Александр Долгих

Почему мы рисуем сердце красным и вот так ❤️, ведь оно совсем другое на самом деле Загляните в учебник биологии: настоящее человеческое сердце — это тусклый, коричневато-бурый «комок мышц» размером со сжатый кулак. Оно асимметрично, покрыто сеткой сосудов и слоями жира, а его форма напоминает перевернутую грушу с торчащими из нее трубками аорты. В нём нет ни идеальной симметрии, ни плавной выемки посередине, ни острого нижнего края. Но почему же тогда именно этот значок стал для нас главным символом любви? Самая взрывная гипотеза уводит нас не в операционную, а в античную ботанику. В VII веке до н. э. греческие колонисты на побережье Кирены (современная Ливия) обнаружили растение, которое ценилось буквально на вес золота. Сильфий был универсальным лекарством и гастрономической приправой, но главное оно работало как мощный контрацептив, который к тому же был афродизиаком. С его помощью женщина могла не бояться последствий близости. Для античного мира, не знавшего презервативов и других средств защиты от нежелательной беременности, это была революция. Сильфий стал основой экономики Кирены. Его изображение чеканили на монетах, но на них красовался не просто стебель, а семя сильфия. Его форма была как две капли воды похожа на современное сердечко с плавным изгибом сверху и острым кончиком внизу. Так что символ любви, вероятно, появился благодаря древней валюте. Учитывая назначение сильфия, его прямая связь с любовными утехами была очевидна. Но сильфий рос только в Киренаике и не поддавался культивации. А римляне и греки собирали его так усердно, что уже к I веку н. э. растение полностью исчезло. Вклад в историю символа внёс и великий философ Аристотель. Хотя он был гением во многих областях, с анатомией он немного промахнулся. В своих трудах он описал человеческое сердце как орган с тремя камерами (на самом деле их четыре) и характерным углублением посередине. В Средние века врачи и художники, следуя догмам, редко вскрывали трупы и не могли проверить утверждения античного классика. Вот они и начали рисовать сердце с этим аристотелевским «углублением». В результате к 13-му веку мы получили картинку, которая была идеализированной, симметричной и очень далекой от реального органа. А в 16-м веке, когда другие учёные наконец-то поправили Аристотеля, было уже поздно, потому что знак сердца прочно ассоциировался с любовью, страстью и душой. Ошибка философа стала визуальным стандартом на столетия. Есть и более откровенная теория. Профессор психологии Гальдино Пранзароне выдвинул идею, что символ сердечка — это стилизованное изображение женских ягодиц. Древние греки действительно были очарованы красотой человеческого тела, и в их пантеоне была особая ипостась Афродиты - Каллипига, что буквально переводится как «Прекраснозадая». Преклонение перед формой женского тела, по мнению Пранзароне, и могло породить этот плавный, двудольный символ. А вот римляне видели в сердечке силуэт листа плюща. Это растение является символом вечной привязанности. Его воздушные корни так крепко цепляются за опору, что разорвать эту связь почти невозможно. Неудивительно, что лист плюща стал символом верности и глубокого чувства.

Фраза «в космосе никто не услышит твой крик» верна для воздуха. Но есть другой способ — сейсмические волны. Солнце постоянно вибрирует. Эти колебания проходят через его вещество и вызывают крошечные изменения гравитационного поля. Спутники, летящие в вакууме, могут зарегистрировать эти гравитационные волны, а потом компьютер перевести их в звук. Получается низкий гул, похожий на гудение колокола. Частота этих колебаний — около 0,005 герца (не слышно уху). Если ускорить запись в 10 000 раз, Солнце «зазвучит» как орган. Учёные используют этот метод, чтобы заглянуть внутрь звезды — гелиосейсмология. Так что в космосе можно услышать Солнце, если у вас есть правильные инструменты. А вот собственный крик — действительно никто не услышит.

Почему амбары красят в тёмно-красный цвет Представьте, что вы фермер где-то в Новой Англии. На дворе конец XVIII века. Вы только что закончили строить этот огромный сарай, куда ухнули почти все сбережения. Дерево, безусловно, отличный материал, но оно боится сырости. Без защиты оно долго не проживёт. Покупать краску было очень дорого. Оставалось либо смотреть, как сарай гниет, либо придумать что-то своё. И придумали. Рецепт «краски для бедных, но находчивых» выглядел так. Сперва в ход шло масло, которое получали из семян льна. Оно было доступно и привычно. Масло глубоко впитывается в поры дерева и создает прочную водоотталкивающую пленку, что само по себе уже неплохо консервирует доски от влаги. Но для полноценной защиты этого было маловато. В любом хозяйстве всегда был специальный чан, куда кидали сломанные подковы, сточенные гвозди, лопнувшие обода от колес, словом, весь металлический мусор. Железо ржавело, а фермеры соскребали этот рыжий налет, растирали в порошок и добавляли в льняное масло. Для пущей прочности и пластичности в эту смесь подсыпали известь. Зачем ржавчина? Всё дело в химии. Оксид железа, из которого она состоит, — это естественный фунгицид, то есть яд для грибка и плесени. Добавляя ржавчину, фермеры, сами того не зная, обеззараживали древесину и не оставляли микроорганизмам ни единого шанса. Ну, а приятный «побочный эффект» был в цвете. Смесь изначально была оранжево-ржавой, а после высыхания и окисления становилась глубокого, землисто-красного оттенка. Не ярко-алого, как пожарная машина, а приглушенного, красновато-коричневого, который так и назвали — «амбарный красный». Долгое время считалось, что в краску добавляли бычью кровь. Мол, это был дешёвый способ получить красный пигмент. На самом деле, историки склоняются к тому, что это скорее исключение, чем правило. Да, некоторые состоятельные фермеры в Европе действительно могли использовать кровь со скотобойни, чтобы придать смеси более насыщенный оттенок (и заодно пустить пыль в глаза соседям), но для абсолютного большинства американских переселенцев это было слишком расточительно. Кровь была ценным продуктом, а ржавчина валялась под ногами бесплатно в неограниченных количествах. Так что первична здесь именно ржавчина, а не кровь. Кстати, о соседях. Американские переселенцы копировали стиль скандинавских фермеров. Те красили свои деревянные дома краской на основе оксида железа, чтобы они издалека были похожи на дорогие кирпичные постройки. Кирпич в те времена могли позволить себе только очень богатые люди. Так что красный сарай был своего рода фермерским «понтом», имитацией роскоши, доступной каждому, у кого есть ржавые гвозди и льняное масло. Со временем, когда в XIX веке появились фабрики, производящие готовую краску с искусственными пигментами, красный цвет снова оказался королём, но уже по другой причине. Химические пигменты других цветов были дорогими и сложными в производстве. А красный пигмент на основе всё того же оксида железа был самым простым в изготовлении и, следовательно, самым дешевым. Производители, увидев спрос, наводнили рынок дешевой красной краской для сараев. Круг замкнулся, и традиция закрепилась окончательно.

Сколько лет России? (Всё понятно, но есть несколько загвоздок) Ответ зависит от того, какую книгу истории вы откроете. Историки спорят, и у каждой версии своя правда и своя загвоздка. Том «Древний и Славный» (IX век) В IX веке на просторах Восточной Европы зародилась Русь: викинги, славяне, путь «из варяг в греки», Рюриковичи в Новгороде. По этой версии России — солидные 1100–1200 лет. Загвоздка: Киевская Русь считается колыбелью и для украинцев. Общее это наследство или исключительно российское начало? Спор открыт. Том «Москва набирает силу» (XIV–XVI века) Пока осколки Руси платили дань Орде, возвышалась Москва: Иван Калита, Дмитрий Донской, Иван III. Апофеоз — 1547 год: Иван Грозный венчается на Царство. Если считать от Калиты (XIV век) — получается 700+ лет. От коронации Грозного — 477 лет. Загвоздка: это еще не империя, а «царство», вроде стартапа. Формально государство уже есть, но масштаб не тот. Том «Имперский блеск и грохот пушек» (1721 год) Петр I после победы над Швецией провозглашает себя Императором. Рождается Российская Империя со столицей в Петербурге. Возраст — четкие 304 года. Юридический факт! Загвоздка: разве то, что строили Иван Грозный и Алексей Михайлович, — не Россия? Петр переформатировал страну, но не создал ее с нуля. Том «Красный эксперимент» (1922–1991) Революция смела империю. В огне Гражданской рождается СССР — новая идеология, флаг и элита. Возраст по этой версии: 69 лет. Загвоздка: считать ли СССР исторической Россией? Для одних — это была их страна, для других — оккупация. Вопрос чисто идеологический. Том «После империй» (с 1991-го) На обломках СССР возникла Российская Федерация. Юридически бесспорный возраст — 34 года. Загвоздка: это полностью отрезает тысячелетнюю историю. Как говорить, что Франция началась только с Пятой Республики, забыв про Наполеона и королей. Так какая же цифра? Россия — не шкаф, а вечно перестраиваемое здание. Фундамент заложен в IX веке в Киеве, крепкие стены возведены в Москве в XIV–XVI веках, имперская перепланировка случилась в 1721-м. В 1917-м здание взорвали и построили утопический СССР, а в 1991-м на старом фундаменте возвели нынешнюю Российскую Федерацию. Юридически ей 34 года. Но ментально она ощущает связь и с киевскими князьями, и с московскими царями, и с советскими генсеками. Это непрерывная, хоть и безумно изменчивая, традиция длиной в тысячу лет. Возраст России — не число, а состояние души. Пытаться втиснуть эту глубину в одну цифру — все равно что измерять океан чайной ложкой.

Как простывают от кондиционера: не от холода, но есть нюанс Лето, на улице плюс тридцать пять. А офисы, машины и квартиры превращаются в филиалы Антарктиды. Мы спасаемся от зноя, а на следующий день просыпаемся с больным горлом и насморком. Обычно говорят: «Продуло! Посидел под холодным потоком». Знакомая картина? Но на самом деле история куда интереснее и поучительнее. Главный виновник — вовсе не холод как таковой, а грубые игры нашего организма с терморегуляцией. Если точнее — резкие «температурные качели» и ещё один коварный фактор, о котором часто забывают. Почему перепад температур страшнее холода Человеческое тело — гениальная адаптивная система. Но есть условие: изменения должны быть плавными. Когда мы с 35-градусного пекла резко ныряем в помещение, где +18, организм испытывает самый настоящий физиологический стресс. И вот что происходит. На жаре сосуды кожи и слизистых расширяются, чтобы отдавать избыток тепла. Когда мы попадаем в ледяную комнату, они получают команду мгновенно сжаться. Такой спазм сродни короткому замыканию: кровоснабжение защитных барьеров носа и горла резко падает. В носу и верхних дыхательных путях непрерывно работает «конвейер» — слизь, которая как липкая лента задерживает вирусы и бактерии. Движение микроскопических ресничек выталкивает эту грязь наружу. При резком холодовом стрессе конвейер почти останавливается. Вредные частицы перестают выводиться и остаются на слизистой. Из-за сосудистого спазма клетки местного иммунитета хуже мигрируют в зону атаки. Входные ворота для инфекции на какое-то время остаются почти без охраны. А теперь ключевой момент: вирусы и условно-патогенные бактерии у нас в дыхательных путях есть почти всегда. Мы вдыхаем их постоянно, просто надежная защита не дает им разгуляться. Но как только эта защита падает — буквально на несколько минут — возбудитель успевает закрепиться и начать своё черное дело. Вот почему народная мудрость «замерз — заболеешь» не совсем точна. Сам по себе холод болезнь не вызывает. Он создает идеальный момент для атаки тех микробов, которые уже ждали своего часа. И главную роль здесь играет именно шок от контраста «жара-холод», а не просто низкая температура. Скрытый сообщник: сухой воздух Ещё один фактор, о котором многие забывают — запредельную сухость. Кондиционер безжалостно высасывает влагу из воздуха. В норме носовая слизь увлажнена и вязкая, как мягкий гель. При влажности ниже 30–40% этот гель начинает стремительно высыхать. Что получаем? Защитный слой превращается в сухие корочки и трещинки. Слизистая буквально разрыхляется, становясь похожей на потрескавшуюся землю. Через эти микроранки вирусы и бактерии проникают в разы быстрее. Итог — двойной удар: холодовой спазм ослабляет защиту, а иссушенный воздух разрушает последний барьер. В таком сценарии даже небольшое количество вируса дает бурную реакцию. Плюс надо понимать, как работает обычный бытовой кондиционер. Он забирает воздух из комнаты, охлаждает его и возвращает обратно. Если в помещении находится кто-то с начинающейся ОРВИ, сплит-система не запускает свежий воздух с улицы, а разносит вирусные частицы по всему замкнутому пространству. Концентрация инфекции растет, и мы вдыхаем такую дозу, с которой даже здоровый организм может не справиться. А холод лишь помогает этой дозе проникнуть глубже. К тому же неочищенный кондиционер — это инкубатор для бактерий. А когда вы последний раз чистили или меняли фильтр в кондиционере?

Как попкорн стал главной едой в кинотеатре Я не очень-то хорошо отношусь к тому, что в кинотеатре люди едят и пьют. Особенно, если это какой-то серьёзный фильм, а не лёгкая комедия и весёлый мультфильм, но так уж сложилось, что без попкорна не обходится ни один киносеанс. Более того, именно попкорн и газировка, а отнюдь не сам фильм, являются главными источниками заработка кинотеатров. Но в какой момент главной едой кинотеатров стал попкорн? И почему вообще в кино с едой можно, а на оперу или в театр нельзя? На самом деле, если бы вы пришли в кино в «ревущие двадцатые», вас бы вышвырнули из фойе за любую попытку пронести еду. Хруст в зале считался плебейством, а крошки были угрозой бархатным креслам, сам же попкорн считался едой бродячих цирков и ярмарочных шапито. Кино тогда строило из себя высокое искусство с мрамором и хрусталём. В 1929 году экономика США рухнула, банки рушились, заводы вставали, но люди всё равно находили 15–25 центов на билет в кино. Кино оставалось самым дешевым способом сбежать от серой реальности. Но денег на что-то ещё не было. Посещаемость падала. Вот в этот-то момент о себе и заявил попкорн. Уличные торговцы покупали сырье за бесценок (мешок зерна стоил копейки), жарили его в кипящем масле и продавали у входа в кинотеатры по 5-10 центов за здоровый кулек. Это была самая доступная роскошь в стране, где каждая монета на счету. Торговцы парковались прямо у входа в кинотеатры, зазывали зрителей, и те проносили кульки под пальто в кинозал. Управляющие, безусловно, бесились, ведь какие-то лоточники наживаются на их клиентах, да ещё и оставляют мусор у дверей. Но выгнать их означало потерять зрителей, которые уже привыкли хрустеть. И тут произошел перелом. Наиболее прагматичные управляющие решили: «Не можешь победить — возглавь». Они начали сдавать фойе в аренду тем же торговцам. А позже, когда арифметика стала совсем очевидной, убрали посредников и поставили попкорн-машины прямо внутри. Оставалась проблема в виде шума. Кино стало звуковым, а диалоги важными. Вдруг хруст погубит впечатление? Но практика показала странную вещь. Хруст попкорна имеет звук монотонный и предсказуемый. Мозг быстро распознаёт его как безопасный фон и перестаёт обращать на него внимание, в отличие от внезапного смеха невпопад или болтовни соседей. Так что попкорн создаёт атмосферу, но не выдёргивает из сюжета. Прошло некоторое время и владельцы осознали, что прибыль делается не на кукурузе, а на том, что идет в паре с ней. Кукурузу жарят на масле и щедро сдабривают ароматизатором с диацетилом. Именно диацетил даёт тот самый запах горячего сливочного масла, от которого текут слюнки, даже если вы только что поужинали. Этот запах работает как спусковой крючок и бьёт по обонятельным рецепторам, искусственно вызывает аппетит и, что самое важное, дикую жажду. Добавьте сюда мелкую соль, которая оседает на языке и требует немедленно запить, и вы получите гениальную бизнес-схему. Деньги делаются не на попкорне. Да, его себестоимость копеечная, а цена кусается, но настоящая золотая жила — это напитки. Сироп и газированная вода стоят почти ничего, а продают их с наценкой в 600, а то и 1000 процентов. Механика безотказна. В зале гаснет свет, вы съедаете горсть солёной, маслянистой кукурузы, и через пару минут жажда становится невыносимой. Маленький стакан уже не спасает, и вы берёте большой, а лучше взять «комбо» с огромным ведёрком попкорна. Именно ради этого момента кинотеатры готовы отдавать студиям почти всю выручку с билетов, оставляя себе прибыль от попкорна и колы. Это человеческая физиология, помноженная на грамотный маркетинг. Так что, когда будете заказывать попкорн перед сеансом в следующий раз, знайте, что участвуете в схеме, которую отшлифовали ещё во времена Великой депрессии. Только теперь она пахнет не нуждой, а предвкушением вкусного во всех смыслах кино.

Ногти, на которые так любят ходить дважды в месяц наши любимые женщины — это, между прочим, одно из отличительных свойств отряда приматов, которое появилось около 50 миллионов лет назад. Замечу, что ногти и когти — это не одно и то же. Когти существовали у разных видов животных очень давно, ногти же по меркам эволюции появились только позавчера. В ходе эволюции появился белок кератин, который смог накапливаться и образовывать различные структуры. Так вот ногти у приматов появились из-за образа их жизни. Изначально обезьяны это древолазы, то есть животные ориентированные жить на деревьях. И в отличие от других животных, у приматов пальчиковый захват, поэтому эволюционный отбор был заточен на то, чтобы пальцы были тонкие, чувствительные и чтобы ногти были короткие, плоские и не мешали. Можно сказать, что ногти — это рудиментарные когти. Наличие плоских ногтей также было необходимо для формирования социальной среды обезьян. Высшие приматы живут довольно большими группами и самостоятельно не ухаживают за своей шерстью, предпочитая грумминг ближайших сородичей, проявляя тем самым любовь и заботу. С когтями это было бы затруднительно, а плоские недлинные ногти не мешают.

«Клубника» — вовсе не клубника, а «виктория» — вообще не ягода В детстве придёшь на рынок, а бабушки кричат наперебой: «Свежая клубника!», «Виктория сладкая!», «Земляника лесная!». И ты свято веришь, что это три разные ягоды. Может, родственницы какие-то дальние. Мысль о том, что почти всё это одна и та же ягода даже в голову не приходила, правда? А теперь открываю вам страшную тайну. Та самая ароматная красная ягода, которую мы едим с грядки или покупаем на рынке в пластиковом лоточке с точки зрения ботаники вообще не клубника и не виктория. Её правильное, хоть и скучное имя — земляника ананасная или садовая. Она появилась на свет чуть больше 250 лет назад в результате, можно сказать, случайного межконтинентального романа двух американских ягод. Началось всё в Голландии середины XVIII века. В ботанических садах встречаются две заморские гостьи, которые до этого и не подозревали о существовании друг друга. Первая — земляника виргинская (Fragaria virginiana). Её привезли из Северной Америки в Европу в 1623 году и высадили в Версале. Ягоды у неё были заметно крупнее привычной европейской лесной мелочи, и это был хит при дворе. В Россию она добралась чуть позже, при царе Алексее Михайловиче, и поселилась в Измайловском саду. Вторая героиня — земляника чилийская (Fragaria chiloensis). В 1714 году французский офицер Амеде Франсуа Фрезье, находясь в Чили, обратил внимание на гигантские ягоды, которые выращивали местные жители. Он привёз во Францию всего пять кустиков. Пять, Карл! Вся современная индустрия могла зависеть от сохранности этих пяти растений, пока они добирались до Европы. И вот в ботаническом саду эти две ягоды оказались соседями. А потом случилось то, что ботаники деликатно называют спонтанной гибридизацией. Появился гибрид, объединивший морозостойкость «северянки» с крупным размером «южанки». Мы получили ту самую сладкую, крупную и ароматную ягоду, которую теперь и считаем «настоящей». С «Викторией» тоже всё просто. Это типичная история, как имя одного продукта вдруг начинает обозначать вообще всё. В XIX веке был выведен один из первых популярных сортов этой самой ананасной земляники, и назвали его в честь британской королевы Виктории. Сорт был холодостойким и для своего времени просто мегаурожайным. Поэтому, когда он попал в Россию, народ, не вдаваясь в ботанические тонкости, стал называть «викторией» любую крупную садовую ягоду. Название сорта превратилось в имя нарицательное, и это до сих пор сбивает с толку. А теперь о слове «клубника». Почему же учёные мужи в один голос твердят, что клубника — это не совсем то, что мы едим? Дело в том, что настоящая клубника — это другой биологический вид, земляника мускатная (Fragaria moschata). Но наши предки, которые не заморачивались латинскими названиями, использовали слово «клубника» от слова «клуб», то есть что-то круглое, шаровидное. Им было глубоко фиолетово на тычинки и пестики. Вот так и получилась эта великая ягодная путаница, которая живет в наших головах до сих пор. В общем, отправляя в рот очередную сочную «клубнику», знайте, что на самом деле едите «ананасный» гибрид, в чью честь когда-то назвали сорт «Виктория». Главное не запутаться! P.S. Кстати, о том, как не запутаться в уходе за этой капризной культурой. Чтобы ваша земляника садовая выросла такой же мощной и сладкой, как её чилийская прабабушка, а ягоды не напоминали размерами ту самую лесную мелочь из Версаля, стоит подойти к делу с умом. Здесь на помощь приходит «Цимус для клубники и ягодных культур». Это когда вашим ягодным кустам дают не просто «покушать», а полноценный фитнес-коктейль. Реклама. ООО "ЦИМУС" ОГРН: 1237700856898 Адрес: 108834, г. Москва. erid: 2W5zFGDqpty

Два открытия и одно разочарование на VK Fest в Казани лично для меня Как и обещал, в воскресенье махнул в Казань на VK Fest-2026. Не был на таких больших фестивалях лет 15 — нужно было проветрить голову и посмотреть, чем живет индустрия. Синоптики обещали дождь, поэтому мы с женой взяли дождевики. Но небеса смилостивились: ливня не случилось, а днем было даже жарковато. Хорошее начало. На входе — никаких пробок из людей, что приятно удивило. Но главные открытия ждали внутри. Честно говоря, я думал, что VK Fest — это только про музыку. Оказалось, там есть мощный лекторий. Мы, естественно, сразу пошли на Сергея Безрукова. Он говорил про театр, про тренды в кино и советовал, что посмотреть всей семьей.

Для детей (да и для взрослых для прокачки эмпатии) очень рекомендовал «Белый Бим Чёрное ухо», а из новинок — фильм «Не по-детски», который выйдет в прокат 3 сентября.

Дальше в программе были лекции с блогерами, спортсменами и другими умными людьми, но мы решили исследовать территорию. Выйдя из лектория, уперлись в гигантскую очередь. Прямо «эпоха дефицита и перестройка в одном флаконе». Инстинкт советского человека сработал мгновенно: «Стоят — значит, дают что-то ценное, надо брать!» Но спросив у людей, за чем ажиотаж, выяснили: это за автографами Димы Масленникова, Клавы Коки и других кумиров. В общем, не наше — нам оно не надо. Зато в этой очереди был огромный плюс. Пока молодежь героически штурмовала автограф-зону, у главной сцены было довольно свободно. Главная и чисто татарская. К слову сказать, на главной сцене тоже был один артист, который пел на татарском и народные песни и современные эстрадные — Ришат Тухватуллин. Несмотря на то, что я ни слова не понял, было весело, народ вокруг плясал. Среди артистов, которых я знал, были Татьяна Куртукова, Дора, Клава Кока, Feduk и... Zivert. И вот тут случилось моё личное открытие. Думал, что не слушаю Zivert, но внезапно осознал, что знаю слова почти всех песен. Она закрывала фестиваль и выдала мощнейший сет — громко, красиво, с отличным светом и танцами. Я никогда раньше не вслушивался в текст её песен и мало что о ней знал. Но текст в песнях отличный, не просто попса, там реально есть смысл и глубина. Если кому-то не хватает на современной эстраде песен со смыслом, послушайте Zivert. Знали, кстати, что Зиверт — это её фамилия, а раньше она работала стюардессой? Развлечений помимо музыки было море: квизы, «антикварные игры» из позапрошлого века, караоке, мастер-классы. Многие приехали с детьми, и никто не скучал — можно было зависнуть где угодно, не только у сцены или на фудкорте. Кстати, о фудкорте. Вот тут меня ждало разочарование. Я наивно надеялся найти в Казани островок с национальной кухней. Наверное, губадья и эчпочмак где-то и были, но я их не нашел. В меню царили классические хот-доги, бургеры и... внезапно грузинская кухня. Попробовали разного, но без восторга. Хотя, признаюсь, я тот еще привереда — дома меня кормят так, что среднестатистическому фастфуду меня точно не удивить. Ещё один плюс — бесплатные фонтанчики с питьевой водой. Пустые бутылки, правда, продавали по 450 рублей, но можно было набрать в любую свою, что все и делали. Пошёл бы я ещё раз на VK Fest? Однозначно да. Отличная перезагрузка от работы, даже с учетом того, что домой мы приехали только в полтретьего ночи (нам от Казани до дома надо было ехать 2,5 часа). Теперь мне любопытно попасть на VK Fest в Санкт-Петербурге или Москве. Они будут в июле. Уверен, там будет в разы круче. Ещё, кстати, впереди VK Fest в Нижнем Новгороде. Как итог всего вышесказанного — оказывается, что VK Fest — это не только для подростков и студентов, но и для тех, кому 35 и 40. И да, перед сценой больше всего танцевало поколение 80-90-ых. Тем, кому плюс-минус 20 больше нравилось стоять в очереди, похоже. Пишите в комментариях, кто был на VK Fest в этом году? Как впечатления?

Правда ли, что в нашей жизни всё решают гены и мы не можем на неё повлиять? Считается, что гены наших родителей перемешиваются в случайной комбинации и создают неповторимую ДНК, которая и определяет нашу дальнейшую жизнь и развитие организма. Но так ли это на самом деле? Неужели человек не в силах повлиять на собственное развитие? Эпигенетика говорит обратное. В начале 2000 года Рэнди Джиртл провел эксперимент над рыжей мышкой, страдающий диабетом, ожирением и предрасположенностью к развитию раковых клеток. Главное, что он сделал, это сменил её рацион питания и добавил продукты с повышенным содержанием витаминов группы В и фолиевой кислотой. По итогу исследования мышь избавилась от ожирения, диабета, а раковые процессы остановились. Внешний вид мыши тоже претерпел кардинальные изменения — шерсть мыши стала белой и её потомство унаследовало все полученные изменения. Генетика определяет развитие организма от момента оплодотворения до физического взросления. Но и на этом пути в ходе развития организма могут появиться различные эпигенетические факторы, которые способны изменить предначертанное. Можно сказать, что человек своим поведением и ежедневным выбором влияет на те гены, что он передаст своим потомкам. Ярким примером стала голодная нидерландская зима 1944-1945 годов, когда нацисты заблокировали ввоз продовольствия. У детей, рождённых по окончании этого периода, были обнаружены метаболические нарушения, диабет и склонность к ожирению. Те же исследования были проведены и у детей, чьи матери в период третьего триместра беременности находились в блокадном Ленинграде. Но такой наглядной картины как в Нидерландах не обнаружили. Учёные объяснили это тем, что Ленинград ещё довольно продолжительное время жил впроголодь, а жители Нидерландов до блокады и после ее снятия питались хорошо и их метаболизм претерпевал больший стресс из-за резких изменений в стиле и режиме питания, что привело к нарушению этих процессов у рождённых после детей. Ярким примером эпигенетики является любовь матери и её влияние на растущий организм. В ряде экспериментов над крысами учёные выделили две группы матерей — заботливых и любящих и тех, кто бросил своих детёнышей на произвол судьбы. Те крысы, чьи матери заботились о них, выросли бодрыми, весёлыми и энергичными, а у нерадивых мамаш крысята выросли в агрессивных, больных крыс. Так что наследственность не может в полной мере определить всю вашу жизнь и многое зависит от вас самих. В общем, берите жизнь в свои руки, работайте над собой, улучшайте себя, а не пеняйте на наследственность.

Кто читал мой Дзен? Как обещал, я на ВК Fest. Кто любит Сергея Безрукова?

Мы привыкли считать окрошку летним супом. Но её история куда интереснее, чем кажется! 1. Не суп, а закуска До XIX века окрошку вообще не считали супом. На стол отдельно подавали тарелку с мелко нарезанными продуктами и кувшин с квасом. Каждый гость сам смешивал ингредиенты прямо в своей тарелке и регулировал густоту «закуски» по вкусу. 2. Название — прямая инструкция Слово «окрошка» происходит от глагола «крошить». Никакой магии: просто блюдо из мелко покрошенных продуктов. Идеальный рецепт утилизации оставшегося после обеда мяса, овощей и зелени. 3. Квас против кефира: спор с историей В оригинале окрошку заливали белым хлебным квасом — обязательно кислым, а не сладким. Кефир, минералка и сыворотка появились гораздо позже. Более того, в старину использовали смесь кваса с огуречным рассолом или даже «кислые щи» — сильно газированный солодовый напиток. Интернет-войны между лагерями «за квас» и «за кефир» — лишь современное эхо давних кулинарных экспериментов. 4. Дворянская версия с раковыми шейками В классических книгах (например, у Елены Молоховец) можно найти рецепты праздничной окрошки. В неё добавляли дичь, рябчиков, телятину, а также раковые шейки и свежие огурцы. Для пикантности клали горчицу, хрен и тёртый желток. 5. Не только мясо Мы знаем в основном мясную окрошку, но в традиции существовали ещё рыбная (с судаком, линём, осетриной) и грибная (с солёными груздями или рыжиками). А ещё в жару делали постную овощную — без яиц и сметаны, на одном квасе с зеленью и редькой. А какая окрошка правильная именно для вас?

Существует старинная примета: если дождевые капли, ударяясь о водную гладь (озеро или лужу), образуют крупные, устойчивые пузыри, которые не лопаются и плавают на поверхности — осадки зарядили надолго. Если же вода остается чистой, без пены, а круги от капель просто расходятся и мгновенно исчезают — можно не сомневаться, туча скоро прольется и уйдет. На первый взгляд это кажется деревенским суеверием, но за этим наблюдением стоит строгая физика процесса, которую люди интуитивно подметили задолго до появления метеорологии. Чтобы понять этот механизм, стоит разобраться в том, что же такое дождевой пузырь. Падающая капля при соприкосновении с лужей не сразу сливается с общей массой. В первые доли секунды она деформируется, как миниатюрный парашют, захватывая прослойку воздуха и замыкая его в водяную сферу. Ключевой фактор для возникновения таких пузырей — это размер и скорость капли. В ситуации классического обложного дождя, который висит над нами плотным массивным фронтом, воздушные потоки внутри облака чрезвычайно интенсивны. Они гоняют каплю вверх и вниз, позволяя ей набрать критическую массу, прежде чем гравитация победит и отправит её к земле. Такие капли всегда крупные и тяжелые. При ударе о поверхность их кинетической энергии хватает, чтобы создать глубокий кратер и «захлопнуть» его с идеальной формой, образуя классический пузырь-полусферу. Фактически, само появление больших пузырей говорит о структуре дождя: он идёт не просто из низкой серой тучки, а из мощного кучево-дождевого массива, обладающего колоссальной вертикальной протяженностью. А такая облачная система по определению не может иссякнуть быстро, она подпитывается обширным атмосферным фронтом, и осадки из неё будут идти часами, то немного стихая, то набирая силу. Теперь перенесем взгляд на другую картину. Мелкий, моросящий дождь, который часто называют грибным или слепым. Его капли малы и не обладает достаточной энергией для того, чтобы пробить пленку поверхностного натяжения и затянуть за собой воздух. Она просто бесшумно и аккуратно вливается в общий объем, оставляя на воде лишь слабую, быстро исчезающую рябь. Нет удара — нет захвата воздуха — нет пузырей. Но физика здесь уходит дальше простой механики удара. Отсутствие пузырей говорит нам о природе самого дождя: он сформирован в стабильной, слоистой облачности, где нет мощных вертикальных завихрений. Это «спокойная» вода в небе, равномерно конденсирующаяся и плавно падающая. Такой тип облачности легко истощается, не имеет мощной энергетической подпитки, и потому вероятность того, что он исчерпает себя в ближайшие полчаса, крайне велика. Но есть ещё один слой объяснения, лежащий в области химии поверхности. В крупном промышленном городе или в лесу химический состав капель и луж разный. Здесь в игру вступает пена как индикатор чистоты. Для того чтобы пузырь жил достаточно долго, чтобы мы его заметили, поверхностное натяжение воды должно быть достаточно высоким, чтобы пленка выдержала внутреннее давление воздуха. Парадоксально, но кристально чистая дождевая вода создает гораздо более слабые пузыри, лопающиеся моментально. А вот если вода в луже уже успела смешаться с пыльцой растений, органическими маслами или, что чаще бывает в городе, с микроскопическими частицами битума и выхлопов, её коэффициент поверхностного натяжения меняется. Эти примеси действуют как природные «стабилизаторы пены», укрепляя стенки пузыря. Начало дождя всегда смывает с асфальта накопившуюся «химию», и первые полчаса пузыри могут быть ложным признаком. Но если дождь идет уже давно, и поверхность промыта, а пузыри всё не исчезают, значит, дело не в грязи, а именно в структуре самих осадков. Народная наблюдательность гениальна в своей лаконичности. Поэтому, когда в следующий раз непогода застанет вас врасплох, посмотрите на лужу. Если вода в ней пузырится, дождь будет ещё долго. Если пузырей нет, солнце уже готовится выглянуть из-за туч.

Когда человек пристрастился к алкоголю? Сегодняшняя тема касается довольно маленькой молекулы — этилового спирта или этанола — С2Н5ОН. Она легко смешивается с любыми жидкостями и жирами, не накапливается в организме и расщепляется до углекислого газа и воды. Археология говорит, что человек начал осознанно употреблять алкоголь не менее 10 тысяч лет тому назад, с переходом к оседлому образу жизни. Но немного раньше, около 10 миллионов лет назад, наши далёкие предки приобрели интересную мутацию в гене, кодирующую алкогольдегидрогеназу. Это фермент, который в 40 раз активнее расщепляет молекулу алкоголя, чем аналогичные ферменты других приматов. Важно отметить, что именно в это время наши предки стали спускаться с деревьев на землю и перестали питаться свежими плодами. Вместо этого они стали подбирать с земли подбродившие фрукты. Влияние молекулы этанола на организм древних естественно было резко отрицательным — страдал не только мозг с его нейроными связями, но и весь организм. Схмелевший древний человек, вполне вероятно мог стать жертвой хищника, просто потеряв контроль над происходящим. Для современного человека алкоголь — это опасный наркотик, вызывающий привыкание и разрушение организма. Однако учёные решили проблему алкогольной зависимости. В лабораторных условиях проводили эксперимент, где мышей целенаправленно поили алкоголем, следя при этом за "переговорами" печени и мозга. Суть в том, что во время поступления алкоголя в организм, большая нагрузка приходится именно на печень, так как она метаболизирует весомое количество алкоголя. Выяснилось, что печень способна вырабатывать специальные молекулы в мозг, сигнализируя при этом об опасности. Благодаря этим самым молекулам у человека возникает сильнейшая жажда, которая говорит об обезвоживании. Следующим этапом учёные создали мышей-мутантов, с отключенной способностью вырабатывать предупреждающие молекулы. Такие мыши быстро и сильно пьянели от небольшой дозы алкоголя, а затем долго приходили в себя. Для быстрого восстановления моторики, координации движения и ясному сознанию этим мышам вводили метаболитический гормон FGF21, который моментально активирует норадренергические нейроны головного мозга. Учёные считают, что в будущем у них получится создать лекарство для практически мгновенного отрезвления организма, с целью спасения человека. И да, не лишним будет ещё раз напомнить, что чрезмерное употребление алкоголя внушить здоровью.

Как покемоны захватили планету В основе вселенной Pokémon лежит история увлечённого человека. Япония конца 70-х. Обычные дети гоняют в футбол, а маленький Сатоси Тадзири бродит по полям, переворачивает камни и ищет самого редкого жука. Сатоси обожал насекомых, знал о них всё, за что получил прозвище Доктор Жук. Его комната была забита коробками с шуршащими сокровищами, и каждое – предмет гордости. Шло время, поля закатывали в асфальт, а Тадзири открыл для себя видеоигры. В 1989 году он увидел, как дети соединили Game Boy кабелем, чтобы играть вместе. В этот момент он представил, как по проводу, будто по стебельку, переползает жук. Родилась мечта: игра, где ловишь необычных созданий и обмениваешься ими. Так появилась концепция «карманных монстров» – покемонов. Тадзири основал студию Game Freak. Шесть лет разработки стали квестом на выживание: денег не хватало, команда сидела на дешёвой лапше. Проект спас легендарный Сигэру Миямото из Nintendo, поверивший в чудаковатую идею обмена монстрами. Название сменили с Capsule Monsters на Pocket Monsters и сократили до звонкого «Покемон». 27 февраля 1996 года в Японии вышли Pokémon Red и Green для Game Boy. Никто не думал, что игра про коллекционирование перевернёт мир. Покемоны – невероятные существа с суперспособностями, живущие бок о бок с людьми. Они похожи на зверей, растения, предметы или привидений. Одни мечут молнии из щёк, другие дышат огнём, третьи управляют временем. Сегодня их уже 1025 видов, и число растёт. Суть проста: ты тренер, путешествуешь, ловишь покемонов в красно-белые покеболы, тренируешь, сражаешься. Цель – стать Мастером Покемонов, собрав полную коллекцию. В основе – забота, соперничество и азарт коллекционера, где каждая находка вызывает восторг, как редкий жук в детстве. Видеоигры дали старт одной из крупнейших медиафраншиз. 1 апреля 1997 года вышел первый эпизод аниме с мальчиком Эшем и упрямым, обаятельным Пикачу. Сериал разлетелся по 169 странам и насчитывает больше тысячи серий.

Зевота заразительна — это знают все. Но почему она возникает даже от текста? Дело в зеркальных нейронах. Эти клетки мозга активируются и когда вы сами совершаете действие, и когда наблюдаете за другим. Зевок — глубокий социальный сигнал, доставшийся от предков. У стаи приматов синхронная зевота означала: «всем готовиться ко сну» или «всем проснуться» — она повышала бдительность коллектива. Современный человек унаследовал этот механизм. Когда вы видите (или даже читаете) слово «зевота», зеркальные нейроны бессознательно запускают ту же программу. Но есть нюанс: сильнее всего заражаются те, у кого выше эмпатия. Дети до четырёх лет не зевают в ответ — у них зеркальная система ещё не созрела. А люди с психопатическими чертами (низкая эмпатия) тоже почти не подвержены заразной зевоте. Так что если вы зевнули, читая этот текст — скорее всего, вы в порядке.

Куда пропало «восьмое чудо света» Всё началось с прусского короля Фридриха I, задумавшего кабинет из янтаря. Работали архитекторы Шлютер и Вольфрам, но после смерти монарха его сын Фридрих Вильгельм I, равнодушный к роскоши, убрал панели в ящики. В 1716 году гостивший в Пруссии Пётр I пришёл в восторг от сокровища, и король охотно подарил его России. Восемнадцать ящиков отправили в Петербург, где они пролежали без дела четверть века. Лишь Елизавета Петровна велела Растрелли собрать Янтарную комнату в Екатерининском дворце. Панелей не хватало, поэтому добавили зеркальные пилястры и флорентийские мозаики — зеркала умножали сияние, создавая иллюзию бесконечности. Кстати, легенда о добавлении мёда для скрепления — вымысел: использовали природные смолы. В 1941 году сотрудники музея пытались эвакуировать шедевр, но янтарь крошился. Стены заклеили ватином и бумагой, однако нацисты нашли комнату и за 36 часов вывезли в Кёнигсберг. Хранитель Альфред Роде уничтожил записи и погиб весной 1945-го при загадочных обстоятельствах; панели исчезли. По первой версии, янтарь сгорел в пожаре замка, но тогда остались бы оплавленные фрагменты, которых не нашли. Вторая указывает на подземелья Кёнигсберга — георадары до сих пор находят пустоты, и время от времени предлагают раскопки, пока безуспешно. Искали и в австрийском озере Топлиц, но нашли лишь фальшивые фунты. Третья версия говорит о вывозе за океан. В 1997 году в Германии всплыла флорентийская мозаика «Осязание и Обоняние» из той самой комнаты: её пытался продать наследник солдата, грабившего дворец. Мозаику вернули, но остальное не найдено. В 1979 году СССР начал воссоздание. За 20 лет мастера использовали 6 тонн янтаря и освоили утраченные технологии. Финансово помог немецкий концерн «Рургаз». В 2003 году комната открылась на прежнем месте в Екатерининском дворце. А вы её видели?

Зачем на бейсболке пуговица? Если вы когда-нибудь носили бейсболку, то наверняка нащупывали на самой макушке маленькую круглую деталь. Мы настолько к ней привыкли, что воспринимаем ее как должное. Но зачем на самой макушке бейсболки торчит эта маленькая пуговица? В индустрии головных уборов её называют «скватч» (от английского squatcho или squatchee — сидящий на корточках). Звучит как имя маленького лесного зверька, но на деле это профессиональный слэнг, который пошёл от производителей бейсбольной экипировки. Иногда её ещё называют crown button, то есть «пуговица короны». Чтобы понять, зачем нужен скватч, надо понимать, как устроена классическая бейсбольная кепка. Её верх собран из шести клиньев ткани, которые сходятся ровно в одной точке на макушке. Ткань там накладывается сама на себя, получается толстый, плотный узел из шести слоёв и ниток. В первые десятилетия существования бейсбольной кепки этот узел просто оставляли как есть. Кепки в то время шили из грубой шерсти, и этот крахмальный колючий шов на макушке вёл себя как маленький надоедливый ёршик. Добавляем к этому пот и жару во время игры, и кожа на голове у бейсболистов начинала жутко зудеть. Решение пришло вместе с массовым распространением дешёвого пластика и лёгких металлических сплавов в середине прошлого века. Кто-то из производителей додумался накрыть стык клиньев гладкой, чуть вогнутой пуговицей и закрепить её не нитками, а специальным кнопочным прессом, то есть как заклёпку. С изнанки такая пуговица фиксируется металлической шайбой, и вся конструкция держится намертво. Это решило сразу три проблемы. Во-первых, гладкая поверхность скватча спрятала грубый шов, и ничто больше не чесало и не царапало кожу. Во-вторых, пуговица намертво стянула центр кепки, не давая шести клиньям расползаться даже после десятков стирок и падений в пыль. В-третьих, макушка перестала выглядеть как неряшливый узел ниток и превратилась в аккуратную точку. Производители быстро поняли, что когда кепка лежит на прилавке или висит на крючке, скватч торчит ровно вверх и смотрит прямо на покупателя. Техническая заплатка, которую по-хорошему надо было маскировать, оказалась самой заметной частью головного убора. Поэтому бренды превратили её в крошечный рекламный щит. New Era на своих культовых кепках 59FIFTY делает скватч контрастного цвета, что стало частью узнаваемого силуэта. Спортивные команды и люксовые марки заменили пластик на рельефный металл, кожу, матовую латунь, наносят логотипы, флаги и гравировку. Единственные бейсболки, где скватча нет по определению, это так называемые пятипанельные кепки (5-panel cap). Там клинья сшиты иначе, и шов идёт не из одной центральной точки, а с небольшим смещением. Так что если хочешь совсем плоскую макушку без каких-либо кнопок, ищи пятипанелку.

✨Роскосмос показал, как выглядит звезда после своей гибели. На снимке — планетарная туманность Гантель, образовавшаяся после того, как умирающая звезда сбросила внешние оболочки в космос. Свет от этого объекта добирается до Земли около 1360 лет, а сама туманность существует уже примерно 3–4 тысячи лет. Гантель вошла в историю как первая планетарная туманность, обнаруженная астрономами. Её открыли ещё в 1764 году.

Почему коктейль назвали Кровавая Мэри Почти каждый, кто учился в школе или бывал в летнем лагере, слышал леденящую кровь историю, что если в полной темноте встать перед зеркалом, зажечь свечу и трижды произнести «Кровавая Мэри» (в других байках была Пиковая Дама), из зазеркалья явится призрак. Взрослые же наверняка связывают «Кровавую Мэри» со знаменитым коктейлем Bloody Mary с водкой, томатным соком, специями и сельдереем или лимоном. Так кто же она такая на самом деле эта кровавая Мэри? Единственная «официальная» обладательница прозвища Кровавая Мэри в истории — это реальная английская королева Мария I Тюдор, правившая в XVI веке. Мария I Тюдор взошла на трон в 1553 году и стала первой женщиной в истории Англии, которую официально короновали как правящую королеву. Когда она дорвалась до власти, она больше всего мечтала о том чтобы вернуть Англию в католичество и родить наследника. Ни то, ни другое не сбылось, зато в историю она вошла с прозвищем, от которого до сих пор мороз по коже. Почему Кровавая Мэри? Потому что во время своего короткого, пятилетнего правления Мария энергично сжигала протестантов. По подсчётам 284 человек отправились на костёр за ересь, включая высокопоставленных церковных деятелей вроде архиепископа Томаса Кранмера. Цифра, прямо скажем, не рекордная для XVI века. Ведь её папа Генрих VIII за 38 лет своего правления угробил, по разным оценкам, до 57 тысяч человек и причём не только религиозных диссидентов, но и двух своих жён и ближайших друзей, которые имели неосторожность ему надоесть. Елизавета I позже тоже подписывала смертные приговоры сотнями. Но «кровавой» стала именно Мария. Во-первых, из-за того, что костёр — это особенно мучительная и публичная смерть. Во-вторых, протестантские летописцы, вернувшиеся к власти при Елизавете, от души нарисовали образ злобной фанатички. Но как женщина, правившая в XVI веке стала призраком, обитающим в зеркалах? Здесь сработала долгая традиция. Зеркала в народной магии всегда считались порталом в иной мир, а одинокая бездетная женщина на троне — это идеальный материал для страшной легенды. Протестантская пропаганда демонизировала Марию, превращая её в бесплодную ведьму. Позже, в викторианскую эпоху с её модой на спиритические сеансы и жуткие детские стишки, образ «кровавой королевы» перекочевал в детскую страшилку с вызовом. Правда, популярная легенда не слишком заботится об исторической точности, поэтому со временем у Кровавой Мэри появились и другие «биографии». Иногда это Мэри Уорт, которая убила своих детей, иногда это девушка, чьё лицо изуродовало в автокатастрофе по пути на выпускной. А иногда и вовсе безымянная ведьма. Кстати, у психологов есть объяснение, почему «вызов» срабатывает так жутко. Эксперименты подтвердили, что если долго всматриваться в собственное отражение в тусклом свете свечи, сенсорная депривация и усталость мозга быстро дорисуют искажённые черты, расплывающийся овал лица, зловещую мимику. Подростки, дрожащие перед зеркалом, на самом деле галлюцинируют, но это знание не сильно утешает, когда ты уверен, что вот-вот из зазеркалья протянется рука. В ХХ веке Кровавая Мэри триумфально вернулась в мир, но уже в виде напитка. Примерно в 1920-х годах в парижском баре «У Гарри» бармен Фернан Петио впервые смешал водку с томатным соком, лимоном и специями. Позже, переехав в нью-йоркский отель St. Regis, он усовершенствовал рецепт, добавив вустерский соус и перец. Кроваво-красный коктейль кто-то в шутку назвал Bloody Mary (Кровавая Мэри). Сегодня Bloody Mary — это лучшее средство от похмелья по обе стороны океана. И вряд ли кто-то вспоминает при этом Марию Тюдор и те кровавые времена, когда костры жгли не для того, чтобы петь пионерские песни.