Я – Сергей Кузнецов

#Календарь_архитектуры 13 (1) июля 1813 года в Санкт-Петербурге родился архитектор Николай Бенуа. Он был представителем эклектического историзма - владел разными архитектурными стилями и умел вписывать новые постройки в уже сложившиеся ансамбли.

Его отец, Луи-Жюль Бенуа, был француз по происхождению: он приехал в Россию, где стал метрдотелем у Павла I, а позже - у вдовствующей императрицы Марии Феодоровны. Мать - Анна-Катерина Гроппе, немка по происхождению. С детства Николай много рисовал. В 14 лет по протекции вдовствующей императрицы Марии Федоровны (она была его крестной матерью) его приняли в Императорскую академию художеств «для изучения архитектуры» на полный казенный пансион - сразу во второй класс. Наставником Бенуа был адъюнкт-профессор Иван Гомзин. В 1836 году за проект Училища правоведения получил Большую золотую медаль, был награжден шпагой и получил право на шестилетнюю стажировку за границей. Но перед этим по правилам академии он должен был пройти строительную практику - работал чертежником у Константина Тона. Позже Бенуа участвовал в строительстве церкви лейб-гвардии Семеновского полка в Петербурге и храма Христа Спасителя в Москве.

В июне 1840 года Бенуа выехал за границу (посетил Италию, Германию, Австрию, Швейцарию, Францию, Англию) и провел там около шести лет, изучая архитектурные памятники. Вернулся в Россию в 1846 году. В 1847 году получил звание академика, а в 1857 - профессора архитектуры Императорской академии художеств. В 1896 году стал почетным членом академии. Также был действительным статским советником. В 1848 году Николай Леонтьевич женился на Камилле Кавос - дочери архитектора Альберта Кавоса, с которым позже не раз работал вместе. Бенуа стал родоначальником одной из самых известных художественных династий в России. Его сыновья (Альберт, Леонтий, Александр) и другие потомки оставили яркий след в искусстве, архитектуре, искусствоведении.  В 1863—1873 годах Бенуа занимал пост главного архитектора императорских театров (сменил Кавоса). При его участии перестраивался Александринский театр, строился Мариинский, возводился театр в Гельсингфорсе (Хельсинки).  С 1872 года возглавлял строительное отделение Городской управы Санкт-Петербурга, с 1880 по 1893 год был председателем Петербургского общества архитекторов. В 1886 году торжественно отметили 50-летний юбилей его творческой деятельности: в Академии художеств устроили выставку его работ, а Городская дума учредила стипендию имени Н. Л. Бенуа.

Среди его знаковых работ:

• Придворные конюшни в Петергофе (1847–1855); • Фрейлинские корпуса близ Большого Петергофского дворца; • Петергофский вокзал, вокзальные павильоны в Стрельне, Сергиево и Красном Селе; • здание почты в Петергофе (совместно с А. К. Кавосом); • ансамбль в Лисино-Корпус (под Петербургом): учебный корпус для Егерского училища, храм и императорский охотничий дворец; • католическая церковь на Выборгской стороне в Петербурге, фасад дома графа Апраксина на Литейном проспекте (в стиле Людовика XV), «Швейцарский домик» в Кускове (имение Шереметевых), главное здание Петровской земледельческой академии в Москве; • реконструкция Большого грота, каскадов «Шахматная гора» и «Золотая гора» в Петергофе (1858); • летний деревянный театр в Павловске (1877). 

Архитектор скончался 23 (11) декабря 1898 года в Санкт-Петербурге и был похоронен в крипте сооруженного им католического храма Посещения. 

⭐ В Савеловском районе продолжается работа над одним из самых масштабных объектов современного монументального искусства в Москве – мозаичным панно «Время, вперед!» художника Миши Most. Проект стал победителем открытого конкурса STONE ART. На конкурс поступило 192 заявки из 30 городов России, а победитель был определен по итогам работы экспертного жюри и открытого онлайн-голосования, в котором приняли участие более 8,5 тысячи человек. Концепция Миши Most посвящена пути развития человечества – от зарождения Вселенной и формирования Земли до технологического будущего. Панно задумано как визуальное повествование, которое раскрывается по мере движения вдоль стены: прохожий становится не просто зрителем, а участником этой истории. Символично и само название работы – «Время, вперед!»: это не призыв, а осмысленное движение вперед с пониманием прошлого и взглядом в будущее. 💡После завершения работ уже в этом году она станет одной из крупнейших уличных мозаик в России. Для STONE это уже второй открытый конкурс паблик-арта. Ранее в Москве появился арт-объект Ангел авторства художника Евгения Желвакова.

Сегодня суббота, а значит время поделиться с вами новостями из мира архитектуры и дизайна в рубрике #Ураган_дайджест 🌐 Строительство оперного театра в Шанхае от Snøhetta, площадью почти 146,8 тыс. кв. м, выходит на финишную прямую. Открытие запланировано на 17 октября. Вдохновленное «плавными движениями тела» здание со спиральной крышей и тремя залами на 2000, 1200 и 1000 мест станет общедоступным пространством с круглосуточным доступом на смотровую крышу. В интерьере сочетаются скульптурные объемы, стеклянные панели, шелковая отделка и дуб для акустики, а экстерьер ночью превращается в светящийся фонарь.   🌐 Для текильного бренда Clase Azul в мексиканском Халиско построили комплекс La Hacienda, где пять местных студий (Atelier ARS как мастер-планировщик, Elías Rizo Arquitectos, Estudio Macías Peredo, Tacher Arquitectos и Huber Design Studio) объединили индустриальный масштаб с ремесленными техниками. Главную «керамическую» эстетику задает красный цвет местной почвы, богатой железом – он повторяется в кирпиче, пигментированном бетоне и металле, а самое большое здание с пилообразной крышей частично вкопано в землю, чтобы не заслонять виды. По замыслу основателя Arturo Lomelí, проект должен прославлять мексиканские ремесла.   🌐 По проекту архбюро BIG завершено строительство штаб-квартиры компании Dymak в датском Оденсе. Двухэтажное круглое здание из массива дерева с центральным двором-амфитеатром. Волнистая крыша, покрытая 880 фотоэлектрическими панелями, приподнята к северу для видов на озеро и опущена к югу для затенения, а ее форма напоминает ленту Мёбиуса. Внутри использованы натуральные материалы – дерево, глина, пробка, трава-взморник.   🌐 Архбюро Sthapati расширило аэропорт Джодхпура в Раджастане, вдохновляясь местными дворцами и крепостями, такими как форт Мехрангарх. Терминал площадью 23,4 тыс. кв. м облицован панелями розово-оранжевого оттенка с геометрическим узором, имитирующим каменную резьбу, и включает купола и многостворчатые арки в стиле раджпутской архитектуры. Здание рассчитано на 2 млн пассажиров в год и оформлено внутри фресками со сценами из королевской жизни, созданными местными мастерами.   🌐 По проекту берлинского бюро Kéré Architecture построен детсад Kinderoase an der TUM на территории Мюнхенского технического университета, превратив его в «вертикальную игровую площадку» на пять этажей. Почти полностью деревянное здание облицовано сталью кортен и имеет на крыше террасу «Химмельвизе» («луг в небе»), а внутри этажи соединяют круглая лестница и деревянные горки. Сад возведен на месте бывшей парковки.   🌐 Компания Lego создала 8-метровую копию кубка мира по футболу из более, чем миллиона деталей. Ее установлили в Рокфеллер-центре в Нью-Йорке. Модель в масштабе 25:1 является увеличенной версией тематического набора и установлена на стальном каркасе, который доставили на место сборки в 16 секциях. Главной задачей было воспроизвести форму и текстуру оригинала. Эта конструкция стала одним из крупнейших мобильных сооружений Lego.   Спасибо за ваше внимание. Отличных вам выходных!

Грёзы русского модерна — и реальность большого архитектора Есть архитекторы, чьи здания знают все. И есть архитекторы, чьи методы стоит изучать не меньше, чем сами постройки. Фёдор Шехтель – именно такой случай. #Ураган_рекомендует В Музее архитектуры открылась выставка «Фёдор Шехтель. Грёзы русского модерна». И мне кажется важным, что ее авторы отказались от привычного биографического рассказа. Вместо этого – попытка разобраться, как думал архитектор, из каких приемов складывался его язык, почему спустя более ста лет его работы продолжают восприниматься современно. Особенно интересно проследить, как ранний опыт в качестве театрального художника повлиял на его архитектуру. Шехтель проектировал не только фасады – он выстраивал сценарий движения, смену впечатлений, последовательность пространств. По сути, превращал архитектуру в драматургию. Экспозиция построена как путешествие по творческой лаборатории мастера: от театральной графики и временных павильонов до знаменитых московских особняков, общественных зданий и поздних проектов. Это возможность увидеть не только результат, но и сам процесс рождения архитектурной идеи. Если вам интересен русский модерн, история Москвы или просто хороший архитектурный рисунок – выставку точно стоит включить в планы. 🗓 до 4 октября в Музее архитектуры имени А. В. Щусева 📍 ул. Воздвиженка 5/25 Подробнее

#Ураган_мониторит завершение стройки в проекте Life Time на Пресне В проекте на улице Сергея Макеева используется минимальное количество приемов и визуально простые элементы. Башни состоят из повторяющихся стеклянных модулей, а дома-пластины «собраны» из металлических блоков. У каждой высотки своя уникальная сетка фасада. В одном из корпусов подчеркнуты вертикальные линии за счет углубления поверхностей между окнами, в другом – напротив, выделены этажи и углублены элементы перекрытия. Так один прием позволил создать четыре фасада в едином стиле, но с различиями. Интересным решением являются ниши, совпадающие с шагом сетки фасадов и подчеркнутые золотым цветом. Малоэтажные корпуса и фитнес-центр выделяются за счет глубоких пилонов, облицованных керамической плиткой. В целом, проект отлично дополнил район. И если будете гулять здесь, можно заодно посмотреть еще один интересный проект бюро под названием Sky View. 👥 Архитектура: Цимайло Ляшенко и Партнеры

Книга на сегодня: МАРИАМ ПЕТРОСЯН ДОМ В КОТОРОМ… Эта рекомендация от соавтора канала и моего пресс-секретаря Марии Ульяновой. Как и в предыдущей рекомендации книга не говорит об архитектуре напрямую. Но бывает, что пространство оказывается главным героем – и именно это происходит в романе Мариам Петросян. Дом здесь – не просто здание. Это самостоятельный мир со своей памятью, внутренней логикой, территорией, правилами и мифологией. Пространство формирует своих обитателей, а они, в свою очередь, постоянно меняют пространство вокруг себя. Эта именно эта взаимосвязь – один из фундаментальных вопросов архитектуры. Роман вышел в 2009 году и за прошедшие годы стал одним из самых заметных произведений современной русскоязычной литературы. Его читают как историю взросления, как философскую притчу, как магический реализм. Но архитектор, скорее всего, увидит здесь еще и редкий пример того, как литературными средствами можно показать взаимодействие среды (очень нестандартной) и человека (тоже нестандартного).

Во время чтения меня особенно занимали описания стен, комнат, переходов, внутренних дворов. Поверхности Дома постепенно превращаются в коллективную память его жителей. Рисунки, надписи, следы времени складываются в живую ткань пространства. Для меня, как человека, работающего с проектами современного искусства и паблик артом, это оказалось одним из самых точных художественных образов того, как архитектура становится носителем человеческих историй.

Эту книгу стоит читать не потому, что она рассказывает об архитектуре, а потому, что она помогает иначе смотреть на пространство. А главное то, что она просто потрясающая! #Ураган_рекомендует

Продолжаем говорить о главных архитекторах Москвы: сегодня мы рассмотрим деятельность Иосифа Игнатьевича Ловейко (1906-1996)  

Хронология: 1926–1930 — обучение во ВХУТЕМАСе после окончания ремесленного училища и рабфака. 1931 — защита дипломного проекта (руководитель — Александр Веснин). 1930-е — начало профессиональной деятельности в мастерской Моссовета № 5 под руководством Даниил Фридман. 1944 — строительство здания НКВД СССР в Газетном переулке. 1946 — назначен руководителем мастерской № 4 треста «Мосгорпроект», где проявил себя как мастер монументального классицизма. 1952 — строительство гостиницы «Советская» (совместно с В. В. Лебедевым и П. П. Штеллером). 1954 — строительство фасадных домов на Краснопресненской набережной. 1955 — строительство фасадных домов на Проспекте Мира.

Пост главного архитектора Москвы занимал с 1955 по 1961. Этот период пришелся на «борьбу с излишествами» в архитектуре. Политика Н.С. Хрущёва поспособствовала переходу от монументального классицизма к интернациональному стилю. Ловейко также участвовал в этом процессе: в 1955 году его в составе и делегации направили в Париж изучать зарубежную модернистскую архитектуру. Творчество самого архитектора этот процесс также затронул: в 1960-е годы мы уже не встречаем парадных ансамблей, обрамляющих магистрали: интерес к эстетическим вопросам и убранству отдельных зданий уступает прагматическим вопросам градостроительного масштаба.    Ловейко существенно модернизировал транспортную инфраструктуру столицы. С его подачи было принято решение расширить узкие улицы в центре сообразно активности автомобильного и пешеходного трафика. Развитию транспортной сети поспособствовала инициированная им реконструкция набережных Яузы и Москвы-реки: так на Крутицкой, Симоновской и Фрунзенской набережных было организовано движение общественного транспорта. Помимо этого, при Ловейко соорудили тоннель на Садовом кольце и реконструировано Бульварное кольцо. Кроме транспорта Ловейко занимался центральной для шестой пятилетки (1956-60) проблемой расселения. В этот период были значительно увеличены темпы и объёмы строительства: за один только 1956 год было построено 1,37 млн кв. метров, а за 1957 было запланировано сдать в эксплуатацию уже 1,8 млн кв. метров. Этого удалось добиться в том числе благодаря типовым зданиям, из которых формировались целые кварталы со всей необходимой инфраструктурой — детскими садами, школами, медицинскими учреждениями, магазинами и прочим.

Вот что говорил об этом сам Ловейко:

В условиях массового строительства, при концентрированной застройке крупных территорий основой формирования города стал не отдельный дом, а квартал. Естественно, что архитектура кварталов и их групп может быть решена, в первую очередь, средствами пространственной композиции, а не фасадами отдельных зданий.

Истории предыдущих главных архитекторов и мои заметки по мотивам диссертации можно найти по тегу #Ураган_знаний

Сегодня в рубрике #Ураган_мониторит смотрим жилой квартал «Прайд» Это локация в районе Марьина Роща сейчас активно развивается. С конца XIX века на территории располагались различные производственные объединения - сально-клеевой завод Нумовых, позже сформировался компрессорный завод «Борец», а в середине 20 столетия появился Московский комбинат твёрдых сплавов. Сегодня же по соседству уже возвышается бизнес-центр Stone Савеловская и строится технопарк «Густав». В основе концепции нового жилого комплекса от бюро АПЕКС - вариативность и легкость металлических сплавов, которые сочетаются с массивным, тактильным основанием из кирпича и бетона. Опять же дань контексту и истории места. В отделке используются медь,алюминий, латунь. На всех объемах применен один модульный элемент из окна и простенка, но на каждом корпусе простенок видоизменяется – на первом урбан-блоке он представлен в виде полуколонны, на башне это трапеция, на втором блоке – пирамида. Композиция во многом продиктована контекстом: объемы, выходящие на улицы Полковая и Двинцев, формируют уличный фронт и удерживают угол пересечений улиц. Фактурная башня расположена в глубине участка - она не давит на низкоэтажную застройку фронта улицы, а ее сложный и выразительный силуэт при этом работает как узловая точка в ткани города. В настоящий момент строительство жилых корпусов завершено, проводится благоустройство. Дополняет ансамбль образовательный центр, который помогает удержать фронт улицы Полковая и вторит расположению башни по продольной оси. Монолит здания уже готов, в ближайшее время приступят к отделке фасадов.

Путешествие по Костромской области. Невозможно не остановиться на пленэр в таких живописных местах!

На первых эскизах изображен Погореловский терем – подлинный, сохранившийся. В отличие от многих восстановленных памятников, здесь перед тобой настоящая архитектура начала XX века. Терем построен в 1903 году, ему уже больше ста лет. Потемневшее, выцветшее дерево выглядит невероятно выразительно. Когда-то фасады были яркими, но сегодня эта благородная патина делает его еще сильнее. Для рисунка углем – просто идеальная натура. Терем стоит прямо в лесу. Здесь мгновенно возникает ощущение, будто попадаешь в другой мир – сказочный, мистический, вне времени. И вообще, эти места поражают. Кажется, сюда художники должны съезжаться со всей страны. В самом тереме уже много десятилетий живет художник, который когда-то выкупил его и сохранил. И вокруг немало людей, выбравших такую добровольную внутреннюю эмиграцию: тишина, лес, творчество. Мне кажется, именно в этом и есть уникальность этих мест – настоящая художественная глушь, где время замедляется, а работать хочется еще больше.

Бумага, карандаш, уголь. Июль’26 #KuznetsovArt

Продолжаем рубрику #Фотографы_Москвы — и сегодня у нас подборка от архитектурного фотографа Александра Абрамова. В этих кадрах очень ярко передана атмосфера мегаполиса — яркого, бурлящего и неоднородного — в предрассветном тумане, лучах солнца на закате и в огнях ночного города.

На фото: • Высотка на Кудринской площади • Вид на Москву-Сити • Новый Арбат • Высотка на Котельнической набережной • Вид на Садовое кольцо • «Алый мост» через Москва-реку

Деревянная архитектура 2.0. Как LVL меняет отношение к дереву Последнее время я все чаще слышу один и тот же вопрос: можно ли из дерева создавать масштабные, нестандартные проекты, которые прослужат долгие годы? Но правильнее будет спросить – из чего это можно делать? Ответ кроется в истории материала, который поменял взгляд на деревянную архитектуру.   Все началось с авиации, когда LVL-брус (Laminated Veneer Lumber) стал, по сути, заменой алюминия для производства пропеллеров: тогда инженеры решили склеивать тонкие слои шпона хвойных пород с параллельным расположением волокон, чтобы приблизиться к стальной прочности, но при этом со значительно меньшим весом. Технология оказалась революционной, и уже после Второй мировой войны LVL-брус от деталей самолета перешел в строительную отрасль.  

Но настоящий прорыв произошел в 1971 году.  “Отец” LVL, архитектор-новатор и поклонник сложных геометрических форм, Артур Траутнер и  предприниматель Херб Маккин основали компанию Trus Joist, которая выпустила первый коммерческий LVL-брус, где балки до 24 метров могли перекрывать огромные залы без колонн. Для архитекторов это означало свободу в своих идеях при работе с деревянными материалами.

Дело было не только в возможности создания большепролетных конструкций без опор – секрет LVL-бруса в его особой технологии непрерывного прессования и комбинации качеств. Стабильная геометрия, высокий уровень прочности (в 2,5 раза выше, чем у стандартной древесины), устойчивость к агрессивным средам (коррозия, химическое воздействие) – все это сделало LVL “супердеревом”, способным решать нестандартные инженерные и архитектурные задачи.   Так постепенно волна популярности накрыла Европу, где из LVL начали собирать не только балки, но и целые плиты, увидев его потенциал в промышленности и общественных зданиях. Например, есть несколько интересных проектов, которые демонстрируют возможности данного материала. Речь идет про WWF Living Centre в Великобритании, многофункциональный комплекс Mjøstårnet (башня «Мьёс») в Норвегии (фото в посте). Чуть позже, но вполне закономерно, известность LVL дошла и до России.     Долгое время материал оставался у нас «экзотикой», однако переломный момент наступил в 2009 году с открытием завода «Терра» (развивается при поддержке ВЭБ.РФ) – одного из крупнейших в стране производителей LVL-продукции под брендом Ultralam™. Продукция предприятия быстро завоевала доверие как на внутреннем рынке, так и далеко за его пределами абсолютно в разных сферах: большепролетные сооружения, многоквартирное домостроение, малые архитектурные формы, реконструкция объектов культурного наследия, конечно, частное домостроение, где материал выступает в роли силового каркаса. Сегодня ярких примеров применения LVL Ultralam™ много, познакомлю вас с некоторыми из них (фото в посте):   ➡️Конноспортивный манеж во Франции ➡️Выездковый манеж ГБУ «КСК «Битца» (Москва) ➡️Козоводческий комплекс (с. Смолеевка, Рязанская обл.) ➡️Бассейн Fitness24 (Санкт-Петербург) ➡️Павильон лыжных центров проката (Москва) ➡️4-этажный жилой дом в Торжке ➡️Благоустройство набережной в Красногорске ➡️Частные и общественные здания интересных архитектурных форм (Сфера-дом в Бахчисарае, садик “Шарик” в Московской области)  

Этот краткий экскурс в историю появления бруса и его развитие до наших дней показывают мощь и силу технологии LVL, которая в корне переосмысляет возможности дерева. Думаю, этот процесс только запущен, и дальше мы сможем воплотить в жизнь самые смелые архитектурные и инженерные идеи.

#Ураган_знаний

#Ураган_мониторит строительство технопарка «Густав» в Марьиной Роще Особую ценность представляют проекты, в которых индустриальное наследие не воспринимается как препятствие для развития, а становится его основой. Два года назад был согласована концепция технопарка «Густав», созданная командой IND и девелопером FORMA. Для меня творчество и работа идут рука об руку, и этот проект буквально воплощает эту идею. Заводские корпуса XIX века не просто сохранили, но даже специально передвинули на новые места, чтобы логично зонировать пространства и создать благоприятную среду для работы, отдыха и различных активностей. Концептуально объем нового здания делится на две части: одна предназначена для офисно-выставочных пространств, другая — для производственных площадей. В одном месте будут рождаться концепции, производиться и дистрибутироваться продукты креативных компаний. Историческая и современная архитектура органично дополняют друг друга. Например, фасад одного из блоков будет выложен зеленой глазурованной плиткой — отсылка к цвету корпусов завода Густава Листа. На втором производственном блоке мы видим минималистичный гофрированный металлический фасад, который интерпретирует заводскую эстетику - гофрированные заборы, металл, нержавейка. Крупноформатные кассеты одним углом повернуты в сторону заката, чтобы ловить закатные лучи. С помощью гофрированности также получаются очень классные откосы над и под окнами. На данный момент на площадке завершен ключевой этап – монолитные работы основных зданий кластера. В офисной части продолжается монтаж инженерных систем, кладка стен и перегородок, ведется отделка фасадов. Пройден большой этап реставрации: почти завершена кровля модельной мастерской и на 75% выполнены фасадные работы по водонапорной башне. А пока ждём реализацию, можно посмотреть еще один отличный пример трансформации заводских территорий - бизнес-парк «Фактория», который находится неподалеку.

#Календарь_архитектуры 6 июля 1907 года в Койоакане, пригороде Мехико, родилась Фрида Кало – одна из самых узнаваемых художниц XX века.

В детстве она перенесла полиомиелит, а в юности попала в тяжелую автомобильную аварию. Долгое восстановление привело ее к живописи: отец оборудовал для Фриды специальный мольберт, позволявший писать лежа, а зеркало над кроватью стало отправной точкой для ее знаменитых автопортретов. Но сегодня хочется вспомнить не только художницу, а дома, в которых формировался ее мир.

В 1929 году Фрида вышла замуж за художника-муралиста Диего Риверу. Некоторое время супруги жили в знаменитых домах-студиях в районе Сан-Анхель, спроектированных архитектором Хуаном О'Горманом — одним из пионеров мексиканского модернизма. Комплекс стал одним из первых образцов функционализма в Мексике. Два самостоятельных бетонных объема стоят на тонких опорах, имеют плоские крыши, большие ленточные окна и открытые инженерные коммуникации — приемы, вдохновленные архитектурой Ле Корбюзье. Дома соединены узким мостиком, символизируя союз двух независимых творческих личностей. Однако главным архитектурным символом жизни Фриды остается Ла Каса Асуль — Голубой дом в Койоакане, где она родилась и провела последние годы жизни. Изначально это был дом с французскими колониальными чертами, но Фрида и Диего Ривера полностью переосмыслили его облик. Ярко-синие стены, внутренний двор с вулканическим камнем, кактусами и местными растениями, элементы доколумбовой архитектуры, народного искусства и коллекции мексиканских древностей превратили его не просто в жилище, а в художественный манифест национальной культуры. Так же, как в своих картинах, в архитектуре своего дома Фрида соединяла современность и традицию, личную историю и культурную память Мексики.

🏠

Сегодня Голубой дом работает как музей, сохранив мастерскую художницы, интерьеры, личные вещи и атмосферу, в которой рождались ее самые известные произведения.

#Ураган_мониторит К концу года введут в эксплуатацию жилой квартал «Променад» на озере Кабан, напротив нового здания Театра Камала Главной задачей, конечно, было органично вписать современную архитектуру в исторический контекст Старо-Татарской слободы. Архитектурный образ строится на диалоге с разновременной окружающей застройкой: бывшим красно-кирпичным пивоваренным заводом Петцольда и памятниками конструктивизма. Комплекс состоит из семи городских вилл: объемы из рельефной кирпичной кладки чередуются со светлыми лаконичными керамическими. Фланкирующие дома выходят к озеру активным ступенчатым силуэтом, и поскольку комплекс уже почти завершен, оценить панораму можно уже сейчас. Не менее важно было также формирование новых городских связей. Проект открывается к озеру большим двором-парком, в нем сейчас как раз завершается благоустройство. А затем плавно переходит в общественный променад. Вдоль завода Петцольда создается новый пешеходный бульвар, объединяющий историческую застройку улицы с набережной озера Кабан. Определенную сложность при реализации представлял подбор фасадных материалов, особенно для светлых корпусов комплекса. Важно было, чтобы все элементы были из одного материала. Выбор остановили на панелях из объемной глазурованной керамики. Рисунок рельефа прорисовали индивидуально, а потом проверили на мокапе. В итоге удалось добиться выполнения фасада всего лишь на основе двух матриц - рельефной и гладкой, что положительно отразилось на бюджете проекта. Входные порталы с орнаментом, вдохновленные местными культурными традициями, решили сделать из цветного кирпича с рельефной тычковой кладкой. Кирпич для этого проекта глазуровали отдельно по специальной технологии. 👥 Архитектура: DNK ag 📷 Фото: ООО СЗ «ТЭКОРЕСУРС», Наиль Зоркий, Максим Лоскутов

Принять участие в подборке может любой архитектурный проект в России. Заявку можно оставить в комментариях к посту.

Архитектура должна тянуть людей к тому, чтобы мыслить Поиск смыслов в архитектуре — это вопрос образования общества. Но мы должны стараться, чтобы архитектура тянула людей к подбору ассоциаций. Об этом заявил архитектор будущего ВЭБ.РФ Сергей Кузнецов на открытом диалоге «Формула архитектуры будущего» Он стал главным гостем нашего мероприятия, приуроченного к запуску проекта «Эксперт. Урбан».

💬Если архитектура не заставляет вас трепетать, задавать вопросы, удивляться, восторгаться, — в общем, переживать эмоции, — в моей системе координат она не может считаться архитектурой. И так как она должна вызывать эмоции, она обязана постоянно меняться💬

При этом, здания могут приобрести совершенно непривычные нам очертания. Архитектура внешне может преобразиться до неузнаваемости, но должна сохранять свою функцию — дома для жизни или работы.

Формула архитектуры будущего: ⏹️Это хорошая архитектура прошлого. Можно с уверенностью сказать, что ансамбль Московского Кремля — это архитектура будущего, потому что он дошел до нас сквозь века. ⏹️Это то ценное, что мы создаем сегодня. Что-то, что есть смысл беречь и развивать дальше. Мы все-таки хотим, чтобы потомки вспоминали нас добрым словом.

🔴 Все эксперты здесь и в Макс

Сегодня мэр Москвы Сергей Собянин наградил лауреатов премии в области архитектуры и градостроительства. Прежде всего, конечно, хочется поздравить всех победителей с Днем архитектора. Отдельно приятно, что в числе отмеченных оказались два проекта моего авторства — One и новый корпус МАрхИ. Это, безусловно, важное и ценное признание: премия является одной из самых значимых и авторитетных архитектурных наград в стране. Она действительно имеет большое значение для профессионального сообщества. Очень важно и то, что Сергей Семенович лично вручает награды и что эта традиция сохраняется из года в год. Для архитекторов это знак внимания к профессии, уважения к труду и качественной архитектуре. Хочется сказать большое спасибо коллегам за высокую оценку нашей работы и, конечно, Сергею Семеновичу — за то, что он последовательно поддерживает развитие архитектуры в Москве. Эта работа, безусловно, дает результат и имеет большое значение для всего профессионального сообщества.

Дорогие друзья! В День архитектора хочу сказать: путь в профессию никогда не бывает легким. Для меня одним из самых важных этапов стало поступление в МАрхИ – это была серьезная личная победа. Но поступить – лишь начало. Архитектура требует постоянного труда, профессионального роста и полной самоотдачи. Это профессия, в которую приходят не ради быстрых успехов, а ради возможности создавать среду, в которой живут люди. Архитектура формирует качество жизни, влияет на облик городов и во многом определяет наше будущее. Именно поэтому ответственность архитектора всегда особенно велика. Работая над развитием архитектурных проектов в ВЭБ.РФ, в том числе совместно с КБ Стрелка, я особенно ясно вижу, насколько сегодня востребованы сильные архитекторы, урбанисты и специалисты по развитию городской среды. От их профессионализма, таланта и масштаба мышления во многом зависит будущее российских городов. Поздравляю коллег с Днем архитектора! Желаю вдохновения, смелых идей, профессиональных успехов и уверенности в том, что наш труд действительно делает жизнь людей и города лучше. 🟣 ВЭБ.РФ в телеграм и МАХ.

Электрозавод: что действительно значит спасти? Дискуссии вокруг объектов культурного наследия всегда вызывают сильный общественный отклик. Но главный вопрос сегодня не только в том, как сохранить исторические стены, а в том, как вернуть им жизнь. Когда здание теряет свою первоначальную функцию, оно постепенно перестает жить. Поэтому сохранение наследия – это не консервация любой ценой, а поиск нового смысла, который позволит историческому месту существовать дальше. Именно поэтому судьбу Электрозавода я не рассматриваю через противопоставление «сохранить» или «снести и построить новое». Гораздо важнее понять, что действительно необходимо сохранить, а что можно адаптировать к современным требованиям. Бережная ревитализация – это возможность сохранить архитектурную ценность комплекса и одновременно вернуть эту территорию городу.

История Электрозавода сама по себе показывает, что этот комплекс всю свою историю находился в процессе изменений: • В 1915 году на эту территорию из Риги было эвакуировано производство товарищества «Проводник». Главный корпус по проекту Георгия Евланова успели построить лишь частично, а после революции строительство продолжили уже по переработанному проекту Георгия Шиханова. • С 1928 года здесь работал Московский электрозавод – одно из ключевых предприятий ГОЭЛРО. На заводе производили оборудование для крупнейших строек страны, лампы для рубиновых звезд Кремля, продукцию для фронта в годы Великой Отечественной войны, позже – телевизионную технику. • К концу XX века предприятие утратило свое значение. Производство свернули, помещения заняли арендаторы. • После пожара 2025 года территория окончательно опустела.

Сегодня бывший завод уже невозможно использовать так, как раньше. И именно поэтому бережная ревитализация кажется мне самым разумным решением. На территории планируют создать современный городской квартал с жильем, офисами, детским садом, общественными пространствами, парком и сквозным пешеходным бульваром, открытым для горожан. При этом в общении с девелопером и изучив проектные материалы мы видим разработанные планы по сохранению исторических фасадов и ключевых архитектурных элементов комплекса. На мой взгляд, подобные проекты важно оценивать по документации и профессиональным решениям, а не только по публикациям в интернете. Мне хотелось бы, чтобы эта работа соответствовала принципу «Сохраняя — улучшай». Работа с наследием не должна превращаться ни в тотальную консервацию, ни в отрицание прошлого. Ее задача – раскрыть потенциал исторической среды, добавить ей новую ценность и сделать ее частью современной городской жизни. Важно помнить еще и о том, что Электрозавод менялся на протяжении всей своей истории. Около трети существующего здания было достроено уже в советское время, внутренние реконструкции продолжались десятилетиями, а значительная часть комплекса вообще представляет собой утилитарные производственные корпуса, которые никогда не задумывались как архитектурные памятники. Если удастся сохранить самые ценные элементы комплекса и при этом открыть эту территорию для города, значит, Электрозавод не исчезнет – он получит новую жизнь.

#Календарь_архитектуры 5 (17) июля 1878 года родился выдающийся советский академик архитектуры Владимир Щуко, автор временного деревянного Мавзолея Ленина и Дворца культуры имени Горького в Санкт-Петербурге.

Щуко родился в Берлине в семье отставного военного, но вскоре семья переехала в Россию - в Тамбов. Там он окончил реальное училище, а в 1896 году отправился в Санкт-Петербург и поступил на архитектурное отделение Императорской Академии художеств в мастерскую Леонтия Бенуа. Параллельно он серьезно увлекался живописью (у Ильи Репина), скульптурой (в мастерской Владимира Беклемишева) и гравюрой (у Василия Матэ). Также интересовался театром: играл в Художественном театре и создавал декорации и костюмы для постановок (в «Старинном театре», «Привале комедиантов», Большом драматическом театре, Малом театре в Москве). Щуко окончил Академию в 1904 году. Его дипломный проект - «Дворец наместника на Дальнем Востоке» в стиле русского ампира - принес ему звание художника-архитектора и право на пенсионерскую поездку за границу. Он побывал в Афинах, Стамбуле и Риме, сделал множество зарисовок и обмеров памятников. После возвращения в 1906 году он организовал выставку своих работ, которая имела большой успех, и Совет Академии продлил его пенсионерство еще на год, который Щуко провел в итальянских Виченце, Мантуе, Риме и Венеции. В 1911 году за проекты русских павильонов на международных выставках в Риме и Турине Щуко получил звание академика архитектуры. В 1914 году стал действительным членом Императорской Академии художеств. С 1918 года он начал активно работать в соавторстве со своим учеником Владимиром Гельфрейхом.

Щуко был одним из видных мастеров петербургской неоклассики (ретроспективизма) 1910-х годов. В дореволюционный период он создал ряд заметных работ: • доходные дома К. В. Маркова на Каменноостровском проспекте в Санкт-Петербурге (дома 63 и 65, 1910–1911); • памятный зал Академии художеств (1914, ныне зал Щуко); • дом губернского земства в Киеве (1913–1914; ныне здание штаб-квартиры СБУ).  В советское время Щуко и Гельфрейх реализовали множество масштабных проектов, сочетая неоклассику с элементами конструктивизма и ар-деко: • пропилеи при въезде в Смольный (1923–1925) - парадные ворота в виде парных пятиколонных портиков тосканского ордера; • архитектурная часть памятника В. И. Ленину у Финляндского вокзала в Ленинграде (1926, скульптор С. А. Евсеев); • новое здание Библиотеки СССР имени В. И. Ленина в Москве (1928–1940); • Большой Каменный мост в Москве (1936–1938, совместно с М. А. Минкусом); • главный павильон Всесоюзной сельскохозяйственной выставки (1939); • драматический театр имени Горького в Ростове-на-Дону (1930–1935).  Также Щуко участвовал в конкурсе на проект Дворца Советов в Москве (1932–1938). 

Помимо архитектуры, Щуко занимался реставрацией памятников (например, реставрировал зал заседаний Таврического дворца в 1917 году). Он также вел активную педагогическую деятельность: преподавал в Санкт-Петербурге и Ленинграде (на инженерно-строительном факультете Политехнического института, на Высших женских политехнических курсах, в Государственных свободных художественно-учебных мастерских - Вхутемас-Вхутеин). Среди его учеников был и будущий постоянный соавтор Владимир Гельфрейх.

Владимир Алексеевич Щуко скончался 17 января 1939 года в Москве.

Книга на сегодня: КОБО АБЭ ЖЕНЩИНА В ПЕСКАХ «Женщина в песках» Кобо Абэ – роман, который производит сильное, почти физическое впечатление. Он оставляет после себя не столько ответы, сколько вопросы, и становится важным опытом знакомства с японской литературой второй половины XX века.

Обычно я рассказываю о художественных произведениях, в которых архитектура присутствует буквально: действие разворачивается вокруг города или здания, герой оказывается архитектором или художником, а пространство становится самостоятельным персонажем. Здесь ничего подобного нет. И вместе с тем это один из самых архитектурных романов, которые мне доводилось читать.

Абэ не говорит об архитектуре напрямую, но говорит о том, что лежит в ее основе. Пространство в романе – не фон, а сила, определяющая поведение человека. Песчаная яма одновременно становится домом, ловушкой, мастерской и целым миром, где каждый день приходится заново договариваться с окружающей средой. Это очень точное напоминание о том, что архитектура – не только стены и крыша, а прежде всего отношения человека с местом. Для архитектора эта книга ценна еще и другим. Она воспитывает качества, без которых невозможно заниматься творчеством: терпение, способность принимать длительность процесса, готовность к ежедневной, незаметной извне работе и понимание того, что настоящий результат редко рождается быстро. Герой проходит мучительный, временами кажущийся бессмысленным путь, но именно в этой монотонности постепенно раскрывается смысл происходящего. Кобо Абэ умеет делать то, что доступно немногим писателям: он заставляет читателя пережить книгу, а не просто прочитать ее. И после этого опыта уже невозможно смотреть на привычный мир так же, как прежде. А вы читали? Что скажете?