БЫШОК

Как будто бы жестокий и циничный мир международных отношений, рисуемый реалистами, где большая игра государств-участников всегда есть игра с нулевой суммой, в действительности оказывается не самым худшим вариантом. Один участник проигрывает, но хотя бы другой-то выигрывает, пусть и за счёт первого. Хуже ситуация игры с отрицательной суммой, где положение обоих участников противостояния ухудшается тем больше, чем далее конфликт затягивается. Об этом неприятно думать и напоминать, но кто-то же должен.

В городе Санья можно встретить достаточно много соотечественников. Высокая их концентрация на пляжах, ещё выше - в больших торговых центрах, а максимальная - конкретно в магазинах Uniqlo. Жаль, конечно, что их больше нет на Родине. Впрочем, ничего фатального. История продолжается. Никто не даст нам избавленья: Ни бог, ни царь, ни Uniqlo.

Неспешно прогуливаясь вдоль бесконечных песчаных пляжей города Санья, я неизменно думаю о Родине и, следовательно, об Александре Гельевиче Дугине. У него ведь три базовые идеи: ядерный апокалипсис, брадолюбие и водить хоровод. Первое мы отвергаем, поскольку не состоим на учёте. Ко второму относимся нейтрально. А третье - это ведь интересная тема. Можно попробовать предложить оппонентам вместе похороводить. Попытка не пытка, чем чорт не шутит. А там, если опять надуют, можно и жахнуть. (Нет.)

Зрители ТВ узнавали меня аж дважды: бабушки в районной поликлинике в Братеево и мужчина средних лет с ребенком в зале для завтраков хайнаньской гостиницы. А чего добился ты?

Внезапно заметил, что в официозном и лоялистском дискурсе понятия "многополярность" и "многовекторность" используются чуть ли не как антонимы. Есть хорошая, честная многополярность и есть плохая, предательская многовекторность. Есть неизбежный аки победа коммунизма многополярный мир и есть идущие против магистрального течения истории оппортунисты-многовекторники. Мой внутренний Фуко осуждает эту жёсткую бинарность.

Current mood

Смех смехом, но я вот подумал и понял, что это – чистая правда!

Выступил на встрече выпускников, преподавателей и студентов факультета психологии МГУ, резидентов (полу)закрытого сообщества "Психфак_Forever". Давайте жить дружно!

Сегодня я, натурально, слушал джаз в Интегратмвном джазовом центре. А что будет завтра, страшно даже представить.

Я молчал. - А что значит, что мы живем на линии фронта? - продолжал директор. - Это значит, что штабы - и их и наш - не спят ни днем ни ночью. Засылают друг к другу шпионов и диверсантов. Кого могут - покупают, кого могут - запугивают. Денег на это всегда хватает, а страха - еще больше. Ты читал, что товарищ Сталин сказал о капиталистическом окружении? Что это очень неприятная вещь, читал ты это? Ну вот! Но окружение это, как бы тебе сказать... - Он повертел пальцами. - Это хроническая язва в желудке, сосет и сосет, а жить все-таки можно, только надо помнить, что она есть. А вот еще такая вещь, как линия огня - это уж много хуже. А мы вот на этой линии живем. А если это так, то обязательно должны быть и перебежчики туда и сюда. Это-то тебе понятно? Я кивнул головой. - А перебежчики разные бывают: один просто бросил ружье и побежал, а другие никуда не бегут, а сидят в наших штабах и работают. Вот на них работают. - Он махнул рукой на запад. - Понятно? Один враг в штабе, а целая наша армия снимается и идет на минные поля. А как ты такого откроешь, если все свои и подозревать некого? Если каждый тебе как брат или сын, если ты с ним под одной шинелью спал, осьмушку хлеба делил? - Теперь уж директор говорил тихо, горячо и просто. - Если он лучший из лучших - в прошлом у него победы, а сейчас он день и ночь на работе? Как ты его, я спрашиваю, узнаешь? Как? Как? Вот в том-то и дело, что никак не узнаешь. А надо узнать, надо! Потому что иначе смерть... Миллион смертей. И мы узнаем! Не сразу, а лет через десять, через двадцать. И тогда уж не щадим! Расстреливаем живого, разжалуем мертвого, портреты снимаем, жену ссылаем, друзей-приятелей под ноготь берем. - А друзья-то чем виноваты? - А тем, - директор сурово взглянул мне в глаза, - что черт знает кто он такой, этот друг-то. Резидент сам по себе ничего сделать не может. Он ноль без палочки. Окружение его - вот что важно. Вот мы и выжигаем все окружение, как у тебя мать когда-то выжигала клопиные гнезда. А затем и ту самую почву выжигаем, на которой это предательство выросло. Всех неустойчивых, сомневающихся, связанных с той стороной, готовящихся к измене, врагов настоящих, прошлых и будущих, всю эту нечисть мы заранее уничтожаем. Понял? Заранее! - Понять-то понял, - сказал я, - чего ж тут не понять... Но разве можно казнить за преступление до преступления? Это значит - карать не за что-то, а во имя чего-то. Так ведь эдак жертву Молоху приносят, а не государство укрепляют. Молоху-то что? Он бронзовый! А вот Советскому-то государству не поздоровится от такой защиты. - А мы вот уничтожаем во имя нашей революции, - негромко крикнул директор и топнул сапогом. - И будем уничтожать. Поэтому не спрашивай другой раз, почему снимают портреты и кого именно снимают. Знай: сняли врага. Еще одного скрытого врага разоблачили и сняли. И ты вот эти самые свои вопросики поганые оставь при себе. И язык! Язык держи-ка подальше за зубами. А то оторвут вместе с умной головой. Некогда сейчас разбираться. Понимай, какое время наступает. Юрий Домбровский "Хранитель древностей" (1964)

Про недружественную сущность App Store мы и так знали, а вот Google Play – это натуральный удар в спину. Кругом измена, трусость и обман, как и было сказано.

С одной стороны, постепенное возвращение России в мировой спорт должно быть для нас, россиян, отрадным. С другой, ну ведь совершенно бесполезная же шляпа весь этот профессиональный спорт. Право же, в 2К26 году зрелищ и так достаточно. Как и хлеба. Мира вот нет, нет стабильности.

А лоббистов ВПК я люблю одинаково сильно вне зависимости от их расы, национальности, гражданства, политической ориентации, цвета штанов и пр.

О том, какой именно иностранной державы иноагентом является Борис Надеждин, не сообщается. Оно нам ни к чему.

Если пытаться как-то разбираться в оттенках серого, то весьма многообещающим мне представляется предметный разговор о сущности суверенитета. А то ведь лозунг "защиты суверенитета" напоминает какое-то, я не знаю, "сохранение денег". Если это ваши личные деньги (то бишь ваши в том числе), то, конечно, идея их сохранения вам понятна и близка. А если вы от денег, говоря по-марксистски, отчуждены и вам нечего терять, кроме цепей, то вообще неясно, почему вы должны беспокоиться о сохранении каких-то чужих денег, нажитых непосильным трудом. Такая же история и с суверенитетом. Если он действительно ваш (ваш в том числе), то ведь совсем другая песня получается. А там уж и no taxation without representation, Великая хартия вольностей, Декларация прав человека и гражданина и далее по списку. Просто праздник какой-то!

Where have all the good men gone, and where are all the gods? Where's the streetwise Hercules to fight the rising odds? Bonnie Tyler (1951-2026)

Пишут, что в политбюро Вашингтонский обком пробрались враги и охмуряют президента Трампа фейками, дискредитацией и прочей дезинформацией о том, что в действительности происходит. Хватит это терпеть! А если серьёзно, то проблема маниакально-депрессивного отношения к Трампу со стороны наших и не наших соотечественников кроется в том, что у них подход сугубо меркантильный: они американского президента любят обязательно за что-то, что непосредственно связано с их целями и интересами. А любить (или не любить) его надо бескорыстно.

... или будет хуже.