bailanys

Часть 5. Так нужна ли Казахстану четвертая сеть? Если честно — абоненту в целом все равно, сколько в стране независимых физических сетей. Он смотрит на другое: цену, качество связи, тарифы, удобство сервиса и то, как быстро появляются новые фишки. Поэтому вопрос «нужен ли Казахстану четвертый оператор» — на самом деле не тот вопрос. Правильнее спросить: какая модель появления нового сильного игрока принесёт максимум пользы клиенту и рынку одновременно? Выход четвертого инфраструктурного оператора может не усилить конкуренцию, но одновременно создать ряд рисков для рынка. Новый игрок будет в значительной степени конкурировать за уже существующую абонентскую базу и дублировать инфраструктуру действующих операторов. Усиление ценовой конкуренции может привести к снижению выручки и инвестиционных возможностей отрасли: международные кейсы показывают, что после появления нового игрока ARPU в среднем снижался примерно на 20%. В результате потенциальная цепочка событий выглядит так: больше инфраструктурных игроков → 1) сокращение частотного спектра на одного участника → снижение скорости для потребителя. 2) выше ценовое давление → ниже доходность → меньше ресурсов на CAPEX → медленнее развитие и модернизация сетей. Дополнительными последствиями могут стать снижение налоговых поступлений, фрагментация спектра, рост административной и экологической нагрузки. Поэтому для Казахстана ключевой вопрос поэтому не в количестве операторов как таковом, а в том, какая модель конкуренции позволит одновременно сохранить инвестиции в инфраструктуру, повысить качество связи и поддержать развитие цифровой экономики и ИИ. Конкуренция не обязательно должна усиливаться за счет появления нового инфраструктурного игрока. Она может сохраняться и развиваться на уровне брендов, тарифных предложений и клиентского опыта. Такой подход позволяет расширять выбор для потребителей и поддерживать конкурентное давление на рынке, одновременно обеспечивая максимально эффективное использование уже созданных инфраструктурных ресурсов. Как думаете, стоит ли Казахстану вообще искать четвертого оператора — или эффективнее развивать то, что уже построено? Пишите в комментариях.

Часть 4. Как делить сеть, не теряя бренд Если два уровня конкуренции можно развести, логичный вопрос — а зачем вообще дублировать дорогую инфраструктуру? Ответ на этот вопрос на разных рынках уже дали. В Швеции Telenor и Tele2 создали совместное предприятие Net4Mobility — оно строит и обслуживает одну сеть на всю страну, а обе компании продолжают самостоятельно продавать услуги под своими брендами. В Финляндии этим занимается Suomen Yhteisverkko — компания вообще не работает с абонентами напрямую, а просто сдает готовую MOCN-сеть в пользование DNA и Telia, которые уже сами придумывают тарифы и сервис.В Великобритании похожие партнерства работают между EE и Three, а также O2 и Vodafone — при полностью независимых розничных стратегиях каждого бренда. А в Казахстане, кстати, такой опыт тоже есть, и не вчера появился: еще в 2016 году Kcell и Beeline подписали соглашение о совместном использовании сети 4G/LTE с разделением зон ответственности и инвестиций. А позже к этой логике добавился и социальный проект — программа «250+», в рамках которой Kcell, Beeline и Tele2/Altel договорились дать жителям почти тысячи сёл доступ к сети любого из операторов — независимо от того, кто там реально построил вышку. Общий принцип везде один: дележ инфраструктуры не отменяет конкуренции. Операторы по-прежнему бьются за клиента тарифами и сервисом, просто не тратят деньги дважды на одни и те же вышки там, где это не имеет экономического смысла. А что если вообще без своей сети? Есть и третий путь — вывести на рынок нового игрока, которому вообще не нужна собственная инфраструктура. Это MVNO: виртуальный оператор, который арендует чужую сеть, но сам придумывает тарифы, продукты и клиентский опыт. Тут важно не путать: перепродажа услуг под другим брендом и полноценный MVNO с собственной коммерческой стратегией — это разные вещи. Классификацию таких моделей разбирает ОЭСР в своем анализе совместного использования сетей. Самое интересное, что такая модель позволяет компании выйти на рынок мобильных услуг без создания собственной полноценной национальной сети, используя сетевые мощности существующего инфраструктурного оператора.

Часть 3. Мир вообще-то движется в другую сторону Пока у нас иногда обсуждают появление четвертого оператора, зрелые рынки чаще идут ровно в противоположном направлении — к консолидации. Analysys Mason отмечает, что переход от четырёх операторов к трём снова стал горячей темой в Европе, а сделка между Vodafone и Three в Великобритании в 2025 году стала переломным моментом для всей отрасли. Показательный пример — США. После завершения сделки по объединению T-Mobile и Sprint в 2020 году на рынке осталось три крупных национальных оператора с собственной инфраструктурой — AT&T, T-Mobile и Verizon. При одобрении сделки по объединению T-Mobile и Sprint американские власти также зафиксировали конкретные обязательства по развертыванию сети 5G. Объединенный оператор, в свою очередь, объявлял о планах инвестировать $40 млрд в развитие сети, бизнеса и другие направления в течение трех лет после сделки. Похожая тенденция прослеживается и в Европе. В Великобритании Vodafone и Three объединились после продолжительного антимонопольного рассмотрения. Объединение компаний сопровождалось не только сокращением числа инфраструктурных игроков, но и обязательствами по увеличению инвестиций и повышению устойчивости рынка. Похожий кейс есть и в Испании. В 2024 году Европейская комиссия одобрила создание совместного предприятия Orange и MásMóvil. После сделки на рынке продолжили работать еще два крупных инфраструктурных оператора — Telefónica и Vodafone, а также ряд MVNO. Есть и другие примеры консолидации рынка. Международная практика показывает, что устойчивое развитие мобильной инфраструктуры возможно и при наличии трех крупных сетевых операторов: • Пакистан — рынок прошел последовательную консолидацию: от пяти операторов к трем крупным игрокам после объединения Jazz и Warid и приобретения Telenor Pakistan компанией PTCL. • Румыния — в 2024–2025 годах рынок прошел консолидацию с четырех до трех основных мобильных операторов после сделки по Telekom Romania Mobile. По итогам 2025 года основными инфраструктурными игроками стали Orange, Digi и Vodafone. Есть и рынки, где высокое качество связи обеспечивают всего два инфраструктурных игрока. Например, в ОАЭ работают два лицензированных оператора — e& и du. При этом в июле 2026 года страна заняла первое место в Speedtest Global Index по скорости мобильного интернета: медианная скорость загрузки составила 752,25 Мбит/с. Исследование Opensignal также отмечает высокие показатели сетей ОАЭ по скорости, покрытию, стабильности соединения и качеству 5G. И это не просто красивые слова: по данным GSMA, после подобных объединений капитальные затраты вырастали на 28–38%, а скорость сети — примерно на четверть. При этом выход на рынок нового независимого игрока в среднем такого эффекта не давал — а иногда сопровождался даже снижением инвестиций. Вывод: конкуренцию стоит разделять на два уровня — сколько физически построено сетей и сколько брендов реально борются за клиента ценой, продуктом и сервисом. Эти уровни не обязаны совпадать. И абонент чувствует именно второй.

Часть 2. Rakuten и Stage X: почему запускать четвертого оператора так сложно Насколько сложным и затратным может оказаться строительство сети с нуля, показывают два недавних кейса на крупных азиатских рынках. Rakuten Mobile вышел на рынок Японии в 2020 году и начал с нуля строить собственную национальную сеть. Это потребовало многомиллиардных инвестиций и только к июню 2026 года оператор достиг 10-миллионной абонентской базы (около 8% рыночной доли) и положительного показателя EBITDA, однако операционный результат все еще остается отрицательным. Еще один показательный пример — Южная Корея. В 2024 году Stage X получил право стать новым оператором мобильной связи, однако не смог подтвердить наличие требуемого капитала в размере 205 млрд вон. Компания внесла 43 млрд вон, которые впоследствии были возвращены, а решение о выделении частот отменено. Этот кейс показывает, насколько высок финансовый порог входа на рынок для нового инфраструктурного оператора и почему наличие частот само по себе еще не гарантирует появления устойчивого игрока. Эти примеры не означают, что новый инфраструктурный оператор обречен на неудачу. Но они показывают: выдать лицензию — не значит создать устойчивого конкурента. Для этого нужны огромные инвестиции, частотный ресурс, масштаб и годы развития. Мораль простая: строительство своей национальной сети — не решение, которое можно принять на эмоциях. Порог входа настолько высок, что его не всегда преодолевают даже игроки с серьезными деньгами за спиной. Больше сетей — больше инвестиций? GSMA считает иначе А вот и цифры, которые ломают самый популярный аргумент в пользу «нужен еще один оператор». По данным GSMA Intelligence, с 2016 года операторы на европейских рынках с тремя игроками инвестировали в среднем на 48% больше на одно подключение, чем операторы там, где игроков четыре. И при этом обеспечивали скорость связи примерно на 15% выше, а 5G разворачивали быстрее. То есть больше независимых сетей само по себе не гарантирует ни больше инвестиций, ни лучшее качество. Скорее наоборот — размывает и без того ограниченную доходную базу каждого игрока.

Часть 1. Нужен ли Казахстану четвертый оператор? 📶 Разбираемся, какая модель конкуренции реально даст абоненту больше, чем просто еще одну вышку. Каждые несколько лет на рынке связи всплывает один и тот же разговор: рынку не хватает конкуренции, нужен еще один игрок. Логика вроде понятна — больше сетей, больше борьбы за абонента, ниже цены. Но если разложить эту логику на составляющие, выясняется, что вопрос «сколько операторов нужно Казахстану» — не совсем тот вопрос, который стоит задавать. Разобрались, что на самом деле определяет качество конкуренции на мобильном рынке — и почему ответ может быть не там, где его обычно ищут. Больше операторов — это точно про конкуренцию? Первая реакция на разговор об усилении конкуренции обычно одна: нужен еще один оператор с собственной сетью. Чем больше независимых сетей — тем острее борьба, разве нет? Не совсем. Это работает только если появление новой сети не мешает всем остальным вкладываться в качество, покрытие и новые технологии. А вот с этим в Казахстане как раз не все так просто — дальше объясним, почему. Сколько стоит построить сеть с нуля Полноценный оператор — это не бренд и тарифная линейка, а базовые станции, транспортная сеть, ядро, лицензии на частоты и бесконечный цикл модернизации оборудования под каждое новое поколение связи. Причем инвестировать нужно не один раз, а постоянно — трафик растет, стандарты меняются. Для Казахстана это дороже, чем для большинства рынков: страна огромная, а плотность населения низкая. Значит, каждая новая сеть обходится дороже в пересчете на абонента — особенно там, где отдача от инвестиций и так не блещет. К похожему выводу приходит и ОЭСР в своем анализе казахстанского телекома: барьеры входа на рынок здесь напрямую завязаны на географию, и мерить нашу конкуренцию по лекалам компактной Европы — не самая точная идея. А частоты вообще резиновые? Нет. И вот это важный момент, который часто выпадает из разговора: новый инфраструктурный игрок не создает дополнительный спектр из воздуха. Частоты — ограниченный ресурс, который государство распределяет между операторами. Представьте систему труб: кранов становится больше, а воды в системе — ровно столько же. Каждому крану достается меньше напора. Ровно то же самое происходит с частотами, когда их делят между большим числом сетей — страдает именно то, что абонент чувствует напрямую: скорость и емкость сети. Кто заплатит за нового игрока Новый оператор редко создает спрос из ниоткуда — чаще он просто перераспределяет уже существующий рынок между большим числом участников. Доходы каждого падают, а расходы на поддержание сети никуда не деваются. Итог: меньше свободных денег на покрытие, емкость и качество — особенно там, где отдача и так так себе. Масштаб проблемы хорошо виден на европейском рынке: по подсчётам GSMA Intelligence, операторам не хватает порядка 205 млрд евро на модернизацию сетей до уровня мировых лидеров — и это без появления новых игроков. То есть вопрос не «есть ли у отрасли лишние деньги на еще одну сеть», а «за счет чего резать и так тесный бюджет на качество». При чем тут государство Экономика мобильной связи — это не только операторы и абоненты. Это еще налоги, платежи за частоты и дивиденды компаний, в которых у государства есть доля. Если новая модель конкуренции снижает доходность рынка в целом, это чувствуется и здесь. Поэтому оценивать любой сценарий усиления конкуренции стоит не только с позиции «абонент выиграл», но и с позиции устойчивости всей отрасли — включая интересы государства как совладельца и регулятора.

Чек-лист перед путешествием: проверьте эти 6 вещей, чтобы оставаться на связи Сохраните перед поездкой или отправьте близким, которые собираются в путешествие. Первое — проверьте роуминг заранее, а не в аэропорту. Узнайте, действует ли у вашего оператора пакет для нужной страны, сколько стоит интернет, входят ли в него звонки и SMS, есть ли автопродление и как отключить услугу после поездки. Заодно проверьте, подключён ли роуминг на вашем номере, и включите передачу данных в роуминге в настройках телефона. Актуальные условия лучше смотреть на сайтах операторов: Beeline, Kcell и Tele2. Второе — решите, что вам выгоднее: роуминг, туристическая eSIM или местная SIM-карта. Роуминг удобен, если нужно сохранить казахстанский номер, получать банковские SMS и оставаться на связи сразу после посадки. eSIM часто обходится дешевле, если нужен только интернет, но не всегда поддерживает звонки и SMS. Местная SIM-карта может быть выгоднее в долгой поездке, однако для её покупки иногда нужны паспорт, регистрация или визит в салон. Третье — не оставляйте банк без связи. Перед вылетом проверьте, как подтверждаются платежи: через SMS, push-уведомление в приложении или звонок. По возможности возьмите две карты разных банков, немного наличных и установите достаточные лимиты на зарубежные операции. Также проверьте, сможете ли вы пользоваться бесконтактной оплатой, и на всякий случай возьмите физическую карту. Четвёртое — не надейтесь только на Wi-Fi. В отеле он может быть слабым, в кофейне — платным, а в некоторых заведениях пароль дают только после заказа. Карты, адрес отеля, билеты, страховку и ваучеры лучше скачать заранее. Мы уже сравнивали Wi-Fi в казахстанских и европейских аэропортах. А для тех, кто собирается в Ташкент, у нас есть отдельный пост. Пятое — проверьте розетки. В Турции, Грузии и большинстве стран Европы обычно используются розетки типов C и F — такие же, как в Казахстане. В ОАЭ, Великобритании, Сингапуре, Малайзии и Гонконге чаще нужен переходник для розетки типа G. В Таиланде встречаются разные типы розеток, поэтому универсальный адаптер будет надёжнее. Шестое — позаботьтесь о безопасности. При подключении к открытому Wi-Fi лучше не заходить в банковские приложения, не вводить важные пароли и не подтверждать платежи. Для таких действий надёжнее использовать мобильный интернет. И главный совет: связь в путешествии нужно готовить так же, как билеты и документы. Потому что без интернета сегодня сложно не только выложить сторис, но и вызвать такси, оплатить отель, открыть карту, получить код от банка и найти обратную дорогу. Если вам интересно, отдельно разберём роуминг казахстанских операторов: в каких странах выгоднее пользоваться Beeline, Kcell или Tele2, а где лучше сразу подключить eSIM. По ссылкам можно Подписаться или Поддержать bailanys — независимый канал о связи и телекоме в Казахстане

Три владельца за два года: как «Транстелеком» стал заложником больших сделок 🔄 Если Jusan Mobile меняет владельца раз в год, то «Транстелекому» повезло меньше — он успел смениться трижды. Ещё в конце декабря 2024 года Jusan Mobile (актив Есенова) заключил договор на покупку 51% в Unit Telecom — компании, которой принадлежит 75% «Транстелекома». Продавцом выступал Нурали Алиев, внук первого президента, проработавший в компании больше десяти лет. Сделка закрылась в августе 2025-го, а сам Алиев объяснил уход в Instagram желанием завершить этот этап карьеры. Но у Есенова актив не задержался — уже в декабре 2025-го стало известно, что «Транстелеком» покупает Тимур Турлов, основатель Freedom Holding. Причём готовились к этому заранее: ещё до формального закрытия сделки в компании сменили совет директоров — старые акционерные представители вышли, зашли новые люди. Саму сделку Турлов закрыл в августе 2026-го через структуру Future Telecom Limited. Ирония в том, что для Турлова это вообще не выход на рынок, а укрупнение уже существующей стратегии. У Freedom Holding уже есть свой оператор Freedom Telecom (с 2023 года, в прибыль планируют выйти не раньше 2027-го при капзатратах около $650 млн за пять лет), а весной 2025-го холдинг ещё и купил спутникового оператора Astel — официального реселлера Starlink в Казахстане. То есть к наземной и спутниковой связи теперь добавляется крупный оператор с собственной оптикой. Алиев → Есенов → Турлов — и каждый раз актив был не самоцелью, а довеском к чему-то большему. Похоже, «Транстелеком» — это актив, который всегда покупают попутно. Кто, по-вашему, следующий в этой цепочке? #инсайд По ссылкам можно Подписаться или Поддержать bailanys — независимый канал о связи и телекоме в Казахстане

Есенов окончательно вышел из телекома: Jusan Mobile ушёл к Киму 📱 Пока рынок обсуждает дата-центры и AI в колл-центрах, в теньке тихо закрылась еще одна сделка. 26 августа была зарегистрирована смена владельца JV Holding — структуры, через которую контролируется Jusan Mobile. Актив перешел от Галимжана Есенова к Вячеславу Киму. Совпадение? Не совсем — это уже вторая сделка между ними за год. В июле 2025-го Есенов продал Киму Jusan Bank (сейчас — Alatau City Bank): только за личный пакет в 20% Ким заплатил 40,9 млрд тенге. Тогда часть дочерних структур, включая Jusan Mobile, у Есенова еще оставалась. Похоже, это было делом времени. Так вот, Jusan Mobile (бывший KazTransCom) — это связь, интернет, спутниковые технологии, системная интеграция и даже интернет в поездах КТЖ. По итогам 2025 года выручка — около 20,2 млрд тенге, чистая прибыль — 1,2 млрд. Забавно, что почти вся прибыль еще в мае ушла на дивиденды прежнему владельцу — то есть Есенов «обнулил кассу» перед тем, как отдать актив. Сама компания уверяет: резких изменений не будет, обязательства перед клиентами и партнерами сохранятся. По факту, картина простая: Ким ($7,8 млрд) методично забирает активы Есенова ($564 млн) — сначала банк, теперь телеком. Осталось понять, где Есенов остановится. Как думаете, это конец истории или Ким заберет что-то еще? 👍 — банк и телеком это ещё не всё ❤️ — Есенов просто выходит из финансов в агро 💅 — где deal, там и следующий deal #новости

#стартапы Думаю что зрелость ИИ проектов Казахстанскх сильно выросла за 3 года. Сравнить AI Preneurs три года назад и сейчас. Впечатлен Демо днем который показали в прошлую пятницу. От геологоразведки и финтеха до EdTech и HoReCa. В командах объединились сильные технические специалисты уровня PhD/Lead и предприниматели с многолетним отраслевым опытом, сразу ориентирующиеся на международное масштабирование. По ссылке таблица с описанием всех стартапов @devs_kz

Пока мы выясняем, что еще можно поручить ИИ, казахстанские стартаперы уже отправили его искать полезные ископаемые, считать финансы, принимать заказы в ресторанах и учить детей математике. Коллеги из @devs_k собрали в одной таблице 15 проектов с AI Preneurs: кто что делает, какие команды за ними стоят и кто уже начал зарабатывать. Заглядывайте 👇

Что изменилось в Tele2/Altel после прихода катарского инвестора? В январе 2025 года Tele2/Altel сменил владельца: вместо «Казахтелекома» оператор перешел катарскому Power International Holding. Соглашение подписали еще 14 февраля 2024 года в Дохе, финальный договор купли-продажи оформили 4 июня, а саму сделку закрыли 14 января 2025 года. Сумма сделки составила $1,1 млрд. Сначала «Казахтелеком» получил $700 млн, а оставшиеся $400 млн предусмотрены как условное вознаграждение на три года. В январе 2026 года компания получила второй платеж — $25,4 млн. До продажи «Казахтелеком» одновременно контролировал два крупных мобильных актива: Kcell/activ и Tele2/Altel. В результате сделки доля государственного участия в мобильной связи снизилась, а на рынке появился новый крупный независимый игрок. Антимонопольное агентство отмечало, что это может способствовать усилению конкуренции. Ожидания от нового владельца были понятными: больше инвестиций, быстрее развитие 5G, лучшее качество сети и новые цифровые сервисы. В PIH заявляли, что намерены развивать Tele2/Altel не просто как оператора связи, а как телеком- и технологическую компанию. Что изменилось за первый год? Во-первых, сменилось руководство. Через неделю после завершения сделки председателем правления «Мобайл Телеком-Сервис» стал Александр Бабичев, ранее занимавший должность коммерческого директора компании. В PIH объясняли это переходом от закрытия сделки к новому этапу развития. Во-вторых, заметно вырос масштаб инвестиционных планов. По словам Александра Бабичева, в 2025 году Tele2/Altel вложил в развитие сети и телеком-экосистемы более $100 млн. Общий объем инвестиций до 2030 года должен превысить $770 млн. В-третьих, появились первые сетевые результаты. По данным самой компании, за 2025 год Tele2/Altel построил и модернизировал 2600 базовых станций, еще 2000 активировал в рамках совместного использования сетей. Сеть 5G развернули более чем на 560 базовых станциях в 27 городах, хотя первоначально планировали охватить 20 городов. Также компания сообщала, что 4G/LTE доступен для 94% населения Казахстана, число пользователей 5G превысило 3 млн, а трафик в сети пятого поколения вырос более чем втрое. Есть и внешние оценки. В 2025 году Tele2 получил награду Speedtest Awards от Ookla как оператор с лучшей 5G-сетью в Казахстане. А в 2026 году второй раз подряд получил премию SpeedChecker за самую быструю мобильную сеть в стране. Но для обычного абонента картина пока не такая однозначная. Tele2/Altel стал активнее говорить о 5G, FWA, дата-центрах, CDN, IoT и других цифровых сервисах. Новый акционер явно подталкивает компанию к более быстрому росту. Однако ответить на вопрос «стало ли всем заметно лучше?» пока сложно. В телекоме результат не появляется за один квартал. Базовые станции нужно не только построить, но и подключить, настроить, обеспечить транспортной инфраструктурой и электропитанием. А 5G должен дойти не только до презентаций, но и до районов, квартир, трасс и обычных пользователей. То же самое с конкуренцией. Продажа Tele2/Altel действительно изменила структуру рынка, но для абонента конкуренция измеряется не количеством собственников. Она проявляется в тарифах, качестве связи, скорости поддержки, покрытии и в том, насколько активно операторы реагируют друг на друга. Пока перемены заметнее на уровне инвестиций и инфраструктуры, чем в повседневном опыте абонентов. У Tele2/Altel появились более амбициозные планы, ускорилось строительство сети, а сама компания активнее выходит за пределы привычных мобильных услуг. Но главный тест еще впереди. Если эти инвестиции превратятся в стабильную связь, понятные тарифы и более жесткую конкуренцию с Kcell/activ и Beeline, можно будет говорить о полноценном перезапуске оператора. Пока это убедительное начало, но еще не окончательный результат. По ссылкам можно Подписаться или Поддержать bailanys — независимый канал о связи и телекоме в Казахстане

Казахстан превращается в цифровой gateway Центральной Азии Подготовлено RD media Когда глобальные LEO-операторы (low Earth orbit — низкоорбитальные) заходят в регион, они не строят наземную инфраструктуру в каждой стране — они выбирают одну точку входа. Для Центральной Азии этой точкой становится Казахстан. 📌 Что уже работает: Eutelsat OneWeb построил станцию сопряжения в Центре космической связи «Коктерек» (Алматинская область) и создал региональный LEO-хаб для ЦА. Starlink запустился в КЗ в августе 2025-го после соглашения с Минцифры — сейчас работает для физлиц и бизнеса. 📌 Что идёт следом: Amazon Kuiper — контракт подписан в 2025 году, запуск услуг заявлен на 2026-й. Shanghai SpaceSail (Китай) — прошёл тестирование в Алматинской области в августе 2025-го. Вице-премьер Жаслан Мадиев: «Когда они заходят в регион, они не строят инфраструктуру везде — они выбирают конкретную страну. В 2025 году мы вели переговоры, чтобы именно Казахстан они выбрали как региональный хаб». 🚀 Регион подключается через КЗ: Starlink запустился в Таджикистане в феврале 2026-го. Казахстанские gateway-станции — часть региональной инфраструктуры обслуживания; Монголия и Киргизия следующие в очереди. ⚡️ Следующий уровень — наземный транзит: КЗ строит транскаспийскую ВОЛС (волоконно-оптическую линию связи) по дну Каспия в Азербайджан с выходом на Европу — альтернатива российскому маршруту. По оценке Минцифры РК, доля КЗ в транзите интернет-трафика между Азией и Европой вырастет с 1,5% до 5%. Срок — конец 2026 года. Наш взгляд: Казахстан получил эту роль не потому, что построил крупнейшую сеть, а потому что первым создал условия, при которых глобальным операторам оказалось выгоднее строить инфраструктуру здесь. Россия выпала из транзитного уравнения, Китай не предоставляет суверенный транзит, Иран закрыт. Вопрос в том, удержится ли преимущество — Узбекистан уже обсуждает офтейк по той же ВОЛС. Источники: [Forbes.kz] [The Diplomat] [Times of Central Asia] REAL DIGITAL #Казахстан #ЦифроваяТрансформация #Технологии #Телеком

Чтобы подключить целый регион, глобальным операторам достаточно выбрать одну точку входа — и для Центральной Азии ею становится Казахстан. Коллеги из Real Digital разобрались, почему Starlink, OneWeb и другие игроки заходят в регион через нашу страну и что это может изменить 👇

Видят ли операторы, что мы смотрим в интернете? В свете последних событий (мы недавно писали об утечке данных eGov о 15 миллионах казахстанцев) давайте поговорим о том, какие наши данные есть у оператора. Мы часто думаем, что оператор знает о нас только номер, тариф и баланс. На деле он знает намного больше. И часть этого знания нужна ему просто для работы связи. Оператору известны ваши базовые абонентские данные: номер, ИИН, документ, адрес, дата договора, подключенные услуги. В правилах сбора и хранения служебной информации также указаны данные интернет-сессий: IP-адрес, время выхода в сеть, объем переданной и принятой информации, адреса обращения к интернет-ресурсам и идентификаторы устройств. Если проще: оператор не просто видит, что вы «пользовались интернетом». Он понимает, когда вы вышли в сеть, с какого устройства, сколько трафика потратили и к каким интернет-ресурсам обращался ваш телефон. А еще к какой базовой станции подключен ваш телефон. То есть, ваше местоположение и передвижение тоже известно. Это не значит, что оператор читает ваши переписки в WhatsApp или Telegram. Содержание сообщений защищается самими сервисами и шифрованием, но оператор может видеть сам факт трафика к определенному сервису. Самый бытовой пример: безлимит на соцсети и мессенджеры. Когда в тарифе написано, что YouTube, Instagram, TikTok или WhatsApp не расходуют гигабайты, это означает, что сеть должна отличить этот трафик от обычного интернета. У Beeline, например, услуга «Безлимитные соцсети» прямо обещает: сидите в YouTube, Instagram, TikTok и WhatsApp и не расходуйте ГБ по тарифу. У Tele2 есть тариф «Білім», где образовательные ресурсы идут безлимитно, а основной интернет составляет 1 ГБ. Для абонента это выглядит приятно: WhatsApp не ест гигабайты, учебные сайты не тратят пакет, YouTube включен в тариф. Но обратная сторона такая: чтобы не тарифицировать WhatsApp, оператор должен понять, что сейчас это именно WhatsApp. Чтобы не списывать гигабайты за образовательный сайт, он должен определить, что вы открыли именно этот ресурс. В мировой практике это называется zero-rating: когда трафик конкретного приложения или класса приложений не считается в общий интернет-пакет. В этом у оператора может быть чисто бизнесовый интерес. Европейский регулятор BEREC отдельно описывает такие практики и указывает, что они могут влиять на выбор пользователя и конкуренцию между сервисами. Крупные зарубежные операторы тоже честно пишут, что знают гораздо больше номера телефона. Verizon в своей privacy policy указывает, что может собирать данные о звонках, посещенных сайтах, текстовых сообщениях, местоположении устройства, использовании приложений и функций, а также данные о работе сети и устройства. Orange Belgium пишет, что при использовании мобильной связи и интернета собирает traffic information: номера вызовов, идентификацию телефона, дату, длительность и объем интернет-сессии, а также visited sites. При этом отдельно отмечает, что у сотрудников нет доступа к содержанию звонков, email, SMS или интернет-сессий, потому что содержание защищено тайной связи. Вот здесь и проходит главная граница. Оператору нужны данные, чтобы дать связь, посчитать тариф, списать деньги, не тарифицировать отдельные сервисы, бороться с фродом, выполнять закон и чинить сеть. Но для абонента важно другое: понимать, какие именно данные собираются, зачем они нужны, сколько хранятся, кто имеет к ним доступ и можно ли отказаться от их использования в маркетинге. Безлимит на соцсети кажется просто приятным бонусом, но он показывает важную вещь: оператор видит не только сколько интернета вы потратили. Он может различать, какой именно сервис вы используете. И чем умнее становятся тарифы, тем больше вопросов возникает к прозрачности. Если оператор делит интернет на WhatsApp, YouTube, образовательные сайты и «все остальное», абонент имеет право понимать, как именно это работает. По ссылкам можно Подписаться или Поддержать bailanys — независимый канал о связи и телекоме в Казахстане

Байланысу нужна ваша поддержка 📡 Мы запустили Patreon. Третий год мы разбираем для вас операторов, регуляторику и сделки телеком-рынка Казахстана — без спонсорских материалов (ну почти) и без фильтров. Чтобы так и оставалось, нам нужна ваша поддержка. Никаких скрытых условий: вы просто помогаете медиа оставаться независимым, а мы продолжаем копать в отраслевые новости так, как умеем только мы. Уровни поддержки — от «Слабого сигнала» за $10 до «Долины ЦОДов» за $1000. Каждый может выбрать свою мощность под свою возможность. Спасибо, что остаётесь на связи 🤝 Ссылка на Patreon: https://patreon.com/bailanys?utm_medium=unknown&utm_source=join_link&utm_campaign=creatorshare_creator&utm_content=copyLink

Проблемы у Beeline, новые правила для смартфонов и тарифы без сюрпризов — дайджест телекома с 17 по 24 августа На этой неделе абоненты Beeline жаловались на нестабильную работу интернета после технических работ, операторов обязали раньше сообщать о подорожании тарифов, а продажу неверифицированных смартфонов запретили. Кроме того, в Казахстане временно стали недоступны государственные онлайн-сервисы, а операторы получили новые требования по борьбе со сбоями и мошенничеством. Собрали главное 👇 🟡 Абоненты Beeline пожаловались на многодневные проблемы с интернетом Казахстанцы сообщали о нестабильной работе мобильного и домашнего интернета после технических работ Beeline. Некоторые пользователи утверждали, что проблемы продолжались около пяти дней. Также появлялись жалобы на сложности с операциями в Simply, перегруженную поддержку и очереди в офисах оператора. В Beeline объяснили временные ограничения обновлением сервисов, необходимым для их стабильной работы в дальнейшем. Масштаб проблемы и сроки полного восстановления компания публично не уточнила. Ранее мы уже писали о перебоях в работе сервисов Beeline и IZI, которые начались во время запланированного обновления систем. 💸 Операторы должны предупреждать о повышении тарифов за два месяца С 20 августа операторы связи обязаны сообщать абонентам об изменении стоимости услуг не менее чем за 60 календарных дней. Раньше минимальный срок составлял 30 дней. Уведомление должно прийти по SMS и одновременно появиться на сайте оператора. При этом повышать тарифы компаниям не запретили — изменился только срок, за который они должны предупредить клиентов. 📱 В Казахстане запретили продавать неверифицированные смартфоны С 20 августа магазины и маркетплейсы не могут продавать телефоны и другие устройства сотовой связи, которые не прошли верификацию. Продавец должен предоставить покупателю IMEI, по которому можно проверить устройство и убедиться, что оно будет работать в казахстанских сетях. Физическое лицо может самостоятельно верифицировать не более двух устройств в год, ввезённых в страну для личного пользования. 🛡 Операторов обязали создать системы управления рисками С 17 августа операторы связи должны вести реестр рисков, назначить ответственных и внедрить внутренний контроль. В перечень рисков входят аварии и технологические сбои, снижение качества связи, подмена номеров, несанкционированный доступ и другие виды мошенничества. Эффективность системы необходимо регулярно оценивать, а пересматривать её — не реже одного раза в год или при появлении новых угроз. 🌐 eGov, eOtinish и сайты госорганов временно стали недоступны 21 августа казахстанцы столкнулись с проблемами при попытке открыть eGov, eGov Mobile, eOtinish и сайты на платформе gov.kz. В НИТ объяснили кратковременную недоступность повышенной активностью внешнего интернет-трафика: из-за неё сработали защитные механизмы. Позже доступ к ресурсам восстановили. В компании подчеркнули, что сами государственные информационные системы продолжали работать штатно. Подписывайтесь на bailanys — независимый канал о связи и телекоме в Казахстане

Зачем казахстанскому Freedom Telecom лаборатория Nokia в Кремниевой долине У казахстанского телекома появилась новая точка на карте. Не в Алматы, не в Астане и даже не в Дубае, а в Саннивейле, Калифорния, на кампусе Nokia. История началась 12 марта 2026 года, когда Freedom Telecom International и Nokia объявили о планах открыть в Саннивейле совместную инновационную лабораторию. А уже 26 мая лаборатория официально открылась — фактически у Freedom появилась собственная точка присутствия в Кремниевой долине. Причем буквально за несколько дней до этого, 21 мая, Nokia запустила в Саннивейле собственную AI Networking Innovation Lab — отдельную площадку для тестирования сетевых архитектур под AI-нагрузки и дата-центры вместе с технологическими партнерами. На первый взгляд, очередная новость о партнерстве оператора и крупного вендора. Но здесь интересна сама модель сотрудничества. Обычно оператор приходит к вендору за готовым решением: купить оборудование, поставить, запустить. Здесь Freedom пытается зайти на этап раньше — тестировать идеи вместе с инженерами Nokia, проверять технологии и только потом решать, что из этого имеет смысл масштабировать. В лаборатории компании собираются работать с облачными технологиями, AI-инфраструктурой, сетевыми решениями и цифровыми продуктами. В первоначальных планах отдельно упоминались AI-архитектуры для дата-центров и проверка их применимости в Казахстане и соседних рынках. Freedom Lifestyle Group также планирует тестировать там пользовательские AI-сервисы: голосовых и чат-ассистентов, AI-агентов и возможности для SuperApp. Зачем все это телекому? Потому что телеком давно перестает быть только связью. Операторам уже недостаточно продавать минуты, гигабайты и домашний интернет. Точки роста смещаются в облака, дата-центры, AI, кибербезопасность и цифровые сервисы для бизнеса и обычных пользователей. В этой логике лаборатория нужна Freedom не столько как витрина технологий Nokia, сколько как полигон. Там можно проверить гипотезу до того, как вкладываться в полноценное внедрение, протестировать решение вместе с инженерами Nokia и понять, стоит ли вообще переносить его на свой рынок. Для Freedom это особенно логично. Холдинг строит экосистему, в которой рядом существуют финтех, телеком, e-commerce, облачная инфраструктура и AI-сервисы. Но чтобы все это работало вместе, недостаточно собрать приложения под одним брендом — нужна инфраструктура, способная выдерживать эту экосистему. И здесь появляется Nokia. Причем Nokia сегодня — совсем не та компания из нулевых, которую массовый пользователь помнит по 6300 и XpressMusic. Ее основной бизнес давно находится в другой плоскости: сетевое оборудование, оптика, облачная и дата-центровая инфраструктура. Открытие собственной AI Networking Innovation Lab в Саннивейле как раз укладывается в эту стратегию: Nokia хочет вместе с партнерами тестировать сети для крупных AI-нагрузок и дата-центров в условиях, приближенных к реальным. Для обычного абонента эффект от лаборатории Freedom и Nokia завтра, конечно, не появится. Новый интернет сам собой быстрее не станет. Интереснее другое: оператор пытается получить доступ не только к готовым технологиям крупного вендора, но и к процессу, где эти технологии тестируют и адаптируют. А это потенциально означает меньше решений «с полки», больше собственной инженерной экспертизы и возможность раньше понять, какие технологии действительно имеют смысл для Казахстана. Поэтому главный вопрос теперь не в том, зачем Freedom понадобилась лаборатория в Кремниевой долине. С этим как раз понятно. Интереснее, сможет ли компания превратить эксперименты в Саннивейле в реальные продукты и инфраструктуру здесь. Если да, Freedom окажется уже не только покупателем готовых технологий, но и участником процесса, в котором решается, как они будут работать. Подписывайтесь на bailanys — независимый канал о связи и телекоме в Казахстане

IZI и Beeline вне зоны доступа Чтобы жить на яркой стороне — иногда требуется отлучиться, чтобы починить свет. К нам обратился подписчик и коротко описал проблему: «IZI.me и Beeline уже неделю не работают. Не могу гиги купить для IZI». Мы проверили: у IZI действительно были запланированы технические работы. Абонентам пришло SMS: с 13 по 17 августа в приложении IZI будут недоступны некоторые действия с номером, поэтому оператор рекомендовал заранее пополнить баланс и подключить нужные услуги. При этом на 18 августа приложение всё ещё не работает. Почти в те же даты о большом обновлении систем предупредил Beeline. Оператор сообщил, что 15, 16 и 17 августа будет обновлять системы, а часть сервисов временно станет недоступной: смена тарифа, подключение и отключение услуг, пополнение баланса, платежи с мобильного баланса, перенос номера и звонки за границу. Почему мы вообще связываем IZI и Beeline? Потому что это не два полностью отдельных мира. В официальном анализе рынка сотовой связи Агентство по защите и развитию конкуренции указывало, что услуги сотовой связи в Казахстане оказывает ТОО «КаР-Тел» под торговыми знаками Beeline и IZI, а сам IZI указан как цифровой мобильный оператор, принадлежащий ТОО «Кар-Тел». Это не доказывает, что сбой в IZI напрямую вызван обновлением Beeline. Но совпадение сроков и общий контур оператора делают такую связь логичной гипотезой. Отсюда и главный вопрос: почему работы у IZI были заявлены до 17 августа, а на 18-е у части пользователей проблема сохраняется? Самая аккуратная версия: обновление могло затронуть больше внутренних сервисов, чем видно абоненту. После таких работ часть функций иногда возвращается не одновременно: связь работает, SMS приходит, сайт открывается, но покупка пакета, смена услуги или авторизация в приложении еще могут давать сбой. И вот здесь вопрос уже скорее коммуникационный. Если работы продлились или часть функций не восстановилась вовремя, пользователю нужно короткое и понятное обновление: что именно не работает, когда починят и как купить пакет, если приложение не дает это сделать. Потому что абоненту не важно, где именно завис процесс: в IZI, Beeline, биллинге или платежном модуле. Ему важно одно: почему не починили всё в обещанный срок, когда ждать связи и где SMS-оповещение? Подписывайтесь на bailanys — независимый канал о связи и телекоме в Казахстане