Апология Нᴀционᴀлизмᴀ

Александр Куприн. Биографический очерк [2] // На день рождения мастера рассказа // Россия в эмигрантском творчестве. Юнкера. Возвращение на Родину. Первые годы эмиграции Куприн держит себя преимущественно правым публицистом, но вскоре возвращается к творчеству («Купол Св. Исаакия Далматского», 1928; «Елань», 1929; «Возрождение», 1929–1933). Куприн всегда любил Россию, но лишь в разлуке с ней, как и Бунин, смог подобрать слова для признания в любви. Оторванность от Родины могла бы губительно сказаться на его творчестве, столь тесно связанным с родным колоритом и достоверным эмпирическим опытом. Перед глазами Куприна была уже не его заснеженная Москва и не пейзаж дикого Полесья, перед ним непривычная картина чужой природы французского Средиземноморья. Он уже не видит здесь родных ему подневольных рабочих Молоха, балаклавских рыбаков из «Листригонов», философствующих поручиков и замордованных рядовых из «Поединка». Но прежние мотивы продолжили звучать и в его новой прозе, более просветлённой, тонкой и всепрощающей, пропитанной колоритной культурой и тягой к тихой красоте природы («Ольга Сур», 1929; «Дурной каламбур», 1929; «Блондель», «Ночь в лесу», 1931; 1933; «Светлана», 1934; «Вальдшнепы», 1934). В Куприне неистребимо жил художник, который и в бедной старости старости, неуютстве, эмигрантской безысходности находил новые краски мастерства, становившегося с годами всё более и более утончённым и совершенным. Это проявлялось в жанре малой прозе Куприна — великолепного рассказчика, ученика Л. Толстого по своей естественной интонации и А. Чехова в краткости. Куприн обращается к историческим анекдотам и преданиям, берёт готовую канву человеческой жизни и окрашивает её россыпями своего языка («Тень Наполеона», 1928; «Однорукий комендант», 1929; «Геро, Леандр и пастух», 1929; «Четверо нищих», 1929; «Царёв гость из Наровчата», 1933). Однако в сознании Куприна жила идея о крупном полотне, способном запечатлеть милую ему Россию. Так в 1933 году родились «Юнкера». Подобно своим соратникам по судьбе, которые, оказавшись на чужбине, обратились к жанру художественной автобиографии, Куприн посвящает своей юности самую значительную вещь в своём творчестве — роман «Юнкера», подведение итогов и „завещание русской молодёжи”. Сотканный из летучих воспоминаний роман воссоздаёт быт и жизнь 3-го Александровского училища, опыт взаимоотношений героя с социумом, о его „безумной” любви, но не только „домашнюю” историю представляют собой «Юнкера». Это повествование и о старой „удельной” Москве, сквозь дымку старых воспоминаний проступают знакомые и в то же время неузнаваемые силуэты Арбата, Патриарших прудов и так далее. И всё же несмотря на обилие света, музыки и празднеств это печальная книга. Вновь и вновь с „неописуемой, сладкой, горьковатой и нежной грустью” Куприн мысленно возвращается к России. „Живёшь в прекрасной стране среди умных и добрых людей, среди памятников величайшей культуре, но всё точно понарошку, точно развёртывается фильм. И вся молчаливая, тупая скорбь в том, что уже не плачешь во сне и не видишь в месте ни Знаменской площади, ни Арбата, ни Поварской, ни Москвы, ни России…”, — писал Куприн в очерке «Родина». А. Куприн воссоединится с Россией, но её новое обличие он не узнает. Советское руководство на высшем уровне обсуждало вопрос возвращения Куприна, ему было отправлено приглашение с санкции самого И. Сталина. Но лишь глубоко больным, неспособным ни на что вернулся в 1937 году на родину в Москву Куприн. Но как вернулся? Он не приехал в Москву, а его привезла туда его жена, словно вещь, так как он ничего не сознавал, где он и что он... В уже советской Москве за Куприна были написаны панегирические очерки и появились фальшивые интервью; но только нацарапанная под давлением немощной болезненной рукой подпись принадлежала подлинно ему. Против несчастного и слабого русского человека советские органы готовили уголовное дело, но довести его до конца чекисты не успели. Он умер от рака в Ленинграде в 1938 году. А. Куприн не мог жить без России. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Александр Куприн. Биографический очерк [1] // На день рождения мастера рассказа // «Казарменная школа», творчество Куприна, Смута и эмиграция. 26 августа (7 сентября) 1870 года родился Александр Иванович Куприн в городке Наровчате Пензенской губернии. В дворянском роде. Огромную роль в становлении личности Куприна оказала его мать, Любовь Андреевна, урождённая татарская княжна Куланчакова, волевая и энергичная женщина, «обладавшая сильным, непреклонным характером», в своём автобиографическом романе «Юнкера» Куприн не называет её никак иначе как „обожаемая”. Отца, умершего от холеры, когда писателю было 6 лет, он не знал. В 1874 году Александр Иванович переезжает с матерью в Москву, где начинается семнадцатилетняя полоса беспрерывного заточения во всякого рода казённых учреждениях в его жизни. Мечтательный, нежный, но вспыльчивый и упорный мальчик оказывается в Александровском малолетнем сиротском училище, обстановка в котором (надзиратели и „исковерканные” сверстники) причиняла писателю лишь страдания. В 1880 году он сдаёт экзамены во Вторую московскую военную гимназию, преобразованная через два года в кадетский корпус, а в 1888 году поступает в Третье Александровское юнкерское училище. Куприн подробно запечатлел калечащие детскую душу нравы, тупость начальства, «всеобщий культ кулака», отдававший слабого на растерзание более сильному, отчаянную тоску по семье и дому («Кадеты», 1900). Несмотря на мрачность быта в кадетском корпусе, а в последствии и в частях настоящей армии, именно там родилась стоящая, глубокая любовь будущего писателя к литературе, а также присущий автору гуманизм («Дознание», 1894; «Впотьмах», 1893; «Поединок», 1905). К осени 1894 года он получает отставку и начинает гражданскую жизнь, где самосовершенствует свой писательский талант («Киевские типы», 1896; «Миниатюры», 1897), рефлексирует над своими писательскими изъянами («По заказу», 1901) и проходит через сумбурные лихорадочные метания, смену специальностей и должностей, частые разъезды по стране. Так была рождена во многом настоящая „купринская” проза с её „метким и без излишества щедрым языком”. Так начинается творческий расцвет Куприна («Молох», 1896; «Олеся», 1898; «В цирке», 1901; «Конокрады», 1903; «Белый пудель», 1903; «Поединок», 1905). В течение первого десятилетия ХХ века Куприн достигает своего зенита. В 1909 году делит пушкинскую премию с И. Буниным. Основными темами рассуждений Куприна в его творчестве стали: обличение старых казённо-армейских порядков, гуманизм, стремление человека быть ближе к природе, миротворчество и любовь до самоотвержения и даже до самоуничтожения. Выходят в свет новые произведения, ставшие частью классики («Гамбринус», 1906; «Суламифь», 1908; «Гранатовый браслет», 1911; «Анафема», 1913; «Листригоны», 1907–1911). Куприн воодушевлённо встречает начало Великой войны в лоне патриотов, позже он разочаруется в Царском правительстве, видя все его промахи и просчёты. В годы великой русской смуты он поддерживает февральскую революцию, в А.Ф. Керенском он видит „сердце народное“ («Сердце народное», 1917 // «Свободная Россия»). В то же время он открыто вступает в спор с большевиками, коих он считает „истерическими болтунами, трибунными паяцами, честлюбивыми мизантропами…”, с этих позиций он встречает и Октябрьскую революцию. После кратковременного ареста в июле 1918 года после публикации статьи в защиту великого князя Михаила Александровича Куприн пытается выйти в легальное поле при большевиках и начать выпуск беспартийной газеты, но получает решительный отказ. В октябре 1919 года становится редактором официоза Северо-западной армии Н.Н. Юденича «Приневский край», но после поражения Белого дела под Петроградом вынужден вместе с остатками добровольцев отступать на Запад через Нарву и Ревель (Таллин) уезжает в Гельсингфорсе (Хельсинки), оттуда уезжает в Париж по личному приглашению Бунина… АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Антон Деникин о германо-советском союзе и естественном воздаянии полякам за предательство Белых // — „Историческая Немезида” „Германо-советский союз для меня, как и для многих, не был неожиданностью. В 1937 году я выпустил брошюру, описывавшую предательство Пилсудским Вооружённых сил Юга России. Осенью 1919 года Пилсудский, как известно, послал ко мне в Таганрог военную миссию для фиктивных переговоров, а в то же время, тайно от меня и от правительств Антанты, оказывавших Польше материальную помощь для борьбы против большевиков, он заключил соглашение с Лениным о перемирии... Большевики почти обнажили тогда польский фронт и перебросили крупные силы против Добровольческой армии, что послужило одной из важных причин её крушения. В брошюре своей я предостерегал поляков, что история может повториться... Что настанет некогда день, когда Гитлер использует «стратагему» Пилсудского в отношении Польши так, как Пилсудский использовал её в отношении Вооружённых сил Юга России. Историческая Немезида!..” — А.И. Деникин о Германо-советском союзе. Мировая война: Россия и Зарубежьк / А.И. Деникин. — М. : Вече, 2026. — 336 с. — 71–72 с. : ил. — (Военные мемуары) АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Русские, украинские и словацкие повстанцы после Второй Мировой войны // Участие русских добровольцев в борьбе против большевизма в Словакии и Галиции Малоизвестный факт о сотрудничестве русских антикоммунистических формирований с украинскими и словацкими повстанцами во время вылазок в Чехии, Словакии и Галиции после окончания Второй мировой войны в Европе. Так о подобных контактах в своём интервью сообщал Георгий Николаевич Чавчавадзе: „— Почему вы выбрали путь на Восток? — Потому что разговор об этом шёл ещё в дивизии. Уходить в горы к Драже Михайловичу и сидеть там. К Драже Михайловичу мы пройти не могли. Но мы знали, что партизаны, особенно словаки, будут драться. И мы всё ещё верили, что рано или поздно на Западе поймут, что Советский Союз не кончил войну. Что война для него кончится где-нибудь за океаном или в Париже, или в Лондоне. И мы понимали, что так или иначе против советской оккупации люди будут бороться. Мы хотели с ними слиться. И мы продолжали борьбу. Вот я и партизанил вместе со словаками, вместе с украинцами, до августа 1945-го. Четыре месяца. — Как сложилась Ваша судьба после войны, с момента капитуляции Германии? — Я вернулся в Германию только в августе месяце. До этого мы сражались, главным образом, с войсками НКВД, в Словакии и в Галиции. То есть в Нагорных Татрах. А когда я вернулся в Германию, то со мной в живых вернулись 6 человек. И все мы, 6 человек, попали в лагерь НТС около Касселя. В это время здесь уже формировались группы, которые ходили в Восточную Германию, оккупированную советскими войсками, где происходил демонтаж промышленных предприятий. И то, что не ржавело и оставалось лежать месяцами, паковалось в деревянные ящики и потом отправлялось в Советский Союз. Так вот, группы от НТС переходили границу, шли туда и закладывали в ящик листовки. И мне предложили этим заняться.” — Георгий Николаевич Чавчавадзе, командир 3-го эскадрона разведдивизиона 1-й дивизии ВС КОНР. О Русском Освободительном движении // Материалы по истории Русского Освободительного движения (Статьи, документы, воспоминания) / Под общ. ред. А.В. Окорокова. Т. II. М, 1998. С. 401-421. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

„Казачья «самостийность», самостоятельность казачьих областей, создание отдельного государства «Юго-Восточного союза», или совсем не подчинённого России, или входящего в федерацию государств, её образующих, как самостоятельное самоуправляемое целое, неправда ли, как всё это дико звучит? <…> Но никогда, на всём протяжении с лишком четырехсотлетнего своего существования, казаки не считали себя и не думали иначе, как неразделёнными с Россией. «Самостийными» они были для внешнего пользования. Внутри же понимали государственным умом, что без России им не жить, и никогда себя от неё не отделяли. Это не мешало им говорить: «у вас в России», «вы Русские, иногородние, а мы казаки»… «у нас на Дону»… <…> Не о самостоятельности и какой-то фантастической жизни вне России мыслят в крепких головах своих казаки, а о том, чтобы снова «явился в России Державный Венценосец, могущий умиротворить и внедрить правду и порядок на Святой Руси»…” — П.Н. Краснов. «Казачья самостийность». Берлин. Двуглавый орёл. 1922, стр. 1–9. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Ветераны РОД и других антисоветских формирований о преступном характере нацистской политики. // — „Там будут влачить степное существование уцелевшие русские, евреи и другие унтерменши.” [6] „(…) Оба особоуполномоченных излагали цели правительства Третьего рейха примерно в следующем виде: Белоруссия (они называли её Белой Рутенией) отойдёт к Восточной Пруссии; обширные области Великороссии, до линии восточнее Смоленска (может быть, включая Москву и даже ещё далее на восток), а также Украина и Кавказ будут оккупированы и колонизированы. Господствующим слоем здесь будут немцы, а русские и украинцы будут лишены возможности учиться и продвигаться, они обрекаются на участь закабаленных рабочих. (Подобные фантазии — но более скромные — высказывались безответственными политиками и во время Первой мировой войны.) Но и этот бред был превзойден утверждением, что русских на сорок миллионов больше, чем нужно, и они должны исчезнуть. «Каким образом?» — «Голодной смертью. Голод уже стоит у дверей». — «А если удастся решить проблему голода?» — «Всё равно, сорок миллионов населения — лишние». — «А по ту сторону новой границы, на востоке?» — «Там будут влачить “степное существование” уцелевшие русские, евреи и другие унтерменши. И эта “степь” не будет больше никогда опасной для Германии и Европы». Такова была, значит, программа освободителя!” • Капитан Белой армии и офицер вермахта В.К. Штрик-Штрикфельдт. Штрик-Штрикфельдт В.К. Против Сталина и Гитлера. Генерал Власов и Русское освободительное движение. 3-е изд. М.: Посев, 1993. С. 41. „(…) Немцы оказались не освободителями, а новыми угнетателями. И вот, против них, решающих судьбу «сегодняшнего дня», поднялась ненависть как в своё время против большевиков. И те и другие — враги. Но большевики далеко. Теперь морят голодом, бьют и расстреливают немцы. И раз нет третьего, значит далёкие большевики лучше.” • Ветеран РОА Ю. Терновский. ВА-МА. RH. 2/1517 [Цит. по: Фрёлих С. Б., гауптштурмфюрер СА. Материал для доклада, 8 июня 1944] „Осенью 1943 года мы, военнопленные, приехали в район Берлина (городок Люкенвальде) на курсы пропагандистов РОА. Не буду говорить о прежних наших переживаниях и настроениях: они достаточно хорошо известны. Это — ужасы голодной смерти и ненависть к немцам, обманувшим наши надежды на них, как на освободителей.” • Ветеран РОА М. Куренев. Куренев М. Как это было? // Там же. С.14 [1] • [2] • [3] • [4] • [5] • [6] АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Барон Врангель, с днём рождения! 27 августа 1878 года в Новоалександровске родился Пётр Николаевич Врангель, ветеран Русско-Японской и Первой Мировой войны, видный деятель Белого движения в годы Гражданской войны в России.

„Из двух сражавшихся в России армий, конечно, право называться Русской принадлежало той, в рядах которой сражались все, кто среди развала и смуты остались верными родному национальному знамени, кто отдал все за счастье и честь Родины. Не могла же почитаться Русской та армия, вожди которой заменили трехцветное русское знамя красным и слово Россия — словом Интернационал…”

Пётр Николаевич — русский националист и последовательный противник большевизма, в будущем русском национальном государстве Барону должен быть передан статус национального героя России и русского народа. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Убью сменовеха

О тряске «Сменовеховских записок» // Ответ нашим обвинителям. [2 часть] Автор характеризует «точку зрения» Власова и его адептов как «чужую, русофобскую», которая «предполагает уничтожение своего суверенитета». Ответим и на это: Власов выступал за независимость России, что мы можем ясно видеть на примере его программных документов, речей, воспоминаний о нём и действиях, исторических фактах, это обстоятельство также определило его отношения с германским руководством как враждебные, что выливалось в активные репрессии против русского освободительного движения и саботаж из деятельности. Власов, как и его соратники, были открыто не согласны с немецкой Остполитик, что мы в том числе освещали на канале. Это же обстоятельство является ответом на ругань в сторону Власова, мол он «пошёл на сторону нацистской Германии, зная, что в их концентрационных лагерях находятся сотни тысяч мирных русских жителей»: Власовское движение также занималось активной правозащитной деятельностью по отношению к русским (и не только) узникам концентрационных лагерей в Германии, а также остербайтерам, вывезенных на Запад для работы, что также доказано фактами, изложенными в массе литературы по теме. Дальше наш разоблачитель сетует на то, что армия генерала Власова якобы участвовала «под руководством немецкого командования» в неких «карательных операциях» против мирного населения. Отвечаем: Автор разоблачение не удосужился привести примеры, но Я смог узнать, что конкретно он имел в виду, а именно антипартизанскую операцию "Цыганский барон" и некие антипартизанские действия 629-го остбатальона. Во-первых, "Цыганский барон" проходила в период 16 мая – 6 июня 1943 года — у Власова тогда даже НЕ было армии, и участие в этой операции принимала 1-я "русская" дивизия СС РОНА, которая к Власова НИКАКОГО отношения не имеет. Во-вторых, 629 остбатальон "РОА", который действовал в составе группы Титьена и был расформирован в Нормандии, НЕ войдя в состав армии Власова. Автор в ходе своей речи задаёт Нам вопрос, почему мы прославляем Штауффенберга и Власова, но не восхваляем Дроздовского, Столыпина и Кутузова. Ответ: Я не знаю, почему он решил, что мы их не прославляем, поэтому заявляю, что администрация канала Апология национализма гиперпозитивно относится к генералу Дроздовскому, к великому реформатору Столыпину и полководцу Кутузову. А генерала Власова мы считаем такой же частью истории национального сопротивления, как и генералов Дроздовского, Деникина и так далее. Теперь хотелось бы выделить самое смешное, что смог сгенерировать у себя в голове оппонент — он приравнивает генерала Власова к Навальному, а КОНР к современной эмигрантской нацмен движухе. Причём по какому признаку и принципу он проводил отождествление, он не пишет, оставляя нас в недоумении от такого фокуса. Хотелось бы увидеть больше конкретики по данному суждению, товарищ сменовех. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

О тряске «Сменовеховских записок» // Ответ нашим обвинителям. [1 часть] Поступил эмоциональный ответ на наш пост о сравнении генерала Власова и Штауффенберга от сменовеховского канала «Отечественные записки». Стоит сразу сказать, что Я опущу факт того, что ответ состоит на три четверти из эмоциональных обвинений, написанных по всей видимости в состоянии некого аффекта на почве злобы и желчи от одного лишь упоминания фигуры генерала Власова в историческом ключе, а также из нелепых сравнений и манипуляций, противоречащих исторической действительности. Так же стоит отметить, что автор по всей видимости прочитал только заголовок нашего поста, ведь сама «критика» даже никак содержание поста не затрагивает. Начнём со следующего утверждения автора: «о, как позорно восхвалять Власова, ведь он предал всё ему родное!». Отвечаем: согласно нашим воззрениям генерал Власов Родины не предавал, стоит отделять понятие Отечества (России) и режима (Совдепии), и мы не расцениваем деятельность русского освободительного движения как позор. По этому тезису ничего боле сказать нельзя ввиду его субъективности, больше к подобного рода манипуляциям к эмоциям мы не возвращаемся. Далее автор заявляет, что мотивом предательства Власова было стремление генералом «встать во власти уничтоженного, униженного, марионеточного "русского" государства». Ответ: Эта позиция бьётся о факты из истории русского освободительного движения, нам известна история взаимодействий Власова и немецкого партийного правительства: Власов никогда не расценивался как будущий глава "марионеточной России", напротив, со стороны германского руководства Власов расценивался как русский бедокур и «чёртик выпущенный из бутылки», ведущий свою игру, не считаясь с интересами нацистов, против которого немецкая государственная машина развернула отмену и репрессии. РОА возникла при поддержке именно той части германского офицерства, которое было противником идеологии и политики национал-социалистической партии, тогда как партийно-идеологическое руководство всячески препятствовало возникновению РОА и тормозило её создание вплоть до самого конца войны, когда уже надежд на победу фактически не оставалось. И сам факт существования русской национальной силы шёл в противоречие с идеологией и практикой нацизма. Генерал А. Власов: „Ни я, ни мои сотрудники-не национал-социалисты. Это вы, вероятно, заметили. А если Гитлер думает обойтись нашими подхалимами, которые пресмыкаются перед ним и на всё со­гласны, то это — его дело. В один прекрасный день и его марионеточные правительства перестанут плясать под его дудку! [...] Важно вот что : Гитлер боится завтрашней национальной России, а проигрывает войну против Советской России уже сегодня... У меня же теперь лишь одна забо­та, чтобы Освободительное Движение не пошло ко дну во время крушения Германии.” АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Дон, Россия и П.Н. Краснов // Краевая самостийность донского атамана и его общегосударственный российский патриотизм… „2 июля Совет Управляющих отделами рассмотрел письмо, составленное Донским Атаманом Императору Вильгельму, и после долгих прений и своеобразной критики его одобрил. Видя, что письмо не нашло полного единодушия в Совете, а некоторые его члены выказали даже явное непонимание переживаемого момента, Донской Атаман проявил большое гражданское мужество, сказав присутствовавшим: «Во всяком случае всю ответственность за это письмо я беру на себя. Независимо от вашего мнения, я отправлю это письмо потому, что в нём вижу спасение Дона и, следовательно, и России, так как судьбы одного тесно связаны с судьбами другой и для меня они неразделимы. Что касается союзников, то в случае их победы неужели же они не поймут, что наш нейтралитет был вынужденный. И если не поймут, то пусть судят меня, меня одного…» Высказанным как нельзя лучше определяется и политика, и вся программа деятельности П. Н. Краснова. Ни «германская», ни «союзническая», ни «самостийническая», а чисто — русская, преследовавшая благо Дона и России, неразрывно связанных в его представлении. Однако, несмотря на это, и Краснову и его помощникам, оппозиция привесила также и ярлык «самостийности». Редко кто серьёзно разбирался в этом вопросе, обычно смешивая понятия «самостийности» краевой, касавшейся внутреннего управления Областью, с «самостийностью» – порядка общего – Российского. В первом случае Атаман Краснов был действительно самостийник. После Калединского урока, он не верил иногороднему населению Области, не допускал его к управлению краем и говорил: «Дон для донцов». Но зато в вопросах политики общей Краснов никогда не отделял Дона от России, считая их нераздельными. И никто другой, как он, постепенно воспитывал казачью массу в сознании необходимости бороться за «Единую, Неделимую».” — Поляков И.А. «Донские казаки в борьбе с большевиками». Мюнхен. 1962. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Ветераны РОД и других антисоветских формирований о преступном характере нацистской политики. // «Бедная Россия — это будет то же, что и при большевиках...» — „Можно было ожидать, что война примет форму крестового похода против мирового врага — коммунизма. В то время трудно было предвидеть, что Гитлер окажется настолько тупоумным и, согласно своей книге "Майн Кампф", пойдёт завоёвывать Россию, чтобы превратить многострадальный русский народ в рабов "высшей расы"! (…) Разговорились с женщиной, ездившей на Полтавщину за хлебом. Рассказала, что немцы сожгли четыре деревни, куда заходили партизаны — являлись к старосте и требовали хлеба и сала, попробуй не дать! Немцы в наказание зажигали деревни со всех концов, никого не выпускали, детей штыками бросали в огонь…” •Участник Белого движения, в годы Второй мировой – военнослужащий «Синей дивизии» Вермахта А.П. Яремчук 2-ой. Яремчук 2-ой А.П. Моя последняя — четвертая — война // Мемуары власовцев / Сост. А.В. Окороков. М., 2011. С. 8, 70-71. — „(…) Так рассуждали теперь добрые «освободители от большевистского произвола» — немцы, и тащили всё, что хотели... Когда я, изумленный и едва сдерживающий себя от гнева и стыда за «освободителей», обратился за помощью к майору фон Шайбе, тот развёл руками и сконфуженно произнёс: «Ничего не могу изменить — таковы распоряжения и инструкции высшей власти!». И уже не сдержавшись, в присутствии некоторых офицеров, в том числе майора фон Шайбе и хауптмана Вольфа, я воскликнул: «Бедная Россия — это будет то же, что и при большевиках...” • Участник Белого движения, зондерфюрер 36-й моторизованной дивизии Вермахта Д.И. Ходнев. Ходнев Д.И. Месяц в Германской Армии // Пособники. Исследования и материалы по истории отечественного коллаборационизма: [Сборник] / редакторы-составители Д.А. Жуков и И.И. Ковтун. М., 2020. С. 414. — „Нацисты пошли на войну с Советским Союзом с определенной целью — обеспечить свой рейх жизненным пространством за счёт Советского Союза. Этой своей затее они приносили в жертву всё остальное, во имя её осуществления не брезгали любыми мерами воздействия, как и не останавливались перед любым препятствием. (…) На Западе немцы-победители точно извинялись перед побежденными и всячески шли им навстречу. На Востоке — молниеносная война, помимо её сокрушительных свойств, дополнялась ещё целым арсеналом нацистских измышлений, оскорблявших национальное чувство восточных народов и ставивших их существование вообще на карту. Додумались до того, что Советский Союз стали представлять как некое пространство (Остланд), заселённое какими-то полудикими восточными народами — унтерменшами, пользующимися этой территорией не по праву, а потому эти восточные пространства должны быть заняты культурной германской расой (культуртрегерами), которая использует их и организует жизнь туземцев. На этих просторах немцы должны быть не только победителями, но и повелителями.” • Участник Белого движения, офицер РННА и РОА К.Г. Кромиади. Кромиади К.Г. За землю, за волю! — „Последним незадачливым Эдипом был Гитлер. Будут ли другие? Все Эдипы до сих пор проглоченные Россией — никакого счастья русскому народу не принесли. Победные парады в Берлине и в Париже, в Вене и в Варшаве никак не компенсируют тех страданий, которые принесли русскому народу Гитлеры, Наполеоны, Пилсудские, Карлы и прочие. Победные знамёна над парижскими и берлинскими триумфальными арками не восстановили ни одной сожженной избы.” • Публицист-белоэмигрант, в 30-ых симпатизировавший нацистам, И.Л. Солоневич. Солоневич И. Л. Народная монархия / Отв. ред. О. Платонов. — М., 2010. С. 225. [1] • [2] • [3] • [4] • [5] • [6] АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Увлекаешься историей, географией, геополитикой, маппингом? Тогда тебе сюда. Тут есть: 🇷🇸Эволюция флагов ❤️Интересные факты ❓️Опросы 💡Викторины 📍Карты 👍Таблицы 📰Статьи 🗣Также, в нашем чате ты сможешь пообщаться на разные темы Заходи и узнавай много нового — https://t.me/Country_Loki

Ветераны РОД и других антисоветских формирований о преступном характере нацистской политики. // «Бедная Россия — это будет то же, что и при большевиках...» — „Можно было ожидать, что война примет форму крестового похода против мирового врага — коммунизма. В то время трудно было предвидеть, что Гитлер окажется настолько тупоумным и, согласно своей книге "Майн Кампф", пойдёт завоёвывать Россию, чтобы превратить многострадальный русский народ в рабов "высшей расы"! (…) Разговорились с женщиной, ездившей на Полтавщину за хлебом. Рассказала, что немцы сожгли четыре деревни, куда заходили партизаны — являлись к старосте и требовали хлеба и сала, попробуй не дать! Немцы в наказание зажигали деревни со всех концов, никого не выпускали, детей штыками бросали в огонь…” •Участник Белого движения, в годы Второй мировой – военнослужащий «Синей дивизии» Вермахта А.П. Яремчук 2-ой. Яремчук 2-ой А.П. Моя последняя — четвертая — война // Мемуары власовцев / Сост. А.В. Окороков. М., 2011. С. 8, 70-71. — „(…) Так рассуждали теперь добрые «освободители от большевистского произвола» — немцы, и тащили всё, что хотели... Когда я, изумленный и едва сдерживающий себя от гнева и стыда за «освободителей», обратился за помощью к майору фон Шайбе, тот развёл руками и сконфуженно произнёс: «Ничего не могу изменить — таковы распоряжения и инструкции высшей власти!». И уже не сдержавшись, в присутствии некоторых офицеров, в том числе майора фон Шайбе и хауптмана Вольфа, я воскликнул: «Бедная Россия — это будет то же, что и при большевиках...” • Участник Белого движения, зондерфюрер 36-й моторизованной дивизии Вермахта Д.И. Ходнев. Ходнев Д.И. Месяц в Германской Армии // Пособники. Исследования и материалы по истории отечественного коллаборационизма: [Сборник] / редакторы-составители Д.А. Жуков и И.И. Ковтун. М., 2020. С. 414. — „Нацисты пошли на войну с Советским Союзом с определенной целью — обеспечить свой рейх жизненным пространством за счёт Советского Союза. Этой своей затее они приносили в жертву всё остальное, во имя её осуществления не брезгали любыми мерами воздействия, как и не останавливались перед любым препятствием. (…) На Западе немцы-победители точно извинялись перед побежденными и всячески шли им навстречу. На Востоке — молниеносная война, помимо её сокрушительных свойств, дополнялась ещё целым арсеналом нацистских измышлений, оскорблявших национальное чувство восточных народов и ставивших их существование вообще на карту. Додумались до того, что Советский Союз стали представлять как некое пространство (Остланд), заселённое какими-то полудикими восточными народами — унтерменшами, пользующимися этой территорией не по праву, а потому эти восточные пространства должны быть заняты культурной германской расой (культуртрегерами), которая использует их и организует жизнь туземцев. На этих просторах немцы должны быть не только победителями, но и повелителями.” • Участник Белого движения, офицер РННА и РОА К.Г. Кромиади. Кромиади К.Г. За землю, за волю! — „Последним незадачливым Эдипом был Гитлер. Будут ли другие? Все Эдипы до сих пор проглоченные Россией — никакого счастья русскому народу не принесли. Победные парады в Берлине и в Париже, в Вене и в Варшаве никак не компенсируют тех страданий, которые принесли русскому народу Гитлеры, Наполеоны, Пилсудские, Карлы и прочие. Победные знамёна над парижскими и берлинскими триумфальными арками не восстановили ни одной сожженной избы.” • Публицист-белоэмигрант, в 30-ых симпатизировавший нацистам, И.Л. Солоневич. Солоневич И. Л. Народная монархия / Отв. ред. О. Платонов. — М., 2010. С. 225.

Ветераны РОА и других антисоветских формирований о преступном характере нацистской политики. [4] // «Становится тяжело, нам здесь не место. Мы не ко двору.» — „Произошедшая только что военная неудача представляет провал этой политики, которая иначе, как политикой завоевания России, названа быть не может (…) Дальнейшая политика Розенберга, речи Геббельса и бесчисленные статьи в газетах заговорили о завоевании России. Преподносилось это в виде «лебенсраума», «остраума», необходимого для «Новой Европы»; Россия же изгонялась в Азию. (…) Два года тому назад подавляющая часть эмиграции была готова всей душой отозваться на призыв Германии; немцы же относились отрицательно к русской эмиграции потому, что видели, что она проникнута сильным национальным чувством. Для политики Розенберга, отрицавшей даже само существование России и русских, считая, что на востоке живут какие-то «осты», настроение русской эмиграции было не на руку. Аналогичный поворот в настроениях произошел и внутри самой России.” • Из письма к атаману Краснову от лидера французского отдела РОВС генерал-лейтенанта Н.Н. Головина, отправлявшего белых офицеров в вермахт на Восточный фронт. РГВА. Ф.40308. Оп.1. Д.152. Л.33-40. Подлинник. Машинопись. — „..Нам, русским, надо быть начеку — нас не любят. (…) Не подать ли прошение по начальству о переводе куда угодно, но подальше отсюда. Становится тяжело, нам здесь не место. Мы не ко двору. Нетактичные намеки и разговоры одних, видимая нелюбовь других. Мы, русские — «гунны, дикари, народ, который вообще надо уничтожить».” • Белоэмигрант, военнослужащий валлонского легиона СС Р.В. Завадский. Завадский Р. В. Своя чужая война. Дневник русского офицера вермахта 1941–1942 гг./ред.-сост. О. И. Бэйда. М., 2014. С. 41-42. — „Немцы всё время лгали по радио, в газетах и на словах, что их командование переменило свою политику на Востоке, что они идут крестовым походом против коммунистов, а не против русского народа. Будучи по природе человеком недоверчивым, я относился к заявлениям немецкой пропаганды критически. (…) если немцы действительно не изменят захватнической политики на Востоке, то война будет проиграна и всё равно большевики придут в Сербию.” • Белый генерал-монархист, создатель Русского корпуса М.Ф. Скородумов. Скородумов М.Ф. История возникновения Русского корпуса в Сербии // Мемуары власовцев / Сост. А.В. Окороков. М., 2011. С. 118. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Из статьи С.В. Волкова "Русское освободительное движение на весах истории" // Суть и характер Русского освободительного движения как патриотической силы противной нацизму и советизму… „Очевидно также, что Русское освободительное движение не только не имело никакого отношения к нацизму, но возникло вопреки ему, да иначе и быть не могло, потому что это было русское национальное движение и его цели и сам факт существования находились в вопиющем противоречии с идеологией и практикой гитлеризма. Фактическая история создания РОА убедительно свидетельствует, что её становление шло в непрерывной борьбе между двумя тенденциями в германском руководстве: партийно-нацистской и военно-государственной. И РОА возникла при поддержке именно той части германского офицерства, которое было противником идеологии и политики национал-социалистической партии, тогда как партийно-идеологическое руководство всячески препятствовало возникновению РОА и тормозило её создание вплоть до самого конца войны, когда уже надежд на победу фактически не оставалось. Делалось это по той же самой причине, по которой власовское движение было столь опасно для советской системы: появление вместо Совдепии национальной русской силы сразу изменило бы сам характер войны и неминуемо сказалось бы на ее ходе. По этим же причинам нацистское руководство не допустило на советский фронт части Русского Корпуса. <...> Тем не менее, отношение к Русскому освободительному движению периода 2–й мировой войны и РОА в частности в современном массовом сознании остается крайне негативным. В принципе единственная среда, полностью с ним солидарная, — это русская белая эмиграция и те немногие лица и организации в России, которые стоят на позициях Белого движения. Ещё Хольмстон-Смысловский говорил, что Власов был продолжателем Белой идеи в борьбе за национальную Россию. Сразу после войны, правда, среди части «старых» эмигрантов распространился вирус так называемого «советского патриотизма», следствием чего были даже случаи содействия советским оккупационным властям в розыске и выдаче эмигрантов «второй волны» и особенно военнослужащих РОА. Однако вскоре «советским патриотам», вернувшимся в СССР, «воздалось по их вере», и это позорное явление, обнаружив свою несостоятельность, умерло. И в настоящее время для всех национальных русских изданий и организаций за рубежом бойцы РОА — герои и патриоты. Это тем более естественно, что абсолютное большинство ныне активной части эмиграции в годы 2–й мировой войны либо сами принимали участие в антикоммунистической борьбе, либо являются их потомками.” — Волков С.В. Русское освободительное движение на весах истории. 1995 г. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА

Реакция эмигранта на совпатриотизм, эволюцию совдепии и возвращенчество // О спектакле очередного НЭП'а… „Нацепили погоны, сохранив красную звезду на кокарде и думают, подлецы, прохвосты, что они действительно стали офицерами! «Тех то щей, да пожиже влей», — как говорили у нас на Руси в доброе старое время! Но, видимо, всему Господь поставил сроки — знаем мы, что недовольство в СССР растёт стихийно, власть это чувствует и конечно, никому больше не доверяет, кроме НКВД. И «патриархи» и «погоны» и «министры» — всё это только в порядке очередного «НЭП» сущность же и конечные цели поганой власти, конечно не изменились и никакая эволюция при сохранении основ марксизма невозможна. Жалею я наивных эмигрантов, поверивших в эволюцию и добивавшихся советского гражданства в надежде вернуться домой. Пока у власти большевики — «дома» у нас в России, нет и быть не может.” — Борщов Адриан Воинович (1888-1952) артиллерист, танкист, участник Мировой и Гражданской войны. В эмиграции топограф во французских колониях в Африке (Тунис, Алжир, Нигер) и Парагвае. Воспоминания. АПОЛОГИЯ НАЦИОНАЛИЗМА