Литература и жизнь

Мультифора мультифорой, но здорово, что Алёна Кирсанова решила познакомить россиян с замечательным сибирским словом «шурушки»

Вы не просили, но я всё равно составил хит-парад лучших памятников Пушкину в селе Большое Болдино, не благодарите.

Если вы тоже постоянно путаете имена друзей, знакомых и незнакомых, и очень от этого страдаете, хорошая новость: у Пушкина была та же проблема, и ничего

А вот в московском инклюзивном кафе «Разные зёрна» никто не подерётся! Там сегодня стартует книжный фестиваль с участием «Абрикобукс», «Поляндрии» и «Белой вороны» — продлится он до воскресенья, не пропустите, особенно если у вас в семье есть юные читатели.

В Питере всё как обычно

«Маржан Сатрапи умерла от горя. Она послала к черту жизнь, которая вырвала у неё её большую любовь. Она подвела черту. Ту самую мощную линию, которая принесла ей славу, которая стала её талантом, её "Персеполисом", её гражданской позицией и её борьбой против режима мулл. Всю свою жизнь она не переставала защищать свободу иранского народа, свободу женщин перед лицом религиозного гнета, свободу творчества. В своём мире, между тьмой и светом, она была смехом и серьезностью, характером и чувствительностью, силой и хрупкостью. Вся соткана из контрастов».

Коко, карикатуристка Libération и Charlie Hebdo, работавшая с Сатрапи над книгой «Женщина, жизнь, свобода», опубликованной в 2023 году.

Умерла автор «Персеполиса», ирано-французская художница и режиссер Маржан Сатрапи. Ей было 56 лет.

Маржан Сатрапи умерла от печали чуть больше чем через год после смерти Маттиаса Рипы, ее мужа и любви всей ее жизни,

— говорится в заявлении ее близких. Афиша Daily TG | VK 🥀

Коллеги докладывают, что на объявление короткого списка премии "Большая книга" двое финалистов-"тяжеловесов" (пользуясь выражением Павла Басинского) - Маргарита Симоньян и Захар Прилепин - не явились. И правильно, премию надо сразу на дом приносить и кланяться - а не вот это вот все, шорт-лист какой-то, тоже выдумают.

Шорт-лист «Большой книги» оказался примерно таким, какого и стоило ожидать. Да, в короткий список просочились несколько хороших книг, но порадоваться за них тоже невозможно. Если осенью окажется, что всё жюри поголовно проголосовало за сочинение Симоньян (которое, напомню, имеет отрицательную литературную ценность и было при неизвестных, но легко представимых обстоятельствах вписано маркером в уже опубликованный и объявленный лонг-лист), то это будет позор, конечно, но хотя бы последовательный. Если выиграет кто-то другой, то поздравлять тоже не с чем: много ли чести в том, чтобы в неравной борьбе одолеть «ВНБСВКБЦ»? В общем, проще всего считать, что премии «Большая книга» в 2026 году не существует. Пускай уважаемое жюри дожёвывает сладкую сомовью мякоть, заедая плесневелыми бураками, нам за этим неаппетитным процессом наблюдать совершенно необязательно.

Новый роман журналиста Даниила Туровского — наследник «Пикника на обочине» и двоюродный брат «Кадавров». Здесь тоже образ альтернативной России, пережившей катастрофу, становится способом поговорить про нашу реальность, а магические элементы оттеняют реальные трагедии: кот ученый тут соседствует с историей расстрела демонстраций в Новочеркасске, а водяной из старого мультика — с событиями настолько травмирующими, что в книге их пришлось закрасить фиолетовым маркером.

С нетерпением жду, какая дискуссия начнётся, когда «Луч» появится в продаже: вокруг этого романа есть о чём поспорить и поломать копья. А пока советую оформить предзаказ — оно вам надо.

Ровно пятьдесят лет назад в этот день писатель Джон Чивер проснулся в четыре утра от телефонного звонка. На том конце голос представился журналистом CBS сказал, что Джон Апдайк погиб в автокатастрофе и попросил комментарий. Расстроенный Чивер не смог заснуть, набросал трогательный некролог, а с утра узнал, что с Апдайком всё в порядке. Тот не только был жив-здоров, но шесть лет спустя уже сам прочитал не менее трогательную речь на похоронах Чивера

Я придумал картину. Рисовать не умею — но хорошо, что умеют другие; а великие учили в искусстве воровать всё, что не привинчено. В общем, полотно называется «Опять апофеоз»

Лучшая иллюстрация к платоновской аллегории пещеры

Традиционный пост с дружескими анонсами книжных мероприятий на конец недели 28 мая в 19:00 — Презентация книги «Несделанные вещи» (Москва) Составитель и автор комментариев к сборнику неосуществлённых проектов Эйзенгштейна Наум Клейман обсудит книгу с главным редактором издательской программы Музея «Гараж» Ольгой Дубицкой. В день презентации «Несделанные вещи» можно купить со скидкой 10% в магазине Музея. Где: Лекторий Музея «Гаража» Регистрация 31 мая, с 12:00 до 19:00 — «Книжники-передвижники» (Москва) КНижный праздник от детских издательств «Абрикобукс», «Архипелаг» и «Розовый жираф»: ярмарка, встречи с писателями, настолки, а в финале — концерт. Где: кафе «Экслибрис» и сквер при Библиотеке им. И. С. Тургенева Программа (вход свободный, на игротеки требуется регистрация)

«Альпина» действительно анонсировала на июнь массу интересного нонфикшна, я же добавлю к рекомендациям Галины книгу, которую несложно и пропустить. Книжка «Детский сад для щенков» выглядит руководством для собачников, но внутри там увлекательный и внятный биологический нонфикшн с рассказами про классные эксперименты и списком литературы на дюжину страниц. Всё потому, что авторы — супруги Ваннеса Вудс и Брайан Хэр. Несколько лет назад на русском выходила их книга «Выживает самый дружелюбный» о том, как одни и те же эволюционные механизмы помогают людям создавать сложные сообщества — и заставляют воевать друг с другом. В 2023 году мне выпало пообщаться с Брайаном, и этот разговор помог мне многое устаканить в голове насчёт того, как устроены наши человеческие мозги, и как с этим жить. Короче, даже если у вас нет щеночка, обратите внимание на эту книгу!

Изо всех сил стараюсь не шутить про Анну Каренину

«В отношениях с обществом библиотекарь – руководствуется профессиональным долгом, а не личными взглядами или предпочтениями политических, экономических, религиозных и других организаций; – противостоит цензуре, экономическим, политическим и иным барьерам при обеспечении доступа пользователей к информации, знаниям и культурному наследию»

Это я тут решил на досуге почитать Кодекс этики российского библиотекаря. Красиво звучит! Почитаешь — и сразу такое уважение к профессии библиотекаря в сердце вырастает. Глядишь, вот-вот начнут проводить «Неделю запрещённых книг» по образцу американских коллег да выдавать читателям Янагихару и Ле Гуин без очереди, а потом и отставят президента РБА, который велит «менять профиль комплектования, чтобы оно соответствовало духу Указа Президента РФ» (сколько ошибок в слове «цензурировать», мама дорогая). Ладно, что-то понесло меня; очень уж будит фантазию чтение фантастических произведений. «Противостои цензуре» — ну выдумают же, ты только подумай.

Впервые в жизни участвую в англоязычном книжном клубе и в одной из первых встреч предложил прочитать «Клару и Солнце» Кадзуо Исигуро. Я этот роман очень люблю и уже обсуждал его в другом книжном клубе в далёком 2022 году — за считанные месяцы до релиза ChatGPT. Четыре года спустя было очень интересно перечитывать его в том числе и в контексте того, как за это время развились и, к добру и худу, стали неотъемлемой частью нашей жизни чатботы — особенно Claude, к которому приставили целую специалистку по философии в качестве воспитательницы (почитайте мой недавний текст про неё, кстати). И вот когда пришло время обсуждать «Клару…», одна из моих соратниц по клубу поприветствовала меня словами «Мне книга совсем не понравилась». Окей, подумал я, тем интереснее. За этим последовала полуторачасовая дискуссия обо всех аспектах книги: фигура автора, классовое разделение, евгеника, искусственный интеллект, природа человечности, природа духовности. После чего та же соратница посмотрела на меня и сказала: «Знаешь, а роман-то хороший». Меня это ужасно обрадовало. Не только даже потому, что кому-то понравилась важная для меня книга (хотя приятно, что уж), но и потому, что я получил ещё одно подтверждение: наше удовольствие от хорошей книги прямо пропорционально количеству усилий, которое мы вкладываем в её чтение, осмысление и обсуждение. Я и на себе это испытываю, когда медленно, с погружением в биографии, комментарии, исторические документы перечитываю для своих читательских клубов Шелли, Фицджеральда или Оруэлла. Чем больше усилий я вкладываю в чтение, тем больше радости и счастья получаю в ответ. Не бог весть какое открытие, но всё же хочется им поделиться.

Почитал в соседних чатах, как бодро отменяют Токарчук за признание в использовании ИИ. Изумился. Посмотрел, как заводятся сервисы по «гуманизации» нагенерированных текстов. Посмеялся. Закончится всё, собственно, примерно так же, как и с копирайтом. Одни, гордые человеки, будут ставить знак «сделано человеком» (знак копирайта имеет право ставить только обладатель исключительного права). Другие, честные человеки, — не будут (как и честные пираты первого рода, которые не ставят знак копирайта, хотя и пиратствуют). Третьи, нечестные человеки, — будут ставить «сделано человеком», хотя текст будет нечеловеческий (или сделан с непосредственным участием нечеловека). А Токарчук — спасибо, что это честно обсуждает.

Лучший книжный подкаст возвращается, ура