аляска🫀

…чужая безысходность — это просто удобный холст, на котором сытый турист с пленкой в руках и с кепкой билли айлиш на голове может наконец-то почувствовать себя тонко чувствующим, сложным героем великой драмы. я остро ощутила, насколько эгоистично превращать чужую ежедневную борьбу за выживание в свой личный эстетический опыт. этому человеку под палящим солнцем глубоко безразлично, как поэтично падает свет на его пыльные плечи в объективе туриста. для него эта пыль — то, чем он дышит каждый день, а его платок — просто шанс купить сегодня хлеб. по сути, весь этот туризм в страны третьего мира — это легальный способ купить себе облегчение. мы приехали в египет, посмотрели на разруху, ужаснулись, впитали «эстетику пиздеца» и «колорит» чужого тяжёлого бытия, а потом сыто выдохнули от мысли, что мы-то сами так не живём. мы остро осознали свои европейские привилегии, получили свой экзистенциальный опыт, зафиксировали инсайты, упаковали чужую жизнь в пост для соцсетей, убедились, что в нашей-то жизни всё на самом деле круто, и уехали домой. а они остались. они продолжили стоять под этим невыносимым солнцем, в этой же пыли, антисанитарии и разрухе, караулить следующий автобус с такими же чуткими, рефлексирующими туристами… ——— что со всем этим делать — мы, конечно же, понятия не имеем. мир устроен так, как устроен, лотерея рождения безжалостна, а вся эта внезапная дорожная рефлексия оставляет после себя лишь глухое, липкое чувство абсолютного бессилия. да и вообще, имею ли я право писать обо всём этом с умным видом? рассуждать о глобальном неравенстве и чужой нищете, будучи «белой цисгендерной женщиной» и, прямо скажем, избалованной москвичкой, которая через пару дней вернется в свою зону комфорта и будет лениво скроллить ленту, потягивая айс-матчу на кокосовом. ответа нет. автобус едет дальше. древний египет с его гробницами и вечностью так и остался где-то на заднем плане, а в сухом остатке — только пыльное стекло, платок за доллар, вечный, нерешаемый сюр этой жизни и едкое чувство вины. вины абсолютно иррациональной, ведь ты ни в чём не виноват, но при этом виноват во всём сразу.