СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК. Поэзия

Михаил Кузмин. И вот без шума и без стука... И вот без шума и без стука Скок на порог подруга-скука. В лицо пытливо заглянула: Не ждя в ответ Ни «да», ни «нет», В приют привычный проскользнула. Я ни мольбой, ни гибкой тростью Прогнать не в силах злую гостью. Косыми поведет глазами, Как будто год Со мной живет, Сидит не двигаясь часами. Сухой рукой укажет флягу, Я выпью, на кровать прилягу, Она присядет тут же рядом, И запоет, И обоймет, Шурша сереющим нарядом. С друзьями стал теперь в разводе, И не живу я на свободе. Не знаю, как уйти из круга: Всех гонит прочь В глухую ночь Моя ревнивая подруга. Лежу, лежу... душа пустеет. Рука в руке закостенеет. Сама тоска уйдет едва ли... И день за днем Живем, живем Как пленники в слепом подвале. Михаил Кузмин. ГЛИНЯНЫЕ ГОЛУБКИ. ЧАСТЪ ТРЕТЬЯ. НОВЫЙ РОЛЛА. Неоконченный роман в отрывках #кузмин

Николай Гумилев. Иногда я бываю печален... Иногда я бываю печален, Я забытый, покинутый бог, Созидающий, в груде развалин Старых храмов, грядущий чертог. Трудно храмы воздвигнуть из пепла, И бескровные шепчут уста, Не навек ли сгорела, ослепла Вековая, Святая Мечта. И тогда надо мною, неясно, Где-то там в высоте голубой, Чей-то голос порывисто-страстный Говорит о борьбе мировой. «Брат усталый и бледный, трудися! Принеси себя в жертву земле, Если хочешь, чтоб горные выси Загорелись в полуночной мгле. Если хочешь ты яркие дали Развернуть пред больными людьми, Дни безмолвной и жгучей печали В свое мощное сердце возьми. Жертвой будь голубой, предрассветной. В темных безднах беззвучно сгори… …И ты будешь Звездою Обетной, Возвещающей близость зари». Николай Гумилев. ВЫСОТЫ И БЕЗДНЫ (Сб. ПУТЬ КОНКВИСТАДОРОВ) #гумилев

Николай Гумилев. Из поэмы ДВА СНА 3 Не светит солнце, но и дождь Не падает; так тихо-тихо, Что слышно из окрестных рощ, Как учит маленьких ежиха. Лай-Це играет на песке, Но ей недостаёт чего-то, Она в тревоге и тоске Поглядывает на ворота. «Скажите, господин дракон, Вы не знакомы с крокодилом? Меня сегодня ночью он Катал в краю чужом, но милом». Дракон ворчит: «Шалунья ты, Вот глупое тебе и снится; Видала б ты во сне цветы, Как благонравная девица…» Лай-Це, наморщив круглый лоб, Идёт домой, стоит средь зала И кормит рыбу-телескоп В аквариуме из кристалла. Её отец среди стола Кольцом с печатью на мизинце Скрепляет важные дела Ему доверенных провинций. «Скажите, господин отец, Есть в Индию от нас дороги, И кто живёт в ней, наконец, Простые смертные иль боги?» Он поднял узкие глаза, Взглянул на дочь в недоуменьи И наставительно сказал, Сдержать стараясь нетерпенье: «Там боги есть и мудрецы, Глядящие во мрак столетий, Есть и счастливые отцы, Которым не мешают дети». Вздохнула бедная Лай-Це, Идёт, сама себя жалея, А шум и хохот на крыльце И хлопанье ладош Тен-Вея. Чеканный щит из-за плеча Его виднеется, сверкая, И два за поясом меча, Чтоб походил на самурая. Кричит: «Лай-Це, поздравь меня, Учиться больше я не стану, Пусть оседлают мне коня, И я поеду к богдыхану». Лай-Це не страшно – вот опушка, Квадраты рисовых полей, Вот тростниковая избушка, С заснувшим аистом на ней. И прислонился у порога Чернобородый человек; Он смотрит пристально и строго В тревожный мрак лесных просек. Пока он смотрит – тихи звери, Им на людей нельзя напасть. Лай-Це могучей верой верит В его таинственную власть. Чу! Голос нежный и негромкий, То девочка поёт в кустах: Лай-Це глядит – у незнакомки Такая ж ветка в волосах, И тот же стан и плечи те же, Что у неё, что у Лай-Це, И рот чуть-чуть большой, но свежий На смугло-розовом лице. Она скользит среди растений: Лай-Це за ней, они бегут, И вот их принимают тени В свой зачарованный приют. Николай Гумилев. СТИХОТВОРЕНИЯ. Посмертный сборник #гумилев

Владислав Ходасевич. Интриги бирж, потуги наций... Интриги бирж, потуги наций. Лавина движется вперед. А все под сводом Прокураций Дух беззаботности живет. И беззаботно так уснула, Поставив туфельки рядком, Неомрачимая Урсула У Алинари за стеклом. И не без горечи сокрытой Хожу и мыслю иногда, Что Некто, мудрый и сердитый, Однажды поглядит сюда, Нечаянно развеселится, Весь мир улыбкой озаря, На шаль красотки заглядится, Забудется, как нынче я, – И все исчезнет невозвратно Не в очистительном огне, А просто – в легкой и приятной Венецианской болтовне. 1924 Владислав Ходасевич. ЕВРОПЕЙСКАЯ НОЧЬ (Сборник стихотворений) #ходасевич

Владислав Ходасевич. Изломала, одолевает... Изломала, одолевает Нестерпимая скука с утра. Чью-то лодку море качает, И кричит на песке детвора. Примостился в кофейне где-то И глядит на двух толстяков, Обсуждающих за газетой Расписание поездов. Раскаленными взрывами брызжа, Солнце крутится колесом. Он хрипит сквозь зубы: Уймись же! – И стучит сухим кулаком. Опрокинул столик железный. Опрокинул пиво свое. Бесполезное – бесполезно: Продолжается бытие. Он пристал к бездомной собаке И за ней слонялся весь день, А под вечер в приморском мраке Затерялся и пес, как тень. Вот тогда-то и подхватило, Одурманило, понесло, Затуманило, закрутило, Перекинуло, подняло: Из-под ног земля убегает, Глазам не видать ни зги – Через горы и реки шагают Семиверстные сапоги. Владислав Ходасевич. ЕВРОПЕЙСКАЯ НОЧЬ (Сборник стихотворений) #ходасевич

Владислав Ходасевич. Из-за стволов забвенная река... Из-за стволов забвенная река Колеблет пятна лунной пуантели. О, как чиста, спокойна и легка Из-за стволов – забвенная река! Ты темная пришла издалека Забыть, застыть у темной колыбели. Из-за стволов забвенная река Колеблет пятна лунной пуантели… Владислав Ходасевич. В МОЕЙ СТРАНЕ (Сб. МОЛОДОСТЬ) #ходасевич

Владислав Ходасевич. Иду, вдыхая глубоко... Иду, вдыхая глубоко Болот Петровых испаренья, И мне от голода легко И весело от вдохновенья. Прекрасно – утопать и петь... <1921> Владислав Ходасевич. НЕ ОПУБЛИКОВАННОЕ ПРИ ЖИЗНИ И НЕОКОНЧЕННОЕ #ходасевич

Владислав Ходасевич. Играю в карты, пью вино... Играю в карты, пью вино, С людьми живу – и лба не хмурю. Ведь знаю: сердце все равно Летит в излюбленную бурю. Лети, кораблик мой, лети, Кренясь и не ища спасенья. Его и нет на том пути, Куда уносит вдохновенье. Уж не вернуться нам назад, Хотя в ненастье нашей ночи, Быть может, с берега глядят Одни, нам ведомые очи. А нет – беды не много в том! Забыты мы – и то не плохо. Ведь мы и гибнем и поем Не для девического вздоха. 1922 Владислав Ходасевич. ТЯЖЕЛАЯ ЛИРА. Четвертая книга стихов #ходасевич

Владислав Ходасевич. И весело, и тяжело... И весело, и тяжело Нести дряхлеющее тело. Что буйствовало и цвело, Теперь набухло и дозрело. И кровь по жилам не спешит, И руки повисают сами. Так яблонь осенью стоит, Отягощенная плодами, И не постигнуть юным, вам, Всей нежности неодолимой, С какою хочется ветвям Коснуться вновь земли родимой. 1920 Владислав Ходасевич. ПУТЕМ ЗЕРНА (Третья книга стихов) #ходасевич

Федор Сологуб. Итальянец в красном жилете... Итальянец в красном жилете Для нас «Sole mio» пропел. За окном закат пламенел, Когда певец в красном жилете Пел нам в уютном кабинете, И жилетом своим алел. Ах, как сладко в красном жилете Певец «Sole mio» нам пел! Федор Сологуб. ВЕЧЕРА (ТРИОЛЕТЫ, сб. ОЧАРОВАНИЯ ЗЕМЛИ) #сологуб

Федор Сологуб. Исхудалый и усталый... Исхудалый и усталый Он идёт один в пустыню. Ищет, бледный и усталый, Сокровенную святыню. Знает он, – в пустыне скудной Есть источник говорливый. Он поёт пустыне скудной О стране, всегда счастливой. Возле самого истока Положил пророк скрижали. Струи светлого потока Много лет их целовали. Над скрижалями поставил Он сосуд священный с миром. Он тому его оставил, Кто придёт с душевным миром, Склонит радостно колени И рукою дерзновенной На себя, склонив колени, Изольёт елей священный. Федор Сологуб. СТИХИ. Книга четвертая #сологуб

Федор Сологуб. Истомил меня пасмурный день... Истомил меня пасмурный день, Извела одинокая скука. Неотступна чуть видная тень, – Повторений томящих порука. Впечатлений навязчивых сеть... Разорвать бы постылые петли! Не молитвой ли сердце согреть? О весёлых надеждах не спеть ли? Но молитвы забыты давно, И наскучили песни былые, Потому что на сердце темно, Да и думы – такие всё злые! Федор Сологуб. ЗМЕИНЫЕ ОЧИ (Часть 2-я) #сологуб

Федор Сологуб. Иных не ведая миров... Иных не ведая миров, Иных миров не стоя, Мы на земле найдём покров От тягостного зноя. Вода, которая течёт, Милей воды стоячей. Пастух стада свои пасёт Не на скале горячей. В полдневный зной приятна тень И веселит прохлада, Но краше ночи ясный день, Лобзанья слаще яда. Всё это так, не спорю я, Согласно всё приемлю. Так сладок воздух бытия Тому, кто любит землю. Не ведая миров иных, Миров иных не стоя, Мы обретём в веках земных Все радости покоя. Федор Сологуб. ОТДЫХ (Сб. АЛЫЙ МАК) #сологуб

Федор Сологуб. Имя твоё – воскресение... Имя твоё – воскресение, Имя моё – Божий дар. Их роковое сплетение – Сладостный вешний угар. Божьи дары не растрачены, Я их ревниво сберёг. Их разгораньем означены Все перекрёстки дорог. Нет для огней угасания. Тают бессильные сны. Верные дни воскресания Верному сердцу даны. Федор Сологуб. AMOR (Сб. ОДНА ЛЮБОВЬ) #сологуб

Федор Сологуб. Имена твои не ложны... Имена твои не ложны, Беспечальны, бестревожны, – Велика их глубина. Их немолчный темный шёпот, Предвещательный их ропот Как вместить мне в письмена? Имена твержу и знаю, Что в ином ещё живу, Бесполезно вспоминаю И напрасно я зову. Может быть, ты проходила, Не жалела, но щадила, Не желала, но звала, Грустно взоры опускала, Трав каких-то всё искала, Находила и рвала. Может быть, ты устремляла На меня тяжелый взор И мечтать не позволяла Про победу и позор. Имена твои все знаю, Ими день я начинаю И встречаю мрак ночной, Но сказать их вслух не смею, И в толпе людской немею, И смущён их тишиной. Федор Сологуб. СТИХИ. Книга вторая #сологуб

Федор Сологуб. Изнурённый, утомлённый... Изнурённый, утомлённый Жаждой счастья и привета, От лампады незажжённой Жди таинственного света. Не ропщи, не уклоняйся От дороги, людям странной, Но смиренно отдавайся Чарам тайны несказанной, За невидимой защитой, С неожиданной отрадой, Пред иконою сокрытой С незажжённою лампадой. Федор Сологуб. СТИХИ. Книга вторая #сологуб

Федор Сологуб. Изнемогающая вялость... Изнемогающая вялость, За что-то мстящая тоска, – В долинах – бледная усталость, На небе – злые облака. Не видно счастья голубого, – Его затмили злые сны. Лучи светила золотого Седой тоской поглощены. Федор Сологуб. СЕТЬ СМЕРТИ (Сб. ПЛАМЕННЫЙ КРУГ) #сологуб

Федор Сологуб. Измученный жгучею болью... Измученный жгучею болью, Горячею облитый кровью, Пойми, где предел своеволью, – Я муки сплетаю с любовью. Мучительный труд я приемлю От вечной, незыблемой Воли, – Кто создал и небо, и землю, Тот создал и таинство боли. В безумном восторге мученья Дрожит беззащитное тело. Забыты земные влеченья, И всякая похоть сгорела. Вся прелесть и нечисть земная Свивается призрачным дымом. Единою болью стеная, Ты равен святым херувимам. К престолу Творца и Владыки В нетленную радость вселенной Твои воздыханья и крики Восходят хвалою смиренной. Федор Сологуб. СТИХИ. Книга четвертая #сологуб

Федор Сологуб. Измотал я безумное тело... Измотал я безумное тело, Расточитель дарованных благ, И стою у ночного предела, Изнурён, беззащитен и наг. И прошу я у милого Бога, Как никто никогда не просил: «Подари мне ещё хоть немного Для земли утомительной сил! Огорченья земные несносны, Непосильны земные труды, Но зато как пленительны вёсны! Как прохладны объятья воды! Как пылают багряные зори! Как мечтает жасминовый куст! Сколько ласки в лазоревом взоре И в лобзании радостных уст! И ещё вожделенней лобзанья, Ароматней жасминных кустов Благодатная сила мечтанья И певучая сладость стихов. У Тебя, милосердного Бога, Много славы, и света, и сил, Дай мне жизни земной хоть немного, Чтоб я новые песни сложил». Федор Сологуб. НЕБО ГОЛУБОЕ. Стихи #сологуб

Федор Сологуб. Из-за тумана ночного... Из-за тумана ночного Встал, подымаюсь я снова Тихой и бледной луной. На землю сею сиянья, Чары, и сны, и мечтанья, Всем утомлённым покой. За день устал я смеяться, Солнцем к земле разливаться, Всё веселить и живить. Кроткою буду луною Всех к тишине и покою, Сам засыпая, манить. Федор Сологуб. ЗМЕИНЫЕ ОЧИ (Часть 1-я) #сологуб