Coal slow (Уголь в квадрате)

ИИ ответит за кадры Искусственный интеллект постепенно становится привычным инструментом не только для офисного персонала, но и при подборе рабочих кадров. Опрос, проведенный Восточной горнорудной компанией (ВГК), показал, что большинство представителей производственных профессий спокойно относятся к первичному собеседованию с ИИ. 62% респондентов готовы пройти интервью с ИИ-агентом. Из них 18% считают такой формат более объективным, а еще 44% готовы общаться с ботом, если это позволит быстрее получить работу. Использовать ИИ в своей повседневной деятельности хотели бы 68% опрошенных. Против такого формата собеседований высказались лишь 12%. Причина интереса к автоматизации очевидна — на рынке сохраняется дефицит квалифицированных рабочих. Как отмечает директор по исследованиям hh.ru Мария Игнатова, такие специалисты редко остаются в поиске работы дольше нескольких дней. Если работодатель не выходит на связь в течение первых суток после отклика, вероятность успешного найма снижается на 50–70%. Автоматизированные системы позволяют связаться с кандидатом практически сразу, независимо от времени суток. ВГК уже перевела часть этих процессов на ИИ. С его помощью компания закрыла первую вакансию — водителя бульдозера для Солнцевского угольного разреза. После публикации вакансии рекрутер подключает ИИ-агента, а дальнейший подбор проходит практически без участия человека. Система ищет кандидатов в собственной базе резюме и открытых источниках, связывается с ними через мессенджер, проводит первичный скрининг и онлайн-интервью, запускает проверку службы безопасности, готовит заключение и, если кандидат соответствует требованиям, направляет ему оффер. На весь процесс со стороны рекрутера уходит менее пяти минут. Решение разработано совместно с компанией OES («Операционное совершенство»). Следующий этап — подключение поиска кандидатов через социальные сети, автоматическая отправка на медосмотр, организация проезда до Сахалина и сопровождение кандидата вплоть до выхода на работу. До конца года компания намерена использовать ИИ-агента при подборе сотрудников всех рабочих специальностей.

Что будет с котировками энергетического угля, если сейчас разблокируют Ормузский пролив? Текущая ситуация С началом лета, как и ожидалось, котировки высококалорийного угля выросли как на европейском (+23-27% m-o-m), так и на азиатском рынках (+10-13% для 6000 ккал/кг). Котировки угля 5000-5500 выросли менее значительно - +7-9% для российского и австралийского угля в Азии. Помимо новой политики Индонезии, сказался эффект того, что котировки угля 6000 ккал/кг «догоняли» рост котировок 5000-5500 ккал/кг в апреле-мае, который более точно отражал реальный спрос перед летом в Азии. При этом с началом июня цены на уголь 5000-5500 ккал/кг могли бы быть еще ниже, если бы не авария в Китае. Угольная генерация и фактический спрос Спрос на уголь в регионе JKT сохранялся, сокращение поставок СПГ уже привело к росту угольной генерации в Японии (+11% в апреле y-o-y, предварительно +18% в мае), Южной Корее (+39% в апреле, + 16% предварительно в мае) и Тайване. При этом в конце мая сообщалось, что страны имеют достаточные запасы угля, и рост импорта осуществляется за счет повышения целевых показателей запасов в целях энергетической безопасности. В Китае рост угольной генерации в годовом исчислении был менее заметным в апреле-мае, а СПГ имел ограниченное влияние. В июне, с одной стороны, более ранее установление жаркой погоды в Южных провинциях поддерживало спрос, с другой, проливные дожди в некоторых регионах ограничивали угольную генерацию. Ужесточение проверок безопасности после аварии в Shanxi в большей степени затронуло производство коксующегося угля, в то время как влияние на энергетический уголь носит краткосрочный характер. Индия несмотря на рост энергопотребления и восстановление угольной генерации проявляла ограниченный интерес к закупкам импортного угля из-за высоких цен. В Юго-Восточной Азии спрос также вырос, в отдельных регионах сообщалось о дефиците электроэнергии на фоне жаркой погоды. Сейчас эти страны рассчитывают, что сезон дождей ограничит спрос в летний период. Ормузский пролив и переговоры Некоторым судам удавалось проходить через пролив в мае-начале июня, как с поддержкой США, так и после согласования с Ираном. Однако их число было в разы меньше, чем в феврале, что фактически позволяло считать Ормузский пролив заблокированным. Даже в случае заключения мирного соглашения, напряжение в регионе будет сохранятся: США ждут от Ирана отказа от ядерной программы, а Иран – полной разблокировки замороженных средств. Оба этих пункта очевидно не будут решены в рамках первого соглашения. Однако, если пролив правда будет разблокирован прямо сейчас и движение по нему восстановится в течение пары месяцев, дефицит предложения СПГ на рынке сохранится как минимум до конца 2026 года. Экспорт СПГ из Катара останется на 15-17% ниже из-за повреждения инфраструктуры при полном восстановлении морской логистики. Что будет с ценами? Разблокировка пролива постепенно снизит котировки энергетического угля до уровня более реального баланса спроса и предложения без «эффекта заявлений Трампа». Однако котировки определенно останутся выше ожиданий на этот год. В летний период спрос будет сохранятся, учитывая ситуацию у экспортеров, какой-либо профицит предложения маловероятен. В качестве индикатива, цены, вероятно, могут удерживаться вблизи уровня 130 $/t FOB Newcastle. В сентябре можно ожидать паузы и снижения котировок в межсезонье. При этом к концу октября котировки снова перейдут к росту - формирование запасов перед зимой в условиях все еще ограниченного предложения СПГ способно оказать очень существенную поддержку ценам. Еще один неочевидный фактор, который привел к резкому росту котировок энергетического угля с началом военного конфликта на Ближнем Востоке, неоправданно низкий уровень цен в прошлом году, который во многих случаях не покрывал затраты производителей.

Своё мнение «Китай остаётся крупнейшим рынком для российского металлургического угля. Несмотря на периодические колебания импорта и курс Пекина на развитие собственной добычи, в первом квартале 2026 года поставки российского коксующегося угля в КНР выросли примерно на 9% год к году. К тому же ограничения добычи в провинции Шаньси после аварии на шахте подстегнули импорт и цены на коксующиеся угли, выросшие из-за повышения рисков падения собственной добычи. Однако нельзя сказать, что это принесло какие-то конкретные дивиденды всем добывающим компаниям России. Это для месторождений Южной Якутии и Дальнего Востока наиболее привлекательным остаётся китайский рынок. Здесь работает фактор короткого транспортного плеча до дальневосточных портов и сухопутных переходов. Характерный пример — Эльгинское месторождение, продукция которого ориентирована преимущественно на страны АТР, прежде всего на Китай. Наличие своей дороги и порта позволили Эльге увеличить добычу с 4 млн т в 2020 году до 35,1 млн т в 2025-м с планом роста отправок до 50 млн т/год в 2027-м. Для кузбасских производителей картина сложнее. Кузбасс удалён как от дальневосточных портов, так и от южных экспортных маршрутов. Поэтому экономика поставок во многом зависит от совокупности факторов: железнодорожного тарифа, стоимости перевалки и мировых цен на уголь. В условиях крепкого рубля и относительно низких мировых цен многие направления оказываются на грани рентабельности. С точки зрения платёжеспособного спроса наиболее перспективным направлением выглядит Индия. Страна продолжает наращивать выплавку стали и остаётся крупнейшим в мире импортёром коксующегося угля, поскольку собственная сырьевая база не покрывает потребности металлургии. Рост внутреннего спроса на сталь сохраняется благодаря инфраструктурным проектам и развитию автопрома. Но именно Индия является примером рынка, где высокий спрос не всегда означает максимальную выгоду для российских поставщиков. Для кузбасского угля поставки через порты Дальнего Востока в Индию связаны с высокой логистической составляющей. В результате российским экспортёрам приходится конкурировать прежде всего с Австралией, которая остаётся для индийских металлургов базовым поставщиком премиальных коксующихся углей». Наш комментарий в статье на сайте Vgudok.

Индия идёт за российским коксом По данным Reuters, индийская государственная металлургическая компания SAIL и горнорудная NMDC изучают возможность покупки активов по добыче коксующегося угля в России. В мае индийская делегация уже провела предварительные переговоры с представителями российских властей и бизнеса. Интерес Нью-Дели вполне объясним. В январе 2026 года коксующийся уголь был официально признан в Индии стратегическим и критически важным сырьем. Страна остается одним из крупнейших мировых производителей стали, а собственных ресурсов для обеспечения растущих потребностей металлургии недостаточно. Сейчас более половины потребностей Индии в коксующемся угле покрывается за счет поставок из Австралии. Остальные объемы поступают из России, США и ряда других стран. Покупка зарубежных угольных активов позволила бы индийским компаниям получить более надежный контроль над сырьевой базой и снизить зависимость от колебаний мирового рынка. Для российских угольщиков интерес индийских инвесторов может стать своеобразным толчком для наращивания экспорта на фоне продолжающейся переориентации поставок на азиатские рынки. Вопрос лишь, сочтут ли условия индийских госкомпаний привлекательными для захода в российскую добычу. Всё же у добытчиков коксующегося угля дела не так плохи, как в случае с энергетическим.

Трамп топит по-чёрному Дональд Трамп намерен направить около $700 млн на поддержку угольной отрасли. По данным Bloomberg, деньги пойдут на строительство новых угольных электростанций, поддержку действующих генерирующих мощностей, перезапуск ранее закрытой станции в Мэриленде и создание экспортного терминала в Калифорнии. Сам по себе объем инвестиций не выглядит революционным, но важен сигнал. Белый дом планирует использовать Закон об оборонном производстве 1950 года — механизм, который традиционно применяется в вопросах национальной безопасности. Получается, что уголь в США вновь рассматривается не просто как источник энергии, а как стратегический ресурс. Это логично укладывается в курс администрации Трампа. После создания Совета по энергетическому доминированию и отказа от поддержки части проектов ВИЭ Вашингтон последовательно возвращает в повестку традиционные источники энергии. Для угольщиков это хорошая новость. В последние годы отрасль находилась под серьезным давлением со стороны дешевого газа и возобновляемой энергетики, а внутреннее потребление угля постепенно сокращалось. Теперь государство фактически дает рынку сигнал: уголь остается частью долгосрочной энергетической стратегии страны. Интересен и экспортный аспект. США уже являются одним из крупнейших мировых поставщиков угля и располагают серьезной ресурсной базой. В Аппалачском бассейне добываются востребованные металлургами высококачественные марки коксующегося угля — High-Vol A, B и C, а также Low-Vol. Именно этот уголь активно закупают металлурги Европы, Индии и стран Азии. Кроме того, США добывают значительные объемы энергетического угля как в бассейне Паудер-Ривер, так и в Иллинойсском бассейне. Но стать главным бенефициаром мирового рынка будет непросто. Если в сегменте металлургического угля американские поставщики могут укрепить позиции, особенно за счет растущего спроса со стороны Индии, то на рынке энергетического угля конкуренция гораздо жестче. Здесь США приходится соперничать с Австралией, Индонезией, ЮАР, Россией и Колумбией, многие из которых обладают более выгодной логистикой для поставок в Азию. Именно поэтому отдельного внимания заслуживает строительство экспортного терминала на западном побережье. По сути, Вашингтон пытается расширить свое присутствие на азиатских рынках, где по-прежнему сосредоточен основной мировой спрос на уголь. В итоге США пытаются вернуть углю статус одного из инструментов энергетической и промышленной безопасности. Вопрос лишь в том, смогут ли государственная поддержка и новые экспортные мощности обеспечить американскому углю более сильные позиции на мировом рынке.

Энергетики и металлурги выбирают синицу в руках Конфликт вокруг Ирана и логистические перебои в Ормузском проливе вновь подняли спрос на уголь. И доказали: когда выбора не остаётся, многие готовы снова «испачкать руки» в угольной пыли, забыв про модную зелёную повестку. The Wall Street Journal пишет, что риски для поставок нефти и СПГ заставляют страны искать более дешёвые и стабильные источники энергии. На этом фоне Индия готовится резко увеличить закупки российского коксующегося угля. Сейчас РФ поставляет индийским металлургам 8–9 млн тонн в год, но в Нью-Дели заявляют, что объёмы могут вырасти в 2–3 раза. Россия уже занимает второе место среди поставщиков после Австралии, которая контролирует около 60% индийского импорта. Причина — рост металлургии. За десять лет мощности сталелитейной отрасли Индии выросли со 110 млн до более чем 220 млн тонн стали в год. К 2030 году страна планирует выйти на 300 млн тонн, а затем приблизиться к 400 млн тонн. При этом около 90% коксующегося угля Индия по-прежнему импортирует. Параллельно растёт и угольная торговля внутри Азии. Вьетнам за январь—апрель 2026 года увеличил экспорт угля на 104% — до 492,7 тыс. тонн. Основными покупателями остаются страны АСЕАН и Япония. Экспорт в Японию вырос на 102%, в страны АСЕАН — на 104%. Даже на фоне снижения мировых цен и увеличения предложения физические объёмы поставок растут. Стабильная энергия и сырьё важнее политических деклараций.

◾️На Китай приходится более половины мировой добычи угля. ◾️Всего шесть стран обеспечивают почти 90% мирового производства угля. ◾️Азия доминирует как по общему объему добычи, так и по темпам роста производства в последние годы. ◾️Китай добывает больше угля, чем все остальные страны мира вместе взятые. Но и потребляет больше, чем добывает.

Уголь в уме Запад продолжает демонстративно отказываться от угля, превращая энергополитику в идеологию. Но за пределами Европы и части США к вопросу подходят куда прагматичнее. Индия, например, делает ставку не на громкие лозунги, а на энергетическую безопасность и промышленный суверенитет. На фоне растущей нестабильности на Ближнем Востоке власти Индии выделили около $4,5 млрд на развитие технологий газификации угля. Речь идёт о переработке угля в синтетический газ, метанол, удобрения и химическое сырьё — то есть о создании собственной сырьевой базы для промышленности. Для Дели это уже не только вопрос энергетики, но и национальной безопасности. Индия импортирует более 85% нефти и около половины газа, а любые проблемы вокруг Ормузского пролива мгновенно отражаются на ценах, инфляции и бюджете страны. Поэтому ставка делается на собственные угольные запасы — одни из крупнейших в мире. Показательно, что Индия не просто наращивает добычу, а пытается повысить технологичность использования угля. Газификация рассматривается как компромисс между традиционной угольной генерацией и дорогим импортным газом. Заодно власти поддерживают ключевые отрасли — химию, производство удобрений и металлургию. Пока на Западе спорят о полном отказе от угля, крупнейшие развивающиеся экономики предпочитают исходить из реальных потребностей промышленности и устойчивости экономики.

О проблемах говорить сегодня не принято. Отрицательный рост и всё такое. Поэтому остается только шутить… «Время, б…ть, 6 утра! Я куда-то еду, н…й! В вагоне, б…ть, на угле!» Парень из Екатеринбурга так мощно отдохнул в клубе, что утром очнулся… в вагоне с углем, который уже ехал в сторону Тюмени. Судя по видео, больше всего его расстроило не путешествие в грузовом составе, а то, что на работу сегодня выйти уже не получится. «Мальчишник в Вегасе» — уральская версия.

Стратегия от слова «страдать» Евросоюз так долго и последовательно «уходил» от ископаемого топлива, что, кажется, в какой-то момент решил — риски тоже уйдут сами. Не ушли. Теперь, на фоне нового энергетического кризиса, вызванного конфликтом вокруг Ирана, в Брюсселе срочно собирают антикризисный пакет. По данным Bloomberg, программа AccelerateEU должна сдержать рост цен и предотвратить дефицит — предлагают оптимизировать распределение авиационного топлива, снизить налоги на энергоносители и в целом «пережить» турбулентность, не жертвуя климатической повесткой. Правда, реальность слегка корректирует стратегию: расходы ЕС на ископаемое топливо уже выросли на 24 млрд евро, авиаперелеты дорожают, а власти обсуждают координацию газовых запасов и даже перераспределение топлива между странами. При этом долгосрочная цель остаётся прежней — «электрифицировать» экономику и окончательно избавиться от зависимости от нефти и газа. То есть, если кратко: сейчас тушим пожар углеводородами, чтобы в будущем их не использовать. Еврокомиссия предупреждает, что впереди «очень трудные месяцы, а может быть, и годы», а текущий кризис рискует по масштабу приблизиться сразу к двум — 1973 и 2022 годов. На этом фоне особенно символично звучат дополнительные меры — от стимулирования удалённой работы до попыток «оптимизировать» потребление. Когда нефть дорогая, а газ под вопросом, остаётся одно: чуть меньше ездить, чуть больше надеяться на ветер и солнце — и очень аккуратно называть это стратегией.

Кузбасс сокращает угледобычу ❗️ В Кузбассе за первые три месяца 2026 г. было добыто 46,6 млн тонн угля – на 7,5% меньше, чем годом ранее. ▪️ Переработка угля в Кузбассе в марте 2026 г. снизилась на 6% в сравнении с мартом 2025 г. (до 12,5 млн тонн), а общая погрузка угля – сократилась на 0,6% (до 14,9 млн тонн). ▪️ Погрузка угля на экспорт выросла на 0,4% (до 9,4 млн тонн), однако здесь решающую роль сыграл более чем двукратный прирост погрузки в южном направлении, который был обеспечен за счет низкой базы марта 2025 г. ▪️ Экспортная погрузка угля в порты Северо-Запада сократилась на 15,2% (до 2,2 млн тонн); свою очередь, погрузка в порты Дальнего Востока составила 5,3 млн тонн, превысив плановый уровень на 0,3%. ✔️ Занятость в добыче и переработке угля в марте 2026 г. снизилась до 82,8 тыс. человек против 89,4 тыс. человек в январе-феврале 2026 г. Родионов

Блокировка — слово 2026 года? Блокада морских портов Ирана сохраняется, несмотря на открытие Ормузского пролива, заявил Трамп. Морская блокада Ирана останется в силе до тех пор, пока сделка не будет завершена на 100%, уточнил президент США. По его словам, процесс должен пройти очень быстро, поскольку большинство пунктов уже согласованы.

Вторая жизнь Угля Американская «зеленая металлургия» снова дала задний ход. В конце марта Cleveland-Cliffs отказалась от проекта перевода завода Middletown Works в Огайо на DRI-установку с перспективой работы на водороде — несмотря на уже одобренный федеральный грант в $500 млн. Вместо этого компания решила вложиться в модернизацию классической доменной печи. Причина — банальная экономика и пересмотр энергетических приоритетов. Фактически это означает возврат к углю и коксу и демонстрирует главный тренд: даже при господдержке переход на «зеленую сталь» в США буксует. Технологии есть, но их внедрение упирается в стоимость, энергетику и реальные производственные риски.

РЖД когда всегда.

Тем временем Индонезия заявила, что вновь может пересмотреть свою политику в отношении добычи угля на 2026 год, намекнув на потенциальное увеличение объемов производства.

Глобализация и де-глобализация в энергетике До 2021 года на энергобалансы стран, импортирующих значительную часть топлива, наряду с энергетическим переходом сильно влияла «эра глобализации». Поставки были более предсказуемыми и страны спокойно могли увеличивать импорт сырья с выгодных базисов. Во многом именно поэтому блокировка Ормузского пролива сейчас является международной энергетической проблемой (хотя полагаться исключительно на пролив рядом с Ираном казалось не самым надежным вариантом примерно с 1980 -х годов). После длинной глобализации (2000-2021 годы) ситуация уже начала меняться с 2022 года, этот эффект виден на примере Европы, Японии и Южной Кореи, а также Китая, который сразу сделал ставку на то, что глобализация – дело временное. С 2000 по 2021 год Европа постепенно смещалась от собственной добычи угля к импортным энергоносителям, прежде всего к СПГ, одновременно добиваясь хорошего прогресса в ВИЭ. Отказ от АЭС в Германии дополнительно усилил зависимость от внешних поставок. После 2022 года рост ВИЭ ускорился во многом из-за отказа от импорта российского угля и сокращения СПГ. АЭС остается стабилизатором энергосистемы, во многом за счёт Франции. Япония в начале 2000-х годов уже потребляла больше электроэнергии, чем в 2021-2025 годах. Энергобаланс страны строился на АЭС, однако после аварии на Фукусиме зависимость от импорта СПГ и угля резко выросла. Сейчас Япония медленно возвращает АЭС и постепенно увеличивает долю ВИЭ в энергобалансе. Южная Корея значительно увеличила потребление электроэнергии с 2000 по 2021 годы, в том числе за счет импорта СПГ. Сейчас страна продолжает импортировать ископаемое топливо в большом объеме, однако, как и в Японии, энергобаланс медленно смещается в сторону собственных ВИЭ и увеличения АЭС. Энергопотребление в Китае выросло почти в 9 раз с 2000 года. При этом энергобаланс изначально строился на идеи достаточно высокой автономии – развитие собственной добычи угля, строительство ГЭС и ВИЭ, включая оборудование и компоненты. Именно поэтому сейчас влияние Ормузского пролива на китайские рынки кажется более ограниченным – несмотря на то, что по объемам Китай крупнейший импортер сырья, доля импорта в общем потреблении куда ниже, чем у Европы и JKT. C началом де-глобализаии сдвиг фокуса на энергетическую безопасность и автономию становится все более очевидным. Однако прямой импорт топлива только верхушка айсберга – все страны так или иначе завязаны на поставки компонентов, оборудования и РЗМ. Для угольного рынка это означает, что в некоторых регионах уголь дольше будет удерживать свои позиции, чем в случае продолжения эры глобализации, являясь в определенном смысле более «надежным» импортным сырьем. При этом энергетический переход в Азии, хотя и с разной скоростью, будет продолжаться. Уже скучаете по временам, где главной проблемой было снизить выбросы углерода и нарисовать красивый ESG-отчет?🥲

Все равны, но не совсем Женщины всё активнее приходят в реальный сектор экономики — промышленность, добычу сырья, энергетику и транспорт. По данным портала hh.ру, в 2025 году россиянки разместили 585 тыс. резюме в рабочих и производственных профессиях, что на 91% больше, чем три года назад. Интерес растёт и к традиционно «мужским» специальностям: около 3 тыс. резюме машинистов и геодезистов, 2 тыс. — геологов и монтажников, почти тысяча — сварщиков, токарей и прорабов. Всего на женщин приходится 28% резюме в добыче сырья, 22% — в производстве, 23% — в строительстве и 27% — в транспорте и логистике. Работодатели также становятся более открытыми: за год женщины получили 23,6 млн приглашений на вакансии в этих сферах. Всё большую роль играют корпоративные программы поддержки — они действуют примерно у 20% российских компаний. Например, Восточная горнорудная компания (ВГК) реализует проект «Девушки рулят». За последний год число женских резюме на технические позиции ВГК выросло на 60%, а доля женщин среди кандидатов — с 15% до 32%. В 2025 году 164 сотрудницы ВГК прошли обучение в корпоративном учебном центре, 44 из них освоили новые специальности, включая управление карьерными самосвалами и работу на угольных перегрузочных установках. К 2027 году компания планирует довести долю женщин-руководителей до 25%. Рост интереса подтверждают и отраслевые инициативы: на премию «Талантливая женщина в современной индустрии» в 2025 году поступило 750 заявок против 238 в 2021 году. При этом гендерные барьеры сохраняются: женщины чаще сталкиваются на собеседованиях с вопросами о семье, а разрыв в оплате труда достигает почти 30%. Эксперты считают, что решить проблему помогут гибкие графики, программы переквалификации и системная поддержка карьерного роста. Развитие автоматизации и цифровых технологий постепенно меняет саму природу промышленного труда — делая отрасль всё более доступной для женщин и расширяя их возможности в профессиях, которые ещё недавно считались исключительно мужскими.

С 18 по 20 марта в МВК «Новосибирск Экспоцентр» стартует значимое отраслевое событие - международная выставка-форум «Добыча. Обогащение. Металлургия» Проект проходит при официальной поддержке профильных федеральных ведомств - Минприроды, Минпромторга, Ростехнадзора, Роснедр, Росприроднадзора, а также при участии ключевых отраслевых институтов и объединений . КЛЮЧЕВЫЕ СОБЫТИЯ ДЕЛОВОЙ ПРОГРАММЫ ▪️Титан и цирконий: стратегическое сырье, формирование спроса ▪️Конференция «Золото и Технологии» ▪️Сессии и круглые столы по ключевым направлениям (добыча, обогащение, металлургия, цифровизация, Специальные форматы: ▪️Открытая приемная Ростехнадзора - уникальная возможность личной консультации с регулятором для руководящего состава предприятий . ▪️Центр вакансий и HR-секция от hh.ru Мероприятия партнеров: ▪️Всероссийский съезд инженеров-взрывников ▪️Союз маркшейдеров России (цифровизация и 3D-моделирование) . ▪️День поставщика с участием Росатом Недра, АЛРОСА, Полюс, Сибирский Антрацит. 🗓 ПРОГРАММА УЖЕ ОПУБЛИКОВАНА НА САЙТЕ ➡️ memexpo.ru Для гостей города согласовали спеццены в отелях-партнерах. Вся информация - на сайте выставки в разделе Консъерж-сервис s ПОЛУЧИТЬ ➡️ ЭЛЕКТРОННЫЙ БИЛЕТ

Пыль в глаза АСОП заинтересовался, за что же с «Дальтрансугля» и «Посьета» хотят дважды взыскать за угольную пыль: сначала за то, когда она поднялась облаком в воздух, и повторно за неё же, когда осела нерпам на лбы нерпам в бухте Мучке и заливе Посьета. Но куда важнее то, почему речь идёт только об этих двух терминалах. Остальные не пылят? Пылят так же. У этих больше объёмы? В Находке не меньше. Однако проверки Росприроднадзора наведываются чаще именно в Ванино и Посьет. Чем же акционеры не удружили экологическим скаутам?

Эльга: кому, зачем? Любопытная деталь: о том, что «Эльгауголь» по дозволению лично президента РФ может быть частично передана некой «Нова Капитал» (в доле, на секундочку, 40%!), не знали ни сотрудники, ни менеджеры высшего звена «Эльги». О «Нова Капитал» известно примерно ничего. Есть сайт, но не рабочий. Подозреваем, что фирма-прокладка организована под одну конкретную сделку. И не исключаем, что из-за её спины торчат уши «Ростеха». По слухам, госкорпорация помогала связями и деньгами Альберту Авдоляну. Дорогу запустили, порт работает. Время собирать камни?