en
Feedback
ЕГОР СЕННИКОВ

ЕГОР СЕННИКОВ

Open in Telegram

ex-Stuff and Docs Feedback chat - https://t.me/chatanddocs For support and for fun: Яндекс: https://money.yandex.ru/to/410014905443193/500 Paypal: rudinni@gmail.com

Show more
8 880
Subscribers
-424 hours
-507 days
+4730 days
Posts Archive
Большевистская сверхидея
Большевистская сверхидея

Про нацистскую пропаганду на оккупированных территориях "С начала Великой Отечественной войны оккупанты провозгласили себя спасителями русской культуры. Основной целью, стоящей перед ними, они называли очищение ее от скверны коммунизма, большевизма, иудаизма и космополитизма. Практически во всех коллаборационистских изданиях начиная с 1941 года были «уголки культуры». В них печатались произведения русских классиков — А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Ф. М. Достоевского и других крупных писателей. Комментарии обращали внимание читателей на те аспекты их творчества, которые при советской власти замалчивались или принижались: религиозность, великорусский патриотизм, национализм. Из номера в номер публиковались новые тексты к популярным советским песням. В них Катюша уговаривала «бойца на дальнем пограничье» срочно переходить к немцам, а «три танкиста — три веселых друга», убив жида-комиссара, помогали немцам добивать подлинных врагов своей родины — коммунистов-грабителей. Песня «Широка страна моя родная» в новой интерпретации звучала теперь следующим образом: «Широки страны моей просторы, / Много в ней концлагерей везде, / Где советских граждан миллионы / Гибнут в злой неволе и нужде./ За столом веселья мы не слышим / И не видим счастья от трудов, /От законов сталинских чуть дышим, / От засилья мерзкого жидов. / Широка страна моя родная. / Миллионы в ней душой калек. / Я другой такой страны не знаю, / Где всегда так стонет человек». Литературные журналы, выходившие на оккупированной территории России, а также коллаборационистская пресса пытались доказать читателям, что все честные и талантливые русские писатели находились или находятся в оппозиции к большевизму. Вспоминались как репрессированные, так и здравствующие литераторы. В очерке «Повесть непогашенной луны», опубликованном в газете «Речь», говорилось о том, что НКВД как оружие в руках Сталина повинен в гибели М. В. Фрунзе и Бориса Пильняка — талантливого писателя, не побоявшегося в «Повести непогашенной луны» написать об этом. Газета «Голос народа» 15 января 1943 года сообщала о Сталинских стотысячных премиях, которые по-прежнему и в 1942 году получают Лебедев-Кумач и «прочие еврейские патриоты», восхваляющие гениального вождя и дарованную им счастливую жизнь. В Советском Союзе, говорилось в этом издании, теперь замолчали даже некоторые писатели-коммунисты, как, например, Михаил Шолохов. Писателям, не потерявшим стыд и совесть, нечего сказать в защиту сталинского режима, сказать же что-либо против режима они, живя в Советском Союзе, конечно, не могут. Немецкая пропаганда строилась на тезисе о том, что все эти писатели и поэты являются рядовыми заложниками в руках НКВД. Так, в статье «Как напечатали Анну Ахматову» утверждалось, что «под угрозой гибели сына в когтях НКВД Ахматова снова пишет — пишет надутые, фальшивые агитки…Чего не сделаешь для спасения своих детей! Скверно, но понятно». Уничижающей критике подвергались «официальные советские писаки»: Лебедев-Кумач, Исаковский. О последнем говорилось, что он «продал свой талант за кусок большевистской мацы»."

В России на основании засекреченного приказа 2014 года уничтожаются архивные сведения о репрессированных гражданах СССР. Об этом в письме советнику президента РФ и главе СПЧ Михаилу Федотову рассказал директор Музея истории ГУЛАГа Роман Романов, сообщает «Коммерсант» https://meduza.io/news/2018/06/08/muzey-istorii-gulaga-uznal-o-sekretnom-prikaze-ob-unichtozhenii-svedeniy-o-repressirovannyh

За гранью добра и зла

на нашем радио http://glagolev.fm/ выходит подкаст “искусство для пацанчиков”. и он совершенно прекрасный. начиная с обложки и заканчивая смехом автора подкаста Анастасии Четвериковой мы сделали расшифровку выпуска про крик мунка, она помогает вернуться к любимым моментам, но вы лучше послушайте. пока вышло два выпуска: про крик мунка и про черный квадрат малевича слушать можно везде soundcloud https://soundcloud.com/theodoraudio/sets/art4fellas podcast https://itunes.apple.com/ru/podcast/%D0%B8%D1%81%D0%BA%D1%83%D1%81%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE-%D0%B4%D0%BB%D1%8F-%D0%BF%D0%B0%D1%86%D0%B0%D0%BD%D1%87%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2/id1371397676?l=en&mt=2 android https://www.subscribeonandroid.com/rss.simplecast.com/podcasts/5265/rss

photo content
+8

Немного прекрасных фотографий прошлого из Национального фотоархива Голландии

Это ключ от Бастилии, в 1790 году Маркиз де Лафайет подарил его своему старому другу Джорджу Вашингтону. Вашингтон повесил кл
Это ключ от Бастилии, в 1790 году Маркиз де Лафайет подарил его своему старому другу Джорджу Вашингтону. Вашингтон повесил ключ в своем доме Маунт-Верноне, где он до сих пор и висит

Про политическое насилие после Первой мировой "В Венгрии, где «красный террор» 1919 года унес жизни от 400 до 500 человек, жестокие фантазии о возмездии основывались на гораздо более осязаемом непосредственном опыте. В частности, воображение активных националистов особенно подхлестывалось зверствами, совершавшимися так называемыми «Ребятами Ленина» во главе с Йожефом Черни. После падения режима Белы Куна настало время «отмстить» за эти преступления. Призывы к мести были доведены до крайности на Венгерской равнине, но еще более ярким образом — в ходе Балтийской кампании фрайкора, когда прежде дисциплинированные отряды превратились в мародерствующих наемников наподобие солдат Тридцатилетней войны, в современных атаманов, грабивших и убивавших направо и налево, оставляя за собой по всей стране одни руины. Еще в 1946— 1947 годах, ожидая казни в польской тюрьме, бывший комендант Освенцима Рудольф Гёсс вспоминал Балтийскую кампанию как проявление доселе не слыханного насилия: "Таких диких и жестоких сраж ений, как в рибалтике, я не видел ни во врем я Первой мировой войны , ни в течение всех последующих кампаний фрайкора. Фронта в его обычном понимании не существовало, враг был повсюду. Всякая стычка превращ алась в резню, доходящую до тотального уничтожения <...> Бесчисленное множество раз я видел ужасающую картину сожженых хижин и обугленных или разлагающихся тел женщин и детей <...> Тогда я был уверен, что невозможно превзойти это разрушительное безумие!" Менее кровопролитной, но представлявшей собой качественно новое явление была одновременная интернализация конфликта, выявление и преследование «коммунистических врагов», которых следовало искоренить для того, чтобы могло начаться национальное возрождение. В Германии правыми экстремистами были убиты такие известные республиканские политики, как Вальтер Ратенау и Маттиас Эрцбергер. В Венгрии членами печально известного батальона Пронаи был похищен и убит ряд видных интеллектуалов, выступавших против венгерского «белого террора», в том числе журналист Бела Бачо и редактор социал-демократической газеты Népszava Бела Сомодьи. 75 тысяч человек попали в заключение, а 100 тысяч отправились в изгнание, главным образом в Советскую Россию, где спасшиеся от хортистских «эскадронов смерти» в итоге были уничтожены Сталиным. Поскольку многие вожди венгерской революции, включая Белу Куна, сбежали из страны прежде, чем их успели арестовать, за их «измену» пришлось расплачиваться другим. Схваченных социалистов, евреев и профсоюзных деятелей затаскивали в казармы и избивали до потери сознания. Особую жестокость нередко проявляли молодые участники военизированных организаций, не попавшие на Первую мировую войну. Одним из наиболее известных случаев военизированного зверства в Германии является убийство несколькими марбургскими студентами более дюжины арестованных «спартаковцев» в Тюрингии. В другом случае молодой студент-доброволец, участвовавший в подавлении коммунистического восстания в Руре в 1920 году, с восторгом писал своим родителям: "Пощ ады не получает никто. Мы расстреливаем даже раненых. Царит колоссальный — немыслимый — энтузиазм. В нашем батальоне погибло двое, у красных — двести или триста. Любого, кто попадает в наши руки, бью т прикладом и приканчивают пулей".

Я уже который год пишу о том, что люди, которые сейчас управляют Петербургом - они попросту недостойны этого города, они не понимают его, они свои руки тянут только к тому, чтобы его изуродовать и поломать. Мне кажется, что это настолько очевидно, что не нужно никаких особых аргументов - но жизнь все время умудряется мне подкидывать дополнительные аргументы. Ну посудите сами - только ведь в воспаленном мозгу может появиться идея впихнуть в самый центр Петербурга 170-метровое колесо обозрения. Как иначе могла появиться такая идея? "Несколько дней назад опять и вполне конкретно прозвучало сообщение о подготовке строительства в нашем городе колеса обозрения высотой ни много ни мало 140 м. До этого были все 170. Снизили — спасибо. Но это еще цветочки: в качестве вариантов места установки прорабатываются Петровская, Английская и Университетская набережные. Даже при большой силе воображения представить там такую орясину никак невозможно. Нет, можно, конечно, дать волю безумным фантазиям и поместить ее в Румянцевский садик или у причала на Английской — рядом с памятным знаком в честь выстрела "Авроры". Но, правда, самое смелое решение — соорудить его прямо у домика Петра Великого. Или даже лучше — над ним, создав стройную и высокофункциональную композицию. Внизу — начало, а на самой вершине можно обозреть плоды." А потом нанятые уроды будут сообщать, что "город должен развиваться, а Эйфелеву бащню тоже никто не принимал". Да, город должен развиваться - но может лучше метро провести в Красное Село? Или не согласовывать строительство унылых домов-муравейников на Парнасе? Может быть это развитие? А про Эйфелеву башню навязло уже в зубах - и в том же Париже есть еще и башня Монпарнас, которая никому заранее не нравилась - и не понравилась. Я не говорю о других примерах неудачных проектов. https://www.dp.ru/a/2018/06/06/DisnejBurg?from=subscribe_email

Здесь очень давно не было моей любимой рубрики — рекомендации телеграм-каналов, которые я нахожу интересными, прекрасными, занятными. Это именно мои рекомендации, а не платная реклама — такого у нас тут не бывает. @hallofnames - Канал «Имя и память». Интересный канал, который рассказывает и показывает истории выживших в Холокосте. Очень интересно, я люблю когда в такой краткой форме удаётся рассказывать о непростых исторических событиях. @rightcourse — канал «Правый курс». Он не нуждается в лишних представлениях, все прекрасно знают главный агрегатор правого сегмента Telegram (в самом широком идеологическом диапазоне). Всегда очень признателен им за то, что они репостят мои посты, мне это очень приятно. Хотите быть в курсе правой повестки — подписывайтесь. @sovietleningrad — один из моих любимых каналов «Советский Ленинград». История Ленинграда в фотографиях и деталях. @museumlamer — ну и повторюсь в который раз: подписывайтесь на прекрасный канал о музеях «museum lamer”, нежно его люблю. Там осталось всего 25 человек до тысячи, так что спешите. Отдельной строкой хочу поблагодарить администраторов всем известного канала @karaulny за то, что умудряются вылавливать и репостить и мои посты, а также за то, что благодаря их работе можно легко узнавать картину событий дня. На этом на сегодня все.

Показательный пример работы советской цензуры в кино — из документов о запрете фильма «Агония» Элема Климова. https://chapaev.media/articles/8828 «Кинофильм «Агония» (авторы сценария С. Лунгин и И. Нусинов, режиссер Э. Климов) был закончен производством в конце 1974 года. Госкино СССР и авторы фильма исходили из задачи создать художественную иллюстрацию ленинского определения предреволюционных общественно-политических процессов в России: «Первая революция и следующая за ней контрреволюционная эпоха (1907–1914 гг.) обнаружила всю суть царской монархии, довела ее до “последней черты”, раскрыла всю ее гнилость, гнусность, весь цинизм и разврат царской шайки с чудовищным Распутиным во главе ее...» (В.И. Ленин. «Письма издалека»). <...> Решая вопрос о выпуске фильма «Агония», Госкино СССР учитывает и следующий важный аспект современной идеологической борьбы. Наши противники, стремясь опорочить дело и идеи Октября, активно обращаются к событиям предреволюционным, настойчиво пытаются навязать тезис о случайности революции, об исторической дееспособности и даже гуманности царской монархии накануне ее свержения. В частности, о последних днях царизма на Западе было создано более 20 фильмов, в том числе лишь за последние годы такие ленты, как «Ночи Распутина» (1960 г.), «Я убил Распутина» (1965 г.), «Распутин — безумный монах» (1965 г.), «Николай и Александра» (1971 г.) и другие, снятые крупными режиссерами с участием известных актеров мирового кинематографа. Имевший значительный коммерческий успех фильм «Николай и Александра» готовится к повторному прокату». На советские экраны фильм Элема Климова вышел только в 1985 году.

Дзиро – настоящий трудоголик, он с трудом выдерживает выходные, потому что ему хочется поскорее снова отправиться на работу. И такого же отношения к труду он требует от своих подчиненных. Режиссер общается с учениками повара. Один из них вспоминает, как Дзиро заставлял его на протяжении нескольких лет делать омлет. И каждый раз говорил, что омлет недостаточно хорошо. Лишь спустя годы ученик смог удовлетворить своего учителя и приготовить омлет, который тот счел «неплохим». Другой ученик рассказал о том, как в ресторане Дзиро готовят осьминога: его нельзя варить сразу же, необходимо сначала на протяжении 45 минут массировать осьминога, только так он достигает необходимой кондиции. Вообще, сам Дзиро считает, что обучение должно занимать от 10 до 20 лет, а совершенствование таланта не может останавливаться никогда. Дзиро постоянно уделяет внимание мелким деталям, которые только кажутся незначимыми – обращает внимание на то, кто из гостей левша, а кто правша, следит за тем, как расставлены стулья, как одеты посетители. Он понимает, что в нынешние времена такое отношение к делу редко встретишь, но, по всей видимости, это его мало волнует. Повара, прошедшие школу Дзиро высоко ценятся хозяевами других ресторанов, у них нет никаких проблем с тем, чтобы найти себе работу. Но достигнуть такого статуса очень и очень непросто и многие уходят, не проработав даже нескольких недель. Больше всего в Дзиро меня восхитила его нескончаемая тяга к перфекционизму. Он занимается этим делом больше 60 лет, но считает, что его мастерство еще до сих пор не стало совершенным. Да и не станет никогда. Но все равно, он каждый день просыпается, отправляется на работу и стремится сделать суши еще немного лучше, чем вчера. Он довольно закрытый и не очень общительный человек; совершенно непонятно, есть ли у него вообще жизнь за пределами работы. Нам, конечно, показываются, как Дзиро отправляется на встречу со своими бывшими одноклассниками, но видно, что он все равно немного отстранен от окружающих его людей и мыслями находится не с ними. Эта прекрасная лента отлично иллюстрирует многие наши представления о таланте и о мастерстве. Профессионализм здесь предстает результатом многолетнего адского труда и самосовершенствования. Мы видим, что даже такой человек может сомневаться по поводу своего мастерства – Дзиро ищет в глазах посетителей ответ на свой невысказанный вопрос: стало ли блюдо лучше? Нужно ли что-то изменить? И, конечно, талант здесь предстает как вещь очень индивидуальная, которую сложно поставить на поток. Результат труда Дзиро невозможно поставить на поток – просто потому что второго такого Дзиро просто нет. Наверное, для эпохи усиливающейся автоматизации производства всего на свете такой подход выглядит невероятно устаревшим. Но фильм дает надежду, что несмотря ни на что истинный талант и мастерство будут ценимы людьми. Дзиро мечтает о суши. А мы мечтаем о том, чтобы хотя немного стать на него похожими.

Повторю один из первых постов в этом канале - про необычное документальное кино Все, наверное, знают про теорию 10000 часов. Про то, что если постоянно развивать какой-то навык на протяжении этого времени (в чистых дня – это примерно полтора года, в реальности срок может разниться), то можно достигнуть высот мастерства и профессионализма в этом деле. Теорию нам эту подарил колумнист Forbes Малкольм Гладуэлл, многие подвергают теорию критике, но в массовом сознании она вроде закрепилась. Насчет критики я ничего не скажу, но вообще довольно очевидно, что если на протяжении долгих лет развивать какой-то талант, пусть и не очень большой, то ты научишься делать это лучше многих. Более того, документальный фильм «Jiro Dreams of Sushi» («Мечты Дзиро о суши») даже приводит пример живого человека, который всю жизнь развивал свой талант – и стал лучшим мастером в мире. Главный герой этого фильма – Дзиро Сукиябаши. Человек всю свою жизнь делал суши, начав в очень юном возрасте (бедная семья, денег не было), сейчас ему уже очень много лет, – то ли немного за 80, то ли уже под 90, – и он владелец одного из лучших ресторанов в мире (три звезды Мишлен – это значит, что ресторан стоит того, чтобы ради него отправиться в Токио). При этом сам ресторан очень и очень маленький, мест на 10, и совершенно не производит впечатления какого-то невероятного люкса. В общем, как в фильмах о Китае и Японии – в маленьком невзрачном месте сидит какой-то незаметный старичок, который на самом деле является главным мастером, знатоком и мудрецом. Бронировать места в ресторане надо месяца за два, цены стартуют от 300-400 долларов. При этом в самом ресторане не подают ничего кроме суши – нет ни напитков, ни роллов, ни лапши, ни супов… Все это объясняется просто – Дзиро совершенствовал свои таланты только в области суши, за всем остальным – идите в другое место. Зато суши здесь такие, что сюда приходят главы государств, правительств, звезды, бизнесмены (несколько лет назад и вовсе пришел Обама вместе с премьер-министром Японии). Сам Дзиро, равно как и те, кому довелось вкушать у него суши, говорят, что каждая трапеза длится минут 20 и похожа на симфонию вкуса – подача идет волнообразно, то предлагая более тонкие вкусы, то более резкие, чередуя разные ароматы, разные сорта рыбы. В общем, поэзия. Поставщики продуктов у Дзиро соответствующие. Раньше шеф-повар сам ежедневно отправлялся на рынок, но теперь он уже не в том возрасте, поэтому вместо него этим занимается его старший сын. Продавцы на рынке знают, что он отбирает для ресторана Дзиро, поэтому подбирают соответствующий товар. Поставщик трески каждое утро ходит отбирать правильную треску – нюхает, щупает, обмеряет линейкой, разочарованно цокает: совсем не та стала треска, вот раньше, в былые времена, треска была замечательная. На экране появляется огромная креветка. «Эта креветка достойна Дзиро», - говорит поставщик креветок, - «Каждый день я смотрю на улов креветок и думаю – достойна она ресторана Дзиро или нет». Поставщик риса рассказывает, что с ним связывались повара из отеля Radisson и попросили продать партию риса. Он отказал, заявив, что не будет продавать свой рис тем, кто не умеет готовить. «Мой рис надо уметь готовить. Дзиро умеет. А они нет», - гордо сообщает старичок. У Дзиро два сына. Старший (уже полысевший и постаревший) работает в ресторане у отца, готовясь в один день возглавить его. Он замещает Дзиро в те дни, когда ему нездоровится или он занят, помогает обучать молодых поваров, будущих сушефов. Второй сын тоже работал у отца, но теперь открыл свой ресторан – на наследство он претендовать не может, потому что он младший сын. Дзиро планомерно готовит своего преемника, но сыновья признают, что работать под его руководством непросто. О своей будущей смерти Дзиро говорит совершенно спокойно.

Непридуманная история о Сталине и бургерах Пару недель назад. Субботнее утро, "Бургер Кинг" на Белорусской. Двое мужчин и девушка, по которым видно, что предыдущая ночь была для них полна веселых алкогольных приключений и развлечений, пытались приходить в себя, поедать бургеры (запивая их пивом) и разговаривать о жизни. По радио играла песня из фильма про Мэри Поппинс ("Леди Совершенство..."). Один из мужчин прислушивается и начинает говорить: -А ведь вы понимаете, что без Сталина не было бы никакой Мэри Поппинс? На этом месте я едва не поперхнулся своим бургером, но продолжил слушать концепцию мира по чуваку из Бургер Кинга. Его друзья слушали его открыв рот: -Без Сталина не было бы ни советского кино, ни музыки, ничего не было. Он был и есть альфа и омега нашего мира, с него все начинается и им заканчивается. И вот эта песня, - он махнул бургером в сторону динамика, - она тоже благодаря Сталину. И мы не можем вот так вот выкидывать часть нашей истории, мы должны все время о ней думать - а не списывать все на какие-то там жалкие репрессии. Его друг подхватил: -Да, знаешь, я однажды видел интервью одного ветерана ГРУ. И вот он там говорил, что он любит Сталина - ведь без него мы бы не победили в самой страшной войне в истории человечества. Но он и ненавидит Сталина - ведь из-за него у нас появился Горбачев. Тут я был готов еще раз поперхнуться, но остановил себя чтобы послушать девушку. А она сказала: -Ребята, но вы же понимаете, что без Горбачева у нас бы и Путина не было? На этом месте я покинул эту троицу - может и напрасно: вдруг мое представление о российской истории претерпело бы серьезные изменения?

Заброшенный блочный дом, Камчатка. Просится на обложку книги про СССР
Заброшенный блочный дом, Камчатка. Просится на обложку книги про СССР

Ларс фон Триер и вода
Ларс фон Триер и вода

Великий анекдот: «Анекдот о различии между немцами и австрийцами: один немец — это воля, два — это порядок, три — это победа; один австриец — это корректность, два — это психоаналитик и пациент, три — этого не бывает: одним окажется или хорват или словак».

Началась пора экзаменов — и это прекрасный повод вспомнить о фильме Татьяны Лукашевич «Аттестат зрелости», снятом по одноименной пьесе Лии Гераскиной. Фильм Лукашевич интересен не только темой, и не только тем, что это дебют в кино Василия Ланового — этот фильм полон парадоксов с точки зрения идеологии. Об этом можно узнать из материалов на странице фильма на «Чапаеве». https://chapaev.media/films/108 «В этом ракурсе „Аттестат зрелости“ выглядит наставлением в картинах, где строго нормировано всё — вплоть до особой гигиены чувств. Здесь нет места для милости к падшему или для сомнения в справедливости наказания — есть только разрешенное сочувствие тому, кто уже получил по заслугам. Кульминацией, как и следовало ожидать, становится полное раскаяние героя. И эта бескровная лоботомия, удаляющая нарост индивидуализма, предстает на экране как абсолютно нравственное и благотворное действо. Похоже, что время сделало из фильма удивительный перевертыш. Условная агитка, образец упадка „большого стиля“ (куда подевались живость и наблюдательность, свойственные лучшей работе Татьяны Лукашевич — ее знаменитому „Подкидышу“), превратилась в чистейшей воды факт саморазоблачения воинствующего коллективизма. Однако эта зеркальная симметрия не выдерживает серьезной проверки».

На карте изображен процент людей, которые согласны со следующим утверждением "Наш народ не идеален, но наша культура выше, че
На карте изображен процент людей, которые согласны со следующим утверждением "Наш народ не идеален, но наша культура выше, чем у всех остальных". Испанцы расслаблены, а вот греки волнуются.