Цифровой социализм

Главная философская коллизия текста - попытка измерить качественное переживание. Счастье, с точки зрения античной философии (Аристотель, эвдемония) и экзистенциализма (Сартр, Камю), - это процесс становления, трагедия выбора или результат добродетели. Это неметрическая категория. Проект "Цифровой социализм" предлагает свести счастье к набору из 11 индексов (здоровье, доход, экология и пр.). Это классический позитивистский редукционизм. Когда вы переводите "духовное развитие" в баллы для отчёта, происходит подмена означаемого (реального чувства) означающим (цифрой). Такой подход неизбежно приведёт к ситуации, описанной в фильме «Эквилибриум»: общество может быть "стабильно удовлетворённым", но пустым внутри. Министерство, опираясь на усреднённые данные, неизбежно будет штамповать "безопасное и предсказуемое" счастье, исключая риск, азарт и иррациональность, которые часто и делают жизнь осмысленной. Чтобы индекс был объективным, его нужно считать по каждому гражданину (опросы, биометрия, поведенческие данные). Но как только результат этого индекса (например, премия или путёвка) начинает зависеть от показателя, люди мгновенно учатся симулировать счастье. Алгоритм увидит рост ВНС, успокоится, а реальное недовольство уйдёт в тень. Мы получим не "валовое счастье", а "валовую лояльность". Автор пишет: нужно сменить парадигму с "Избежать ада" на "Создать рай". В России, с её сложным культурным кодом, счастье часто воспринимается через преодоление (страдальческая этика). Как говорится в анекдоте: русская литература основана на страдании. Страдает или персонаж, или автор, или читатель. Если страдают все трое - это шедевр! Вот почему больше половины россиян отвергли идею с Министерством счастья. Они всё же хоть что-то читали из русских классиков:) Поэтому я настоятельно рекомендую Григорию всё же сменить вывеску у этого министерства. И пересмотреть целевую функцию экономики в виде максимизации валового национального счастья (вспомним Бутан!). Опять-таки Кантовский категорический императив гласит: человек должен быть целью, а не средством. Здесь же «Индекс счастья» становится главной целевой функцией экономики, а человек превращается в объект оптимизации. Это подводит к антиутопии Замятина, где счастье математически просчитано, но лишено свободы выбора (включая право на несчастье, которое, по мнению многих философов, и делает нас людьми). Итак, подытоживаем. Статья про Министерство счастья для меня - это очередной технократический идеализм (Григорий, прости!). Автор верно ставит диагноз (ВВП - плохой показатель для всего на свете, не только для определения счастья), но предлагает лекарство, которое может убить пациента. Максимизация счастья как государственная задача ведёт к созданию технократического тоталитаризма, где алгоритмы пытаются управлять эмоциями. Моё мнение: государство должно давать людям безопасность, свободу и справедливое распределение ресурсов, убирать препятствия для самореализации. А "счастье" - это глубоко интимный процесс, который невозможно посчитать, спланировать или гарантировать. Государство должно убирать препятствия к счастью, а не конструировать его по формулам. И человек может быть несчастным по собственным причинам и, если хотите, по собственному выбору, а не по итогу деятельности государства. На этом у меня всё. "Счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдёт обиженным!" Сами знаете откуда это;) https://vk.ru/@-181875116-ministerstvo-schastya