Please

Следующая за SS99 коллекция Рафа Симонса AW99 «Disorder—Incubation—Isolation» значительно отличалась по настроению от своей вполне жизнеутверждающей предшественницы. Перед непосредственной демонстрацией одежды по подиуму прошлись модели со знамёнами, на которых помимо слов из названия были фразы вроде «Подростковый протест» и «Левый — помнить — беспорядок». Если летний сезон представлялся оптимистичной научной фантастикой, зимний напоминал тревожную космооперу с вампирами в ролях центральных персонажей. Преимущественно чёрная одежда представлялась практически в полной темноте, а модели шли от света, а не на него — на видео они предстают зловеще надвигающимися тенями. Несмотря на обилие накидок, напоминающих то табарро, то пончо, невозможно не заметить приталенный крой и узкие силуэты остальных предметов. Нас особенно «зацепила» интерпретация традиционного узора «аргайл», как бы вышитого на глянцевой поверхности (8 фото). После первой, ритуальной, мрачной части показа Симонс показал предельно лаконичные серые образы, похожие на униформу из всё тех же научно-фантастических фильмов. В самом конце на подиуме появились наши фавориты — бордовые пальто с акцентными застёжками-молниями (5 фото).

Самая «горячая» строчка в нашем коротком вишлисте обновилась — теперь это место занимает книга Blue-Collar Modernism редактора и стилиста Дэвида Хеллквиста. В ней автор фокусируется не на традиционных аспектах рабочей одежды, а на том, как заложенные в ней решения и традиции развиваются в новых брендах и меняются под нужды XXI века. В интервью Hypebeast Дэвид подчёркивает, что мужской гардероб сейчас стоит на 4 столпах: классическом костюме, спортивной экипировке, рабочей одежде и военной униформе. До середины прошлого столетия он состоял в основном из первого пункта на повседневной основе. В соответствии с выводами автора специализированная одежда вошла в обычную жизнь под влиянием больших социальных сдвигов после Второй мировой войны — говорить о каком-то одном бренде, изменившем общественное восприятие, не приходится. Однако отдельных героев Хеллквист всё же выделяет: по его мнению, Массимо Ости радикально реформировал жанр рабочей одежды, дорабатывая фасоны и материалы. Мы рассказывали об этом в том числе в статье о C.P. Company (первая, вторая части).

Плавное рассуждение Ильи из @pretprter лишний раз напоминает, как важен диалог с собой при формировании предпочтений. Споры на тему вкуса сегодня кажутся чем-то вроде схоластики — попытки доказать что-то сверхъестественное через логику. Потому мы обычно стараемся их избегать. Но здесь, как мы и любим, автор не даёт простого ответа на сложный вопрос.

Ещё один фактурный пример техники боро (заплат или пэчворка) помимо Proleta Re Art демонстрируют сан-францисский магазин Self Edge и бренд Studio D’Artisan, пионер японской джинсовой индустрии и самый ранний представитель «Осакской пятёрки». Французская рабочая куртка (о ней рассказывали тут) выпущена к 20-летию Self Edge. Каждый экземпляр полностью сшит один портным, а ткань окрашена серными красителями. Они, к слову, традиционно недорогие и легко наносятся, что идейно согласуется с корнями силуэта и историей техники боро. Боро получила широкое растространение ввиду ограниченных поставок хлопка на японские острова — вплоть до XX века материал был относительно редким, и предметы часто чинили, продлевая им жизнь и временами меняя до неузнаваемости. При особенно интенсивном использвоании заплаты уже мешали разобрать, какая ткань была изначальной. В середине столетия на устойчивость это практики повлияло послевоенное восстановление Японии. Фрагменты ткани обычно закреплялись стежками в технике сашико, о которой сегодня известно любому интересующемуся.

Экзистенциальное искусство упакованное в носимые предметы. Одиночество и подавленность граничат с поисками себя, стойкостью и противопоставлению миру бездонного потребления. Японский бренд PROLETA RE ART— это идеи жизни после смерти, борьба за жизнь после неудачи. Prot — основатель японского бренда. Он создает вещи с аурой искренности и очаровательной небрежности. В его одежде ощущается уязвимость человеческой природы, внутренние переживания и меланхолия. Он использует древние японские методы боро и сашико в художественной форме, превращая вещи в "носимое искусство". Некоторое время назад мы сделали интервью с Prot’ом. Он рассказал о своей философии, его видение устойчивого развития и почему его влечет к меланхоличности старых предметов. Интервью досутпно по ССЫЛКЕ.

К слову, у нашего друга Кирилла выходило интервью с дизайнером Proleta Re Art с никнеймом Prot на заре его деятельности (бренд появился в 2021-м). Очень рекомендуем.

Немного мотивации для возвращения к работе: совершенно космическая капсула Soshiotsuki и артизанального апсайкл-бренда Proleta Re Art, также японского. Частично результаты совместных усилий представили в рамках показа Оцуки AW26 на Pitti Uomo (1, 2 фото). Чем они должны вас мотивировать? Ну, пиджак, например, стоит $12500 или 1 млн рублей, а брюки — $9400. Столь внушительную сумму просят за особую ткань со сложными переходами узоров, которую дополнили фрагментами винтажного денима в технике аппликации. После этого на полотно нанесли декоративную строчку, затем состарили. У нас вопросов к ценности предметов нет, экземпляры без всяких скидок коллекционные. Да и внешний вид заставляет челюсть упасть на уровень грунта.

В коллекции SS01 Йоджи Ямамото представил сразу несколько гибридных предметов. В юбку, топ и плащ дизайнер встроил сумки с перекрёстной застёжкой-фермуаром. Вопрос хранения японец поставил ребром: лёгкие платья приобрели большой накладной карман, чемоданчики катились за моделями на шнурке, а сумки поместили на руки на манер щитов античных воинов.

Подумать только: с момента демонстрации самой яркой капсульной коллекции из всех партнёрств The North Face x Junya Watanabe прошло 10 лет… Модели в предметах совместной разработки открыли показ японского дизайнера AW17. Ватанабэ уже интерпретиовал функциональные модели с TNF в 2013-м, но те предметы не должны были привлекать внимание — их выполнили в чёрном цвете (куртка с 5 фото очень похожа на тот продукт). Мода второй половины 2010-х была более вызывающей и эклектичной: за несколько дней до шоу на прикреплённых фото плоды своего союза представили Louis Vuitton и Supreme. Главным дизайнерским решением, отражённым во всех образах, кроме 3 и 7, была интеграция непромокаемого прочного материала с брендингом — жёлтого, чёрного, красного. Его используют для классических сумок The North Face (на спинки курток даже ручки пришили), и в реальности он действительно очень эффектный. Насколько мы можем судить, техническое испольнение тех вещей было на высшем уровне — стоимость редких флагманских вещей того сезона на перепродаже всё ещё внушает уважение. Сама по себе верхняя одежда носится и смотрится просто отлично. У Артура был пуховик с 7 фото — ничего уместнее для русской зимы он не знает до сих пор. Выдерживает любые морозы, вплоть до -35. К чему была оговорка «сама по себе»? К стайлингу той эпохи даже спустя 9 лет вопросы никуда не делись. Следующей зимой бренды создадут ещё более интересные предметы с интегрированными рюкзаками, но одновременно души и блеска в них несколько меньше. А в целом с гибридностью и аутдорной модой Джунья работал как минимум за 10 лет до этого сотрудничества. Ну, и напоследок: вы наверняка узнаете модель с 2 фото.

Собрали лучшие посты октября, если что-то пропустили! 1. Первая коллекция Айтора Трупа в New Object Research; 2. Вспоминаем Hood by Air; 3. Маскарады в промо-материалах Yohji Yamamoto; 4. Первая собственная разработка Goldwin Tech Lab; 5. Многозначность Undercover AW14 «Cold Blood»; 6. Полупрозрачные куртки Джуньи Ватанабэ; 7. Комикс вместо лукбука для Вальтера ван Бейрендонка; 8. Главный эпизод сотрудничества Рафа Симонса и Стерлинга Руби; 9. Защитные ботинки вермахта для часовых; 10. Лазерные платья Хуссейна Чалаяна; 11. Коротко о дизайнере Asics Тошикацу Каяно. Переводы этого месяца: о новом визуальном языке Hermès 1970-х, о гардеробе Дага Бильмайера, об офлайн-ретейле на примере colette и Dover Street Market и том, что осталось от восточноевропейской империи Bata. Ещё мы рассказали в The Blueprint об актуальных мембранных куртках, а в «Правилах жизни» — о гернсийских свитерах и главных кроссовках октября. Дайджест сентября можно посмотреть тут.

Очень живая беседа Миши и Китти с Владимиром Янчевским на канале Studio Slow — наш кандидат на контент выходного дня. Рекомендуем не только слушать, но и смотреть: роскошные пейзажи, подрумянившаяся корочка эчпочмаков и местные оленята напоминают, что радоваться можно и простым вещам. К слову, согласны с тезисом Китти — бесконечные созвоны придумали бездельники (либо дьявол, чтобы ввести нас в искушение).

В уходящем месяце Фаррелл Уильямс вспомнил о скейтбординге, Saucony продолжил укреплять позиции в лайфстайл-сегменте, а Converse Japan превратил классические All Star в нечто совершенно новое. Вместе с авторами объединения Please рассказываем о моделях, которыми запомнился октябрь.

Сегодняшний перевод из L’Étiquette — об осколках восточноевропейской кроссовочной империи Bata. Нелёгкие истории производств, переживавших войны, смены режимов и и крах политических блоков, а также истории людей, поддерживающих жизнь в этих многострадальных стенах вы найдёте по ссылке. https://telegra.ph/Perevod-stati-Imperiya-Bata-Krossovki-i-ruiny-iz-LÉtiquette-8-10-30

Тошикацу Каяно — единственный дизайнер в истории Asics, имя которого включено в наименование линейки кроссовок — он разрабатывал ранние модели из неё. Название GEL-Kayano, с его слов, серия вообще получила по ошибке. Тем не менее, силуэтов к этому времени создали уже 33. С 1 по 13 модель спроектировал лично Каяно. Также он участвовал в разработке дизайн-стратегии с 15 по 18 итерацию. В следующем году Тошикацу отметит 40 лет в компании. Сейчас он не занимается проектированием новых моделей, а работает в архиве бренда (который мы вам уже показывали). Его место ныне занимает другой дизайнер, Ёсиясу Андо. Каяно, разумеется, дипломированный промышленный дизайнер. Однако изначально он не планировал заниматься спортивной обувью — молодого специалиста больше интересовали автомобили и электроника. Его первой работой для Asics стала баскетбольная модель GEL-Spotlyte 1992 года для атлета Исайи Томаса, незадолго до того подписавшего контракт с брендом. Дебют GEL-Kayano (6 фото) состоялся в 1993-м. Концепция была проста в формулировке и сложна в исполнении: требовались кроссовки, одновременно подходящие и для бега, и для обычных тренировок (кроссфита). Десятки набросков были сделаны безрезультатно —планировалось, что пара будет ещё и эстетичной. Главную отличительную особенность подсказала природа — жвала жука-рогача вдохновили Каяно на итоговый дизайн подмётки. Технологически это не была простая пара: скошенная геометрия амортизационных элементов, добавление «геля», многослойный верх, комбинирующий разные материалы, — такой набор составных достигал поставленной цели. Следующим путевым столбом стали GEL-Kayano 5 (7 фото), которые в 1999-м закрепили принципы внешнего вида следующих вариантов. Шестая модель 2000 года (8 фото) уже включала достижения созданного брендом Institute of Sports Science (его здание — на 5 фото). С этого момента производитель применял научный подход и практики при разработке новых моделей. В рамках GEL-Kayano 7 состоялось представление дизайн-философии Impact Guidance System. Она включает 4 взаимосвязанных компонента подошвы, которые вместе обеспечивают естественное движение ноги. Но «в полную силу», со слов Каяно, разработанные институтом принципы стали работать с 2005-го.

Раньше не задумывались, но до этого октября два бренда, делающие огромную ставку на коллаборации — Brain Dead и Dr. Martens — ещё не сотрудничали. Дебютная коллаборация с применением анималистичных принтов и лакированной кожи создана на основе свежего силуэта Wayborne. Обычно новинки «классических» брендов получаются спорными примерно в 80% случаев, но этот околохайкинговый силуэт определённо приятный. Как и «зашумлённая» картинка, на которой обувь почти сливается с фоном.

Если вам кажется, что фэшн-коллаборации - это феномен нашего времени, и начался он с LV x Supreme, спешу вас разочаровать. В начале 1970-х году ювелирный дом Cartier объединился с американским производителем готовой одежды довольно среднего уровня Botany 500. Дело в том, что тот находился на грани банкротства и права на марку перешли компании Cohen and Sons, которая решила репозиционировать бренд в люксовой нише за счет сотрудничества с парижскими ювелирами. Так родилась линия одежды Cartier Collection. Ее отличали более дорогие ткани, качественная обработка деталей и европейский, на взгляд американцев, крой - с явно более узкими лацканами. Но главной деталью была брендированная Cartier подкладка. Сотрудничество компаний продлилось несколько лет.

Для презентации коллекции SS08 «Readings» Hussein Chalayan не стали устраивать показ, ограничившись роликом, снятым совместно с Ником Найтом. Последние кадры видео запечатлели моделей в платьях с лазерными излучателями. Эти изделия, созданные для Swarowski, также включали кристаллы, которые рассеивали красные лучи. Основная идея простая: Чалаян провёл параллель между культом Солнцу и современным для той (и нашей) эпохи поклонения знаменитостям. Двигающиеся лазеры, интегрированные инженером и художником по свету Морицем Вальдемейером, должны были передать сакральность и недоступность звёзд для обывателей.

Прошло беззаботное время, когда редакция бегала в мороз по улице без шапки, перчаток и шарфа (зато с огнём в глазах). Сегодня собрали в Studio Slow 7 аксессуаров для утепления самой уязвимой к стуже части тела — шеи. 🧊В меру строгие однотонные варианты представляют: Xenia Telunts из 100% шерсти и Undercover с эффектом состаренности. ☃️Следом идут акцентные варианты в холодных оттенках: Martine Rose в спортивной эстетике и флисовый OAMC Peacemaker с абстрактным принтом. ❄️Самые выразительные опции оставили напоследок: утеплённая «подушечка» с Pertex-оболочкой от thisisneverthat, мохеровый king size вариант Bonsai и боярский экземпляр MM6 из искусственного меха.

Эта съёмка из журнала SO-EN за январь 2003-го даёт редкую возможность взглянуть на вещи из линии Junya Watanabe COMME des GARÇONS Man Pink (бирка и правда была розовой). В её рамках дизайнер переделывал пропорции традиционно мужских предметов, адаптируя их под женскую фигуру. Её запустили в 2002-м, но это десятилетие инициатива не пережила, закрывшись примерно в 2005-м.