древних: „Ясно видны сотни травинок, ясны-понятны указания патриарха“»? Лин-чжао ответила: «Ведь старый человек уже, а такое говоришь?» Упасака спросил ее: «А как ты это скажешь?» Лин-чжао ответила: «Ясно видны сотни травинок, ясны-понятны указания патриарха». Упасака одобрительно рассмеялся. Когда он почувствовал, что скоро умрет, он сказал Лин-чжао: «Выйди и посмотри, рано сейчас или поздно? Если полдень, дай мне знать». Лин-чжао вышла и, вернувшись, сказала: «Солнце в средней части неба, но, к сожалению, его сожрала небесная собака [солнечное затмение]. Отец, почему бы тебе не пойти посмотреть?» Пан-юнь подумал, что она говорит правду, покинул свое место и вышел. После этого Лин-чжао поднялась на его место, села, скрестив ноги, соединила ладони вместе и покинула этот мир. Когда упасака вернулся, он увидел, что Лин-чжао умерла, и сказал со вздохом: «Моя дочь меня опередила и ушла раньше меня». Так что он отложил на неделю свою смерть, чтобы похоронить дочь. Когда начальник округа Юй-гун зашел поинтересоваться здоровьем упасаки, тот сказал ему: Лишь бы пустым стало все, что есть, И чтобы не стало реальным то, чего нет. В этом мире жить не плохо — Все лишь эхо, все лишь тень. Сказав это, он положил голову на колени Юй-гуна и отошел в мир иной. Его тело, во исполнение его воли, было кремировано, а пепел был брошен в озеро. Когда жена узнала о его смерти, она пошла сказать об этом сыну. Когда сын услышал о смерти отца, он прекратил работу в поле, уперся подбородком в ручку своей мотыги и умер, не сходя с места. Став свидетельницей этих событий, мать стала отшельницей.

Когда вы способны обращаться с людьми с состраданием и благожелательностью, без самодовольства и напыщенности, без высокомерия и лживости, то и люди ответят вам уважением и учтивостью. С другой стороны, если вы только и думаете, что о своих талантах, и ведете себя неразумно или лицемерно, стремитесь лишь к удовлетворению своих личных потребностей, то даже если вам и выкажут уважение, оно не будет искренним. Поэтому Мэн Цзы сказал: «Уважай других, и они всегда будут уважать тебя. Люби других, и они всегда будут любить тебя». Шестой патриарх сказал: Его неправота меня не сделает неправым,Когда же я не прав, лежит вина на мне.Поэтому мы не должны взращивать сознание, проводящее различие между правым и неправым, между собой и другими. Если служить другим так же, как это делали будды и бодхисаттвы, семена бодхибудут всходить повсюду и постоянно приносить урожай прекрасных плодов. Тогда никакие страсти не удержат нас в связанности. Двенадцать разделов Трипитаки махаяны были изложены Почитаемым миром по причине наличия у нас трех ядов: жадности, злобы и глупости. Поэтому цели этих двенадцати разделов Трипитаки таковы: дисциплина (шила), невозмутимость ума (самадхи) и мудрость (праджня). Они предназначены помочь устранить желания, достичь четырех безграничных состояний ума Будды: доброты (майтри), сострадания (каруна), сорадования (мудита) и беспристрастия (упекша), а также всех атрибутов спасения [шесть парамит: дана (милосердие), шила (дисциплина), кшанти (терпеливость и выносливость), вирья (рвение и продвижение), дхьяна (медитация) и праджня (мудрость)], чтобы устранить иллюзию неведения и порочность глупости с целью достижения добродетели совершенной мудрости и благой дхармакаи. Если мы можем придерживаться такой линии поведения, сокровища Лотоса [Чистая Земля всех будд в их самбхогакае, или телах награды] обнаружатся повсюду. Сегодня большинство из вас, прибывших сюда на чаньскую семидневку, – добродетельные миряне (упасаки). Вам нужно должным образом обуздать свой ум и избавиться от всяких уз. Сейчас я расскажу вам еще один гунъань, чтобы вы могли следовать примеру, приведенному в нем. Если нe рассказать его, то, боюсь, вы не станете обладателями Сокровища и вернетесь домой с пустыми руками, а я буду виновен в том, что не оправдал вашего доверия. Пожалуйста, слушайте внимательно: Во времена династии Тан жил упасака по имени Пан-юнь, известный также под именем Даосюань. Родом он был из города Хэняна в провинции Хунань. Поначалу он был ученым-конфуцианцем, но с юных лет, осознавая тщетность страстей, искал истину. В начале правления под девизом Чжэнь-юань (785–804) он услышал о школе учителя Ши-тоу и пришел к нему за наставлениями. Он спросил учителя: «Что за человек, который не принимает все дхармы в отличие от своих товарищей?» Ши-тоу вытянул руку и закрыл рот Пан-юню, и тот мгновенно понял значение этого жеста. Однажды Ши-тоу спросил Пан-юня: «Ты увидел этого старого монаха [то есть Ши-тоу], что после этого ты каждый день делаешь?» Пан-юнь ответил: «Если вы меня спрашиваете, что я делаю, то я не знаю, как открыть рот (чтобы сказать об этом)». Затем он представил Ши-тоу следующие стихи: Особого нет ничего в делах моих повседневных. Я просто в гармонии с этим живу. Больше никогда не принимаю и не отбрасываю, Больше ничего не утверждаю и не отрицаю. Кто цветам дал название – красный или пурпурный? В горном приюте нет ни единой частицы пыли. Божественное повсюду и волшебством Носится вода и собирается хворост. Ши-тоу понравились стихи и он спросил Пан-юня: «Ты присоединишься к сангхе (общине) или останешься упасакой (мирянином)?» Пан-юнь ответил: «Куда меня потянет», и не стал брить голову. Потом Пан-юнь пошел к учителю Ма-цзу и спросил его: «Что за человек, который не принимает все дхармы в отличие от своих товарищей?» Ма-цзу ответил: «Я тебе скажу, когда ты одним глотком выпьешь воду Янцзы». Услышав это, Пан-юнь мгновенно пробудился для понимания сути. Он пробыл два года в этом монастыре (где жил Ма-цзу).

🧘‍♂️ 6 день Древние говорили: «Дни и месяцы снуют, как челнок, а время летит, как стрела». Наша чаньская семидневка началась всего несколько дней назад, и завтра уже конец. Согласно установленному правилу, экзамены состоятся завтра утром, так как чаньская семидневка – это метод постижения через опыт, ограниченный временными рамками. Опыт означает опыт пробуждения, другими словами, это осознание своего сокровенного «Я» и постижение глубинной природы Татхагаты, поэтому говорится «пробуждение через опыт». Ваш экзамен имеет целью подтверждение той степени достижения, на которую вам удалось подняться во время этих семи дней, и вам придется продемонстрировать ваше достижение перед собравшимися. Обычно этот экзамен называют платой за пирожки [имеется в виду труд тех, кто обеспечивал проведение семидневки, кормил участников и т. д.] и все вы должны принять в нем участие. Другими словами, все вы должны быть пробуждены до состояния постижения истины настолько, чтобы быть в состоянии дать толкование буддадхарме во имя освобождения всего живого. Сегодня я не говорю, что каждый из вас будет пробужден, но даже если это будет один человек, расходы на кормление всех остальных можно считать окупившимися. То, что называется «одному заплатить за общую трапезу». А если все мы проявим потенциал продвижения сознания, то каждый пробудится к осознанию истины. Древние говорили: "Мирянину совсем несложно буддой стать, Да вот избавиться от ложных мыслей трудно." Именно из-за наших ненасытных желаний со времен, которым нет начала, мы плывем теперь по морю рождений и смертей, в котором 84 000 страстей и всякого рода привычек, от которых не можем избавиться. Вследствие этого мы неспособны пробудиться и уподобиться буддам и бодхисаттвам, просветленным и свободным от иллюзий. По этому поводу учитель Лянь-чи сказал: Легко попасться в узы загрязненья. Трудно заработать карму, ведущую к истине. Не видишь то, что за пределом взора, — Взаимосвязанное кажется раздельным, Видно лишь буйство ветра на просторах, Который губит лес, взошедший из достоинств. Сознание воспламенено страстями, Сжигающими бодхи семена. Если помысел об истине так же силен, как помысел о любви, Не замедлит достижение совершенства будды. Когда ко всем живущим ты будешь относиться, как к себе, То все будет делаться по отношению друг к другу в том же духе. Других винить не будешь, себя считая правым, Верхи с низами станут уважать друг друга. Перед тобою постоянно буддадхарма — Вся пыль страстей сама собою отпадает. Как ясно и точно сказано! «Загрязнение» означает то, что марает. Жизнь в миру запятнана тягой к богатству, чувственным удовольствиям, славе и успеху, а также злостью и разногласиями. Здесь «истина» (дао) и «добродетель» (дэ) считаются всего лишь булыжниками под ногами. Каждый день люди предаются эмоциям и алчут богатства, уважения, славы и успеха. Поскольку пребывают в мирских страстях, в их сознании нет места даже для единственной мысли об истине. Вследствие этого лес достоинств чахнет и семена бодхи погибают. Если же они безразличны ко всем мирским страстям, одинаково относятся к друзьям и врагам, воздерживаются от убийства, воровства, прелюбодеяния, лжи и алкоголя, непредвзято относятся ко всем живым существам, если для них чужой голод все равно что свой, если, увидев тонущего, они чувствуют, как тонут сами, если они развивают сознание бодхи, тогда появится возможность быстрого достижения совершенства будды. Поэтому говорят: «Когда помысел об истине так же силен, как помысел о любви, не замедлит достижение совершенства будды». Все будды и святые появляются в мире, чтобы служить живым существам, спасая их от страдания, ниспосылая им счастье и помогая в горе. Мы можем взращивать в себе самоотречение и сострадание к другим, воздерживаясь от удовольствий лично для себя, чтобы никому не пришлось испытывать страдания и все бы получалось. При этом и вам самим в полной мере воздастся за добродетельные поступки, точно так же, как лодка поднимается с приливом.

Теперь следует задать себе вопрос, можете ли вы осуществлять свою практику таким образом? Было бы излишне говорить о том, что вы неспособны следовать примеру этого монаха, когда ваши сестры приходят вас навестить. Достаточно упомянуть о вашем поведении после медитации, когда, гуляя, вы не можете воздержаться от того, чтобы не поглазеть на вашего руководителя, когда тот совершает воскурение, или на движения вашего соседа. При такой практике разве можно твердо удерживать хуатоу? Дорогие друзья, вам следует только устранить ил и оставить лишь воду. Когда вода чиста, луна [вода – символ внутренней природы, а луна – символ просветления] появится сама собой. Теперь для вас настало время заняться хуатоу и тщательно его исследовать.