Поступь Астреи

Вместо послесловия. Потому что эпитет "позор" не до конца раскрывает суть. По Лидделу Гарту, главная цель любой войны - добиться мира, который был бы лучше довоенного. США в лице Трампа не смогли добиться даже довоенного статус-кво, не говоря о лучшем мире. Государство-террорист Иран получило абсолютно всё, за исключением, пожалуй, взимания платы за проход судов через Ормузский пролив. Но и это с лихвой компенсируется фондом восстановления на $300 млрд. США в лице Трампа не получили абсолютно ничего, за исключением обещания Ирана не разрабатывать ЯО. В сделке нет ничего о разоружении "Хезболлы". В сделке нет ничего об иранской баллистической программе. Об этом просто забыли. Но США ещё и вручили Ирану рычаг терроризировать мировую экономику в виде перекрытия Ормузского пролива по собственной прихоти. Мир после войны станет хуже довоенного. И для США, и для всего мира. Стала ясна и стратегия Трампа: заключи абсолютно ЛЮБУЮ сделку за спиной своих союзников, скажи, что это самая лучшая в мире сделка, и умой руки. Я ещё в 2024-м предупреждал, что так будет абсолютно со всем, чего коснётся Трамп: Украины, Израиля, Тайваня, Южной Кореи. Но есть ещё кое-что, что скрывается за этими 14 пунктами. Приблизительно такая же сделка была уготована Украине по итогам встречи Трампа и Путина в Анкоридже. России - абсолютно всё: территории, снятие санкций, разморозка активов, язык. Украине - абсолютно ничего: отдайте всё и надейтесь, что Россия снова не нападёт. К счастью, украинское руководство это понимало. К счастью, у Украины был и есть союзник в лице Европы, который это понимал. А вы понимаете теперь? Апологеты Трампа называли его сильной стороной "непредсказуемость". Непредсказуемость хороша по отношению к врагам. Непредсказуемость фатальна по отношению к друзьям. Надеюсь, сегодня в этом убедились все, кто считал Трампа своим союзником, партнёром, гарантом. И сделали выводы.

Напоминаю, о чем мы писали еще в апреле.

Трамп не просто вышел ни с чем и облажался сам по себе, но и стал полезным идиотом исламистского режима. Дело не только в резком повышении нефтяных доходов Ирана, частичном снятии санкций со стороны США в отношении иранской нефти вследствие последствий идиотской войны, развязанной самим Трампом и превратившейся для него в ловушку. Если тезисно: 1. Деморализация протестной и оппозиционной части населения Ирана - внешнее давление сыграло на руку власти и помогло консолидировать режим внутри страны. Чтобы ни у кого в Иране не осталось сомнений в мотивах бомбежек и наплевательском отношении к демократическим чаяниям населения, Тыквоголовый сопровождал каждую бомбежку комментариями о "каменном веке" и угрозами стереть Иран с лица земли и т.д. Трамп устранил не исламистов, а энергию их внутренних врагов в лице существенной части иранского населения. 2. Улучшение переговорных позиций исламистского руководства - вместо принуждения к уступкам исламисты получили возможность навязывать Трампу собственную повестку. Она максималистская, но сама постановка требований показывает, кто и с чем вышел из активной фазы в переговорную. Не прошло и часа, как Иран вновь начал наносить удары, блокируя Ормузский пролив, поскольку прекращение огня явно не было навязано силой и маневров у Тегерана хватает. 3. Трамп этой тупой авантюрой из угрозы превратился в инструмент, объективно усиливающий позиции Китая на данном этапе. Более того, Трамп своими действиями подставил не только ЕС или те же арабские монархии, но и создал серьезные проблемы для экономик Японии и Южной Кореи. Кто стал бенефициаром этого расклада? - Пекин. Китай перепродал рекордные объемы СПГ Японии, Южной Корее и другим азиатским экономикам, пользуясь ситуацией. И дело, опять же, не только в энергетике. "Кидалово" со стороны Трампа в отношении арабских монархий вкупе с дополнительными рычагами Китая влияния на Иран будет усиливать позиции Китая и на Ближнем Востоке. Не в одночасье, но Трамп задает выгодные Китаю тенденции. Пекин все сильнее будет перенимать на себя роль балансировщика в противоречиях в регионе. Сам факт, что переговорной площадкой между США и Ираном стал зависимый от Китая Пакистан - это не просто символизм. 4. Вернуться к формату соглашений времен Барака Обамы для Ирана теперь крайне маловероятно - исламистов и при Байдене не смогли вернуть на прежние условия. Трамп уже тогда, в свой первый срок, продемонстрировал свои "стратегические навыки": при Обаме уровень обогащения урана составлял около 3,67%, а после выхода США из соглашения Иран дошел до пороговых 60%, если не выше. Иран теперь не имеет мотивации сворачивать с ядерного пути. Более того, ядерное оружие становится гарантом неприкосновенности как для авторитарных режимов, так и для демократий. Перспективы создания и размещения ЯО обсуждаются от Берлина до Токио, не говоря уже об Эр-Рияде и Анкаре. Полагать, что теперь Иран выберет иной путь, - наивно. 5. Подрыв доверия к США как к рациональному переговорщику - союзники видят непоследовательность, противники видят возможность дожимать. Важно и то, что Европа уже начинает демонстрировать более жесткую позицию в отношении Трампа, и готовность повышать ставки со стороны Европы будет возрастать. 6. Эрозия санкционного инструмента - если давление не приводит к быстрой капитуляции, а наоборот усиливает позиции оппонента, его эффективность начинает вызывать вопросы. Помимо этого, Трамп зафиксировал прецедент: демонстрация силы без доведения до результата снижает ее ценность - угрозы, за которыми не следует реализация, обесцениваются. В Пекине это увидели, и этот фактор усиливает все перечисленные выше тенденции. Есть фраза, ошибочно приписываемая фон Клаузевицу: "Победа - это создание лучших условий, чем до войны". С учётом того, что исламистский режим не мыслит категориями человеческих потерь и, говоря словами Фуко, "у них иной режим истины", эта формула наглядно показывает, кто на самом деле получил от Трампа больше, чем имел.

Напоминаю, о чем мы писали еще в апреле.

Это я писал в апреле

​В очередной раз читая про то, как Европа якобы захлебывается в убийствах и резне со стороны "беженцев из Судана, Сирии, Афганистана", вспоминаю старый добрый коэффициент убийств (UNODC, intentional homicide). Посмотрите на карту. Речь не о войне, не о жертвах обстрелов и не о боевых потерях и т.п. Россия по последнему сопоставимому значению - около 6,765 убийства на 100 000 в 2021 году. Это практически уровень Зимбабве - около 6,758 в 2022 году. Украина в 2021 году - около 3,777. А западнее - "утопающая" в мигрантах из Африки и Ближнего Востока Германия - около 0,9 на 100 000. Большинство стран ЕС - примерно 0,5-1,5. ЕС в целом в 2024 году - около 0,9. То есть Европа, со всеми миллионами сирийцев, афганцев, африканцев и других мигрантов и беженцев, остается зоной низкого летального насилия. Преступления есть. И со стороны мигрантов. Преступность нужно всегда изучать и рассматривать в контексте всей картины множества ее обуславливающих переменных. Например, демография. Преступность, в числе прочего, связана с возрастом, полом и социальной позицией. Молодые мужчины чаще попадают в криминальную статистику, чем пожилые. Европа стареет, а молодая часть населения в ряде стран пополняется за счет мигрантов. Поэтому часть преступности, характерной для молодых мужчин, статистически сдвигается к мигрантам. В случае бэби-бума среди местных, при условии социальной поляризации, такой сдвиг вернулся бы к местным. Мигранты чаще оказываются внизу рынка труда: низкие зарплаты, нестабильная занятость, скученное жилье, языковой барьер, слабые связи. Если,например, условной Германии нужны рабочие руки в малооплачиваемых/низкоквалифицированных сферах, это отражается и на социально обусловленной преступности. И наоборот: высокодоходный араб из ОАЭ, у которых давно безвиз с ЕС, капиталом и доступом к легальному рынку труда находится в совершенно другой криминологической позиции, чем сириец или алжирец из низших слоев, особенно если с травмой, плохим жильем, нестабильной работой, слабым языком и ограниченными социальными связями. Первый араб гораздо менее вероятно окажется втянут в уличные конфликты, теневую занятость или низовые сегменты наркорынка. Не потому что у него "другая культура", а потому что у него другой класс, статус, ресурсы и набор возможностей. Это азы криминологии - возраст, пол, класс, район, правовой статус, возможности и т.д. Опасность конкретного убийцы или фанатика это не преуменьшает - независимо от того, местный он или мигрант. Куда опаснее те, кто пытается превратить такие преступления в основание для дискриминации, коллективной ответственности и институциональной дикости под знаменем "борьбы за безопасность".

Пока отсутствуют сам факт сделки и раскрытые условия, делать однозначные выводы преждевременно. Вместе с тем заявление Вэнса о 300 млрд позволяет предположить, что это условие действительно фигурирует в переговорах и рассматривается сторонами. В общем, победа за победой.

Ночью Россия начала массивные обстрелы Киева, в том числе и на Киево-Печерскую Лавру, которая входит в список объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО. Степень ущерба еще уточняется.

Речь уже давно не идет о мерцевском «уполовинивании AfD» и даже равнозначные показатели Union и Альтернативы перестали считать провальными до тех пор, пока еще нет экономически ощутимого действия системных черно-красных реформ. В Конрад-Аденауэр-Хаусе на 2026 год определили три критических индикатора. Если год заканчивается с этим тремя стоп-сигналами можно ждать серьезных последствий со сменой лидирующего персонала коалиции. 1) AfD отрывается от CDU более чем на три процента - такую фору нельзя уже на отмашку объяснять погрешностью или статистическим шумом ———> мы находимся здесь 2) AfD достигает в опросах тридцать процентов и тем самым переходит в весовую категорию тяжеловесов. Первая цифра «3» у конкурентов это для государственников из CDU/CSU – особое унижение. 3) В Саксонии-Ангальт AfD по результатам земельных выборов удастся создать единоличное правительство абсолютного большинства.

Правильный ответ: правые. В исследовании Хайфского университета именно правая политическая ориентация статистически была связана с худшей способностью отличать реальные новости от фейков во время войны.

Партия Пашиняна пока с отрывом лидирует.

Завтра в Армении выборы. Надеюсь, что европейский путь будет продолжен. Потому что пророссийская альтернатива для Армении сегодня - это не просто возврат под ярмо Кремля. Это еще и реваншизм, и риск новой войны. Реваншисты этого не скрывают.

Отрывок из "Персеполиса", где Ануширеван рассказывает Маржан историю ее семьи.

Узнал в новостях о смерти Маржан Сатрапи, более всего известной по "Персеполису" и "Radioactive". Многие, кто смотрел мультфильм "Персеполис", уже отчасти знакомы с её сложной биографией. Жизнь её семьи и родственников была одновременно яркой и трагичной. По матери она действительно происходила из ирано-азербайджанской аристократии, была прямым потомком Каджаров. Её дед был репрессирован при Пехлеви, но не как каджарский принц, а как леворадикал. По отцовской линии она была двоюродной племянницей азербайджанского юриста и революционера Феридуна Гани-оглу Ибрагими, который непосредственно участвовал в движении Пишевари. В мультфильме он упоминается как министр юстиции Иранского Азербайджана, но на деле был генеральным прокурором (вероятно, ошибка дубляжа - франкоязычные могут знать лучше). Был из астаринских азербайджанцев, что показано в "Персеполисе". Кстати, в мультфильме дядя Маржан ("дядя Ануш") - Ануширеван Ибрагими - показан как его племянник, тогда как на деле он был его родным братом. После разгрома движения Пишевари шахским режимом Ануш смог вывезти семью в Баку, а Феридун остался в Тебризе, чтобы продолжить борьбу, хотя это было равноценно самоубийству. Он был казнён 23 мая 1947 года в Тебризе. Ануш действительно некоторое время жил в СССР, затем переехал в Восточную Германию и жил в Берлине. После свержения шаха он вернулся в Иран, чтобы возобновить работу Азерб.Демпартии. Как только исламисты закрепились у власти, начались репрессии против левых. Ануш был арестован в 1982 году и приговорён к смертной казни 13 сентября 1987 года - через 40 лет после казни брата. Старший брат был убит шахским режимом, младший - исламистским. Есть ещё один момент в мультфильме, который бросается в глаза: их отец не был сторонником шаха или конформистом из страха. Гани Ибрагими был основателем астаринского отделения "Адалят", прошёл ад и пытки ещё при Каджарах, которые продолжились уже при Пехлеви. Он был убит в 1958 году, после освобождения из тюрьмы. То есть родня Маржан по отцу успела пободаться и с каджарской властью, и с властью Пехлеви, и с властью исламистов. Маржан была достойной дочерью своей семьи, которая сумела прекрасно выразить трагедию своей семьи и Ирана, не впадая в пафос жертвы. Земля пухом.

​Вообще важно посмотреть назад, вспомнить, как все так закрутилось после революции в Армении. Еще до Второй карабахской войны Армения фактически начала отходить от прежней переговорной рамки, основанной на "мадридских принципах". Риторика "Арцах - это Армения, и точка", планы переноса в Шушу де-факто "столицы", июльские столкновения 2020 года - все это выглядело как ультранационалистический авантюризм. Причем вопреки статьям самого Пашиняна до революции. Но пока Армения находилась под Россией, статус Карабаха можно было обсуждать практически вечно. Локальные бои, перестрелки, сотни убитых в год с обеих сторон, бесконечные переговоры, имитация процесса - России это было выгодно. Именно так обе республики оставались на поводке Кремля. Пашинян часто говорил, что международное сообщество, прежде всего западные переговорные площадки, подводит Армению к простой мысли - нельзя быть единственной страной, которая не признает территориальную целостность Азербайджана. Тем более что официально даже сама Армения никогда не признавала Нагорный Карабах независимым государством. И пока Армения была встроена в российскую орбиту, давление Запада оставалось бы ограниченным. Карабахский клан мог что-то подписывать, что-то обещать, что-то имитировать - и при этом оставаться нечувствительным к Западу, потому что он в нем не нуждался. Но после революции все стало наоборот. Правительство Пашиняна оказалось перед дилеммой - как решить этот вопрос на основе международного права, если общество десятилетиями оставалось в неведении относительно сути переговоров? Между внутренней пропагандой и тем, что власти Армении до революции фактически подписывали с Азербайджаном, существовал огромный разрыв. Внутри страны все были уверены, что все крутится вокруг "ни пяди земли врагу", а за закрытыми дверями обсуждались возврат районов Азербайджану, промежуточный статус, коридоры, беженцы, миротворцы и т.д. Армения перед войной была страной, в которой пойти на уступки было политически опаснее, чем проиграть войну. Это важно учитывать, когда мы пытаемся понять его "авантюризм". Мирные уступки сделали бы Пашиняна персональным предателем - сам отдал районы, сам предал Карабах, сам подписал капитуляцию. После войны все выглядело иначе. Азербайджан взял силой, Россия не защитила, карабахский клан довел страну до тупика, а теперь надо спасать уже собственно Армению. В этих условиях Армения оказалась перед тремя вариантами. Первый - идти на уступки в рамках международного права. Но тогда Пашинян повторил бы судьбу Тер-Петросяна, когда тот заговорил о необходимости уступок Азербайджану в конце 90-х. Второй - сохранить карабахский статус-кво, отказаться от внешнеполитических целей самой Армении и остаться под российским ярмом, в старой системе управляемого конфликта. Третий - перевернуть стол, в смысле демонтажа старой конструкции, при котором война "естественным ходом" списала бы те издержки, которые мирные уступки сделали бы персональной виной власти. Отсюда и возникает тот самый странный "авантюризм" Пашиняна, который был не столько авантюризмом, сколько попыткой сломать старую конструкцию. Пашинян, похоже, был убежден, что прежний стол переговоров уже не спасаем. Уступить мирно внутри страны почти невозможно, бесконечно имитировать переговоры тоже невозможно, а двигаться в сторону Запада с нерешенным Карабахом невозможно тем более. Дальше Азербайджан начал Вторую карабахскую войну в сентябре 2020 года. И эта война "естественным" образом решила то, что невозможно было решить мирно при тогдашнем состоянии обществ в обеих республиках. Продолжение следует...

Вот вам красавчика из Ирландии. Доброй ночи.

Ален Симонян говорит очень важные и, главное, простые истины. Сравните это с выступлениями Тер-Петросяна, который в период армянской национальной мобилизации оправдывал этнические чистки азербайджанцев в Армении как политический результат, поток которых в Сумгаит вылился в погромы уже ни в чем неповинных армян Азербайджана; с риторикой Эльчибея; уже не говоря о Кочаряне, Алиеве и т.д. На их фоне Пашинян и его команда буквально разрубают гордиев узел.

Ален Симонян говорит очень важные и, главное, простые истины. Сравните это с выступлениями Тер-Петросяна, который в ранний период армянской национальной мобилизации оправдывал этнические чистки азербайджанцев в Армении как политический результат, поток которых в Сумгаит вылился в погромы уже ни в чем неповинных армян Азербайджана; с риторикой Эльчибея; уже не говоря о Кочаряне, Алиеве и т.д. На их фоне Пашинян и его команда буквально разрубают гордиев узел. И потому важно посмотреть назад, как все так закрутилось после революции в Армении. Еще до Второй карабахской войны Армения фактически начала отходить от прежней переговорной рамки, основанной на "мадридских принципах". Риторика "Арцах - это Армения, и точка", планы переноса в Шушу де-факто "столицу", июльские столкновения 2020 года - все это выглядело как ультранационалистический авантюризм. Причем вопреки статьям самого Пашиняна до революции. Но пока Армения находилась под Россией, статус Карабаха можно было обсуждать практически вечно. Локальные бои, перестрелки, сотни убитых в год с обеих сторон, бесконечные переговоры, имитация процесса - России это было выгодно. Именно так обе республики оставались на поводке Кремля. Пашинян часто говорил, что международное сообщество, прежде всего западные переговорные площадки, подводит Армению к простой мысли - нельзя быть единственной страной, которая не признает территориальную целостность Азербайджана. Тем более что официально даже сама Армения никогда не признавала Нагорный Карабах независимым государством. И пока Армения была встроена в российскую орбиту, давление Запада оставалось бы ограниченным. Карабахский клан мог что-то подписывать, что-то обещать, что-то имитировать - и при этом оставаться нечувствительным к Западу, потому что он в нем не нуждался. Но после революции все стало наоборот. Правительство Пашиняна оказалось перед дилеммой - как решить этот вопрос на основе международного права, если общество десятилетиями оставалось в неведении относительно сути переговоров? Между внутренней пропагандой и тем, что власти Армении до революции фактически подписывали с Азербайджаном, существовал огромный разрыв. Внутри страны все были уверены, что все крутится вокруг "ни пяди земли врагу", а за закрытыми дверями обсуждались возврат районов Азербайджану, промежуточный статус, коридоры, беженцы, миротворцы и т.д. Армения перед войной была страной, в которой пойти на уступки было политически опаснее, чем проиграть войну. Это важно учитывать, когда мы пытаемся понять его "авантюризм". Мирные уступки сделали бы Пашиняна персональным предателем: сам отдал районы, сам предал Карабах, сам подписал капитуляцию. После войны все выглядело иначе. Азербайджан взял силой, Россия не защитила, карабахский клан довел страну до тупика, а теперь надо спасать уже собственно Армению. В этих условиях Армения оказалась перед тремя вариантами. Первый - идти на уступки в рамках международного права. Но тогда Пашинян повторил бы судьбу Тер-Петросяна, когда тот заговорил о необходимости уступок Азербайджану в конце 90-ых. Второй - сохранить карабахский статус-кво, отказаться от внешнеполитических целей самой Армении и остаться под российским ярмом, в старой системе управляемого конфликта. Третий - перевернуть стол, в смысле демонтажа старой конструкции, при котором война "естественным ходом" списала бы те издержки, которые мирные уступки сделали бы персональной виной власти. Отсюда и возникает тот самый странный "авантюризм" Пашиняна, который был не столько авантюризмом, сколько попыткой сломать старую конструкцию. Пашинян, похоже, был убежден, что прежний стол переговоров уже не спасаем. Уступить мирно внутри страны почти невозможно, бесконечно имитировать переговоры тоже невозможно, а двигаться в сторону Запада с нерешенным Карабахом невозможно тем более. Дальше Азербайджан начал Вторую карабахскую войну в сентябре 2020 года. И эта война "естественным" образом решила то, что невозможно было решить мирно при тогдашнем состоянии обществ в обеих республиках. Продолжение следует...

О происходящем в Турции ​Кылычдароглу 13 лет возглавлял CHP и пытался победить Эрдогана аппаратной политикой - коалициями, переговорами, компромиссами, попыткой понравиться сразу всем, но всё равно в итоге проиграл президентские выборы 2023 года и стал символом вечной оппозиции. После него пришёл Озгюр Озель. Вместе с Имамоглу он сделал то, чего Кылычдароглу не смог - оживил CHP, вывел людей на улицы, превратил партию из унылого аппарата в буквально получившее второе дыхание движение. На муниципальных выборах 2024 года CHP добилась исторического успеха, разгромив эрдогановскую партию отчасти и в её традиционных регионах. И тут суд решает, что выборы в CHP были несправедливыми. Речь о партийном съезде 2023 года, на котором Озель сменил Кылычдароглу. Формально причиной стали жалобы на нарушения при голосовании и процедуре съезда. Суд признал итоги съезда недействительными, фактически убрал руководство Озеля и вернул вопрос о лидерстве Кылычдароглу в центр партийного кризиса. При этом, по опросу KONDA, возвращение Кылычдароглу поддерживают лишь около 5% избирателей CHP. То есть он возвращается буквально как фигура, удобная для её раскола. Излишне говорить, что его возвращение поддерживают правые - эрдогановская AKP и ультраправые из MHP.