сЧётчик Родионова

Штош. Прошёл отбор в третью Школу литературной критики. Дорогая Ясная Поляна, скоро увидимся. Я соскучился.

Аларм! Кликбейт! Превью! Гусь! Штош, завтра последний день читательского голосования в полуфинале книжной премии "Ревизор". Битва идёт эпичная. Мы с гусем призываем проголосовать за нас (номинация "Блогер года"), если вы ещё этого не сделали: https://www.bookind.ru/revizor/2023/revizor-2023-voting.php

Большая книга-2023 Длинный список Рецензия-диалог (feat. искусствовед Алевтина Бояринцева) «Алиса в русском Зазеркалье», Павел Басинский, Екатерина Барбаняга. – М.: Молодая гвардия, 2022. И.Р: – «Алиса в русском Зазеркалье» – уже вторая книга Павла Басинского и Екатерины Барбаняги, написанная в жанре «биография в диалогах». Первая, «Соня, уйди!», казалась прорывом: с такой стороны к жизнеописаниям великих у нас ещё никто, кажется, не подходил. И вот появляется вторая книга – о последней русской императрице. Нет ли здесь опасности превращения яркой вспышки в солидно-предсказуемую серию? А.Б.: – Меня не пугает ни солидность, ни предсказуемость. Всегда можно чуть изменить композицию, ведущую идею. Диалог изначально предполагает разнообразие «ролей»: один из авторов становится «адвокатом», другой «прокурором». Или первый предлагает факты, а второй их комментирует. Думаю, у такого разнопланового дуэта, как Павел и Екатерина, дословные композиционные, интонационные повторы невозможны в принципе. Кстати, обрати внимание на необычные названия обеих книг. В частности, про Алису: оно красиво и многосоставно. Почему-то я призадумалась о Зазеркалье… Там обязательно должно быть что-то наоборот. Да, и ещё в самом слове есть обещание тайны: что там, по ту сторону зеркала? Пример «наоборотности» – сравнение императрицы Александры (Алисы) со свекровью, Марией Фёдоровной. Это настоящий лейтмотив книги. Мария въезжала в Россию торжественно, громко. Алиса – словно незаметно: главным на тот момент было резкое ухудшение здоровья императора Александра III. Мария была абсолютно светская, общительная, обаятельная. Алисе – по крайней мере, на приёмах – не хватало этих качеств. А вот что касается тайн… В этой истории их немало. Почему всё же состоялся брак Ники и Аликс, если у двух династий не было однозначного мнения на этот счёт, а вот сомнения были? И.Р.: – Большая история – всегда во многом цепь случайностей, трагических или счастливых. Можно, конечно, бесконечно закапываться в причины и первопричины. Но я бы ответил на этот вопрос так, причём без всякой иронии: им суждено было быть вместе, потому что иначе быть не могло. Потому что так было угодно небесам. И про зеркальность, двойничество. В книге много таких перевёртышей, искажённых отражений. Распутин и Иоанн Кронштадтский, например. Или взять рассказчиков: образцово-бесстрастный исследователь Павел Басинский и эмоциональная, горячо сочувствующая героям Екатерина Барбаняга. В связи с этим у меня такой вопрос: ты, как читатель и критик, каким образом воспринимаешь подобное двухголосие? А.Б.: – Ты меня спровоцировал на музыкальные аллюзии. Есть такая замечательная форма построения произведения – сонатная. В ней две основные темы, но одна всё же главная. Собственно, её и ведет Павел. Как правило, главная тема более энергичная, «мужская». А есть ещё побочная: чаще она нежнее, лиричнее первой. Словом, «женственна» и прекрасна. Поэтому авторское двухголосие для меня отлично укладывается в сонатную форму. Ведь в ней предполагается не только изложение тем, но и их развитие, спор и некий итог, к которому они – темы, а в нашем случае авторы – приходят обновленными. Два разных тембра, голоса, две интонационные линии для меня как музыканта – интереснейший приём. К тому же он делает роман почти в буквальном смысле полифоничным – объёмным. Расфантазировавшись, я уже готова сравнить «Алису» не с нотами для фортепиано в две строки, а с многострочной партитурой для оркестра. А еще в какой-то момент я начала воспринимать повествование как пьесу: в ней авторы вдруг стали героями. Может быть, поэтому мне легко представить эту книгу в видеоформате. Конечно, это беседа в нескольких частях. Она легко на эти части делится: и каждая вполне может интерпретироваться как самостоятельная. Как считаешь? И вот ещё вопрос: есть в романе-диалоге публицистичность? И.Р.:

Большая книга-2023 Александр Мелихов, «Сапфировый альбатрос». Издательство «Время», 2023 год Это роман в романе. Его обрамляющая часть – своего рода «Алмазный мой венец» о нашем времени: Александру Мелихову 75 лет, и оттого обращение к подобному жанру – моветонному, когда писателю, допустим, тридцать – выглядит вполне закономерным. Современные литературные нравы, описанные в романе, противоречивы и гротескны (плюс ближе к финалу их окутает мистика), а сведущий читатель получит удовольствие, угадывая прототипы различных писателей. Эта часть отдана рассказчику благожелательному, почти идеалисту. Впрочем, есть и другой повествователь. Историк литературы, сноб и циник Феликс – этакий потомок Ходасевича и Дзержинского одновременно. Он пишет книгу о Доме на Набережной (пренебрежительно названном Курятником на Канаве), в котором изображает его обитателей-литераторов не то чтобы без прикрас – скорее жестоко и пренебрежительно. Достаётся от Феликса и главному герою его книги – Михаилу Зощенко. Очевидное достоинство романа Мелихова в том, что каждый может прочесть и понять его совершенно по-разному. В зависимости от того, кого он выберет своим вергилием-протагонистом. Если Феликса, то литературная жизнь тридцатых покажется ему чередой предательств и уступок, а писатели тех времён – трусами и конформистами. А если первого рассказчика – всё будет ровно наоборот. И кажется, это впечатление возникает даже вопреки авторскому замыслу. Что ж, иногда именно так и работает настоящая литература.

Внезапное: Российская национальная библиотека рекомендует читателям мою книгу. https://nlr.ru/nlr_visit/RA7326/novye-postupleniya-chto-pochitat-20-21-vv

Настоящему ученому, как правило, некогда заниматься популяризацией науки ("профессиональные научпоперы" – не в счёт). Но, к счастью, бывают и исключения. Вдохновенным просветителем был великий лингвист Андрей Анатольевич Зализняк. Его вклад как в науку, так и в её популяризацию поистине огромен. Сегодня хотелось бы порекомендовать две книги, прочесть которые будет интересно самому широкому кругу читателей. Андрей Зализняк, "Из заметок о любительской лингвистике". Издательство "Альпина нон-фикшн", 2023 год. История и лингвистика – две наиболее несчастные научные дициплины: в них разбираются все. Точнее, всем кажется, что они историки и лингвисты. Во второй половине девяностых и в нулевые альтернативная история и лингвофричество переживали расцвет. Книги про то, что этруски – это русские, а слова Милан и милёнок происходят от одного корня издавались гигантскими тиражами. В этой книге Зализняк, что называется, на пальцах объясняет, почему любительское псевдолингвистическое жонглирование – чепуха, а зачастую и вредная. Больше всего достаётся товарищу Фоменко и "Велесовой книге" – совпадение или нет, но уже в десятые годы (аккурат после статей и лекций Зализняка, а также первого издания этой книги) популярность сего безобразия сошла на нет. А ещё "Заметки..." – текст остроумный и местами язвительный: видно, что учёный писал с азартом. Мария Бурас, "Истина существует. Жизнь Андрея Зализняка в рассказах её участников". Издательство Individuum, 2019 год. Мария Бурас, друг и ученица А.А.Зализняка, собрала в одну книгу многочисленные свидетельства коллег, родственников и друзей учёного, а также его собственные воспоминания и интервью. Получился биографический коллаж, когда из, казалось бы, разрозненных кусочков собирается цельный портрет, а сам Зализняк предстаёт перед читателем человеком бесконечно жадным до истины, любознательным, многогранным и очень остроумным.

Их жалкая пародия (издательство Walker & Company, 2011-2013 гг.) vs наш неповторимый оригинал (издательство Ad Marginem, 2002 г.)

Сегодня исполняется 130 лет Маяковскому. Не спалось, взялся за книгу "Маяковский – сам" Льва Кассиля. Она невелика по объёму и предназначена для детей среднего и старшего школьного возраста. Что сказать? Как педагога, меня давно печалит, что сейчас мало увлекательных нехудожественных биографий, написанных специально для школьников. В магазинах: – либо мини-энцилопедии с безлико-стёртым языком – наличие автора у таких книг будто принципиально не предполагается; – либо книги, не по возрасту упрощающие и сюсюкающие (и оскорбляющие таким подходом подростковое самолюбие); – либо, прости господи, биографии в комиксах и карточках; – а если они ещё и переводные, там обязательно будут перлы в духе "длинный тоннель к свободе" или словечки типа "репрезентация". И вот – старая книга про Маяковского. Написана она просто – смесь известных фактов, автобиографии "Я сам" и личных воспоминаний Кассиля. Но читается, как приключенческая проза – текст динамичный и бодрый, слог автора – живой. Проглотил за час. Эх.

Где сидит фазан? Конечно, на стильной обложке июльского номера "Юность"! Но, как говорится, не обложками едиными. Номер вышел очень достойным и по содержанию. Например, в нём можно прочесть тексты Яны Вагнер, Дмитрия Воденникова или, допустим, мою статью "Шаг длиннее остановки" – с разбором всего шорт-листа прозаического "Лицея". Электронная версия номера уже представлена на сайте "Юности", а скоро в продаже появится и бумажная.

Объявлен Короткий список премии "Главкнига" – достаточно любопытный (см.скрин). С почином! Про книги трёх финалистов (Д.Данилова, К.Рябова, А.Пелевина) я уже писал, а скоро буду читать четвёртую (К.Полозовой).

Большая книга-2023 Длинный список Сергей Миронов, «Пагубная страсть». Альманах «Литературные знакомства» (7/2022); готовится к печати в издательстве «Перископ-Волга» Разумеется, немудрено, что эту повесть пока прочли немногие – аудитория литературных журналов и альманахов относительно невелика. Тем не менее «Пагубной страсти» в 2023 году удалось пошуметь – этот текст попал в длинный список премии «Большая книга» и уже летом выйдет отдельным изданием в волгоградском издательстве «Перископ-Волга». Итак, футболист Фёдор Кривцов «сухим листом» на последних минутах решающего матча приносит своей команде «Шторм» (в которой угадывается калининградская «Балтика») путёвку в Высшую лигу и становится звездой: бомбардирские подвиги, слухи о трансфере в топ-клуб, сборная… А дальше – тяжелейшая травма, поставившая крест на дальнейшем прогрессе «восьмерки». Восстановиться толком у него так и не получается, на следующий сезон «Шторм» и вовсе вылетает из вышки, и Кривцов вскоре завершает карьеру. Впрочем, эта повесть не только о футболе. Но и о роли характера и таланта в жизни каждого человека. Да, благодаря первому герою удаётся преодолеть множество испытаний и злоключений. Но именно талант, вдохновение, футбольный бог (воплотившийся в рыжеволосом приведении) по-настоящему оставляют Кривцова в игре. И тренируемый им «Правый берег», составленный из пьющих и чудаковатых деревенских мужиков, ещё попьет кровь фаворитам районного турнира. Самое удивительное – впрочем, в этом и проявляется магия литературы – повесть была написана в 2021 году и опубликована в 2022-м, а 20 мая 2023 года «Балтика» впервые за 25 лет вышла в РПЛ. В реальности, всамделишной реальности – иногда бывает и так. Возможно, калининградцам пособил новый Кривцов-Стрельцов – талантами наша земля точно не оскудела.

Хорошо, когда по книгам снимают фильмы. Вдвойне хорошо, когда их основой становится недурная современная проза. На самом деле, такое происходит нечасто. Порой проще написать новый сценарий, чем адаптировать книгу. Некоторые книги мало годятся для экранизации. Плюс кое-какие фильмы и сериалы, снятые для центральных каналов, вызывают, скажем так, вопросы. Потому радует подход стримингов. Им нужны хорошие истории. И именно на стримингах в последнее время появляются сериалы по бодрым русским книгам – речь о "Плейлисте волонтёра" Мршавко Штапича и "Библиотекаре" Михаила Елизарова. В своё время писал про эти романы. Если сомневаетесь, смотреть или нет сериалы, снятые по ним, можете прочесть рецензии. Вдруг они помогут понять, интересны ли вам будут эти истории или нет. Про "Плейлист волонтёра": https://godliteratury.ru/articles/2021/05/27/plejlist-volontyora-mrshavko-shtapicha-ishchite-i-obriashchete Про "Библиотекаря" (во второй части статьи): https://lgz.ru/article/-5-6870-08-02-2023/posledniy-iz-seryeznykh/

Вспомнилось: эта книга выходила каких-то четыре года назад и попадала в лонг "Большой книги". Вроде бы даже ожидался цикл книг, эпопея. Когда-то писал отзыв на этот роман – интересно, как сейчас дела у его автора? Вячеслав Ставецкий, "Жизнь А.Г." Издательство АСТ, редакция Елены Шубиной, 2019 год. В параллельной, видимо, вселенной, в Испании середины прошлого века правит не Франко, а диктатор Авельянеда. После ряда военных неудач его свергают, сажают в клетку и возят по городам на потеху плебсу. Идут года, меняются правительства, но избавление в виде смерти всё не приходит и не приходит... "Жизнь А.Г." – из тех любопытных книг, когда плюсы повествования могут оборачиваться минусами. И наоборот. Это же касается и обрывочности, неоднозначности восприятия книги читателем. Судите сами: – нездешний язык, будто сошедший со страниц переводов Маркеса и Кортасара (очевидную связь с латиноамериканскими магическими реалистами не подмечал только ленивый). С другой стороны, почему бы просто не читать того же Маркеса; – принципиально нового решения темы диктатора в лабиринте его одиночества Ставецкий не предлагает, зато подтверждает наши подспудные догадки; – альтернативное видение истории (сближающее его уже не с Кортасаром, а скорее с О'Генри ("Короли и капуста") позволяет сконструировать изящный мир с чу́дными переплетениями и отсылками,  но иногда оставляет ощущение фанфика – игры несколько нечестной; – жанр сказки/притчи подразумевает и назидательность, и аллегоричность, неуместные в других жанрах. А ещё пишут, что "Жизнь А.Г." – часть будущей книжной вселенной, и тогда Ставецкий переигрывает нас всех. Может, случится грандиозное – "История одного города" или "Остров пингвинов", только не про отдельную страну, а про историю человечества в целом. И тогда игра стоит свеч, и мы – свидетели её начала. А может, Ставецкий – русский Генри Дарджер: последний в первой половине двадцатого века без устали писал огромную эпопею о вымышленной планете, и сейчас литературоведы спорят, что же это было. Или гениальное постмодернистское предвидение, или вдохновенная безумная графомания.

11 июля умер Милан Кундера. Вспомная о нём, чаще всего пишут об известном романе "Невыносимая лёгкость бытия". Хотелось бы коротко рассказать о другом тексте чеха – раннем романе "Вальс на прощение". Может, кто-нибудь перечтёт  книгу – ведь это лучший способ почтить память всякого писателя. Лучшее в книге – не начавшаяся уже тогда заочная полемика автора с Достоевским и не то, как комсомольцы по-булгаковски ловят котов собак. Лучшее – мастерски выписанная эротическая сцена, когда у супругов в итоге ничего не получилось. Кундере вообще здорово удавались описания секса – задача, на которой прокалывались иные гении. "Вальс на прощание" – роман про соблазн, про адюльтер и его последствия, а если говорить шире – про то, как люди разучились любить и чем это всё кончается. Флоберовское и набоковское здесь перевешивает и диссидентское, и назидательное. И это идёт роману только на пользу.

Дорогой "Год литературы" попросил своих редакторов и авторов рассказать о читательских планах на лето. Мои ответы – на скринах, а вообще в опросе много книжных рекомендаций от хороших людей: https://godliteratury.ru/articles/2023/07/12/chto-chitat-etim-letom

Большая книга-2023 Длинный список Андрей Дудко, "Последователь". Ridero, 2022 год. Семнадцатый век и белорусская плутовская хтонь Почему «Дон Кихот» — великая книга? Что дала она мировой литературе — помимо интересной разновидности мономифа и развития сюжета о странствии хитреца-Одиссея? Как минимум, один из нынешних культурных поп-инвариантов именно оттуда: история о чудаке-герое и его приятеле-рассказчике, который вроде как олицетворяет здравый смысл, а на самом деле, как и читатель, ничегошеньки не понимает. Холмс и Ватсон, Бильбо и Фродо — все это оттуда. Кто же главный герой романа Андрея Дудко «Последователь»? Толик не просто фрик какой-то — он может, натурально, осушить озеро, и при этом ходит приплясывая, как герой Бондарчука в «Даун-хаусе». А с тех пор, как у него в ухе появилась серьга, он стал настоящим искателем приключений: «Быстро прошла комичность первого впечатления. Толик не был смешным недоумком, вроде персонажей кинокомедий, его безумие было мятежным и заразительным». Дон Кихот, в общем. Все прозрачно и открыто: Толик нападает на свиней, принимая их за львов, видит в курортнике в бескозырке — офицера (сиречь рыцаря). Перед нами простое травестирование? Не совсем. И Борхес, и Кафка отмечали, что вся катавасия «Дон Кихота» была затеяна для Санчо Пансы. Рассказчик в «Последователе» подчеркивает, что Толика накрыл пресловутый кризис среднего возраста. Но ему самому, рассказчику, исполнилось тридцать. И «взросление все разрушило». Но тоскует он не по детству, о котором тоже вспоминает довольно скептически, а по неведомому настоящему будущему. Меняется именно он, и книга эта — о нем. Позже меняются и другие герои, «примкнувшие» к Толику в его вылазках-путешествиях. Герои, кстати, придут в свою Вавилонскую библиотеку с локальным Борхесом по имени Вадим Олегович. И там, конечно, будет множество изданий «Дон Кихота» на разных языках. И рассказчика ждет долгожданное самоузнавание. С третьей главы книга выходит на смежные территории. Поначалу — плутовского романа. И вы узнаете, что вечные двигатели массово делают в белорусских Кореличах. Ближе к концу сюжет выворачивает на самобытный белорусский магический реализм с элементами тамошней хтони. Люди, которые продали черные камни зрачков, чтобы не работать, смотрят пустыми глазами — это действительно страшно. А в самом-самом конце у автора точно получится вас удивить. Это странная, непривычная для читателя книга. В ней много раблезианского юмора, свифтовских интонаций, разбивка на новеллы… «Последователь» будто пришел из семнадцатого века и не похож ни на одну из книг, выходящих сейчас. Это очень несовременная книга — и то ли несвоевременная, то ли вневременная. И это хорошо.