Пара у Гвоздева

Неожиданно очередная встреча Клуба интересующихся современным артом (сокращенно КИСА) пройдет уже сегодня. В качестве разнообразия проведем ее в новом, стерильно-безупречном корпусе на Преображенской площади. Встречаемся в 16-10 в аудитории 315. А героем дня станет король поп-арта Энди Уорхол. P.S. Хочу поблагодарить всех за поздравления с моим профессиональным праздником (а еще выразить глубокое почтение человеку, который вчера в атриуме включил The Smiths).

Завтра, 19.11, в 16-10 в аудитории 205 состоится очередная встреча клуба интересующихся современным искусством. Обсудим истоки поп-арта, причины его появления и первых европейских авторов, работавших в этом стиле.

А сегодня день рождения французского художника-импрессиониста Клода Моне. Многим нравятся его картины: приятные цвета, много солнца и моря, легкость и красивый Париж. Но этот художник еще и достоин уважения как Личность. Ведь многое из этой импрессионистской прелести создавалось в крайне тяжёлых для Моне обстоятельствах: нищета, проклятия критиков, отчаяние, презрение толпы и невостребованность. Художником можно стать двумя способами. Первый: делать то, что все считают искусством. Второй: заставить всех считать искусством то, что делаешь ты. Первый вариант проще и понятнее. Но Моне выбрал второй. И победил. С днем рождения, любимый художник!

Позавчера, 7 ноября, французскому писателю и философу Альберу Камю исполнилось 112 лет. При его безусловном величии как литератора (произведения писателя по-прежнему продаются огромными тиражами, а повесть «Посторонний» часто называют одним из самых важных текстов мировой литературы ХХ столетия), Камю не везет с экранизациями. Бергману в своем время так и не удалось снять фильм по роману «Падение», хотя Камю лично дал режиссеру на это согласие. А «Посторонний» Висконти 1967 года был признан многими, включая самого режиссера, неудачным. Остальные попытки перевести сочинения Камю на язык кино тоже выдающимися назвать нельзя. Да они уже и всеми забыты. Оттого особенно интригующим выглядит новая киноверсия «Постороннего», снятая в этом году французским режиссером Франсуа Озоном. Фигура последнего выглядит вполне авторитетной для того, чтобы взяться за столь солидный проект. По крайней мере, Озон умеет снимать красиво. По трейлеру это уже заметно: неспешное движение камеры, черно-белый кадр, знойные африканские пейзажи (фильм снимали в Марокко). Меня немного смущает жеманно-малохольный Бенжамен Вуазен в роли Мерсо… Но ладно, я с этим как-нибудь справлюсь. Прокат в России обещали, но пока неизвестно когда именно.

Очередной вебинар, который состоится в ближайший понедельник, я решил посвятить своей домашней библиотеке. Она у меня большая. На ее полках можно обнаружить самые разные книги. Я выберу самые интересные, уникальные, странные и ценные для меня экземпляры. И с удовольствием расскажу о них. Так что встреча получится очень личной. Виртуально встречаемся 10 ноября в 19-00. Вебинар платный, регистрация здесь: artnotes.info@gmail.com

Новый интересный музей современного искусства откроется скоро в Москве. Называется он «Коллекция», а находится на территории «Зиларта» — жилого комплекса, расположенного на месте бывшей промзоны ЗИЛ. Это то место, где улицы названы именами известных российских художников и архитекторов (там, например, есть улицы Кандинского, Татлина, Щусева и много еще кого). Первоначально музей был связан с Эрмитажем и должен был называться «Эрмитаж-Москва», но в 2023 году Петербург, увы, вышел из проекта. Теперь неясно, что именно составит экспозицию нового пространства, но само здание выглядит очень красиво, современно и невероятно стильно. А в огромные окна уже сейчас можно увидеть расписанные стрит-арт художниками эскалаторы. Говорят, возглавит «Коллекцию» Ирина Толпина, которая почти десять лет руководила «Манежем». В общем, выглядит все это вдохновляюще. Ждем открытия. Хочется уже поскорее попасть внутрь.

Тем временем у студентов большие проблемы вызывает восприятие поэмы Джона Мильтона «Потерянный рай». Сложности возникают уже на уровне написания и выговаривания имен героев произведения. И если за годы преподавания я уже смирился с «сатона», многочисленными вариантами написания имени Вельзевул и прочими искажениями, то сегодняшний студент превзошел в смелости своих интерпретаций студента вчерашнего. Не успел я отойти от «Потерянный край», как появился «Самсон Борецкий». Отчаянно гоня от себя мысль о невежестве своего студента, я пытаюсь объяснить это альтернативное название поэмы Мильтона остроумной попыткой актуализации бессмертного творчества английского поэта XVII века. Но, признаться, плоховато получается…

Завтра, 28 октября в 16-10 в 329 аудитории, в рамках встречи клуба «Проблемы современного искусства» мы продолжим разбираться в своеобразии искусства абстрактного экспрессионизма. Проследим его скоротечную эволюцию — от расцвета 40-50-х годов до кризиса 60-х, когда в искусстве США появится новый тренд-феномен — великий и многоликий Поп-Арт.

Любите ли вы Сервантеса так, как его любит Кундера? Писатель не должен давать отчет никому. Кроме Сервантеса (Милан Кундера).

В этом учебном году я ангажирован проводить занятия так называемого «клуба по интересам». Лично мой интерес касается актуальной культуры, поэтому клуб я назвал «Проблемы современного искусства». Чем мы будем заниматься на спорадических встречах нашего курса (красивый пресс-релиз на сайте университета, если что, писал не я)?Обзор основных художественных явлений искусства второй половины ХХ-начала XXI вв. Знакомство с наиболее интересными и важными авторами. Влияние новых медиа на развитие современной культуры. Мониторинг и обсуждение заметных музейных выставок/событий современного искусства. Начнем завтра, 14 октября. Начиная с 16-10 в 329 аудитории я расскажу об искусстве абстрактного экспрессионизма, ставшим наиболее любопытным и важным явлением в изобразительном искусстве Европы и США 40-50 годов XX века. Главную роль в лекции исполнит американский художник Джексон Поллок.

Предвкушение - самое приятное из всех человеческих ощущений. Гюстав Флобер

Приключения «Глины» и «Садовой лопатки» в Москве. Образы современной скульптуры Есть ощущение, что самые обсуждаемые события последних лет в культурной жизни столицы связаны не с музеями, авторами или конкретными выставками, а с небольшой площадкой перед Домом культуры «ГЭС-2». Именно там несколько лет располагалась скульптура Урса Фишера «Большая глина №4», а теперь ее место занял не менее экстравагантный арт-объект — «Садовая лопатка» Ольденбурга и ван Брюггена. Обе скульптуры эмоционально и противоречиво обсуждались продолжают обсуждаться специалистами в мире искусства, а еще больше простыми москвичами и прохожими туристами. Как относится к такого рода творчеству? Это вульгарная провокация или высокое искусство? Как принять подобное современное искусство, если понятия «красоты» для человека связано прежде всего с классической культурой? Современное пластическое искусство, его главные представители, современная скульптура Москвы — эти темы станут предметом нашей первой в этом сезоне виртуальной встречи. Вебинар платный, регистрация — artnotes.info@gmail.com.

Недавно на всех отечественных стриминговых сервисах появился документальный фильм «В поисках Андрея Рублева», режиссер Орхан Абдулов. Получилось четыре серии по полчаса красивейших съемок в высоком разрешении главных работ древнерусского иконописца. Кажется, так эстетично с точки зрения видеоизображения иконы Рублева никогда еще не показывали. Однако форма уступает содержанию — изображение оказалось гораздо интереснее и важнее слова. Большинство приглашенных спикеров, а среди них историки, искусствоведы и представители РПЦ, повторяют друг за другом одно и то же — общеизвестное, многие еще и с каким-то наигранным пафосом. Действительно интересно выглядят фрагменты с разбором «Святой Живоначальной Троицы» и разговором о собственно техническом создании икон. Всем интересующимся средневековой живописью (а среди моих студентов, знаю, такие есть) рекомендую обязательно взглянуть. https://www.youtube.com/watch?v=jAqvutXAjfc

Бродский и Джон Донн Мы сейчас со студентами второго курса, пытаясь разобраться в зарубежной литературе XVII века, читаем поэзию Джона Донна. У Донна, как мы знаем, было и есть много почитателей среди известных писателей. Одним одним из них считается советский поэт Иосиф Бродский. У него даже есть посвящение англичанину — стихотворение «Большая элегия Джону Донну», начинающееся такими строчками: Джон Донн уснул, уснуло все вокруг. Уснули стены, пол, постель, картины, уснули стол, ковры, засовы, крюк, весь гардероб, буфет, свеча, гардины. Уснуло все. Бутыль, стакан, тазы, хлеб, хлебный нож, фарфор, хрусталь, посуда, ночник, белье, шкафы, стекло, часы, ступеньки лестниц, двери. Ночь повсюду. Также Бродский перевел несколько стихотворений Донна («Блоха», «Прощание, запрещающее грусть», «Посещение»). Все это можно с легкостью найти в интернете. Гораздо сложнее отыскать интервью Бродского, где он рассуждает о феномене Джона Донна. Поэтому приведу небольшой фрагмент из этой беседы. Воспринимайте его как дополнение к прошедшей лекции об этом поэте, к которому и я, как вы наверняка заметили, тоже не равнодушен. Журналист: Теперь у меня к вам вопрос скорее как к переводчику, чем как к поэту. Вы перевели несколько стихотворений Джона Донна. Говорят, что переводчик - всегда соперник переводимого им автора. Кем чувствовали себя вы, переводя Донна - соперником, союзником, учеником мэтра или собратом по перу? Бродский: Конечно же не соперником, во всяком случае. Соперничество с Донном абсолютно исключено благодаря качествам Донна как поэта. Это одно из самых крупных явлений в мировой литературе… Переводчиком, просто переводчиком, не союзником... Да, скорее союзником, потому что переводчик всегда до известной степени союзник. Учеником — да, потому что переводя его, я чрезвычайно многому научился. Дело в том, что вся русская поэзия по преимуществу строфична, то есть оперирует чрезвычайно простым, в чрезвычайно простых строфических единицах - это станс, да, четверостишие. В то время как у Донна я обнаружил куда более интересную и захватывающую структуру. Там чрезвычайно сложные строфические построения. Мне это было интересно, и я этому научился. В общем, вольно или невольно, я принялся заниматься тем же, но это не в порядке соперничества, а в порядке ученичества. Это, собственно, главный урок. Кроме того, читая Донна или переводя, учишься взгляду на вещи. У Донна, ну, не то чтоб я научился, но мне ужасно понравился этот перевод небесного на земной, то есть перевод бесконечного в конечное...

Вчера студенты, изучающие готическую архитектуру в рамках курса «История искусства», спросили меня, почему Реймсский собор, имеющий статус «королевского», возвели в таком неочевидном местечке как Реймс, а не где-нибудь в Париже. Хороший вопрос. Хороший вдвойне, ведь я не знал на него ответа. Расстроился я из-за этого несильно, ведь все знать невозможно — это естественно. Тем более что все остальное о Реймсском соборе мне хорошо известно. Но вопрос студентов мотивировал меня на поиски ответа. Теперь я знаю, почему именно Реймс. Спасибо за вопрос. Так здорово, что не только ты можешь сподвигнуть студентов к поиску ответов, но и они тебя. Так почему же Реймс? Реймс называют «городом королей», поскольку на месте, где позже был возведён собор, апостол Святой Ремигий в V веке крестил короля франков Хлодвига I, утвердившего в качестве государственной религии Франции христианство.

Николай Завьялов Осенний день 1978

9. Не должно быть романов, рассказывающих о других романах. Никаких «Современных версий», переписывания, продолжения или приписывания. Нельзя из-за смерти автора неоконченную им книгу со всеми ее замыслами оставлять другому автору. Напротив, каждый автор должен повесить над своим камином связанное из разноцветной шерсти напоминание: «Каждый сам вяжет свой узор». 10. Необходим двадцатилетний запрет на Бога; вернее, на упоминания о нем — аллегорические, метафорические, иносказательные, намеком, неточные или двусмысленные. Бородатый главный садовник, неустанно ухаживающий за яблоней, мудрый старый капитан, который никогда не торопится выносить приговор, тот, кому тебя еще не представили и от кого у тебя мурашки бегут по телу… всё это должно быть упрятано как можно дальше, всё до единого. Бог разрешается лишь в виде святого, которого страшно сердят тяжкие грехи человека.