ЕГОР СЕННИКОВ

Новый стрим — на Рождество! Уже 7 января, в 19:00 по Москве на моем канале пройдет первый стрим 2026 года. В новом стриме моим гостем станет Константин Мильчин, шеф-редактор Яндекс Книг и соведущий «Наверное шоу», главного русскоязычного подкаста о современной литературе. Он уже был у меня в гостях — посмотрите, если вдруг не видели. Соберемся для того, чтобы обсудить важнейший вопрос — обсудить разные списки главных книг за последние четверть века (прежде всего на русском языке, но не только) и попробуем предложить свой. Поводом для такой встречи стал список от New York Times, который возглавил роман Элены Ферранте. О списках поговорим тоже — есть ли вообще в них смысл (а если нет, то почему их так интересно составлять). Ну и немного обсудим книжные впечатления за последний год. И, конечно, ответим на вопросы зрителей стрима! И подписывайтесь на мой канал, если еще не сделали этого — медленно, но уверенно ползем к тысяче подписчиков (но путь до нее не близок). Уникальный шанс стать одним из первопроходцев!

Ровно 36 лет назад, 3 января 1990 года, американские войска провели операцию в Панаме, результатом которой стал захват и арест автократа Мануэля Норьеги. Процитирую диссертацию майора армии США Фернандо Гуадалупе-младшего:

"По словам Дингеса, «президент Буш отдал приказ и выбрал максимальный вариант — полномасштабное воздушно-наземное вторжение в Панаму с американских баз как на материке, так и на территории самой Панамы». 20 декабря 1989 года Соединённые Штаты начали операцию с целью захвата Норьеги и уничтожения Панамских сил обороны (PDF). Вопреки другим версиям событий, предшествовавших вторжению, генерал Норьега утверждает, что оно стало для него полной неожиданностью. В это трудно поверить, поскольку количество самолётов в районе превзошло всё, что можно было наблюдать ранее, а войска в ошеломляющем масштабе и с невероятной скоростью продолжали входить в Панаму. Норьега признаёт, что ни он сам, ни Панамские силы обороны даже не пытались готовиться к американскому вторжению, поскольку сама мысль о нём тогда казалась ему абсурдной. «Как одно суверенное государство может без разбора напасть на другое суверенное государство без реального повода? — думал Норьега. — Это просто идиотизм. Они не посмеют: это было бы очевидным нарушением международного права». Планы обороны Норьеги рождались из осознания собственной слабости. Понимая, что его вооружённые силы не способны вступить в прямое противостояние с американцами, Норьега разработал стратегию, призванную создать для войск США хаос и серьёзные затруднения. Он не собирался действовать в рамках обычной военной логики. Напротив, его «стратегия заключалась в том, чтобы противостоять любому расширению нынешних оккупационных сил». Сначала войска должны были «создать безопасный периметр вокруг штаба панамского военного командования в Эль-Чоррильо». Затем Норьега планировал руководить действиями из тыла, находясь на своей родной территории в Чирики. Далее «Панамские силы обороны должны были развернуть блокпосты вокруг столицы, чтобы создать условия для организации гражданских протестов и привлечь внимание международных СМИ к происходящему». Последним рубежом обороны предполагалось использование отрядов гражданской самообороны — так называемых батальонов достоинства, — которые должны были обеспечивать защиту кварталов от «захватчика». В конечном итоге Норьега действовал слишком медленно, тогда как американские силы продвигались с молниеносной скоростью и поразительной эффективностью. Хотя сам Норьега и его войска использовали минимальные средства связи, стремясь избежать обнаружения, американцам удалось обезглавить всю систему командования и управления его силами, сделав координацию и передачу приказов невозможными уже в ходе вторжения. Кроме того, генерал Норьега получил искажённую информацию от одного из сотрудников своего штаба, что привело его к неверному истолкованию действий американской стороны".

Бредем по тропам навстречу Новому году Раньше очень любил подводить итоги года, но уже несколько лет зарекся это делать — главный итог, как будто, в эти годы заключается в том, что у тебя есть возможность эти итоги написать. А такое констатировать как-то безрадостно. Поэтому о сделанном за календарный обычно размышляю про себя. Но у этого года есть один итог, которым мне поделиться все же хочется (впрочем, я о нем еще не раз расскажу в наступающие недели и месяцы). Это моя книга «Расходящиеся тропы», которая в первых месяцах 2026 года выйдет в печать в издательстве Individuum. Те из вас, кто подписан на канал богоспасаемого легендарного издания «Кенотаф» видели как рождался мой цикл эссе и заметок о судьбах самых разных людей, которых жизнь разметала после 1917 года. Героями этих текстов становились самые разные люди — известные (как Ахматова или Троцкий) и не очень (как летчик Всеволод Марченко или писатель Борис Филиппов); талантливые и бездарные; умные и глупые. Всех их объединял этот выбор, совершенный после революции и гражданской — уехать или остаться. Разбираясь в рифмах и совпадениях самых разных людей, хотелось попробовать вслушаться в ритм XX века — и попробовать со всеми этим людьми чуть-чуть соприкоснуться. Получившаяся в итоге документальная повесть (как я ее внутри себя окрестил) заставляет и погрустить, и порадоваться; уверен, что еще и ее читателям придется постоянно гуглить пролетающие в этом повествовании фамилии и сюжеты — но так и задумывалось. А в итоге появляется какое-то ощущение нескольких прожитых жизней. Ну мне бы так хотелось, по крайней мере. А как оно будет — решать уже читателям. Эта книга — главное, что мне дало поддержку в финале этого года. Я ужасно благодарен коллегам изданию «Кенотаф» и, прежде всего, Сергею Простакову за поддержку с этим циклом — в разговоре с ним эта идея вообще родилась и была отшлифована. Благодарен самым разным друзьям и близкими с которыми советовался и обсуждал разное связанное с этим циклом. Благодарен издательству Individuum, которое увидело в этом тексте такую перспективу. И тем, кто читал, хвалил, помогал. И на пороге Нового года хочется поздравить всех моих читателей — и всех, до кого этот текст доберется. Хочу пожелать всем сил, здоровья и спокойствия — а все остальное приложится. Искренне в это верю! И, как и всегда, желаю всем здравствовать и оставаться людьми! С наступающим Новым годом!

Заканчиваем. В последней колоде с новинками-2026 — путеводитель по развилкам и параллелям в судьбах современников главных потрясений России ХХ века, завершение «Трилогии трех полотен» Мейса («Пьяный Силен», «Судьба животных»), революция 1917 года глазами американской репортерки, жизнь в большом городе в ощущениях юной актрисы, семейная сага в декорациях Третьего рейха (и на языке графического романа), ну и кое-что еще. Надеемся, наши планы совпадут с вашими интересами. С другими надеждами повременим — но пусть новый год выйдет хоть чуточку легче, у всех. До встречи в 2026-м, друзья 🖤

Небольшой и важный анонс, завтра напишу подробнее —- а пока просто ура-ура-ура!

Ко многим относится (я не исключение)

ПЯТЬ МИНУТ ДО ГЛАВНОГО НОВОГОДНЕГО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОГО ШОУ РОССИИ!!!!!!!!!!! https://youtube.com/live/j7LYsfZND9c

Уже сегодня — новогодний стрим Кенотафа, не забудьте на него заглянуть! https://t.me/thecenotaph/1734

И слово было «Нет» Как заметил недавно коллега Сергей Простаков, бывают такие времена, когда «никто не в состоянии сделать что-то не просто значительное, а нечто, что отзывалось бы у всех, волновало. Потому что нет такой возможности». Егор Сенников в своем новом тексте (и последнем в этом году) из цикла «Улица Ильи Эренбурга» ищет и находит того, кто в свое время смог в схожих обстоятельствах свое время назвать, описать и дать рецепт — что с ним делать. Это был, конечно же, Илья Эренбург. Один и тот же корабль успевает побыть тюрьмой и киносъёмочной площадкой. Таков и новый век: вывески меняются, а суть остаётся. Илья Эренбург разбирает мир будущего в своей самой пронзительной книге и сразу говорит: грядущее будет требовать от всех вечного «да», а спасением станет только упрямое «нет». Текст можно прочитать здесь.

Но «Хуренито» — это не дневник смутного времени; или, по крайней мере, не только он. Иначе о нем не стоило бы и говорить. Эта странная книга (как сам, несколько неуверенно сперва описывал ее Эренбург — «нечто вроде романа») — результат глубокой рефлексии того перелома, который ее автор пережил вместе с десятками миллионов людей в начале XX века. Как пророк Даниил, сумевший истолковать значение слов мене, мене, текел, упарсин» на валтасаровом пиру, Эренбург попробовал расшифровать письмена и символы новой эпохи — и дать читателю ключ к пониманию времени.

#улица_эренбурга #сенников Поддержите «Кенотаф» подпиской: телеграм-канал | Boosty

Егор Сенников о книге, по которой будет гадать дорогим подписчикам на нашем новогоднем стриме. Дина Верни «История моей жизни, рассказанная Алену Жоберу»

Хорошая книга про жизнь на разломе — между судьбой и планами, между искусством и любовью, между войнами и миром, между сексом и кровью.

Место встречи, 29 декабря, 20:00 МСК, YouTube: https://youtube.com/live/j7LYsfZND9c Жмякайте на кнопку с долларом: https://www.donationalerts.com/r/thecenotaph23 Запись выложим потом на Boosty. #сенников

Про предсказания В американском легкомысленном журнале Scoop в феврале 1944 года вышел текст с предсказаниями на будущие события года — завуалированная такая военная пропаганда, но красиво поданная. В данном случае журналист решил посоветоваться с нью-йоркским прорицателем и астрологом, Дэлом Ли редактором издания Astrology Guide Magazine. Что же он видел в будущем?

НАЦИСТЫ БУДУТ РАЗБИТЫ В 1944 ГОДУ! Астрологически, так же как и географически, нынешний конфликт разделён на два театра. Европейский театр, который получил свой импульс за закрытыми дверями в 1909 году и разразился в 1914-м, должен продолжаться тридцать шесть лет — то есть завершиться в 1944 году. Эти астрологические годы начинаются с весеннего равноденствия, поэтому имеется в виду период с 21 марта 1944 года по 20 марта 1945 года. Это Цикл Марса, начавшийся в Европе и там же заканчивающийся. Наши собственные силы станут мощным фактором в разгроме Германии, и не является простым совпадением то, что период около Четвёртого июля следующего года будет иметь особое значение. Другой театр — тот, под которым был открыт Плутон в 1930 году, когда японцы всерьёз приступили к мобилизации, а на следующий год вторглись в Китай. Астрологи не делают поспешных прогнозов относительно Плутона, поскольку это всё ещё «новая» планета. Моё собственное мнение таково: середина 1945 года станет началом конца для Японии. Недавно министр военно-морских сил Нокс предупредил нас о возможности войны вплоть до 1949 года. Это не исключено. Американский народ должен осознать, что Япония — мощный и хорошо подготовленный противник. Однако война вовсе не обязана длиться так долго. Это зависит от нас — от всех нас — сможем ли мы закончить её раньше. Каждый должен ответить себе сам: «Делаю ли я всё, что в моих силах?»

Или вот другой животрепещущий вопрос:

БУДЕТ ЛИ ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ ВОЙНА? Нынешний цикл Марса над Европой открылся в 1909 году, когда Тройственный союз и Тройственная Антанта маневрировали, соперничая за позиции. Сама гонка фактически началась в 1914 году, продолжалась четыре года, после чего противники взяли передышку. Боевые действия возобновились в конце 1939 года, а цикл должен завершиться в 1944-м. <...> Tсли на Мирной конференции возобладает эгоизм, — мы можем стать свидетелями великого пожара в регионе, который в момент открытия Плутона находился под его астрологическим владычеством. Этот регион приблизительно ограничен 75-м и 120-м градусами восточной долготы и простирается от самых северных районов Сибири через Китай, включая Индию, Таиланд и все прилегающие земли.

Ну или важное тоже:

МЫ, АМЕРИКАНЦЫ, ДОЛЖНЫ ПОДДЕРЖАТЬ НАШЕГО ПРЕЗИДЕНТА! Ни Марс, ни Плутон не оказывают на нашу страну такого астрологического влияния, какое оказывает Уран. С весны 1942 года это беспокойное влияние находится в знаке Близнецов — знаке, необычайно чувствительном для американских дел, — и останется там до 1949 года. Этой планете требуется 85 лет, чтобы совершить оборот вокруг Солнца. Первое английское поселение на наших берегах было основано в Джеймстауне в 1607 году, и жизнь поселенцев складывалась там нелегко. В то время Уран находился в Близнецах. Примерно каждые 85 лет с тех пор у нас возникали серьёзные проблемы внутри страны. В конце 1680-х годов король Яков пытался лишить колонии Новой Англии их свобод (времена «Дуба Хартии»). Великая английская революция заставила короля спасаться бегством. Примерно через 85 лет после этого мы пережили Войну за независимость. Затем, ещё примерно через 85 лет, — нашу страшную Гражданскую войну. И вот теперь, в наше время, этот 85-летний цикл вновь активен. Многие астрологи полагают, что война с внешними державами, какой бы тяжёлой она ни была, может оказаться всего лишь испытанием нашей внутренней целостности.

Откровения блаженного Матти Кто, по незнанью приблизившись к ним, их голос услышит, Тот не вернется домой никогда Нет, он не пел. Но говорил с такой верой в собственные слова, что толпа взрослых мужчин, отцов семейств и опытных крестьян, слушала его завороженно. «Мы станем дьявольски богаты!» По толпе пробегал недоверчивый шепоток. «Мы отряхнем с наших ног устаревшие европейские правила и понятия!» Мужчины бросали друг на друга взгляды, в которых восторг совмещался с подозрением. «Мы построим новое общество, в котором смогут прекрасно себя чувствовать не только горстка первых колонистов, но десятки тысяч рабочих и крестьян!» Оратор кричал — и люди, наэлектризованные его речью, выстраивались в очередь, чтобы поскорее отдать ему деньги — и стать участниками новой авантюры. «Я даю нам новое имя. Мы станем зваться Kalevan Kansa — Обществом Калевалы!» А вот и песня. Все повторяют вслед за молодым человеком: Вековечный Вяйнямейнен волхвовать тихонько начал, к одному напел он борту юношей вихрасточубых, молодцев железноруких, в сапогах мужей красивых. Десятки финнов устремятся в Австралию — именно там их вождь Матти Курикка обещает построить Эльдорадо, идеальное поселение. Матти недавно исполнилось 26 лет. Его родители были романтично настроенными финскими националистами, сам он окончил финноязычную школу в Хельсинки, а затем изучал философию. Одно время он редактировал выборгскую газету Viipurin Sanomat, но газета вскоре обанкротилась. А следующее издание Курикки было закрыто после того как он опубликовал статью, в которой пересказывалась старая ингерманландская легенда о том, что царь Павел I был незаконорожденным сыном Петра III от местной крестьянки Марии Сюкияйнен. О, Матти был человеком ищущим. Как и многие на рубеже веков, он пытался найти истинный путь, петляя между социализмом, толстовством, утопизмом. И ему показалось, что он его нашел. Нужно построить идеальное поселение в Австралии — ему казалось, что эта страна еще не испорчена цивилизацией. И здесь можно начать с нуля. Промышленная революция уже столетие переплавляла крестьян в рабочих-горожан, выбрасывая их на арену капитализма. Оторванные от общин и старых правил, терявшие веру в Бога и черта, люди оказывались один на один с новым миром — незнакомым и беспощадным. Попытка найти некое счастливое Эльдорадо в прошлом привела француза Этьена Кабе к созданию общин «икарийцев» в Америке, австралийца Уильяма Лейна подтолкнула к строительству Новой Австралии в Парагвае, а американского проповедника Джона Нойеса заставила создать коммуну Онайда в штате Нью-Йорк. Утописты терпели крах — кого-то погубила любовь к алкоголю, а кого-то — к маленьким детям. Но финн Матти Курикка был уверен в успехе. Он сам поехал первым, отправив телеграммы властям Квинсленда о том, что к ним скоро приедет «очень важный финн» — и ему нужно оказывать максимальное содействие. Он путешествует по Квинсленду, общается с местными — и везде пользуется специальным пропуском от властей. Наконец выбирает место на окраине шахтерского поселка Чиллагоу. Курикка берет на себя роль администратора. Он пишет правила будущей жизни: отказ от религии, от алкоголя, от банковских обязательств, от брака — женщины должны быть свободны. Первоначальный энтузиазм испаряется на жарком австралийском солнце. Люди устают. Климат оказывается изматывающим. Земля почти не поддаётся. Языковой барьер становится реальной проблемой: часть людей была готова учить английский, а другие были против, считая это предательством идеалов. Иногда по ночам Матти подрабатывал в местном пабе, играя на расстроенном пианино для публики, которой было всё равно, как оно звучит. Бармен предлагал выпивку в качестве оплаты, но Матти предпочитал деньги. Община разваливается, не успев толком встать на ноги. Через 8 месяцев Матти покидает Австралию. Эльдорадо найти не удалось. Но утопии не исчезают после первой неудачи. Курикка уезжает, оставляя за спиной австралийскую пыль, расстроенное пианино и людей, которые ему поверили. Впереди будет Канада и новая утопия — и всё та же надежда, что в следующий раз мираж окажется землей.

Все так

В легендарных "Правилах жизни" вышел наш очередной этюд о 1970-х. Это единственный текст в мире, где имена Георгия Жукова и Кейт Мосс стоят через запятую: https://www.pravilamag.ru/articles/763293-semidesyatye-jivye-i-mertvye-georgii-jukov-i-keit-moss/ #кенотаф_фиты

Голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит Егор Сенников ищет источник силы Почти все, кому довелось увидеть Петербург в самые страшные моменты его истории — в Гражданскую и во время Блокады, — отмечали, что именно в этих чудовищных обстоятельствах перед ними открывалась невиданная раньше, неуловимая, но истинная красота города. Никто нам не хотел помочь За то, что мы остались дома, За то, что, город свой любя, А не крылатую свободу, Мы сохранили для себя Его дворцы, огонь и воду. Эту красоту не сравнишь с наведенным мороком молодящегося эстета. С болезненной худобой умирающего от саркомы. С макияжем и лоском светской дамы. Нет, это была какая-то подлинная, почти призрачная красота, которая очаровывала. Холод, голод, горе, отсутствие будущего — все это обостряет взгляд и заставляет внимательнее всмотреться в то, что есть прямо сейчас. Это ощущение легко уловить, глядя на картину Аркадия Рылова «В голубом просторе» — чайки летят над морем, вдали можно увидеть прекрасный корабль с белыми парусами, горные вершины, покрытые снегом, брызги волн. Невероятное чувство свободы и красоты, которое тем острее ощущается, если знать об обстоятельствах, в которых эта картина писалась — в голодном Петрограде, в холоде, из-за которого неприятно было держать в руках кисть. В умирающем городе, где лопнули водопроводные трубы, где всюду было разлито чувство тревоги. И вдруг — такой полет. Перед лицом страха и неопределенности иногда удается увидеть истину. И не только разглядеть самому, но и показать остальным. Таковы и блокадные картины Вячеслава Пакулина, удивительного художника, который именно в самое страшное время стал писать виды города — которые до того его никогда не интересовали. Две картины 1943 года — «Демидов переулок» и «Львиный мостик. Весна» дают удивительное ощущение спокойствия, даже умиротворенности. Есть в них ощущение этой уже весенней свежести, когда воздух еще холоден, но вдыхая его ты чувствуешь только весну и новую жизнь. Голые деревья, которые не скрывают красоту городской архитектуры. Снег, еще крепкий, но уже готовый превратиться в потоки воды. И какое-то удивительное спокойствие человека, который на короткий миг понял все, до самого конца. Ясность мысли и умиротворение. И не скажешь, глядя на этот городской пейзаж, что город уже два года в жестокой осаде. Что сам Пакулин живет с женой в холодном подвале — и пока жена плетет маскировочные сети для фронта, сам он постоянно занят работой. Что в этом прекрасном городе дистанция между жизнью и смертью сократилась до такого предела, что, в общем-то, порой почти нет и разницы между теми, кто жив и кто умер. Он работал на ленинградских улицах, надев на себя пальто жены, обмотавшись шарфами и одеялами, на санках приволочив за собой холсты и краски. Писал, как правило, за один присест — по сути его работы той поры, это этюды, которые, впрочем, выполнены так, что не ощущаешь торопливости. Немного размытый, расплывчатый город — то покрытый искрящимся снегом, то готовящийся к весне, полупустой, но все равно живой, живой, живой. «Важно лишь, чтобы в про­изведениях художника отразилось биение пульса времени». Это он понял еще до войны. Блокадный Ленинград оказался тем местом, где он с невероятным упорством и силой проводил этот принцип в жизнь, пытаясь уловить город в этом странном состоянии; это дает ему силу — не бояться взрывов и бомб. Тем и спасается. Будет потом еще лихо. Будут у него на глазах разрезать его собственные холсты, которые объявит «проявлением формализма». Сгорит его мастерская — и погибнут другие картины. Но в городе, пахнущем смертью и дымом, он вдруг увидел то, чего не удавалось обнаружить во времена более спокойные. Над городом — мрачное темное облако. Не видно ничего. Ветер, который, кажется, того гляди и сдует дистрофичных измученных людей с улиц. Тьма, спустившаяся на город, будто бы не оставляет никаких надежд, но спасение есть — острый взгляд пронзает тучи и устремляется к небу. Тем и спасемся. #сенников #коврик_у_кенотафа

Все мы в конце этого года

Два белградских киноанонса Уже завтра в кофейне Polje показываю и обсуждаю со зрителями несравненный фильм Терри Гиллиама «Бразилия» — все-таки рождественский фильм, как ни крути, и даже чудо в нем есть (правда, не самое вдохновляющее на радость). Приходите обязательно — поговорим, попьем кофе, посмотрим на странные фантазии (и-Де Ниро в роли сантехника). Записываться — по ссылке. А в пятницу, 19 декабря, в Белграде пройдет показ фильма моего дорогого друга Сергея Карпова «Мы тебя везде ищем» — о нем я писал в «Сеансе», хуже он с тех пор не стал: «Смеха, впрочем, на пути Деда Мороза довольно много — прежде всего детского. Сказочный герой приходит к ним в дом, как будто так и должно быть; рассказывает сказку, показывает чудеса, поет, танцует и играет. А потом курит на балконе, болтает с родителями, смотрит на очередной незнакомый город, который мелькает огнями где-то внизу — и разговоров только о том, когда же все это закончится. И о том, что теперь такое дом и получится ли его найти». Приходите в Аудиторию — вся информация тоже есть по ссылке.

Ну хоть не ВИА

«Порядок слов» — редкий пример места, которое держится благодаря сообществу. В Петербурге таких мест немного, и «Порядок слов» для меня одна из наших базовых точек опоры. Не символ, не миф, а живой книжный магазин, без которого город становится заметно беднее и скучнее. Поэтому лучше сходить туда - и поддержать. Если не знаете, что именно купить, вот мои простые рекомендации: «Театр целиком. Заметки о режиссуре» https://wordorder.ru/products-ru/teatr-celikom.-zametki-o-rezhissure/ «Юрий Бутусов. Балаган на руинах» https://wordorder.ru/catalog-ru/izdatelstvo-poryadok-slov/yuriy-butusov.-balagan-na-ruinah-clone/ И обязательно возьмите книгу Антона Секисова, «Зоны отдыха. Петербургские кладбища и жизнь вокруг них» https://wordorder.ru/catalog-ru/kulturologiya-mezhdisciplinarnye-issledovaniya/knigi-o-smerti/zony-otdyha.-peterburgskie-kladbischa-i-zhizn-vokrug-nih-ru/ Если есть возможность, просто поддержите «Порядок слов» покупкой книги — в магазине или онлайн. Это тот случай, когда помочь — легко.