Please

Для тех, кто не ознакомился с интервью, дам краткую сводку некоторых ответов (которые за Рей давал ее муж Эдриан) на подумать:

Она ничего не коллекционирует. Для неё вещи — это обуза. Она не слушает никакую музыку. Ей мало кто интересен. Она не мечтает.

Помню, когда читал это впервые, удивлялся такой ярко выраженной незаинтересованностью. И у Рей ВСЕ интервью такие, периодически она даже осаживает спрашивающего. Но, знаете, в чем прикол? Чуть ли не единственное интервью за много лет, которое Рей дала с удовольствием — было дано Бйорк в 2019))

KAWAKUBO: I want to thank you Björk for your amazing deeply thought questions. warmest regards.

Фантастика

Jean Paul Gaultier FW 1986 Russian Constructivist Коллекция вдохновлена советским авангардом, в частности работами Александра Родченко, Любови Поповой и Казимира Малевича. По легенде, Готье показали журнал с работами советских художников-конструктивистов — с этого все и началось. Коллекция давно стала легендарной. Кстати, именно на этом шоу по подиуму прошелся Мартин Маржела в качестве модели.

Иногда нам сложно определить своё отношение к предметам с неконвенциональным дизайном. Но бывают случаи, когда всё кристалльно ясно с первого мгновения: это не должно было появиться на свет. Гибрид лоферов и GAT (1796SL German Military Trainer) от Reproduction of Found — как раз второй случай.

В очень красивом видео Кристиана Бортслапа Louis Vuitton I для Nowness можно заметить маленькую деталь, выведенную на обложку. Надпись «Marque L. Vuitton déposée» на узоре Damier, представленном в 1888 году, означает «Зарегистрированная торговая марка Л. Виттона». Сейчас в клетки помещают название в таком формате: Louis Vuitton Paris. Однако Фаррелл, например, время от времени использует старую надпись как отсылку к наследию Дома. Анимированный ролик, вышедший в 2012-м, был приурочен к выставке Louis Vuitton Marc Jacobs в парижском Музее декоративного искусства. Сопровождающая визуальный ряд музыка просто потрясающая — уделите 2 минуты рабочего времени и насладитесь ей.

Сколько раз вы слышали тезис «одежда — инструмент самовыражения»? Уверены, не меньше тысячи. А просто «одежда — инструмент»? Что-то нам подсказывает, гораздо реже. Основатель meanswhile Наохиро Фудзитаки как раз активно использует второе утверждение при разработке коллекций. Его явно функциональные предметы кажутся нам одними из самых нарядных в технологичном сегменте. На фото вы видите свежую коллекцию AW26, и разнообразие поз для лукбука мгновенно захватило наше внимание. Как мало, на самом деле, для этого нужно… Кстати, увидели в NUW отличный пакет (буквально) из Dyneema — уверены, чрезвычайно полезная в хозяйстве вещь.

Как говорится, храбрым судьба помогает, но свою лепту внесём и мы. Sillage, проект о heritage, делает печатный журнал про винтажный стиль, статьи для которого пишут весьма уважаемые авторы. Один из материалов второго номера, который готовится к выпуску, — путеводитель по субкультурам ХХ века. Для этого поста мы попросили редакцию рассказать об одних из таких героев, наиболее активных в 1960-х — английских модах. В журнале можно будет найти дайджест других заметных стилей ХХ века: гризерах, айви и амекадзи. Кроме того, внутри можно найти истории о дениме, шерсти, советы по подбору винтажа от Александра Рымкевича и рассуждение Андрея Покатаева о том, как одеваются современные мужчины. Познакомиться с журналом ближе и оформить предзаказ можно по кликабельной ссылке. В своё время мы тоже выпустили 2 печатных номера, так что пожелаем коллегам, чтобы их было по меньшей мере 22.

Слегка нарушая расписание, делимся переводом большого интервью Рей Кавакубо из второго номера журнала System (2013 год). В нём интересно не столько содержание, сколько манера Рей отвечать на вопросы. Причина этого кроется в её мировоззрении: отношении к идеям, физическим предметам, своему времени, компании и универсальным понятиям вроде мечты. Прочитав его, вы лишний раз увидите, что великие люди и профессионалы могут быть неудобны не только другим, но в первую очередь — самим себе. https://telegra.ph/Perevod-intervyu-Rej-Kavakubo-v-System-2-Pravila-u-menya-v-golove--chast-1-07-27 https://telegra.ph/Perevod-intervyu-Rej-Kavakubo-v-System-2-Pravila-u-menya-v-golove--chast-2-07-27

Не знаю почему, но лента именно сегодня  подсунула мне воспоминание о том как в 1994 Кензо «одел» парижский Pont Neuf в цветы. 32.000 красных, белых и розовых бегоний и 40.000 метров плюща. Это был его подарок Парижу к первому дню астрономического лета 21 июня. Красота невероятная, полная противоположность гениальной «обертке» этого же моста  Христо. 

Судя по всему, коллаборация Y-3 и Number (N)ine и правда прошла ниже радаров большинства коллег. После восстановления основателя бренда Такахиро Мияшиты в качестве владельца и креативного директора NN бренды продемонстрировали очень крепкий результат сотрудничества в рамках показа Y-3 SS27 на PFW. Технологичные пиджаки, свитеры с рефлективными нитями, свободные брюки и правда получились прекрасными — бери и носи тотал-луком московской осенью. Однако обувь восхищает ещё сильнее! Замшевые Superstar с металлической ракушкой и гвоздями по подошве (4 фото) предусмотрены в двух вариантах — высоком и низком. На шнурках вы найдёте дюбре «плачущее сердце» — символ, которые появлялся в коллекциях Number (N)ine ещё в первой половине 2000-х. Самый яркий представитель и личный любимец Мияшиты — силуэт ботинок с дополнительным слоем кожи на молнии, прорезиненным квадратным мысом и задней полочкой, придерживающей нижнюю кромку брюк (1-3 фото). Доедут ли они до Москвы, хочется знать прямо сейчас…

GQ вместе с байерами магазинов отмечают постепенное возвращение ярких цветов в коллекции брендов. После первой половины 2020-х с доминированием аутдорных землистых оттенков, «тихой роскоши», «нормальной одежды» краски — например, условная красная куртка — понемногу отвоёвывают место в мужских гардеробах. Это работает не только в форматах контрастного акцента (4 фото) в образе или почти монохромного лука (7, 8 фото), но и в сложных сочетаниях (5 фото). Впрочем, не стоит считать это полным разворотом: природные тона никуда не уходят (1 ряд фото), и для повседневной носки мужчины всё ещё часто выбирают серые, оливковые, коричневые, бежевые и подобные варианты. Но позитивная динамика вполне заметна. Как приобщиться к этой достойной инициативе плавно и без финансовых потерь? Мы уже упомянули: начать можно с одной акцентной вещи (куртки или рубашки), которую можно снять или расстугнуть в любой момент. Альтернатива — яркий аксессуар или головной убор. Главное — эстетические достоинства самого предмета, которые яркий оттенок будет лишь дополнять.

По мере пополнения нашей книжной коллекции пунктов в вишлист добавляется всё меньше. По крайней мере, доступных в России. После заказа в одном британском книжном магазине в феврале 2022 года, который принял оплату, доставлять отказался и деньги не вернул, хочется иметь всё под рукой. В свете закрытия Boris Bidjan Saberi в прошлом году посвящённая бренду книга кажется ещё более ценной. Новое издание, может, когда-то и случится, но уверенности в этом нет. А на страницах «Boris Bidjan Saberi. II» среди прочего можно найти и эссе Евгения Рабкина о роли материала в работе Биджана, и историческо-философское рассуждение профессора Болонского университета Фабриано Фаббри. Собственно, он и возглавлял команду, трудившуюся над составлением книги. Основу повествования ожидаемо составляют фотографии с показов, сопровождаемые немногочисленными, но очень наглядными референсами, которые проясняют настроение коллекций. Место нашлось даже для открывающего четверостишья из композиции «Cold As Ice» от The Foreigner. И это ещё не всё: мы не показали последнюю часть книги, в которой освещаются события, принципы работы и главные «визитные карточки» марки. Забрать томик можно у наших друзей Studio Slow.

Если в нашей статье об истории C.P. Company (первая часть, вторая часть) вам не хватило иллюстраций одежды, загляните сюда. Андрей Зернин, помогавший нам с рецензированием материала, показал бриллианты из своей внушительной коллекции вещей бренда и поделился дополнительными мыслями — например, соотношением ассортимента Stone Island и C.P. Company, историями о переходном периоде 1978-1980 годов и другими классными инсайтами (например, курткой с квадратной линзой на рукаве).

Если память нас не подводит, в фильме «Марк глазами Софии» (смотрели в день открытия Beat Film Festival) Марк Джейкобс говорил, что коллаборация со Стивеном Спроусом стала своеобразным водоразделом — либо дизайнер спустя 4 года художественного руководства самостоятельно определяет, в какую сторону идёт Дом, либо следует заданным правилам и решениям других. С его же собственных слов, в первые сезоны он слушал всех подряд. В любом случае, это сотрудничество дало старт новому этапу в истории как Louis Vuitton, так и люкса в целом. Руководство LVMH, разумеется, поначалу отвергало идею, «оскверняющую» монограмму, свящённый символ исторической марки. По утверждениям Джейкобса, чуть ли не единственный прямой творческий запрет касался именно этого пункта. Для работы над аксессуарами из сезона SS01 Марк пригласил кумира своей молодости, работы которого увидел ещё в 1984-м. В том же году Спроус получил награду CFDA как лучший молодой дизайнер — одной лишь художественной практикой он не ограничивался. Правда, его бренд обанкротился уже в следующем году, хотя коллекции выходить не перестали. К миллениуму популярность Спроуса спала. Однако как фигура, определившая облик американской богемы 1980-х и персональный герой Джейкобса, он был критически важен. Показ открыли 4 носильщика с классическим багажом LV, поверхности которого исписали именем бренда в насыщенных оттенках. Кроме того, некоторые модели носили перчатки с подобными надписями: так бренд отсылал к привычке Спроуса записывать что-то на руках и теле. Разработал художник и более конвенциональную графику для одежды — розы, которые можно увидеть на 3 и 5 фото. Джейкобс объяснял успех — а это был именно он — так:

Это было одновременно и неуважительно, и уважительно, и я думаю, именно потому это и сработало.

За аксессуарами выстроились очереди, и этот показатель позволил организовать новые сотрудничества — следующим на очереди был Такаси Мураками. Кроме того, мы уже рассказывали о партнёрстве с Ричардом Принсом и о любви Джейкобса к современному искусству. После преждевременной смерти Спроуса в 2004 году от рака лёгких, Джейкобс перевыпустил аксессуары из коллаборации в 2009-м.

Внезапный факт дня: пожалуй, самые узнаваемые силуэты Guidi, серия сапог PL, основывались на эстетике ботинок для водолазного костюма из начала XX века. На 2 фото модель PL2 из SS13 и её современная версия в красном цвете. На сайте производителя и колодках (5 фото) эти буквы расшифровываются как palombaro, то есть «водолаз» по-итальянски. В старых специализированных костюмах один ботинок весил 7-9 кг и имел тяжёлую металлическую подошву, чтобы компенсировать плавучесть человека и позволить ему стабильно ходить по дну в вертикальном положении. Для недавнего проекта бренд подобрал симпатичные ботинки (3 фото), но для нас сходства кажутся весьма условными. В общем, неочевидно, но очень любопытно.

Мужская коллекция COMME des GARÇONS Homme Plus AW18 шла в похожем фарватере: озаглавленная «The Power of Ceremony», она открывалась несколькими чёрными образами, а глаза моделей были скрыты капюшонами или головными уборами. Общее настроение потусторонности дополнялось косым кроем предметов, историзмами, структурой вещей как разрезанных, а затем вновь собранных. Викторианские образы соседствуют с армейской маской для экстремального холода, псевдотатуировками авторства художника Джозефа Ари Алоя и редкими анималистичными принтами. Если женский сезон без всяких скидок рассуждает о смерти и одиночестве, его мужской аналог скорее выглядит как соприкосновение мира живых с миром мёртвых. А может, и как путешествие по дороге времени в один конец, на которой церемонии (и встреченные люди) неизбежно приближают нас к финальному пункту назначения, возврата из которого нет.

При просмотре показа AW18 от COMME des GARÇONS возникло ощущение, что мы наблюдаем загробный мир со сломанной логистикой. Хотя коллекция — одно из четырёх сложных концептуальных высказываний Кавакубо второй половины 2010-х, тема посмертия считывается весьма явно: белила на лицах моделей, скрытых чёрной вуалью, напряжённый минорный аккомпанемент и способ того, как модели двигаются по подиуму. На последнем сконцентрируемся отдельно: в узком проходе предыдущие манекенщицы встречаются с последующими, выдерживают секундную паузу и начинают двигаться приставным шагом, не отводя глаз друг от друга. Они представляются блуждающими душами, которые по какой-то ужасной ошибке не отправились по месту назначения (чёрные — в ад, белые — в рай, а золотые… пусть это будут святые — из 18 образов их всего 2). Кроме того, в голове возникают и фольклорные образы Дамы в белом, представляющей собой призрака женщины, убитой или преданной любимым, и Дамы в чёрном. Это тоже призрак женщины в траурном одеянии, который является к мужчинам, совершившим предательство — в общем, она символизирует возмездие. Тёмные образы впечатлили нас гораздо сильнее, так что добавили в галерею их все, а остальные цвета представили одним примером на каждый.

К бренду Satoshi Nakamoto не испытываем никакого пиетета — нам он напоминает кривую попытку привлечь много внимания к весьма посредственному продукту. Начинается это с названия (псевдонима разработчика или группы разработчиков-создателей биткоина) и заканчивая философией: заявлено, что марка исследует влияние цифровой эпохи на гардероб, но это нам никак не явлено. По сути, это калька-винегрет с заслуженных японцев, выстроивших эстетику вокруг панка, гранжа, DIY: Doublet, Undercover, Kidill и иже с ними. Однако за кожаную куртку из SS27 с нашитыми 3D-масками из магазина приколов хвалим. Находка идейно удачная, визуально органичная, а вспомнить или нагуглить что-то подобное нам пока не удалось. Да и в очередной виток нашей одержимости хоррорами момент презентации этой вещи попадает.

Получив приглашение на проект «Искусство на волне 1980-х» в Музее «Гараж», Артур рассчитывал увидеть доминирование близких нам и сегодня поп-культурных эпизодов и образов. Но нет — центральное место новой экспозиции заняло концептуальное искусство, выдернувшее нашего автора из убаюкивающей повседневности. Его дополняют детали сценографии фильма «Асса», который в свою очередь отражает жизнь тотальных художников 1980-х. По диагонали от неопримитивистских работ Николы Овчинникова (1 фото) стоит ироничный «Эдипов комплекс» нашего любимого Константина Звездочётова (3 фото). В «географическом» центре второго этажа музея можно наблюдать размышления о природе картины от одного из самых заметных перестроечных художников Андрея Ройтера. За стеной от основной части экспозиции расположился зал, посвященный стихийному «Ноль объекту» Тимура Новикова и Ивана Сотникова. Он стал своеобразной интервенцией в первую выставку альтернативного Товарищества экспериментального изобразительного искусства (Новиков не был заявлен как её участник, а сама работа стала импровизацией). По бокам от неё — ранний советский видеоарт, во многом напоминающий о Нам Джун Пайке, и «приземляющие» художественный пафос инсталляции Петра Белого (6 фото) и Группы ТОТАРТ (4 фото). Как только зайдёте в здание Музея, вас встретит инсталляция Татьяны Назаренко «Переход» с фольклорными и просто известными общественными типажами. Зависнуть у неё можно минимум минут на 10. Её не показываем — предлагаем оценить сразу все образы на собственном опыте.

В 2003 году Раф Симонс показал коллекцию «Closer». Для этого он заполучил полный доступ к архиву дизайнера Питера Сэвилла, автора культовых обложек для Joy Division, New Order и других групп лейбла Factory Records. В коллекции появились парки, худи, свитеры и бомберы с оригинальной графикой альбомов Unknown Pleasures, Power, Corruption & Lies, Technique и Dazzle Ships. Многие вещи были напечатаны с использованием исходных файлов из архива Сэвилла. Для начала 2000-х это было редкостью: музыкальная графика редко использовалась в моде в таком объеме.

С так называемыми «летними» ароматами у нас отношения непростые: несмотря на кажущуюся легкость, часто они ощущаются какими-то удушливыми и незавершёнными. Любимые с 2019 года ароматы Артура создаёт конкретный человек — Филиппо Сорчинелли (на 4 фото — флаконы из личной коллекции). Последнее, что нам удалось послушать из его творений, нашлось в Studio Slow: Plein Jeu III-V из «музыкальной» коллекции Extrait de Musique. Хотя ароматы линейки и обыгрывают ладан, тут его будто бы и нет. Зато есть в меру насыщенные древесные ноты, слегка «приправленные» лимоном, имбирём и чёрным перцем. Резюмируем: всё в балансе, и привычный «дымок» Сорчинелли в этом аромате отличается свежестью. «Имя» каждого из 6 ароматов коллекции представляет название органного регистра, а флакон выполнен в форме рукоятки регистров органа из Собора Парижской Богоматери. Сам Сорчинелли стал органистом в соборах Фано, Римини, Сан-Бенедетто-дель-Тронто в 13 лет, закончил консерваторию Джоаккино Россини в Пезаро и получил статус эксперта церковной музыки в Ватикане — в общем, в предмете крепко разбирается. Наш герой — настоящий человек эпохи Возрождения: он работает как фотограф, художник, разрабатывает и шьёт литургические одеяния для двух римских пап (Бенедикта XVI и Франциска) и кардиналов. Этому он учился в Музее ткани в Прато.