Радиорубка Лихачёва

Ведущие ИИ-лабы естественным образом пришли к формату общей «выставки» для своих главных запусков Anthropic, OpenAI, SpaceXAI и компания Цукерберга почти одновременно выкатили новые модели. Как будто съехались на конференцию, только виртуально. С 7 по 10 июля в индустрии случилось редкое (но в последнее время не такое уж): почти все крупные лаборатории одна за другой обновили свои флагманы. Если сложить хронологию по часам, становится похоже на расписание на выставке типа CES: тут у нас один лонч, завтра другой, и по итогу мероприятия есть явные лидеры, их понятно как сравнивать между собой, а кто не пришёл — аутсайдер. Anthropic: Fable — то есть, то снова нет Fable 5 и Mythos 5 вышли 9 июня и должны были быть доступны по подписке (причём любой, даже самой дешёвой) уж две недели. Уже 12 июня власти США приостановили к ним доступ — но ограничения сняли 30 июня, и с 1 июля Fable вернули всем пользователям Claude (правда, в ещё более урезанном формате для пущей «безопасности»). Доступ по подписке оставили в пределах 50% недельного лимита до 7 июля. Из-за возмущения пользователей (вместо двух недель осталось 9 дней) срок продлили до 12 июля. Правда, к этому моменту многие уже потратили все свои недельные лимиты на Fable. И как будто бы снова отвечая чисто на пользовательский запрос, 9 июля Anthropic сбросила недельные лимиты всем пользователям — по совпадению, в день релиза семейства GPT-5.6 от OpenAI. OpenAI: земля, луна и солнце 9 июля в GA вышло целое семейство GPT-5.6: Sol (флагман), Terra (средний) и Luna (бюджетный). Превью было 26 июня, но с ограниченным доступом — по просьбе американских властей, из-за изучения опасных возможностей модели. OpenAI прямо сравнивает себя с Anthropic: по их бенчмарку Sol набирает 80 баллов — на 2,8 выше, чем у Fable 5 — работая при этом вдвое быстрее и на треть дешевле по токенам. Terra, по их словам, чуть впереди Fable 5, а Luna обходит Opus 4.8. Цены: Sol — 5$/30$ за миллион токенов, Terra — 2,5$/15$, Luna — 1$/6$. Отдельно 8 июля вышел GPT Live — новый голосовой режим на full-duplex архитектуре: модель слушает и говорит одновременно, вставляет «угу» и может выдержать паузу, пока ты думаешь, вместо того чтобы перебивать. SpaceXAI: дёшево, но не первый xAI с февраля официально слился со SpaceX в SpaceXAI, а сам SpaceX тем временем провёл IPO. И вот 8 июля вышел Grok 4.5 — первый публичный релиз после слияния, натренированный частично на данных Cursor (компанию SpaceX как раз покупает за $60 млрд). Маск назвал модель «Opus-класса», уточнив позже, что имел в виду конкретно Opus 4.7 — поколение, уже смененное Opus 4.8. По собственным бенчмаркам SpaceXAI Grok 4.5 действительно опережает GPT 5.5 на части тестов, но на других Opus 4.8, GPT 5.5 и тем более Fable 5 всё равно впереди — а ведь это уже не самые свежие модели. Зато по цене выгодно — 2$/6$ за миллион токенов против 5$/25$ у Opus 4.8 — и по эффективности приятно: например, Grok тратит около 16 тысяч токенов на задачу против 67 тысяч у Opus 4.8. Возвращение Цукерберга 9 июля Марк Цукерберг вернулся в X спустя три года молчания и одной короткой серией твитов о выходе Muse Spark 1.1 (модель для кодинга) собрал более 20 млн просмотров. По заявленным бенчмаркам Muse Spark 1.1 обходит Opus 4.8 и GPT 5.5 на MCP Atlas и JobBench — но опять же, сравнение идёт с Opus 4.8, а не с текущим топом Anthropic Fable 5. На Terminal-Bench 2.1 модель, кстати, проигрывает GPT-5.5 (80.0 против 83.4). Рынок отреагировал спокойно — акции слегка выросли после твита, но потом просели обратно. Но в твиттере Цукербергу респектанули: выдержал мхатовскую паузу, чтобы ворваться в дискуссию заметно и с реальными достижениями, а не как с Llama 4 в прошлом году. Выход на сцену Схема выгодная для всех: Grok и Muse сравнивают себя не с текущим лидером индустрии, а с моделями прошлого поколения — но выезжают на том, что они дешевле. А OpenAI и Anthropic (которая вообще модели не выпускала, а только продляла широкий и дешёвый доступ к Fable) удерживают лидерство в качестве, дерут за это страшные деньги и конкурируют за счёт экосистемы и бренда. Все они конкурируют за разработчиков, которые принимают решения о выборе моделей — и которые уже подустали скакать туда-сюда для постоянных тестов. Поэтому когда несколько лабораторий выпускают все релизы в одно узкое временное окно, у разработчика в голове складывается понятная картина: вот дорогой лидер, вот дешёвая альтернатива, выбирай по задаче. Если бы релизы шли вразнобой каждые две недели, эффект был бы противоположный — накапливалась усталость от переключения между провайдерами, никто бы не был явным лидером, а интереса от очередного крупного релиза было бы меньше: «Всё равно тебя сменит другая лаба через две недели». Эта бессмысленная гонка раскачала затраты на обучение и маркетинг, а реального прироста эффективности или смены парадигмы уже и не видно, как раньше. А ещё тут интерес разворот Маска в сторону Anthropic — он сказал, что раньше был не прав насчёт компании и действительно признаёт, что они сейчас лучшие, хотя ещё не так давно он издевался над Амодеи и называл компанию Mis-Anthropic. Этот разворот начался ещё в мае, когда Anthropic арендовала весь Colossus 1 SpaceX почти за $1,25 млрд в месяц до 2029 года — то есть ровно тогда, когда SpaceX готовился к IPO и нуждался в витринном AI-клиенте для проспекта. Свежий пост «Я был неправ» — это продолжение той же истории, но непонятная причинно-следственная связь: то ли Маску выгодно переобуться, то ли он начал сотрудничать и реально проникся компанией, то ли всё вместе. Ну а выставка зафиксировала: в США уже только два лидера конкурируют по продуктовым возможностям и поэтому стоят дорого, а все остальные теперь в лучшем случае конкурируют по цене, а их продукт ориентируется на конкурентов из прошлогодних поколений. И где-то тут за скобками стоят впечатляющие китайские модели вроде GLM-5.2, который сравним с Opus 4.8, а стоит в пять раз дешевле.

Ведущие ИИ-лабы естественным образом пришли к формату общей «выставки» для своих главных запусков Anthropic, OpenAI, SpaceXAI и компания Цукерберга почти одновременно выкатили новые модели. Как будто съехались на конференцию, только виртуально. С 7 по 10 июля в индустрии случилось редкое (но в последнее время не такое уж): почти все крупные лаборатории одна за другой обновили свои флагманы. Если сложить хронологию по часам, становится похоже на расписание на выставке типа CES: тут у нас один лонч, завтра другой, и по итогу мероприятия есть явные лидеры, их понятно как сравнивать между собой, а кто не пришёл — аутсайдер. Anthropic: Fable — то есть, то снова нет Fable 5 и Mythos 5 вышли 9 июня и должны были быть доступны по подписке (причём любой, даже самой дешёвой) уж две недели. Уже 12 июня власти США приостановили к ним доступ — но ограничения сняли 30 июня, и с 1 июля Fable вернули всем пользователям Claude (правда, в ещё более урезанном формате для пущей «безопасности»). Доступ по подписке оставили в пределах 50% недельного лимита до 7 июля. Из-за возмущения пользователей (вместо двух недель осталось 9 дней) срок продлили до 12 июля. Правда, к этому моменту многие уже потратили все свои недельные лимиты на Fable. И как будто бы снова отвечая чисто на пользовательский запрос, 9 июля Anthropic сбросила недельные лимиты всем пользователям — по совпадению, в день релиза семейства GPT-5.6 от OpenAI. OpenAI: земля, луна и солнце 9 июля в GA вышло целое семейство GPT-5.6: Sol (флагман), Terra (средний) и Luna (бюджетный). Превью было 26 июня, но с ограниченным доступом — по просьбе американских властей, из-за изучения опасных возможностей модели. OpenAI прямо сравнивает себя с Anthropic: по их бенчмарку Sol набирает 80 баллов — на 2,8 выше, чем у Fable 5 — работая при этом вдвое быстрее и на треть дешевле по токенам. Terra, по их словам, чуть впереди Fable 5, а Luna обходит Opus 4.8. Цены: Sol — 5$/30$ за миллион токенов, Terra — 2,5$/15$, Luna — 1$/6$. Отдельно 8 июля вышел GPT Live — новый голосовой режим на full-duplex архитектуре: модель слушает и говорит одновременно, вставляет «угу» и может выдержать паузу, пока ты думаешь, вместо того чтобы перебивать. SpaceXAI: дёшево, но не первый xAI с февраля официально слился со SpaceX в SpaceXAI, а сам SpaceX тем временем провёл IPO. И вот 8 июля вышел Grok 4.5 — первый публичный релиз после слияния, натренированный частично на данных Cursor (компанию SpaceX как раз покупает за $60 млрд). Маск назвал модель «Opus-класса», уточнив позже, что имел в виду конкретно Opus 4.7 — поколение, уже смененное Opus 4.8. По собственным бенчмаркам SpaceXAI Grok 4.5 действительно опережает GPT 5.5 на части тестов, но на других Opus 4.8, GPT 5.5 и тем более Fable 5 всё равно впереди — а ведь это уже не самые свежие модели. Зато по цене выгодно — 2$/6$ за миллион токенов против 5$/25$ у Opus 4.8 — и по эффективности приятно: например, Grok тратит около 16 тысяч токенов на задачу против 67 тысяч у Opus 4.8. Возвращение Цукерберга 9 июля Марк Цукерберг вернулся в X спустя три года молчания и одной короткой серией твитов о выходе Muse Spark 1.1 (модель для кодинга) собрал более 20 млн просмотров. По заявленным бенчмаркам Muse Spark 1.1 обходит Opus 4.8 и GPT 5.5 на MCP Atlas и JobBench — но опять же, сравнение идёт с Opus 4.8, а не с текущим топом Anthropic Fable 5. На Terminal-Bench 2.1 модель, кстати, проигрывает GPT-5.5 (80.0 против 83.4). Рынок отреагировал спокойно — акции слегка выросли после твита, но потом просели обратно. Но в твиттере Цукербергу респектанули: выдержал мхатовскую паузу, чтобы ворваться в дискуссию заметно и с реальными достижениями, а не как с Llama 4 в прошлом году. Выход на сцену Схема выгодная для всех: Grok и Muse сравнивают себя не с текущим лидером индустрии, а с моделями прошлого поколения — но выезжают на том, что они дешевле. А OpenAI и Anthropic (которая вообще модели не выпускала, а только продляла широкий и дешёвый доступ к Fable) удерживают лидерство в качестве, дерут за это страшные деньги и конкурируют за счёт экосистемы и бренда. Все они к

Sony прекращает выпуск игр на дисках с 2028 года — и попутно хоронит вторичный рынок PlayStation В 2013-м Sony издевалась над Microsoft, саркастично показывая, как легко делиться играми на PS4: просто дай другу диск. Теперь давать будет нечего. Sony только что объявила: с января 2028 года дисков для новых игр на PlayStation больше не будет — ни для своих тайтлов, ни для сторонних. Останется цифра: PlayStation Store и «коробка с кодом» в магазине, как уже сделали с GTA 6. Всё, что успело выйти на диске до 2028-го, никуда не денется. Перестанут штамповать только новое. Про тот самый ролик. На E3 2013 Microsoft показала для Xbox One драконовский DRM: обязательный онлайн-чек-ин раз в сутки плюс жёсткие ограничения на б/у игры. Sony ответила 21-секундным «инструктажем»: бывший глава PlayStation Studios молча протягивает коллеге диск — вот, собственно, и вся передача игры на PS4. Зал ревел. А через неделю Microsoft свернула свои планы по DRM. Тринадцать лет спустя Sony делает то же самое, за что тогда затроллила конкурента, только злее. Xbox One хотя бы оставлял диск. Тут диска не будет вообще: коробку с кодом активации другу дать можно, но код одноразовый — отдал и всё, второй раз не поделишься. Код активации нельзя перепродать, а диск можно было: доиграл — продал, а на эти деньги тоже взял что-то другое подешевле с рук. Право перепродажи работает, когда ты владеешь физической вещью; на скачанную лицензию оно не распространяется. Значит, вторичный рынок PlayStation-игр — тот, на котором держатся сотни игровых магазинов и сервисы объявлений — просто исчезает. А вместе с ним всем придётся покупать игры по высоким ценам. Буквально неделю назад Sony красноречиво напомнила, как цифровые покупки могут выйти пользователям боком. Компания удалила у европейцев 551 оплаченный фильм StudioCanal — например, Terminator 2 и «Апокалипсис сегодня» — без возврата денег, потому что кончилась лицензия. По пользовательскому соглашению всё честно: «купить» там не значит «получить в собственность». А ещё прям сегодня Sony анонсировала, что с августа начнёт отключать поддержку PlayStation Store на PS3 и PS Vita — полностью во всём мире он перестанет работать на этих консолях в июле 2027 года. Справедливости ради, сама остановка штамповки дисков — это скучная экономика, а не злодейство. Привод дорогой, поставщиков оптики почти не осталось, версия PS5 без дисковода существует с 2020 года, а сам диск давно превратился в установщик, который всё равно потом скачивает патч первого дня. Тренд был осознанный давно. Но тут за один присест Sony убирает три вещи, которые делали покупку игры покупкой: сам физический диск, возможность одолжить другу и возможность перепродать. Взамен — одноразовый код и лицензия, которую, как показал случай со StudioCanal, могут в любой момент отозвать. Даже офлайновая одиночная игра на диске твоя ровно до того момента, пока жив привод и работает совместимость с операционкой (она ведь постоянно обновляется). Но есть DRM, отзыв лицензий и вторичный рынок. И в 2013-м на правильной стороне этого спора стояла сама Sony. Так что фильмы, треки, игры мы если и «покупаем», то уже давно не насовсем. Это растянутый на годы поход в кинотеатр: смотри, пока крутится лента — а потом доедай попкорн и проваливай.

Народная карта бензина собрала почти 2 млн посетителей за три дня. Её навайбкодил один человек Бэкенд кое-как держит нагрузку, но от нормальной монетизации автор отказывается из принципа — пока есть только донаты. На фоне топливного кризиса появился ГдеБЕНЗ: народная карта, на которой водители сами в реальном времени отмечают, где топливо есть, где очередь, где машин мало и куда ехать уже бессмысленно. Логика простая до примитива: любой публичной заправке можно выдать эти четыре статуса, никакой регистрации нет, как и отдельного приложения, карта работает прямо в браузере. Один водитель отметил, что бензин появился, второй подтвердил, третий уточнил марку и очередь — и десятки людей рядом уже понимают, где стоит пытаться заправиться, а где нет. За первые дни ГдеБЕНЗ собрал больше 100 тысяч отметок, 2 тысячи добавленных вручную заправок и 80 тысяч установок карты на главный экран. Я поговорил с его автором Евгением Чудовым: судя по присланным скринам из Яндекс.Метрики, у проекта за трое суток — 1,8 млн уникальных посетителей, 3,5 млн визитов и 13,2 млн просмотров. Для сравнения: за первые двое суток было 812 тысяч уникальных пользователей. То есть сегодня у сервиса плюс миллион аудитории. Чудов — маркетолог и предприниматель, основатель биржи рекламы Marketly в каналах MAX. Он ведёт сетку каналов на 2 млн+ подписчиков, сделал популярного бота автопостинга «Отложка» (им пользуются 30 тысяч+ каналов). Думаю, можно сказать, что он запускался не с нуля — у него уже были готовая дистрибуция, как и привычка строить инструменты самому под себя. ГдеБЕНЗ, по его словам, он придумал в самолёте, по приземлении накидал план — и к вечеру всё работало. Сервис собран с помощью Claude. На вопрос про разработку Чудов ответил лаконично: «Токенов не счесть» — за эти дни он спалил почти два недельных лимита тарифа Claude Max (который даёт x20 к обычным лимитам). Конечно, ГдеБЕНЗ работает не идеально. Первые сутки автор прыгал с сервера на сервер, наращивая мощность по чуть-чуть, чтобы сайт работал — потом увеличил ресурсы кратно, но лаги и недогруз карты у части пользователей остаются. Инфраструктура к такому наплыву готова не была, и это нормально для сервиса, которому всего несколько дней от роду. Монетизировать ГдеБЕНЗ Чудов хочет, но «исключительно полезной рекламой»: говорит, скамеры и чёрная реклама уже набежали, и «лучше уйду в минус, чем буду толкать людям грязь». Пока — только добровольные чаевые на сервера. Самым диким событием за эти дни он назвал то, что криптаны на хайпе уже успели выпустить монету «ГдеБЕНЗ», а он к этому не имел отношения — пришлось публично открещиваться. Отдельная примета — каналы ГдеБЕНЗ в MAX и Telegram уже насчитывают десятки тысяч подписчиков. В MAX их больше, чем в Telegram, что косвенно говорит о реальной популярности в регионах, а не только в столично-питерском пузыре. На вопрос, сколько процентов заправок сейчас сталкиваются с нехваткой, Чудов отвечать отказался — по его словам, его и так подозревают, что проект «чей-то» и сделан не из благих побуждений. В одном из постов от ГдеБЕНЗ подробно развенчивалась конспирология, что проект — это OSINT для поиска объектов для нанесения ударов. Ну и из топливных компаний и регуляторов с ним пока никто не связывался; говорит, был бы рад, если бы написали те же Яндекс Заправки. Нечасто случается, что вот прям резко и массово оказываются нужны такие узкоспециализированные коммуникационные сервисы — а когда такая потребность возникает, с инструментами типа Claude Code одинокий вайбкодер закрывает её быстрее, чем любая корпорация. И дело не только в скорости разработки (хотя в большой компании ты такое за три дня не выкатишь), но и в рисках того, чтобы показывать дефицит в реальном времени — сегодня это может быть социально радиоактивно. Бензин из воздуха ГдеБЕНЗ, конечно, не создаёт. Но честно отвечает на единственный вопрос, который сейчас волнует полстраны: ехать или не стоит.

СМИ все равно власть, даже в эпоху ИИ Испанцы из Good Rebels разобрали 40 000 ответов ChatGPT, Gemini и Perplexity с целью понять откуда нейросети берут мнение о бренде. Выяснили что редакционный контент "традиционных" СМИ становится дифференцирующим фактором для повышения узнаваемости бренда в таких моделях, как ChatGPT, Gemini или Perplexity, Упоминания в медиа поднимают присутствие бренда в ответах модели в 1,78 раза для банков и в 1,64 для страховых. Редакционный контент отличает заметный бренд от невидимого. Раньше мы оптимизировали выдачу под Яндекс и Google. Сейчас очевидно пора оптимизировать ответы под ChatGPT. Но есть проблема, канал непрозрачный, ни охватов, ни кликов, ни дашборда, виден только итог. Анализ также показывает, что не существует универсальной стратегии оптимизации присутствия бренда в сфере искусственного интеллекта. Perplexity в значительной степени основывает свои ответы на корпоративных веб-сайтах и ​​сайтах с отзывами, которые присутствуют более чем в 78% проанализированных случаев. Gemini более избирательно подходит к редакционным источникам, а ChatGPT практически не ссылается на URL-адреса напрямую, хотя и включает ссылки на СМИ почти в четверти своих ответов.

действительно уникально вышло

Умер Ом Малик — пионер техноблогинга и первый, кто написал про Твиттер Основателю GigaOm и партнёру True Ventures было всего 59. Подвело сердце. 24 июня в Стэнфордской больнице умер Ом Малик — одна из основополагающих фигур техноблогинга. Семья написала о «долгом пути с проблемами сердца»: первый инфаркт он перенёс ещё в 41 год, потом жил с диабетом второго типа. До круглой даты он не дожил пары месяцев. Широкой публике имя Малика мало что говорит, но для отрасли это фигура знаковая. Родился в Дели, выучился на химика, ушёл в журналистику — Лондон, Нью-Йорк, затем Кремниевая долина и первый состав редакции сайта Forbes, Red Herring, Business 2.0. В 2001 году он запустил GigaOm — один из определяющих техноблогов эпохи: сотни тысяч читателей в месяц, верхушка рейтингов Technorati. По сути Малик был из тех, кто придумал технологическое медиа как самостоятельный бизнес, а не как рубрику в газете. Мой любимый эпизод его биографии — про скромность и про Твиттер, конечно же. В июле 2006-го, через четыре месяца после запуска Twttr, Малику рассказал о проекте Ноа Гласс, один из его ныне забытых сооснователей. Малик написал, вероятно, первый в техноблогах пост про эту новую платформу, которая в то время пыталась скрестить веб и SMS-рассылки. И ошибся почти во всём: сервис показался ему раздражающим, его бесили ночные SMS от незнакомых людей, ему не нравилась идея с сайтом, где их все можно почитать, а спасением он считал уход в закрытые «микрогруппы». Спустя годы Малик сам сослался на тот текст как на «урок смирения и напоминание, что будущее не знает никто». В этом он весь: не делать вид, что всегда прав. Это был 2013 год, Twitter выходил на IPO, все обсуждали перспективность компании как бизнеса, и Малик уже тогда предсказывал, что ничего путного из попыток выдоить деньги с проектам не получится, если идти по пути капиталистов c Уолл-стрит — слишком уж ДНК проекта отличался от всего остального.

В отсутствие явного продуктового лидера, возможно, руководству Twitter и Уолл-стрит лучше всего воспользоваться тем, что я усвоил давным-давно: вы должны позволить Твиттеру быть просто Твиттером, идеей, которая развивается и трансформируется в соответствии со временем и для тех, кому это нравится.

GigaOm закрылся в 2015, не расплатившись с кредиторами. Малик ушёл в венчур. В True Ventures он был первым фаундером, которого фонд вообще профинансировал (тем самым GigaOm), а потом сам стал там партнёром. Малик был самодостаточной машиной: редакция, платформа, носитель репутации и сеть контактов в одном человеке. Один из самых сдержанных, проницательных, точных и визионерских авторов на стыке журналистики, продукта и инвестиций. Таких очень мало, и теперь будет на одного меньше. В комментариях к некрологу вспомнили его же правило из редакции GigaOm: «Не трать время читателя». И он не тратил.

Google ловит землетрясения сетью из двух миллиардов Android-смартфонов И это не предсказание будущего, а гонка электронного сигнала с сейсмической волной. Вечером 24 июня Венесуэлу с разницей в 39 секунд тряхнуло дважды — толчки магнитудой 7,2 и 7,5, сильнейшее землетрясение в стране более чем за век. На данный момент известно о более чем 160 погибших и почти тысяче раненых, но моделирование допускает число жертв в диапазоне от тысяч до десятков тысяч. На этом фоне в Твиттере завирусился пост о том, как некоторые жители получили на телефон предупреждение за секунды до толчков. Механика за этим — Android Earthquake Alerts, и она любопытнее, чем кажется. Как телефон становится сейсмографом Акселерометр — та самая штука, что переворачивает экран, когда поворачиваешь телефон, или трекает тренировки — умеет ловить и колебания земли. Лежащий неподвижно смартфон фиксирует быструю первичную волну, шлёт на сервер Google сигнал с грубой геолокацией, а сервер сводит данные с тысяч телефонов, подтверждает землетрясение и оценивает магнитуду. Главный фокус — успеть предупредить до прихода второй медленной, но разрушительной волны. То есть система не предсказывает: телефон ловит уже начавшийся толчок, а выигрыш в секундах берётся из того, что электронный сигнал обгоняет сейсмическую волну. Поэтому тем, кто прямо над эпицентром, система не поможет — а вот в десятках километров можно получить от нескольких секунд до минуты форы. Масштаб, который мало кому по силам Цифры из исследования Google за июль 2025: 1. За четыре года работы система засекла больше 18 тысяч землетрясений, разослала 790 миллионов оповещений 2. Число людей с доступом к раннему предупреждению выросло с 250 миллионов в 2019-м до 2,5 млрд. 3. Средняя ошибка в оценке магнитуды упала вдвое. Ценность не в одном датчике, а в моментальной агрегации сигналов с гигантского парка устройств в реальном времени. Провернуть такое могут полторы компании на планете. Есть один неприятный кейс В феврале 2023-го при землетрясении в Турции магнитудой 7,8 система сработала плохо: из примерно 10 млн человек в зоне сильных толчков серьёзное оповещение TakeAction получили лишь 469. Алгоритм недооценил толчок — дал 4.5 вместо 7,8. Сначала Google уверяла журналистов, что всё «сработало хорошо», и лишь потом признала «ограничения детектирующих алгоритмов». Неприятно то, что система спотыкается именно на самых мощных и редких землетрясениях — то есть ровно там, где она нужнее всего. Поэтому сейсмологи напоминают: это дополнение к национальным системам, а не замена, и опасаются, что кто-то на неё чересчур понадеется. Спасибо большому брату за это Хоть это фактически удалённая и массовая слежка, мне это всё равно кажется одним из самых симпатичных применений примитивных данных. Геолокация грубая, слежение можно отключить в настройках, а вся польза — в обезличенной массовой агрегации, а не в том чтобы получить данные о ком-то конкретно. Google уверяет, что функция сохраняет приватных пользователей — только всё-таки поток твоих данных с акселерометра при включённой геолокации уходит к ней в облако постоянно. Но главный вопрос — не про слежку, а про надёжность и прозрачность: признавать турецкий провал два года — это было долго. Зато спасать жизни сетью из карманных сейсмографов — красиво. Осталось, чтобы технологии надёжно срабатывали тогда, когда земля реально уходит из-под ног.

Цифровой Брайтон-Бич Американцы в замешательстве, потому что первое место в их App Store заняло партизанское приложение Т-Банка. Всё потому что, когда Минцифры заставило операторов отключить пополнение счёта в App Store, многие пользователи переехали в другие регионы. Например, в США. А сегодня Т-Банк выпустил своё партизанское приложение Toastmas, которое начали качать новоиспечённые американца из России. В результате оно обогнало платформу для ставок на события Kalshi, ChatGPT, TikTok, Claude и другие популярные сервисы. 9to5Mac пришлось даже выпустить об этом статью, так как подобное произошло второй раз за месяц — в начале июня в топе появлялся «Сириус» от ВТБ.

Фильм про Сэма Альтмана досняли — а выпускать его не хочет никто Сначала отказался Amazon, вложивший в OpenAI $50 млрд. Потом Netflix и Focus. А 22 июня в игру внезапно зашёл Google. Лука Гуаданьино («Зови меня своим именем», «Претенденты») почти закончил «Artificial» — драму про пятидневное увольнение и возвращение Альтмана в 2023-м, с Эндрю Гарфилдом в роли самого Альтмана и Юрой Борисовым в роли Ильи Суцкевера. 19 июня студия Amazon MGM, которая должна была его выпускать, внезапно слилась — сообщила, что выпускать фильм не будет. Почему — понятно: в феврале компания Безоса вложила в OpenAI 50 миллиардов долларов. Официальная формулировка — фильму «будет лучше у другой студии». По данным Puck, глава Amazon MGM Майк Хопкинс посмотрел рабочую версию и решил «выдернуть шнур из розетки»: тестовые показы приняли тепло, но Альтман и Маск (его играет Айк Баринхольц) выходят там не самыми обаятельными. 21 июня от фильма отказались и Netflix, и Focus. По слухам, права разглядывают Mubi и Neon, а A24 устроила показ — но её статус в гонке неясен. Хотя у A24 с Гуаданьино уже есть история: она выпускала его «Квир». Почему вокруг всего этого столько конспирологии: — OpenAI рвётся на биржу: 8 июня компания подала заявку на IPO при оценке 852 миллиарда (Anthropic сделала то же 1 июня при оценке под триллион, туда же собирается SpaceX с xAI). — Незадолго до этого Альтман отбился от иска Маска — правда, по процедуре: присяжные сочли, что Маск подал слишком поздно, судья согласился, а по существу спор так и не разобрали. Готовое недоброжелательное кино про Альтмана ровно перед роуд-шоу — для заинтересованных в IPO так себе тайминг. — А сегодня, 22 июня Google (в связке с DeepMind) объявил об инвестиции в A24. По данным WSJ, сумма — $75 млн. Звучит грозно — пока не вспомнишь, что столько же в A24 вложили Thrive Capital в 2024 году при оценке в $3,5 миллиарда. То есть доля символическая, а оформлено всё как R&D-партнёрство «про инструменты для кино» (скорее всего, речь про Veo и генеративное видео). Фильм бьёт по Альтману. Похоронить его выгодно как раз OpenAI, а выпустить — её конкурентам. Так что A24 с гугловскими деньгами в кармане выглядит как главный кандидат на выход анти-альтмановской драмы в прокат, тем более что у A24 и без Google роман с Гуаданьино, а сам Google давно ищет плацдарм в киноиндустрии с репутацией.

Парень собрал 55 тысяч долларов за сутки на конструкторе из настоящего бетона. Но ему прилетело за ИИ-видео Идеальная иллюстрация того, как визуализация продаёт продукт, которого ещё нет — и как за это сразу прилетает. Идея проекта BYLT простая и цепляющая: конструктор, в котором дом строится по реальным строительным технологиям — но в мини-версии. Архитектурные чертежи, замес раствора из мини-пакетика цемента, стяжки, каркас стен и крыши из мини-досок, проводка, сайдинг, финишная отделка. У любого мужика старше тридцати в этом месте что-то ёкает. Автор — Итан Бак из Гонолулу — запустил кампанию 6 июня с целью 150 тысяч долларов. И 15 дней подряд Kickstarter присылал ему одно и то же письмо: «Вы получили 0 долларов поддержки». А дальше — учебный кейс по дистрибуции. 21 июня Бак выложил ролик в Твиттере и, по его словам, докинул всего $10 на рекламу. Пост улетел в стратосферу: почти 5 млн просмотров за сутки, лаконичное «Круто» от Илона Маска и одобрение других заметных людей индустрии. Сейчас проект уже собрал около 57 тысяч долларов из 150 тысяч (37%) — и это всё за один день. Но есть нюанс: ролик выше сгенерирован нейросетью. В комментариях это заметили и начали призывать проект не поддерживать — мол, обман: в описании-то заявлены не только концепт, но и прототипы, а показывают вместо них ИИ-рендер. На этом основании под постом появилась плашка Community Notes, и теперь проект со стороны выглядит фейком — хотя это никем не доказано. Бак в ответ на ядовитые комментарии про нейрослоп не нашёл ничего лучше, чем огрызнуться: «Это всего лишь демонстрация продукта, котёнок». Сама по себе претензия «ИИ-слоп, не давайте денег» неправильная. Нарисовать визуализацию того, что ещё не произведено, — нормальный и довольно умный маркетинговый ход: человек за пять секунд понимает, что ему предлагают. А тестировать спрос до того, как ты вложился в производство, — это вообще-то вся бизнес-модель Kickstarter. Проект Бака просто никто не видел, пока он не занёс десять баксов за рекламу в Твиттере. Но в критике есть и рациональное. Если ты в описании проекта пишешь, что прототипы уже готовы, то логично показать и сами прототипы, а не только рендер. И если показываешь рендер, то подпиши, что это рендер. Вот этого Бак как раз и не сделал, а вместо вменяемого объяснения сделал позу. И теперь главный риск для него — не нейросеть, а собственный тон: такой проект хейтеры могут закопать чисто из принципа.

США запретили Anthropic пускать иностранцев к Fable и Mythos. Под раздачу попали даже сотрудники самой компании Первый в истории случай, когда доступ к ИИ-модели режут по паспорту. И, судя по всему, не последний. 12 июня в 17:21 по нью-йоркскому времени Anthropic получила от правительства США директиву экспортного контроля: со ссылкой на нацбезопасность приостановить доступ к Fable 5 и Mythos 5 для любых иностранцев — хоть за пределами страны, хоть внутри неё, включая собственных сотрудников-неграждан. Отдельно отфильтровать неграждан на лету компания не может — инфраструктуры для проверки гражданства у неё нет. Поэтому, чтобы гарантированно выполнить требование, Anthropic просто вырубила обе модели для всех. Остальные модели, включая свежий Opus 4.8, работают. Пока. Отдельная ирония — что под запрет попадают и звёздные наймы. Например, Андрей Карпаты, сооснователь OpenAI и экс-глава автопилота Tesla, в мае перешедший в Anthropic в команду претрейна. Словак по рождению, канадец по паспорту — даже он теперь не может пользоваться моделями, которые сам помогает обучать. Формальная причина — якобы власти узнали о способе «взломать» защиту Fable. Anthropic посмотрела демонстрацию: это узкий, неуниверсальный джейлбрейк — по сути, модель просят прочитать конкретную кодовую базу и починить в ней уязвимости. Выдаёт он пару давно известных мелких багов, которые, по словам компании, спокойно находят и другие публичные модели — включая GPT-5.5 от OpenAI — безо всякого взлома. Тут надо понимать, что Fable и Mythos — это одна и та же модель. Разница в обвесе: на Fable навешаны жёсткие гардрейлы (особенно по киберу), чтобы её можно было отдать публике; у Mythos их нет или они мягче, поэтому она доступна лишь избранным организациям. Защита Fable настолько топорная, что юзеры жалуются на ложные срабатывания — заикнись про кибербез, и модель уходит в отказ. Anthropic называет это «недопониманием» и обещает вернуть доступ как можно скорее. Логика компании: отзывать модель, которой пользуются сотни миллионов человек, из-за одного узкого бага — абсурд, и если так судить всех, деплой фронтир-моделей встанет у всей индустрии. Но шанс на быстрый откат невелик, потому что корни глубже. США не первый год закручивают экспортный контроль на всё, что касается чипов и ИИ. Забавно, что администрация Байдена ещё в январе 2025-го пыталась ввести рамку AI Diffusion — она в том числе контролировала бы доступ к весам закрытых фронтир-моделей по странам-«тирам», — но её отменили в мае 2025-го как слишком бюрократическую. А теперь ту же «невидимую руку рынка» вернули точечно и куда в более грубом виде — жахнули точечно по крупнейшей компании. Ну и так, на всякий: если кому-то запрет на Fable для неамериканцев кажется дикостью, вы просто не пробовали купить топовые видеокарты Nvidia, будучи неамериканской компанией. Давайте пофантазируем. Если это всерьёз и надолго, доступ к фронтир-моделям будет по паспорту — и не только у Anthropic, но и у Google, OpenAI, xAI. А следом и Китай начнёт ограничивать свои топовые модели. То есть мы в шаге от мира суверенных моделей — а щас только середина 2026-го. Главный вопрос — как тут заведут KYC: есть ощущение, что одной сменой IP для получения доступа скоро уже не отделаешься. И как обычно, мера оставит с носом 99% обычных безобидных юзеров. А тех, кто реально хотел бы дистиллировать Fable/Mythos или применить их во зло, KYC не остановит — ровно как запрет на продажу оружия не мешает преступникам его доставать. P. S. По сети разошёлся скрин со словарным толкованием слова fable — «короткая поучительная история, преподающая моральный урок», то бишь басня. Учитывая, что неограниченную модель назвали Mythos (миф), а публичную, в наморднике, — Fable, нейминг вышел действительно пророческим.

На днях мне написал мой друг Арсений Ашомко — дескать, у менях выходит подкаст, хочу привлечь к нему внимание, помоги по-братски. Я ответил, что посмотрю и решу, постить это или нет. Про сам подкаст я до этого не слышал. И вот он вышел, и я его сел посмотреть. Это отлично сделанный подкаст: съёмки, звук, монтаж, оформление, описание. При этом как редактор я смотрю и думаю: так, но это же шестой выпуск уже — не то что бы он новый, верно? А за что зацепиться можно было бы — за тему сложных взаимоотношений руководителей с токсичными сотрудниками? Стал слушать и понимаю, что сложно из потока рассуждений ловко достать хлёсткую фразу тяжело. При этом сам формат ещё подразумевает, что он как бы не для всех — два руководителя рассказывают друг другу свои случаи токса сотрудников и как они с этим справлялись — и это можно правильно понять только если ты сам руководитель или хотя бы тимлид. Параллельно в чате, куда этот выпуск подкаста тоже закинул Арсений, ребята обсуждают, что и подкасты не смотрят, и вместо прослушивания просят пересказать суть нейросетью, и вообще зачем тратить своё время на то, чтобы грузить свой мозг. Но в конце концов: а как ещё продвигать начинающий подкаст, если не так? Для меня ключевое тут — это трансляция доверия. Сам формат подкаста — 2+ живых человека ведут разговор течение часа или более — не самая удобная форма на сегодняшний день для передачи информации, это факт. А вот для транслирования доверия отлично подходит: ты видишь живых людей, они говорят что-то от себя, причём продолжительное время — и по тому, как они это делают, можно сложить представление, стоит им доверять или нет. И использовать свой круг доверенных людей для старта продвижения этого контента как раз супер правильно. Постепенно, мало-помалу, алгоритмы будут подкидывать в топку новых людей, которые построят своё доверие, запомнят лица и голоса, оставят внутри сказанные слова — и доверие будет транслироваться дальше.

Напомню про розыгрыш целого ящика вина. Всё просто: 1. Подписаться на Команду Newsroom, UnderПяр и Радиорубку Лихачёва; 2. Нажать кнопку «Участвую» под постом с розыгрышем (в реплае). 3. Быть в России и 18+. Победителя определят среди участников уже 23 мая в 18:00. Осталось всего ничего.

Маск проиграл иск к Альтману и Брокману. На главный конфликт это почти не повлияет Присяжные управились за полтора часа, судья согласилась моментально — и убрала с пути IPO OpenAI один из последних камней. 18 мая девятеро присяжных в федеральном суде Окленда решили, что Маск подал свой иск к OpenAI, Сэму Альтману и Грегу Брокману слишком поздно — за пределами срока давности. Судья Ивонн Гонзалес Роджерс подтвердила вердикт в ту же минуту: «Я и так была готова прекратить дело на месте». Иск на $150 млрд и требование вернуть OpenAI статус НКО, снять Альтмана с Брокманом и размотать реструктуризацию — всё мимо. Срок давности по «нарушению благотворительного траста» — три года, по «неосновательному обогащению» — два. Иск подан в 2024-м, а присяжные сочли, что заподозрить неладное Маск мог ещё до 2021 года. По сути он годами ждал момента, когда удар по OpenAI будет максимально болезненным, — и пропустил окно возможности. Позиция у Маска и правда была, мягко говоря, натянутая: проиграл дом в карты, а через четыре года пришёл оспаривать, что дом вообще нельзя было ставить. Любопытная процессуальная деталь, на которой строится вся конспирология. Вердикт жюри был совещательным — финальное слово оставалось за судьёй. Присяжные решили в пользу OpenAI — судья тут же согласилась. Решили бы наоборот — могла бы и не согласиться. Поле для теорий богатое, но мне оно неинтересно: важнее, что Маск весь процесс выглядел плохо. Уходил от прямых ответов («на этот вопрос нельзя ответить „да“ или „нет“»), а во время финальных показаний и вовсе улетел в Китай с Трампом, хотя мог понадобиться суду. Реакция предсказуемая. Маск бомбанул: назвал Гонзалес Роджерс «ужасной судьёй-активисткой», которая «прикрылась жюри как фиговым листком» и «выдала бесплатную лицензию на грабёж благотворительных организаций, если грабить тихо несколько лет». Но этот твит он быстро снёс, оставив версию помягче. Теперь готовится к апелляции. А теперь то, что осталось за скобками: всё это происходит накануне IPO SpaceX, поглотившей xAI в феврале, метящей в июнь и в оценку около $1,75 трлн. Маск накачивает компанию ИИ-активами: взял опцион на покупку Cursor за $60 млрд (или 10 миллиардов за партнёрство, если передумает) и сдал дата-центр Colossus 1 в аренду Anthropic примерно за $5 млрд в год — да, тем самым, кого ранее Маск называл Misanthropic — после чего у Claude подросли лимиты, которые до этого резали. Тут работает принцип «враг моего врага»: первая мишень Маска — OpenAI, тоже идущая на IPO в этом году. Суд должен был стать вишенкой — добить главного конкурента перед выходом на биржу. Не вышло. Альтман не превратился в мальчика для битья, а его линия защиты против обвинений в патологическом вранье «Да, я такой, дальше сами решайте, доверять мне или нет» инвесторов, похоже, скорее успокаивает: если этот человек сделает им сотни миллиардов, методы вторичны. По дороге всплыли занятные цифры — доля Брокмана в OpenAI тянет почти на $30 млрд, Суцкевера (он там уже не работает) — на семь. И эти ребята девять лет назад с протянутой рукой просили денег у Маска. Поворотным этот процесс не стал — это не дело Microsoft начала нулевых и не Epic против Apple. OpenAI не разбирают на части, бизнес эз южуал. У Маска просто минус один инструмент из большого набора. Он не — но не остановится.

🍷 Весна!.. Пиарщик, торжествуя В завершение весны и в преддверии летнего сезона приготовили неожиданную коллаборацию от сразу трёх каналов: Команда Newsroom × UnderПяр × Радиорубка Лихачёва. Разыгрываем ящик вина, да не простой, а подборку от Димы из Newsroom! Чтобы принять участие в розыгрыше: 1/ подпишитесь на Команду Newsroom, UnderПяр и Радиорубку Лихачёва и оставайтесь в курсе всего самого важного и интересного, что происходит в сфере коммуникаций и технологий; 2/ нажмите на кнопку «Участвую» под этим постом. Также нужно быть в России и 18+. Всё, вы великолепны! Останется только немного подождать — победителя определит рандом в 18:00 23 мая. Счастливчик заберёт всё. Удачи!

Топы OpenAI и Palantir скинулись на закупку у инфлюенсеров тиктоков про злой китайский ИИ Мамы-блогеры и путешественники на голубом глазу втирают подписчикам, что американский искусственный интеллект — это вопрос национальной безопасности. И не сообщают, кто за это занёс. Маркетинговое агентство SM4 предложило блогерам снять видео за $5 тысяч. Условия: рассказать подписчикам, что Китай вот-вот обгонит США в ИИ, что это угроза рабочим местам и личным данным американцев, и что нужно срочно поддерживать «Team USA». Но гении прокололись на том, что написали с таким предложением ещё и журналистке Wired. Заказчик — Build American AI. Это НКО, аффилированная с лоббистским центром Leading the Future. Согласно январскому отчёту CNBC, в 2025 году этот центр поднял $125 млн, и к началу 2026 у него осталось $70 млн на руках. Среди доноров — президент OpenAI Грег Брокман (вместе с женой занёс $25 млн из личных средств), фонд Andreessen Horowitz (тоже $25 млн), сооснователь Palantir Джо Лонсдейл, компания Perplexity и ангел-инвестор Рон Конвей. Сами OpenAI и Palantir отбиваются: «корпоративно мы ни при чём» — что технически правда, чек выписали лично топы компаний. Закупка инфлюенсеров идёт в две фазы. Первая — позитивный лайфстайл-контент: «AI помогает мне успевать всё, давайте поддержим американскую инновацию». Вторая, по данным агентства, уже про страх: «Китай украдёт ваши данные», «Китай заберёт ваши рабочие места», «Китай угрожает вашим детям». Сценарий выдают готовый, инфлюенсеру остаётся только зачитать его. Причина запуска именно сейчас — паническая. У американских ИИ-гигантов накопились проблемы, которые надо как-то заглушить: — Движение против строительства дата-центров. По данным Data Center Watch, местные активисты в разных штатах заблокировали проектов уже на $64 млрд. В апреле штат Мэн первым в стране ввёл мораторий на крупные дата-центры до 2027 года. В Пенсильвании тоже может такое произойти в ближайшее время. Сопротивление двухпартийное: против дата-центров и реднеки, и хиппи. — На горизонте ряд мега-IPO. SpaceX (после слияния с xAI оценка $1,25 трлн) уже подала бумаги и метит на Q3 2026. OpenAI пока целится в Q4 при оценке около $1 трлн, Anthropic — на октябрь (ходят слухи о новом раунде с оценкой в $900 млрд). Любые препоны для ИИ снесут им всем десятки миллиардов капитализации. — Регуляторный бардак. Штаты пытаются принимать законы о контроле за ИИ, и индустрия отчаянно проталкивает федеральный приоритет, который их обнулит. Всё это надо как-то нейтрализовать. Но прямое лоббирование засветится в отчётах. А вот мама из Вирджинии, рассказывающая 400 тысячам подписчиков, что нужно «поддержать наших», — формально не лоббист, а гражданская активистка. Месседж этой кампании идеологически совпадает с недавним манифестом Palantir про «Технологическую республику». Главный тезис: вопрос не в том, будет ли построено ИИ-оружие, а в том, кто его построит — и если не мы, США, то противник не будет терпеливо ждать, пока мы дискутируем об этичности. Кремниевая долина «морально обязана» работать на Пентагон, мягкая сила переоценена, в общем — гонка вооружений рисуется как единственный путь, других сценариев не предусмотрено. Кампания Build American AI — это, по сути, та же идея, упакованная для тиктокеров, только без реалий гонки вооружений и применения ИИ для убийств и бомбёжек. Просто и в лоб: «Китай идёт. Поддержи наших». Самое любопытное тут не сама пропаганда — понятно, что инфлюенсеры за $5000 зачитают что угодно. Любопытно, что она нацелена на людей, которые не разбираются ни в технологиях, ни в геополитике, но создают нужный объём в обсуждении. Чтобы у любого, кто заводит разговор про опасность ИИ, права работников или экологию дата-центров, в комментах сразу появлялись мнения «А что, ты за Китай, что ли, сука?!» Дискуссии про безопасность и регуляцию на этом фоне будут выглядеть как наивная блажь людей, не понимающих масштаб угроз. А поскольку китайские модели сегодня на переднем краю опенсорса, эта кампания против Китая — ещё и выстрел в опенсорс-движение, конкуриющее с проприетарным. Удобно.

Vision Pro положили на полку. Не убили — но это первый яркий сигнал новой эпохи Apple Тёрнуса MacRumors написали, что Apple свернула разработку гарнитуры. На самом деле — подтвердили то, что Bloomberg описывал уже больше года. По данным MacRumors, обновлённый Vision Pro на чипе M5 (анонсирован в октябре 2025) продаётся плохо, всего за всё время Apple продала около 600 тысяч устройств, а главное — у устройства аномально высокий процент возвратов. Команду Vision Pro расформировали и раскидали по другим направлениям — в основном в Siri и в проект смарт-очков. Делать новую модель Apple не планирует, продукт остаётся в каталоге, но на этом всё. Звучит страшноватенько (ууу, большой провал Apple!), но Марк Гурман из Bloomberg, который поставлял большую часть новостей по этой ситуации ранее, ночью отреагировал с поправкой: Apple убила более дешёвую и лёгкую версию (которая так и не вышла), а Vision Pro «на тонком льду, пока не разберутся, что с ним делать дальше». То есть полностью проект не убит: — Дешёвую модель Vision Air забросили ещё в 2025 году; — Команду Vision Products Group разогнали тогда же — софтовую часть забрала Siri (Майк Роквелл, бывший глава Vision Pro, с марта 2025-го руководит этим направлением), спецы по железкам ушли в команду смарт-очков; — Сам Vision Pro формально жив, но новых поколений в обозримом будущем не будет. Никакого «Apple all but given up», как пишут MacRumors, тут нет. Разница важная, потому что рынок сейчас читает каждое движение Apple через призму смены власти. Но кое-что интересное тут есть. Ведь Джон Тёрнус, который 1 сентября 2026 года официально становится CEO Apple, по сообщениям Гурмана изначально был против Vision Pro как продукта. У Тёрнуса за плечами реальный VR-опыт: в 90-х он работал инженером в Virtual Research Systems, делал гарнитуры виртуальной реальности — и его скептицизм был не в том, что денег жалко, а в понимании, что технология не дотянет до массового рынка. Точно так же он был против Apple Car, на котором компания сожгла около $10 млрд (Кук давеча назвал это одной из самых больших ошибок на своём посту). Гурман описывает Тёрнуса как руководителя, который в отличие от Кука не уходит в бесконечные итерации, а принимает решения, пусть и неприятные. То, что по Vision Pro приняты жёсткие решения (закрытие Vision Air, расформирование команды, заморозка следующего поколения), это и есть стиль Тёрнуса в действии. Vision Pro — первый крупный продукт прошлой эпохи, который под этой логикой ставят на паузу. До 1 сентября ещё четыре месяца, но новая стратегия уже считывается. Стратегический переход от изолирующих гарнитур к лёгким ИИ-очкам в духе тех самых, что делает компания Цукерберга с очками Ray-Ban — направление верное, и Apple это явно понимает. Тут есть сложности: рынок умных очков ещё не сложился, категория только обкатывается, а у Apple вообще-то горит совсем другой пожар — Siri и весь AI-стек, где компания отстаёт уже не от конкурентов, а от собственных обещаний. В общем, пока что для Apple время чинить текущее поколение ИИ-сервисов, а там уже посмотрим на следующее поколение носимых устройств.

Что Маск получит от иска Цель иска — выиграть время и испортить Альтману репутацию ровно в тот момент, когда OpenAI выходит на публичный рынок. Каждый день процесса — это публичные показания Брокмана, Сатьи Наделлы, бывших членов борда (включая Шивон Зилис, мать четырёх детей самого Маска и бывшего члена борда OpenAI), Миры Мурати и самого Альтмана под присягой. Каждый день — это сотни страниц внутренних писем, сообщений и расшифровок звонков, которые в публичном поле выглядят сильно иначе, чем корпоративные пресс-релизы. Параллельно — материалы вроде статьи в New Yorker, которые цементируют имидж Альтмана как человека, которому нельзя доверять. Да и сами пользователи X разгоняют нарратив Маска про «Scam Altman». Победа по существу Маску не нужна. Ему нужно, чтобы инвесторы перед IPO OpenAI задумались, дисконт-фактор вырос, а xAI получила несколько лишних месяцев. Если случайно ещё и Альтман потеряет место — это будет приятный бонус (а идея убрать его с поста CEO перед IPO уже обсуждается). Кроме того, Маску это дело поможет в борьбе и с остальными AI-лабами, в первую очередь Anthropic и Google, против которых он тоже публично льёт помои. Маск в этом деле — поборник лжи, наживы и предательства высокой миссии ради власти и бабок. OpenAI воспринимается как что-то конъюнктурное, попсовое, для нормисов и конформистов. Маск — контркультурщик, который хоть и выглядит безумцем то с бензопилой, то с огнемётом, но к нему это не прилипает, при этом он достигает успехов в важных миссиях от селфдрайвинга и свободы слова до ракет и нейрологии. Этим процессом Маск раскачает этот свой имидж дальше, что поможет ему дифференцировать xAI от других лаб, успешнее топить конкурентов и забирать себе лучшие таланты, которым недостаточно платить высокие зарплаты — им нужна и миссия, в которую они верят. Обе стороны дела частично правы. OpenAI действительно сделала из некоммерческой организации машину по привлечению миллиардов. А Маск действительно использует законы о благотворительности как оружие против конкурента xAI, у которой все 11 со-основателей уже ушли и которая отчаянно нуждается в фронтальной зачистке нарратива. Кому верить, выбирайте сами. Но считать этот процесс как «битву за благое дело» точно не стоит.

Почему это про Альтмана лично, а не про OpenAI Параллельно с иском работает второй фронт — репутационный. 7 апреля The New Yorker опубликовал расследование Ронана Фэрроу и Эндрю Маранца на основе данных 100+ источников, среди которых бывшие коллеги, внутренние доносы Ильи Суцкевера, заметки Дарио Амодеи времён его работы в OpenAI и многое другое. Суть — New Yorker задокументировал паттерн манипуляций и недоговорок Альтмана, который, как выяснилось, и привёл к его кратковременному увольнению советом директоров в ноябре 2023 года. Сам Альтман в комментариях по этому материалу не отрицает специфики своего поведения — и это, кажется, его стратегия неуязвимости. Не отрицаешь — нечего раскапывать. Можно сказать, тот случай, когда «ежа голой жопой не напугаешь»: про Альтмана уже ходили слухи и про доведение сотрудника OpenAI самоубийство, и коктейли Молотова дважды бросали в его дом, и про Y Combinator-схемы с долями в стартапах-партнёрах, о которых он врал Конгрессу. В X тем временем Маск в режиме 24/7 нонстоп раскачивает «Scam Altman» как бренд. Альтман отвечает редко — но постом в феврале «Really excited to get Elon under oath in a few months, Christmas in April» он, кажется, всё про этот процесс понимает: показания миллиардера под присягой — это золото для медиа. Кто такая судья Гонзалес Роджерс Назначена Обамой, специализируется на спорах бигтех-компаний. В 2021 году вела дело Epic Games v. Apple: по 9 из 10 пунктов выиграла Apple, но по одному судья встала на сторону Epic и вынесла предписание разрешить сторонние методы оплаты. Когда Apple через несколько лет попыталась обойти это предписание введением 27% комиссии на внешние платежи, Гонзалес Роджерс приструнила Apple, признав действия компании неуважением к суду, и подняла дело на Девятый округ, где её решение единогласно подтвердили другие судьи. Гонзалес — судья, которая копает в факты, не боится сложнейших перетолков бигтеха и идёт до конца, если считает, что её пытаются наебать. С Маском она сразу обозначила границы: перед началом первого заседания отчитала обоих участников за постоянные посты в X на тему процесса и пригрозила запретить им доступ в интернет. Маск согласился сбавить обороты, но в первый день процесса всё равно успел опубликовать пост: «Я мог бы запустить OpenAI как for-profit. Вместо этого я запустил её, профинансировал, нанял ключевые таланты — РАДИ ОБЩЕСТВЕННОГО БЛАГА. А они украли благотворительность». Главное, что предстоит решить судье ещё до вердикта присяжных — имеет ли Маск как частный донор вообще право подавать иск о нарушении благотворительного траста. Большинство экспертов считают, что нет, потому что заниматься этим должны генпрокуроры Делавэра и Калифорнии. Если оснований не будет, дело закроют, реструктуризацию OpenAI оставят в силе, IPO пройдёт по плану. Но Маск — не дурак, и явно понимает, что шансы выиграть по существу невелики. Только это и не главный его приз.