Демкина верит!

Пост ответ для лучшего и человечного человека науки ❤️❤️❤️ «Пока не про конференцию. Пока про рефлексию после нее. Жаль, что вы не слышали дискуссию до и после. Но кое-что могу рассказать. - Саша, почему так сложно даются изменения? Это наш культурный код? - Отчасти да. Мы же нация, которая не читает инструкции. В этом наша сила и другая сторона. Я подумаю и напишу тебе. Дала себе время после конференции вернутся в рутину и поняла, что частично знаю ответ. И тут опять спасает психология. Человек- это личность. В структуре личности есть большая пятерка. Чек-лист даже вам дам, что это такое. Так вот, искусство управления, в том числе связано с пониманием тех людей, кто вокруг тебя. Руководителю это сверх важно. Да и в целом, всем полезно это знать. Когда вы разложите свое окружение через структуру личности, вы поймёте, какой процент будет открыт новому, а какой нет. Нет в этом никакой магии. Есть знания. И чем больше знаний, тем с одной стороны легче жить, а с другой сложнее. Сложнее, потому что понимаешь, человек - слишком сложно устроенный организм. А проще тем, что меньше тревоги и недопонимания». PS может опять вообще не понятно, но может быть у вас расширится кругозор. Про конференцию завтра, так как завтра еще одна по цифре и напишу итог.

Мы уже начали! 🔥 Прямо сейчас говорим о том, как искусственный интеллект может применяться в реальной клинической практике врача: возможности, практические инструменты и ограничения. Подключайтесь, если ещё не с нами. Ждём вас на конференции! ПЕРЕЙТИ К ТРАНСЛЯЦИИ →https://sozvezdie-edu.ru/conference-rnimy

ИИ в медицине. А если без иллюзий? Если посмотреть только опыт тех, кто уже внедрил? 30 сентября 2026, 10:00 (МСК). Онлайн. Бесплатно. РНИМУ им. Н. И. Пирогова и АНО Созвездие. И дело даже не в дате и не в формате. Посмотрите, кто будет говорить? Мы собрали людей, которые не просто рассуждают об искусственном интеллекте, а каждый день строят цифровую медицину в России. Это не конференция для конференции. Наша встреча будет про разговор о том, как не потеряться в профессии и использовать новые возможности. Программа: · 10:00 — А.В. Павлюк (проректор по цифровой трансформации РНИМУ им. Н. И. Пирогова). Тема: «Роль ИИ в жизни врача». Объяснит, чего ждать от алгоритмов в кабинете. · 10:10 — А.В. Гусев (к.т.н., директор по развитию Webiomed, эксперт ЦНИИОИЗ Минздрава). Тема: «Мировые тренды ИИ». Расскажет, что происходит в мире и к чему это ведет? · 10:30 — А.В. Владзимирский (зам. директора по научной работе НПКЦ Диагностики и телемедицины ДЗМ). Тема: «Московский эксперимент в ИИ». Самый масштабный пример в стране и в мире: расскажет как это работает в миллионном городе? · 10:50 — Перерыв. Неформальное обсуждение, вопросы к спикерам. · 11:05 — К.С. Фурсов (директор Института мировой медицины РНИМУ им. Н. И. Пирогова). Тема: «Внедрение ИИ в жизнь врача: взгляд социолога». Как врачи на самом деле относятся к технологиям и чего боятся? · 11:20 — А.Е. Демкина (основатель «Докторсклаб», к.м.н., генеральный директор АНО «Созвездие»). Тема: «Врач и ИИ: четыре контура цифровой компетентности». Разбор того, какие навыки нужны уже сейчас, чтобы оставаться востребованным? · 11:40 — О.Р. Артемова (советник ректора РНИМУ им. Н. И. Пирогова). Тема: «Программы обучения для врачей». Где и как освоить цифровые компетенции, если решите внедрять ИИ? Редко на одной онлайн-площадке собираются идеологи, практики и аналитики цифрового здравоохранения. Вы получите ответы, которых не найдете на просторе сети: 1. Как меняется ответственность врача с использованием ИИ? 2. Как осваивать новые навыки и что реально работает в клиниках? 🎁 Всем зарегистрировавшимся именной сертификат и доступ к записи, лекции по ИИ и чек-листы для практикующих врачей по вашим клиническим направлениям. Регистрация обязательна

Привет, доктор. Я — искусственный интеллект. Тот самый, которого одни боятся, а другие считают хайпом. Я умею читать снимки, разбирать анализы и подсказывать диагнозы. Но прийти к вам в кабинет, пожать руку и сказать «Доктор, я здесь, чтобы помочь» пока не могу. Зато могу пригласить вас на конференцию. Там разберёмся, как нам работать вместе: чтобы рутину забирал я, а вы занимались тем, что умеете лучше меня, — лечили людей. Для начала тест. Ответьте себе: — Знаете, какие ИИ-сервисы уже одобрены для работы в России? — Сможете объяснить пациенту, как ИИ помог поставить диагноз, не нарушив этику? — Знаете, что делать, если ИИ ошибся? Хотя бы одно «нет» — значит, вам к нам. «ИИ в клинической практике» 📅 30 сентября, 10:00–12:00 (мск) 📍 РНИМУ им. Пирогова, Москва, ул. Островитянова, 1, стр. 1 + онлайн-трансляция Участие бесплатное, нужна регистрация. Очно всего 50 мест. Что будет: 🔹 мировые тренды ИИ в медицине и итоги Московского эксперимента 🔹 как ИИ внедряют в клиники: социологический разбор 🔹 четыре контура цифровой компетентности врача 🔹 этика и ответственность: кто отвечает, если ошибся алгоритм 🔹 вопросы спикерам вживую и в чате трансляции Спикеры: А.В. Павлюк (РНИМУ им. Н.И. Пирогова), А.В. Гусев (Webiomed, ЦНИИОИЗ), А.В. Владзимирский (НПКЦ ДиТ ДЗМ), К.С. Фурсов (РНИМУ им. Н.И. Пирогова), А.Е. Демкина (ДокСтарКлаб, АНО «Созвездие»), О.Р. Артемова (РНИМУ им. Н.И.Пирогова) 🎁 Подарки за регистрацию: Всем — именной сертификат участника и запись конференции. Врачам — «Настольная книга практикующего врача»: 215 страниц клинических алгоритмов и чек-листов по педиатрии, терапии, кардиологии, диетологии, офтальмологии и психологии пациента. Руководителям — лекция О.Р. Артемовой о федеральном показателе И11: какие метрики внедрения ИИ контролируют и как их достичь. Приходите. Я буду наблюдать 👀 🔗 Регистрация

Вес, тренды, уколы, худоба, потрясающие клинические эффекты новых препаратов. Но в этом ли суть? Мой опыт с «Оземпиком» начался еще в 2023 году. Я и тогда была врачом, хорошо знала, как устроен рацион, и, кстати, обладала прекрасной силой воли, но тогда я еще не была психологом. После отмены препарата вес вернулся на прежние значения примерно за 3–4 месяца. Только став психологом и сама пройдя путь снижения веса через изменение пищевого поведения, я поняла: знаний о рационе, дисциплины и мотивации не всегда достаточно, чтобы удержать результат. Проблемы с весом редко начинаются с недостатка информации. Чаще за ним стоят усталость, тревога, привычка справляться с эмоциями с помощью еды, автоматические сценарии и невозможность выдерживать постоянные ограничения. Препараты для лечения ожирения действительно могут давать впечатляющий результат. Но снижение веса и удержание результата - разные клинические задачи. И вот здесь, как мне кажется, нас, врачей, ждет одна из главных проблем ближайших лет: «Как помогать пациенту удерживать достигнутый результат?». Диетологов и психологов не хватит на всех, но это не означает, что пациент должен остаться один на один с отменой препарата и возвращением прежнего веса. Нам нужно учиться: — обсуждать пищевое поведение без стыда и морали; — замечать эмоциональное переедание и вовремя направлять к специалисту; — выстраивать регулярный контакт после снижения веса; — объяснять, что возврат веса не всегда результат «слабой силы воли». Удержание веса - не финальная часть лечения. Возможно, это и есть лечение. Мы научились снижать вес. Теперь пора научиться сопровождать человека после снижения. Более подробнее сегодня на повторе вебинаре

Репортаж с ICOMES 2026: почему назначить GLP-1 — это только начало В начале сентября в Сеуле прошёл ICOMES 2026 International Congress on Obesity and MEtabolic Syndrome, организованный Korean Society for the Study of Obesity. Тема конгресса в этом году звучала как "Shaping the Future of Obesity Care", и один из главных выводов был в том, что фокус лечения ожирения смещается: не "сколько килограммов ушло", а что именно происходит с телом пациента. 😄 Худеет не только жир Современные протоколы всё меньше оценивают терапию ожирения по проценту снижения веса. У пациентов из групп риска важно смотреть на состав тела: сколько ушло жировой, а сколько безжировой (мышечной) массы, и что происходит с функцией мышц. Потеря lean mass сама по себе — это ещё не саркопения: саркопения не сводится к цифре на биоимпедансе, важно оценивать именно силу и функцию мышц. Но именно поэтому сохранение мышечной массы становится самостоятельной целью лечения — особенно для пожилых, малоподвижных пациентов и людей с исходным риском саркопении. Это развивающееся направление, а не установленный стандарт комбинированной фармакотерапии, но тренд заметен уже сейчас. Joint Advisory о питании и сохранении мышц GLP-1, питание и сохранение мышц 🏆 Препарат снижает аппетит, а диету по-прежнему назначает врач На GLP-1 человек начинает есть значительно меньше, иногда настолько меньше, что "я вообще не ем" воспринимается пациентом как хороший результат. На самом деле максимальное подавление аппетита не цель лечения: возможны дефициты белка и микронутриентов, риски для мышечной и костной ткани, выраженная тошнота и раннее насыщение. Поэтому нутритивное сопровождение остаётся частью протокола, а не опцией "для тех, кто хочет". До и во время терапии стоит оценивать рацион, переносимость пищи, эмоциональные триггеры еды и физическую активность, то есть препарат не отменяет работу с питанием, а требует ещё более внимательного контроля за ним. Nutritional priorities to support GLP-1 therapy Joint Advisory 🍉 Что будет после отмены препарата Отдельный блок докладов был посвящён тому, что происходит с пациентом после достижения целевого веса. Данные расширенного наблюдения STEP 1 показывают: значительная часть потерянного веса может вернуться после отмены терапии - примерно две трети. А пост-хок анализ SURMOUNT-4 показал, что вместе с весом частично возвращается и метаболический риск: окружность талии, давление, HbA1c, липиды, инсулинорезистентность. Вывод для практики звучал прямо: рецидив после отмены это не косметическая проблема, а повод для повторной оценки метаболического здоровья, и планировать удержание результата нужно заранее, обсуждая с пациентом ожирение как хроническое заболевание, а не эпизод. STEP 1 extension SURMOUNT-4 post-hoc analysis 😀 Жировая ткань меняется на уровне клеток — и, похоже, "помнит" Одно из самых обсуждаемых исследований на конгрессе — single-cell анализ подкожной жировой ткани после снижения веса: показано, что меняется состояние разных типов клеток, воспаление, сосудистая сеть, клеточные программы. То есть польза похудения не сводится к изменению внешности — перестройка идёт на клеточном уровне. При этом есть данные, что после большого снижения веса организм не обязательно становится биологически идентичным человеку, никогда не имевшему ожирения: часть транскрипционных изменений сохраняется. Такая "эпигенетическая память об ожирении" пока убедительнее показана на мышиной модели, но сама концепция помогает объяснять пациентам, почему удержание результата — это отдельная работа, а не автоматическое следствие похудения. Single-cell исследование жировой ткани Adipose tissue retains an epigenetic memory of obesity 😄Главный тезис дня один: хороший результат лечения - это не пациент, который перестал хотеть есть, а тот, кто питается полноценно, сохраняет мышцы и удерживает результат в долгосрочной перспективе. Joint Advisory: комплексный подход к GLP-1-терапии Завтра поговорим про детское ожирение и почему "перерастёт" больше не работает как стратегия.

Цель достигнута, но я ошибалась. Сегодня я встала на весы и увидела цифру 57 (как самый настоящий лидер мнения я ее не сфоткала 🤣). Итого, я похудела за 9 месяцев на 10 кг. Надо ли радоваться? С одной стороны - да. Как удалось? 1. Консультация диетолога. Оценка дневника питания. Общие рекомендации. 2. Покупка гарвардской тарелки домой. 3. Потом 0 сил. 4. В это время я иду на EMDR терапию в протокол, который работает с жизнью до 3 лет. Есть такой у нас. Иду осознанно, так как знаю, что там был травматичный опыт. Иду из любопытства, а как это? В итоге 10 сеансов дают мне спокойствие и умиротворение в той области коммуникации, которая все еще «болела». И вот тут появляются силы на питание. 5. Я нахожу свою истинную мотивацию, добавляю совсем немного спорта, запасаюсь терпением, начинаю просто замечать, что я ем. И продолжаю оставаться в постоянной EMDR терапии, перерабатывая и прошлое и уже просто текущие проблемы. Так, реакций на проблемы становится меньше, как следствие, стресса меньше, я его не заедаю, а сил больше. 6. Я ни разу не считаю ккал (меня это раздражает). Я экспериментирую в еде, пробую новое. Завтраки или ужины становятся новыми ритуалами в семье. 7. Итого, EMDR терапия обошлась мне за 12 месяцев 162 тыс. Много ли это или мало? Не знаю. У меня комплексный эффект, а не только вес. Но! Всегда есть но. Догадываетесь какое у меня но? В анамнезе - уколы, таблетки и мысли о том, что при весе 55 кг в прошлом я мечтала похудеть. Если вы отличаетесь от меня, вам очень повезло. А если у вас тоже был этот опыт в прошлом, знайте, нас большинство.

Если механизм цифрового стресса и коморбидность - это диагноз ситуации, то новые роли врача - это ответ на вопрос «что с этим делать дальше». Смотрите, что происходит. Пациент приходит уже не с одной проблемой, а с целым набором: тревога, вес, нарушение сна, гипертония, одновременно. Один диагноз в карточке эту картину больше не описывает. И на этот сдвиг уже формируются конкретные профессиональные ответы, не новая профессия с нуля, а расширение вашей текущей специальности. Врач метаболического здоровья. Ответ на рост ожирения и сахарного диабета 2 типа. Вы уже видите этих пациентов, просто сейчас лечите их фрагментарно, по одному фактору за раз. Врач ментального здоровья. Ответ на рост тревожных и депрессивных расстройств, о которых мы говорили выше. Не значит «стать психиатром», значит уметь распознавать эти состояния за соматическими жалобами и грамотно вести пациента дальше. Врач когнитивного здоровья. Ответ на прогнозируемый рост деменции к 2050 году ожидается больше 150 миллионов случаев в мире. Врач цифрового здоровья. Работа с пациентами, у которых в основе состояния лежит цифровой стресс, тот самый механизм, который мы разбирали. Пока это редкая ниша, но именно поэтому в ней легко стать заметным специалистом уже сейчас. Куратор длительного маршрута. Не про одну систему органов, а про пациента, которого нужно вести годами, потому что и ожирение, и тревожные расстройства чаще всего хронические, рецидивирующие состояния, а не то, что закрывается за один визит. Важный момент: это не отдельные новые специальности, которые нужно осваивать с нуля. Чаще всего это новый контур внутри вашей существующей практики, вы просто расширяете угол зрения на тех же пациентов, которые и так к вам приходят. И здесь есть встречный эффект: новые роли не увеличивают вашу нагрузку, а меняют её структуру. Вместо 15-минутного приёма, консультации по 50–90 минут, но с другим уровнем вовлечённости и, что немаловажно, с другой ценностью для пациента и для вас. Именно об этих траекториях часть вебинара «Новые эпидемии — новые роли врача», 24 сентября в 18:00 МСК. Разберём: — пять новых профессиональных траекторий подробно, с конкретными компетенциями под каждую — как выбрать свою, не бросая текущую специальность — три действия, которые можно начать уже на этой неделе

Механизм, который стоит за заниженной статистикой ментального здоровья. Цифровой стресс — это не диагноз и не жалоба, которую пациент назовёт сам. Это фон, на котором развиваются диагнозы, которые вы и так видите каждый день. Модель состоит из пяти компонентов, и у каждого свой конкретный клинический след. Коммуникативная перегрузка. Постоянный поток сообщений, уведомлений, чатов. На уровне тела это истощение когнитивных ресурсов: снижение концентрации, раздражительность, ощущение «мозг не отдыхает» даже после сна. Давление доступности. Ощущение, что нужно быть на связи всегда: с работой, с чатом класса, с друзьями. Клинически это часто выглядит как нарушение сна: человек не может «выключиться», даже когда физически лёг спать. Тревога одобрения. Зависимость эмоционального состояния от лайков, реакций, комментариев. У подростков это выражается особенно жёстко, потому что система вознаграждения мозга в этом возрасте гиперчувствительна к социальному одобрению, а тормозящая её префронтальная кора дозревает только к 25 годам. Отсюда резкие эмоциональные качели, которые легко спутать с расстройством настроения. Страх упущенных возможностей (FOMO). Тревога от того, что где-то что-то происходит без тебя. На практике - компульсивная проверка телефона, невозможность сосредоточиться на одной задаче, ощущение хронической неудовлетворённости. Непрерывная онлайн-активность. Не эпизодическое, а постоянное присутствие в цифровой среде, без чёткой границы между «онлайн» и «офлайн». Это база, на которой держатся все четыре компонента выше. По отдельности каждый из пяти компонентов выглядит как обычная особенность современной жизни. Вместе они складываются в устойчивый механизм, который у одного пациента проявится как паническая атака, у другого как расстройство пищевого поведения, у третьего как «необъяснимая» боль в животе. Один механизм, три разных специалиста, три разных диагноза. И это только начало! На вебинаре разберём, что происходит с этим механизмом у поколения, которое растёт в цифровой среде не эпизодами, а с рождения. Именно об этом вебинар «Новые эпидемии — новые роли врача», 24 сентября в 18:00 МСК. Жду вас. Регистрация по ссылке.

Врачи знают, что я психолог. Присылают ко мне пациентов, когда видят психологический компонент за жалобой: тревогу за гипертонией, депрессию за хронической болью. До меня не доходит ни один. Вы мне пишете, а они нет. И это не только моя история. Только треть людей с депрессией доходит до формальной психологической помощи. Остальные две трети сидят в очередях к кардиологу, гастроэнтерологу, неврологу, но уже под другим диагнозом. Вы видите проблему, отправляете к проверенному специалисту, а пациент так и не доходит. Мы лечим то, что видим, а то, что не видим, живёт с пациентом годами, обрастает осложнениями и никуда не девается. Пациент с гипертонией, за которой на самом деле панические атаки. Пациент с СРК, у которого никто не спросил про тревожное расстройство. Пациент с фибромиалгией, за которой прячется депрессия, а вы лечите боль. Официальная статистика считает только тех, кто дошёл до специалиста и получил диагноз. Остальные просто не попадают в цифры. У этого разрыва есть механизм, разберём его на вебинаре 24 сентября. У кого-то он проявится как паническая атака, у кого-то как «непонятная» боль в животе, у кого-то как хроническая усталость без причины. Один и тот же механизм, разные диагнозы у разных специалистов, потому что каждый видит только свою грань. Отдельная тема: что происходит с этим механизмом у следующего поколения (узнаете на вебинаре). Это значит, что пациенты, которые придут к вам через 10–15 лет, будут первым поколением с …….. (поймёте на вебинаре) нагрузкой на протяжении всего детства, не эпизодами, а постоянно. То, что сегодня можно списать на «просто тревожный подросток», станет базовым набором факторов риска у взрослого пациента. Официальная статистика не покажет вам этот сдвиг заранее. Увидеть его можно только на своём приёме, если знать, куда смотреть и что спрашивать. И часть этой работы можно закрыть самому, пока пациент не дошёл до профильного специалиста. Именно об этом вебинар «Новые эпидемии — новые роли врача», 24 сентября в 18:00 МСК. Разберём: — механизм, который стоит за заниженной статистикой ментального здоровья — как распознавать тревогу и депрессию за соматическими жалобами — что происходит с ментальным здоровьем следующего поколения пациентов и что это значит для вашей практики уже сейчас — какие новые роли появляются у врача, который умеет видеть это системно Жду вас. Регистрация по ссылке.

В статье Л. С. Бажановой и П. О. Бомова, опубликованной в журнале «Психиатрия» в 2026 году, кибербуллинг рассматривается как многофакторный феномен цифровой агрессии. Авторы проанализировали 106 публикаций за 2015–2025 годы и показали, что распространенность онлайн-агрессии в разных исследованиях варьируется от 2,8 до 57,5%. Такой разброс связан с различиями в выборках, возрастных группах, критериях диагностики и используемых инструментах. Для врача важно, что последствия цифровой агрессии не ограничиваются кратковременным стрессом. В обзоре описана связь кибербуллинга с тревожными и депрессивными симптомами, посттравматическими реакциями, социальной изоляцией, суицидальными мыслями и самоповреждающим поведением. При этом авторы подчеркивают: значительная часть исследований носит перекрестный характер, поэтому не всегда позволяет уверенно говорить о причинно-следственных связях. Если вы пропустили вебинар про новые эпидемии, 24 сентября будет повтор. Вопрос для обсуждения после вебинара: «Готовы ли мы включать оценку цифровой среды пациента в стандартную клиническую беседу?» Понимаете ли вы отдаленные последствия на общую заболеваемость всех этих тенденций цифры? Для меня это похоже на нашу стандартную оценку питания. Мы сейчас уже понимаем про связь углеводов, жиров и ХНИЗ. Совсем скоро мы узнаем о новых факторах риска и предриска. Файл с статьей прикреплю следующим сообщением👇

Как оценить деньги, которых ты никогда не заработал? Я пошла на переподготовку по психологии для себя и фонда. Я не собиралась быть практикующим психологом. Потом, в процессе осознания, я поняла, что часть своей жизни хочу провести более спокойно, без совещаний, гонки, планирования. Мне понравилось в психологии, и я постепенно принимаю, что лет через 10 это будет основной моей работой (наверное). У меня появились новые мечты об исследованиях и проектах, в общем, я разрешила себе идти своим путем, а не навязанными стереотипами, про то, что ты же всегда руководитель. На вебинаре вчера говорили о том, что кто-то идет в психологию для увеличения достатка. И это нормально. Но, тут и есть деньги, которые просто нельзя подсчитать и заработать. О чем это я? Вчера вечером я подумала, что за эти 2,5 года я смогла дома минимизировать процентов 70% скандалов. Я научила семью слышать и слушать друг друга. Дома было намного меньше слез и претензий. Я научилась намного лучше понимать себя. Как можно это измерить в деньгах? Никак. Психология не только дала мне вдохновение, новые мечты и видение. Она дала мне другое качество жизни, качество отношений, умение работать со стрессом, и я благодарна себе за то, что когда-то просто послушала себя, а не мнение со стороны. У нас начинается 4 поток обучения программы профессиональной переподготовки по специальности «Психолог- консультант». Если сомневаетесь, подходит ли вам это направление, всегда можно написать мне в личные сообщения. Как СЕО я могу обсудить с вами специальные условия оплаты, чтобы вам было комфортно.

Отдельно ценен раздел про клиническую оценку. Автор прямо признает: единого стандартизированного интервью для цифрового стресса пока нет, это стадия экспертного консенсуса, но есть конкретные валидированные шкалы — Multidimensional Digital Stress Scale, Smartphone Stress Scale, а также русскоязычные адаптации шкалы зависимости от смартфона, опросника проблемного использования соцсетей, шкалы FoMO. И есть четкий перечень того, что стоит спросить в анамнезе: паттерны использования, эмоциональное состояние при невозможности выйти в сеть, специфические стрессоры, влияние на сон и офлайн-отношения. Еще один рабочий момент для практики - раздел про психофизиологию. Там объясняется, почему хронические микрострессоры (уведомления, ожидание ответа) нарушают суточный ритм кортизола, а непредсказуемое подкрепление лайками гиперстимулирует дофаминовую систему настолько, что снижается чувствительность к обычным вознаграждениям. Обзор в следующем посте 👇🏻

Мы начали 🔥 Александра Демкина уже в эфире «Новые эпидемии — новые роли врача». Сегодня разбираем: — почему пациент становится сложнее привычных границ одной специальности; — какие 5 новых ролей врача будут развиваться в ближайшие годы; — какие компетенции стоит добавить к сильной клинической базе; — как расширить профессиональные возможности без смены специальности. Если Вы думали, куда расти дальше как врачу, сегодня попробуем собрать для Вас эту карту. Подключайтесь сейчас — самое интересное впереди. ВОЙТИ В ВЕБИНАРНУЮ КОМНАТУ