ch
Feedback

不要被骗子欺骗!Telemetrio 会找到并标记这些频道 👉 如果想查看标记,请订阅

Трудовая гармония 🔲

Трудовая гармония 🔲

前往频道在 Telegram

Для думающих HR и управленцев. Про работу как часть жизни. Без «быстрых рецептов», с возможностью свериться с собой. Григорий Котомин: из HR в CEO, фанат заводов и мегапроектов, отец троих детей. Рекламу не размещаю. ЗА идеи и коллаборации. 📩 @gkotomin

显示更多
1 094
订阅者
+124 小时
+87 天
+930 天
吸引订阅者
10月 '26
十月 '26
+30
在3个频道中
九月 '26
+48
在1个频道中
Get PRO
八月 '26
+19
在3个频道中
Get PRO
七月 '26
+18
在1个频道中
Get PRO
六月 '26
+34
在2个频道中
Get PRO
五月 '26
+264
在1个频道中
Get PRO
四月 '26
+29
在2个频道中
Get PRO
三月 '26
+55
在3个频道中
Get PRO
二月 '26
+272
在5个频道中
Get PRO
一月 '26
+23
在2个频道中
Get PRO
十二月 '25
+28
在2个频道中
Get PRO
十一月 '25
+42
在3个频道中
Get PRO
十月 '25
+62
在2个频道中
Get PRO
九月 '25
+43
在4个频道中
Get PRO
八月 '25
+71
在6个频道中
Get PRO
七月 '25
+78
在5个频道中
Get PRO
六月 '25
+70
在2个频道中
Get PRO
五月 '25
+29
在2个频道中
Get PRO
四月 '25
+176
在1个频道中
Get PRO
三月 '250
在1个频道中
Get PRO
二月 '25
+148
在0个频道中
日期
订阅者增长
提及
频道
29 十月+7
28 十月+1
27 十月+4
26 十月+1
25 十月+1
24 十月0
23 十月0
22 十月+3
21 十月0
20 十月+1
19 十月+2
18 十月+1
17 十月0
16 十月0
15 十月0
14 十月+1
13 十月+2
12 十月+1
11 十月+1
10 十月0
09 十月0
08 十月+1
07 十月0
06 十月+3
05 十月0
04 十月0
03 十月0
02 十月0
01 十月0
频道帖子
Почему базы знаний недостаточно Все, кто со мной давно работают, знают, что я инфоголик – любитель побродить по информационному шведскому столу, собирая кейсы, презентации, книги. К счастью, думскроллинг обошёл меня стороной, но FoMO – страх пропустить важное событие, тренд или новость в профессиональной сфере, кажется, со мной до конца. У меня всегда десятки открытых вкладок в браузере и заметок с сохранёнками. Правда, есть один нюанс – чем шире становится эта база знаний, тем явственнее ощущение, что я этим совершенно не управляю. То же самое сегодня я наблюдаю и в организациях. Сначала выбирается платформа, куда переносятся все документы, потом настраивается умный поиск и, конечно, подключается ИИ. На закономерный вопрос: “на хрена” “чтобы что?” тут же ответят – меньше времени будет уходить на повторные вопросы. В результате компания подменяет управление знаниями их хранением. С распространением ИИ у сотрудников нет проблем с тем, чтобы быстро получить ответ. Но понять, откуда этот ответ взялся, в каком контексте его применять, кто отвечает за его актуализацию – вот это большой вызов для каждой организации. Так я пришёл к сенсею в мире управления знаниями – Икудзиро Нонака. Его концепция SECI оказалась мне близка. Нонака и его коллега Такеути описали четыре способа превращения знаний. 1⃣ Социализация. Когда люди работают рядом и подспудно перенимают неявные знания через совместный опыт, наблюдение и взаимодействие. 2⃣ Экстернализация. Когда это неявное знание пытаются сформулировать: написать, объяснить, нарисовать схему, выразить метафорически. 3⃣ Комбинация. Когда соединяют, систематизируют и перерабатывают уже выраженное, явное знание. 4⃣ Интернализация. Когда человек осваивает знание через практику и оно становится частью его опыта. Во многих компаниях более-менее отлажена комбинация: сбор и систематизация документов. А вот социализация (вне онбординга) и экстернализация работают плохо. В нашем проекте самый большой “затык” случился на старте, когда мы думали, что за один–два месяца наберём экспертов, проинтерьюируем их и соберём нужную информацию. Не тут-то было. Во-первых, найти настоящего эксперта – тот ещё квест. Во-вторых, людей, способных осознать, проанализировать и оценить собственную работу, – единицы. Эксперт-методолог – редкий зверь. И соль в том, что носитель неявного знания часто не может его передать не из вредности, а потому что не осознаёт, что именно он знает. Это важный поинт для корпоративного обучения: нельзя просто попросить эксперта "написать инструкцию" и положить её в базу знаний. Можно наблюдать за работой эксперта, разбирать конкретные ситуации, задавать вопросы о логике его решений. Нонака использовал японское понятие “ba” – разделяемый контекст, в котором люди взаимодействуют и создают знания. Важны не столько “стены”, сколько условия взаимодействия: доверие, общий контекст, готовность делиться ещё неокрепшими мыслями. Без “ba” знание просто хранится и устаревает. Поэтому я за то, чтобы в компаниях были клубы по интересам и профессиональные сообщества: именно там создаются условия для “ба”. Их ценность не в росте вовлечённости (это не метрика интеллектуальной деятельности). Прививать в компании культуру размышлений – это в первую очередь процесс, и им, как и любым процессом, можно управлять. Тогда опыт, решения, ошибки и наблюдения превращаются в знание, на которое можно опереться в дальнейшем. То же самое касается и личного опыта – это те же комбинация и интернализация. Для себя я решил, что нет ничего лучше старых проверенных привычек: возвращаться к накопленному, перечитывать, перерабатывать в заметки и наблюдения в дневнике. Кстати, собственными практиками поделился в статье для РБК с говорящим названием 🍱 “Когда личная мания — суперсила, а когда — риск для бизнеса”. #HRархитектор #обучение @labor_harmony

2
Manage your boss Когда-то я хотел поменять название канала на “HR в костюме СЕО”. Судя по дискуссии на конференции HeadConf, генеральные директора всё чаще сами оказываются в шкуре HR. В панельной сессии участвовали СЕО группы компаний “Магнит”, “Северсталь”, ЕМС, Циан и hh.ru. По моим ощущениям, средний возраст спикеров – 40 с небольшим лет. Подумал о том, что в крупных бизнесах меняется управленческое поколение и, кажется, это может хорошо повлиять на рынок: разговор был не только о цифрах и стратегии, но и о людях, клиентах и том, как вообще управлять всем этим хозяйством. Поделюсь наблюдениями.  ▪️СЕО – заложник собственной нагрузки. У того же Евгения Случевского, СЕО “Магнит”, 25 прямых подчинённых. Огромный бизнес, а он один. Можно, конечно, добавить ещё один уровень управления, но тогда, по его словам, на уровень С-2 придётся нанимать людей слабее, а это уже не тот подход. В очередной раз напоминаю: даже на вершине корпоративной пирамиды нет кнопки “делегировать всё и спать спокойно”.  Сам Случевский – бывший консультант McKinsey, два года управляет группой компаний и, что меня поразило, мастерски переключается с бизнес-контекста на людей. Если Галицкий был предпринимателем глобального масштаба, то Случевский – управленец того же уровня. На истину не претендую, исключительно моё впечатление.  ▪️ Благодаря Андрею Яновскому, СЕО ЕМС, я вернулся к истокам. Он напомнил, что технологии – технологиями, но самая устойчивая величина в бизнесе – по-прежнему клиент. От этого и нужно отталкиваться. Казалось бы, ничего нового. Но мы настолько сместили фокус на ИИ и будущее, что иногда забываем, кто вообще платит. И за что. ▪️Гендиректор Циана Дмитрий Григорьев высказался о моей управленческой боли – изменениях на рынке труда в ИТ. Поток кандидатов огромный, при этом резюме и ответы на интервью всё чаще готовит ИИ. В итоге отличить сильного кандидата от хорошо подготовленного непросто. Идеальное прохождение отбора не гарантирует, что человек столь же блестяще справится и с работой. Живой пример. Для одного из проектов нам нужно было быстро нанять сильных разработчиков. Мы выстроили пять этапов интервью, предпоследний из которых – лайв-кодинг. И четыре суперкандидата, которых мы с таким трудом искали, собеседовали и довели практически до финала, споткнулись именно на нём. В первую очередь для нас важна была самостоятельность и зрелость рассуждений, но многим, как оказалось, трудно даётся продумывание решений с нуля. Вдоволь находившись по граблям, мы переставили лайв-кодинг на второе место – сразу после разговора с рекрутером. Резюме перестаёт быть надёжным фильтром, а привычные процедуры отбора приходится пересматривать. ▪️ Александр Шевелев вернул в контекст нынче всеми заброшенное слово – человекоцентричность. Ещё два года назад все в HR носились с этим понятием, разбирались, что же оно означает, а потом пришёл ИИ и перетянул на себя одеяло. В “Северстали” человекоцентричность остаётся управленческой практикой. Несмотря на то что в чёрной металлургии сейчас непросто, Шевелев рационально объясняет, почему в людей важно продолжать инвестировать в любые времена: это напрямую влияет на стабильность бизнеса. Мне показалось символичным, что СЕО хардовой производственной компании в первую очередь говорит о людях.  У каждого участника дискуссии был свой лазер-фокус – в зависимости от ситуации, отрасли и масштаба бизнеса. Хотя никто не спорит: реализация безусловно сложнее стратегии. Но вместо стенаний, которые я периодически слышу в HR: “СЕО вечно в белом, а нам тут авгиевы конюшни разгребать”, – я бы предложил вспомнить о собственной субъектности. В Lafarge у нас была такая компетенция – manage your boss. Современному HR важно её прокачивать. Это умение понимать сильные стороны руководителя, его видение и акценты и давать ему честную обратную связь: без поддакивания и без превращения в занозу в известном месте. В конце концов, если HR хочет, чтобы CEO учитывал интересы людей, ему самому нужно понимать, чем живёт CEO. #звонитеСЕО @labor_harmony
134
3
Библиотерапия Меня на неделе спросили подписчики, откуда у меня столько времени и желания читать книги. Во-первых, всё-таки помогает курс скорочтения. Во-вторых, терапевтический потенциал чтения открыл для меня… психолог. Это был непростой год. А может, даже несколько лет. Как-то всё разом навалилось: переезд в Челябинск, большая нагрузка в Fortum, первый большой комплексный проект по запуску завода в Азове, свадьба, рождение ребёнка, подозрение на серьёзное заболевание. В общем, штормило меня не на шутку, но армейская установка “кто ссыт, тот гибнет” (пардон) не оставляла ни малейшего шанса попросить о помощи. К счастью, моя жена Маша с ростовским напором, под которым сломался бы не один прапор, сказала: “Я нашла тебе психолога, идёшь в понедельник”. К слову, до этого у меня был негативный опыт общения с терапевтом. Это была не психотерапия, а какое-то странное явление. Так я познакомился с Валерием Леонидовичем, бывшим главным психиатром области. В первый раз, когда я его увидел, подумал, что это священник: окладистая борода, глубокий грудной голос, пронзительные глаза. Уже в процессе общения выяснилось, что в психиатрию он попал не случайно. После окончания меда он начал работать в скорой помощи. Высокие нагрузки, постоянный стресс – короче, он запил. И в помогающую профессию пришёл, спасаясь от алкоголизма. Надо сказать, кабинет, в котором он вёл частную практику, располагался на территории психиатрической больницы. И как только ты попадал в это пространство, не всегда понимал, где вообще находишься: иконы, пластинки AC/DC и Rolling Stones, плакаты рок-звёзд, инструменты, свечи. Что-то среднее между палатой № 6, часовней и придорожным рок-клубом где-нибудь в Америке. После первой же нашей встречи Валерий Леонидович порекомендовал прочесть книгу Ирвина Ялома “Шопенгауэр как лекарство”, потом пошли другие. Мы встречались и обсуждали то, что я успел прочитать, какие мысли и чувства это во мне вызвало. Сначала я вообще не понимал, как это относится к психологии. Уже потом, через месяц работы осознал, что советское и армейское прошлое начисто атрофировало у меня способность говорить о собственных эмоциях. Вас спрашивают: “Что почувствовали?” А вы даже этих нот не знаете – как можете их сыграть? Ну, есть радость, есть боль. И всё. Эмоциональный репертуар, прямо скажем, небогатый. В терапии я был ровно год, и запоем прочёл все книги Ялома, а некоторые – по нескольку раз. “Лжец на кушетке” – одна из моих самых любимых. Ирвин, как и Валерий Леонидович, – уникальный дядька. Он известен как один из ключевых теоретиков экзистенциальной психотерапии и групповой психотерапии, и эти идеи перенёс в художественную форму. Свой первый роман он написал в 61 год, а сейчас ему 95 лет: пациентов он уже не принимает, но продолжает писать книги. На протяжении жизни Ялом много работал с умирающими и терминально больными пациентами и называл это профессиональным ученичеством у них – “apprenticeship in working with the dying”. Неслучайно смерть и тревога перед смертью – один из четырёх центральных экзистенциальных вопросов Ялома наряду со свободой, изоляцией и смыслом. Если давать определения, то Валерий Леонидович практиковал со мной библиотерапию, хотя сам он никогда свой подход так не позиционировал. Но дело, конечно, не в терминах. С тех пор я понял, что читать книги и осмыслять прочитанное для меня уже как воздух. Думаю, может, пора открывать книжный клуб? #пятничное @labor_harmony
205
4
ИИ-стратегия – новый подорожник для бизнеса И вот мы более-менее освоили ИИ как инструмент, как теперь появилась новая тема – ИИ-стратегия. Обойдёмся без имён, но уважаемые российские бизнес-консультанты уже подняли на флаг модную практику. Разумеется, наличие ИИ-стратегии автоматически превращает обычную компанию в ИИ-компанию. Все создают комитеты, выбирают платформы, пишут правила безопасности, запускают пилоты – в общем, всё в ёлочку. Как говорил мой дед: понеслась известная субстанция по трубам. Я не против ответственного подхода к работе с ИИ, но всё чаще наблюдаю, как ИИ-стратегия легко превращается в маркетинговый продукт. То есть потребность создаётся искусственно, а дальше мы пытаемся эту потребность оседлать. Председатель совета директоров и CEO Microsoft Сатья Наделла уже намекал нам в Давосе, на чём нужно фокусироваться: вместо подхода know-it-all использовать learn-it-all – не знать всё, а учиться быстрее всех. И летом у него вышло большое интервью в Business Insider, где он ещё чётче сформулировал эту мысль: “Because after all, what is a firm? A firm is a learning system.” “В конце концов, что такое компания? Компания – это обучающаяся система”. И дальше по тексту: “You can always buy a tool, you can even outsource a task or even a job, but you can't outsource your learning. If you outsource your learning, then why exist?” “Инструмент всегда можно купить, задачу или даже целую должность можно отдать на аутсорс. Но нельзя отдать на аутсорс собственное обучение. Если вы передали на аутсорс способность учиться, то зачем вообще существовать?” Заметьте, в статье, в целом посвящённой ИИ, нет ни слова про ИИ-стратегию. Может, мы опять слышим то, что хотим слышать, и этот угол зрения определяет всё, что мы потом делаем? Какая, Бога ради, может быть ИИ-стратегия у горнодобывающей компании в отрыве от основной? Компании нужна стратегия развития бизнеса, а ИИ – один из инструментов её реализации. Например, роботизированный экскаватор – часть технологической политики, а не самостоятельная бизнес-цель. Пока ИИ возводится в культ, хронические проблемы никак не решаются: во многих компаниях дикий зоопарк систем, половина ценной информации живёт в Excel, другая половина – в рабочих чатах, всё управляется вручную. Новые сотрудники по несколько месяцев разбираются во всех документах. Зато корпоративный университет и чат-бот для онбординга. А человек всё равно входит в работу через разговоры у кулера. Это как с игровой комнатой. У меня три сына, и иногда зайдёшь в детскую, а там – чёрт ногу сломит. Гавкнешь: “Наведите порядок!”, так они весь хлам засунут под кровать, покрывальцем прикроют и зовут меня – мол, чистота. В компаниях происходит примерно то же самое: давайте наш бадак разгребать не будем, просто ИИ-покрывальцем прикроем, и будет нам счастье. Следуя логике Наделлы, ключевой вопрос, которым стоило бы озадачиться: где сегодня компания плохо учится и недостаточно использует свой опыт, где из раза в раз воспроизводит свои ошибки. Роль СЕО точно не в том, чтобы кивнуть гордым профилем и сказать “всё, вступаем в эпоху ИИ”. ИИ-готовность начинается не с моделей, промптов и ботов. Всё куда приземлённее: какие решения принимаются каждый день, через каких людей, на каких данных, с какой задержкой, где и как распределена ответственность в компании. В случае с HR задача другая: смотреть, как меняется содержание деятельности, которую выполняют люди, какие навыки становятся базовыми, какие роли усиливаются, а где смысл работы теряется. Сначала нужно сформулировать задачу и спроектировать изменения, а уже потом подбирать технологии. Иначе ИИ-стратегия размажется тонким слоем по компании, распадётся на локальные инициативы, кое-кто запишет себе в достижения дорогостоящие проекты, а толку для бизнеса не будет. За этим, как часто бывает, последует разочарование: “Опять не сработало, давайте-ка вернёмся к человекоцентричности”. А кстати, что у нас нынче с человекоцентричностью? #HRархитектор #звонитеСЕО @labor_harmony
1 496
5
Технологии есть, общего языка нет?  Так получилось, что 2026-ой для меня стал годом HR-конференций. О большинстве я так или иначе что-то развёрнутое писал, о “Персонал Экспо” даже получился влог. А вот о последней – “Хрустальной пирамиде” – хочется помолчать и утереть слезу. На церемониях награждения я каждый раз думаю о том, что мне интереснее читать состав, критерии и методику жюри, чем список победителей. Хотя, возможно, просто завидую тем, у кого в профессии HR всё столь определённо. На контрасте прошла конференция HeadConf. В конце концов у любой уважающей себя ИТ-компании должно быть флагманское событие: у “Яндекса” есть YaC, у “Альфа-Банка” – “Альфа-Конфа”, у “Сбера” – “ГигаКонф”. Вот и у hh.ru появилось своё.  Несмотря на очевидный уклон конференции в сторону HR (кто платит, тот и заказывает музыку), сразу несколько панельных дискуссий и выступлений были связаны с другими сферами. И это отличный способ расширить контекст. В ежедневной работе он скукоживается до размера микрозадач, а тут раз – и взгляд экономиста, нейробиолога и футуролога на работу будущего. Классическим отраслевым мероприятиям как раз не хватает этого фокуса на широкую картину мира. Ребятам, мне кажется, это здорово удалось.  Серия выступлений о технологиях: какие технологии перестраивают бизнес, как ИИ повлиял на нашу работу и кто отвечает за принятые им решения, – для меня оказалась более противоречива. Как СЕО ИТ-компании я понял примерно 90% из того, о чём говорили спикеры. Но, судя по реакции соседей слева и справа, для части зала это был разговор на другом языке. И чем дальше ты сидишь от выхода, тем быстрее темы проходят стадии принятия Кюблер-Росс. От отрицания до смирения — один час. Один очень долгий час. Замысел организаторов был прекрасен до безобразия: сблизить профессиональные домены HR и диджитал, обменяться опытом, поговорить о наболевшем. Вот только выяснилось, что болит у всех в разных местах. А ещё людям из ИТ чертовски сложно говорить на неайтишном языке. Если допустить, что какая-то часть людей в зале едва освоила ChatGPT и Claude, а им начинают рассказывать, как встраивать ИИ-агентов в корпоративную инфраструктуру и что технически для этого необходимо, – часть зала просто теряет нить разговора. Не нужно спускаться до начального уровня, задача другая – сблизить позиции разных функций и сделать это интересно для обеих сторон. Без общего словаря, понимания ожиданий друг друга и подготовки не обойтись.   Про сессии с СЕО и HR сделаю отдельные посты – уж очень наболело зацепило, а пока поделюсь двумя мыслями, которые забрал домой с HeadConf.  1⃣ Софья Донец, главный экономист Т-Инвестиций, много говорила о демографии. Самое очевидное, что мы никак не можем взять в толк: демография – не прогноз погоды, нельзя утром посмотреть на цифры, расстроиться и надеяться, что к обеду распогодится. Тренды видны на десятки лет вперёд. Этот факт можно игнорировать, сопротивляться, переживать, но положение дел на ближайшие 20 лет известно – вот оно. Я за то, чтобы начать всматриваться в эти цифры и анализировать, а потом идти с этим в бизнес. 2⃣ Денис Юдаков, СЕО СИБУР Диджитал, круто и просто обозначил самый большой барьер для внедрения ИИ в бизнес. В большинстве компаний полно регламентов: делай раз, два, три. Но они описывают последовательность действий, а ИИ нужны правила принятия решений. Если произошло одно – действуй так, если другое – иначе, вот тут – развилка. И вот с этим у компаний часто проблемы. Вместо правил – скрижали с инструкциями на все случаи жизни. В результате ИИ либо превращается в топорный инструмент, который не умеет отступать от сценария, либо в золотистого ретривера: исполнительного, дружелюбного, но не всегда понимающего, чего от него на самом деле хотят (со всей симпатией к хвостатым). #HRархитектор @labor_harmony
213
6
Как мы “поступали” Захара в колледж Знаю, что среди подписчиков много родителей, решил провести ретроспективу поступления старшего сына, Захара, в колледж. Авось, пригодится тем, кому эта нервотрёпка только предстоит. Дисклеймер: это только мой опыт, и он в основном про Москву. О том, как обстоят дела в других городах, я, увы, мало что знаю. 1⃣ Выбирать направление заранее. Профориентацию, как по мне, можно начинать уже в 6–10 лет. Уточню: под ней я подразумеваю не тесты и не беседы на тему “кем ты хочешь стать”. Я за то, чтобы в этом возрасте повышать количество экспериментов: мастер-классы, факультативы, кружки, лагеря, представления. В Москве, например, студенты театральных вузов показывают выпускные спектакли. Мы с Захаром регулярно ходили на них и потом обсуждали увиденное. Для родителя тут много работы. Мало отвести ребёнка на кружок, сесть в угол и залипнуть в телефон, нужно следить за его реакциями, поддерживать и помогать ему высказать то, что он почувствовал. В этом возрасте дети не способны самостоятельно проанализировать и отрефлексировать пережитый опыт. Это работа взрослого – не давить, а помогать ему думать. 2⃣ Готовиться к поступлению за 1,5–2 года до самого поступления. Вот где мы конкретно оплошали, потому что решили: за полгода всё успеем. Не надо так. За полтора года у вас уже должна быть полная картина по интересующим направлениям и список учебных заведений. И лучше проехаться по всем вместе с чадом, возможно, что-то отсеется уже на первом этапе. У нас так вышло с одним из колледжей, на выходе из которого я сказал Захару: “Только через мой труп”. За год до поступления погружайтесь в процесс. Для каждого колледжа выясните: ▪️ как проходит отбор и на что смотрит комиссия; ▪️ какие нужны документы; ▪️ нужно ли портфолио; ▪️ есть ли первичное собеседование; ▪️ какие вступительные экзамены. Везде всё по-разному. В выбранных нами колледжах, например, средний балл и результаты ОГЭ вообще не влияли на отбор. Зато в №40-й мы не прошли по качеству портфолио. Собрать-то мы, конечно, его собрали. Но выяснилось, что между “собрать портфолио” и “собрать портфолио так, чтобы оно понравилось комиссии” есть некоторая разница. 3⃣ Не останавливать поиски. Моя ошибка – я слишком быстро ограничил список колледжей и смотрел только на профессию “художник-постановщик театра и кино”. На самом деле заголовок не всегда говорит о содержании (вздох HR-а). Перечни профессий постоянно пополняются и уточняются, и нужно смотреть на содержание. Захар в итоге пошёл на специальность, которая называется что-то вроде менеджера-постановщика социально-культурных мероприятий. Её ввели в прошлом году, и она на 80% пересекается с художником-постановщиком. Плохая новость: если ребёнок не суперсамостоятельный, придётся заниматься муторной работой самим. Отправная точка – агрегаторы, там можно сформировать лонг-лист, а дальше идти на сайты конкретных учреждений, скачивать и читать программы, сравнивать, анализировать. Это хорошая подготовка перед поездкой на дни открытых дверей – у вас точно появятся вопросы, которые можно адресовать комиссии. 4⃣ Не думать, что поступление гарантировано. Мне казалось: если ребёнок идёт в колледж и я готов за это платить, он поступит автоматически. Как оказалось, система образования не разделяет моей философии. В Строгановке, куда мы изначально метили, последний в списке зачисленных на платное набрал 234 балла. Конкурс – 20 человек на место. Если вы рассматриваете не городской, а федеральный колледж, будьте готовы к тому, что туда поедут поступать со всей страны и конкурировать придётся со всей страной. А в городских, кстати, есть преференции для школьников-москвичей. Захар благодаря этому поступил на бюджет. Теперь он рано утром уезжает на учёбу и гордо говорит, что он студент. Пока умиляемся. Если вы сейчас проходите этот квест, задавайте вопросы в комментариях, отвечу, что знаю. #пятничное @labor_harmony
228
7
Матрицы компетенций больше не нужны?  Статья навеяна кейсом из жизни. В крупной производственной компании одновременно живут три модели компетенций: одну спустила штаб-квартира, вторую сделал региональный офис, третью создали на заводе. Кто за всё это отдувается? Правильно, методист, которому приходится учитывать “тройную бухгалтерию”.  В 2015 году я и коллеги убеждали российский бизнес, что ему нужны матрицы компетенций. На нас тогда смотрели, честно говоря, косо. И вот прошло больше десяти лет: матрицы есть почти у всех, но иногда они лежат мёртвым грузом, потому что работа снова изменилась. Человек уже одновременно руководит функцией, работает в разных проектах, консультирует коллег, а часть задач выполняют внешние специалисты и ИИ, а мы всё ещё пытаемся описать его через набор компетенций по шкале от одного до пяти. В новом материале разбираю, где матрица действительно полезна, где её уже недостаточно и почему skill-based подход – это далеко не просто замена слова “компетенции” на “навыки”. 🚩 Читать  За лайки, репосты и комментарии – навыки эмпатичных читателей в карму. #HRархитектор #прикладное #обучение @labor_harmony
224
8
Матрицы компетенций больше не нужны?  Статья навеяна кейсом из жизни. В крупной производственной компании одновременно живут три модели компетенций: одну спустила штаб-квартира, вторую сделал региональный офис, третью создали на заводе. Кто за всё это отдувается? Правильно, методист, которому приходится учитывать “тройную бухгалтерию”.  В 2015 году я и коллеги убеждали российский бизнес, что ему нужны матрицы компетенций. На нас тогда смотрели, честно говоря, косо. И вот прошло больше десяти лет: матрицы есть почти у всех, но иногда они лежат мёртвым грузом, потому что работа снова изменилась. Человек уже одновременно руководит функцией, работает в разных проектах, консультирует коллег, а часть задач выполняют внешние специалисты и ИИ, а мы всё ещё пытаемся описать его через набор компетенций по шкале от одного до пяти. В новом материале разбираю, где матрица действительно полезна, где её уже недостаточно и почему skill-based подход – это далеко не просто замена слова “компетенции” на “навыки”. 📍 Читать  За лайки, репосты и комментарии – навыки эмпатичных читателей в карму. #HRархитектор #прикладное #обучение
1
9
Откуда теперь едут работать в Россию Две зарисовки. Первая. Я живу в спальном районе Москвы, который продолжает интенсивно застраиваться. В 6:30 еду на велосипеде в бассейн мимо стройки, качу не спеша и тут слышу непривычную речь. Прислушиваюсь – натуральный испанский. Гул стоит на всю улицу, будто в Гавану попал. Оказалось, у входа в КПП на стройплощадку столпились кубинцы, человек двадцать: кто песни поёт, кто танцует – весёлая утренняя смена. Ну, думаю, нифига себе. Вторая. Суббота, мужская раздевалка в подвале студии бокса. И тут опять мой чуткий слух улавливает специфичный язык, на сей раз урду. Выглядываю из-за шкафчика, а там три пакистанца пришли на тренировку. Скептически настроенный читатель скажет: ну и что, Москва. Но, друзья, одно дело – центр, и совсем другое – спальник бог весть где. На этой волне полез в статистику: ▪️в 2025 году иностранцы оформили около 2,3 млн патентов на работу (на 9% больше, чем в 24-м); ▪️квота на визовых работников выросла с 235 тыс. в 2025 году до 279 тыс. в 2026-м, и более 90% из них – квалифицированные рабочие для промышленности и инфраструктурных проектов. Разумеется, 2,3 миллиона и почти 300 тысяч – цифры несоразмерные. Но давайте разбираться. Миграция из Средней Азии складывалась с 90-х годов эволюционно. Сейчас же география меняется, и с учётом демографических и кадровых ограничений доля визовых мигрантов, скорее всего, будет расти. К этому нужно готовиться и бизнесу, и обществу. Мы в своё время детально погружались в регламенты и процедуры международной строительной компании Bechtel. Там масштабно выстроена работа с привлечением людей из стран-доноров: рабочий десант на местах разворачивает инфраструктуру для ассессментов и переквалификации. Coca-Cola и Unilever большое внимание уделяют коммуникации – на онбординге специалисты из других стран изучают стоп-команды, правила остановки работ и названия операций на том языке, на котором им предстоит работать. Специально под них выстраиваются контуры обратной связи, чтобы они могли эскалировать проблемы напрямую, минуя, например, локального бригадира. А у нас как бывает? Мы исходим из того, что адаптироваться должен мигрант. Мне ближе позиция, что основной экзамен по адаптации всё же сдаёт работодатель. За проектированием этого пути должны стоять конкретные люди. Межкультурная история – нетривиальная, она требует тонкой настройки и хирургии в процессах. Мне легко возразить: “Это не моя забота, пусть думает государство”. Но от того, как каждая команда и руководитель перестраивают процессы (и перестраиваются сами), зависит результативность человека в компании и его успешность в обществе. В Россию сейчас приезжают работники из Китая, Индии, Пакистана, Бангладеша, Африки, Кубы и Северной Кореи. Пёстрый состав, и везде свои нюансы. Полезно составить хотя бы минимальные культурные навигаторы по тем национальностям, которые представлены в вашей компании. Я уже рассказывал, как мы, прежде чем запускать проект в Дагестане, специально ездили в Петербург и консультировались со специалистом по Кавказу. Принцип тот же: прежде чем идти в незнакомую культуру, нужен проводник. Например, в Эфиопии я долго привыкал к тому, что у них под чрезмерной вежливостью зачастую скрывается несогласие. Если тебе улыбаются в 32 зуба и говорят: “Ноу проблем!” – это часто значит “рили биг проблем” . В некоторых культурах публичное обсуждение проблем и корректирующая обратная связь воспринимаются особенно чувствительно, поэтому здесь требуется больше персонального внимания. Плюс, с большинством иностранных работников лучше практиковать отработку изученного материала на месте. Хорошо помогает фраза: “покажи, пожалуйста, как понял”, чтобы человек сразу закреплял навык. Нам, как обществу, тоже придётся адаптироваться к новой реальности: всё чаще в поликлиниках, транспорте, детских садах и школах мы будем встречать людей из разных стран. И здесь нужна готовность перестраиваться, одной терпимости на словах мало. #HRархитектор #рынок @labor_harmony
237
10
#пятничное “Ученик часовщика” Чтобы как-то отвлечься от осенних дум и настроений, предлагаю документальный фильм на вечер – “Ученик часовщика” (The Watchmaker's Apprentice, 2015). Кино о роли наставника и о том, что на самом деле важно в любом обучении. Товарищи T&D, не благодарите. В фильме два главных героя. Первый – легендарный британский часовщик Джордж Дэниэлс, изобретатель многих современных часовых механизмов, получивший признание во всём мире. Например, те же Omega используют его технологии. Он эдакий бука и вообще сложный тип, на чей характер немало повлияли тяжёлое детство и нищета. Второй – парень Роджер Смит, который почти случайно попадает в колледж, где начинает изучать часовое дело и увлекается этой темой настолько, что решает податься в ученики к Дэниэлсу. Дабы продемонстрировать всю серьёзность своих намерений, он делает какой-то элемент часов, и едет на остров Мэн, где работает мэтр. А дальше случается всё то, что и должно случиться с самонадеянным молодым героем. Дэниэлс смотрит на его работу и говорит примерно следующее: часы – полное г*** не годится! Если на самом деле хочешь посвятить себя этому делу, то должен сам изготовить каждый элемент. И на этом всё, до свидания. Тут важно пояснить: над настоящими швейцарскими часами работает один мастер. Он вытачивает каждую деталь, а потом собирает весь механизм. До просмотра фильма я об этом не знал. В общем, ошеломлённый Роджер уходит, но не сдаётся. Иначе, как вы понимаете, не было бы документалки. И вот мы становимся свидетелями, как кропотливо, день за днём, живя и работая в гараже у родителей, парень идёт к своей цели. Он, как и Дэниэлс, не из самой благополучной семьи, и должен освоить десятки ремёсел, которые нужны для создания часов. Весь фильм, по сути, состоит из мелких деталей, показывающих ценность мастерства. Есть момент, когда Роджер шлифует какой-то элемент наждачкой толщиной с волос, и кажется, что нужно быть немного сумасшедшим, чтобы этим профессионально заниматься. А дальше спойлер, который, я вам обещаю, впечатление от фильма не испортит. Парню потребовалось (!!!) семь лет, чтобы вернуться на остров со своими собственными часами и таки стать учеником Джорджа Дэниэлса. Он работал с ним до последних дней мастера и стал продолжателем его традиций, а Мэн со временем превратился в глобальный центр компетенций в часовом деле. Меня этот фильм подтолкнул задуматься о трёх вещах. Во-первых, в нём наглядно показана разница между “сделано” и “сделано хорошо” – то, о чём я писал раньше. Создавать эту ценность – титанический труд. Во-вторых, важно помнить, что желание самого человека – первично в любом обучении. Это часть пути, которую он должен пройти сам. Отсюда и роль наставника – это не тот, кто “тащит за уши” ученика к результату. Я уверен, что у Дэниэлса было полным-полно желающих пойти к нему в ученики, однако он выбрал того, кто действительно горел своим делом. Он задал планку и дал человеку выбор – пройти часть тернистого пути или сойти с дистанции. Мне кажется, это наглядный пример для современного корпоративного обучения. Сейчас есть эта тема: “непременно обучить всех”. А потом приходят сотрудники, и начинаются пляски с погремушками – вовлечь и удержать. Какие бы мерчи мы не придумывали, какими бы пирожками не загоняли людей на тренинги, – интерес искусственно не создашь. Особенно в нашу цифровую эпоху. Интернет сделал информацию доступной, но ответ на вопрос: ради чего ты что-то делаешь, чьё мнение тебе по-настоящему важно, — остаётся на нашей, человеческой стороне. В-третьих, запала финальная фраза: “It is Man that ends. But his works can endure” – “Человек конечен, но труды его могут жить вечно”. Не KPI и OKR едиными, как говорится. Есть ли в вашем профессиональном поле люди, до уровня которых хочется дотянуться? И есть ли вокруг те, ради кого вы сами готовы держать планку? Два вопроса, на которые мне очень хочется, чтобы вы ответили сами себе. @labor_harmony
229
11
От обучения – к развлечению Уже писал, как AdTech заменяет EdTech. В этот раз рассуждаю о том, как мы массово повелись на микролёрнинг. Когда оно только вошло в моду, я вдохновенно собирал в копилку кейсы. Помню, как гремел по рынку проект обучения по смс мексиканских гастарбайтеров в Америке. Сейчас, из шаткого 2026-го, это кажется придурью, а тогда я читал и думал: как изящно придумали! Стоит отдать должное амбассадорам микрообучения – им удалось практически невозможное – внедрить в головы мысль, что микролёрнинг равно эффективное обучение. В корпоративном мире это почти золотой стандарт. Я регулярно слышу от заказчиков: “Молодое поколение привыкло к рилсам, они не могут по-другому воспринимать контент”. Вывод очевиден: раз не могут – будем обучать их микрооблучением знаний. Или другой любимый сюжет. Приходит клиент и говорит: “У нас есть классный курс на 10 часов. Нарежьте его, пожалуйста, поменьше. Постпродакшн сделайте. Карточки какие-нибудь красивые добавьте. Ну, чтобы в итоге люди проходили!” И кто-то ведь делает, а потом HR бегает по потолку: “Люди не хотят развиваться! Как их мотивировать?” И нарезано ведь по модулям. И карточки ИИ-нарисовал. А люди всё равно не учатся. Может, проблема всё-таки не в размере? Соглашусь, что микрообучение может быть удобным, привлекательным и вовлекающим форматом. Но вовлечённость и процент завершения курса сами по себе ещё не доказывают, что человек чему-то научился. Зато краткость контента без практики, обратной связи и понятных целей отлично помогает выращивать корону эксперта без достаточных на то оснований. Не зря ещё в середине XX века Бенджамин Блум разложил образовательные цели по уровням: одно дело – запомнить информацию, совсем другое – понять её, применить, проанализировать и использовать для решения задач. Поэтому все эти залихватские лозунги: “а давайте сделаем корпоративный Netflix” – пустое. Ибо ответ на вопрос – в его содержании. Добавляет ли кому-то Netflix нужных умений и навыков? Ну, точно нет. Заполняет ли время? Точно да. Опять edutainment с education перепутали. Я полез читать историю микрообучения и оказалось, что впервые о нём заговорили на конференции в Инсбруке ещё в 2005 году. То есть речь шла о небольших единицах контента, встроенных непосредственно в рабочий процесс. Микрообучение должно пронизывать employee journey map и догонять сотрудника в разных точках. Это не “прослушать 15-минутный ролик по дороге на работу” – эдакий лайфстайл. Эти прекрасные люди ещё 21 год назад говорили со сцены ключевое: единица корпоративного обучения – это не фрагмент контента. Это то, что мы хотим изменить в поведении человека, какие навыки развить. Но мы почему-то главное упустили. Если упростить, проектирование обучения выглядит так: 1⃣ Сначала определяется задача. 2⃣ Затем – требуемое поведение. 3⃣ Потом – содержание. 4⃣ Затем – способ тренировки. 5⃣ И только в самом конце – формат. А у нас как часто бывает? Формат уже определили, а содержание – ещё нет. Из ЖЗЛ. Приходит клиент с понятным запросом: нужен микрокурс для проходчиков тоннеля. Тема – дефекты. Спрашиваю: – Какие дефекты? – Есть десять ключевых. – А какие? – Это надо с производством поговорить. Вся проблема в трёх репликах. Почему вдруг микрообучение? Если мы ещё не знаем, какие дефекты хотим разобрать, мы тем более не знаем, как этому учить. Может оказаться, что часть дефектов действительно удобно разобрать в коротких цифровых модулях, а часть бессмысленно объяснять через экран: нужно выезжать на место, разбирать на пальцах, чтобы была польза. Эта постоянная подмена содержания задачи формой – просто беда. И ещё бывает, что бизнесу нужен не результат обучения, а понятный артефакт в срок: “Курс должен быть готов через месяц”. И тогда результат обучения подменяют результатом проекта, и появляются знакомые “рюшечки”: короткие видео, тесты, красивый интерфейс. Выглядит как обучение, плавает как обучение и крякает как обучение. Вот только это не обучение, а утка. И ответа на главный вопрос: изменится ли после этого поведение специалиста на объекте – как не было, так и нет. #HRархитектор @labor_harmony
197
12
О чём нельзя говорить? Карьеру в HR я начинал в Antal, и уже через полгода за мной закрепилась репутация человека, который умеет закрывать технические позиции. Возможно, поэтому старший консультант Наташа С. позвала меня на встречу с заказчиком. Её пул клиентов отличался властностью, платёжеспособностью и той неуловимой гранью между гениальностью и сумасшествием, которая одному Богу известна. Я, конечно, такой перспективе дико обрадовался: вот оно – признание, вот она – возможность выйти в люди. Офис клиента, как оказалось, находился внутри одного из посёлков за МКАД, который он же и построил. Приезжаем, а там золотые вензеля, львы, фонтаны, обнажённые статуи и греческие профили. В общем, понамешано. В кабинете уже сидят люди в дорогих костюмах, садимся и мы. Ждём царя клиента. Пришёл без опозданий, но то, что началось дальше, – я такое видел только в кино. Всё общение сводилось либо к монологу лица, принимающего решения, либо к тому, что он дозволительно кивал головой в сторону одного из присутствующих, что давало право оному говорить – немного и только общеизвестные вещи. В итоге разговор вышел абсолютно несодержательным, но нас пригласили на обед: “Наташа, отобедайте с нами”. И понеслись супницы, перепела, крабы, а я всё это время переживал за этикет. В военном нас, конечно, учили, что приборы нужно брать от дальнего края к центру, но в столовой выдавали только ложки и вилки, так что на практике правила хорошего тона как-то не закрепились. Всем, конечно, было плевать на моё культурное фиаско, потому что после обеда все переместились в сад, где перед нами играло симфоническое трио – виолончель, альт, скрипка. Контракт мы, кстати, так и не подписали. Недавно я прочёл про окно Овертона и подумал, что у любой семьи, компании и команды есть своё “окно для несогласия”. Другое дело, что в моей истории про застройщика это окно представляло собой скорее микрофорточку, поскольку в подобной культуре открытое обсуждение или выражение несогласия просто невозможно. Этим же страдают и многие производственные компании, хотя перепелов там не подают и на виолончелях не играют. Когда руководитель смотрит поверх голов и вопрошает: “Ну что, есть какие-то риски?”, все понимают: риски-то есть, и главный из них – получить по голове, если высунешься. А потом, как обычно: сроки летят, бюджеты пересобираются, и всё объясняют непредвиденными обстоятельствами. Хотя, возможно, гораздо сложнее в компаниях, где ситуация скорее пограничная. Например, допустимо сказать “мы не успеваем” или “есть вопросы к этому подходу”, но озвучить “этот проект не имеет смысла” – уже нельзя. Получается, отдельные ошибки и недочёты обсуждать можно, а системные вещи – нет. Это ощущение избирательности иногда переживается сложнее, чем крошечное “окно”, которое можно без труда идентифицировать и дальше уже решить, хватит ли тебе воздуха или нет. Любая такая корпоративная фрамуга возникает через поведенческие паттерны: кто-то возразил – его осадили, человек попытался что-то сказать – его при всех поблагодарили, а потом он попадает в список нерукопожатных. И всё – культура сложилась. Как руководитель я себе периодически напоминаю, что моё нежелание выслушивать критику никак не влияет на реальность, риски от этого никуда не исчезают, ты просто сужаешь пространство возможных решений. С другой стороны, когда управляешь сложными системами, командой, когнитивная нагрузка и так зашкаливает, а если на это ещё и накладываются по шесть встреч в день, где нужно так или иначе фасилитировать процесс, это самое “окно” неизбежно будет сужаться. И речь ведь не идёт о каких-то запретах. Это может быть элементарное человеческое проявление в виде усталости. Люди моментально считывают ситуацию, и если она повторяется из раза в раз, исчезает безопасная возможность для обсуждения. Я на 99,9% уверен, что в любой команде есть фраза или тема, которая считается почти “неприличной”. И ровно с неё я бы и начинал диагностику. В семье, к слову, то же самое. Попробуйте выписать эту фразу и подумать: не сужаем ли мы себе реальность настолько, что начинаем терять кучу важных вещей? #асмысл @labor_harmony
229
13
Сержант Мун Осень – это, кажется, идеальное время для баек. Итак, 2004 год, выпускной курс. Мне светит золотая медаль, и я уж
Сержант Мун Осень – это, кажется, идеальное время для баек. Итак, 2004 год, выпускной курс. Мне светит золотая медаль, и я уже предвкушаю, как буду пожинать плоды четырёхлетней пахоты. В голове примерно такой сюжет: иду красивый с дипломом по улице, а представители ВС так и столбенеют, а которые послабее – так и падают и сами собой в штабеля укладываются. Не случилось. Пришло распоряжение – командировка в Эфиопию, и делу конец. От этой новости у меня тогда даже в глазах потемнело. Какая, к чёрту, Африка, когда у меня тут отношения с девушкой, потенциальная карьера в разведке и стабильный заработок на репетиторстве? Хотя степень адаптивности у меня тогда была куда ниже, чем сейчас, я всё-таки решил сосредоточиться на хорошем. И единственным позитивным моментом виделась возможность подтянуть английский. Меня тогда убеждали: “Это один из государственных языков наряду с амхарским. Будешь, Гриша, полиглотом!” Приезжаю и в первый же день понимаю, что сносная английская речь в этих местах встречается примерно с той же частотой, что в далёких сибирских деревнях. Ну, думаю, надо искать другие стимулы. Я тогда работал переводчиком эксперта и быстро смекнул, что для аудитории главный тот, кто говорит на их языке. Психологический перенос сработал в мою пользу: буквально за несколько недель я превратился в авторитет и светоч знаний для 500 человек, совершенно этими знаниями не обладая. Сначала это было забавно. Затем я словил звёздную болезнь. А закончилось тем, что я не знал, куда спрятаться от народной любви. Ты находишься in the middle of nowhere, вокруг гиены, львы и бородавочники, приходишь в офицерский клуб – все хотят с тобой поговорить. Идёшь побегать – они за тобой. Методом срывов и ошибок я более-менее научился выстраивать границы. Но был один человек, на которого мои эмоциональные заграждения вообще не действовали. Сержант Мун. Он был из племени динка: высокий и худой, как тростник, с иссиня-чёрной кожей, испещрённой шрамами. Двухметровый детина с доверчиво-детскими глазами. Едва завидев меня, Мун бежал через всю учебку и заводил монолог минут на десять. При этом я вообще не понимал, что он говорит: вроде и английский, но какой-то другой английский. Я парень терпеливый и вежливый, поэтому страдал молча. Как тут послать? И тут я решил собрать волю в кулак и попробовать искренне включиться в разговор. На пятнадцатой минуте хотелось бежать прочь с дикими криками, а на двадцатой – я хакнул систему. Я заметил, что Мун постоянно меняет местами звуки “ф” и “п”: “прайдей” вместо “фрайдей”, “фьюр” вместо “пьюр”. Меня как молнией ударило. Тут же решил вернуть новообретённому другу его же манеру говорения и в ответ получил такую довольную улыбку чеширского кота, что эта командировка того стоила. После этого проблем в коммуникации у нас не было, зато появилось приветствие: “Пак ю!”, новый термин “пёст тренинг” и новый навык – притормаживать, если собеседник тебя не понимает. В минуты уныния, когда мне кажется, что я вообще ничего не понимаю в этом мире, я вспоминаю сержанта Муна: смысл обретается тогда, когда возникает желание его найти. Всем #пятничное и взаимопонимания! @labor_harmony
238
14
Про HR-конференции и ИИ В сентябре впервые выступил на HR-форуме Персонал Экспо. Объективно хорошее: это одни из лучших организаторов, с которыми нам довелось работать. Чёткая логистика, профессиональная коммуникация, осмысленный сбор обратной связи – здесь всё прекрасно. Из двух дней форума я был только на втором, поэтому на объективность не претендую. Но у меня сложилось стойкое ощущение, что я попал в HR-Диснейленд. На площадке было три мощные точки притяжения. Первая – стенд с вином. А что, так можно было? Вторая – пространство ивент-компании, где участники плели браслеты из бисера. Третья – фотозона, главным украшением которой стал фотограф в состоянии фэшн-нирваны. Именно он, а не Радислав Гандапас, был самым востребованным человеком на форуме. Мы даже взяли у него интервью для влога, потому что так вживаться в образ фотографа для Vogue – “покажи мне страсть”, “будь собой”, “откройся” – это, товарищи, мастерство. Я не буду делать из этого далеко идущих выводов. Просто отмечу, что на площадке было ещё множество стендов: экосистема того, экосистема сего, миграционная политика, монструозный 1С на ползала, сверкающий, как Lamborghini, hh.ru, “Авито Работа” и ещё десятки других. А прекрасные участники конференции лавировали между фотографом, бисероплетением и дегустацией, перебежками спасаясь от менеджеров по продажам, которым всё-таки надо как-то отбить стоимость стенда. Это первая часть впечатлений. Вторая – контент. Если отбросить провайдеров, большую часть программы составляли представители ритейла, сервисов и банков. Индустрии практически не было. И вот вопрос: это ли не маркер состояния экономики? Однако особенно запоминающийся эпизод случился уже после моего спича. Мы выступали вместе с HRD “БТС СК Мост”, нашим клиентом, и рассказывали о новом продукте “Фронтерра”. У аудитории была возможность задавать вопросы, и я особенно запомнил последний. Случился примерно следующий диалог: – А где в этой части вы использовали ИИ? – Здесь? Нигде! Вижу, как в глазах моей визави блеснула молния недоверия. – Подождите, значит, тут вы использовали ИИ? – И тут не использовали. Не знаю, до чего бы мы дошли этим перебором, но пришлось объяснить: к ИИ мы действительно обращались – исключительно для разработки моделей и написания кода. И всё. Интерес собеседницы тут же потух. Она только что обнаружила отсутствие обязательной детали, без которой весь проект терял смысл. И тут уже я впал в ступор, хотя некоторое время спустя вспомнил другую историю. Недавно на первой встрече с потенциальным клиентом, производственной компанией, меня спросили без всякой бизнес-прелюдии: “Можем ли мы для этой задачи применить ИИ?” Я, как обычно, начал по шагам объяснять, почему в конкретной ситуации это объективно невозможно. В ответ получил вежливое и сухое: “Спасибо. Понятно. Мы подумаем”. За этим читалось: “Какой же вы нудный и непрогрессивный, Григорий”. Ещё в 1996 году профессор бизнес-школы Колумбийского университета Эрик Абрахамсон исследовал феномен управленческой моды и пришёл к выводу, что коллективная вера в новую управленческую практику может иметь довольно слабую связь с её реальной пользой. Меня до сих пор поражает, насколько одно слово способно повлиять на восприятие экспертизы ещё до того, как кто-то вообще разобрался в задаче. Теперь таким словом стал ИИ. Неважно, подходит ли решение конкретной компании, главное, чтобы в презентации был ИИ. И мы снова забываем про задачи, которые в HR, если честно, не так уж сильно меняются, в отличие от контекста, и начинаем гоняться за новой формой. Я понимаю, почему “ИИ-помощник для адаптации” звучит свежо и интригующе. Но пока вы не разобрались, где именно возникают барьеры и где люди теряют время, ИИ никого не спасёт. А вот если сначала препарировать задачу, может открыться дивный новый мир. И окажется, что у вас есть десятки вариантов решений – и ИИ среди них действительно может оказаться лучшим. А может – и нет. Такие дела. #HRархитектор @labor_harmony
252
15
Где Data, а где Driven Несколько зарисовок, и вы всё поймёте. Зарисовка первая. 2007 год, компания Lafarge, Воскресенский цементный завод. В кабинет врываются АСУТПшники, и в их глазах читается сияющая, детская, восторженная радость: “Мы победили воровство цемента!” Цемент хранился в огромных силосах (70 -метровых цилиндрах из монолита), и из-за высокой дисперсности на стенках могло оставаться до вагона цементной пудры. Этим и пользовались предприимчивые работники цеха отгрузки. Пара вагонов туда, пара вагонов сюда – и вот уже и на отпуск на море хватит. Но наши ребята не дураки: установили суперинновационную систему Siemens, способную отслеживать микронные отклонения. Проходит месяца три, и на очередном совещании служба безопасности, грозя кулаком невидимому врагу, сообщает, что система не работает: произвели одно количество цемента, отгрузили другое – цифры не сходятся. Почесали головы, собрали комиссию и выдвинулись на объект. Осмотр оборудования показал, что систему стоимостью несколько миллионов рублей таки хакнули местные кулибины. Они просто перекрыли фотоэлемент деревянной чушкой. Зарисовка вторая. Наши дни, большая строительная компания. Мой товарищ, математик по образованию, занимается проектным контролем и на высоком уровне автоматизирует все процессы. И вот он приходит к руководителю с дашбордом, который весь – зияющая рана с красными очагами отклонений и редкими вкраплениями зелёного. Руководитель недоверчиво глядит на дашборд, морщит лоб, а потом, в секунду просияв, заявляет: “Тут много красного, перекрашивай в зелёный!” Товарищ, надеясь, что ослышался, уточняет: “Это BI, данные подгружаются автоматически. Это факт. Данность. Срез реальности”. Руководитель, не оценив преимуществ новейших технологий, был вынужден завершить диалог: “Хреновая система, если ничего нельзя перекрасить”. Я давно занимаюсь плаванием и наблюдаю, как с каждым годом увеличивается количество гаджетов, которые навешивают на себя люди. Подготовка к заплыву теперь занимает чуть ли не больше времени, чем сам заплыв. Нужно нажать в семи разных местах, чтобы знать расход калорий, пульс, уровень гликогена и ещё с десяток параметров. А недавно сотрудник рассказал, что регулярно использует четыре приложения: одно для сна, второе для питания, третье для физической активности, четвёртое систематизирует всю эту статистику и говорит, что делать, чтобы жить долго и счастливо. Я смотрю на это всё и думаю: дата дривен дате дривен рознь. В спорте, даже любительском, наступила эра аналитики: мы всё чаще принимаем решения на основе данных. А бизнес десятилетиями повторяет: “данные – наше всё”, но эта дата не дривится ни туда, ни сюда – дай только волю перекрасить в зелёный. Возможно, опять упрощаю, но мне кажется, что это связано с несколькими параметрами. В спорте короткий цикл: ты что-то делаешь, и через месяц, три или шесть видишь прогресс. У тебя есть более измеримые вещи – дистанция, время, скорость – всё это легко привязать к цели. А ещё почти всё зависит исключительно от тебя. Ну, может быть, ещё от тренера, который всегда поддержит и подпнёт, если нужно. А в бизнесе что? Компании буквально обвешаны данными, которые нередко используются как украшение уже принятых решений. Причина проста: часть компаний живёт по принципу лебедя, рака и щуки – движение есть, а продвижения вперёд нет. При этом все зациклены на новом: “Нам бы что-нибудь новенькое, какой-нибудь необычный формат”. Хотя иногда полезно вспомнить про “старенькое”. Например, провести маленький эксперимент и спросить трёх человек в компании, зачем мы все тут собрались? Какие цели и задачи у компании на квартал, год и три года? Это нехитрое упражнение может обогатить управленческий контекст сильно больше, чем куча датчиков. И да, к сожалению, в нашей корпоративной культуре прочно прижилось мнение, что диагностика равна контролю. Мало кто верит, что данные реально будут использоваться для улучшений. Поэтому люди учатся производить “правильные цифры”, перекрашивать красное в зелёное и, если совсем прижмёт, забивать деревянные чушки. #асмысл #звонитеСЕО @labor_harmony
235
16
#пятничное книжное Книжная полка расширяется, и в этот раз коллекцию пополнила “Сильные бренды со смыслом”. Спасибо за рекоме
#пятничное книжное Книжная полка расширяется, и в этот раз коллекцию пополнила “Сильные бренды со смыслом”. Спасибо за рекомендацию Жене Вольнову! За автором – Михаилом Чернышёвым – я следил давно: он со стороны маркетинга запускал “Додо” в Великобритании, преуспел в “Теле 2” и Yota. Книга небольшая и хороша тем, что делится на две части: смысловую и практическую. Во второй много прикладного, а первую я бы советовал прочесть всем, кто задумывается о бренде работодателя и личном бренде. Для HR, PR и руководителей будет особенно полезно. Моё первое знакомство с этой темой началось в инвестиционной компании “Тройка Диалог”. Там мы повально читали “Бизнес в стиле фанк” (Funky Business), и руководство даже привезло экономистов Кьелла Нордстрема и Юнаса Риддерстрале в Москву, чтобы сотрудники могли побеседовать с авторами вживую. Вот же времена были. Помню, как пришёл на эту встречу и сидел, открыв рот: в их презентации вообще не было текста. Эти прекрасные ребята на примере одной фотографии павлина объяснили, как должен быть устроен маркетинг в компании. Тогда я, кажется, впервые задумался о том, насколько важна эмоциональная составляющая, когда речь идёт о “фабрике впечатлений” – фундаменте любого продукта. Вторая точка касания – книга “Стартап по Кавасаки” (The Art of the Start) Гая Кавасаки. Это первый евангелист Macintosh, который пришёл в технологическую индустрию из ювелирного бизнеса. Он переосмыслил маркетинг ИТ-продуктов и перенёс концепцию продаж, основанных на доверии, в Apple. В книге много внимания посвящено смыслам, и это напрямую перекликается с идеями Чернышёва: сначала нужно понять, зачем человек должен полюбить твой продукт, а уже потом рассказывать ему про его характеристики. Наконец, третья ступень погружения – “Начни с "Почему?" (Start with Why) Саймона Синеки. И я всё чаще возвращаюсь к одному из постулатов этой книги, что любая организация – да и карьера каждого человека – работает на трёх уровнях: Что мы делаем. Как мы это делаем. Почему мы это делаем. И хорошо бы про это помнить. Так вот, если вы прочли все три вышеперечисленных труда, Михаил Чернышёв вряд ли сможет сильно расширить ваши горизонты. Однако себя я поймал на интересном моменте. После той самой встречи с авторами “Бизнес в стиле фанк” я начал создавать презентации по принципу: максимум иллюстраций и смыслов, минимум слов. А за последние 15 лет даже не заметил, как снова “откатился” в рацио. Ну потому что кажется, что ты такой Эксперт Экспертович и нужно “наносить знания” и “причинять пользу”. По счастью, книга Михаила в каком-то смысле помогла мне вернуться к “заводским” настройкам. Период озарения совпал с выступлением на форуме Персонал Экспо. Убрал из презентации “много букв”, вернул эмоции – и сам получил удовольствие от того, что в итоге получилось и как реагировала аудитория. Кстати, когда готовился к выступлению под впечатлением от книги, придумал слоган для “Фронтерры”: “мастерство живёт в людях”. Как-то само родилось и придало презентации тот самый смысл, которого ей не хватало. Так что, друзья, если вы вдруг переживаете очередной кризис в работе, ощущаете тяжесть короны профессионала на вашей голове или размышляете на тему как выжить в ревущем мире технологий, – читайте “Сильные бренды со смыслом”, может, и вам поможет вернуться на круги своя. @labor_harmony
229
17
Свобода и ответственность В продолжение предыдущего разговора. На заре моей работы в executive search считалось зазорным приносить резюме с HeadHunter. Вроде как, за что платить деньги, если всю работу уже проделали за тебя? Настоящий консультант должен был сам “добыть” кандидата, потом и кровью. С ИИ сейчас происходит примерно то же самое. Мало кто готов признаться в его активном использовании, не боясь шквала критики. При этом я обращаю внимание на забавную вещь – ИИ постепенно обрастает эвфемизмами. В нашей команде то и дело мелькает: “Мы с умником подумали” или “Мы с ИИ-горем посоветовались”. Я и сам долго не мог придумать подходящее название своему агенту в Codex, а потом решил, что он ассоциируется у меня с Иваном Кулибиным. Назвал его сокращённо Ваном. То есть мы потихоньку “очеловечиваем” то, что ещё вчера не считалось участником рабочего процесса. Есть и тёмная сторона луны. Те, кто опасаются или отрицают ИИ, иногда приписывают ему свойства буквально “от лукавого” и не готовы мириться с его существованием в принципе. Недавно получил фидбэк от заказчика по лендингу: “Это полное г…, потому что это сделано с ИИ”. Из песни слов, как говорится… Хотя, как по мне, использование конкретного инструмента в работе не должно обесценивать качество самой работы. Мы же не сокрушаемся: “Эту посуду вымыла посудомоечная машина, а не человек!” Ну и что? Давайте смотреть на результат. Иногда мне кажется, что всё дело в глубине проникновения технологии. Интернет в своё время драматически расширил доступ к информации – и, условно, это был один слой реальности. ИИ пошёл глубже: он меняет саму суть работы и взаимоотношений между людьми, поэтому мы так эмоционально на него реагируем. Однако, соглашусь с тем, что сигналы всё-таки противоречивые. Недавно мой товарищ, HRD крупной компании, привёл пример, как у них сейчас выстроена коммуникация. После важного совещания он ставит задачу по аналитике сотруднику. Тот загоняет её в ИИ и присылает готовые слайды. После нескольких битв за человеческий интеллект и итераций, HRD пересылает результат СЕО и руководителям. Бизнес, в свою очередь, запихивает всё это в Codex и отправляет сгенерированный ответ HRD. Круг замкнулся. Эдакий корпоративный спиритический сеанс “спроси у ИИ”. И вот когда такое происходит, и ИИ становится ответственным за смыслы и принятие решений – я считаю, это треш. Для меня особенно остро стоит вопрос границ ответственности. И кажется, не только для меня. Samsung в 2023 году запретил сотрудникам использовать внешние генеративные модели после того, как один из разработчиков отправил чувствительный код в ChatGPT. Но уже через три года компания начала возвращать доступ к внешним сервисам, предварительно урегулировав вопросы безопасности. JPMorgan Chase тоже прошёл путь “запретить – вернуть”: банк создал единый защищённый ИИ-хаб LLM Suite для 200 тысяч сотрудников и прямо прописывает, в каких задачах может использоваться ИИ. В SAP вводят дополнительный риск-менеджмент, связанный с ИИ, – журналирование. То есть каждый заход сотрудника в ИИ-систему фиксируется, ведётся трекинг, информация хранится, чтобы в любой непонятной ситуации можно было сказать: а-я-яй! Сложно сказать, куда в итоге вся эта история приведёт. Но очевидно одно: чем глубже ИИ входит в бизнес, тем больше вокруг него появляется комплаенса, правил и рамок. Что касается лично меня, то я как руководитель решил перестать прокачивать в себе навык идентификации следов работы ИИ. Тем более технологии меняются. Сегодня ты ещё можешь определить “сделано ИИ”, а завтра система сделает очередной виток – и результат станет неразличимым. Честно: для меня гораздо важнее понимать границу, где человек всё-таки приложил усилия, а где за него всё сделала “машина”. С точки зрения управленца мне кажется правильным сейчас договариваться с командой, вырабатывать общие правила и формировать новую культуру вокруг ИИ. В конце концов, дело не в инструменте, а в готовности отвечать за результат собственной головой и репутацией. #звонитеСЕО @labor_harmony
227
18
Что останется человеку? Выступление на “Мой бизнес форум” в Петербурге далось непросто. Звали меня на митап, а оказалось – стендап: мол, товарищи выступающие, вот сцена, вот микрофон, импровизация отныне – ваше всё! Я говорил на свою любимую тему – мастерство. К моему удивлению, людям она оказалась интересна, поскольку сейчас много переживаний сконцентрировано вокруг будущего работы. То, что ты всю жизнь считал своим профессиональным капиталом, мало-помалу начинают забирать технологии. Тот результат, которым ты когда-то гордился, уже выдаёт за две секунды Claude – причём с сопоставимым качеством. Есть о чём тревожиться. Уже сейчас я как СЕО задаюсь вопросом: за что будут ценить меня, мою команду и компанию, если (когда) ИИ сделает ещё один технологический рывок вперёд? Более того, я как родитель начинаю задумываться, к чему готовить детей. Про что должно быть развитие? Они сами не способны принимать такие решения – это моя ответственность. Тем, кто до сих пор сомневается и надеется на русское “авось”, советую посмотреть ролик, снятый на заводе Xiaomi. Это отличная иллюстрация той самой “набегающей волны”. Кажется, что людей на площадке нет вообще. На предприятии работают более 700 роботов, а производственная линия рассчитана на выпуск новой машины каждые 76 секунд. Я, признаюсь, сначала впечатлился, а потом пошёл по просторам Интернета, чтобы снизить градус экстатического переживания. Во-первых, посмотрел, с каким ритмом работают Tesla, BMW и АвтоВАЗ. Оказалось, отечественный автопром “штампует” машины быстрее: 25 секунд – результат трёх параллельных линий сборки. Показатель Tesla – 34 секунды, BMW – 60. Но сами по себе эти цифры ни о чём не говорят: всё зависит от сложности автомобиля. Другое дело, что BMW производит машины больше 110 лет, АвтоВАЗ – около 60, а первый автомобиль Xiaomi SU7 вышел на рынок только в 2024 году. Эти ребята начинали с программного обеспечения и смартфонов, а теперь строят автомобильное производство с очень высокой степенью автоматизации. Благодаря технологиям меняется не просто скорость производства, а сам характер конкуренции. Во-вторых, я подумал: роботы – роботами, а кто работать будет? И погуглил вакансии на заводе Xiaomi. Спокойно – людей по-прежнему нанимают. Нужны инженеры по кузовным работам, руководители участков. Есть и трейни-программа для людей с небольшим опытом или вообще без него. Интереснее оказалось другое: содержание вакансий. Если раньше в описании позиции начальника участка было много функционала, связанного с управлением людьми, то сейчас акцент смещается на аналитику, автоматизацию и оптимизацию процессов. Возьмите инженера по кузовным работам на заводе Xiaomi и найдите такого же на АвтоВАЗе, может оказаться, что это две разные профессии. Теперь специалисты не столько ставят задачи людям, сколько превращают обновлённые алгоритмы в новые требования к роботизированным системам. То есть технологии меняют содержание работы. В том числе про это я говорил с людьми на форуме в Петербурге. И часть из них пытается зажмуриться или убедить себя в том, что развитие технологий можно остановить. На что я повторяю старую биржевую идиому: “Не ловите падающий нож”. Но впадать в другую крайность и сходить с ума от мысли, что всё пропало и всех необходимо заменить ИИ и роботами, тоже не нужно. Сейчас важнее заниматься тем, чем никто обычно заниматься не любит: внимательно разбирать собственную работу. Что мы действительно умеем делать хорошо? За что нам платят? Что из этого сможет делать “машина”? И вот здесь мы возвращаемся к мастерству. Для себя я вывел такую формулу: мастерство – это когда ты понимаешь разницу между “сделано” и “сделано хорошо” и умеешь эту разницу создавать. Предлагаю терапевтическое упражнение. Выпишите работу, которую вы делаете регулярно, и разложите её на две колонки: чем в вашем случае “просто сделано” отличается от “сделано хорошо”. Вот эти индикаторы – то самое ценное, что есть в вашей профессии. Именно их имеет смысл развивать, усиливать и превращать в свой капитал. #асмысл @labor_harmony
242
19
#пятничное “Главная гонка” Всё-таки нравятся мне фильмы с идеей “стать лучшей версией себя”. Наверное, потому что в реальной жизни эта идея реализуется менее романтично: нужно терпеть, ошибаться, снова пробовать и желательно не бросить всё на полпути. Ровно об этом “Главная гонка”. Фильм вышел в 2023 году, и режиссёр Р. Дж. Дэниэл Ханна взял за основу реальные события. Четыре подростка из частной коррекционной школы отправляются в долгий велопробег к Гранд-Каньону. Идея принадлежит педагогу и идеалисту Грегу Таунсенду, которого самого легко назвать человеком трудной судьбы. Как обычно, делюсь моментами, которые запомнились. Первый. Грег постоянно спорит со всеми взрослыми вокруг – с директором школы, представителями надзорных органов, вообще со всей системой, которая привыкла смотреть на его воспитанников через набор ярлыков: “правонарушитель”, “трудный”, “опасный”. Для него проблема заключается не только в том, что эти слова неприятны сами по себе. Ярлык постепенно становится ролью, которую человек начинает играть: если все вокруг ждут от тебя определённого поведения, довольно легко начать ему соответствовать. Поэтому Грег придумывает для ребят необычный способ посмотреть на себя по-новому: берёт их с собой крутить педали в совершенно непривычный для них мир. Обойдусь без спойлеров, но эта идея мне особенно близка: если хочется реальных изменений, нужно физически выйти из привычного контекста и попробовать себя в новой роли. Второй момент. Мы в корпоративном мире настолько привыкли к слову “команда”, что перестали ощущать его ценность. “Главная гонка” – это такая “сыворотка правды”, которая помогает вспомнить, что такое поддержка, ответственность, необходимость считаться с другими и цена принятых (и непринятых) решений. То, как ребята проживают этот опыт и как постепенно меняется их отношение к себе и друг к другу, – пожалуй, самое интересное. А третий момент – сам Грег. Смотрел на него и всё время узнавал знакомых людей, которые занимаются примерно тем же самым: помогают другим изменить собственную жизнь. И дело вовсе не в сочувствии или идеальном образце добродетели, а в том, что нужно быть сильным, добрым и по-настоящему смелым, чтобы взять на себя эту трудную работу. Это редкий тип человека, кому не всё равно. В моём окружении есть несколько таких людей. Знакомством с ними я по-настоящему горжусь и испытываю восхищение. Проект “Квартал Луи”. Изначально его создавали в Пензе как коммуну для пятерых ребят с инвалидностью, которые боялись выйти в открытую жизнь. Сегодня это место для адаптации, проживания и обучения уже более 100 молодых людей. Три площадки, филиалы по России, современные инклюзивные практики и технологии. Я хорошо помню, как Лёша, мой товарищ, в самом начале проекта бился за то, чтобы изменить сам контекст жизни этих ребят, потому что родственники некоторых из них искренне считали, что дома им будет лучше, безопаснее, спокойнее. А Лёша с командой хотели создать место, где человек сможет работать, заниматься любимыми делами, общаться и просто жить нормальную взрослую жизнь. В итоге у “Квартала Луи” всё получилось. Everland – привет, Игорь и Лена. Благодаря этому проекту тысячи людей с разными видами инвалидности ежегодно получают работу. И я считаю, что во многом то, что сейчас происходит в российском ритейле с точки зрения инклюзии, – их непосредственная заслуга. Через проблемы, кассовые разрывы, бесконечные “бодания” они буквально вывезли эту историю. А теперь она, кажется, наконец вышла на тот уровень, когда инклюзия становится частью нормальной бизнес-практики, а не исключением. К своему стыду скажу, что до сих пор числюсь в экспертном совете Everland, но в последнее время с загрузкой всё настолько сложно, что активно участвовать в жизни сообщества не получается. И всё же в очередной раз напоминаю (прежде всего себе), что на такие проекты стоит обращать внимание. И по возможности – помогать, потому что общие призывы “надо быть добрее” обычно работают не очень. Кажется, гораздо важнее найти собственный мотив – тот, который заставляет не просто сочувствовать, а что-то делать. Тогда и та самая “лучшая версия себя” появляется, а иногда – и лучшая версия мира вокруг. Всем добра. @labor_harmony
248
20
HR без HR – часть вторая Особенно любопытной мне кажется вот какая вещь: HR-функция появилась в тот момент, когда организация стала слишком сложной, чтобы руководитель мог сам решать все вопросы, связанные с людьми. А теперь всё может перевернуться: технологии постепенно забирают у HR его главный “предмет работы” – человека. Понятно, что всех не заменишь. Но я подслушал у Жени Вольнова формулировку, которая, по моему мнению, отражает суть процессов, происходящих в управлении персоналом, – уход от “интерфейсного HR”. Хочешь взять отпуск? Не знаешь, как оформить командировку? Не понимаешь, где лежит электронный курс? Всё – к боту. HR постепенно исчезает из Employee Journey Map, потому что на большинстве таких повседневных маршрутов сотруднику человек уже не нужен. Единое цифровое окно уже распахнулось. А дальше, если пофантазировать, может произойти много всего. Версия первая – апокалиптическая. Операционный директор, имея под рукой платформенные решения, вероятно, заберёт историю с численностью персонала и производительностью труда. Вотчина HR-аналитики перейдёт к кому-нибудь из бизнеса, отвечающему за диджитал. Оргдизайн и стратегия “переедут” в трансформационный офис. Управление людьми наконец вернётся к непосредственным руководителям – о чём HR-менеджеры мечтали столько лет. И остаются наши любимые “шарики-фонарики”: корпоративная культура и коммуникации. Я не против, но на стратегического партнёра бизнеса не тянет. Версия вторая, которая мне нравится больше, – архитектурная. Нас может ждать довольно интересный переход: от Human Resources к Humanoid Robotic Resources – HRR, так сказать. Уже сейчас в операционную модель бизнеса внедряются мультиагентные системы и гуманоидные роботы, и ландшафт рабочей силы становится всё сложнее. За рубежом есть понятие capability management, и оно почти точно описывает то, о чём я говорю: у бизнеса есть задачи и есть ресурсы, необходимые для их выполнения. Раньше одним из главных таких ресурсов был человек, теперь набор становится гораздо шире и интереснее. Работа, прямо скажем, нетривиальная: и агентам, и роботам нужно определить задачи, их место в процессах, границы самостоятельности и критерии качества. Сейчас я не вижу функции, которая бы системно думала об этом: кто за что отвечает, где заканчивается автономность “машины” и где начинается ответственность человека, какие нужны компетенции и как вообще всё это собрать в одну работающую систему. И мне кажется, это хороший шанс для HR занять своё место под солнцем. Понятно, это требует определённого кругозора, навыков и компетенций, но для меня такая работа выглядит гораздо весомее с точки зрения бизнеса, чем “календарь мероприятий”. Простите все причастные. Если вам хотя бы отчасти близка моя точка зрения, я бы уже сейчас попробовал сделать профессиональную самооценку: в какой точке вы и ваша команда находитесь относительно этого будущего? Для себя я сформулировал три вопроса. 1⃣ Умеем ли мы описывать работу через задачи и создаваемый результат, а не только через должностные инструкции? Все проекты по оргдизайну, которые я делал как подрядчик, покупали именно потому, что внутри организации не было такой компетенции. Многие HR по-прежнему мыслят категориями компетенций, но плохо связывают их с содержанием работы, операциями и устройством организации. 2⃣ Понимаем ли мы, какие задачи должны остаться за человеком, а что можно отдать ИИ или автоматизировать? Это классический оргдизайн, только объектом проектирования становится не только человек. 3⃣ Умеем ли мы связывать решения о рабочей силе с производительностью, качеством, стоимостью и рисками бизнеса? Например, можете ли вы посчитать эффект от автоматизации и спрогнозировать, как она изменит нагрузку на сотрудников и руководителей? Похоже, HR ждёт довольно странное будущее: меньше работы непосредственно с людьми и больше работы с тем, как вообще устроена работа. #HRархитектор @labor_harmony
240