BEYOND

Мне очень интересно ваше мнение на этот случай клиента, пожалуйста, оставьте тут свои взгляды и поделитесь мнением о происходящем :)

Поиграем? Вот вам клиентский случай: «Мне сложно с моим психологом. Вот я ей говорю что проспала начало сессии, что-то там оправдываюсь. А она смотрит и молчит. Далее я молчу, она молчит. Я говорю: «почему вы молчите?» Она говорит: «а как вам мое молчание? Давайте порассуждаем» блять, мне просто хотелось монитор закрыть. И мы потратили час на то, чтобы я придумала «как это для меня» хотя я сказала, что мне некомфортно, и я в этом вижу недовольство к себе, с ее стороны. А она такая «а чем я недовольна? Как вы счиатете?».» Что думаете? Какие у вас взгляды на ситуацию?

Регулировала я свои нравы простым человеческим — законом, виновато ли в этом символическое знание, что у меня 5 аркан Иерофанта, служителя церкви и учителя, в так большого любителя жить по законам, либо моя мама, которая была образцом силы и гордости — я склоняюсь ко второму варианту, ведь в точки зрения психологии, я получила базовое представление о своей ценности.

Самоуважение и понимание своих потребностей приносило свои плоды — как сладкие,где люди уважали меня и соглашались, так и горькие — где мне объявляли персоной нон-грата, отказывались смотреть мне в глаза и даже говорить со мной.

И это первый путь к тому, чтобы быть врагом для большинства людей. И связано это с тем, что как и любая система, общество выдвигает негласное требование быть удобным. А я не умею и не хочу бы б удобной для других, если это причиняет вред мне: если от всех требуется писать дешевый шариковой ручкой, которая сдавливала фаланги пальцев и натирала мне во время письма, я приносила свою, гелиевую. Если нужно было приходить в зеленой форме, так некрасиво и неудачно садящейся на меня в 5 классе — я просила маму отнести ее в ателье и перешить так, чтобы мне бы нравилось. Если нужно было согласиться, чтобы парень никогда не открывал двери машины, в которую я садилась — я разворачивалась и уходила. Я ссорилась, ругалась, конфликтовала с каждым человеком, кто стоял на пути между мной и моим комфортом. И со мной могли оставаться только те люди, которые понимали, признавали и уважали это качество во сне: стоит отметить, что в них это качество присутствовало в самих. Я

Я хочу вам сказать, что в этом мире многие люди меня терпеть не могут. Вовсе не из-за того, что я им что-то сделала. А наоборот, из-за того, что не позволила им сделать что-то с собой: я не позволяла унижать себя, не позволяла использовать себя, не позволяла менять себя под их ожидания и не позволяла им делать это никогда. С каждым годом мои границы становились все лучше, а мое самоуважение только устойчивее. На меня нельзя кричать, меня нельзя обижать, нельзя унижать, нельзя надо мной смеяться, нельзя мной потакать, нельзя меня подавлять. Всякий раз, когда человек это делал — мы разговаривали, а если выбирал, очень важно — выбирал, делать это же, мы прощались.

У сильных людей одно правило — уважение.

Если мужчина пишет, что "ты слишком умная", он не делает вам комплимент.Он просто намекает, что вы слишком хорошо видите, кто перед вами.

Обожаю свой курс 🤍

Как говорится, сегодня не курсе я outperformed myself — вы упускаете не многое с девушки, вы упускаете всё

Бывают дни, когда все опоры летят к чертям. Я хочу сказать, что так может быть. Мы просто люди. Важно в такие моменты выключить все внешние факторы, утверждающие вас в искажении, отойти от мыслей и находиться внутри этого состояния. Обещаю, оно пройдет.

Очень может быть , что вам будет не хватать того, что сейчас вы ненавидите.

Рай моей души

ИМ НУЖНЕЕ “Я должна заботиться о других” Вообще, заботиться о своих близких да и далеких совершенно нормально. Мы социальные существа и выживаем через взаимопомощь. Все дело в мере. Иногда альтруизм кажется безграничным, а внутри живет уверенность, что нельзя заботиться о себе, ведь всегда "кому-то хуже", "кому-то нужнее". Вплоть до того, что человек может чувствовать вину и считать себя эгоистом, если возьмет что-то для себя, реализует свои потребности или даже просто озвучит их. Такая чувствительность к бедам других могла возникнуть как результат недостаточной заботы или потерь в детстве. Если родитель стыдил ребенка за его желания или потребности: «Как не стыдно попрошайничать», «ты расстроил маму своим нытьем», ребенок обретает табу на свои потребности, и заодно высокую чувствительность ко всем, кого он может расстроить. Так формируется Ловушка Жертвенности, требующая принести себя в жертву интересам других. Всегда заботиться о них, и никогда о себе. Часто это ловушка старшего ребенка в семье, на которого родители переложили ответственность за воспитание младшего, или сиблинга ребенка больного, с диагнозом, инвалидностью. Ловушка Жертвенности толкает нас жить по принципу «твои нужды важнее моих». Она работает через запрет на любое проявление собственных потребностей. Это "удобные" люди : они пытаются не доставлять затруднений другим, всегда первым предвосхитить, подхватить, предложить помощь. Они могут испытывать чувство вины, что «доставляет неудобства» самим своим существованием. Принесение себя в жертву изнутри переживается как совершенно искренний порыв, даже смысл существования, дающий чувство собственной значимости. Это психологическая защита "спасатель", которая формируется, чтобы не сталкиваться с болью отказа себе в том, что на самом деле нужно. Так, избыточная самоотдача может превратиться в демонстративное навязывание своей жертвенности, что может восприниматься как фальшь, приторность и даже пассивная агрессия. Часто включаются дополнительные защиты - агрессия к тем, кто "позволяет себе", обида к тем, кто "не видит и не ценит". Ловушка Жертвенности часто толкает на то, чтобы взять на себя ответственность за всех, вынести и вытерпеть что угодно, потому что «они этого не переживут». Это может быть как замалчивание своих потребностей "из заботы", так и прямое вторжение в чужие решения и ситуации, навязчивая забота. Такой «защитник» воспринимается как бестактный, вторгающийся в решения, на которые его не уполномочивали. При этом сам человек может ощущать себя все понимающим, стойко перенося неприятие окружающих, не желающих принимать его жертв и участия. По сути Ловушка Жертвенности вынуждает нас давать больше, чем получать. Постоянный внутренний дисбаланс и дефицит, возникающий в результате, вызывают обиду и горечь, чувства, что окружающие не видят, не ценят. Суть этой ловушки в том, что оне дает позаботиться о собственных потребностях, выразить свои настоящие желания, и формирует ожидание, что это как-то должны сделать другие. «Я обо всех забочусь, почему же обо мне никто не думает?». Приходя к такому конфликту, человек в Ловушке Жертвенности не может его разрешить, ведь Ловушка запрещает ему высказать свои потребности. Поэтому он продолжает удовлетворять потребности других ценой собственного счастья, копя обиду и гнев, что может приводить к психосоматическим заболеваниям, хроническим болям. Часто эти накопленные чувства толкают человека к разрыву отношений. «Раз они не понимают, на что я готов ради них, значит проживу без них!». Но даже прекращение жертвенности не приносит того, в чем он страстно нуждается - быть увиденным и услышанным в собственных потребностях. Ловушка Жертвенности находится в домене внутренней опоры Самовыражения - она перекрывает одну из пяти базовых эмоциональных потребностей: выражать свои настоящие чувства и желания. И выходом из нее является смелость начать говорить о том, что мы чувствуем и в чем нуждаемся. Несмотря на то, что "им нужнее".

Интеллект также помогает защищать молодых людей от того озлобления и социопатии, которые мы наблюдали у Леона. К примеру, он позволяет им принимать творческие решения, предоставляет более широкие возможности и уменьшает вероятность неправильного выбора. Кроме того, интеллект помогает молодым людям избегать пораженческих настроений, при которых человек думает: «Я больше ничего не могу поделать». Способность представлять альтернативные сценарии событий помогает укреплять импульсный контроль. Если человек может вообразить лучшее будущее, то с большей вероятностью будет строить планы для достижения такого будущего. А способность проецировать себя в будущее также улучшает способность к сопереживанию. Планируя последствия своих поступков, человек в определенном смысле сопереживает своей «будущей личности». Представление о себе в другой обстановке недалеко отстоит от способности воспринимать чужие взгляды и чувства, иными словами, от сопереживания. Вместе с тем одного интеллекта недостаточно для того, чтобы удержать ребенка на верном пути. К примеру, в некоторых отношениях IQ Леона был заметно выше среднего. Другой фактор - это временной интервал травмы: чем раньше она начинается, тем больший ущерб причиняет и тем труднее вылечить ее. Джастин получил около года любящей заботы и внимания, прежде чем оказался в клетке для собак. Эта привязанность заложила в его мозге основу для многих важных функций, включая сопереживание, и, насколько я полагаю, значительно поспособствовала его дальнейшему выздоровлению. «Мальчик, которого растили как собаку» Б.Перри,М.Салавиц

Размышляла на днях об идее справедливости. У многих людей есть вера в то, что мир должен быть справедлив и они на это опираются в жизни. В схема-терапии потребность в справедливости даже относится к ряду базовых. Но это не совсем объясняет, что стоит за ней. Для меня в идее справедливости есть два основных момента. Первый — это предсказуемость и гарантии, а второй — это безопасность. Если я верю в то, что мир должен быть справедлив, тогда я знаю, что если мне будет плохо, мне помогут. Тогда зло будет наказано. Это говорит, что когда я буду находиться в небезопасности или под угрозой, я могу довериться миру, что он меня защитит. Идея справедливости защищает от своей слабости, уязвимости, незащищенности. Идея справедливости особенно сильна у тех, кто не верит в свою силу и возможность самому справиться с жизнью. Потому что тогда функцию защиты берет на себя мир. Это делегирование защиты большей фигуре — жизни, вселенной, маме. Когда у меня нет ресурсов, как мне жить, как переживать свое бессилие и невозможность что-то изменить? Значит, в этом мире должно быть что-то, что даст мне то, что нужно. Справедливость – это упование на то, что находится вне рамках моей зоны контроля, как на то, что мне поможет. Можно сказать, что несправедливо бить слабых. Но кто говорит об этой несправедливости? Слабый. Тот, кто бьет, не говорит об этом и не считает, что это несправедливо. Но этот же человек, который бил слабого, может оказаться в другой ситуации, где у него что-то отберут. И тогда уже он будет говорить что это нечестно, не по-пацански, неправильно. То есть идея справедливости очень контекстуальна. И она зависит от уязвимостей конкретного человека. Менее красивые девушки могут считать, что несправедливо, что более красивым девушкам достаются лучшие партнёры. И опять же, это идет из дефицита. Но если бы такой девушке вдруг достался бы хороший партнёр, возможно, она бы смотрела на идею справедливости по-другому. И считала, что это правильно. Люди, обделённые талантами, считают несправедливым, что у них этого нет. Потому что это зона уязвимости, где они без талантов не могут получить для себя какой-то выгоды. Для тестирования этой идеи можно провести мысленный эксперимент: если бы вы знали, что в любой жизненной ситуации, с которой вы сталкиваетесь, у вас всегда были бы ресурсы, вы всегда выходили бы победителем, вы никогда не были побеждённым или лишенным чего-то важного, насколько вам нужна была бы идея справедливости? В разговорах о справедливости часто очень много энергии. То есть люди, требующие справедливости, могут быть очень агрессивными, потому что требовать себе гарантий намного легче, чем смотреть в свою уязвимость и переживать свое бессилие или беспомощность. Человек не может быть агрессивен в своей беспомощности. Но он может агрессивно требовать от среды, чтобы она все решила и сделала, как надо. Вера в справедливый мир дает нам это право — требовать. А раз у нас есть право, то я не должен думать о своей слабости, я могу требовать от других выполнения своих обязательств. При работе с убеждениями очень важно различать требования и пожелания. Если я требую, что мир должен быть справедливым, тогда я могу с него пытаться взыскать его обязательство. И тогда мир должен что-то для меня сделать. Когда я формулирую идею справедливости в виде пожелания: я бы хотела, чтобы мир был справедлив, тогда есть шанс обратиться лицом к своей слабости и понять, что я буду пытаться сделать что-то, что мне поможет: усиливать свои слабые стороны, принимать свою позицию, в зависимости от ситуации как-то обходиться с той зоной, в которой я требую справедливости. И при этом у мира есть возможность мне помочь. Я не говорю, что надо отказываться от идеи справедливости. Я говорю о том, что чем больше в этой идее требования, тем больше внутри боли, страха, обиды и других тяжелых, болезненных эмоций. В случае если никто не реализует эту справедливость извне, человек останется наедине с этой болью, но ещё и уверенностью, что его обделили незаслуженно. Ведь мир был должен. Я не знаю, должен ли мир быть справедливым.