Gedonistica

Джулия Чайлд: от шпионской службы до французской кухни Сегодня имя Джулии Чайлд ассоциируется с французской кухней, сливочным маслом, соусами и знаменитыми кулинарными книгами. Но до того, как она стала женщиной, которая научила Америку готовить по-французски, Джулия Мак-Вильямс работала… в американской разведке. В 1942 году, во время Второй мировой войны, Джулия поступила на службу в Office of Strategic Services (OSS) — американскую разведывательную организацию, ставшую после войны одним из предшественников ЦРУ. Сначала она работала в штаб-квартире в Вашингтоне, затем попала в подразделение Emergency Sea Rescue Equipment — отдел, который занимался оборудованием для спасения людей в море. Во время войны американских летчиков всерьез беспокоила возможность нападения акул. Человек, оказавшись в воде после крушения самолета, становился легкой добычей: взрывчатка и спасательное оборудование привлекали хищников. OSS решила найти способ заставить акул держаться подальше. Исследователи протестировали более ста различных веществ, от органических кислот до различных солей меди и даже экстрактов акульего мяса. В итоге наиболее перспективным оказался ацетат меди. Его смешивали с черным красителем и превращали в небольшие диски, которые должны были распространять вещество в воде. Этим и занималась Джулия Чайлд. Подумать только, что первым ее «рецептом» стала не говядина по-бургундски, а «отпугиватель» акул. После войны Джулия оказалась во Франции. Там она знакомится с французской кухней, начинает учиться в Le Cordon Bleu, а затем становится одной из самых знаменитых кулинарных фигур XX века. Получается, что шпионский мир гораздо ближе к гастрономии, чем принято думать. 20 сентября мы приглашаем вас на «Большой шпионский ужин». Вас ждут реальные истории, гастрономические расследования и ужин, где каждое блюдо станет уликой в шпионском сюжете.

Красивый и яркий ужин! Кто с нами провести вечер по-аргентински? (Такое слово есть вообще?😁) Ждём на сайте gedonistica.ru, ещё билеты есть!

Пять соленых огурцов, дичь с брусникой и стакан воды Каким вы представляете себе стол российского императора? Серебро, хрусталь, нескончаемые перемены блюд и редкие вина? Давайте познакомимся с гастрономическими привычками Николая I. Французский художник Орас Верне, сопровождавший императора во время путешествия по России, оставил удивительное описание его рациона:

«Он ест только капустный суп с салом, мясо, немного дичи и рыбы, а также соленые огурчики. Пьет одну воду».

Для человека, которому была доступна вся роскошь императорской кухни, такой выбор действительно удивляет. Николай Павлович предпочитал простую русскую кухню: любил щи, гречневую кашу и не прочь был похрустеть соленым огурчиком. Согласно придворной ведомости 1840 года, к его столу ежедневно подавали пять соленых огурцов. Представьте вечерний семейный ужин в Петергофе: свечи, серебро, фарфор, роскошь императорского стола. Николай Павлович завершает свой ужин чашкой чая и… соленым огурцом на десерт. Его дочь, великая княгиня Ольга Николаевна, вспоминала, что отец любил «спартанскую жизнь». Несмотря на положение и придворный блеск, Николай I не изменял своим аскетичным привычкам. Но рядом с ним восседала Александра Федоровна, чьи гастрономические предпочтения были совсем иными. Императрица любила дичь с брусникой. Это сочетание как нельзя лучше подходило Петергофу: охота, лесные ягоды и все то, чем богата загородная резиденция. Это неудивительно: охота была одним из любимых развлечений императорской семьи. А ее результат вполне закономерно оказывался на столе: придворные повара превращали дичь в роскошные императорские блюда. Что действительно любили Николай I и Александра Федоровна? Что подавали к их столу после охоты? Как выглядел не парадный, а живой, семейный императорский стол? 17 сентября на ужине «Николай I и Александра Федоровна: быт и нравы венценосной семьи» мы попробуем восстановить вкус эпохи через блюда XIX века, рецепты и истории, которые сохранили современники. P.S. кстати, вы узнали в этом бесподобном красавце будущего императора Николая I?

Изысканный вкус русских императриц Что может рассказать об императрице чашка кофе? Оказывается, очень многое. Однажды Мария Федоровна, супруга Павла I, рассердилась на камердинера из-за плохо приготовленного кофе. Но вскоре сама пожалела о своей вспыльчивости и попросила у него прощения:

«Прости меня за мою вспыльчивость. Ты знаешь, как немки любят кофе: ничем нельзя их рассердить больше, как сделать кофе не по вкусу».

Пожалуй, в этой маленькой сцене можно узнать императрицу лучше, чем в десятках парадных портретов: характер, темперамент и мимолетная человеческая слабость — желание, чтобы утренний кофе был именно таким, как ты привык. Здесь легко запутаться: императриц с именем Мария Федоровна было две. Та, что так любила хороший кофе, была урожденной принцессой Вюртембергской Софией Доротеей и женой Павла I. А другая Мария Федоровна — датская принцесса Дагмар, жена Александра III и мать будущего Николая II, принадлежала уже совсем другой эпохе. Она любила наряды, цветы, музыку, искусство, и умела создавать ощущение уюта даже среди дворцового блеска и строгих протоколов. Особенно хорошо это проявлялось во время отдыха царской семьи в Финляндии. Там императорская семья старалась жить гораздо проще, чем в Петербурге. Удивительно, но Мария Федоровна сама чистила картошку, а однажды собственноручно жарила камбалу, любимую рыбу Александра III. Александра Федоровна, жена Николая II, относилась к еде еще проще. Фрейлина Софья Буксгевден вспоминала: «Еда значила для императрицы очень мало. Ела она всегда очень умеренно и в течение многих лет практически была вегетарианкой». Во время путешествия царской семьи по Волге в 1913 году Александра Федоровна за целый день съела всего два яйца всмятку. Но, конечно, по особым поводам императорский стол был совсем другим. На коронационном обеде Александра III и Марии Федоровны в 1883 году подавали крем из рябчиков, гатчинскую форель под сицилийским соусом, трюфели, перепелов и ростбиф по-английски. Даже меню такого обеда было произведением искусства: его оформление доверили Виктору Васнецову. Конечно, еда была далеко не единственным способом разглядеть настоящих людей за парадными образами. Фрейлина Софья Буксгевден вспоминала, как однажды увидела Александру Федоровну без пальто, в простой блузке и юбке, сидящей рядом с тяжелораненым солдатом и читающей ему вслух Гоголя. Солдаты смеялись, и императрица улыбалась вместе с ними. 16 сентября на ужине «Русские императрицы — законодательницы вкуса» мы заглянем и за кулисы императорского двора, и в его парадные залы. Туда, где роскошь и церемониал соседствовали с личными вкусами, привычками и совершенно человеческими историями.

Ужин под французскую шарманку я создавала ещё много лет назад, чтобы послушать великолепную музыку - Эдит Пиаф, Мориса Шевалье, Шарля Трене, Фреэль. Но потом так вышло, что музыка стала началом очень интересного исследования Парижа! Как строили город, как пили кофе, как закатывали роскошные вечеринки, как создавали настроение и играли джаз - но только с французским акцентом!

Танго! Для многих это целый мир — не только танец, но и музыка с узнаваемым ритмом, и прекрасные костюмы, и вечеринки, целый мир страсти, тоски, одиночества и любви! Давайте отправимся в этот мир, послушаем истории, связанные с его возникновением, в сопровождении чудесного ужина Родившись в бедных портовых кварталах знойных городков Аргентины, уже к началу XX века танго стало массовым увлечением в Европе, а затем и во всем мире. Страстный аргентинский танец танцевали в Париже и Берлине, Токио и дореволюционном Петербурге, в межвоенной Германии и даже в Советской России. На нашем вечере мы поговорим об истории танго, корнях и истоках этой музыки, эстетике танца и культуре, сложившейся вокруг него. И все это — в контексте истории латиноамериканских и европейских стран конца XIX — XX веков, а особенно — о роли танго в современной культуре и, конечно, в кинематографе. А нашим проводником в чарующий мир танго станет специалист по европейской истории, к.и.н. Святослав Гриценко. Кроме прочего, мы поговорим о легендах, сложившихся вокруг танго, в частности обсудим: - правда ли, что танго танцевали первоначально двое мужчин; - какую роль в истории танго сыграла кубинская хабанера, венский вальс и ритуальные танцы индейцев; - можно ли сыграть танго на русской гармошке, тамбурине и виолончели; - как и почему откровенный танец городских низов стал популярен в лучших домах Европы и Америки. Не обойдем вниманием и кухню Латинской Америки и, в частности, Аргентины и обсудим, какое влияние оказала на нее европейская гастрономическая традиция, как переплелись черты испанской, креольской, итальянской и индейской кухни. Меню: А шеф-повар ресторана "Сиеста: вино & паста" приготовит для нас страстный ужин (а другой, кажется, к такой теме и нельзя!): - севиче из креветок и гребешков - известный афродизиак, между прочим! - кесадилья с гуакамоле - классика латиноамериканской кухни - матамбре под зеленым соусом чимичурри - говядина, приготовленная по традиционным рецептам Аргентины - суспиро лименьо - яркий десерт из лимонного крема с меренгой Когда: 14 сентября в 19:00 Где: ресторан "Сиеста: вино&паста", ул.Большая Полянка, д.30 Билеты: 6890р. на сайте www.gedonistica.ru

«Все, что мы видим или чем кажемся, — лишь сон внутри сна».

Эдгар Аллан По любил стирать границу между реальностью и вымыслом. Знаете ли вы, кто должен был произносить знаменитое «Nevermore»? В «Философии творчества» По рассказывал, как выбирал героя для своего стихотворения. Сначала он подумал о попугае, ведь тот умеет повторять человеческую речь. Но потом решил, что для такой мрачной истории больше подойдет ворон. И оказался прав. Nevermore. «Никогда больше». По рассказывал, что создавал «Ворона», словно необычное блюдо, тщательно продумывая каждый его ингредиент. Сначала он определил, какое впечатление хочет оставить у читателя, потом выбрал главное слово, Nevermore, а после придумал героя и выстроил всю историю вокруг этого слова. Пока По смешивал слова, характеры и сюжеты в свои необычные литературные «рецепты», Америка осваивала искусство хорошо есть. При жизни По американская кухня переживала настоящий расцвет. Вирджиния была знаменита своей ветчиной, Новая Англия — густым clam chowder, а Нью-Йорк стремительно превращался в гастрономическую столицу. Именно по этой Америке мы отправимся вместе с По. На нашем столе встретятся ветчина с апельсиновой горчицей, нью-английский клэм-чаудер, ягненок с ягодным соусом и десерт, вдохновленный egg nog. По любил загадки, в которых очевидный ответ почти никогда не оказывается единственным. Поэтому «Готический ужин Эдгара По» мы превратим в маленькое расследование. Что действительно ели в Америке XIX века? Какие блюда были популярны в то время? Где заканчиваются исторические факты и начинаются легенды? «Nevermore», — сказал бы Ворон. Не сегодня! «One more», — ответим мы.

В джазе только девушки В 1920-х американцы решили, что старые правила — это, конечно, хорошо. Но еще лучше иногда их нарушать. После Первой мировой войны женщины все чаще выходили из привычных рамок. Волосы становились короче, платья — смелее, танцы энергичнее, а список вещей, которые «приличная женщина» якобы не должна делать, стремительно сокращался. Появились флэпперы: девушки новой эпохи. Они водили автомобили, ходили на вечеринки, танцевали чарльстон и не спешили спрашивать разрешения на то, как им жить. Потом на Америку обрушился сухой закон. В 1920 году в США запретили производство и продажу алкоголя. Конечно, алкоголь никуда не исчез. Он просто поменял прописку. Так появились speakeasy — тайные бары за неприметными дверями, где по ночам пили, танцевали и слушали музыку, идеально подходящую новой эпохе. Джаз. Он пришел из Нового Орлеана, вобрав в себя блюз, регтайм, африканские ритмы и европейские традиции, а затем отправился путешествовать: сначала в Чикаго, потом в Нью-Йорк, и довольно быстро превратился в главный саундтрек десятилетия. Женщины того времени уже не хотели оставаться в зрительном зале. Они выходили на сцену, пели, играли, становились звездами и постепенно занимали свое место в мире, который еще совсем недавно принадлежал исключительно мужчинам. Чем закусывали джаз? Едой, которую удобно было проглотить между танцами и разговорами: морепродукты, фаршированные яйца, канапе, небольшие сэндвичи и прочий finger food. Но если вечеринка продолжалась до рассвета, требовалось кое-что посерьезнее. В американских меню той эпохи находилось место и для густых супов, мяса, овощей, сладостей и других блюд, способных вернуть к жизни даже самого отчаянного любителя чарльстона. 25 сентября на ужине «В джазе только девушки» мы полистаем меню, кулинарные книги и рецепты 1920-х и расскажем истории женщин, которые не собирались оставаться в тени, влюблялись без правил и находили свои способы обходить сухой закон.

Обсудим, как ели, хранили, добывали один из самых любимых продуктов человечества: встречаемся 7 сентября на «Брутальном ужине: история мяса»! 🥩