мируки печатает...
Kanalga Telegram’da o‘tish
755
Obunachilar
Ma'lumot yo'q24 soatlar
+57 kun
-1430 kun
Postlar arxiv
🤩our — a lucky nothing is better than FIVE!
🪦зарисовки на каждый вечер и на каждую бессонную ночь💤
ПОДПИСАТЬСЯ
cløver
🤩ut 🤩our — a lucky nothing is better than FIVE!
🪦зарисовки на каждый вечер и на каждую бессонную ночь💤
ПОДПИСАТЬСЯ
cløver
🤩ut — Я тоже тебя люблю, — Рюджин поцеловала макушку Хван, вдыхая знакомый запах. — В душ пойдёшь? Я тебе покушать сделаю.
— Хорошо, — тихо сказала Йеджи, отстраняясь и вытирая лицо ладонью.
— Всё, вытирай слёзы, — она руками взяла Йеджи за лицо, убирая слёзы большими пальцами, заставляя посмотреть на себя. — Всё будет хорошо.
⠀⠀— #RYEJI —
⠀⠀ [ #DRAMA ]
Звук размеренного, почти механического сердца, задававшего ритм всей операционной, резко оборвался. Его сменил громкий, протяжный писк — монотонный и безжалостный, режущий слух, как ржавое лезвие. В этот момент в глазах хирурга что-то треснуло. Хрупкая стеклянная стена профессионализма, которую она выстраивала годами, рассыпалась на миллионы осколков. Йеджи вдруг запаниковала, ее движения стали резкими, суетливыми, она пыталась что-то исправить, вернуть ускользающую жизнь, но руки, обычно такие уверенные, словно онемели. Крик и шум в операционной слились в единый гул, заглушая мысли. Остался только пациент и его молчащее сердце.
Осознание пришло не сразу. Оно накатило тяжелой волной, сбивая с ног. Только через несколько секунд, показавшихся вечностью, Йеджи смогла выдавить из себя эти страшные, липкие слова:
— Он мёртв.
Она тяжело вздохнула, чувствуя, как воздух в лёгких заканчивается, словно в комнате перекрыли кислород. Сердце стучало так громко и часто, что она слышала его изнутри, отдаваясь пульсацией в висках. Хван вышла из операционной, механическими движениями сняла с себя хирургические перчатки и халат. Жар, растекающийся по телу, был невыносимым — от него хотелось содрать с себя всю одежду. Привычная хирургичка, которая всегда давала ей чувство защиты и статуса, сейчас словно душила её, натирала кожу, будто и вовсе ей не принадлежала.
Хван вышла в коридор, бросив взгляд на жену погибшего на её хирургическом столе мужчины. Та, увидев девушку, резко встала, впившись в неё взглядом, полным надежды. Она смотрела на Йеджи в ожидании чуда, ждала, когда изо рта хирурга выйдет заветное «операция прошла успешно». Но вместо этого она услышала предательское, тихое, полное горечи:
— Мне очень жаль... Нам не удалось его спасти...
В этих словах была искренняя, разрывающая душу боль за совершенно незнакомца. Женщина обмякла и упала обратно в кресло ожидания, будто из неё разом вынули стержень. Из глаз полились слёзы, радость мгновенно сменилась натуральной панической атакой, искажающей лицо. Йеджи подошла к ней, неуверенно поглаживая по спине, чувствуя, как чужая дрожь передается ей. Она подозвала администратора.
— Налей ей воды, — глухо приказала она.
Женщина в отчаянии схватилась за Хван, вцепившись в её руку, от чего Йеджи стало по-настоящему дурно. В голове всплыли мысли о её матери. Мать всегда говорила Йеджи, что она станет врачом, что всё уже решено за неё, и она им стала. Карьера шла вверх, операция за операцией заканчивались успешно, и вот теперь, спустя три года работы, Хван впервые увидела, как человек умирает практически у неё на руках. Может, это вообще не её путь? Может, она и её мать ошиблись? Может, она заняла чужое место, и пришло время за это поплатиться?
На счастье Йеджи, администратор вернулась достаточно быстро, отрывая обезумевшую от горя женщину от хирурга. Йеджи коротко кивнула, направляясь в раздевалку, чтобы наконец поехать домой и смыть с себя все переживания этого дня.
***
Йеджи несколько раз провернула ключ в замке, открывая дверь. Два кота встретили её, ластясь к ногам и мурлыкая, требуя внимания.
— Рю покормила вас? — спросила Йеджи в воздух, нагибаясь к котам, чтобы погладить их мягкую шерсть.
— Покормила, — Рюджин подошла к Хван, вытирая руки о полотенце. Йе встала, обнимая Рюджин и буквально вжимаясь в неё всем телом.
— Я так скучала...
— Что произошло? — резко спросила Шин, чувствуя напряжение в теле любимой.
— Что?
— На тебе лица нет, Джи, — она медленно отодвинулась, заглядывая в глаза и поглаживая голову старшей.
— Рюджин, я не справилась. Он умер. Он умер у меня на глазах, — слёзы потекли рекой, оставляя горячие дорожки на холодных щеках. Йеджи прижалась к девушке, пытаясь найти в ней ту опору, которую Рюджин была готова дать.
— Тише, всё хорошо. Это не твоя вина, — она запустила пальцы в волосы хирурга, поглаживая голову и шею, успокаивая как маленького ребенка. — Ты сделала всё, что могла.
— Я люблю тебя... — всхлипывая, прошептала девушка. Так тихо, будто боится, что это услышит кто-либо, кроме её любимой женщины.
времени у меня будет побольше, потому что у меня теперь нет друзей, только девушка 🐈
🤩our — a lucky nothing is better than FIVE!
🪦зарисовки на каждый вечер и на каждую бессонную ночь💤
ПОДПИСАТЬСЯ
cløver
🤩ut 