现已上线！2025 年 Telegram 研究 — 年度关键洞察 
Сергей Крайнюков
前往频道在 Telegram
Схема-терапия, теория привязанности, современный психоанализ: информация, обучение, супервизия.
显示更多3 392
订阅者
-124 小时
+67 天
+4330 天
数据加载中...
相似频道
标签云
进出提及
---
---
---
---
---
---
吸引订阅者
七月 '26
七月 '26
+10
在1个频道中
六月 '26
+76
在3个频道中
Get PRO
五月 '26
+81
在11个频道中
Get PRO
四月 '26
+71
在4个频道中
Get PRO
三月 '26
+110
在6个频道中
Get PRO
二月 '26
+158
在8个频道中
Get PRO
一月 '26
+179
在6个频道中
Get PRO
十二月 '25
+116
在7个频道中
Get PRO
十一月 '25
+177
在9个频道中
Get PRO
十月 '25
+121
在7个频道中
Get PRO
九月 '25
+78
在9个频道中
Get PRO
八月 '25
+124
在7个频道中
Get PRO
七月 '25
+180
在14个频道中
Get PRO
六月 '25
+144
在5个频道中
Get PRO
五月 '25
+207
在7个频道中
Get PRO
四月 '25
+144
在7个频道中
Get PRO
三月 '25
+142
在9个频道中
Get PRO
二月 '25
+119
在4个频道中
Get PRO
一月 '25
+209
在7个频道中
Get PRO
十二月 '24
+205
在11个频道中
Get PRO
十一月 '24
+120
在4个频道中
Get PRO
十月 '24
+173
在8个频道中
Get PRO
九月 '24
+143
在4个频道中
Get PRO
八月 '24
+974
在4个频道中
| 日期 | 订阅者增长 | 提及 | 频道 | |
| 05 七月 | +1 | |||
| 04 七月 | 0 | |||
| 03 七月 | +7 | |||
| 02 七月 | +1 | |||
| 01 七月 | +1 |
频道帖子
Венди Бехари об ответе пациентам, предлагающим дружбу после терапии: «Я всегда говорю им то же, что своей взрослой дочери: "Я всегда буду её матерью, а не подругой". В моем сердце всегда останется место для Вас как для Вашего терапевта, который оберегал Ваше пространство подобно родителю. Если бы мы стали друзьями, я бы навсегда потеряла возможность быть защитником для Вашей уязвимой части. Именно так я всегда буду Вас помнить».
| 2 | Рут Малком отмечает, что для пограничных пациентов характерно явление, названное ей обращённой перспективой. В обычной жизни и на сессиях это проявляется в том, что пациент уводит внимание от внутренней реальности в сторону других людей и внешних фактов.
Но как это может быть устроено у пациентов с разными стратегиями привязанности?
Пациенты с отстраняющейся стратегией (А) переводят внимание на внешние факты и других людей, чтобы не сталкиваться (и не сталкивать терапевта) со своими негативными переживаниями.
В то время как пациенты с аффективной стратегией (С) делают это для того, чтобы во всём обвинить других и обелить себя. И это тоже мешает самоанализу.
Задача терапии – не поддерживать обращённую перспективу, постепенно разворачивая её внутрь. Однако с пациентами разных типов это делается по-разному. | 750 |
| 3 | НОВАЯ ИСКРЕННОСТЬ
Современная поп-психология изобилует призывами прямо выражать свои чувства, причём всегда, везде и всем. При этом гораздо реже предлагается рефлексировать над своими чувствами, задумываться над формой и контекстом их выражения. В результате всё чаще в повседневной жизни люди изливают на нас (непереработанные) потоки своих чувств, в том числе люди совсем незнакомые. Притом эти люди убеждены, что они делают всё хорошо и правильно.
Например, начальник на работе, не ожидая беды, даёт подчинённому задание. Ну там, гвоздей заказать ещё три коробки. А тот ему сообщает, что от слов его веет металлическим холодом, что они как гвоздь в сердце – такие ранящие и бездушные. Нет в них тепла и ласки. И гвоздей тебе никаких не будет, нахал!
Или едва знакомый приятель(ница) не стесняется заявить, что его тут же раздражает Ваша речь, походка, левый глаз и правый мизинец. Потому что наконец он обрёл границы и может всем говорить, что захочет… А уж что в этом плане делается в интернете…
В близких же отношениях возможность выражать свои чувства нередко превращается в бесконечное маринование партнёра в своих эмоциях. Сами отношения начинают рассматриваться как непрерывное сообщение друг другу о своих (симбиотических?) чувствах.
И здесь мы можем задуматься о природе и функции процесса, называемого выражением чувств. Одно дело, если это аутентичные чувства, идущие из глубины сердца. И совсем другое, если это чувства, идущие из своей проекции: ты один весь плохой, поэтому заслуживаешь всех моих плохих чувств. Или, если это чувства-орудия, призванные оказать нужное воздействие на адресата. Или же чувства, как ничем не затронутый первичный процесс (так называемый эмоциональный понос): выражаю всё, что хочу, потому что хочу.
Помимо этого, важны форма и контекст выражения чувств. Как говорится, хорошо, когда чувства идут от сердца, но нет ничего плохого, если они ещё пройдут через голову. Особенно, если эта голова может оценить их адекватность и уместность.
В схема-терапии считается, что носителем аутентичных чувств является внутренний Ребёнок. Но порой забывается, что в социальной жизни выражение чувств происходит с участием Здорового Взрослого. Здоровый Взрослый держит Ребёнка за руку, помогая ему найти конструктивную форму выражения чувств, а также оценить подходящесть ситуации.
Но каковы причины этой новой «искренности», ставшей неотъемлемой частью нашей повседневности?
Я уже упомянул о влиянии поп-психологии. Но ещё это зачастую происходит из-за склонности путать контексты. В индивидуальной и групповой терапии создаётся специальная, отчасти искусственная ситуация, необходимая для проработки неблагоприятного опыта участников. Но это лечебное взаимодействие подходит не для всех контекстов. Однако кто-то, не учитывая контекст, лихо устраивает гештальт-терапию подружкам на кухне, коллегам на работе, мужу (жене) в постели, забывая, что жизнь – это не тренинг.
Глобально это может быть связано с тем, что сегодня мы живём не в невротической культуре сдержанности, а пограничной культуре несдержанности, потери норм и границ. Как известно, пограничные личности часто не имеют проблем с выражением чувств, напротив, они даже слишком аффективны и импульсивны. Бомбардируя других своими проекциями, они испытывают трудности в рефлексии и сдерживании своих деструктивных отыгрываний.
Ещё более глобально это связано с ослабленностью Сверх-Я в современном мире (Ю. Кристева), а без него никак не может быть наблюдающего рефлексирующего Эго (Здорового Взрослого).
Немаловажную роль в этом сегодня играют безразмерные интернет-контейнеры, которые бесконечно вмещают, но не перерабатывают аффекты своих пользователей. Это может формировать привычку без разбора выливать всё, что у тебя внутри везде и на всех.
Однако в любом мире находятся пространства, уголки, люди, искренность которых вызывает не оторопь, а трепет. Возможно, это и есть самый верный критерий различия между недержанием и подлинной искренностью. | 1 115 |
| 4 | Известно, что родители детей с эмоционально воздействующей С-стратегией привязанности отличаются своей непредсказуемостью. Но что лежит в основе этой непредсказуемости?
Часто такому родителю трудно органично сочетать любовь и авторитетность, легко восстанавливать отношения после проявления строгости. Поэтому она вычёркивается из отношений. Однако раздутые из-за этого границы ребёнка в сочетании с долго сдерживаемой агрессией родителя могут вызывать у последнего приступы ярости или бегства. А потом догоняет вина, из которой родитель приносит ребёнку слёзные извинения. Замкнутый круг.
В опыте ребёнка это сначала переживается как нечто странное, потом как раздражающее, потом как то, что можно использовать в своих интересах. Но во всех случаях ему не хватает твёрдой почвы, опоры, стабильности. Не хватает человека с прочным Я и Сверх-Я – настоящего Здорового Взрослого, рядом с которым можно чувствовать себя спокойно. Увы, часто сами родители ведут себя по-детски наивно, хаотично и непредсказуемо. Именно это лежит в основе базового дефицита многих современных маленьких и больших пациентов. | 1 108 |
| 5 | А 23 июля в Московском институте схема-терапии будет проходить мой семинар, посвящённый специфике работы с пациентами с разными стратегиями привязанности, который будет актуален для тех, кто ещё не знаком с динамической моделью привязанности П. Криттенден: https://schema-therapy.ru/attachment_types | 1 257 |
| 6 | Дорогие коллеги, уже завтра состоится важное (к тому же бесплатное) мероприятие для схема-терапевтов: https://t.me/c/1819995957/335/1880 | 1 153 |
| 7 | Как известно, психотерапевтическое поле обладает свойством притягивать, затягивать, окутывать и поглощать. Ведь там вертится так много переживаний, драм, травм, лабиринтов и тайн.
Нередко бывает так, что специалисты ныряют в него с головой и не выныривают – если не работают, то думают о работе, учатся, читают, обсуждают. Однако если всё время сидеть в этой котловине, можно лишиться не только мира за окном, но и рассудка. А самое печальное, что из-за оскудения контактов с миром наблюдающее Эго (Здоровый Взрослый) ослабевает, и специалист сам не замечает потери своей адекватности. Как в старом анекдоте: больные ещё как-то выходят из сумасшедшего дома, а психиатры там остаются.
Без связей с заОконным (и замониторным) миром людей и событий, увы, начинают страдать все уровни здоровья. Ведь психическое (и соответственно всяческое) здоровье, как нам теория объектных отношений убедительно показывает, прежде всего поддерживается созданием, наполнением и ценностью отношений.
В связи с чем желаю дорогим коллегам таки вынырнуть (или хотя бы повыныривать) в лето с его ароматами и красками, радостью встреч и теплотой общения! Пора! | 1 338 |
| 8 | Здоровое Сверх-Я (Хороший Родитель) может вырабатываться лишь тогда, когда любовь и воспитание находятся в хорошем балансе.
Если родитель авторитарен и жесток с ребёнком, в его психике вместо адекватного Сверх-Я прочно селится давящий преследующий объект (Наказывающий, Требовательный Критик).
Если же родитель потворствует и лишает ребёнка воспитания, Сверх-Я тоже не может быть интегрировано в его психику. Распространённым заблуждением является идея, что, если просто любить ребёнка и давать ему всё, он вырастет хорошим человеком. Однако в слепой потворствующей заботе нередко теряется объективный взгляд на ребёнка. Недостатки и проблемы в поведении не замечаются, а то и благовидно оправдываются. Апофеозом является пример матерей маньяков, которые, как известно, зачастую были очень заботливы, игнорируя деструктивные увлечения своих чад, а то и сами подманивая к ним жертв. В этой (симбиотической) системе отношений Сверх-Я и рядом не валялось.
К сожалению, многим детям сегодня не хватает родителя, который был бы любящим, но при этом не потворствующим и наивным, а взрослым, последовательным, зрелым человеком. Человеком, на которого хотелось бы опираться, в чём-то походить, которого хотелось бы уважать и держать в сердце как мудрого наставника. | 1 417 |
| 9 | Здоровое психическое функционирование обеспечивается тандемом внутреннего Хорошего Родителя и Здорового Взрослого. Но откуда им взяться в развивающейся психике ребёнка? Несомненно, от его родителей.
В таком случае мы задаёмся вопросом, а есть ли эти здоровые инстанции в психике родителей? Насколько они там интегрированы и могут проявляться по отношению к ребёнку?
Если родитель взаимодействует с ребёнком посредством ригидных защит (отстраняется, муштрует или потворствует), то канал передачи этих здоровых частей заблокирован.
И тогда одна из немногих возможностей их сформировать и интегрировать – это терапия как восполняющее родительство (но только если сам терапевт обладает Хорошим Родителем и Здоровым Взрослым). | 1 427 |
| 10 | Сегодня многие семьи сконцентрированы на воспитании ребёнка, но с трудом могут воспитывать взрослого человека. Я имею в виду – постепенно взрослить ребёнка.
Конечно, удовлетворять желания и требования ребёнка бывает проще, чем его дисциплинировать, вводить обязанности и прививать здоровые привычки. Многим родителям бывает трудно органично сочетать в воспитании любовь и разумную строгость, т.е. быть авторитетными. Любить внутри установленных рамок и границ, а не беспредельно и безумно.
В итоге дети, как передержанные в теплице растения, не могут расти в открытом грунте, – самостоятельно учиться, работать, ставить большие цели и достигать их. Причём последнее часто ошибочно сваливается на травмы, тогда как истинной причиной является трагически укоренившаяся инфантильность. И тогда им в первую очередь необходим (наконец) трезвый Здоровый Взрослый рядом. Причём такой Взрослый часто необходим всей семье. | 1 517 |
| 11 | Но почему ещё пациент уходит не из плохой, а даже слишком хорошей терапии? А.И. Коротецкая поясняет, что обычно пациент уже адаптировался к текущим страданиям с помощью своих защит. Но в хорошей терапии посредством механизма переноса у пациента может вновь активироваться раннее травматическое ядро. Однако имеющихся ресурсов пациента может не хватить на переработку этого травматизма, угрожающего затопить и разрушить сложившуюся психическую конфигурацию. И тогда пациент уходит в попытке сохранить свой внутренний каркас, выжить и остаться наплаву.
Поэтому в работе с психотравматизированными пациентами важны осторожность, постепенность, доверие их индивидуальному темпу и мудрости их психического аппарата. | 1 669 |
| 12 | Как отмечает А.И. Коротецкая, пациент зачастую уходит из терапии не потому, что она плохая, а потому что она работает слишком хорошо. Многие пациенты склонны удерживаться в плохой терапии, потому что они привыкли к плохому в своей жизни. Тогда как хорошая терапия бросает вызов закостенелому психическому аппарату, стимулируя его перестройку. И в этом вызове пациент может ощущать опасность утраты привычного старого, – пусть и заставляющего покрываться симптомами, но худо-бедно работающего. Таким образом, пациент может уходить чтобы сохранить привычное (хрупкое) равновесие и привычный образ жизни.
P.S.: Причём образ жизни не только с его патологическими страданиями, но и нередко патологическими удовольствиями. Как в том анекдоте: «Доктор, это для вас они психические расстройства, а для меня радости». | 1 989 |
| 13 | ПРИГЛАШАЮ В НАРЦИССИЧЕСКИЙ ТАНЕЦ
Одна из главных особенностей нарцисса в отношениях – это склонность винить во всём партнёра, при этом полностью обеляя себя. Партнёр описывается как не уделяющий должного внимания, недостаточно ценящий, неправильно любящий, имеющий дурные (очень раздражающие) повадки. Однако в действительности партнёр осуждается нарциссом за то, что не является идеальной симбиотической функцией, которая должна непрерывно (и очень правильно) угождать и восхищаться нарциссом. Нередко на такого партнёра вешаются ярлыки абьюзера, нарцисса, газлайтера, что в данном случае является проекцией своих собственных черт. Сам же нарцисс описывает себя как луч света в тёмном царстве, несправедливо страдающий от этого чёрствого человека (но при этом остающийся в отношениях).
Эта особенность отражает принадлежность нарцисса к пограничному уровню организации личности, для которого характерно чёрно-белое мышление, ангелизация себя и демонизация другого. Всё это давно известно и подробно изучено (М. Кляйн, О. Кернберг и иже с ними). Но несмотря на это, часто современные специалисты присоединяются к этому расщеплению, бесконечно утешая жертвенного нарцисса и вместе с ним (сладостно) обвиняя во всём «плохого» партнёра. Но на это и расчёт мощного давления расщепления. Все факты подгоняются под эту чёрно-белую картину – плохое (и неугодное) от партнёра акцентируется, а нейтральное и хорошее заметается под ковёр. Туда же заметается и своё неангельское.
Однако, если придерживаться взрослой нейтральной позиции, то мы понимаем, что зачастую в отношениях нет абсолютно правых и абсолютно виновных, все хороши. Никто не ангел, и каждый вносит свой вклад в общую проблему. Но если терапевт, поддавшись влиянию расщепления, вместе с пациентом отрицает его собственный вклад, то пациент лишается возможности проработать свою собственную (скрытую) деструктивность, проработать и свои тёмные стороны, от которых страдает он и его отношения.
В описываемом случае что-то мешает специалисту видеть пациента хороше-плохим (т.е. целостно), напротив, он идеализируется. В итоге разыгрывается то, что было когда-то – воспроизводятся отношения с родителем, который тоже идеализировал своего ребёнка, игнорируя его проблемные стороны (что во многом и привело к развитию нарциссической структуры).
Выходить из этих нарциссических танцев помогает как теоретическая подготовка, так и личная терапия и супервизия. Важно помнить, что нейтральность (не равно холодность) является одним из главных условий эффективной работы с пограничными и нарциссическими личностями – нейтральность, которая несёт свет истинного (а не псевдо-) гуманизма.
P.S.: Ещё раз подчёркиваю, что это эссе фокусируется именно на нарциссической динамике и нарциссических отношениях. Конечно, мы также встречаем случаи безумной и чудовищной жестокости, при которой другой всё равно остаётся в отношениях. Но об этом позже. | 1 871 |
| 14 | «Когда ребенок сталкивается с ужасом в одиночестве, его психика не просто защищается – она "капсулирует" этот опыт. Внутри взрослого человека продолжает жить зона застывшего, неоплаканного кошмара» (Рене Руссийон).
И если мы не перерабатываем этот детский кошмар, он никуда не девается. | 1 939 |
| 15 | Томас Огден напоминает, что если терапевт не смог переварить в своей психике проблемные части пациента, то они склонны отыгрываться во вне так же, как их отыгрывает пациент в своей повседневной жизни. Уже за пределами кабинета у терапевта могут возникать психосоматические нарушения, нарушения сна, проявления зависимого поведения, тревожно-депрессивный фон настроения, раздражительность, вспышки ярости. Поэтому так важно как можно больше перерабатывать в кабинете и анализировать свой психический контейнер вне кабинета. Особенно при работе с не-невротическими пациентами. | 1 958 |
| 16 | «Важно научить ребёнка юмору и самоиронии. Это мощнейшие механизмы психологической защиты, которые помогают выстоять в самых сложных социальных ситуациях» (И.И. Мамайчук). | 2 005 |
| 17 | Известно, что не-невротические (пограничные и психотические) пациенты склоны размещать в психике терапевта свои непонятные, странные и непереносимые части. И тогда важно, чтобы в психическом пространстве терапевта они встретили Хорошего Родителя и Здорового Взрослого, который мог бы их спокойно принять, переработать и вернуть понятыми.
Однако бывает и так, что вместо этого эти части то и дело натыкаются на внутренние крючки собственных травм терапевта, провоцируя его избыточную ранимость, отстранение или контратаку. В таком случае эти части так и остаются непонятыми, ещё более странными и пугающими.
Безусловно, наличие собственных травм и драм не является противопоказанием для занятия психотерапией. Но только если к началу терапии это всё существует в проработанном (или прорабатываемом) виде. Пациенты хотят, чтобы мы делились с ними не своими травмами (у них и своих травм достаточно), а своими ресурсами. | 2 031 |
| 18 | И вот именно эти люди (пограничного регистра) особенно любят пестовать любовь к себе и всегда и всюду приоритизировать свои «хочу». У них обычно нет особых проблем с выражением эмоций, желаний, агрессии. Они рады, что никому ничего не должны, при этом часто считают, что многое должны им. В отличие от невротиков, они не страдают от избыточного долженствования. Но они могут страдать от нехватки внутренней нравственной основы, чувства долга, ответственности, совести, нормальной вины, эмпатии, благодарности. У значительной их части погоня за успехом и деньгами сочетается с отсутствием высокого смысла, механистическим образом жизни, слабой жизненной энергией, явной или скрытой депрессией. И вот говорить такому человеку, что ему надо жить только для себя, что он никому ничего не должен, что его желания – это единственно важное в жизни – не значит улучшить его функционирование и жизнь. А значит придать ускорение движению в пограничную сторону, где за ближними рубежами готовы принять в свои объятия перверсия и психоз.
Из психологии мотивации известно, что в нормальной мотивационной системе личности успешно сочетаются «хочу», «могу» и «надо». В то время как существенный перекос в какую-либо сторону ведёт к серьёзным проблемам. Умеренное «надо» необходимо для гармоничного функционирования личности. Изъять из психического аппарата «надо», «должен» – значит сделать его дефицитарным, ущербным. Но об этом говорил ещё З. Фрейд.
В свою очередь, А. Адлер противопоставлял патологическим личностям берущего и эксплуатирующего типов – личность с развитым социальным интересом, развитым чувством социального долга. Например, долг помогать уязвимым и незащищённым людям, которые не могут в силу разных причин сами о себе позаботиться. Близкой по содержанию является концепция социально полезного, продуктивного характера по Э. Фромму, который он противопоставляет рыночному, накапливающему и конформному типам.
И опять же, почему «должен» – это непременно что-то извне? Это может быть моё чувство долга и моё «должен». Внешние моральные принципы и установки зрелая личность превращает в систему внутренних нравственных приоритетов. Да, это выбор, но это и долг.
Обратимся к общей психологии. Там среди базовых составляющих человеческой психики мы обнаруживаем волю, которая рассматривается, наряду с характером, как стержневое образование личности. Если мы заглянем в структуру волевого действия, то в качестве главного его компонента увидим волевое усилие. Без волевого усилия произвольная деятельность распадается. Без него я бы уже бросил писать третью страницу этого поста. Проявить волевое усилие – значит с определённой долей фрустрации и даже стресса заставить себя сделать что-то важное, что порой сложно, но надо сделать.
Наконец, обратимся к нейропсихологии развития. Мы знаем, что за «хочу» отвечают подкорковые структуры мозга, лимбический комплекс. Эти структуры выполняют важную активирующую функцию. Но не менее важной функцией является тормозная, которую выполняют лобные доли. При поражении передних областей лобных долей возникает апато-абулический синдром, при котором жизнь подчинена одним влечениям и сиюминутным импульсам. Зрелище ужасающее. И вот для формирования и нормального функционирования лобных долей чрезвычайно важны эти слова – «надо», «не надо», «должен». Как говорит известный детский психолог Ю.Б. Гиппенрейтер, ребёнок уже с раннего возраста должен привыкать к мягкому «надо», которое по мере взросления может становиться твёрже. Ведь лобные доли могут развиваться изначально только благодаря систематической внешней регуляции.
Итак, на мой взгляд, «должен» – это замечательное слово, не зря существующее практически во всех языках. Особенно если оно применяется уместно и умеренно. Этим постом я снова хочу подчеркнуть важность дифференцированного подхода и опасность каких-либо перекосов. | 2 066 |
| 19 | В связи с нарастающей девальвацией Супер-Эго в современном мире (включая психологическую практику) вновь публикую своё эссе:
ДОЛЖЕН
Сегодня нередко можно встретиться с тем, что слова «надо» и «должен» – плохие, загоняющие в невроз. А долженствование – это нечто сродни поучению, назиданию или вовсе когнитивная ошибка, которой надо всячески избегать. Что «должен» – это чьё-то внешнее «хочу». Поэтому его следует исключить из лексикона, заменив на «хочу», «выбираю», «предпочитаю». Например, не мне надо развесить бельё, а я предпочитаю развесить бельё, не мне надо выбросить мусор, а я выбираю выбросить мусор. Как по мне, звучит странно и неестественно, но говорят, что так НАДО делать для сохранения психического здоровья. А куда без него. Вот бедные люди и начинают только хотеть, выбирать да предпочитать. А далее за этим может следовать: всё что я должен/не должен написано в уголовном кодексе; если два человека встречаются, то они ничего друг другу не должны, иначе пусть кто-либо идёт лесом; партнёр тоже ничего тебе не должен, да и вообще никто никому ничего не должен. И вот мы пришли к моему прошлому посту – что хочу, то и делаю – вуаля!
Ещё З. Фрейд, наряду с базовым принципом удовольствия (хочу) ввёл важные принципы реальности (могу?) и долженствования (должен). В соответствии с принципом долженствования функционирует структура личности Сверх-Я. Сверх-Я выполняет важнейшую функцию регуляции поведения человека в обществе, сдерживая деструктивные и порой совершенно неуместные импульсы Оно. Иными словами, Сверх-Я чрезвычайно полезно и нужно людям, чтобы они невзначай не съели и не поубивали друг друга заживо. Но есть люди, у которых это Сверх-Я работает чрезмерно и так натужно старается, что свои влечения и желания подавляются совершенно, а вместо этого человек всё время что-то кому-то должен (извините, уважаемые графини и графины, что сегодня принимаю Вас за чайники, но азбука, как показывает практика, порой весьма актуальна). И эти люди называются невротиками. Очень неплохие и даже очень хорошие люди, но иногда путями господними доходящие до невроза. В институте Бехтерева, в котором некогда учился Ваш покорный слуга, некоторые специалисты даже имели решимость сказать невротическому пациенту: «чем хуже Вы в морально-этическом плане, тем лучше для Вашего психического здоровья». Уж не знаю, насколько работало такое откровение, но что правда, то правда. Вот этим то людям – с сильным перекосом в сторону морального «надо» – хорошо бы «должен» поменьше, а «хочу» побольше. Но при этом с опорой на реальность. Ибо без реальности лишь психоз хорошо обходится. Напомню, что классический психоанализ и традиционные психотерапевтические подходы (когнитивно-поведенческая терапия А. Бека и А. Эллиса, гештальт-терапия Ф. Перлза, клиент-центрированная терапия К. Роджерса) разрабатывались на невротиках и для невротиков. Поэтому в этих подходах ставится акцент на снижении долженствования, открытом выражении чувств и потребностей, достижении аутентичности.
Только сегодня этих невротиков днём с огнём не сыщешь. Ну ладно, есть они, конечно, но это не большинство наших пациентов. А большинство пациентов сегодня не страдают от натиска сурового Сверх-Я, так как скорее тяготеют к пограничной организации личности и имеют пограничные черты. А если мы возьмём саму пограничную организацию, то одним из её критериев по О. Кернбергу является неинтегрированное или слабоинтегрированное Сверх-Я. Причём степень его неинтегрированности прямо пропорциональна степени нарушенности. Те, кто совсем им не обременён, напрочь лишены совести и являются психопатическими (антисоциальными) личностями. | 1 755 |
| 20 | Можно выделить три основных варианта отношения нарцисса к своему телу:
1) как к предмету, который нужно постоянно улучшать и украшать, чтобы вызывать восхищение (возбуждение) у себя и окружающих;
2) как к велосипеду, из которого нужно выжимать максимум, пока он окончательно не развалится;
3) как к бремени, отягощающему дух и мешающему ему парить над (бренным) миром – характерно для наиболее тяжёлых форм нарциссизма. | 1 752 |
