О мышах и людях

Вниманию журналистов и контент-мейкеров из стран Центральной Азии. В начале сентября в Алматы пройдет тренинг для тренеров по освещению гендерного насилия во всех видах медиа (в том числе в социальных сетях) Центральноазиатского Альянса по искоренению гендерного насилия и структуры «ООН-женщины». Manshuq Media - оператор тренинга. Все расходы оплачиваются организаторами. Первый шаг - заполнить анкету: https://www.instagram.com/p/DbI35HsDgLe/?igsh=MTE0MzA1eW1pdDVwdg==

В Collab, кафе и концепт-сторе, которое открыли моя сестра и ее партнеры, запуск новой темы - The Joy of Hosting. Сегодня и завтра с 17:00 играют отличные диджеи, including Есен, на столе лежат новые коллабы, желе с жасмином и вином и попсикл с арбузом и водкой по спеццене. Жара нешуточная, но с Collab она становится tolerable. Я съела авторский пибимпап, а Селин - пасту с курицей. Нам было вкусно. https://maps.app.goo.gl/idCnU6d4qD2qWPDT7?g_st=com.google.maps.preview.copy

Суюнши! Мадина Аманова выпустила Яндекс-путеводитель по Алматы, в котором есть и мой текст - сердечная благодарность Мадине за неизменные такт, доброту и приглашение участвовать. Путеводитель скоро появится в «Меломане» - среди авторов талантливые друзья и знакомые, приятно быть с ними под одной обложкой. А редакторке Yandex-полки и авторке подкастов «Книгометр» и «Морское время» Марине Шариповой нежный привет за фото с презентации♥️

Вообще удивительно, что от тревоги я спасаюсь просмотром видео о рефорестации, perennial native gardens и urban rewilding, параллельно читая одно из самых документально точных художественных произведений о преступлениях нацистов. Это, наверное, из той же оперы, что популярность жанра true crime среди женщин. На фото сады голландца Пита Удольфа, которые он создает, засеивая семена диких нативных растений.

Коллеги по тревожным расстройствам, от сердца к сердцу спец по использованию дождевой воды и пермакультурист превратил свой район в Туксоне в оазис. Такие видео это мой личный вид порно и одновременно медитация. https://youtu.be/lQ-jdUGCxcc?si=aI6Dp-fFYpOY9VUj

Благоволительницы Джонатан Литтелл

Благоволительницы Джонатан Литтелл

Начала. Ну как начала, 300 страниц из 1000. Купила книгу в начале войны, когда Литтелу запретили въезд в Россию. Сейчас роман не найти на книжных сервисах не только из-за того что автор признан иноагентом или кем там еще, но и потому, что ГГ не проходит цензуру по признаку ЛГБТ. Ауэ - немножко Гумберт Гумберт (со своей историей о неповторимой детской любви и манерой оправдывать себя), немножко чудовище Гантенбайн из одноименного романа. Он - неожиданный ГГ, которого не ждешь в роли рассказчика о Второй мировой. И, разумеется, рассказчик ненадежнее некуда. Автор придумывает нациста-интеллектуала, который размышляет, как ему претит зло, но продолжает с жадностью смотреть на расстрелы евреев и повешения партизан «не закрывая глаз». Он говорит по-гречески, цитирует русских классиков и Тертулиана, любуется природой и ценит вино. Он считает себя тонким порядочным человеком! Но самым неожиданным становится, что это переложение мифа об Оресте (см Ифигения). Но, впрочем, до этой части я еще не добралась.

** Селин о чем-то волнуется, не помню, о чем, и я предлагаю ей помолиться. Она некоторое время назад заявила, что эволюция это конечно хорошо и весело, но в бога верить как-то надежнее. Я соглашаюсь и наблюдаю, у меня такой мятущийся шестилетка был пятнадцать лет назад. Селин: – Кому молиться? – Богу. Ты в кого ты веришь. В Аллаха? - В Хаос. Mic drop. Привет от мифов древней Греции. - Хаос же самый первый бог, значит самый крутой, в него буду верить. Читала вслух, как все продолжалось: Крон убил своего папку Урана, и во время его правления на земле воцарились печаль, беды, зло и прочая муть. Расстроилась, бросила книжку. Кричит: ну и что! Эмоции любые нужны! Нету плохих эмоций! Сейчас детей с детсада учат распознавать свои чувства, в школе целый семестр этому посвятили, ну и “Головоломки” делают свое грязное дело. Наслаждаюсь. Недавно Си нашла распечатанную книжицу с рассказами о себе маленькой, читала, была польщена, но, говорит, рассказы не очень. Надо, чтобы приключения были, а я у тебя половину слов не понимаю. (Не рассказы, а рассказмы – думаю я). И это самый верный знак, что пора прикрывать лавочку с дневничками. Селин растет, и мое желание уловить ее превращение из нежного человеческого детеныша, зеленую почку, возникшую на стволе семейного дерева, во взрослого умного и совершенно отдельного от меня человека, завязать узелки на память, начинает походить на нарушение ее границ. Помню, так было с сыном. Я перестала о нем писать, когда Тиму было лет 8, не потому что он перестал быть смешным, а потому что это все больше напоминало рассказ О’Генри о гробовщике, который открыл в себе комический талант и получил некое признание, да вот какая незадача, спустя время шутки иссякли и ему пришлось подслушивать разговоры жены и детей, подкарауливать друзей - в надежде ухватить шутку, украсть обрывок чужой идеи. Это всегда грустно. Но что делать. Эмоции всякие нужны!

Дневничок Долго ли коротко ли, а у нас получилась билингвальная девочка. Которая, к тому же, учит английский. И еще недавно начала читать мифы Древней Греции. Поэтому сегодняшний дневничок – о том, как весело живется, когда слова в голове смешиваются. ** Селин несколько месяцев пишет рассказ. Продвинулась до 3 страницы. (Что гораздо больше, чем у меня). В ее рассказе две подружки нашли карту клада во дворе школы. Одна другой говорит: I think I need to call my parents from the cemetery. Я: Но при чем тут кладбище? Селин: Ой, я хотела сказать reception! ** Говорит: Наяда – это вагина воды. Кто? Ой, я хотела сказать – богиня воды! По крайней мере я преуспела с уроками анатомии и походами в археологические музеи. Специалисты по sex ed считают, что ребенок должен знать медицинские названия частей тела, а не глупые эвфемизмы, ну я и стараюсь. Правда, пенис у нее по-прежнему “панус” (это “анус” виноват). ** Недавно был воспитательный момент, который пошел как-то не так. Друг показывает фото маленькой дочки, перепачканной мороженым, я беру у него телефон, протягиваю Селин. Доченька, тебе это никого не напоминает? Меня и свиней. ** “Хотелось бы” у Селин превращается в хотелобысь, а сланцы Havaianas становятся холодянцами. Вместо «сарказм» она говорит рассказм. – Мам, это был рассказм? (Мне жаль, что этот термин у нас в обиходе, но и брату Селин пришлось рано его узнать). ** Селин ходила раз в неделю на курсы русского языка, главным образом, чтобы научиться читать. Русскоязычные мигранты знают, что детей и симитом не заманишь читать на русском, – кириллица сложная, буквы Ж и Щ растопыриваются на бумаге насекомыми и лабиринтами Эшера, Я напоминает R, B, P и X прикидываются не теми, кем являются, а Ы, Ь и Ъ вызывают полное недоумение. Не помогает и то, что предложения в русских книжках длинные, знаков препинания в каждом – как блох на собаке. Дочь подруги, которая росла в Казахстане до шести лет, к примеру, отказывается читать книги на русском наотрез – на английском ей проще и интереснее. Но для меня важно, чтобы ребенок мог общаться со мной на языке, который я лучше всего чувствую, и на котором быстрее могу раздавать непрошеные советы. В том числе и советы о том, какую книжку почитать. Впрочем, неожиданно в процессе учебы у Селин проснулись прабабкины русские гены. Она приходит домой и просит включить “Ералаш”, который я сама перестала смотреть, как только появилась альтернатива в виде “Утиных историй” и “Мишек Гамми”, а значит, очень давно. Глядя на снующих в небе ласточек - их в этом году целая прорва – молвит: “ласточка с весною в сени к нам летит!” Моясь в душе, сочиняет стих сама: Мои лучшие друзья Это цапля и свинья А еще Шоколад Лимонад Мармелад Приходит утром, сонная, теплая, лохматая, обниматься. Мое сердце тает – мы не виделись неделю и я сильно соскучилась: Доброе утро, мой цветок! Доброе утро, мамаша! ** Читаю Селин нравоучение о том, что буду показывать ее в цирке за деньги, если она продолжит надевать вещи шиворот-навыворот, остригать волосы, вместо того, чтобы расчесывать воронье гнездо на голове, ковырять в носу, пукать в машине с закрытыми окнами, совать наколотую на вилку картофелину целиком в рот. На вырученные деньги я куплю себе микроскоп, – мечтаю. Но часть денег я заберу себе! А что купишь? Бабалайку! ** Я съела кусок сырокопченой колбасы, подогнанной подругой из Караганды, – такие у меня практики осознанности. Селин кидается на шею, целует и говорит: Ewww, you’re stinking. Я вообще-то тихо сидела и к тебе не лезла. Ты сама пришла и меня обидела. Я люблю тебя! Но я воняю… - Нет, ты пахнешь словно розонька. - Розонька? - Ну такая, roasted розонька.

** Селин о чем-то волнуется, не помню, о чем, и я предлагаю ей помолиться. Она некоторое время назад заявила, что эволюция это конечно хорошо и весело, но в бога верить как-то надежнее. Я соглашаюсь и наблюдаю, у меня такой мятущийся шестилетка был пятнадцать лет назад. Селин: – Кому молиться? – Богу. Ты в кого ты веришь. В Аллаха? - В Хаос. Mic drop. Привет от мифов древней Греции. - Хаос же самый первый бог, значит самый крутой, в него буду верить. Читала вслух, как все продолжалось: Крон убил своего папку Урана, и во время его правления на земле воцарились печаль, беды, зло и прочая муть. Расстроилась, бросила книжку. Кричит: ну и что! Эмоции любые нужны! Нету плохих эмоций! Сейчас детей с детсада учат распознавать свои чувства, в школе целый семестр этому посвятили, ну и “Головоломки” делают свое грязное дело. Наслаждаюсь. Недавно Си нашла распечатанную книжицу с рассказами о себе маленькой, читала, была польщена, но, говорит, рассказы не очень. Надо, чтобы приключения были, а я у тебя половину слов не понимаю. (Не рассказы, а рассказмы – думаю я). И это самый верный знак, что пора прикрывать лавочку с дневничками. Селин растет, и мое желание уловить ее превращение из нежного человеческого детеныша, зеленую почку, возникшую на стволе семейного дерева, во взрослого умного и совершенно отдельного от меня человека, завязать узелки на память, начинает походить на нарушение ее границ. Помню, так было с сыном. Я перестала о нем писать, когда Тиму было лет 8, не потому что он перестал быть смешным, а потому что это все больше напоминало рассказ О’Генри о гробовщике, который открыл в себе комический талант и получил некое признание, да вот какая незадача, спустя время шутки иссякли и ему пришлось подслушивать разговоры жены и детей, подкарауливать друзей - в надежде ухватить шутку, украсть обрывок чужой идеи. Это грустно. Но что делать. Эмоции всякие нужны!

Дневничок Долго ли коротко ли, а у нас получилась билингвальная девочка. Которая, к тому же, учит английский. И еще недавно начала читать мифы Древней Греции. Поэтому сегодняшний дневничок – о том, как весело живется, когда слова в голове смешиваются. ** Селин несколько месяцев пишет рассказ. Продвинулась до 3 страницы. (Что гораздо больше, чем у меня). В ее рассказе две подружки нашли карту клада во дворе школы. Одна другой говорит: I think I need to call my parents from the cemetery. Я: Но при чем тут кладбище? Селин: Ой, я хотела сказать reception! ** Говорит: Наяда – это вагина воды. Кто? Ой, я хотела сказать – богиня воды! По крайней мере я преуспела с уроками анатомии и походами в археологические музеи. Специалисты по sex ed считают, что ребенок должен знать медицинские названия частей тела, а не глупые эвфемизмы, ну я и стараюсь. Правда, пенис у нее по-прежнему “панус” (это “анус” виноват). ** Недавно был воспитательный момент, который пошел как-то не так. Друг показывает фото маленькой дочки, перепачканной мороженым, я беру у него телефон, протягиваю Селин. Доченька, тебе это никого не напоминает? Меня и свиней. ** “Хотелось бы” у Селин превращается в хотелобысь, а сланцы Havaianas становятся холодянцами. Вместо «сарказм» она говорит рассказм. – Мам, это был рассказм? (Мне жаль, что этот термин у нас в обиходе, но и брату Селин пришлось рано его узнать). ** Селин ходила раз в неделю на курсы русского языка, главным образом, чтобы научиться читать. Русскоязычные мигранты знают, что детей и симитом не заманишь читать на русском, – кириллица сложная, буквы Ж и Щ растопыриваются на бумаге насекомыми и лабиринтами Эшера, Я напоминает R, B, P и X прикидываются не теми, кем являются, а Ы, Ь и Ъ вызывают полное недоумение. Не помогает и то, что предложения в русских книжках длинные, знаков препинания в каждом – как блох на собаке. Дочь подруги, которая росла в Казахстане до шести лет, к примеру, отказывается читать книги на русском наотрез – на английском ей проще и интереснее. Но для меня важно, чтобы ребенок мог общаться со мной на языке, который я лучше всего чувствую, и на котором быстрее могу раздавать непрошеные советы. В том числе и советы о том, какую книжку почитать. Впрочем, неожиданно в процессе учебы у Селин проснулись прабабкины русские гены. Она приходит домой и просит включить “Ералаш”, который я сама перестала смотреть, как только появилась альтернатива в виде “Утиных историй” и “Мишек Гамми”, а значит, очень давно. Глядя на снующих в небе ласточек - их в этом году целая прорва – молвит: “ласточка с весною в сени к нам летит!” Моясь в душе, сочиняет стих сама: Мои лучшие друзья Это цапля и свинья А еще Шоколад Лимонад Мармелад Приходит утром, сонная, теплая, лохматая, обниматься. Мое сердце тает – мы не виделись неделю и я сильно соскучилась: Доброе утро, мой цветок! Доброе утро, мамаша! ** Читаю Селин нравоучение о том, что буду показывать ее в цирке за деньги, если она продолжит надевать вещи шиворот-навыворот, остригать волосы, вместо того, чтобы расчесывать воронье гнездо на голове, ковырять в носу, пукать в машине с закрытыми окнами, совать наколотую на вилку картофелину целиком в рот. На вырученные деньги я куплю себе микроскоп, – мечтаю. Но часть денег я заберу себе! А что купишь? Бабалайку! ** Я съела кусок сырокопченой колбасы, подогнанной подругой из Караганды, – такие у меня практики осознанности. Селин кидается на шею, целует и говорит: Ewww, you’re stinking. Я вообще-то тихо сидела и к тебе не лезла. Ты сама пришла и меня обидела. Я люблю тебя! Но я воняю… - Нет, ты пахнешь словно розонька. - Розонька? - Ну такая, roasted розонька.

- Хаос же самый первый бог, значит самый крутой, в него буду верить. Читала вслух, как все продолжалось: Крон убил своего папку Урана, и во время его правления на земле воцарились печаль, беды, зло и прочая муть. Расстроилась, бросила книжку. Кричит: ну и что! Эмоции любые нужны! Нету плохих эмоций! Сейчас детей с детсада учат распознавать свои чувства, в школе целый семестр этому посвятили, ну и “Головоломки” делают свое грязное дело. Наслаждаюсь. Недавно Си нашла распечатанную книжицу с рассказами о себе маленькой, читала, была польщена, но, говорит, рассказы не очень. Надо, чтобы приключения были, а я у тебя половину слов не понимаю. (Не рассказы, а рассказмы – думаю я). И этот интерес к письму - своему и о себе - самый верный знак, что пора прикрывать лавочку с дневничками. Селин растет, и мое желание уловить ее превращение из нежного детеныша, зеленую почку, возникшую на стволе семейного дерева, во взрослого умного и совершенно отдельного от меня человека, завязать узелки на память, начинает походить на нарушение ее границ. Помню, так было с сыном. Я перестала о нем писать, когда Тиму было лет 8, не потому что он перестал быть смешным, а потому что это слишком напоминало рассказ О’Генри о гробовщике, который открыл в себе комический талант и получил некое признание, да вот какая незадача, спустя время шутки иссякли и ему пришлось подслушивать разговоры жены и детей, подкарауливать друзей - в надежде ухватить шутку, украсть обрывок чужой идеи. Это грустно. Но что делать. Все эмоции нужны!

Дневничок Долго ли коротко ли, а у нас получилась билингвальная девочка. Которая, к тому же, учит английский. И еще недавно начала читать мифы Древней Греции. Поэтому сегодняшний дневничок – о том, как весело живется, когда слова в голове смешиваются. ** Селин несколько месяцев пишет рассказ. Продвинулась до 3 страницы. (Что гораздо больше, чем у меня). В ее рассказе две подружки нашли карту клада во дворе школы. Одна другой говорит: I think I need to call my parents from the cemetery. Я: Но при чем тут кладбище? Селин: Ой, я хотела сказать reception! ** Говорит: Наяда – это вагина воды. Кто? Ой, я хотела сказать – богиня воды! По крайней мере я преуспела с уроками анатомии и походами в археологические музеи. Специалисты по sex ed считают, что ребенок должен знать медицинские названия частей тела, а не глупые эвфемизмы, ну я и стараюсь. Правда, пенис у нее по-прежнему “панус” (это “анус” виноват). ** Недавно был воспитательный момент, который пошел как-то не так. Друг показывает фото маленькой дочки, перепачканной мороженым, я беру у него телефон, протягиваю Селин. Доченька, тебе это никого не напоминает? Меня и свиней. ** “Хотелось бы” у Селин превращается в хотелобысь, а сланцы Havaianas становятся холодянцами. Вместо «сарказм» она говорит рассказм. – Мам, это был рассказм? (Мне жаль, что этот термин у нас в обиходе, но и брату Селин пришлось рано его узнать). ** Селин ходила раз в неделю на курсы русского языка, главным образом, чтобы научиться читать. Русскоязычные мигранты знают, что детей и симитом не заманишь читать на русском, – кириллица сложная, буквы Ж и Щ растопыриваются на бумаге насекомыми и лабиринтами Эшера, Я напоминает R, B, P и X прикидываются не теми, кем являются, а Ы, Ь и Ъ вызывают полное недоумение. Не помогает и то, что предложения в русских книжках длинные, знаков препинания в каждом – как блох на собаке. Дочь подруги, которая росла в Казахстане до шести лет, к примеру, отказывается читать книги на русском наотрез – на английском ей проще и интереснее. Но для меня важно, чтобы ребенок мог общаться со мной на языке, который я лучше всего чувствую, и на котором быстрее могу раздавать непрошеные советы. В том числе и советы о том, какую книжку почитать. Впрочем, неожиданно в процессе учебы у Селин проснулись прабабкины русские гены. Она приходит домой и просит включить “Ералаш”, который я сама перестала смотреть, как только появилась альтернатива в виде “Утиных историй” и “Мишек Гамми”, а значит, очень давно. Глядя на снующих в небе ласточек - их в этом году целая прорва – молвит: “ласточка с весною в сени к нам летит!” Моясь в душе, сочиняет стих сама: Мои лучшие друзья Это цапля и свинья А еще Шоколад Лимонад Мармелад Приходит утром, сонная, теплая, лохматая, обниматься. Мое сердце тает – мы не виделись неделю и я сильно соскучилась: Доброе утро, мой цветок! Доброе утро, мамаша! ** Читаю Селин нравоучение о том, что буду показывать ее в цирке за деньги, если она продолжит надевать вещи шиворот-навыворот, остригать волосы, вместо того, чтобы расчесывать воронье гнездо на голове, ковырять в носу, пукать в машине с закрытыми окнами, совать наколотую на вилку картофелину целиком в рот. На вырученные деньги я куплю себе микроскоп, – мечтаю. Но часть денег я заберу себе! А что купишь? Бабалайку! ** Я съела кусок сырокопченой колбасы, подогнанной подругой из Караганды, – такие у меня практики осознанности. Селин кидается на шею, целует и говорит: Ewww, you’re stinking. Я вообще-то тихо сидела и к тебе не лезла. Ты сама пришла и меня обидела. Я люблю тебя! Но я воняю… - Нет, ты пахнешь словно розонька. - Розонька? - Ну такая, roasted розонька. ** Селин о чем-то волнуется, не помню, о чем, и я предлагаю ей помолиться. Она некоторое время назад заявила, что эволюция это конечно хорошо и весело, но в бога верить как-то надежнее. Я соглашаюсь и наблюдаю, у меня такой мятущийся шестилетка был пятнадцать лет назад. Селин: – Кому молиться? – Богу. Ты в кого ты веришь. В Аллаха? - В Хаос. Mic drop. Привет от мифов древней Греции.

Судя по результатам опроса, в моем канале самопровозглашенные «орхидеи» представлены непропорционально тому, как часто они встречаются в дикой среде (20:80). Что ж, это объясняет тот факт, что кто-то меня здесь еще читает! Обнимемся, сестры и братья. Если что, картинка про нас.

Как человек впечатлительный и скорый на расправу, узнав о делении на орхидей и одуванчиков, я побежала примерять теорию на себя и всех, до кого могла дотянуться. Пишу другу: слушай, так и так… Ты кто? Отвечает: я, конечно, склонен считать себя орхидеей, но сейчас, забив на работу и спорт, заказывая вторую порцию пельменей, понимаю: какая в жопу орхидея. Одуванчик, как пить дать одуванчик!

Молодой провизор в аптеке с левацким именем Деврим («революция» - по имени человека в Турции можно нередко догадаться о политических взглядах, религиозности или принадлежности к другой какой-то общности родителей) - он всегда так ласково улыбается и зовёт меня Майей-ханым - подарил мне спрей от язв во рту и стоматита. С одной стороны, скажи спасибо, Майя ханым, что не какие-нибудь свечи от геморроя. Но ведь были и времена, когда роскошные бьюти-бренды присылали мне в редакцию пакеты с дарами. О, блеск и нищета куртизанок!

Вообще не первый раз слышу/читаю у англоязычных психологов об идее ко-регуляции нервных систем. We are the guardians of each others nervous systems - так говорилось о членах семьи, супругах. Очевидно, смещается фокус от интеллектуальной совместимости к эмоциональной.

Самое трудное в моей карьере собеседницы - избавиться от привычки выдавать на гора всевозможные способы решения проблемы, когда друг приходит поделиться своей болью. Психологи не врут, людям реально надо чтобы ты рядом была физически, дышала в одном пространстве, посмотрела в глаза, прикоснулась к руке, утешительно улыбнулась, а не показывала чудеса смекалки и мастерство брейншторма. Запомнилось в этом подкасте: друзья, к которым приходишь поделиться сокровенным снова и снова, не те, кто знает какие-то волшебные слова, а те, чья нервная система выдерживает твои эмоции и посылает невербальные сигналы о том, что они ее не выбивают из равновесия.