Amalgama | Междисциплинарная учебная платформа

‍В платоновском «Пире» любовь постепенно разрастается до размера Вселенной. Начинается всё так: компания выдающихся афинян собирается после победы трагика Агафона. Накануне все хорошо выпили, поэтому договариваются на этот раз пить умеренно и вместо этого произнести речи об Эросе. Получается удивительная конструкция: немного похмелья, стендапа и один из важнейших философских разговоров западной культуры. Каждый участник предлагает свою любовь. И речи постепенно становятся ступенями. Федр говорит об Эросе как об одной из древнейших сил и связывает любовь прежде всего с преданностью. Перед любимым человек не хочет выглядеть трусом. Здесь впервые возникает древнее напряжение между Эросом и Танатосом: любовь доказывает свою силу перед лицом смерти. Но дальше оказывается, любовь тоже бывает «верхней» и «нижней» Павсаний вводит двух Афродит и, соответственно, двух Эротов. Есть Афродита Пандемос, земная. Её любовь направлена прежде всего на тело, удовольствие, обладание. И есть Афродита Урания, небесная. Здесь ценность уже переносится с тела на душу, характер, достоинства человека. Пандемос прекрасно чувствовала бы себя в социальных сетях. Урания, вероятно, потребовала бы выключить телефон и поговорить. Но даже это ещё не вершина. Эрос оказывается силой, которая удерживает мир вместе. Врач Эриксимах говорит, что Эрос действует в медицине через равновесие противоположностей, в музыке через гармонию, в земледелии, астрономии и даже мантике. Любовь оказывается принципом связи. Речь Аристофана породила самый живучий западный миф о любви. Когда-то люди были целостными существами: круглыми, четырёхрукими, четырёхногими, с двумя лицами. Они оказались слишком сильными, и Зевс рассёк их пополам. С тех пор каждая половина ищет утраченную вторую часть. Но есть занятная деталь. У Аристофана эти половины, встретившись, настолько цепляются друг за друга, что перестают есть, действовать и жить. То есть знаменитый романтический миф в исходном виде удивительно напоминает созависимость. Половинка оказывается только одной ступенью. Главное знание о любви Сократ получает от женщины-жрицы. Диотима разрушает всю удобную бинарную систему. Если Эрос стремится к прекрасному, значит, прекрасным он уже не обладает. Но отсюда не следует, что он безобразен. Если он стремится к мудрости, он не мудрец. Но и не невежда. Он находится между. Эрос есть посредник между человеческим и божественным. Эрос рождается от Пороса, Изобилия, и Пении, Бедности. Поэтому любовь одновременно бедна и бесконечно изобретательна. Мы желаем, потому что чего-то не имеем. Но именно эта нужда заставляет человека двигаться. Поэтому любовь у Платона должна перерасти любимого. Сначала человека привлекает одно прекрасное тело. Потом он начинает видеть красоту и в других телах. Потом понимает, что прекрасной бывает душа. Затем видит красоту в знаниях, занятиях, законах. И наконец поднимается к самому Прекрасному, которое уже не зависит от конкретного лица или тела. Возлюбленный не конечная точка любви. Через него мы учимся узнавать нечто большее. Поэтому любовь связана с бессмертием. Смертный человек пытается оставить после себя продолжение: ребёнка, произведение, закон, мысль, книгу. Любовь рождает. До воплощения душа созерцала истинную Красоту в сверхнебесной области, но после рождения забыла увиденное. Остаётся только след. И однажды человек встречает прекрасного другого. И вспоминает. Платон называет это анамнезисом. Любимый кажется прекрасным потому что через него душа узнаёт то, что когда-то видела до рождения. Другой человек вызывает в нас память о том, что больше его самого. Желание соединиться напоминает об утраченной целостности. Поэтому «Пир» читают уже две с половиной тысячи лет. Мы изменили формы отношений, мораль, язык, представления о семье и сексуальности, но по-прежнему встречаем иногда человека и совершенно иррационально чувствуем: я тебя откуда-то знаю. Платон ответил бы: возможно, ты узнал не его. Возможно, твоя душа просто что-то вспомнила.