Игорь Гарин

В начале июля в США арестовали миллиардера (предположительно) Джеффри Эпштейна по обвинению в сексе с несовершеннолетними девушками. Предположительно — потому что никто точно не знает, сколько у него денег и откуда они взялись. Официальная версия: доходы от управления активами состоятельных людей с входным порогом от $1 млрд. Неофициальная: деньги сделаны на финансовой пирамиде или каких-то иных махинациях. Подозрения подогреваются чрезвычайной закрытостью Эпштейна и обвинениями со стороны его бывшего босса Хоффенберга, который отсидел 20 лет за организацию финансовой пирамиды. И вот теперь миллиардер и владелец бренда Victoria's Secret Лесли Векснер, один из немногих известных клиентов Эпштейна, сообщает, что тот химичил с его деньгами. Полная сумма не называется, но как минимум на $46 млн. Не исключено, что обвинения в связях с несовершеннолетними только повод, а настоящая причина охоты — финансовые дела Эпштейна. Скрытые бизнесмены всегда вызывают подозрения — и чаще всего обоснованные. Отец и сын Хотины вели дела из клетки Фарадея c железными дверями, шредерами, автономной системной электропитанией и тайным подземным ходом. Когда их сожрал еще больший рейдер, стало известно, что именно они скрывали. В США в последние несколько лет крупные скелеты начали вываливаться из шкафа хедж-фонда Renaissance Technologies с активами $84 млрд. Созданный бывшим шифровальщиком АНБ Джимом Саймонсом фонд десятки лет подряд показывал доходность 20-40% годовых. Medallion Fund, топовый фонд "Ренессанса", с 1994 по 2014 генерировал сумасшедшие 71,8% годовых. Секрет такого успеха тщательно оберегается, а во внешний мир транслируется версия, что компания работает, по сути, как исследовательская лаборатория и своим успехом обязана найму высококлассных физиков и математиков. Девиз Renaissance: "Only scientists need apply". Доходность Renaissance рефлекторно вызывает подозрения в финансовой пирамиде. Но Renaissance управляет в основном своими деньгами, а Medallion Fund закрыт для внешних инвесторов уже почти почти 30 лет. Ответ на вопрос "откуда столько бабла?" стал проясняться после начала расследования в 2014-м: экономия на налогах. Власти обвинили Renaissance в неуплате налогов на $6,8 млрд и теперь компания пытается урегулировать это дело мировым соглашением.

Никита Абраменко, основатель проекта "Поток" (так он себя называет) от "Альфа-банка", рассказывает, что ушел из компании, так и не сумев договориться о доле для себя и команды: https://www.facebook.com/nikita.abramenko/posts/10157347749481878 Его бывший коллега считает, что все дело в культуре: российская элита очень не любит делиться, а тренд якобы задает государство: https://www.facebook.com/nfilippov/posts/10156564219047452 С первой частью трудно поспорить: большинство нашей бизнес-элиты по жадности сравнимо с капиталистами из "Незнайки на Луне". Акциями делятся только с высшим менеджментом, на благотворительность тратят копейки, а как заходит речь о налогах, дергают за рубеж. Со второй частью тезиса — что тренд задает государство — согласиться трудно. Мы сейчас живем в корпоративном государстве, выстроенном людьми, которым повезло в 90-е. Они выстраивали государство под себя, включая такие "традиции", как заказ уголовных дел против конкурентов. Государевы люди в лице того же Сечина как самого яркого примера включились в эту игру позже. Они смотрели на олигархов 90-х как на ролевую модель и хотели быть такими же. На фоне других миллиардеров "Альфа-Групп" всегда смотрелась выигрышно: более компетентные и более удаленные от власти. Но, как и абсолютное большинство элиты, совершенно не готовые делиться со страной, которая дала им возможность разбогатеть. Деньги от продажи ТНК-BP они вывели за рубеж, хотя президент просил инвестировать в России. Отчасти их логику можно понять: в России не так много готовых объектов для инвестирования миллиардов долларов. Миллиарды можно было бы вложить в строительство русских SpaceX и Tesla, но для этого придется много работать самим, а они к этому не готовы. А о лояльности к России можно судить по тому, на что Фридман тратит свое состояние: https://www.youtube.com/watch?v=VQ32IS7wa4M https://www.timesofisrael.com/no-inheritance-for-kids-rich-jewish-philanthropist-vows/

Мир в 2077-м будет совсем не похож на Cyberpunk 2077. Сложные имплантаты еще только входят в нашу жизнь, и даже традиционно сверхоптимистичный Илон Маск не обещает Neuralink в ближайшее время. Но уже сейчас ясно, что электромеханические имплантаты не получат такого широкого распространения, а к 2077-му просто устареют. Имплантировать сложно, заживает долго, жить с таким барахлом неудобно. Помыться проблема, МРТ сделать проблема, под мышкой трет пластик, по яйцам бьет током, а в голове опухоль от 6G-передатчика, который круглые сутки грузит в облако гигабайты телесной телеметрии. Гораздо больше шансов на массовое распространение у имплантатов следующего поколения — нанороботов под управлением нанокомпьютеров. Такие устройства легко вводятся, легко заменяются, способны оперировать на клеточном уровне, а их возможности намного превзойдут все, что может предложить балк-технология. Идея о промежуточное характере электромеханических имплантатов и замене их нанороботами не моя — она была озвучена еще в 2000 году в игре Deus Ex. Там по сюжету 2052 год, наноаугментации — передний край науки, а те, кто ставил электромеханические имплантаты, завидуют наноаугментированным черной завистью. Сценаристы Deus Ex, скорее всего, читали работы Эрика Дрекслера, самого известного популяризатора нанотехнологий. О будущем нанотехнологий он рассказывает так, что дух захватывает: https://www.youtube.com/watch?v=zQHA-UaUAe0

Блестящая колонка Питера Тиля в NYT: https://www.nytimes.com/2019/08/01/opinion/peter-thiel-google.html Тиль указывает, что самый большой эффект даст применение AI в военном деле, ибо война — вопрос жизни и смерти. Google — лидеру в разработке AI — надо определиться, на чьей он стороне. Сейчас компания ведет себя двусмысленно. Открывает лабораторию AI в Китае (откуда технологии Google 100% утекут к китайским властям) и в то же время отказывается от контракта с Пентагоном из-за протестов инфантильных сотрудников. Присущие Кремниевой долине "космополитизм" и веру в "мир без границ" Тиль называет наивностью и узколобостью. Тиль пишет о борьбе с Китаем, но такая же узколобость (и эгоизм) заметны и в нашем российском IT-бизнесе, когда речь идет о противостоянии США и России. Среди технологических предпринимателей и инвесторов события 2014 года принято трактовать как смертельную ошибку российских властей. Раз пример: https://www.youtube.com/watch?v=bsrW1qQGKcQ Два пример: https://www.youtube.com/watch?v=x0OjmjKzg6Y Подразумевается, что в 2014-м российская власть должна была утереться, бросить миллионы лояльных людей на Украине и смириться с американской базой в Севастополе. Но что по факту изменилось для российского IT-рынка после 2014-м? Ушли американские инвесторы, а строить глобальные компании из России стало труднее. Но американцы и раньше вкладывали в Россию копейки по сравнению с другими рынками. А с глобальными компании было непросто и без всяких санкций. Напилить и по-быстрому продать какую-нибудь мелочевку вроде MSQRD по-прежнему не проблема (зарегистрировать компанию за рубежом, а команду при необходимости перевести). Противостояние с США в любом случае было неизбежно. Пример Китая и китайских компаний показывает, что как только американцы чувствуют реальную угрозу, правила о честной конкуренции тут же идут по боку. IT-элиту злит, что в 2014 году государство солидаризовалось с миллионами простых людей. А не с ними — узкой прослойкой обеспеченных глобал рашнс с настоящей или будущей калифорнийской пропиской.

Снова подтверждается правило, что самый простой путь создать миллиардную компанию — взяться за самую сложную тему. Один VC потратил 300 часов на исследование основателей $1+ млрд компаний (не только единорогов): https://medium.com/@alitamaseb/land-of-the-super-founders-a-data-driven-approach-to-uncover-the-secrets-of-billion-dollar-a69ebe3f0f45 Один из выводов: нет явной корреляции между темой стартапа и предыдущим опытом основателей. Единственное исключение — биотех и медицина. Там 80% основателей-CEO имеют профильный опыт: https://miro.medium.com/max/875/1*O09uedPfdHzEHwkeYO5nGg.png К созданию такого стартапа желательно готовиться еще со школьной скамьи. Зато конкуренция ограничена. Не надо мучительно искать идею — проблем навалом и они лежат на поверхности. Нет проблем со спросом — на эффективное лекарство или высокопродуктивный сорт растений покупатели найдутся. Не нужно выдумывать искусственную защиту — тебя защищают патенты и высокая наукоемкость. И уж тем более не грозят мысли о собственной пользе для мира.

Как минимум весь последний год журналисты, экономисты и предприниматели в США и Европе задаются вопросом, когда наступит следующая глобальная рецессия. Пора бы уже, больше десяти лет с кончины Lehman Brothers минуло! Некоторые, как Джим Роджерс, обещают рецессию уже пару лет, "самое позднее в 2019-м". Понятия не имею, когда наступит кризис, но такие настроения сами по себе служат индикатором. Вся экономика держится на вере. В рынок, валюты, компании, правительства и просто в счастливое будущее. Если столько месяцев подряд обсуждают "когда же это все закончится", значит веры нет ни черта.

Далекие от игр бизнесмены и инвесторы попадают в эту ловушку, потому что смотрят на цифры (аудиторные показатели; доходы игр, использующихся в качестве киберспортивных дисциплин) и проводят аналогию с обычным спортом. Но эта аналогия ложная. Обычный спорт дает чувство общности и завязан на офлайн. В киберспорте почти все происходит онлайн и нет такого чувства общности. Офлайн-мероприятия есть, но немного и не такие масштабные, а с их проведением прекрасно справляются сами разработчики. В обычном спорте основные дисциплины существуют десятилетиями, некоторые даже столетиями. В киберспорте игры быстро меняются. Пока 20-летние играют в Overwatch и CS: GO, 30-летние смотрят на них с презрением и грезят о старых добрых StarCraft, CS 1.6 и Quake 3 Arena. В обычном спорте много денег зарабатывается продажей прав на трансляции. В киберспорте пытаются идти тем же путем, но просмотры безбожно накручиваются. В киберспорте можно заработать, но не на том, на что чаще всего разводят инвесторов. Можно сделать игру и заработать миллиарды — но это удается единичным компаниям с длинной историей (Riot, Valve, Blizzard). Или можно можно сделать платформу и стремительно продать стратегу (Twitch). Это еще более редкие случаи. Все остальное — лиги, команды, информационные сайты, абсолютное большинство сервисов — обычно приносит убытки. Наглядный пример — $100-миллионные инвестиции Усманова в ESFORCE в 2015 году. Когда стало понятно, что инвестиции никогда не отобьются, Mail.ru выкупила ESFORCE, сократила часть персонала, а остатки сбагрила Modern Pick: https://www.rbc.ru/business/16/07/2019/5d2d84e99a7947e9546f2574 Зачем вообще Mail.ru покупал этот актив? Ясно, что не из-за денег, а ради спасения репутации Алишера Усманова. Чем закрыть самим, лучше провадить куда-нибудь с глаз подальше и пусть оно там тихо умрет. Когда-нибудь киберспорт может и начнет зарабатывать, но все последние 20 лет это была серия пузырей, которые надувались и лопались с интервалом в несколько лет. На Kotaku была статья про пузырь киберспорта. Почитайте, кто хочет больше деталей: https://kotaku.com/as-esports-grows-experts-fear-its-a-bubble-ready-to-po-1834982843 На русском: https://vc.ru/finance/71786-industriya-ne-prinosit-pribyli-a-pokazateli-prosmotrov-igr-preuvelicheny-pochemu-kibersport-mozhet-okazatsya-puzyrem

Сооснователь "Нетологии" Максим Древаль готов поделиться мудростью за 20 000 рубей: https://starttrack.ru/events/cyber "Футбол покорял мир десятилетия, киберспорту хватит 3 лет. Я никогда не увлекался компьютерными играми. Работал в «Яндексе» и Mail.ru, вместе с партнерами основал «Нетологию-групп», крупнейшую российскую компанию, которая предлагает взрослым и детям онлайн-образование полного цикла. В 2017 году 40% компании приобрела «Севергрупп» миллиардера Алексея Мордашова. Forbes оценил наш бизнес в $ 60 млн. Тогда я стал искать рынок, где еще возможна экспансия, быстрое развитие и выход на глобальный уровень. Как и многие, я считал компьютерные игры развлечением для детей, но после случайного разговора решил всё проверить. Оказалось, то что еще недавно привлекало лишь школьников, обошло все возрастные ограничения. Сотни миллионов взрослых людей с доходом выше среднего полюбили не просто играть, но даже смотреть как играют другие, участвовать в чемпионатах и обсуждать их. В мире таких уже 400 млн человек, а в России рынок больше, чем в любой из европейских стран. Стало понятно, что путь к званию спорта №1, который футбол прошел за десятилетия, киберспорт проделает в течение нескольких лет. Спонсорство, реклама, трансляции, образование и так далее — все вертикали, весь бизнес, построенный вокруг обычного спорта, скоро возникнет и здесь. Оценив всё это, я основал Learn2Play. Мы взяли игру Dota 2, крупнейшие турниры по которой одновременно смотрят более 1 млн зрителей, и использовали мой опыт в онлайн-образовании и маркетинге. Вместе с профессиональными спортсменами подготовили образовательные ролики и систему внутриигровых тренировок, начали продвижение с помощью лидеров мнений и рекламы в соц. сетях. Меньше чем за 2 года после запуска мы привлекли в капитал $2 млн от 2 венчурных фондов. Подготовили более 2500 обучающих роликов, с помощью нейросети проанализировали 90 млн матчей, сделали персонализированные рекомендации и игровую аналитику, начали проводить турниры, подключили еще одну игру. Стали закупать у блогеров столько рекламы, что получили очень выгодные условия и запустили собственное рекламное агентство, чтобы предлагать их другим. Сейчас у Learn2Play 1,8 млн пользователей (85% из-за рубежа), более $50 000 месячного оборота. Мы строим продажи по модели сотовых операторов: меньшая часть услуг бесплатна, большая часть, например, видеоуроки и анализ по игре — стоит $7 в месяц. В ближайшее время закроем раунд еще на $4 млн, начнем ежегодно подключать по 4 игры, а через год постараемся масштабировать выручку в 10 раз." Я с киберспортом знаком уже 20 лет, почти с момента его возникновения в середине 90-х. За это время несколько раз наблюдал один и тот же цикл. 1. Какой-нибудь непуганый идиот (вариант: опытный разводила) открывает для себя киберспорт и решает, что вот оно — будущее. 2. Инвестору скармливается история, что это как обычный спорт, только лучше: огромная аудитория, бешеные темпы рост, рынок вот-вот выстрелит, завтра будет поздно. 3. На инвесторские деньги запускаются проекты: онлайн-издания, сервисы, киберспортивные команды и лиги. 4. Проходит пара лет, а выручки так толком и нет. Инвестор начинает подозревать, что деньги в этом балагане идут только в одном направлении — от инвесторов к сотрудникам, подрядчикам и рекламным площадкам. 5. Если проектом рулит опытный разводила или непуганый идиот, быстро сообразивший бесперспективность затеи, проект стремительно продается ЕБЛу (Еще Большему Лоху). В идеале — стратегическому инвестору. Но чаще проект умирает. 7. У нового владельца проект тоже, как правило, умирает. Или перепродается дальше с убытком. Но здесь это уже никого не волнует: топ-менеджеры получили свою порцию славы на страницах СМИ и бонусы от вздутых на короткое время KPI. 8. Первоначальный инвестор списывает убытки и зарекается вкладывать в киберспорт. 9. Спустя какое-то время приходит новое поколение стартаперов и инвесторов.

Россия неуклонно наращивает золотой запас: https://www.cbr.ru/eng/hd_base/mrrf/mrrf_m/ То же самое делают Турция, Индия, Китай. В краткосрочной и среднесрочной перспективе золоту вряд ли что-то угрожает. Но в перспективе 10-15 лет цены на золото и другие драгоценные металлы упадут в разы, а то и на порядки. Рынок убьет добыча на астероидах. Даже на небольших астероидах диаметром 1-2 км металлов на триллионы долларов. Из-за слабой гравитации они равномернее распределены, а концентрация в десятки раз выше, чем на Земле. Для сравнения: "Полюс Золото" в 2018-м добыл 86 тонн золота, переработав 38 000 000 руды. Что нужно для старта золотой лихорадки в космосе? - Дешевые ракеты; - Оборудование для добычи; - Автономное питание для добывающего оборудования. Первую проблему уже решает наперегонки весь мир. Майнинговых роботов еще никто не делает, но эта задача не выглядит неподъемной. Автономные источники тем более не проблема: подойдут малогабаритные ядерные реакторы. Следующий вопрос: когда? Самый оптимистичный прогноз - вторая половина 2020-х. Но цены на драгметаллы начнут падать раньше, заметно раньше. Как только станет ясно, что до начала добычи рукой подать, держатели кинутся распродавать свои золотые кубышки. Это создаст давление на рынок, а начало фактической добычи и избыток предложения будут давить цены еще ниже. Рынки неблагородных металлов если и пострадают, то намного позже. Добычу в космосе начнут с драгметаллов, как самых рентабельных. Неблагородные металлы, когда до них наконец-то дойдут руки, слишком дешевы и требуются в слишком больших количествах, чтобы возить их на Землю ракетами. Применять будут только в космосе, пока (если) не появится космический лифт или какое-то другое экономичное решение.

В отчете Конгресса 2013 года (оранжевый чарт) прогноз госдолга США уже выглядел угрожающе. В отчете 2019 года (розовый) госдолг вообще улетает в небеса. Сейчас он составляет 108% ВВП. Рекорд был на уровне 119% в 1946 году, сразу после Второй мировой войны. В США много говорят, что пора жить по средствам, но дальше разговоров дело вряд ли пойдет. США одновременно резко наращивают военные расходы и эскалируют экономическую войну с Китаем. Значит, долг будет расти. К концу 2020-х одни только проценты на долг достигнут триллиона. Осознание "всё, этому больше не давать", как обычно, возникнет ВНЕЗАПНО.

Пятьдесят лет назад доля корпоративного налога на прибыль в федеральном бюджете США была в 4 раза выше, чем сейчас (таблица выше). С тех пор корпорации весомо выросли в размерах, проникли на новые рынки, повадились выводить сотрудников за штат (даже самые жирные, как Apple и Google)... Налоги? Нет, это вы уж как-нибудь сами.

Из нового отчета Мэри Микер: https://www.bondcap.com/report/itr19 В списке самых волнующих американцев проблем Микер фокусируется на безработице. Но самое интересное на слайде - это Moral Decline на четвертой позиции и Financial/Political Corruption на второй. Эти вопросы сильно пересекаются и, взятые вместе, заняли бы первое место с большим отрывом. То есть своей главной проблемой американцы сегодня считают деградацию общества и общественных институтов.

Новый пузырь, о котором пока мало говорят: в мире стало слишком много туристов. Барселону с населением 1,6 млн в год посещает больше 9 млн туристов. Венеция с населением 270 000 захлебывается от 20-миллионного потока людей. На вершине Эвереста в мае собралась такая толпа, что погибло 11 человек. Голубая Лагуна в Исландии запружена так, что многие, разочаровавшись, разворачиваются еще на входе (мало того, там еще и трубы геотермальной станции в поле зрения маячат). И дальше будет хуже: значительной части населения Азии, Латинской Америки и почти всей Африки туризм до сих пор не по карману. Но многие страны из этих регионов быстро растут. Можно не сомневаться, что политика в отношении туризма будет ужесточаться. Лимиты на въезд, рост цены, ограничения на доступ к наиболее уязвимыми природным объектам и памятникам культурам. Да и массовая мода на туризм когда-нибудь должна закончиться. Хотя сейчас это и кажется невероятным.

На фоне торговой войны с Китаем западные компании пытаются переносить производство в страны Юго-Восточной Азии. Но получается не так быстро, как хочется: во Вьетнаме, Таиланде, Камбодже, на Филиппинах нет такой развитой инфраструктуры. Дороги плохие, железнодорожная сеть разреженная, порты перегружены. У этих стран явно никогда не будет денег на развитие инфраструктуры до китайского уровня. Если только сами США не профинансируют. https://www.wsj.com/articles/logistics-bottlenecks-hamper-efforts-to-produce-less-in-china-11558605608